Верни нам крылья

- Нет, дорогой Юнус, мы так долго ждали этого дня. Я люблю тебя и не хочу больше откладывать свою любовь на потом. Люби меня сейчас, Юнус, мы заслужили это.

- Ты моя и только моя, я люблю тебя, Иринка. - Он подхватил ее на руки и занес в каюту. Где они окунулись в любовную страсть, волны которой уносили их далеко, далеко, где были только они одни и где слышался стук двух сердец.

Не могу с тобой расстаться, девочка моя. Ты подарила мне частичку счастья. Люблю тебя, Иринка. Я всегда чувствую твое дыхание и моя душа полна тобой. Я счастлив, что в моей жизни появилась ты. Это лучший подарок судьбы. Ты стала смыслом моей жизни. Я наслаждаюсь каждым мгновением, проведенным с тобой.

Он вдыхал аромат ее тела, и купался в лучах ее глаз.

- Но я не сделал одно дело, - он достал из кармана коробочку, и открывая, отдал Иринке. - Это память обо мне, кольцо, носи, не снимая.

- Какое красивое, Юнус, я и так не забуду тебя, никогда. Ты моя первая и единственная любовь.

«Намокли души под дождём,

на остановке у Судьбы.

До счастья пять минут ходьбы,

а мы, порой, полжизни ждём…»

Бедовая она девчонка, постоянно попадает в какой-нибудь переплет. С мальчишками не дружит, достают они ее. И тогда она кидается с ними в драку, и ей больше всех достается. Домой приходит с шишками и синяками. А из подруг у нее одна Лида, соседка по парте.

Не сказать, чтобы она красавица, но и не дурна собой. Роста небольшого с пышной грудью и упругой попой. В кого такая уродилась, у матери груди небольшие и ростом повыше ее будет.

Ох, за думами Иринка не заметила, что опаздывает в школу. Побросав учебники и тетради в портфель, выскочила из квартиры. Урок уже начался, учительница математики отругала ее, сразу пригласив к доске. Отвечала невпопад, лишь бы не молчать, а то еще хуже будет.

- Чего так задержалась, проспала, глаза путем не открываются, - спросила ее Лида. - Ты видела снова у школы машина Али стояла. Он крикнул мне, чтобы на перемене подходили к нему.

- Я его Аликом зову, а ему не нравиться, клевые ребята. Они мне прошлый раз предлагали выпить вина. Я отказалась, а покурить, покурила. Али сказал, что я ему понравилась. Звал ехать к нему на родину. А куда не сказал. Я, что дура ехать неизвестно куда, мне и тут хорошо. Пойдем к ним, покурим, поболтаем, - предложила Иринка.

- Нет, если хочешь, иди одна, но лучше не ходи. Неизвестно кто они и откуда приехали, а главное зачем?

- Тебе прокурором быть, все за минуту у них выведаешь. А мне плевать, откуда они, самое главное с ними легко и просто общаться. Не то, что с нашими мальчишками. Норовят какие-нибудь козни подстроить.

Они выскочили из школы и понеслись к дороге, на которой стояла машина. Увидев их ребята расплылись в улыбке.

- Привет девчонки, садитесь в машину, поговорим, покурите. Рад тебя видеть, Иринка, чего такая грустная, тебя кто-то обидел? – поинтересовался Али.

- Отчим, все достает меня, никакого житья нет от него, - она села в салон «Жигулей» и пригласила Лиду.

- Нет, я побежала, - отмахнулась та, - а то скоро звонок прозвенит. И ты не задерживайся, Иринка, а то снова выговор получишь.

- Кури, вот тебе сигарета, да не торопись. Ну, пропустишь один урок, ничего не случится, - засмеялся Али.

- Сейчас побегу, накурилась, голова кругом пошла. Я с вами начала курить, раньше и не пробовала.

- На, хорошего лимонада попей, легче станет, - Али выпил из бутылки немного, и, развернувшись, передал Иринке.

- Ядреный, сладкий, спасибо, я по-бе-жа…, - Иринка не договорила, умолкнув на полуслове.

- Готова, пересаживайся к ней Али и жмем отсюда. За селом номера сменим, а то здесь мы засветились.

- Хорошая девчонка, простая, мне жалко ее. Попадет в лапы грязных турок, - с ноткой грусти сказал Али.

- Все они хорошие! - Мурат ударил по газам, и машина понеслась к выезду из села. - Проселками будем добираться, пыли много, но зато безопаснее. Жаль, что другая девчонка не села в машину. Мы бы план выполнили и премию хорошую получили.

- Вообще-то Иринка нам не по шаблону. Нужно было худых, длинноногих выбирать. А она ростом не вышла, зато в теле, мягонькая, тепленькая.

- Груди у нее загляденье Али, за них могут много дать.

- Надоела мне такая жизнь Мурат. Но на родине работы нет, вот и приходиться такими делами заниматься. Это все отец, ему предложили заняться похищением девушек. Предложили хорошие деньги, он не отказался и всю семью к этому привлек.

Мать плачет каждый раз, когда собирается большая партия. Скорей бы все это кончилась, и я уехал бы на родину. Но мне постоянно будут сниться эти девушки. Как они нас уговаривают отпустить их. Плачут, рвут на себе волосы. Иные впадают в истерику, тогда мать им успокаивающие уколы делает. А ты чего молчишь, какая у тебя мечта, Мурат?

- Заработать как можно больше денег. Открыть свое дело и жить припеваючи. У меня, Али, в отличие от тебя, есть жена и маленький ребенок. Вот им я и посылаю деньги. Жена знает, как ими распорядится. Стемнело, целый день в дороге. Али скоро наша пленница проснется. Порошок действует двенадцать часов.

- Успеем, Мурат, осталось несколько километров до места. Забрались мы далеко. В хуторе люди особо не интересуются друг другом. Живут каждый сам по себе. Мать ходит к соседке за молочными продуктами. Но они даже путем не разговаривают, здравствуй и до свиданья. Зажиточные люди, как кулаки живут. Отгородились от всего мира большими заборами. Отец уже ждет, ворота открыл. Заезжай Мурат, и свет выключай.

- Ну, как все прошло, не напоролись на милицию? Вас кто-нибудь видел? – поинтересовался у ребят мужчина среднего возраста.

- Подруга ее, школьница видела. Отец, мы хотели обоих прихватить, но другая девушка не села к нам в машину.

- Теперь она знает ваши приметы, искать вас будут. Больше рисковать не будем, хватит троих. Ты кого привез, Али! - возмущался отец, - говорили же тебе, красивых девушек, стройных.

- Она красивая, отец, просто спит сейчас и груди у нее загляденье!

- Сколько ей лет, паспорт с собой есть? - поинтересовался отец.

- Мы ее у школы прихватили, а про возраст и не спросили. На вид лет семнадцать, не меньше.

- Ладно, несите ее в сарай. Те две уже по обвыклись, сидят тихо, только плачут. А эта бунтовать будет, укол придется делать. Иначе вся округа от ее рева сбежится, а нам этого не нужно. Зови мать, пусть шприц с лекарством прихватит. Нура, поторапливайся, да выключи ты фонарик, пока еще и так видно. Проснулась девчонка, чего так смотришь! Не пугайся, ты у хороших людей! Нура, чего тянешь, делай укол, и несите ее на место!

- Ой, Даша, еще кого-то привезли! Слышишь голоса, закрывай глаза, как будто спим! - Девчонки в сарае слышали, как рядом с ними положили девушку, и ушли, закрыв на засов дверь.

- Зоя, давай посмотрим, кто это, девушка. Такая же, как и мы. Она спит, видимо укол ей сделали, как и нам, когда мы в истерику впадали. Только ничего не поделаешь, и выбраться отсюда невозможно. Я в окошко в щелку видела, вокруг трава, вот и весь обзор. Хорошо, что погода теплая, а то бы замерзли. Давай накроем новенькую покрывалом, под утро холодно будет. И девчонки, обнявшись, замолчали, каждая, думая о своем.

Иринки дома нет, снова к бабушке убежала, та ее привечает. Лена против этого, семья должна жить вместе. Хотя мало чего хорошего в их семье. Дочь говорит, лучше бы они жили одни, спокойней было.

Тревожно у нее на душе с самого утра. Отчего, никак понять не может. К выкрутасам мужа привыкла, вчера выступал. Сегодня отсыпается и им передышка. Нужно поторапливаться к матери. Вот там она и узнает про дочь. Но та сама уже выглядывала из калитки, встречая их.

- Мама, Иринки нет у тебя? Я думала, что она к тебе убежала?

- Не была, ты же ей не разрешаешь!

- Мама, уроки нужно учить, а она тут отирается до вечера. Придет Иринка домой, всыплю, как следует. Уходит куда-то, никому ничего не говорит. А у меня сердце волнуется. Не по себе, что-то случилось, а что, не пойму! - посетовала Лена.

- Не наговаривай дочка, все хорошо будет. А Иринку я после школы заберу. Нечего ей вашу ругань слушать, никакого покоя нет.

- Видно будет, я согласна, дома нормальному человеку жить невозможно.

Дома Иринки тоже не было, так долго она еще не задерживалась. Сердце вот, вот выскочит из груди. Да что это с ней! Выпив валерьянки, вышла во двор. Сынишка уснул на их кровати. На балкон вышла соседка, - Лена, чего сидишь в одиночестве?

- А с кем сидеть? Костя спит, Димка тоже угомонился. Валя, ты Иринку сегодня не видела?

- Нет, сегодня не видела. А вчера весь вечер была на глазах.

- До сих пор нет, не пойму, куда подевалась? Сердце что-то болит!

- Да куда она в нашем селе денется. Тут тишь, да благодать, засмеялась соседка.

- А я и не посмотрела, школьная сумка ее дома, или нет? Подожди, сейчас посмотрю.

- Ой, не могу, плохо мне! - Лена пошатнулась и присела на лавку. - Валя, позвони маме, скажи, что Иринки до сих пор нет! Она ждет от меня весточки!

- Позвонила, Лена что ты собираешься делать? – спросила ее Валя.

- Пойду к ее школьной подруге. Узнаю, почему ее школьных вещей нет.

- И я с тобой, мои все спят.

Они быстро дошли до нужного дома. Подруга Иринки сказала, что она около школы села в машину к незнакомым парням нерусской национальности. Но она никуда с ними не собиралась уезжать. У нее на жизнь были другие планы.

Вот и все, теперь понятно, что они насильно увезли ее, а куда, неизвестно. Как она могла довериться незнакомым парням? Где ее искать? Лена плакала, а соседка ее уговаривала, накатается и приедет. Но ни на второй, ни на третий день она не приехала.

Два дня добровольцы искали Иринку, но поиски к успеху не привели. Видели машину возле школы и все, больше никаких следов.

Через неделю Лену вызвали в милицию и там сообщили, что примерно в это же время в области пропали еще две девушки. Они вышли на большак, но до нужного места не добрались. Пропали бесследно, и никто, ничего не видел. Сейчас по телевизору, показывают приметы похитителей, описанные Лидой. Может быть, кто-то опознает их.

Вечером Лена пришла к соседке, - давай помянем мою Иринку, было бы тело, на могилу ходила.

- Ты чего это удумала, Лена, жива она! Может быть ей сейчас как раз плохо, а ты так с ней! Верь, что она жива, и жди, она обязательно вернется! А сейчас мы с тобой чайку попьем, только за ее здоровье. Я сегодня бисквит хороший испекла, дети любят его.

Иринка во сне тянула руки к матери и звала, - мама возьми меня с собой, не бросай!

- Проснулась наша новенькая, доброе утро, подружка, - сказала Зоя.

- Где это я? - Иринка села, протирая глаза.

- В плену, как и мы. Не нужно было доверяться чужим парням, да еще нерусским, - сказала Даша.

- А наши еще хуже, так и норовят с ходу под подол залезть! – возразила Иринка.

- Мы с Дашей давно не спим. Все думаем, как бы отсюда убежать, - с ноткой горечи в голосе сказала Зоя. Нас хорошо охраняют, этот мужик постоянно во дворе крутиться. Сейчас воду поставят, чтобы мы умылись, а потом еду принесут. Как тебя зовут, меня Зоей, а это Даша?

- Иринкой зовут. Меня у школы похитили, вот только зачем, не пойму. Мне только четырнадцать лет скоро будет. Их за похищение малолетних посадят.

- А по тебе не скажешь, выглядишь на все восемнадцать. Ты нас не обманываешь?

- Зачем мне это нужно, вот в кармане платья обложка от тетради. Хотела выбросить, да не успела, - она протянула им обложку.

- Правда, ученица седьмого класса, уже детей стали похищать. Ты зачем к ним в машину села! Нельзя доверять незнакомым парням! Хотя, о чем я говорю, а сами-то, точно так же попали в сети. Я примерно догадываюсь, что с нами будет. Нас отвезут за границу и продадут в рабство. Будем в плену у богатых хозяев работать, - сказала Зоя.

- А может быть в какой-то пьяный бордель отдадут. Обслуживать разную грязную шваль, - добавила Даша.

- Девчонки, а как это обслуживать, работать у них в доме? – поинтересовалась Иринка.

- Мала ты еще и многого не знаешь. Я слышала, что много девушек из нашей страны пропадают бесследно. Где они, что с ними, никто не знает. Мой зять в милиции работает, он нам рассказал об этом. У них много ориентировок. Но ни одну из этих девушек так и не нашли, - посетовала Даша.

- Ой, мамочки, что с нами будет! - Иринка заплакала, да так громко, что прибежал хозяин.

- Чего глотку дерешь, - сказал хозяин, - сейчас заткнем! Нура, неси шприц, укол делать будем!

- Не нужно ей укол делать! Она не будет больше плакать! - Зоя обняла Иринку, прижала к себе. - Перестань плакать, ничего этим не сделаешь. Тебя уколют и будешь снова целый день спать.

- Я не буду плакать, не делайте мне укол, - Иринка утерла ладонями слезы.

- Умница, будете слушаться, скоро на место поедете. Вас там королевами сделают. Целый день отдыхать, а ночью развлекаться. Здесь на родине трудиться надо, чтобы прокормить себя и семью. А там, будете жить в свое удовольствие, - засмеялся хозяин.

- А кто вас просил навязывать нам это удовольствие! Мы хотим жить здесь! Работать, учиться, любить, рожать детей! Вы Иринку привезли, и не спросили даже, сколько ей лет, а ей и четырнадцати еще нет! - с вызовом сказала Зоя.

- Не может быть, ты посмотри на нее, вся сформировалась! - засомневался хозяин.

- У некоторых девушек зрелость наступает слишком рано. Вы что, не знали этого! - не унималась Зоя.

- Не надо меня учить, у нее нет никаких документов. Врет она все, ей лет семнадцать, не меньше! - и хозяин вышел из сарая, прикрыв за собой дверь.

- Не забывает закрывать. Давайте думать, как нам отсюда выбраться. Окна мы проверяли, они нам не по силам, дверь тоже хорошо закрыта. Стены добротные. Раньше здесь люди жили, потолок хлипкий. Попробовать стоит, тащите сюда ящики.

Зоя забралась на ящики и попробовала оторвать одну из досок. Она поддавалась, несите все по местам, ночью попробуем оторвать одну доску. Хотя еще не знаю, что там под ней. Даша, ты чего молчишь сегодня, Зоя подошла и обняла подругу.

- Домой хочу, сестра будет волноваться, куда я пропала. Мы постоянно ходили пешком из своей деревни, в деревню сестры. Она туда замуж вышла, и идти полем всего-то часа два. Мама у меня одна, отец рано умер, и она двоих нас с сестрой вырастила. Говорила мать, чтобы я дядю Лешу, соседа нашего, подождала, он туда по делам собрался.

- Ты красивая, Дашенька, только не знаю, кому достанешься.

- Не нужно об этом, - и обе расплакались, за ними подтянулась Иринка.

- Сырость тут развели, сейчас возьму ремень и поставлю вас на место, - на пороге стоял хозяин, сзади него выглядывал Али.

- Али, ты же говорил, что я тебе нравлюсь! Так давай с тобой дружить будем! Не отправляй меня никуда! - Иринка заплакала, всхлипывая и икая.

- А ну, пошел отсюда! - хозяин вытолкал сына из сарая. Прекратите реветь! - он выхватил ремень из брюк и направился к девушкам.

- Все, мы не будем больше плакать, не наказывайте нас! - Зоя встала перед девчатами, заслоняя их собой.

- Заступница нашлась! Вот еда, фрукты, привыкайте к хорошей жизни. А новенькая пусть переоденется, здесь много тряпок.

- Ух, ты, Иринка выбирай! Вот подходящее платьице, - перебирала наряды Даша.

- Яркое очень, пусть скромнее оденется. Меньше в глаза бросаться будет. Вот это в самый раз, только длинновато немного, - подала платье Зоя.

- Пойдет, мне сейчас все равно, к маме хочу. Она сейчас волнуется, куда я пропала, - плакала Иринка.

- Даша, рассказывай дальше о себе. Нам интересно, - попросила Зоя, - и быстрее время пройдет. А Нура хорошо готовит, сегодня плов с бараниной, ешьте, чего сидите. А то сил сопротивляться не будет.

- Зоя, ты у нас будешь за старшую, я младше тебя на год. Вот этот дядя Леша по уши влюбился в мою маму, а у самого семья, дети. Его жена ревновала его к маме. Но мама ей объяснила, что до сих пор любит своего мужа, хотя его уже давно нет на белом свете. Та вроде бы успокоилась и даже разрешила мужу помогать нам.

Моя сестра старше меня на четыре года, замужем, маленький ребенок у нее. Ей все лето помогала, уходила на весь день, а вечером домой возвращалась. Ребенок неспокойный ничего делать не дает. Я уже работала в колхозе после школы, а сейчас хотела в училище поступать.

- Даша, а жених у тебя есть? Не поверю, чтобы у такой красавицы никого не было, - спросила Зоя.

- Предложения были, но я видно, как и мама, однолюбка. Еще не встретила своего единственного и неповторимого.

- Теперь в самый раз будут такие. Эх, Даша, Даша, жалко мне тебя. И себя, конечно, жалко, а у меня жених есть, Игорь. Мы с ним пожениться хотели, когда он с армии придет. Ему всего с полгода осталось дослужить. Ох, и люблю я его, девчонки! - и Зоя заплакала.

- Перестань Зоечка, может, все еще обойдется, и мы выберемся отсюда, - гладила подругу Даша.

- Чувствует мое сердце, что нет. Но давайте не будем унывать. Вот дуреха, а сама не выдержала, расплакалась. У меня и мать и отец есть и брат младший. Я в город хотела ехать документы в техникум подавать. На автобус проспала, решила выйти на большак, поймать попутку. Наши сельчане часто так делают, дорога недалеко от села проходит. Я мечтала быть медсестрой, людей лечить, эта мечта с раннего детства у меня. А еще у нас говорят, по стопам матери пошла. Она у нас медсестра на селе. Мама постоянно меня с собой на работу брала, и я наблюдала за приемом больных. Кому рану обработает, кому перевязку сделает. Бабулькам давление померяет и укол поставит. Любят ее все на селе. Помогает людям поддерживать здоровье. Теперь тоже волноваться начала. Я должна была позвонить ей от тетки, а сама туда не доехала.

На шоссе стояла недолго, подъехали два парня, нерусские. Мне, нет бы, насторожиться, да подождать другую машину. Да, нет, я бы от них все равно не убежала. Этот Али, так его Иринка называла, подошел ко мне и стал навязчиво приглашать в машину. Они доставят меня, куда нужно с ветерком. И буквально затолкнул меня в салон, и сам сел рядом. Предложил какой-то сладкий напиток, я буквально два глотка сделала и вырубилась, ничего не помню.

Далеко мы или близко от наших мест? Но видно в каком-то захолустье, где нет людей. Если посчастливится выбраться отсюда, больше никаких попуток. На следующий день на автобусе можно было уехать, - с грустью в голосе рассказывала Зоя.

- А я сама села в машину и до этого садилась. Ребята хорошие, веселые. Пришла в школу, захотелось расслабиться, покурить. И вот, что из этого вышло. Но я курю по нарошку, не научилась еще, - Ирина, смахнула набежавшую слезу.

- Рисковая ты, Иринка, а куришь то зачем, легкие портишь.

- Всем назло, да и не взаправду я, так, баловства ради. Хотела доказать им всем, что я чего-то стою. Теперь мама беспокоиться, я ее знаю и бабуля тоже. У меня младший братишка, Димка есть, я его люблю, - и Иринка заплакала.

- Не плачь, иди сюда, - Зоя обняла подруг и начала их гладить, успокаивая. – Ничего не бойтесь, будем надеяться на лучшее. Проговорили до темна, теперь к нам никто не придет. Тащите ящики, потолок проверим. Она оторвала доску, а под ней были еще доски, покрепче, их голыми руками не возьмешь.

Тише, слышите, разговаривает, мужик за окном пьяный. - Эй, мужчина, помогите нам, вызовите милицию. Нас тут силой удерживают, не уходите, помогите, просим вас, нас тут трое, - и они заплакали, но не громко, а то хозяин услышит.

- Никто нам не поможет, и доску оторвали, назад не приладишь, как бы хозяин нас не выпорол.

Хозяин в это время проводил в семье совещание. - Ты чего это, Али в любовь вздумал играть, чего наобещал этой девчонке! И куда вы смотрели, малолетку привезли, нужно было спросить, сколько ей лет!

- Какая малолетка! Она по виду уже школу заканчивает! Лет семнадцать ей, точно!

- Она утверждает, что только четырнадцать скоро будет. И наш друг говорит, что малолетку мы взяли. Ориентировку по всем отделениям разослали, и в селах поклеили. Тянуть с их отправкой не будем, рискованно. Завтра рано утром отвезете их до развилки. Там вас будет ждать «Рафик», на нем их дальше повезут. А мы будем сворачиваться и к ночи уедем на новое место, подальше отсюда. Здесь мы наследили, ваши портреты везде красуются. Правда, вы там похожи только в общих чертах. Мурат усы приклеит, ты парик оденешь. И не смотрите на меня так! Деньги нам за работу перевели на сберкнижки. Возьми Мурат свою, да припрячь ее хорошо.

- Маловато, поскупились хозяева, могли бы и больше подкинуть, - вздохнул Мурат.

- Хватит тебе! Ты знаешь, сколько за них отвалят, пока до места довезут!

- Значит, они стоят того, если так рискуют. Хозяин больше получит.

- Пойду, посмотрю, как там наши пленницы. А вы спать, рано утром за работу, - и хозяин вышел из дома.

Засопели девчата, а Зое не спалось. Она слышала, как за дверью кто-то шаркает. Охраняют, бояться убежим, тогда им не поздоровиться. А как тут убежишь? Ни одной лазейки нет, они все проверили. Скоро Игорь из армии прийти должен, она два года его ждала. А ее нет, и никто не узнает, куда подевалась. Будет ли он горевать о ней, искать ее, или утешиться своей Танечкой. Воспоминания об их любви захлестнули Зою.

Она в селе с детства знала всех, и Игоря тоже. На три года старше ее, но сердцу не прикажешь, оно выпрыгивало из груди, когда его видела. Жили они с ним на одной улице, недалеко друг от друга. В десятом классе он начал дружить с дочерью председателя колхоза Татьяной. Ох, и занудная девица, то ей не так, это не эдак. Нарядится и шастает по селу, показать, кто она. На Зою Игорь не обращал внимания. Хотя она постоянно крутилась около него. Следила за ним, и видела, как они обнимаются и целуются. И сердце ее замирало. Не нужно было подсматривать, этим только накручивала себя. Так продолжалось все лето. Осенью Игоря должны призвать в армию.

Надо было что-то предпринимать. Но ей ничего не приходило на ум. В очередной раз она дождалась, когда влюбленные расстанутся. И припустилась бегом вперед по улице. Темень, хоть в глаза коли. Нога ее попала в ямку и что-то хрустнуло. Зоя попыталась встать, но боль пронзила ее. От досады она застонала.

- Кто здесь, сейчас спичкой посвечу? Зоя, ты чего на дороге развалилась? А если машина поедет, раздавит тебя!

- Встать не могу, ногу сломала, боль дикая. Игорь позови мою маму, она поможет мне.

- Не маленькие, сами справимся. Встать можешь, давай мне руку, я попробую тебя поднять.

- Не могу, оставь меня здесь, или оттащи в сторону.

- Мы своих в беде не бросаем. Иди ко мне на руки, как принцессу до дома донесу. Горячая, так и пышет от тебя жаром. Обними меня за шею, так мне легче будет тебя нести. А ты легкая, как пушинка и красивая очень. Зачем ты за мной по пятам ходишь? Я это заметил и давно хотел у тебя спросить! - поинтересовался Игорь.

- Влюбилась в тебя, – Зоя от стыда уткнулась в его шею, и у нее из глаз полились слезы.

- Ты это серьезно. Зоя, ты же мала, лет тебе сколько?

- В девятый класс пойду. Это я с виду, такая маленькая, а на самом деле я взрослая.

- Вот, что, взрослая! Выкинь эту чушь из головы! У меня невеста есть, мы собрались с ней пожениться!

- Не делай этого Игорь! Я буду любить тебя больше, чем она! Использует она тебя, только не знаю, почему! А сама постоянно с другими пацанами флиртует!

- В этом нет ничего плохого, будет моей женой, все это отойдет.

- Жди, может, рога тебе наставлять будет.

- Откуда в тебе такая злость! - и он крепче прижал Зою к себе. – Ладно, не плачь! - и он нежно поцеловал ее в щечку, - пришли, мне, что, в дом тебя нести? От матери не попадет, она строгая у тебя!

- Кого это среди ночи несет, у нас все дома? – спросила мать Зои.

- Да нет, не все, откройте тетя Катя, я вашу дочь принес!

- Какую дочь? - на пороге стояла заспанная женщина. – Зойка, откуда ты, с вечера пораньше спать легла! В окно вылезла зараза! Усну, она и распоряжается собой, как хочет! Ты чего ее на руках держишь, поставь на ноги, да иди, мил человек!

- Нога у нее сломана, на дороге подобрал.

- На диван положи, сейчас посмотрим, что с ней. Ох, ты, опухоль какая, как же тебя так угораздило. Вот выздоровеешь, накажу, и окно заколочу крепкими досками. Куда ты среди ночи поперлась, а если бы кто обидел тебя!

- За мной шпионила, тетя Катя, говорит, влюбилась в меня.

- Даже и не думай, мала еще, успеешь хомут на шею повесить. Хорошо муж попадется порядочный, а то всю жизнь тумаки будешь получать. Сейчас укол обезболивающей сделаю, легче будет, а завтра в больницу.

- Ушел, ты как, боль тише стала?

- Чуть поменьше, терпеть можно. Ты иди, мама, спи, завтра рано на работу. Кто теперь тебе по хозяйству будет помогать. От Никитки ничего не добьешься? До обеда спит, а потом на пруд с ребятами уйдет. И так до самого вечера, а потом спит, как убитый. Вот и сейчас, ничего не слышит.

- Пусть спит, пока живет у мамки. Вырастите, свои семьи будут, дети маленькие, не до сна будет. - Мать тут же засопела, а она еще долго ворочалась от боли.

Утром к Зоиной кровати подошла мать, - проснулась, дочка, как твоя нога?

- Притерпелась я к боли, но чувствую, что на ногу встать не смогу.

- И не нужно, я с работы отпросилась, девчонки и без меня справятся. Скорая помощь приедет, в больницу тебя отвезем. Кто-то мелькнул во дворе, не пойму кто. Ты одевайся пока, пойду встречу. Игорь пожаловал, ты чего это с утра пораньше?

- Мимо шел, думаю, дай-ка загляну, как там Зоя?

- Болит у нее нога, сейчас в больницу поедем на рентген. Ты проходи в дом, она проснулась, одевается.

- Игорь, ты чего с утра пораньше пришел? – спросила парня Зоя.

- Проведать тебя, ты как, нога болит?

- Вытерплю, вот угораздило меня, теперь целыми днями дома сидеть буду, в этой духоте.

- А ты костыли возьми и с помощью их передвигаться будешь.

- Ты хорошо придумал, в больнице спросим, может, дадут.

- Выздоравливай, Зоя, и больше по ночам не бегай, это все лишнее, - и Игорь вышел из дома.

- Вот и ответ на мой вопрос, не любит он меня, мама.

- Я бы так не сказала, дочка. А зачем он тогда с утра пораньше прибежал. Волнуется за твое здоровье.

На рентгене перелом не обнаружили, сильное растяжение. Зоя обрадовалась. Боль пройдет, и попробует встать. Отец приедет с работы, и будет ругать мать, не уберегла дочку.

Вечером с помощью матери выбралась во двор, подышать свежим воздухом. Через забор видела, как прошел нарядный Игорь. На свидание спешит, а она страдает в одиночестве. Сейчас бы на крыльях полетела за ним, но они перебиты. Уйдет он в армию, и постараюсь его забыть. Хотя вряд ли ей это удастся. Сколько хороших парней вокруг, а она выбрала именно его. Танька не отдаст его никому, и о свадьбе уже поговаривают. Значит там все серьезно, любовь у них.

Игорь весь день думал о Зое, она не выходила у него из головы. Надо же, с ходу призналась, что любит его. Наверное, это от боли. Обычно девчонки таят это чувство в себе, не выставляя его напоказ. Страдают молча и уходят в сторону. Зоя призналась, а от Татьяны этого не слышал. Посидят, поцелуются и расходятся в разные стороны. И не он выбрал Татьяну, а она его.

Родители Игоря рады, невеста состоятельная, нужды терпеть не будет. И откуда взялась Зойка с ее признанием. Взял ее на руки, прижал к себе, и, почувствовал что-то родное. Это не расскажешь словами, тут душа сама тебе подскажет. И что теперь делать, тянет к этой девчонке, как магнитом. Хочется увидеть ее, поговорить, прикоснуться к ней. Сегодня решил поговорить с Татьяной.

- Игорь, я заждалась тебя, почему так долго? – поинтересовалась Татьяна.

- Сам не знаю, что со мной, пошли на пруд. Сядь на лавочку, Таня, мы не любим друг друга, давай расстанемся!

- Как это не любим, да что случилось-то, Игорь?

- А ты от меня хоть раз слушала о любви, я говорил тебе? Давай расстанемся и не ищи меня я на неделю к бабушке уеду!

- Хорошо, неделю тебе хватит! И не думай, я не отпущу тебя просто так, бороться буду!

Встав с утра пораньше, Игорь пошел на пруд. Родителям наказал, чтобы Татьяне сказали, что уехал к бабушке.

- Мама, мне в армию скоро. Я полюбил Зою, соседскую девчонку. И хочу, чтобы мы переписывались с ней.

- Но тебя Татьяна просто так без боя не отпустит. Будь поосторожнее сынок.

Хорошо на природе, да еще с удочкой посидеть. После обеда Игоря потянуло на сон. И он незаметно придремал. Встрепенулся от чьих-то голосов. Совсем рядом, за кустами разговаривали двое. Голоса знакомые, да это же Костик с Татьяной, откуда они тут взялись. Он не слышал, как они подошли. Костик говорил громко, - я люблю тебя, у нас с тобой все было! Ты моя, Танечка, поняла, я никому тебя не отдам!

- Не лезь ко мне, я скоро замуж выйду за Игоря, он перспективный! А ты всю жизнь будешь на тракторе кататься!

- Не кататься, а работать, это мне по душе. Если любишь, ни на что не посмотришь. А сама-то, почему дальше не учишься, силенок не хватает. Слаба ты в учебе была, не потянешь институт, Танечка.

- В техникум поступлю, но сначала свою жизнь устрою, понятно тебе! Убери свои руки, они в мазуте!

- Чистюля, боишься запачкаться! А саму магнитом ко мне тянет, иначе не пришла бы сюда! Что, твой Игорек, не так тебя ласкает! А тут только косточки хрустят! - Костя схватил Татьяну и положил на траву, - надеюсь, у вас с Игорьком до большого не дошло, слабак он в этом деле.

- Отпусти, а-то кричать буду, за изнасилование тебя посадят!

- Еще год назад сажать нужно было, и не меня, тебя. Это ты меня совратила, и заметь, уже не девчонка была. Я ни на что не посмотрел, потому что любил тебя, - и он начал целовать ее.

Вот влип, подумал Игорь, бежать отсюда нужно. Но невозможно, они услышат шорох. Совсем рядом послышались голоса ребятни, они толпой шли на другой берег. Костик с Татьяной примолкли, и тут же кто-то побежал в сторону села.

- Беги, все равно моей будешь, я ни за что тебя не отпущу! Мне плевать кто твои родители, я люблю тебя! - Костя пошел вслед за Татьяной.

Вот так встреча, значит, они были в близких отношениях. А перед ним из себя девочку строила, говорила, - «я не такая как все, себе вольности не позволяю!». Не Костика, так еще какого-нибудь лопушка себе найдет. А как держится, прямо королева, цены себе не знает. Да у нее и отец с гонором, а мать говорят, простая домохозяйка, нигде не работает. Смотря на родителей, и у дочери выработалось такое понятие.

Зачем учиться и работать. Всего-навсего нужно мужа себе работящего и перспективного отхватить. Теперь не будет тут отсиживаться. У него есть неоспоримый козырь. Тесная связь этих голубков. Если бы не ребятня, у них был бы секс. Они видимо за его спиной проделывали свои дела, встречались тайком. На два фронта работала. Кто же она после этого, шлюха! Дома никого не было, Игорь переоделся и пошел к Зое. Во дворе играл Никитка, увидел его и нахмурился.

- Ты к кому пришел, родителей нет дома, они на работе? – поинтересовался мальчуган.

- А кто-то дома есть, или ты один?

- Зоя дома, она болеет, нога у нее перевязана, хромает и стонет.

- Ох, и врун, не слушай его, Игорь, он такое наговорит. У него фантазии, хоть отбавляй, - на пороге дома стояла Зоя.

- Зоя, я пойду играть с ребятами. Обещаю, далеко не убегать, и на пруд не ходить, - и Никитку как ветром сдуло со двора.

- Иди, только ненадолго, скоро мама придет, и мне за тебя попадет! - в след ему кричала Зоя. - Вот так всегда, клянется, что рядом будет. А потом часа два-три его по всему селу вылавливаем. Сейчас я не могу за ним бегать, поэтому не отпускаю его.

- Меня позови, я быстро его найду. У меня велосипед есть, всю округу объеду.

- Спасибо, Игорь, если сам не придет, тогда попрошу.

- Как твое здоровье, смотрю, ходишь понемногу?

- Хромаю, но рада, что не перелом. А ты откуда идешь, и почему не на работе?

- Перед армией решил немного дома побыть.

- А я школу пропускаю, тяжело до нее добираться. Девчонки домашнее задание приносят. Еще два года доучусь, и поступать буду, в мед. училище. Хотела раньше поступить, но мама не разрешает все маленькой меня считает.

- Жди меня, отслужу, и вместе поедем на учебу. Я в военное училище хочу поступать. С Татьяной я расстался, не люблю ее. Зачем ходил туда, сам не понимаю. Пока не встретил тебя, запала ты мне в душе, Зоечка. Не могу я говорить красивые слова. Давай будем дружить с тобой. До армии осталось недели три-четыре. Ты не против этого?

- Я люблю тебя, Игорь, и готова идти за тобой.

- Тогда поцелуй меня, - и она припала к его губам.

- Теле-теле тесто, жених да невеста! - прыгал во дворе Никитка.

- Не кричи, иди отсюда, видишь, мы делом заняты! - сказа Игорь.

- Я все расскажу маме, она тебя Зоя поругает. А то все мне одному достается, такой я у вас непослушный.

- Мы не целовались, а просто говорили на ушко друг другу. Чтобы другие не услышали.

- А зачем губами прижимались. Нет, меня не проведешь, все маме расскажу! - и Никитка выбежал со двора.

- Я не прощаюсь, до вечера, Зоечка. Приду, как стемнеет, тогда нам никто не помешает, Никитка спать будет.

- Я точно знаю, он все расскажет маме. И она обязательно скажет, что я сильно тороплюсь. Рано еще с парнями дружить.

- Успокой ее, мы ничего плохого не сделаем. Потому что ты мне не безразлична, Зоечка.

Вечером, собираясь на свидание, Игорь напевал себе под нос.

- Куда собрался, сынок, к Татьяне, или еще к кому? – задала вопрос мать.

- С Татьяной порвал все отношения окончательно. К Зое пойду, она ждет меня.

- Смотри, если Татьяна узнает, плохо девчонке будет, она ее в порошок сотрет.

- Я не позволю ей этого сделать, мама. У меня на это случай есть свои козыри.

- Подождать нужно было, сынок, пока она успокоиться, а не злить ее.

- У меня времени нет. Зоя будет писать мне в армию. И ждать будет, она любит меня.

- Зоя еще мала, у нее может все измениться. Встретиться ей парень, влюбится и забудет про тебя. Тогда тебе еще хуже будет, сынок. В армии это остро ощущается.

- Не нагнетай остановку, мама, все будет хорошо.

В окнах Зоиного дома света не было, и он решил постучать в окошко. Но сзади его обхватили руки девушки.

- Что собрался делать, всех домочадцев разбудишь. Они уснули, а я выскользнула в окно. Никитка все рассказал маме, и она отругала меня.

- Пойдем на соседскую лавочку, Зоечка. Она далеко от дома, там нас никто не услышит. Я хочу спросить тебя кое о чем.

- И я уже догадалась, о чем, буду ли я ждать тебя из армии? Да буду честно ждать, потому что люблю тебя.

- Все так быстро произошло, я не успел еще в себе разобраться. Но чем-то ты меня зацепила, Зоечка, и потянула к себе. Ты случайно магнит с собой не носишь.

- Ношу, вот он где у меня, - и Зоя показала рукой на сердце.

- Давай продолжим целоваться, днем Никитка не дал, - он припал к ее горячим трепетным губам.

- Вот вы где сидите, голубки, воркуете, - Татьяна стояла перед ними, уперев руки в боки. - Как это понимать, милый? Вчера со мной гулял, а сегодня малолетку задумал развращать! А мать ее знает, чем девочка занимается! А ну-ка иди отсюда! - Татьяна схватила Зою за волосы, и потащила к дому. - Сейчас мамаша узнает, чем ее доченька занимается, когда она спит! Сбежала из дома, любви захотелось! Игорь мой, у меня на него свои виды, ты не путайся под ногами, малявка, раздавлю! У меня от Игоря будет ребенок!

- Отпусти ее, - Игорь рванул Татьяну на себя, и она расцепила руки. - Беги домой, Зоя, и ничего не бойся, я сам тут разберусь. Давай отойдем, права была моя мать, нужно было сначала поговорить с тобой. Но после того, что я увидел на пруду сегодня, мне не хотелось этого делать. Ты даже разговора не заслуживаешь, дружишь со мной, а спишь с Костиком, это нормально. Я до сегодняшнего дня и ни о чем не догадывался. Как ты ловко все проворачиваешь.

- Что ты мог видеть! Он хотел силой мной завладеть, но я не далась, убежала!

- А я видел другое. Ты не кричала, не звала на помощь, пока ребятишки на вас не наткнулись. Ты спокойно пошла в село и Костик за тобой. Я слышал, он говорил, это давно у вас тянется.

- Он врет все, а ты и уши развесил! Только ты один мне нужен! Я люблю тебя, Игорь!

- И еще одно, Татьяна, может быть, самое главное. Откуда ребенок взялся, я с тобой в интимных отношениях не был. Это ребенок Костика, вот и выходи за него замуж.

- Ты не так все понял! Я Зое просто так сказала, чтобы она отстала от тебя. Не уходи, Игорь, я люблю тебя!

- Одну себя ты любишь, и для себя стараешься на других тебе наплевать! - и Игорь зашагал в другую сторону от Татьяны.

Вот и поговорили начистоту. До чего дошла чужого ребенка ему приписывает. Он сам во всем виноват, не любил, а гулял с ней, зачем. Захочет ли теперь Зоя встречаться с ним. А если нет, то так ему и надо, в людях сначала разобраться нужно. Но вечером Зоя ждала его, и они гуляли до армии. С ней было легко и просто, и Игорь понял, что влюбился.

Застонала во сне Даша и Зоя вернулась в реальность. Что с ними будет, хозяин сказал, для ночного развлечения повезут. Достанется какому-нибудь грязному мужику. «Игорь, где ты, спаси меня»! Но вокруг тишина, за окошком начал дребезжит рассвет. Вдруг она услышала, как к дому подъехала машина. Не за ними ли?

- Девчонки, просыпайтесь, какая-то машина к дому подъехала, дверь открывают!

- Ну, красавицы, собирайтесь. Вот вам вода, умывайтесь, приводите себя в порядок, и в путь.

- Куда нас повезут, мы должны знать?

- Приедете на место, все сами узнаете, но это не скоро будет, - и хозяин закрыл дверь.

- Все девчонки, увезут нас, а куда, неизвестно. Давайте так, как только нас повезут к машине, - наставляла их Зоя, - постарайтесь вырваться и убежать. Самое главное кричите громко, чтобы соседи услышали. А теперь умываться и в туалет сходим.

- Готовы красавицы, по одной шагаем к машине, - хозяин пропустил вперед Зою. Она, как только очутилась за дверью сарая, оттолкнула охранника и побежала к открытым воротам. Выскочила и понеслась к виднеющимся домам, при этом громко крича. - Помогите, нас похитили! Помогите, вызовите милицию! - Но тут ее больно схватили за руку и потащили назад к машине.

- Я тебе сейчас глотку заткну, - шипел охранник, - готовьте остальным кляпы и руки вяжите. А эту наказать бы нужно, но шкуру подпортишь, и ее забракуют.

Девчат посадили в автомобиль с закрытым железным кузовом. Да еще провели в специальный железный отсек с невидимой встроенной дверкой, которая отодвигалась в сторону. Посадили на матрас и закрыли дверь. Чего они добились? Их никто не услышал, и вдобавок рты закрыли кляпами. Их постоянно швыряло по всему отсеку, пока не зацепились друг за друга ногами. У девчат из глаз лились слезы.

Хуторянин Петро встал с утра по раньше и выгнал на луг корову. Вчера он ездил в поселок и встретил там друга детства, который работал в милиции. Петро рассказал ему про крик из сарая, и тот заверил его, что они с утра приедут и проверят. Пропали три девушки, их ищут повсюду. Жене об этом не сказал, а то опять смеяться будет.

К крайнему дому подъехала машина. Такие машины называют летучками с железным закрытым кузовом. Странные какие-то соседи, приезжают, уезжают.

Петро встал за деревом и стал наблюдать за домом. Вот из ворот вывели девушку и вдруг, она вырвалась и побежала в его сторону, крича, «помогите, спасите». А чем он может ее спасти, у него только жидкий прутик в руках. Двое парней ее догнали и повели к машине. И тут же из ворот вывели еще двух девушек. Одна ростом маленькая, совсем ребенок. Все сходится, про трех девушек говорил друг. Что делать? Если выйдет из укрытия, его заметят, нужно переждать. Он лег в траву и затаился. Мимо прогромыхала летучка. Он хотел встать, но увидел у дома хозяина, тот закрывал ворота. Все, никого нет, он встал и побежал к дому.

- Чего бежишь, как угорелый, скотину отогнал?

- Далась тебе эта скотина! Уйди с дороги, ничего ты не понимаешь! – он схватил сбрую и выскочил из дома. Жена гневно кричала что-то ему в след. Быстро оседлав лошадь, вывел ее со двора. Но увидел, что с крайнего двора выезжает машина хозяина. Нет, не нужно ему показываться им на глаза. И он тут же забежал за калитку.

- Петро, да что с тобой, ты с утра какой-то нервный, - спросила жена. Если хочешь похмелиться, на, - и она протянула ему рюмку.

- Не нужна она мне! И ты пока зайди в дом, не мельтеши на крыльце! - У жены глаза полезли на лоб. Что-то не так с мужем, он никогда не отказывался от выпивки. Даже наоборот, постоянно выпрашивал. Проехала машина. Переждав минут, пять Петро выскочил из ворот и поскакал по дороге.

- Видно от пьянки у него белая горячка началась. То голоса ему слышаться. А тут совсем одурел, от выпивки отказался, и поскакал куда-то сломя голову. К врачу его везти нужно, а то совсем свихнется.

Петро быстро домчался до отделения поселковой милиции.

- Тебе к кому друг, сюда посторонним нельзя?

- Мне к начальнику, я по важному делу. У нас с хутора сейчас вывезли трех девушек. Одна вырвалась и кричала, помогите, спасите. Ее догнали и посадили в летучку.

- Так, подожди минутку. Прохоров, к тебе посетитель с важным сообщением.

- Кто тут ко мне, проходите, что за срочность такая, с утра пораньше!

- Я уже дежурному говорил. Сегодня рано утром с хутора вывезли трех девушек. Одна из них кричала, помогите, спасите. А несколько дней назад я шел мимо сарая. И мне оттуда тоже кричали о помощи, чтобы я в милицию сообщил. Но я был пьяный и подумал, что у меня галлюцинация. И жена это подтвердила. Допился говорит, черти тебе слышаться.

- Подожди минутку, сейчас позвоню. – Товарищ подполковник, видно нашлись пропавшие девушки. Прискакал хуторянин. Два часа назад он видел, как их увозили на машине с кузовом. Номера ты не заметил?

- Нет, где там, сам прятался в траве, чтобы его не обнаружили. – Есть собирать опергруппу. Ты езжай домой, - обратился он к Петру, - скоро и мы подъедем. Без нас к дому не суйся, вдруг там кто-то есть.

Петро от дома видел, как работала милиция, оцепили весь дом, вскоре и его пригласили к месту происшествия.

- Вот тут нашли одежду. Видимо девушек, одна из них школьница. Повезем родителям на опознание. Эх, Петро, Петро, если бы ты раньше нам сообщил, мы бы отбили их у бандитов.

- Кто же знал, с виду неплохие, уважительные люди тут жили. Женщина у нас брала молочную продукцию. Но моя жена обособленная женщина, и мало с кем идет на контакт. Только меня ругает, выпиваю иногда.

- Бросай ты это занятие, оно до добра не доведет. И договоримся на будущее, о всех людях, прибывших на хутор, сообщать своевременно. Это будет тебе ответственное задание от органов милиции. Считай, что ты у нас служишь внештатным сотрудником. - Оперативник подал ему руку и заспешил к машине.

- Кто это, и что им от тебя нужно? – спросила Петра жена.

- Это ты во всем виновата. Не нужно было слушать тебя, и девушки были бы спасены. А теперь меня назначили сотрудником органов милиции. За хутором назначили следить и все им сообщать.

- Да у тебя белая горячка началась, откуда у нас тут девушки? Стариков с десяток наберется, да двое новичков. Все, срочно к доктору тебя везти нужно! Болезнь все сильнее и сильнее прогрессирует!

- Ты лучше похмелиться мне дай!

- А теперь вроде бы в себя приходит, - и она опрокинула рюмку в рот, не поморщившись.

- Вот как у нас трезвенники живут. Сама говоришь, пропадает выпивка. На махнешь рюмочку, и на меня все сваливаешь, а я тут ни при чем!

- Так, новоиспеченный сотрудник милиции! Иди, занимайся делом! - и жена замахнулась на него полотенцем.

Девчатам казалось, что не будет конца и края путешествию. Да еще и рты были забиты кляпами. В отсеке темно, они не видели друг друга, только ощущали. Наконец машина остановилась, и загремели засовы. От света, тут же закрыли глаза, нужно было сначала привыкнуть.

- Ну, цыпочки, как вы тут? В туалет захотели, давайте по одной будем выбираться? Рты пока не откроем, но руки развяжем, нужду справить.

- Их трое, не убежишь, догонят, - Зоя оглянулась, вокруг была ровная степь и еле видная проселочная дорога. Вот почему их так швыряло.

- Иди за машину, только не вздумай убегать, пристрелю, - и охранник показал Зое пистолет. – Девчонки сходили по нужде, и их тут же затолкали в отсек. Рты освободили, и это уже хорошо.

- Вот вам корзинка с едой, проголодались поди. А нам и того нельзя делать. Пока ценный груз не доставим, расслабляться нельзя.

- Зачем вы это делаете, мы такие же люди, как и вы! - закричала Зоя.

- Не такие, вы ценный груз, за который платят деньги! - и охранник засмеялся.

- Уже то хорошо, что мы можем поговорить и немного расслабиться. Не видно, что они нам положили в корзинку. Хлеб, колбаса, в термосе вода или чай, сейчас посмотрим, - Зоя начала отвинчивать крышку термоса. Вода, я пить хочу, во рту пересохло. Давайте немного подкрепимся, не хнычьте, все равно нас никто не услышит. На улице смеркается, видно ночь надвигается. Давайте кушать, нам силы нужны для борьбы. Мы не будем сдаваться, берите хлеб с колбасой, и Зоя, всхлипнув, уткнулась в Дашино плечо. – Где мой Игорь, если бы он узнал, он бы спас меня?

- Мамочка, спаси меня, - стонала Иринка, - я слушаться тебя буду!

Долго сидели, обнявшись, и только слышны были их всхлипы. Незаметно для себя уснули, видно сказалась тяжелая дорога. Проснулись от чьих-то голосов. Говорили охранники, - дальше нам не велено совать носа, будем ждать, когда за ними приедут на телеге.

- Слышите, на телеге приедут, вот оттуда и сбежим. Готовьтесь, растирайте затекшие мышцы. Осталось немного еды, подкрепимся и выпьем по глоточку воды. Телега не машина, попробуем вырваться.

Примерно через час зафыркали лошади и девчат вывели из машины.

- Ваши новые хозяева, - сказал им охранник, - с ними дальше поедете цыпочки.

- Сволочи! - кричала Зоя, - не будет вам добра, людьми торгуете!

- Закрывай ей рот, разговорилась, давно хотел наказать ее, надоела! - и охранник ударил Зою по щеке. Из глаз ее хлынули слезы, - ублюдок! - и тут же кляп закрыл ей рот. - Готовьте свои ручки, дорогуши, а то повыскакиваете из телеги. Сидите смирно, скоро будете на месте. Вас там уже точно, никто не найдет.

Ехали долго по степям и ухабам, без дороги. Где они, бескрайняя степь, только птицы проносятся стайками над ними. Впереди сидел преклонных лет мужчина, с седой бородой. Злые глаза сверкали из-под густых ресниц. Было только слышно его понукание лошадьми. Хотели бежать, а куда, неизвестно. Их больше суток везут по бездорожью, убежишь, заблудишься, волки загрызут. В степи их говорят, много рыскает. Надежда на побег угасла.

Степной ветерок ласково обдувал. Солнце перевалило через середину. Сейчас вторая половина дня. Вдруг увидели табун лошадей, а за ними отару овец. А тут и три собаки залаяли, несясь им навстречу. Видимо, приехали, вот они три юрты, посреди степи. Издалека незаметны, все под цвет степного окраса.

- Тпру, Мария, принимай гостей, - басом сказал их кучер. Навстречу вышла моложавая лет за пятьдесят женщина.

- Да что же вы связали их, отсюда все равно не убежишь. Троша, развязывай, не смогу я одна. - Она выдернула кляпы изо рта пленниц. - Эх, была бы моя воля, убежала бы отсюда.

- Молчи, женщина, - и Трофим огрел ее вполсилы кнутом.

- И я получила, давно ты не стегал меня, Троша, потому что покорная стала.

- Мария, отведи их в юрту, да собак приставь охранять, понятно. - Он распряг телегу и поехал верхом к табуну.

- Тетя Маша, где мы и как нам отсюда сбежать? - спросила Зоя.

- Сама не знаю, а сбегать пробовала, но возвращалась назад. Если не знаешь дороги, отсюда не выберешься.

- Вас, что, тоже здесь силой держат? - поинтересовалась Зоя.

- Да, это давняя история, я уже тут годков тридцать. Молодая была, - начала свой рассказ Мария, - полюбила парня, а он женился на другой девушке, и уехал в другое село. Я беременной осталась, родила сына. Жила одна, тяжело было, но я справлялась.

А тут в село приехал Трофим, нелюдимый мужик. Он и в молодости выглядел грозно. Присмотрел он меня, и позвал замуж. Я не соглашалась, не люблю, и все тут. Так он приехал на телеге ночью, связал меня, вот как вас, погрузил кое-какие пожитки, сына и повез в неизвестном направлении. Захныкал сын, я попросила развязать меня. Он согласился, но с условием, что я не сбегу, иначе сына не получу.

К утру мы оказались в степи, сколько ехали не знаю, пока не очутились в этом месте. Оказывается, он батрачил тут, пас хозяйский табун и отару. Это долгая история, я конечно, против того, чтобы к чему-то принуждать силой. Недавно мужчин привозили, так они по желанию ехали за границу, говорят, там платят хорошо.

- Вот так дела, нас, что, тоже за границу хотят увезти! - Даша расплакалась.

- Про вас не знаю, и помочь вам ничем не могу. Даже если уйдете отсюда, вас дорогой поймают. Степь кругом, и вы все как на ладони. Да и собаки не отпустят, они слушаются хозяина. Располагайтесь, сейчас на полу постелю. Еду принесу позже, ее еще сготовить нужно.

Мария кое-чего не договаривала, есть тут тропка, и она выводит на шоссейную дорогу. Но до нее идти нужно горами. Их все равно отсюда не выпустят, у хозяина много охраны. Две фермы содержит коневодческую и овцеводческую.

Ей иногда казалось, что все они в ловушке, без разрешения хозяина никого, никуда не выпустят. Говорят, что деньги он людям платит хорошие, но точно не знают. Спрашивала Трофима, сколько ему хозяин платит, он отвечал, что на их век хватит. Так с не любимым век и коротает. А где он любимый-то, ее Коленька. Когда узнал о ее беременности, сбежал с ее же подругой.

Мария вдруг вспомнила, как начиналась эта любовь. Давно она этого не делала, запрещала себе, не стоит он ее слез.

Жили они вдвоем с матерью. Отца она не знала, в селе поговаривали, что трактористы приезжали на посевную, и приголубили деревенских девчат. Из-за этого от матери отвернулись все родственники. На селе это считалось позором для всей семьи. Так и жили они обособленно, со старой, глухой бабушкой. Она умерла и оставила им небольшой, ветхий домишко. Мать и этому была рада, подмазывала, да подбеливала облупившиеся стены.

Училась Мария хорошо, но средств, продолжать дальше учебу у них не было. Осталась в селе. Председатель пристроил ее в конторе уборщицей и разносчицей. Она носилась целый день по бригадам. Давала указания председателя колхозникам.

В свободное время помогала счетоводам в бухгалтерии, сводила дебет с кредитом. Ей нравилась эта работа, и она мечтала отучиться на бухгалтера. Но сначала нужно заработать деньги. Мария хорошо пела, и ее взяли в колхозный хор. Баянистом был самоучка Николай, разбитной, сельский парень. Он и руководитель, и хореограф, все в одном лице. Однажды после репетиции он попросил ее остаться.

- Мне с тобой нужно индивидуально порепетировать. Голос у тебя хороший, будешь запевалой.

- Николай, а ты с бабкой Дуней порепетируй, она соловьем заливается, -хористки засмеялись.

- Все зубы скалите, я вас больше не задерживаю. Придете во вторник, как и договаривались. Не простудите свои горлышки, смотр скоро.

- Мария, если он будет обижать тебя, скажи, мы ему бока намнем.

- Идите, балаболки, вас мужики дома ждут, без ужина сидят.

- Коленька, золотце, меня никто не ждет. Может мне задержаться часика на два.

- Идите, тетя Вера, не мешайте работать.

- Мария, я подготовил песню и тебе нужно ее пропеть, вот текст. Музыку я наиграю, и спою, как умею. Неплохо для первого раза, я сейчас провожу тебя, на улице темно. Осень наступила. Унылая пора, даже ее краски не радуют.

- А мне нравиться осень, даже в дождь и слякоть хочется куда-то идти, что-то делать.

- Это связано с твоей работой, носишься целыми днями по бригадам и фермам.

- Телефоны у нас такие, день работают, неделю их налаживают.

- Не пробовала куда-нибудь поступить? Твои одноклассники почти все разбежались в разные стороны.

- Человек пять осталось, все в колхозе работают. А ты не хотел бы продолжить учебу по профессии?

- Меня председатель не отпускает, не кем заменить. Я ему говорю, как же они раньше обходились без баяна. Молчит, без музыки пели и говорят, неплохо получалось. Я еще и танцевальный кружок хочу организовать, все разнообразие какое-то. Можешь приходить, и для тебя дело найдется.

- Какие из наших баб танцорки, в возрасте они, не пойдут.

- Я их и не приглашаю, старшеклассники из школы придут.

- А я-то подумала, - Мария пошатнувшись в грязи, привалилась к Николаю.

- Маша, можно я буду тебя так называть. Ты мне давно нравишься, - он обнял и прижал ее к себе. – Я просто не знал, как к тебе подступиться. Я ты сама за меня решила, и так даже проще. Я нравлюсь тебе, но хоть немного?

- Николай, - Маша засмеялась, - я просто в грязи поскользнулась и невольно прижалась к тебе, прости.

- Нет, Машенька, это все неспроста. Нас тянет друг к другу магнитом.

- Не скрою, ты мне нравишься. Но я тебя совсем не знаю.

- Чаще будем видеться, это я тебе обещаю. Могу у председателя тебя отпрашивать на репетиции.

- Нет, Николай, нам и вечера хватит. Все дела дома переделаем, можно и отдохнуть.

- Машенька, это будет не отдых, а работа. Приходи завтра на репетицию танцевального кружка, я буду ждать.

- Сам же сказал, там молодежь будет, куда мне с ними тягаться.

- В прошлом году только школу окончила и уже старуха. Давай-ка я тебя покрепче обниму, - и он нежно припал к ее губам.

- Николай, Коля, я еще ни с кем не целовалась.

- Это хорошо, значит я у тебя первый. И думаю тебе это занятие понравиться. До встречи, Машенька, я тебя буду ждать.

Мария подошла к дому, перевела дыхание. Губы моментально припухли от поцелуев, и она тронула их пальцами. Света в окошках нет, значит, спит мать. Так, даже еще проще, объясняться не нужно. Мать работает дояркой и вечером ложиться рано. Спит крепко, ее и пушкой не разбудишь. Но завтра обязательно спросит, во сколько она пришла. Коля, Коленька, вот какой ты на вкус, настойчивый, темпераментный. Она еще согласия не дала на дружбу, а он уже все за нее решил. С этого дня, каждый вечер Мария бежала на репетицию в клуб. После репетиции хора, Николай задерживал Марию, чтобы заниматься с ней индивидуально. Домой не торопились, Николай сам закрывал здание клуба. Он был настойчив в своих отношениях, проявляя свой упорный характер.

- Коля, ты слишком торопишь события, я не могу так.

- Машенька, я же тебя люблю, ничего не бойся, со мной не пропадешь. – Он положил ее на топчан и навалился своим телом, - Машенька ты моя мечта, мы с тобой никогда не расстанемся!

- Коленька, я не могу себе этого позволить. Это выше моих моральных принципов.

- Отбрось, все это предрассудки старых бабок. Самое главное любовь, доверься мне, я тебя не обижу.

- Нет, сказала Мария, но было уже поздно что-то изменить. И она поплыла по течению. Волны наслаждения захлестывали ее. Она вдруг начала ощущать неизвестные до этого времени чувства. Дрожь пробежала по ее телу. И только в сознании иногда мелькало, что все произошло слишком быстро. Но новые волны желания отбросили сомнения на задний план.

- Машенька, ты теперь только моя! Оденься, сюда люди могут войти.

- А ты, что, даже не закрылся, ой, - и Мария начала поспешно натягивать на себя одежду.

- Да расслабься ты, я тебе обещаю, в следующий раз будет еще лучше. Тебе сегодня больно было. Но ничего, все девушки через это проходят.

- Ты как будто, не одной девушке это говорил, а многим. Посмотри мне в глаза, у тебя до меня были девчонки?

- Что ты выдумываешь, все у нас хорошо будет. Пойдем домой, я тебя провожу, хотя грязи по колено.

Вот так любовь, милый боится запачкаться. Что она наделала, не могла устоять под его чарами. С завтрашнего дня все будет по-другому. И пока не жениться на ней, никаких вольностей она ему не позволит. Но на другой день, оказавшись рядом с ним, забыла все свои страхи и сомнения и окунулась в любовную страсть.

Осень была дождливой, лужи не успевали просыхать. И Мария однажды начерпала полные сапоги воды. На другой день слегла с простудой, температура зашкаливала. Мать пробовала лечить народными средствами, но они не помогали. Вызвали фельдшера, и он ей приписал противовоспалительные уколы.

Две недели, Мария провалялась в постели. Однажды прибегала ее подружка Тоня, узнать, когда она выйдет на работу. А еще шепотом сказала, что про нее спрашивал Николай. Мария недоумевала, почему он не пришел ее проведать. Днем мать на рабате, и она одна была в доме. Организм молодой, стал набирать силу, и Мария пошла на поправку.

Вечером, перед выходом на работу решила сходить в клуб. Спевки прошли, и Николай сейчас должен быть один. Но что-то ее остановило, и она решила подглядеть в окно. В шторах пробивалась щель, и то, что увидела Мария, повергло ее в шок. Ее любимый Коленька занимался любовью с ее же подругой Тонькой. Мария отпрянула от окна, нет, не может быть. Она ошиблась, он любит только ее. Привалилась всем телом к дому. Перевела дух, и пошла, пошатываясь в сторону своего дома. Мозг сверлила мысль, нет, такого не должно быть. А подруга, какова, знала же, что Мария дружит с Николаем, и подложила такую свинью. Нужно это пережить и вычеркнуть его из своей жизни.

С этого времени Мария перестала ходить в клуб. Хотя председатель лично беседовал с ней на эту тему. И все может быть, со временем забылось, если бы не ее беременность. Она почувствовала головокружение и тошноту по утрам. Но не только она, это заметила мать. И начала допытываться, кто отец будущего ребенка.

- Мама, а нет никакого отца. Есть развратник, и предатель. Не нужна ни я ему, ни ребенок. Это баянист Николай, он уже нашел мне замену, пока я болела.

- И надо же было именно с ним тебе связаться. Сколько девок он уже обрюхатил. В прошлом году из села от позора уехала Вера Синицина. Говорят, у нее родилась девочка, вылитая Николай. Ее родители хотели прижать его, но он увернулся от ответственности.

- Мама, почему ты об этом до сих пор молчала. Я ничего не знала о нем, думала порядочный парень. Что теперь делать, посоветуй, мама?

- Будешь рожать, вот только я тебя от себя не отпущу. Ты у меня одна, вместе вытянем ребенка. Он не виноват в ваших грехах.

И все же Мария решила переговорить с Николаем. Она дождалась конца репетиции и вошла в комнату. Там сидя на топчане, целовались Тоня и Николай.

- Привет честной компании, что Коленька, замену мне нашел. Быстро переключился, я даже оглянуться не успела. Мне с тобой серьезно поговорить нужно, выйди, Тоня.

- Она останется здесь, мы скоро с ней поженимся.

- Вот даже как! Тоня, не слушай и беги от него! Он, таких как ты, развращает, а потом бросает! Помнишь Веру Синицину, у нее от него девочка родилась! А он делает вид, что ничего не произошло.

- Все ты назло мне говоришь! Скажи, Коля, что это неправда!

- Не слушай ее, она хочет, чтобы я с ней дружил! Но ничего у нее не получилось. Вот она и злиться, и наговаривает напраслину на меня.

- А кто говорил, что любит меня. И еще, - Мария покраснела, - она спал со мной, как мужчина с женщиной. До этого я была непорочна, только попробуй отказаться, я убью тебя!

- Пошла вон отсюда, никого я не совращал, я люблю только Тоню!

- Я не договорила до конца. Я беременна от тебя, у меня будет ребенок.

- Какой ребенок, откуда он взялся! С кем-то нагуляла, а мне хочет навязать!

- Ох, и подлец ты Коля! Ты не заслуживаешь, чтобы быть отцом! Так и будешь за каждой юбкой волочиться! Не серьезный ты парень. Этого ребенка я выращу сама, без тебя. А когда он вырастет, я ему скажу, что отец его подлец.

- Говори, что хочешь! И не нужно мне навязывать себя, иди своей дорогой!

- А ты Тоня запомни! Такие как он, даже если и женятся на тебе, будут всю жизнь по другим бабам бегать. А ты будешь страдать и ждать, когда же он образумиться.

Мария выскочила из клуба и, не разбирая дороги, бросилась на речку. Встала у крутого обрыва и хотела броситься в омут. Но тут, кто-то схватил ее за руки и оттащил от края.

- Кто ты отпусти, дай довести дело до конца!

- Нет, ты еще молодая, тебе жить, да жить нужно.

- Не хочу, - она повернулась и увидела сельчанина, дядю Матвея. – Это вы, дядя Матвей, ничего вы не понимаете.

- Где уж мне понять, молодых. Зачем жизнь губить, из каждого безвыходного положения можно найти выход. Хотя бы один из ста, но его можно попробовать. Я уверен, ты сильная девушка и у тебя все получиться. Знаю мать твою, ты о ней подумай, как она после этого жить будет, одна одинешенька. Поплачь дочка, легче будет, и пойдем домой, я тебя доведу. Матери ничего не говори, переживать будет.

Мария зашла в дом и шмыгнула за занавеску, мать звала ее ужинать, но она отказалась. После разговора с Николаем, ей кусок в горло не лез. Натворил дел и в кусты. Но больше всего она сама виновата, поверила в его любовь, да и сама влюбилась по уши. Все, нужно забыть и не вспоминать больше о нем. Но сразу не забыла и до родов страдала. А после как отрезала и всю любовь отдала своей кровиночке, своему сыночку Васеньке. Но он подрастал и делался похожим на Николая. Те же глаза, тот же нос, брови, подбородок. Один в один Николай. Мать сетовала, надо же было так уродиться, всю жизнь будет напоминать подлеца. Но этому не суждено было сбыться, умер ее сыночек. И ее задержал, здесь около себя. Мать завет ее к себе обратно, состарилась, трудно одной.

Трофим уехал пасти табун. И Мария решила рассказать девчонкам куда нужно идти. Но в успехе уверена не была. Тут вся округа на виду. Но не успели девчонки отойти на несколько шагов от юрты, как наперерез им, из-за пригорка выскочил Трофим.

- А ну назад, иначе собаки загрызут! - те с рычанием бросились наперерез. – Ты чего творишь, Мария, нас же убьют! - он замахнулся на нее кнутом. А вы, марш в юрту и носу оттуда не высовывать, иначе худо будет! - он погнал их в юрту.

- Вот и кончилось наше везение, девчонки. Теперь отсюда не выберемся, никогда.

- Сами да, но нас увезут, а куда, мы не знаем! - все трое обнявшись, заревели в голос. Отчего собаки залаяли сильнее прежнего. Трофим зашел в свою юрту, Мария лежала на матрасе, уткнувшись лицом вниз.

- Обижаешься, не злись, так надо. Мы не знаем кто они, и откуда их везут! И это не наше дело!

- В первую очередь это люди. А их как скотов гоняют по степи. Неужели тебе их не жалко, хотя, о чем я говорю!

- Почему ты так обо мне думаешь, жалко, да еще как! Но мне и тебя жалко! Я люблю тебя, дурочка! И хочу, чтобы ты попала домой, к своей матери! Да и мне хватит работать на чужих людей! Деньги скопили, и не малые, на оставшуюся жизнь хватит!

- А как будем жить, с таким грузом за плечами? Мы с тобой тоже причастны к их исчезновению! Давай убежим все вместе, пока не поздно!

- Поздно, Мария, поздно, с минуты на минуту сюда прибудет еще одна партия девушек. Потом их сам хозяин переправит на вертолете дальше. Я тебе обещаю, что после этого, мы с тобой уйдем отсюда. Я даже не буду ждать расчета за этот год. Уйдем другим путем, о нем, кроме меня никто не знает. Не плачь, мы лишь пешки в этом деле и ничем им не поможем.

- Нужно было раньше уезжать отсюда, а ты меня не слушал, упрямился.

- Хозяин не отпускал, говорил, что скоро он здесь будет сворачивать свое хозяйство. Скотину всю переведет, старый стал, заниматься таким делом.

- Какой же он старый, чуть старше нас, притворяется он. Втянулся в это дело и ничем его не остановишь.

- Не плачь, доверься мне. Иди, готовься к встрече еще одной партии. Для нас она будет последней, я тебе обещаю.

После обеда прибыла еще одна партия девушек и двое молодых охранников. Куда отправят такую ораву, Мария недоумевала. Еще шесть девушек, которые сразу же разделились на две группы. Одна троица вела себя раскованно, улыбки не сходили с их лица. А другие смотрели на них вопросительным взглядом. Хотелось утешить их и сказать, что мы не знаем, куда их повезут и помочь ничем не можем. Мария собрала всех девушек в одной юрте. В середину юрты встала симпатичная боевая девушка.

- Посмотрите-ка, да мы здесь не одни! Ну здоровы были! Меня Марго зовут, а вас как? Чего уставились, давно людей не видели! А это мои подруги, Светик и Ленусик. Идите сюда поближе, девчонки. Чего у всех рожи кислые, радоваться нужно, за границей работать будем.

- Где!? - У Даши выпала из рук кружка с водой и пролилась на матрас.

- Вот тетеря, теперь на мокром матрасе будем сидеть! А ну подвиньтесь в угол, мы это место облюбовали! - и Марго подошла к девчонкам.

- Сидите девчонки, не подчиняйтесь! Здесь и без этого много места! Мы вам не мешаем! - вмешалась Зоя.

- Ну, ты! Кто ты такая! - и Марго толкнула Зою в бок.

- Не видишь, человек! И только кого тронь! Тебе мало не покажется! - встала перед ней Зоя.

- Ты правильно говоришь. Надоела она нам, всю дорогу командовала. Давайте знакомиться, все мы детдомовские. Пропали, ну и что, нас никто искать не будет. Никому мы не нужны. А это она, Марго виновата, без нашего спроса записала в эту команду. Мы хотим жить у себя на родине, понятно! - сказала Тома.

- Напугала, да я тебя на куски порву, лярва! - окрысилась Марго.

- Сама такая, попробуй, тронь, отпор дадим! - не унималась Тома.

- С твоими цыпочками-то! Да они и слова против меня не скажут, потому что бояться меня! - сделала страшную гримасу Марго.

- Смотри-ка страшилище какое, - сказала Зоя, - нас уже шестеро против вас, да девчонки. Идите ближе к нам, вместе держаться будем, - Зоя пропустила девчонок ближе к стене юрты. Вы будете под нашей защитой, вас тут никто не тронет.

- Да нужны вы нам, да девочки, - и Марго засмеялась, да так громко, что залаяли собаки. - Видите, даже псы меня поддерживают. Пойду у охранников сигарету попрошу, а может и выпивка найдется, - и Марго вышла из юрты.

- Ребята дайте закурить, без курева уши опухли. Вот молодец, разбогатею, отдам с лихвой, и не только сигареты, но и самою себя. А может быть, сейчас попробуем, я девушка горячая, темпераментная, - засмеялась Марго.

- Иди в юрту, выходить наружу запрещается, - и охранник подтолкнул Марго внутрь.

- Принесла, давай, делись, - Светик выступила вперед, и протянула руку.

- Дали всего одну, делить будем на троих, - а эти пусть слюной давятся, - показала рукой в сторону девчат Марго.

- Я раньше курила, а сейчас брошу, из принципа, что хоть чем-то отличаться от них. Кстати, меня Томой зовут, а это Женя и Зина.

- Девчонки, давайте жить мирно, - сказала Зоя, - мы еще не знаем, что нас ждет впереди.

- Я знаю, мне по секрету сказали. Работать будем, петь, плясать и деньги большие за это получать! - отрапортовала Марго.

- У вас, что у всех талант к этому есть. Вот я, например не пою и не пляшу, медведь на ухо наступил. Но зато хорошо готовлю, в семье сестры научилась. Им постоянно не когда было. – Даша смахнула набежавшую слезу, - когда я их еще увижу.

- Не плачь, - Зоя прижала подругу к себе, - может быть, попытаемся ночью убежать, - сказала она шепотом, дорогу отсюда мы знаем.

- Я лично не побегу, меня все устраивает, и мои девчонки останутся со мной. - Марго выбросила окурок и присела на одеяло.

- Тебя никто и не приглашает, а мы попробуем, может, чего и получится.

- Мы тоже с вами, не хотим в чужие страны ехать. Здесь родились, здесь и останемся, - сказали вновь прибывшие.

- Тогда раньше ложиться. А среди ночи, я вас разбужу, только без шума, понятно! Меня Зоей зовут, а это Даша и Иринка.

- Хорошо, Зоя, будешь за старшую у нас, а я помогу тебе, - подала ей руку Тома.

Мария накормила девчонок и охранников и легла на матрас. Сон не шел к ней. Трофим стонал во сне и похрапывал. Стонет от безвыходного положения, раскусил он наконец-то хозяина. Завтра с утра она сходит на могилу к Васеньке. Попрощается навсегда с ним и возьмет с собой горсть земли. Там на родине будет поклоняться ей. Тишина, притихли девчонки, охранники не спят, до нее доносится запах дыма, курят.

Угомонились девчонки, а Зое не спится, как все пройдет. Собаки не дадут им далеко уйти, но попробовать стоит. Заворочалась, села, чтобы сон не сморил ее.

- Не спится, - к ней подсела Марго. – Я помогу тебе, выйду к охранникам и отвлеку их. Ты думаешь, почему я такая бессердечная. Просто жизнь научила быть такой. Своих родителей я не знаю, сколько себя помню, все в детдоме. Отчаянная я была, пригласили старшие мальчишки с ними выпить, и я пошла. Ослабевшую, они насиловали по очереди, а мне и десяти лет тогда не было. Зачем пошла, да из любопытства? Затем они мне угрожали, если расскажу, убьют. Они смогли бы, никого не слушали. Я скрывала с ними связь, а они не отставали. Просили привести с собой подруг. Так мы втроем оказались в их компании. Постепенно втянулись в это дело, и уже не так страшно было.

- А куда воспитатели смотрели, директор, неужели не замечали ничего? - спросила Зоя.

- Я думаю, знали, но делали вид, что ничего не произошло, они тоже боялись их. Вскоре, эти ребята достигли совершеннолетия, и ушли из детдома. Больше мы их не видели. Они хотели на море поехать, в теплые страны. Так, что мне все равно кому я в следующий раз достанусь. А тут, что лучше, начальство стало приставать. Нам дали понять, что за жилплощадь надо рассчитываться. Они прекрасно знали, что денег у нас нет, значит остается натура. Они не успели. Подсуетился другой мужик. Нам предложили поехать за границу, заработать хорошие деньги. Вот мы и решили уехать подальше. Сказали, что мы будем в шампанском купаться.

- Не верьте им, здесь наша родина, и мы должны быть верны ей. Вместе с ней переживать все тяготы и лишения. Марго, чтобы не случилось, давайте держаться вместе, и помогать друг другу. Пора будить девчонок, ты посмотри, что там снаружи. - Зоя растолкала девчонок, закрывая при этом рты, чтобы не закричали.

- Проснулись, ну что, Марго, с нами пойдете, или останетесь.

- Останемся. Посмотрим заграницу, может, нам там понравиться. Охранники спят, собак рядом нет, выходите по одной и вперед. – Девчонки вышли из юрты и направились к пригорку, тишина. Но вдруг от юрты Трофима с лаем бросились собаки в их сторону. Забежали вперед и не пропускают дальше, таская за подолы платьев. – Ой мамочки, я боюсь собак, уйдите от меня, закричала Женя.

- Не кричи, всех перебудишь, бежим, за мной, цепочкой. - Но собаки не отставали от них. Проснулись охранники и, светя фонариками, бросились за девчонками. Трофим слышал все, но не встал, пусть сами разбираются, убегут, значит, их счастье. Хотя, ночью, не зная дороги. Почему не зная, он глянул в сторону жены. Она дала им ориентир, и теперь спит спокойно.

- Спасибо, что не поехал за ними, Мария положила руку ему на плечо.

- Так это ты все устроила и молчала?

- Нет, не я, вчера, да и если бы ты не завернул их, они бы далеко были.

- Никуда они бы не делись, а нам с тобой плохо было. Ты, что не замечала, есть две вышки на ферме, там дежурят люди днем и ночью. Это для того, чтобы не подпускать чужаков к территории ферм. Вот и девчонок обязательно увидят и пошлют за ними погоню. Им не выбраться отсюда. Если только пойти в другую сторону, но там крутые горы, и пока они поднимутся, будут все на виду. Это пока на них смотришь отсюда, думаешь, рукой подать, а на самом деле на восхождение нужно немало времени.

- Ты не понял, я благодарна тебе, что ты не препятствовал их побегу.

Охранники увидели девчонок и закричали, - стоять, не то стрелять будем. Девчонки замерли на месте, вот и закончилась их свобода, не успев начаться. - Всыпать бы вам ремнем, но нельзя трогать, подпортим товар. Такой приказ хозяина и мы должны его выполнять.

- Снова разговор про хозяина. Кто он такой, зачем мы ему нужны? – спросили девчонки.

- Разве непонятно, за нас он получит большие деньги. - Перепуганные девчонки сидели прижавшись друг к другу. - Спите, если сможете, набирайтесь сил, они нам еще понадобятся. Будем бороться до последнего, хотя бы этим себя оправдаем. Поддались на провокацию, доверились незнакомым людям и вот результат. Наши похитители тоже наживаются на доверчивых девчонках, таких как мы. Они на этом не остановятся, притихнут на время и примутся за старое. - Зоя прилегла рядом с Иринкой, та не успела коснуться подушки и тут же провалилась в сон. И только губы ее прошептали, - мама, мама.

Ничего в ее жизни не меняется, каждый день одно и то же. Зазвонили в дверь, Лена открыла и увидела милиционера, сердце ее запрыгало в груди.

- Иринку нашли, да говорите же скорее?

- Не нашли, но есть кое-какие обстоятельства, их нужно обсудить. Подходите в отдел, вас ждут в седьмом кабинете.

- Хорошо, я только оденусь и прибегу.

- Лена быстро разбудила сына, одела его и постучала соседке.

- Валюша, будь добра, отведи сына в садик, тебе как раз по пути.

В отделе ее быстро пропустили в кабинет.

- Проходите вы кто у нас будете, Елена Тюнева, мать Иринки Тюневой. Проходите, садитесь, успокойтесь, наконец.

- Не могу, не сплю, не ем, да и не живу толком, так существую только.

- Нельзя так, у вас же еще ребенок есть, живите хотя бы ради него.

- Я вот зачем вас вызвал, нашли похитителей вашей дочери. Вернее не их самих, а их след. Они привезли вашу дочь в соседний район, в глухой хутор, там всего несколько дворов. Один хуторянин видел трех девушек, которых увозили из крайнего дома. Сам он хозяев не видел, только издали. А вот его жена покупала у них молочную продукцию. Все, примерно, кавказской национальности. Видимо муж с женой, и два их сына. Как туда девушек привезли, хуторянин не видел.

Но однажды проходя мимо сарая, слышал мольбу о помощи. Он подумал, что это галлюцинация, везде уже голоса слышаться. В этом и жена его уверила, меньше по хутору лазить будет. И вот что мы нашли за сараем, в траве. Видимо сильно торопились, и не успели замести следы. А может быть надеялись, что никто ни о чем и не узнает. Если бы одна из девушек не сделала попытку побега. После этого хуторянин заявил в полицию. Вашу дочь взяли у школы, это не ее форма. Посмотрите внимательно.

- Ее, Иринка, доченька, где же ты? - Лена прижала вещи дочери к груди, и залилась слезами.

- Успокойтесь вещи нашли и ее найдем, никуда она не денется, - успокаивал ее сотрудник.

- Хорошо бы, можно я возьму их домой, это все, что от нее осталось, - попросила Лена.

- К сожалению, нет, это особые улики, и они будут храниться у нас. Это все, что я хотел выяснить, успокойтесь. По тревоге подняты все службы милиции, разосланы повсюду фотороботы предполагаемых преступников. Одного из них опознали, отослали запрос по месту проживания. Но ни его, ни его семьи там не оказалось. А вот личность еще одного похитителя пока не установили. Но я думаю, это дело времени. Если будет что-то новое я вас вызову.

Рано утром девчонок разбудил лай собак и странный звук.

- Девчонки, это вертолет, я по звуку определила, - сказала Даша. Кто-то сюда летит, может нас выручать торопятся.

- Скорее наоборот, мы для них кто, живой товар, вот и распоряжаются нами, как хотят. - Марго выглянула из юрты, - какие-то люди выходят, да они с автоматами.

- Сейчас нас всех перебьют, ой, мамочка, я боюсь, - Иринка прижалась к Зое.

- Не для того они нас прятали, убить, убили бы сразу. Куда-нибудь повезут, за моря, за океаны, - сказала Зоя.

- Не хочу, мама, помоги, забери меня отсюда, - причитала Иринка.

- Совсем ребенок, все маму зовет. Вот у нас мамы не было, никто нам не поможет, - да, девчонки спросила у девчат Марго.

- Она и так ребенок, четырнадцати еще нет. Это она вид такая, произошло раннее созревание.

- А почему им не сказали, они не имеют право несовершеннолетних брать, -возмущалась Марго.

- Для таких как они никаких законов не писано, отморозки они, не от мира сего. Трофим с женой подошли к какому-то человеку, дает он им что-то. А вот лица не разглядеть, фуражку надвинул пониже и очки во все лицо. Закрывает его, чтобы не разглядели. А на вид еще не старый, выправка военная видна, - поделилась с девчатами Зоя.

- Трофим тут проболтался, что он военный офицер и вертолет военный. Только не пойму, зачем ему все это, они и так неплохие деньги получают.

- Охрана идет сюда, готовьтесь девочки, сейчас поведут к вертолету, - предупредила девчат Зоя.

- Выходить по одной и шагом марш к вертолету, - сказал охранник. – Нас посадили в вертолет и отгородили от салона шторкой.

- Смотрите, девчонки, Трофим с Марией машут нам рукой, пока, пока, не смогли вы нас защитить, - махала рукой Даша.

- Где уж тут такая силища у хозяина, - тихо сказала Зоя.

- Прощайте друзья, спасибо за службу. Можете идти домой, больше вы мне не нужны. – Хозяин направился к вертолету, - Кобра, зачисть тут все, и в путь.

Трофим с Марией не успели сообразить, как их прошила автоматная очередь. Постреляли и всех собак, не оставляя никого в живых.

- Девчонки, Трофима с Марией убили, ой, не могу, - Даша заплакала.

- Тише вы, делаем вид, что ничего не видели, быстро уходите от окошка. Все перестань, Даша, услышат и нам несдобровать, им свидетели не нужны. - Зоя крепче прижала к себе Дашу, гладя ее по спине, а у самой из глаз катились слезы.

- Как вы тут, сейчас взлетать будем, из-занавески показалась голова охранника.

- Девчонки, я высоты боюсь, мне плохо будет, - в глазах Светика стоял ужас.

- Иди сюда, прижмись ко мне, я тебе помогу, - Марго обняла Светика, хотя если честно, и я не знаю, смогу ли вытерпеть перелет.

- И мы не знаем, ой, мамочки, дух захватывает, голова кружиться, - застонала Даша.

- Прижимайтесь крепче друг к другу, и не ныть, иначе нам несдобровать. – У Зои тоже кружилась голова, и тошнило. Но ей нельзя раскисать, на ней ответственность за подруг. Ее никто не просил опекать их, она сама так решила, немного старше их будет. У всех в глазах застыл ужас, они попали в руки отморозков и бандитов. Для них человеческая жизнь ничего не стоит, ими движет алчность к стяжательству. «Игорь, где ты, в последнее время я забыла про тебя, столько всего навалилось. Спаси меня и моих новых подруг, помоги нам всем, накажи наших обидчиков». Много времени прошло, пока они заметили, что вертолет пошел на снижение.

- Девчонки, под нами бескрайнее море, и такое красивое, аж дух захватывает, - ахала Тома.

- А у меня его захватывает от посадки, и мне все равно куда, - Марго скривила губы.

- Все, девчонки, прилетели, по одной выходите из вертолета и сразу в машину, она перед вами, - сказал охранник. - Как королев вас развозим, везде побываете.

- Королевы делают то, что хотят, а нас силой заставляют. Вот этим мы отличаемся от них, - высказала Зоя.

- Разговорчики в строю, будете бузить, мы вас накажем. Сейчас вас домчим до места с ветерком.

Ехали с час и наконец-то машина остановилась. Девчат не сразу вывели из машины, и они слышали, как о чем-то договаривались охранники. Наконец лязгнула задвижка, и они очутились около моря. Рядом с берегом на волнах качался небольшой катер.

- Теперь сюда, красавицы, да покучней, а мы вас покидаем. Не скучайте без нас.

- И вы без нас, таких хорошеньких девчонок отпускаете от себя. Мы бы вас не обидели. Пока не поздно, одумайтесь, верните нас обратно, - закричала Тома.

- Ага, и заработаем пулю в лоб, а нам это надо. Прощайте, у каждого своя дорога, - сказал парень.

- Плохая она у вас, кровавая, своих соотечественников предаете. И ради чего, ради наживы! Как вы жить с этим будете! - не удержалась Зоя.

- Разговорилась, заткните ей рот, и отчаливайте, наконец.