Виват, мой генерал!

— Да вы спятили? Она просто служанка! За такое оскорбления мы вполне можем развязать с вами войну.

— Попробуйте. Но не забывайте, что нападение на дворец мои родственники отбили почти что впятером. Как вы думаете, если появится реальная угроза, встанет ли вся Семья под королевские знамена? А если вспомнить, что Арианна теперь — невеста Дамиера Зиминика, то, как вы думаете, привлечет ли новый зять династии в эти события еще и своих родных?

Король Хелдерии, невысокий и какой-то тщедушный, замолчал. Но я все равно видел, какой злобой сверкают его глаза. И радовался, что все так вышло. Не самым лучшим образом для страны, но наилучшим вариантом для меня.

— Отдайте мне девчонку. И обсудим условия мира и торговли. Пока это еще возможно.

**

— Клара! Ты можешь поторопиться, дрянная девка?

Я только крепче сжала зубы. Дрянной я уж точно не была. И образование имелось, и родители зажиточные, хоть и не дворяне. И будь моя воля, я бы лучше в свинопаски пошла, чем прислуживать принцессе. Но только никто о том не спрашивал, чего я хочу. Вторая дочь короля требовала — и мне полагалось выполнять.

— Бегу, ваше высочество, — громко крикнула, надеясь, что это позволит избежать удара по спине или плечам от взбалмошной госпожи. А под нос пробормотала. — Ты скоро чешуей, как рыба, покроешься, если так часто в воде сидеть будешь.

Быть почтительной  у меня выходило не слишком хорошо.

Но пришлось снимать с крюка над огнем большой котелок и нести его к медной ванне, где ее высочество изволила готовиться к приезду гостей. Каких-то очень важных лордов из Лимерии. Лучшее платье было разложено на постели, нижние юбки сверкали золотом, а рубаха была такой тонкой, что сквозь нее можно было смотреть на свет. Оставалось только подготовить «начинку» этого пирога.

— Я точно велю тебя выпороть на конюшне, если опоздаю на встречу,  — зло, с шипением, выдала юная принцесса, дожидаясь, пока я добавлю горячую воду к уже набранной.

— Вода никак не закипала,  —  знала, что оправдываться не стоит, но не смогла смолчать и тут же получила подзатыльник такой силы, что рука с котелком дрогнула и соскользнула с тряпки, через которую я держала железную ручку.

— Вон пошла, никчемная! И чтоб выглядела подобающе,  а не как оборванка!

Перехватив пустой котелок, стараясь не морщиться от боли в обожженной ладони, я выскочила вон из покоев, радуясь такой удаче. Конечно, все время мне передохнуть не дадут, и уже через несколько минут принцесса позовет обратно, но я хоть успею смазать ожог и переодеться. Весь  подол платья замочила, а за такой вид в тронном зале могут и голову отрубить. И неважно, что стоять мне у самой дальней стены, изображая колонну.

Вбежав в свою коморку на этаже прислуги, я отставила котелок в сторону и распахнула сундук. Темное платье было слегка помятым, но чистым. И раз уж мне приказали сопровождать принцессу в ее свите, то придется одевать его, как есть. Гладить уж точно некогда.

— Может, просто сбежать? — тихо произнесла я, обращаясь к потолку. Стоять несколько часов, а потом выслушивать, что поза не та и платье сидит плохо, а мои темные, серые волосы не гармонируют со свитой ее высочества, не было ни малейшего желания.

**

Паскаль, старший брат Роана Третьего Лимейского, наследный герцог.

Дорога стелилась под копыта коня так ровно, словно ее посыпали волшебным порошком из детских сказок. Я даже не знал, стоит ли этому радоваться или лучше придержать коней, настолько сильно мне не хотелось оказаться при дворе старого короля Хелдерии. Но отказать Роану я не мог. Не после того, как спихнул на него корону. И плевать, что я никогда не рвался ее заполучить. Как старший в нашем поколении, я должен был нести ответственность.

— Милорд, кажется, нас встречают, — капитан моего отряда в три десятка отменных солдат натянул поводья. Как офицер, он ехал впереди, прямо передо мной, если не считать дозорных и разъездных, что мы отправляли вперед.

— Давно пора. Мы скоро таким маршем доедем до их столицы, а они только очухались, — буркнул я, переводя взгляд на хмыкнувшего знаменосца. На стяге красовался герб моей семьи, а не Лимерии, но любой дурак сейчас знал, кто правит соседней страной.

— Мы идем почти без обоза. Да и не думаю, что они ждали нас с этой стороны. Главный тракт куда лучше подходит для марша и путешествий вельмож, чем такие узкие тропы, — самодовольно фыркнул капитан, ожидая приказа.

— Разве это наша беда, что они так думают? — я пожал плечом с деланным безразличием. Но мне было приятно, что люди так довольны нашей маленькой уловкой.

Даже из рядов солдат доносились смешки. Пешие, хорошо вооруженные, в стеганых дублетах под доспехами, некоторые в крепких пластинчатых бригантинах, с длинными секирами и алебардами, они могли себе позволить подобное. В стремительном марше эти ребята превосходили по скорости любую известную мне пехоту. И сейчас, когда до столицы оставалось не более трех дневных переходов, а до летней резиденции короля, где мы должны были встретиться, всего-то пара часов, мои люди испытывали оправданную гордость.

— Никого не задирать. Вести себя достойно, — тихо предупредил капитана, зная, что и первые ряды услышат, и осадил веселье. Мы были на чужой территории и в любой момент могли оказаться в не самом лучшем положении, несмотря на приглашение. За спиной послышались щелчки. Арбалетчики, десяток стрелков с отменным зрением, проверяли, как работает их оружие. На всякий случай. Хорошо вышколенные, они и без подсказок знали, что делать.

**

Верховой в цветах короля, запыленный и взмокший от бешеной скачки, резко натянул поводья  в десяти шагах от нас, косо поглядывая на арбалетчиков. Если дурень надеялся, что с такого расстояния мои люди могут промахнуться, то его ждал бы неприятный сюрприз, реши мы стрелять.

— Кто вы и куда направляетесь со всеми этими людьми?!

— Паскаль, Восьмой герцог Эмерен, лорд Шанготи, старший сын и наследник Твердыни своего рода и старший брат короля Роана Третьего Лимейского, по приглашению его величества короля Хелдерии следует в замок Тритоаз, — гордо и громко проговорил мой знаменосец, чуть приподнимая древко, на котором красовалось знамя Семьи.

— Но, но… — лошадь посыльного загарцевала, заставляя всадника отвлечься. Парень был совсем молод, и я несколько удивился, что к нам направили столь неподготовленного провожатого. Справившись с разволновавшейся кобылой, парень вновь посмотрел на меня, теперь куда внимательнее. — Но вас ожидают по главному тракту. Сам епископ и канцлер его величества выехали на встречу. Вас ждали не ранее, чем послезавтра у границы.

— Это очень любезно, но не могу понять, по какой причине ваш епископ выбрал для встречи именно то место, — стараясь скрыть насмешку, проговорил я. — Еще несколько часов, и мы будем у стен замка. И, думается мне, куда быстрее, чем сумеет вернуться епископ.

Парень бледнел и краснел, но держался неплохо. Кажется,  юноша никак не мог решить, что же ему делать в подобной ситуации. Мне стало его несколько жаль, ведь чтобы так смело разговаривать с Трианонским лордом, стоя перед его отрядом, нужно либо не иметь страха по глупости, либо уметь с ним управляться.

Кивнув своему капитану, я внимательно разглядывал юношу. Вот бы мне такого оруженосца.

— Возвращайся в замок и предупреди своего господина и короля о нашем прибытии. Может, этим ты спасешь его от позора, — спокойно произнес капитан, прекрасно понимая, что я имел в виду.

Юноша поклонился, кинул на меня последний взгляд, повернул лошадь и дал ее шпоры.

— Неплох, — заметил капитан, косясь на меня. Пожилой солдат тронул поводья, пуская коня шагом.

— Узнай, что к чему, как прибудем, — велел я, чувствуя, что король не заслужил такого слуги.

Клара

Принцесса едва могла двигаться в парадном платье, но такие мелочи ее мало волновали. Задача была простой до безобразия: красиво стоять у трона отца, заменяя мать на встрече гостей. И понравиться жестокому лорду, что должен прибыть из соседней страны.

Слухи ходили разные, но все они сводились к одному: если эта семья закрепится на престоле, нам будет несдобровать. И вовсе не потому, что соседи захотят оттяпать кусок нашей земли или повысят торговые пошлины до небывалых высот. Вовсе нет. Поговаривали, что они потомки демонов, и их жестокость не знает границ, и наш король сделал все, чтобы удержать на престоле Лимерии старого правителя. Да, глуповатого  и сумасбродного, но знакомого…

Не вышло. Теперь к нам едет один из представителей новой династии.  И король будет делать все возможное, чтобы заручиться миром с этими лордами-демонами. Он даже был готов отдать в жены одному из них свою вторую дочь! И ничего, что товар слегка залежалый и не первой свежести.

Я фыркнула от пришедших в голову мыслей: «А как отреагирует будущий муж принцессы, когда узнает,  что с невинностью та рассталась уже лет пять как? Впрочем, может  для королевского союза это не так и важно? Кто их разберет, этих королей. Но даже если невинность для принцессы не важна, то уж точно не стоило забывать, что характер у моей госпожи настолько поган, что ее можно отправлять только для объявления войны. Какой уж тут мир. Но, может, с таким мужем она будет вести себя немного осторожнее?»

Наша небольшая колонна из кружев и кринолинов остановилась у бокового входа в тронный зал. Принцесса решила, что обязана эффектно появиться в самый разгар встречи, дабы не остаться незамеченной. Словно ее яркое, кроваво-алое платье с золотой оторочкой  по лифу и выглядывающей нижней юбкой могло позволить скрыться в толпе. Да еще на фоне нас, одетых только «в скромные цвета».

Я поджала губы. Если дикарь-лорд  так ужасен, как о нем говорят, как бы ни  вышло от этого только хуже. 

Из дверей выскочил лакей, тихим, взволнованным шепотом возвестив:

  — Король дал знак, что вы можете войти.

— Объявляйте, — повелительно кивнула  моя госпожа и стремительно, неожиданно легко, прошла через боковой зал  к широкому холлу, из которого вели главные двери. Принцесса ни за что не отказалась бы от прохода по коридору кланяющихся придворных. Уж точно не сегодня.

 В зале об пол грохнул жезл распорядителя, привлекая внимание гостей, и громкий, поставленный голос возвестил:

— Ее королевское высочество… — двери распахнулись почти беззвучно на хорошо смазанных петлях, но я удивилась, что не ударили фанфары. Это вполне подходило к наряду принцессы и выражению ее лица.

 Пока глашатай перечислял титулы, принцесса не двигалась, но стоило в зале повиснуть  тишине, как она сделала первый шаг на темный ковер, рассекающий зал на две половины до самого трона.

Я медленно шествовала в конце колонны, глядя практически под ноги. Уже как-то доводилось запнуться о складки, что обязательно появлялись на нем к середине приема. И едва не пропустила все самое интересное.

Лорд-демон сделал в сторону всего полшага, даже и не думая уступать дорогу принцессе. Но самым ужасным были не его манеры. Мужчина явился во дворец в доспехах! Пусть это был не полный рыцарский доспех, какие носят на турнирах, но я видела стеганый дублет, поверх которого была надета кольчуга с коротким рукавом. И все это сверху прикрывало тонкое, шелковое сюрко в темных цветах. Лорд, и без того немаленький, казался огромным во всех этих одеждах.

И устрашающим.

**

Жуаз Второй нервничал. Он пытался скрыть от меня свое состояние, но выходило не очень хорошо. Я прекрасно чувствовал его страх. Старик никак не ожидал, что Роан отправит для переговоров именно меня. И не был готов. Или его беспокоило что-то иное?

— Мы не желаем нарушать те мирные договоренности, что существуют между нашими странами уже не первое десятилетие,  — медленно, почти лениво говорил я, рассматривая собравшихся в зале вельмож. Не так и много. Для официального делового визита много, а  для праздничной встречи — мало.  И все с такими благоговейными лицами, что хотелось от всей души поправить им физиономии. Жаль, этого делать было нельзя. Родня расстроится. — Но если вы продолжите отправлять наемников и убийц к моим родственникам…

— Вы меня обвиняете? — Жуаз медленно приподнялся на троне, держась за подлокотники. Его безвольный подбородок дрожал, словно студень.

— Нет, — с улыбкой произнес я. — Пока нет. Но у моих братьев  и кузенов довольно улик и свидетелей, чтобы мы могли к этому перейти в случае надобности. Но я вижу, что эта тема вам не слишком приятна, так что давайте вернемся к основному вопросу: вы хотите воевать с нами или остаться в живых? Вы готовы подтвердить старые условия договора между государствами?

— Мы готовы даже на большее, — вдруг решительно, гордо произнес король, вскинув голову. — Мы, со всей нашей любовью и уважением к собрату-монарху, готовы предложить династический брак одного из членов вашей семьи с нашей любимой дочерью.

И замолчал, выжидая.

А я едва сдержался, чтобы не фыркнуть. Старик предлагал нам свою дочь? Смешно. Старшая давно была замужем, так что оставалась вторая принцесса. И с учетом этого в предложении монарха не было ничего благородного или почетного. Сколько мужиков побывало в постели этой царственной особы?  Пусть принцесса давно не была девицей, но даже до меня доходили слухи о ее веселой жизни.  Но и это не было самым главным. При должном раскладе дети принцессы и одного из моих братьев будут стоять в очереди на престол, и претендовать на трон. На оба трона. Да, не в первой очереди, но при должном умении и старании…

— Боюсь…

Я не успел договорить. Раздался стук деревянной трости по полу, и глашатай объявил о появлении высочества.

Соизволила, все же. А я уж думал и надеялся, что  дальше слов и обещаний мы не пойдем в этом вопросе. Но видно, Жуаз все решил, раз велел дочери показаться.

Огромное тяжелое платье, больше подходящее для коронации, а не для приема послов соседнего короля, едва пролезло сквозь дверной проем. Талия Хелдерийская, вторая дочь короля, шла мелкими шажками, пытаясь выдать это за изящество, но я едва ли не кривился. До чего непрактичная, картинная особа. Такую только на подставку в центре зала ставить. Да и в постели к такой не подойти. Небось, под перины только в чепце и длинной рубахе ложиться будет.  К мужу. Как обстоят дела с любовниками — другой вопрос. А вот супружество... Поговаривают, что некоторые лорды Хелдерии ни разу не видали ног своих жен выше колена. Как и обнаженной груди. И все из-за напускной скромности благородных дев и попытки соблюсти нелепые приличия. Даже своим врагам  я бы не мог пожелать подобного. Иметь женщину в постели и не прикасаться к ее коже, не ощущать ее тепла. Меня всего передернуло от нерадостной картины.

 Определенно, я не мог подвергнуть подобным мучениям своих братьев и кузенов и привести такую невесту в наш род.

А между тем девица шла вперед, пытаясь изобразить  на лице скромную улыбку.

Боясь, что не сдержусь, я перевел взгляд дальше, на ее свиту, не в пример госпоже, одетую в серое и синее. Они выглядели весьма мрачно на фоне принцессы. Даже, несмотря на милые мордашки и стыдливо опущенные глаза, свита ее высочества походила на траурный кортеж. Разве что рыданий и завываний не хватало для полноты картины.

И тут я зацепился за последнюю деву в ряду. Она смотрела на меня и едва не споткнулась, стоило нашим взглядам встретиться. Меня словно пырнули ножом под ребра. Дыхание перехватило, а в крови, словно волна, поднялась жажда.

С трудом сдерживая сильнейший порыв, требование инстинктов,  я пытался оторвать взгляд от девушки с темно-серыми, как черненое серебро, волосами. Странная, необычная внешность ее впечатляла меня мало, но не понять происходящее было невозможно.

Отступив к своему капитану, что вместе со знаменосцем стоял в шаге позади, я шепнул мужчине в возрасте сквозь стиснутые зубы:

— Девку с волосами цвета стали. Добудь мне.

— А принцесса?

— Пусть катится к своим любовникам.

Капитан кивнул и внимательно посмотрел мне в глаза. Шартрез служил в войске Твердыни много лет, так что никаких объяснений не требовалось. Шагнув вперед, частично прикрывая мою фигуру, капитан громко и решительно произнес:

— Да простит меня ваше величество, но мой генерал устал после долгой дороги, и его старые раны требуют отдыха. Если вы позволите, мы продолжим этот разговор чуть позже в более подходящей обстановке.

— Что? — я не обратил внимания на рассерженно-растерянный вопль принцессы, что стояла в паре шагов от меня, безуспешно дожидаясь приветствия. Я глядел на ту, что, словно серо-синяя статуя, замерла под моим горящим взглядом и не могла сделать и шагу вперед.

— Если герцогу требуется отдых… — я не стал слушать продолжение. Еще немного, и могу броситься на эту пичужку, перекинуть через плечо и просто унести из зала. А это поставит крест на всех намерениях Роана как-то наладить отношения с соседями. Нет, пока есть шанс заполучить необходимое миром — стоит его использовать.

— Тогда мы вас оставим, — едва контролируя речь, прорычал я. Изменившиеся зубы не давали нормально произносить слова. Они предназначались совсем для иного: для завоевания своей пары и ее защиты.

Даже не взглянув на Жуана, я быстрее направился прочь из зала. Вот только не учел, что придется пройти мимо девицы.  Ноги несли меня вперед, но как только поравнялся с ней, меня всего передернуло. Она пахла... как давно потерянный мир, как счастье и надежда. Ни намека на дорогие приторные духи востока или розовое мыло, что было так в ходу в столице. От нее пахло настоящей, страстной, живой и желанной женщиной.

Подняв голову, я на короткий миг встретился с серыми грозовыми глазами. И не смог сдержать улыбки.

Она боялась, почти дрожала. Но черные зрачки расширились, стоило мне окинуть ее взглядом, а дыхание заметно сбилось. Она реагировала даже на такую малость. Я знал, что небеса никогда не ошибаются, даруя нам Зов, но впервые ощутил их абсолютную правоту.

— Моя, — тихо пророкотал я, чувствуя, что животная, темная часть меня, поднимается где-то в глубине, грозя накрыть всех вокруг.