Волчица из Манчестера

— Эльза Раменкорт! — слышу, как по залам пансиона проносится мое имя. Леди Миррет снова недовольна. Вот только понять бы, что вызвало у нее недовольство на этот раз. — Эльза Раменкорт, немедленно ко мне!

Спешу. Иду по коридору очень быстро. И только пышные нижние юбки мешают мне перейти на бег.

Леди Миррет — самый страшный человек в нашем пансионе. Если ее вообще можно назвать человеком. Скорее она ведьма. Причем не только по нраву, но и по возможностям.

Первое время, когда я только попала в тело бедняжки Эльзы, я пыталась отвечать. Но в отличии от девятнадцатилетней сиротки, хозяйка пансиона умеет пользоваться своей магией. Я же на тот момент понятия не имела, что магия вообще существует.

Сейчас все иначе. Леди Миррет стоит во главе ситуации. Я же всячески пытаюсь строить из себя послушную воспитанницу и не вызывать у нее гнев.

— Добрый вечер, леди Миррет, — захожу в чайную комнату и делаю книксен. — Вы хотели меня видеть?

— Хотела, — немолодая, но еще не старая хозяйка пансиона надменно задирает нос и отпивает немного чая.

Чашку она держит тремя пальцами, отставив остальные чуть в сторону. Смотрит на меня сквозь вздымающийся над горячей поверхностью пар. Всем своим видом показывает свое превосходство.

— Управляющий доложил, что недосчитался десяти пенсов. Что ты можешь на это сказать? — отставляет чашку в сторону, не отводя от меня взгляд.

— Мне нечего на это сказать, — понимаю, что, если не сумею доказать свою невиновность, могу остаться без ужина. А уж если речь идет о десяти пенсах, то не только сегодня.

В пансионе леди Миррет не положено, чтобы у воспитанниц имелись деньги. Это считается моветоном. Молодой леди достаточно обладать покладистым характером и быть способной к домашним делам. Остальное лишнее.

Придерживаясь подобных взглядов, гадина и заставляет меня и остальных девушек целыми днями работать и зарабатывать для нее деньги. При этом за каждый проступок наказывая голодом.

— Возможно мистер Родсен обсчитался? — не сомневаюсь, что старик сам эти пенсы и украл. А теперь рассказывает, что недосчитался.

— Обсчитался?! — от злости леди Миррет трясет своими обвисшими щеками. Кажется, что еще немного и из ее рта потечет слюна, как у бульдога. — Да как ты смеешь говорить подобное о столь уважаемом человеке? Разве юная леди должна так себя вести?

— Я не хотела сказать ничего плохого о мистере Родсене, — меня саму трясет от злости и несправедливости. Но не в моих интересах проявлять эмоции. — Я говорю лишь о том, что мистер Родсен достиг весьма почтенного возраста и мог, по чистой случайности, не участь пару монет.

— Да как ты смеешь, мерзавка? — леди Миррет становится пунцовой. Злость так и прет из нее. Женщина того и гляди взорвется. — Я думала пожалеть тебя, не наказывать, если сознаешься. А ты… Неблагодарная!

— Но я же ничего не брала, — понимаю, что уже ничем не смогу себе помочь. И оттого горше вдвойне.

— Эльза Раменкорт, хватит врать! Не позорь имя и святую память своих родителей!

— Но я…

— Два дня без ужина будет достойным наказанием за твое неуважительное отношение к своим покровителям, — объявляет свой вердикт стара карга. — Пустой желудок поможет тебе направить мысли в нужное русло.

— Да, леди Миррет, — покорно кланяюсь я. — У вас еще есть что-нибудь ко мне?

— Можешь быть свободна, — хозяйка пансиона снова берет тремя пальцами чашку и отворачивается к окну. Она выместила свое недовольство. Больше я ей не интересна.

Молча выхожу в коридор и следую к своей комнате. Леди Миррет погасила свою злость. Но моя собственная злость только больше разгорается в моей груди.

Да, моя мучительница старше и сильнее меня. Да, она умеет пользоваться магией лучше меня. Но она не знает, кем я была в прошлой жизни…

Леди Миррет считает, что может вытирать об меня ноги. Но я отомщу ей за все. Чего бы мне это ни стоило.

________________________________________

Дорогие читатели!

Добро пожаловать в мою детективную историю, написанную в истинно-Британском сеттинге. Пронизанная бытом, она неуклонно ведет нас в мир секретов, которыми полон Манчестер того времени и выбранной мной реальности.

Буду очень признателелен всем за подаренные сердечки и добавление книги в библиотеку!

Приятного чтения!

Наша героиня, Эльза Раменкорт не так давно лишилась родителей. Ее дядя Кадвин запрятал ее в пансион леди Миррет, а сам тем временем радуется жизни с семейном имении на окраине Манчестера. Но полгода назад произошло необычное событие: в тело Эльзы попала душа полицейского из современного Манчестера. Почему так произошло? Что случилось с бедняжкой Эльзой? Это нам еще предстоит узнать...

Леди Миррет владеет пансионом для молодых леди уже достаточно давно для того, чтобы считаться основоположником царящих в нем правил. Она требовательна, неуступна и жестока ко всем. Но особенно ей не нравится наша Эльза. Вот только почему?

Утро начинается, как обычно: раннее пробуждение, умывание и легкий завтрак. Уж его-то леди Миррет никого и никогда не лишала. Ведь молодая леди должна откуда-то брать силы для работы.

А силы действительно нужны. За полгода в теле Эльзы я в этом убедилась.

— Сегодня снова работаешь у мистера Чедлерса? — интересуется Саманта — моя соседка по комнате.

Одетая в сиреневое платье с кружевами, она выглядит, как кукла. И личико, как у куклы, такое же милое и немного пластмассовое — как всегда переборщила с пудрой. Хотя… ей в отличии от меня посчастливилось работать в доме, а не на производстве.

— Думаешь, что мегера способна изменить свое решение? Мне кажется, что ей только за радость видеть меня перемазанной в муке.

Кружусь перед зеркалом. Проверяю сумела ли оттереть пятна, заодно любуясь доставшимся мне телом.

Эльза Раменкорт моложе меня почти на двадцать лет. Молодая, стройная, с пышными серебристыми волосами и не очень большой, но красивой грудью… Мне настоящей она уступает разве что в росте. Но Эльзе не пошел бы больший рост.

В движении расправляю юбку, и она раскрывается пышным куполом. Сама я ни за что такое платье не надела бы. Но на Эльзе оно смотрится невероятно красиво. Словно перед зеркалом стоит не бедная сиротка, а самая настоящая принцесса.

Впрочем, хозяйка пансиона всеми силами старается сделать из всех своих воспитанниц леди. Скромных, умеющих себя подать, послушных и… несчастных. Но все же леди.

— Но ты хотя бы можешь наслаждаться пирожными, — Саманта встает рядом и так же любуется собой. — И не говори, что мистер Чедлерс тебя не угощает.

— Мистер Чедлерс хотел бы получать что-то взамен своих угощений, — наверное только моя принадлежность к именитой и богатой семье не дает владельцу кондитерской заявить о своих желаниях открыто.

К счастью, а быть может и к несчастью, Эльза родилась в семье лорда Раменкорта, владеющего немалым имением неподалеку от Манчестера. Не знаю, что произошло с этим имением к моему времени и существовало ли оно вообще в моей реальности, но здесь и сейчас оно более, чем существует. И заправляет им мой, а точнее Эльзы, троюродный дядюшка Кадвин.

— Ну прям уж и хотел бы, — гримасничает Саманта. Она вечно всем верит и ищет во всех добрые намерения. Во всех, кроме леди Миррет. — Наверняка он просто не любит худышек. Вот и пристает, чтобы откормить тебя. Думает, что ты голодаешь.

— Лучше бы мяса предложил, — вспоминаю о вчерашнем пропущенном ужине и независимо от недавно съеденного завтрака в животе начинает урчать.

— А я бы предпочла пирожные, — закатывает глазки подруга. — Ах, как давно я не ела пирожные…

— И еще долго не поешь, если наша мегера не соблаговолит устроить праздник, — но лично я сильно сомневаюсь в ее щедрости.

За эти полгода ни разу не видела, чтобы в пансионе отмечали хотя бы один праздник. А ведь в городе их проходило немало.

Даже дни рождения девочек проходили в обычном режиме. Ведь молодая леди должна уметь себя ограничивать. Вероятно, чтобы пожилая могла не ограничивать себя ни в чем.

— Ничего, мне скоро уже исполнится двадцать один и я смогу сама за себя отвечать, — подруга мечтательно ходит по комнате. — Тогда будут мне и праздники, и пирожные.

— Работать там же планируешь остаться? — спрашиваю больше из-за переживания о ее судьбе, чем от особого интереса. Знаю ведь, что Саманту ничего не стоит обмануть. Доверится кому-нибудь и пропадет.

— Лорд Вилар обещал пристроить меня к своему младшему брату, — отходит к окну и всматривается куда-то вдаль. Будто свое прекрасное будущее ищет. — Я слышала, что дом у него не меньше будет. Работы хватит.

— Значит к брату… Ты видела хоть брата-то? — мое прошлое сказывается и не могу оставить тему, не узнав всех деталей.

— Видела. Однажды. Мельком… — Саманта быстрыми шагами подходит ко мне и берет меня за плечи. — Ты даже представить не можешь, как он красив!

— Так ты к нему работать идти собираешься, или любоваться? — от напора даже делаю шаг назад. Все никак не могу привыкнуть к этому маленькому хрупкому телу.

— Одно другому не мешает, — радуется Саманта. Словно она уже сегодня направится к лорду Вилару младшему. — Я хоть и не из такой богатой семьи, как ты, но тоже не из простых. Может и заинтересуется мной.

— Так я ведь буду только рада! — жизненный опыт подсказывает мне, что не все так просто. Но очень хочется поддержать девушку. Ведь она очень молода и у нее вся жизнь впереди.

Как, впрочем, и у меня.

Последний раз кружусь перед зеркалом, проверяю все ли в порядке с платьем и берусь за ридикюль.

— Все, нам пора бежать! — напоминаю подруге и не дожидаясь ответа выхожу из комнаты.

Мистер Чедлерс не терпит опозданий. И никакая смазливая мордашка не позволит мне загладить вину, если к приходу посетителей полы не окажутся намыты, а полки протерты.

Прохожу по коридору до лестницы, спускаюсь вниз и натыкаюсь на управляющего. Старик стоит недалеко от входной двери так, что невозможно не пройти мимо него.

— Доброе утро леди Раменкорт, — улыбается он своей хитрой противной улыбкой. Но ничего, я и с ним однажды поквитаюсь!

— Доброе утро, мистер Родсен, — проходя мимо, киваю мужчине. — Удачного вам дня.

— Благодарю вас, — кивает в ответ. Но сам мне удачи не желает.

А мне удача и не нужна. Мне нужно как-нибудь пережить оставшиеся два года жизни в пансионе. Или… придумать какой-нибудь способ из него выбраться.

Саманта - лучшая подруга Эльзы. Простая и очень доверчивая девушка всегда ищет в людях лучшее. Именно из-за этого Эльза за нее и переживает.

Мистер Родсен работает управляющим в пансионе леди Миррет уже так давно, что и сам забыл, когда к ней пришел. В силу возраста он упускает из вда некоторые мелочи, но всегда внимательно следит, чтобы молодые леди соблюдали порядок. К Эльзе Раменкорт он так же пылает любовью. Но что заставляет его следить за ней чаще, чем за остальными?

— Доброе утро, мистер Чедлерс, — в кондитерскую вхожу раньше срока минут на десять. Несмотря на то, что в высших кругах леди позволительно небольшое опоздание, воспитанницам леди Миррет опоздания запрещены. В том числе и из-за требований заказчиков.

— Доброе утро, леди Раменкорт, — владелец кондитерской приветствует меня едва заметным кивком.

Тучный мужчина с редкими седыми волосами одет в темно-серый костюм. Он сидит за небольшим столом для гостей и пьет чай. Перед ним стоит блюдце со свежими пирожными, одно из которых уже надкусано.

— Вы сегодня невероятно красивы, — добавляет он и возвращается к сладостям. Складывается ощущение, словно говорит он это им, а не мне.

— Благодарю вас, — киваю мужчине и прохожу в подсобное помещение за инструментами для уборки.

Мистер Чедлерс живет этажом выше. Он просыпается очень рано и к приходу покупателей успевает приготовить первую партию пирожных и тортов. С его способностью к магии это сделать несложно. Однако аккуратностью он похвастаться не может. И потому мне достается немалый объем уборки.

Прохожу мимо кухни и обращаю внимание на невероятный бардак. Кажется, что сегодня хозяин кондитерской превзошел сам себя. В муке оказываются не только посуда и столешница, но также тумбы, полки и пол. Помимо муки часть мебели испачкана в глазури.

Насколько мне известно, мистер Чедлерс вышел из небогатой семьи. Его отцу понадобилась практически вся жизнь, чтобы выкупить это помещение и организовать кондитерскую. Зато сыну досталось неплохое подспорье для хорошей жизни.

Примерно представляю, сколько впереди работы. Но кухню лучше оставить напоследок. В первую очередь нужно навести порядок в клиентской зоне. Ведь мистер Чедлерс уже вырядился в чистую одежду и не простит, если испачкает ее.

За полгода работы в кондитерской я ни разу не вызвала нареканий за качество уборки. Но некоторые девочки имели неосторожность и вызывали гнев своих работодателей. Те лишали их части выручки, а леди Миррет — не только ужина, но и отдыха в выходные дни.

В подсобке хватает разного инвентаря. Если хорошенько постараться, с его помощью можно всю уборку довести до автоматизма. Но я не до конца доверяю магии. Особенно своей. Потому полки и доступные клиентам поверхности предпочитаю мыть вручную.

Взяв тряпки и небольшое ведерко, иду на кухню, чтобы набрать воды. По ходу, при помощи магии, направляю веник с совком в сторону мистера Чедлерса.

Пока веник подметает, могу протереть полки и прилавок. Привычных мне чистящих средств здесь нет. Цивилизация еще не достигла должного уровня развития химической промышленности. Зато есть очень действенные магические очистители, которыми достаточно просто пользоваться.

Когда выхожу к прилавку, мистер Чедлерс уже не пьет чай. Он сердито смотрит на меня, недовольно показывая на часы.

— До открытия еще есть пятнадцать минут, — не понимаю, что именно его так заботит. Я ведь всегда приступаю к работе примерно в это время. — Не переживайте, мистер Чедлерс, я успею все сделать.

— Это в ваших же интересах, леди Раменкорт, — кивает мужчина. — Сегодня очень важный день и мне хотелось бы, чтобы все прошло на высшем уровне.

— Я не слышала, чтобы прежде вы говорили о важном дне, — если это на самом деле так, мне действительно придется потрудиться.

— Я не счел необходимым нагружать вас лишними проблемами, — мистер Чедлерс внимательно следит за веником, но моей магии хватает, чтобы тот выметал все дочиста.

Наношу чистящее средство на стекло полок и протираю их. Необычная магическая жидкость с легкостью отделяет пятна масла и сливок от поверхности и остается только снять их влажной тряпкой.

— Если бы вы предупредили меня заранее, я бы пришла к вам раньше, — конечно же поменять распорядок дня в пансионе леди Миррет я не смогла бы. Но сократить время у зеркала — вполне.

— Ну что вы? — удивляется мужчина. — Раньше вы никак не могли бы прийти. Ведь раньше я готовил. А это весьма интимный процесс, если вы меня понимаете.

— Прекрасно вас понимаю, — соглашаюсь, хотя на самом деле ни черта я не понимаю. Возможно, настоящая Эльза и поняла бы чего в приготовлении пирожных интимного, но я этого понять не могу.

— В таком случае мне стоит поспешить, — протираю полки и перехожу к очистке витрины прилавка. — Можете начинать расставлять товар.

— Нравится мне твоя работа, — мистер Чедлерс доволен. Переваливаясь с ноги на ногу, он скрывается на кухне и вскоре выносит поднос с пирожными.

С ужасом смотрю, как за ним остаются мучные следы, но свое недовольство не выказываю. Не положено молодой леди показывать недовольство неуважением к своему труду. Особенно если молодая леди еще не успела навести порядок.

Заканчиваю с очисткой прилавка и перехожу к столам.

С удовольствием замечаю, как мой трудолюбивый веник ловко сметает с пола всю муку и заметает весь скопившийся мусор в совок. С таким помощником никакой мистер Чедлерс не страшен.

— Когда закончишь со столами, сдвинь их вместе, — между делом просит мужчина. — Сегодня ко мне придут гости.

— Вы ожидаете много гостей? — прикидываю, сколько человек можно уместить за пятью небольшими столиками. При удачной расстановке получается не меньше десяти.

— Вместе со мной нас будет четверо, — выставив на полки кусочки тортов отвечает он. Но все мои гости высокого рода. Не хочу, чтобы кто-то из прохожих решил сесть с ними по соседству.

— Не правильнее ли в таком случае часть столов поставить у входа? Так гости не будут чувствовать себя притесненными, а вы не потеряете пожелавших укрыться от дождя клиентов…

— Вы слишком умны для вашего возраста, леди Раменкорт, — мистер Чедлерс подходит ко мне и пальцем проверяет качества протирки стола. — Вам прежде никто об этом не говорил? — довольно смотрит на свой оставшийся чистым палец.

— Благодарю вас за комплимент, — улыбаюсь ему.

Собрав тряпки в ведро, направляюсь обратно к подсобке. Моя работа в клиентской зоне окончена. Остается только мытье полов, а с этим швабра справится самостоятельно.

Перенаправив веник на кухню, накладываю заклинание на швабру с ведром. Сама беру новую тряпку и иду следом за веником.

До открытия кондитерской остается еще пара минут, а я уже почти со всем закончила. Теперь остается только дождаться гостей и узнать, кто же они такие.

Мистер Чедлерс родился в семье кондитера. Его отец работал всю свою жизнь, чтобы суметь выкупить расположенную под их квартирой кондитерскую. Зато теперь его сын владеет ею и живет очень даже хорошо.

Когда к мистеру Чедлерсу приходят гости, я еще продолжаю работу на кухне. Похоже, что хозяин кондитерской на самом деле очень нервничал потому как с первого взгляда показавшееся мне ужасным состояние кухни, в действительности оказывается катастрофическим.

Чтобы отчистить все о глазури и масла, приходится применять все имеющиеся в арсенале средства. Но все же в итоге я с ними справляюсь.

— Вот это красота! — любуюсь своей работой.

Чистота в кухне стоит такая, что в прежней жизни я могла бы только позавидовать. Хотя, в прошлой жизни на уборку у меня времени толком и не оставалось. Я вся была в работе.

— Леди Раменкорт, вы уже закончили? — впервые за все время работы в кондитерской, мистер Чедлерс задается подобным вопросом раньше обеда. Обычно кухня ему нужна только к этому времени.

— Закончила, — даю команду швабре возвращаться на свое место и обращаю все свое внимание к мужчине. — Вы что-нибудь от меня хотели, мистер Чедлерс?

— Вы бы не могли какое-то время постоять за прилавком? — мужчина выглядит несколько виноватым. Но просит очень уверенно. — Господа гости изволят со мной чай пить. Не могу же я торговлю прекратить.

— Если по уборке больше работы нет, я готова вас подменить, — на самом деле, хочу послушать, что происходит в высшем свете. Леди Миррет не позволяет нам узнавать новости. Не хочет будоражить молодые умы. А мне уже надоело жить в неведении.

— Вот и славно, — радуется он. — Я оплачу вам работу.

— Только если это останется между нами. Вы же знаете, как к этому относится леди Миррет…

— Ну что вы! Конечно же все останется между нами, — спешит он меня успокоить. — А хотите, так я вам не деньгами, а пирожными заплачу? Они ведь у меня знаете, какие вкусные?

— Не знаю, — ни разу не пробовала пирожные мистера Чедлерса. Ведь он ни разу их мне и не предлагал. — Но уверена, что вкусные. И согласна принять их в знак благодарности.

— Вот и замечательно! — мужчина кивает и направляется обратно к гостям.

Следую за ним. Очень интересно, кто же решил посетить кондитера. Ведь мистер Чедлерс особо ничего из себя не представляет, чтобы им интересоваться.

— Господа, прошу прощения за временное отсутствие, — мужчина кланяется гостям и проходит за стол. — Моя молодая помощница только закончила с основными делами и согласилась меня подменить.

— Вы действительно доверяете работу с деньгами молодой леди? — сквозь очки смотрит на меня худощавый мужчина с пышными вьющимися усами и длинными уложенными назад волосами. Однажды я его уже видела возле дома леди Миррет. Но не знаю, кто он такой.

— Леди Раменкорт еще ни разу меня не подводила, — поясняет свой выбор мистер Чедлерс. — Я уверен в ней и в ее честности.

— Не думаю, что мистер Чедлерс излишне доверчив, — присоединяется к разговору лорд Вилар старший. Его бы я смогла узнать даже со спины. Слишком выделяют его среди прочих длинные серые вьющиеся волосы.

— Не думаю, что дело здесь может быть только в доверчивости, — не соглашается первый мужчина. — Я вот тоже не кажусь себе доверчивым, однако не сумел оставить без внимания леди Вилсон.

— Что вы, лорд Сигард? — мистер Чедлерс даже краснее. — Разве можно сравнивать молодую леди Раменкорт с вашей будущей супругой?

— А вы, мистер Чедлерс, полагаете, что способность женщин к обольщению проявляется лишь с возрастом? — хмыкает лорд Сигард.

— Право, я в этом несилен, — еще больше краснеет кондитер. — Возможно сэр Флетчер знает об этом больше?

Мужчины переводят взгляд на своего молчаливого собеседника, который все это время внимательно следит за тем, как я раскладываю по опустевшим блюдцам сладости.

В отличии от одетых в дорогие костюмы собеседников, мужчина облачен в твидовый пиджак и брюки. Словно собирается в дорогу или только что откуда-то вернулся. Он кажется мне хмурым и задумчивым, но в то же время весьма симпатичным. Возможно оттого, что отличается от собеседников еще и возрастом.

Навскидку сэру Флетчеру не больше двадцати пяти лет. Хотя, если учитывать несколько прибавляющую возраст коротко остриженные по бокам и напомаженные сверху волосы, вполне вероятно, что ему не больше двадцати трех.

— Да, сэр Джон, что вы думаете по этому поводу? — присоединяется лорд Вилар, при этом не стесняясь подчеркнуть разницу в их с молодым мужчиной статусе.

— Лорд Сигард, лорд Вилар, мистер Чедлерс, — мужчина перечисляет присутствующих, разделяя их по возрасту и положению в обществе. — Я считаю, что независимо от возраста леди склонны считать собственностью любого, кто изволил хотя бы намекнуть им о близости.

— Значит, если я намекну какой-нибудь леди, что я хотел бы разделить с ней кровать, она захочет быть со мной всегда? — хмыкает лорд Вилар.

— Безусловно, — кивает сэр Флетчер. — Об этом говорят как общеизвестные факты, так и мои собственные наблюдения.

— Вы об этом слышали? — улыбается лорд Сигард. — Много ли в вашем возрасте наблюдений, сэр Джон?

— Вероятно меньше, чем в вашем, но их мне хватает, — вежливо парирует тот. — И ваш случай только подтверждает мои наблюдения.

— Вот так лис! — уже открыто смеется лорд Сигард. — Поймал меня на моей же слабости! А ведь леди Вилсон действительно быстро прибрала меня к рукам, стоило только проявить к ней интерес.

— Может быть в таком случае и мы проявим интерес к вашей предстоящей свадьбе и наконец выберем угощения? — пользуясь случаем, напоминает о себе мистер Чедлерс.

— Действительно, Джереми, — уже по-свойски обращается к лорду Сигарду лорд Вилар, — мы ведь не о женщинах говорить здесь собрались.

— Не могу с вами спорить, — соглашается тот. — Тем более, что кроме угощений у нас есть еще много чего обсудить. И сделать это лучше без лишних ушей…

Лорд Джереми Сигард решил сыграть свадьбу. Ради этого он пришел в кондитерскую мистера Чедлерса, ведь у него самые вкусные пирожные в Манчестере. Но только ли ради этого он к нему пришел?

— Вы хотите, чтобы я закрыл кондитерскую? — на лице мистера Чедлерса появляется тревога.

Неудивительно. Это для живущих с ренты от сдачи помещений и от прибыли предприятий лордов закрыться в кондитерской ничего не значит. Для мистера Чедлерса же это означает немалые убытки и нехорошие слухи.

Что касается слухов, то в Манчестере этих времен они распространяются с невероятной скоростью. Казалось бы, стоит кондитеру в центре города в рабочее время закрыть дверь, а уже через час на окраине ходят слухи о потопе, пожаре, а еще хуже — молодой любовнице…

Последнее меня особо волнует. Не хочется становиться любовницей немолодого кондитера. Даже на уровне слухов.

— Мы не потратим больше получаса вашего времени, — успокаивает хозяина кондитерской лорд Вилар. — Уверен, что сэр Джон сумеет поведать нам последние новости без лишних подробностей. Я верно говорю?

— Я могу поведать лишь то, что дозволено распространять в рамках ведущегося расследования, — кивает мужчина. — Много времени у меня это не займет.

— Тем не менее, мне не хотелось бы терять даже это время, — не соглашается мистер Чедлерс. — Тем более, что в утренние часы у меня не большой наплыв посетителей и мы можем успеть обсудить все без появления кого-то из них.

Мне же теперь разговор лордов становится даже интереснее, чем необходимость предотвратить ненужные слухи. Сказывается мое детективное прошлое, которое, к сожалению, осталось в другой жизни.

— Джентльмены, — подхожу с подносом с пирожными, — не желаете ли вы отведать свежих пирожных? Уверена, что мистер Чедлерс желает вас ими угостить.

— Вы совершенно правы, леди Раменкорт, — подхватывает мою идею кондитер. — Тем более, что именно эти пирожные я хотел предложить испечь на вашу свадьбу, лорд Сигард.

— Благодарю, — кивает мне счастливчик. — Лишними они не будут. Тем более, что разговор у нас предстоит очень даже несладкий.

— Если позволите, я могу предложить вам выход из сложившейся ситуации, — пользуясь успехом пирожных, пробую решить сразу две проблемы. — Чтобы мистер Чедлерс не терял клиентов, а вы могли обсудить все без лишних свидетелей, можно вынести свободные столы на улицу…

— Извольте, — хватается за голову кондитер. — Там же дождь! Не стану же я сажать людей под проливным дождем!

— Для этого вы можете создать магический купол, — вспоминаю, как в таком случае поступали предприниматели в моей реальности. Конечно же в их случае от дождя посетителей спасала крыша. Но приходится импровизировать.

— У вас очень способная помощница, — лорд Вилар оценивающе осматривает меня. При этом в руках он держит какую-то занимательную вещицу, сделанную то ли из золота, то ли из серебра. — К тому же она весьма хороша собой. Неужели я прогадал, когда выбирал себе в дом воспитанницу леди Миррот?

— Уверена, что не прогадали, — улыбаюсь ему. Не хочу, чтобы теперь у Саманты возникли проблемы. Ведь мужчина обещал пристроить ее в дом к своему брату.

— Мне ваше решение кажется очень разумным, — присоединяется сэр Флетчер. — Таким образом посетители не смогут войти и услышать наш разговор. А вы… будете встречать их на улице?

— Я буду встречать посетителей на улице, принимать заказы и заходить только за пирожными, — искренне надеялась, что никто не задастся этим вопросом, но похоже, что их тайна все же должна остаться для меня тайной. — Если вы, конечно же, с этим согласны.

— Мне это кажется гениальным! — первым же высказывается мистер Чедлерс. — Разве это не так, джентльмены?

— Недурственное решение, — соглашается лорд Сигард. — Готов признать, что леди Раменкорт смогла меня удивить. Но на вашем месте я был бы с ней осторожен, мистер Чедлерс. Умная женщина способна как спасти мужчину, так и погубить его.

— Уверен, что мне ничего не грозит, — улыбается кондитер. — Так ведь, леди Раменкорт?

— В моих намерениях нет ничего, что должно вас беспокоить, — киваю ему. — Разве что столы… Они так тяжелы, что я вынуждена просить вас вынести их на улицу.

— Если женщина говорит, что мужчину ничего не должно беспокоить, значит беспокоить его собирается она сама, — замечает сэр Флетчер и первым встает из-за стола. — Какие столы следует вынести на улицу?

— Прошу взять эти три стола, — улыбаюсь ему в знак благодарности, но так, чтобы никто не подумал о симпатии. Хотя, честно признаться, он мне весьма симпатичен. — Кто из джентльменов согласится создать купол?

— При таком раскладе считаю должным устроить все самостоятельно, — следом за сэром Флетчером поднимается лорд Сигард. — Все же именно я виновник нашего собрания.

— Вашу вину нужно еще доказать, — смеется лорд Вилар — единственный, кто остается сидеть на месте. Он безучастным взглядом наблюдает, как его собеседники выносят столы и продолжает вращать в руках необычный золотой кулон. Да, именно кулон, на котором, насколько я успеваю заметить, изображен серебряный волк.

Почему-то только сейчас замечаю, что из всех мужчин именно этот выделяется некоторой отчужденностью. Словно ждет особого отношения к себе. И это заставляет задуматься.

Однако оставляю поступок лорда Вилара без внимания. Не хочу, чтобы он следил за мной. Ведь у меня по-прежнему остается шанс хоть что-то узнать. Если конечно же по удачному стечению обстоятельств случится наплыв посетителей.

— Ну вот и готово, — мистер Чедлерс отряхивает руки, словно умудрился испачкать их. — Теперь можем спокойно все обсудить.

— А для вас, леди Раменкорт, мы устроили специальное уютное гнездышко, — чуть кивая сообщает лорд Сигард. — Спасибо сэру Джону за заботу о вашей персоне.

— Благодарю вас, — обращаюсь к вошедшему последним мужчине и делаю книксен. Не знаю, что он сделал, но это явно должно заслуживать мою признательность.

— Не стоит благодарности, — улыбается тот. — Забота о леди должна занимать почетное второе место в списке дел джентльмена.

— А что же должно занимать почетное первое место? — хмыкает мистер Чедлерс.

— Мистер Чедлерс! Почетное первое место в списке дел джентльмена должен занимать его долг! Ведь именно он дает джентльмену честь.

— А забота о леди эту самую честь подчеркивает, — смеется лорд Сигард.

Мужчины заходятся смехом. Но мне их шутки не интересны. Сейчас меня больше заботит наплыв посетителей, организовать который можно только выйдя на улицу.

Лорд Мартин Вилар - представитель богатейшей семьи Манчестера. А точнее - он глава этой семьи. С его мнением считаются все жители города. Но что именно делает его таким особенным?

Посетителями на лице даже не пахнет. В утренние часы мало кто хочет выходить на холодную, промокшую от нескончаемого дождя улицу, чтобы согреться чашкой горячего кофе. Большинство может позволить себе сделать это, не выходя из дома.

Надеяться, что предвкушение невероятного вкусных пирожных заставит людей покинуть уют своих квартир тоже вряд ли стоит. Лично меня не получилось бы соблазнить ими даже в прошлой жизни, когда до центра я могла доехать на личном авто. Не говоря уже о том, чтобы привлекло сейчас, когда везде приходится ходить пешком.

Остается надежда только на спешащий и не замечающий ничего вокруг рабочий класс.

— Вкуснейшие пирожные! Сегодня вы можете отведать их на свежем воздухе!

Помню, что в моей реальности подобные уловки срабатывали и даже спешащие по делам жители Манчестера задумывались о чашке бодрящего напитка.

Но помимо действительно свежего воздуха, которым можно насладиться и в другом месте, предложить мне особо нечего. Снаружи кондитерская мистера Чедлерса выглядит слишком невзрачно.

Выходить из организованного сэром Флетчером закутка, представляющего собой обычный стул, укрытый с трех сторон стеной лиан, не хочется. Но иначе решить задачу не представляю возможным.

Выхожу из-под магического купола лорда Сигарда и тут же попадаю под струи холодного дождя. Неудивительно, что никто не хочет останавливаться и пить кофе в таких условиях. Тем более, что сам купол совершенно не видно.

Пока окончательно не промокла, возвращаюсь назад. В голове рождается множество мыслей, но понятия не имею, каким образом их организовать.

— Прошу прощения, но мне нужно пройти на кухню, — заглядываю в помещение. — Я сильно вас не побеспокою.

— Можете быть спокойны, леди Раменкорт, — кивает лорд Сигард. — Мы все еще не закончили тему пирожных. Оказывается, что у мистера Чедлерса великое множество их вариантов.

— Рекомендую попробовать розетки с клубникой, джентльмены, — знаю, что их кондитер оставил напоследок.

— Обязательно попробуем, — соглашается лорд Сигард и возвращается к разговору.

Пока прохожу на кухню, слышу, как от стола доносятся обрывки фраз. Причем то, что получается различить, не имеет никакого отношения к пирожным.

Насколько понимаю, сэр Флетчер занимается розыском какого-то преступника. Но что это за преступник и что именно он сделал, понять не могу.

Как можно незаметней прохожу мимо столика, но ускользнуть от внимания служителя закона у меня все же не получается.

— Вы что-то задумали? — лорд Флетчер обращается ко мне, словно мы находимся на допросе. И только его заинтересованно-изучающий взгляд подсказывает, что я вне подозрений.

— Ничего, о чем бы джентльменам следовало переживать, — улыбаюсь ему и выхожу на улицу.

Действительно, переживать о моем поступке всем джентльменам стоит вряд ли. Но мистера Чедлерса мой поступок точно заставит схватиться за сердце. Если конечно же он узнает о нем слишком рано.

Выйдя под проливной дождь, открываю кастрюлю с глазурью. Смотрю на нее с сожалением. Но утром мне составило огромных трудов отмыть от нее поверхности. Значит какое-то время под проливным дождем она продержится.

Собравшись с мыслями, применяю к глазури заклинание. Вырвавшись из кастрюли, она поднимается передо мной тягучим комом, вздымает вверх и шлепком падает на купол лорда Сигарда.

— Начало положено, — выдыхаю я. — Продолжим…

Орудую перед собой рукой, словно мастерком, а созданное мной заклинание равномерно распределяет по куполу глазурь. От капель дождя местами она расходится кругами, по краям купола — отделяется подтеками. И именно в таком виде застывает.

Получается невероятно сладкая картина. Кондитерская мистера Чедлерса теперь выглядит, как самое настоящее пирожное. И только созданная глазурью тьма портит картину.

— Джентльмены, прошу меня простить, но я вынуждена снова вас побеспокоить, — заявляю я, войдя в кондитерскую и не дожидаясь ответа прохожу в подсобку.

На этот раз не задерживаюсь. Хватаю свечи и направляюсь обратно.

— Вы точно что-то задумали, — теперь уже обращается ко мне лорд Сигард. — И это не дает нам покоя.

— Прошу простить меня, — на мгновение останавливаюсь, делаю книксен и иду дальше. — Больше без необходимости я вас не побеспокою!

Выхожу под импровизированный козырек. Расставляю и поджигаю свечи. Пространство вокруг сразу заливается теплым светом. Становится так уютно, что даже мне самой хочется взять чашку кофе и погрузиться в воцарившееся настроение.

Снова выхожу под проливной дождь и оцениваю свое творение. Понимаю, что лучшей рекламы, наверное, придумать сложно.

— Теперь даже кричать не нужно, — восхищаюсь своей сообразительностью и возвращаюсь в созданный сэром Флетчером уголок. — Теперь посетители сами должны к нам идти.

Сажусь на стул и облокачиваюсь на спинку, прекрасно понимая, что на отдых скоро времени не останется. Но и сейчас отдохнуть мне не дают.

— Держите меня! Кажется мне плохо! — слышу голос мистера Чедлерса и тот буквально вываливается из кондитерской. — Это что? Моя глазурь?

— Ваша… — с сожалением понимаю, что кондитер увидел мое новшество слишком рано.

— Это же гениально! — вместо ругани работодателя слышу восхищение лорда Сигарда. — Невероятное коммерческое решение! Проходи я мимо, сам бы не смог от казаться зайти.

— Да, но моя глазурь… — продолжает держаться за сердце мистер Чедлерс.

— А что ваша глазурь? — лорд Вилар возвышается над остальными властной фигурой. — Глазурь, мистер Чедлерс, вы новую можете сделать. А привлечь клиентов еще нужно постараться.

Лорд Вилар разворачивается и снова скрывается в кондитерской. Остальные следуют за ним, и только сэр Флетчер задерживается на улице.

— Должен признаться, что восхищен вами, леди Раменкорт, — сообщает он. — Однако ваша сообразительность меня настораживает.

— Мужчинам тяжело находиться рядом с умными женщинами, не так ли, сэр Флетчер? — не собираюсь позволять детективу думать, что готова скрывать свой ум для чьего-то комфорта.

— Умному мужчине интересно находиться рядом с умной женщиной, леди Раменкорт, — улыбается он. — Рекомендую держаться умных мужчин, а глупых обходить стороной. Иначе спокойно жить вам не позволят.

— Благодарю за совет, — киваю ему. — Обязательно задумаюсь над своим окружением.

Сэр Флетчер скрывается за дверью. А я остаюсь в одиночестве в ожидании клиентов. Но его слова заставляют меня задуматься. Мне действительно нужно быть осторожнее.

Детектив Джон Флетчер прибыл для службы в Манчестер из Лондона. На своем прежнем месте службы он сумел добиться чести быть признанным лучшим детективом Британии. Но желание раскрывать новые дела заставило его сменить место службы. А быть может не только это желание...