Во всем виновата тыква!

Капитан Лео Вергос ненавидел Хэллоуин. Всю эту истерию с костюмами, толпами людей, кричащих «Кошелёк или жизнь!», и тошнотворный, навязчивый запах жжёной карамели, который въедался в шерсть ещё за неделю до праздника. Для оборотня и начальника полиции Вэлихилла это был сущий кошмар. Его волчий нюх, и без того воспринимающий мир тысячью оттенков запахов, сходил с ума от этой аромо-атаки, а древние инстинкты настойчиво требовали разогнать всю шумную, размахивающую деталями своих костюмов и светящимися палочками толпу по домам. Потому что все прекрасно знали, что ночь, когда ткань мироздания истончается и потустороннее пытается проникнуть в реальность, – самая опасная ночь. Все знают. Но каждый год одно и то же. Подготовка к празднику. Украшение каждого дома, каждой улицы и, конечно, главной площади. Гуляние три дня и, как вишенка на приторном карамельном торте, ночные празднования Хэллоуина. Каким образом у окружающих напрочь отключается инстинкт самосохранения, Лео не мог понять.

Он сидел в своем кабинете, пытаясь сосредоточиться на отчете о краже двух садовых гномов, которые, как выяснилось, просто ушли сами. Основали коммуну в лесу и теперь распространяли информацию среди других гномов, призывая их жить на лоне природы, не зависеть от людей, магов, оборотней и прочих жителей города. А самое главное, эти очень предприимчивые гномы обещали создать профсоюз и отстаивать права садовых гномов перед другими жителями Вэлихилла. Лео тихонько фыркнул: давно у него не было таких забавных дел. 

Из открытого окна доносились крики детей, гоняющихся за призраком почтальона, и душераздирающие звуки скрипки, на которой репетировал живой скелет из соседнего особняка. Да. Хэллоуин уже близко, и всякая нежить свободно перемещается по городу. И ведь это милые, домашние экземпляры. Призрак почтальона принадлежал почтовому отделению номер пять. Мужчина так любил свою работу, что даже не заметил, как умер там же. За стойкой. Невидимый дух так и жил на работе, раз в год получая возможность выходить в город и становиться видимым для всех, а не только для тех, кто работал на почте и пользовался специальными амулетами. Всё же старый работник знал очень многое, и отказываться от его помощи никто не желал.

Про скелета-скрипача и говорить нечего. Это был скелет старого дворецкого из особняка Освальдов. Семья оборотней, жившая в этом доме, уже давно привыкла, что Дерек Гас благодаря их дедуле превратился в чистые обглоданные кости. Оборотень был очень ревнив. А еще подозрителен. Вот и вспылил, когда заподозрил, что его обожаемая жена строит глазки их дворецкому. Говорят, на небе сверкала полная луна… В общем, не стоило обычному человеку устраиваться на работу в дом оборотня. Но то дело старое. А вот сейчас, как и многие годы до этого, Дерек старательно пиликает на скрипке, устроившись на улице. Единственные три дня в году, когда молодая хозяйка дома с чистой совестью может изгнать скелета из дома и поделиться радостью слушать бесконечные гаммы со всеми окружающими.

«Ещё два дня, — продолжал убеждать себя Лео, с силой вдавливая печать в угол отчёта. — Всего лишь два дня, и эти мучения закончатся!»

Его раздумья прервал пронзительный крик, доносившийся с городской площади. Это был не обычный праздничный визг, а крик, полный неподдельного страха. Лео тяжело вздохнул, отложил печать и медленно поднялся из-за стола. Очень медленно и обреченно, как приговоренный к казни преступник, он направился к окну. Благо его кабинет как раз выходил окнами на центральную городскую площадь.

Площадь превратилась в хаос. Вокруг постамента, где еще пару часов назад возвышалась Великая Тыква Вэлихилла — огромный волшебный овощ, символ и, по слухам, магический защитник города, — суетились люди в костюмах. Сама тыква исчезла бесследно. На постаменте остались лишь несколько сломанных стеблей и лужица липкого сока, который странно мерцал.

— Капитан! — К нему подбежал молодой офицер Ричард Джефферсон, его лицо было бледным, а форма заляпана чем-то оранжевым. — Она пропала! Испарилась! Я же там был, на посту! Только на секунду отвернулся — погладил собаку-призрака, а она… Её и след простыл! Как могла пропасть такая большая, очень бо… Огромная тыква?!

— Спокойно, Джефф, — Лео положил тяжелую ладонь на плечо офицера. — Ничто не испаряется бесследно. Ты ведь знаешь. Ну, возьми себя в руки! Если исчезает что-то размером с двухместный диван, и никто ничего не видел, то, скорее всего, эти следы какие?..
— Ма-ма-магические?
— Именно. Но следы точно есть. Пойдем.

Лео в сопровождении своего подчиненного покинул участок и, обойдя несколько зданий, вышел к главной площади. Толпу он не любил. Паникующую толпу — тем более. Но работа есть работа. Поэтому, сверкая недовольным желтым взглядом, Лео уверенно шел мимо людей и нелюдей, которые безропотно расступались перед ним. Оборотню нещадно хотелось чихнуть. А еще переехать на пару дней в лес, чтобы иметь возможность дышать свежим воздухом и в свое удовольствие бегать на природе в волчьей шкуре. Но нет. Работа. Долг. И запах жженой карамели.

Детектив Вергос медленно обошел постамент, где еще недавно находилась тыква. Глаза его были прищурены, внимательный взгляд замечал всё: и обломанные плети ботвы, и смятые, будто на них кто-то наступил, листья, и мерцающую лужицу сока на мраморном постаменте. А также фантик от какой-то сладости, рассыпанные семена для птиц и какой-то бумажный шарик. То ли упаковка от еды, то ли газетная страничка — так сразу и не разобрать. Его нюх, забитый густым навязчивым запахом карамели с примесью различных духов и уличной еды, сейчас был почти бесполезен. Лео отчаянно пытался вычленить хоть какой-то след среди множества запахов, но всё было тщетно. Слишком много народа на площади! И тут его взгляд упал на одинокую фигуру, стоявшую в стороне, в тени ратуши. Женщина... хотя какая из нее женщина? Ведьма! В плаще цвета спелой сливы и с рыжими кудрями, выбивающимися из-под остроконечной шляпы. А в ее руках был… садовый секатор! Именно этим секатором эта дерзкая заноза всего города с самым невинным видом срезала с какое-то растение с ближайшей клумбы.

Лео почувствовал, как у него задёргался глаз. Конечно! Кому же еще быть в эпицентре хаоса, как не ей?

Он медленно приблизился, стараясь не издавать лишних звуков, но она почуяла его приближение — или, что более вероятно, услышала его тихое, полное раздражения рычание. Подумать только, стоило увидеть кончик ведьминской шляпы цвета спелой вишни, — про этот цвет он однажды выслушал целую лекцию на полчаса! — как рык сам собой зарождался в груди и срывался с губ. А ведь до полнолуния было еще полторы недели!

— Мисс Торн, — произнес он, скрестив руки на груди так, чтобы были видны бицепсы. Он знал, что этот прием запугивания на нее не действует, но это вошло в привычку. В конце концов, может ведь оборотень помечтать?! — Каким ветром занесло?

Мэджи Торн повернулась, и ее изумрудные глаза вспыхнули притворным удивлением. Правда, за ним скрывался очевидно неподдельный восторг от встречи с детективом.

— Капитан Вергос! — воскликнула еще совсем молодая ведьма, двадцати пяти лет от роду. Она улыбалась так, будто встретила старого друга на вечеринке. — Вы как раз вовремя! Посмотрите, по спецзаказу от жены мэра я смогла развести мшистый плющ. Развести, вырастить, высадить у ратуши и теперь ухаживаю за ним и слежу, как прижился! Редчайший экземпляр! Вы не представляете, сколько сил, времени, нервов, да что уж там, и средств было вложено в эту работу! И какая ирония судьбы, да? — Мэджи многозначительно кивнула в сторону пустого мраморного постамента. — Крадут именно тыкву, а не нечто не менее ценное, но определенно более редкое в наших краях. Тыквы, вы знаете, растут на любой грядке, а плющ?.. Прямо личное оскорбление, скажу я вам!

— Что вы здесь делаете сегодня?! — спросил Лео, стараясь сохранять ледяной, деловой тон. Правда, с мисс Торн это работало так же эффективно, как попытка потушить пожар ветром.
— Расследовала экологическое преступление, капитан! — с жаром заявила Мэджи, засовывая секатор в бездонный карман плаща. И убирая следом небольшую веточку от розового куста. — Кто-то неправильно удобрял розы у мэрии! Представляете? Преступление против флоры! Я уже собрала образцы для анализа. Подозреваю нерадивого садовника-гоблина. Думаю, здесь и объяснять не стоит. Все знают, что гоблины — садоводы совершенно никакие. Удобрения всегда путают, с эстетикой не дружат, что такое дизайн, знать не знают, а уж о том, какие растения можно высаживать по соседству с теми или иными… Кхм, в общем, я здесь работаю, капитан.

Лео прищурился и сделал глубокий вдох. Он внимательно принюхивался, стараясь не отвлекаться на карамельный запах, пыль и суету толпы. Среди ароматов земли, растений и её собственного шлейфа — корицы и едва уловимого запаха озона, напоминающего свежесть после грозы, — он наконец почувствовал его. Очень тонкий аромат, полный магии, с оттенками густой зелени и накопленного солнечного тепла. Это был след магии Великой Тыквы, и он вёл прямо к Мэджи Торн.

— Мисс Торн, — его голос звучал низко и угрожающе, — вы становитесь первым и пока единственным подозреваемым в деле об исчезновении важной городской реликвии. Пожалуйста, проследуйте со мной в полицейский участок для дачи показаний.

Она не выглядела ни смущенной, ни испуганной. Наоборот, на ее лице засияла такая яркая и искренняя улыбка, что Лео на мгновение показалось, будто над площадью внезапно появилось еще одно солнце.
— О, отлично! – Мэджи всплеснула руками. – Я всегда хотела посмотреть, как выглядит полицейский участок изнутри!

Ведьма без разрешения подхватила Лео под руку и зашагала рядом с ним, болтая без умолку.
— Вы там держите специальные наручники с заклятиями для блокировки магических существ? Надеюсь, нет. У меня на них аллергия. Высыпают чудесные фиолетовые узоры на руках, но, к сожалению, чешутся просто ужасно! Ах, судя по вашему недовольному взгляду, вы хотите знать, когда я успела примерить такие наручники? Не переживайте, мистер Вергос. Это был всего лишь эксперимент! Мне, знаете ли, было очень любопытно.

Час спустя Лео обреченно смотрел на Мэджи через стол в своем кабинете. Кабинет был его крепостью — минималистичным, строгим, где всё было разложено по полочкам, как и его мысли. Теперь это святилище порядка было осквернено. Мисс Торн устроилась в кресле для допросов, как на троне, попивая чай из кружки с изображением ухмыляющейся тыквы, которую она каким-то чудом достала из кармана своего плаща. От чая пахло мятой, имбирем и легким намеком на волшебство. И вот вопрос, где эта ведьма раздобыла имбирь, мяту, а самое главное — чай? Лео точно знал, что не в его кабинете, да и во всем участке никогда не водилось чая. Уж он-то, оборотень с абсолютным нюхом, знал это наверняка!

— Мисс Торн, — начал Лео, убирая в сторону бесполезный бланк протокола, — я внимательно выслушал ваш увлекательный рассказ о розах, плюще, испорченных растениях и других, казалось бы, незначительных причинах для серьезного расследования эко-терроризма. Но давайте на время оставим в стороне вопросы экологии. Теперь перейдем к главной теме: где Великая Тыква?

— Капитан, клянусь, я её не брала! — заявила Мэджи, ставя кружку на идеально чистый, отполированный воском стол. Лео вздрогнул и тут же прищурился, не отрывая взгляда от раздражающе-противной, жизнерадостно улыбающейся тыквы.
— Ну, всю целиком не брала, — продолжила ведьма, доставая из очередного кармана маленькую пробирку с мерцающей каплей сока. — Но я взяла образец. Для независимой экспертизы.

Лео издал глубокий, угрожающий рык, от которого задрожали стекла шкафа. Его голос был настолько низким и мощным, что казалось, будто сама комната содрогнулась.
— Вы… вы осмелились изъять вещественное доказательство с места преступления?!

— Я его бережно сохранила для следствия! И потом, представляете, сколько времени я сэкономила вам? — парировала она, с вызовом крутя пробирку в руках прямо перед его носом.
— Сэкономили время? — Лео уже пожалел, что не поручил допрос Мэджи Торн кому-то из подчиненных. Его терпение подходило к концу, а мысли о своих широких ладонях на ее тонкой шее казались все более привлекательными. Капитану даже пришлось тряхнуть головой, чтобы отогнать несбыточное.
— Конечно, — важно кивнула ведьма, не скрывая своей издевательски-счастливой улыбки. — Когда бы вы отправили образцы специалисту по магическим растениям? А когда бы тот специалист вернулся домой со своей важной прогулки по главной площади? А сколько бы мы еще договаривались о цене…

— Мисс Торн, вам прекрасно известно, что полицейские работают с мистером Террисом Грантом, который…
— Который вот уже три дня как отбыл на конференцию, посвященную проблемам сохранения баланса в природе.
— Что?
— Не «что», а конференция «Ступени Зелёной Магии: союз ведьм и магов в защите мира». Я к своему огромному сожалению не смогла отправиться вслед за ним. Ну да ладно, зато мне точно не приходится скучать в такой прекрасной компании. — Мэджи подмигнула мрачнеющему на глазах оборотню и тихонько фыркнула. Смешной он, этот капитан Вергос.

— Так, — Лео пальцами зажал переносицу и на мгновение крепко зажмурился. — Давайте сосредоточимся. Вы говорили про анализ сока Великой Тыквы?
— Да! И мой предварительный анализ уже готов. Смотрите. — Она поднесла пробирку к свету. — Видите? Этот сок… он нездоровый. Обычно сок Великой Тыквы переливается ровным, теплым, золотистым светом, как жидкое солнце. А этот — блеклый, тусклый, с явными зеленоватыми прожилками. Это классический симптом «Магического увядания»! Тыква была серьезно больна еще до того, как ее украли!

Лео нахмурился и пристально посмотрел на мерцающую жидкость. С трудом, но он все же заметил тонкие зеленоватые нити света, пробивающиеся сквозь золотистый сок. Затем он отодвинулся от пробирки и погрузился в раздумья. Если эта странная женщина говорила правду, то всё дело представало в совершенно ином свете.
— Кому могла понадобиться больная Великая Тыква? — пробормотал он больше для себя, отворачиваясь к окну и наблюдая за праздничной суетой.

— О, вариантов множество!
Мэджи оживилась, как будто он задал ей самый интересный вопрос на свете. И даже скептично приподнятая бровь капитана ее не смутила.
— Тыква могла понадобиться, например, тому, кто хотел ее вылечить! Или же тому, кто хотел использовать ее временную слабость, чтобы сломать защитный барьер города. — Тут Мэджи поморщилась и неодобрительно покачала головой. — Но для этого нужен высококлассный специалист по магической флоре… — она многозначительно указала на себя, — …или же тыква понадобилась кому-то с огромными лапами, большой силой и, видимо, с очень большим количеством магии, но совсем небольшим навыком логично размышлять.

— Лапы? — переспросил Лео, чувствуя, как его профессиональное любопытство перевешивает раздражение.
— Ну да! — Ведьмочка вскочила с места, отчего ее рыжие локоны забавно подпрыгнули. Мисс Торн подбежала к окну, указывая на площадь. — Вы же видели тот след у постамента? Глубокую вмятину с тремя четкими бороздами? Это же очевидно след когтистой лапы! Большой, тяжелой… А судя по отпечаткам, тот, кто уворовал нашу тыкву, сильно нервничал и торопился. Из чего можно сделать вывод, что кража — не его привычное занятие. Скорее всего, тот, кто совершил это вопиющее преступление, крал что-либо впервые. Он, видимо, сильно переживал…

Последнюю фразу Мэджи произнесла крайне задумчиво, вмиг прекратив улыбаться, а после и вовсе закусила нижнюю губу. Лео поймал себя на мысли, что вот такой, печальной, Мэджи Торн ему совсем не нравится. Слишком уж она становилась тихой. Это было непривычно! Пусть уж лучше фонтанирует своим энтузиазмом, рассуждает о веточках-листочках, а он, капитан полиции, будет ловить преступников. Чтобы прогнать из изумрудных глаз ведьмы пелену грусти, Лео задал самый дурацкий вопрос, какой только мог прийти ему в голову:
— Он? Вы уверены, что это была не женщина?

— Ой, даже не стоит тратить время на такие глупые предположения, капитан! Это был мужчина. Женщина ни за что не позволила бы себе до такой степени запустить свои ногти, даже если они когти. Там один из них обломан по краю, на следе это явно видно. Так что никаких сомнений, преступник — мужчина! Вопрос только, к какому виду он относится. Очевидно же, что не человек. Да и маг вряд ли стал бы тратить прорву сил на заклинание невидимости, — Мэджи обернулась, поймала взгляд капитана и требовательно уточнила: — Я же правильно понимаю, что ваш доблестный страж Тыквы не видел, как она исчезла? — Получив в ответ подтверждающий кивок, ведьмочка продолжила: — Так вот, заклинание невидимости очень, просто очень энергозатратное. Тратиться еще и на изменение следов? Магов, способных провернуть это одновременно, в городе не так уж и много. А уж чужаков с подобной силой и вовсе быть не должно. Но это вам известно лучше меня. В конце концов, вы, полицейские, всегда получаете отчеты, когда кто-то весьма одаренный покидает город или прибывает в него. Большой вопрос к вам, капитан, как это вы пропустили отъезд мистера Гранта.

Лео не стал объяснять, почему не запомнил об отъезде мистера Гранта. В конце концов, капитан полиции здесь он, а не эта рыжеволосая, крайне наблюдательная заноза! Вместо ответа он закрыл глаза, мысленно возвращаясь к месту преступления. Восстанавливая в памяти постамент, обломанные плети тыквенной лозы, листья, лежащие на земле и смятые, будто по ним кто-то топтался, а рядом — след. Четкий след, который он, как оборотень, отметил и запомнил, а в тот момент на площади, посреди толпы и оглушенный множеством запахов, не уделил ему должного внимания. Черт возьми, она была права! Этот след определенно не был человеческим. И один из когтей там был обломан. Более того, след точно не был магически исправлен, это было четко видно, потому что рядом не наблюдалось ни толики магических эманаций. Лишь капли мерцающего сока Великой Тыквы и физические следы. То есть даже невидимость — это не какое-то заклинание, на которое кому-то пришлось потратить уйму магической энергии, а вполне себе врожденный талант, которым некто пользовался так же свободно, как все остальные дышат. Проклятие! Если вот так навскидку, то Лео не мог припомнить, кто у них в Вэлихилле такой талантливый.

Он открыл глаза и встретился с горящим от нетерпения взглядом ведьмы. Она стояла, уперевшись спиной в край подоконника, стискивая своими тонкими пальцами его грубый край, и смотрела на Лео так, будто была готова мчаться расследовать кражу тыквы вот прямо сейчас. Только скажи, что можно в этом участвовать. У Мэджи даже рыжие крупные локоны мелко подрагивали от нетерпения. Видя всё это, Лео едва сумел удержать улыбку.

— Хорошо, мисс Торн, — сдался он, испуская тяжелый, театральный вздох. — Похоже, у меня нет выбора. Вы официально назначены консультантом следствия по делам, связанным с магической ботаникой и… следами неведомых существ.
Он не был дураком и отказываться от помощи действительно хорошего специалиста по растениям не собирался!

Мэджи всплеснула руками, и с ее пальцев из-за волнения слетели золотистые искры, осыпавшие рабочий стол оборотня вместе с отчетами и прочими документами. Смотрелось красиво. Будто праздничные конфетти. Но Мэджи решила не заострять на этом внимание полицейского.
— Ура! Мы будем отличной командой! Когда начинаем? Я предлагаю немедленно осмотреть место преступления с применением моих специальных луп и детекторов ауры! У меня как раз с собой…

Лео поднял руку, останавливая ее поток слов.
— Нет-нет. Сегодня никак. Завтра. Сейчас мне нужно оформить ваше назначение, а вам… — он с сомнением посмотрел на ее, казалось бы, бездонные карманы, из которых уже торчали какие-то корешки и сверкающие пакетики, — …привести в порядок ваш арсенал.

Ведьма на мгновение приуныла, но тут же снова засияла.
— Отлично! Тогда до завтра, капитан! Не скучайте без меня тут!

С этими словами она стремительно покинула кабинет, оставив за собой аромат корицы, растерянного Ричарда, застывшего в дверях, и смятение в мыслях у Лео.

Капитан Вергос вновь обратил взгляд на оживленный город за окном. Он все еще ощущал тот тонкий запах, который привлек его внимание еще на площади, и это вызывало беспокойство. Лео теперь точно знал, что это за аромат и что он означал. Мэджи Торн пахла проблемами. Настоящими хэллоуинскими проблемами. И, к его огромному ужасу, капитан начал осознавать, что смесь волшебства, корицы и легкой нотки мяты начала казаться ему... интригующей.