Волчица Шона

Весной, когда природа только начала просыпаться, волчица Шона затяжелела. В бескрайних степях травы старались быстро произвести свои побеги, готовые выживать только в этом суровом климате. Ранняя весна торопила всех: «Просыпайтесь, просыпайтесь, надо успеть до жарких летних дней».

Степь быстро освобождалась от снега, и вскоре все цветы и растения пытались вырваться из-под земли, чтобы проснуться и зацвести, превращая степь в огромный разноцветный ковер.

Каждая травинка и цветок стремились удивить своей красотой, словно спрашивая: «Ну, кто краше меня? Посмотрите на меня!» Все они были молоды, а некоторые только раскрывались. Те, кто уже зацвел, дружили рядом, наслаждаясь степной красотой. Они стремились потянуться к солнечным лучам, согреть свои лепестки, улыбнуться небесам и услышать пение прилетающих птиц, пока солнечные лучи не иссушат и не выжгут их нежные лепестки.

Шона глубоко вдохнула весенний степной воздух. Куда пропал ее любимый Арлан? Видимо, ушел далеко в поисках еды, но она чувствовала его запах. Он должен вот-вот появиться, потому что желудок уже начал подсказывать о себе, а в животе недовольно зашевелились ее малыши, требуя еды.

«Ладно, ладно, успокойтесь, покувыркайтесь, порезвитесь, пока не появится отец — Арлан. Мочевой пузырь, только не давите сильно и не дергайте ногами», — старалась успокоить Шона своих будущих малышей, облизывая живот. Ей было тяжело, но откуда им это понять? Кажется, их там несколько, и она чувствовала их сердцебиение.

Суслики, тушканчики и сурки также начали просыпаться и уже резвились по степным просторам. Они осторожно выглядывали из своих нор, оглядывались по сторонам и, заметив опасность, быстро скрывались, предупреждая своих. В степи всем хочется выжить.

Орлы тоже не оставляют им шансов. Стоит только на мгновение отвлечься — и вот, хват когтями, и они уже в небесах. Возможно, Арлан тоже выжидает, чтобы поймать кого-то из них, чтобы накормить Шону. Он очень заботливый, опытный охотник, и без куска мяса не вернется.

Вот-вот появятся ее малыши. Вместе с Арланом они два дня искали убежище, где Шона могла бы родить волчат. В овраге под старым саксаулом они нашли небольшую нору, видимо, лисью. Внутри пахло лисой, а шерсть рыжего цвета была разбросана повсюду, как будто лисица тоже здесь выводила своих щенков. Это место подойдет ей и малышам, и Шона дала понять Арлану, что ей нравится это убежище.

Правда, в норе тесновато, но ее можно расширить. Арлан займется этим, его когти быстро выскребут землю, а ей тяжело даже нагнуться. Хорошо, что рядом мой любимый Арлан, подумала Шона.

Старое отверстие можно закрыть и сделать вход с другой стороны, где меньше дует ветер, чтобы малыши не простыли. С этой стороны открывается вся степь, и от людей будет надежнее защищена. Откуда им знать, что под саксаулом расположилась Шона с волчатами?

Саксаул такой старый, весь высохший, наклонился, видимо, от ветра. Давно отцвел, и только коричневый ствол от кустарника остался, да и то наполовину засыпался песком. Но Шона была довольна саксаулом и решила открыть вход с этой стороны, где его ствол наклонился, чтобы защитить малышей от ветра и песка, когда ветер поднимется.

Да, что-то мой Арлан задерживается, видно, далеко ушел. Лишь бы не попал в руки браконьеров. Люди сейчас жестоки и не жалеют нас...

Чтобы не просто лежать и не ждать Арлана, Шона принялась убирать вокруг норы. Ногами она начала чистить территорию, хотя земля еще была влажной. Но ничего, солнышко высушит всю грязь. Если начнется дождь, вода не попадет внутрь, ведь нора находилась в удобном месте, слегка под наклоном.

Пыхтя, она скоро закончила уборку, и пот выступил на носу. Где-то высоко загудело, кажется, вертолеты облетали степь. Неужели началась охота на нас? — подумала Шона. Наверняка решили выслеживать серых лютых. Нужно немного посидеть в укрытии, пока они не улетят.

Вдруг рядом что-то хрустнуло и с шумом взлетело. Шона подумала, что это Арлан незаметно подкрался, но оказалось, что это стрепет-птица. Видимо, где-то рядом у нее гнездо. Сейчас самое время откладывать яйца, а это ее любимое блюдо. Она обожает этих птиц, которые прямо на земле в густой траве откладывают свои зеленоватые яйца, да и сами они очень красивы, с пестрой окраской.

Шона начала переживать за Арлана — он никогда так долго не задерживался. Вспомнила, как впервые встретила его в стае. Арлан выделялся среди волков, и он тоже заинтересовался ею. У него была короткая шерсть серо-рыжеватого цвета, бесстрашные глаза и длинные ноги, благодаря которым он мог в два прыжка догнать добычу и схватить за горло. Его белые острые клыки были видны, когда он рычал на своих сородичей. По бокам его морды были бакенбарды, что отличало его от других волков. В его выражении лица Шона почувствовала покорность и ласку, и именно поэтому она выбрала его, чтобы зачать своих малышей.

Они вместе побывали на одной охоте, где Арлан проявил себя как хороший охотник, смог избежать засады и оказать сопротивление огромному верблюду, потянув целую тушу овцы своими крепкими зубами. Верблюд тоже был не из слабых: повернув свою длинную голову, он начал наступать на Арлана и своими пенообразными плевками напугал всех, но вовремя развернулся и убежал, предупредив людей своим неприятным ревом.

Если бы не люди, они всей стаей завалили бы верблюда. Всем хотелось есть, и даже его плевок не подействовал, хотя в начале охоты волки были ошарашены. Как же не хватало им этого упитанного верблюда! Его горбы были ровные и прямостоящие, не такие, как у худых, у которых горб свисал в одну сторону. Эти горбы служили им холодильником, где хранились запасы витаминов, и без пищи они могли обходиться долгое время, расходуя свои запасы.

Шона вздохнула, сожалея об упущенном, и ждала следующую добычу. И удача им улыбнулась: вдали они увидели отставшую от стада овцу, которая спокойно щипала траву. Первым бросился Арлан, схватив овцу своими цепкими клыками, и потащил ее к оврагу, где передохнул, а Шона еле успевала за ним.

Хорошо, что Арлан успел схватить овцу, пока не прибежала собака, чтобы подогнать отставшую к отаре. Пастуха не было видно, видно, они ушли далеко и не заметили беглецов. Как говорится: "если отстал от стада, будешь едой для волков", и это именно то, что произошло.

Арлан бежал, волоча овцу, в глазах которой был страх перед приближающейся смертью. Увидев Шону, он подождал ее и издал приятный звук, приглашая разделить с ним трапезу.

Пока стая разделывала другую овцу, они с Арланом принялись за тушу, оставив кишки и вонючие отходы. После вкусной и жирной овцы они не расставались и всегда находились рядом друг с другом. Теперь Шона стала его верной подругой, и вот-вот у них появится свое потомство. Им с Арланом надо вырастить своих волчат, чтобы выросли настоящими дикими  волками.

Над степью гулял легкий весенний ветерок. Он теребил шерсть волчицы Шоны. Усевшись возле норы, Шона слышала шелест молодых трав и воркование птиц. Она всматривалась вдаль родной широкой степи, но любимого Арлана не было видно.

Сердцем она чуяла, что с ним что-то случилось, и весеннюю красоту пробуждающейся степи, чириканье возбужденных птиц, порывы весеннего ветра не ощущала. Может, с ним что-то приключилось? Не зря пролетают эти вертолеты с гулом. От них некуда скрыться, единственное спасение — нора, которую мы подыскали.

Смог ли Арлан скрыться в открытой степи или нет? Все эти вопросы не давали покоя. Шона заскулила от переживания и не переставала глядеть вдаль. В эти минуты она почувствовала толчки в животе — её волчата вместе с ней переживали за отца.

Из кустов вспорхнули несколько птиц, которые в цветущих зеленых округлах были почти незаметны, лишь при взлете их хвосты становились видимыми. Весенних забот у них предостаточно: они искали пищу и мох для нового гнезда, где смогут произвести на свет своих птенцов, и с утра до вечера были заняты благоустройством своего жилища.

Вот и мы с Арланом подыскали себе гнездо, правда, придется немного заняться реконструкцией нашего жилища. Наконец вдали показался Арлан — он что-то нес во рту, но при этом чуть прихрамывал. Шона стремглав побежала навстречу.

Растрепанные волосы Арлана, его прихрамывающая нога, которая чуть кровоточила, и уставший взгляд, как будто после борьбы, говорили о том, что с ним что-то произошло. При этом он нес полуживого зайца, который пытался освободиться от клыков волка. Он бросил зайца к ногам Шоны, и тот издавал пронзительный звук, словно звал кого-то на помощь.

Глаза ушастого зайца от страха покраснели. Этот любитель побегать по степи, видимо, неосторожно попал в лапы Арлана. Коричнево-рыжая шерсть зайчихи в некоторых местах выпадала — началась линька. В её животе что-то булькало. Шона присмотрелась и осенила мысль, что и она тоже, как и зайчиха, готовится к рождению своих малышей.

У неё сразу пропал аппетит при мысли о том, что она будет жевать нерожденных зайчат. Нет, ни за что не буду есть ушастого зайца с её малышами, и Шона отошла от него. Арлан смотрел на Шону непонимающим взглядом, спрашивая, почему она не ест его подарок.

Шона подошла к Арлану и начала облизывать его рану на лапе. Бедный Арлан попал в волчий капкан, долго не мог выбраться, затем перегрыз привязку и еле-еле освободился. Людям не удалось взять моего любимого Арлана живьем. Более того, он смог поймать зайчиху с раненой лапой, которая из-за беременности еле передвигалась по степи.

Зайчиха слабыми прыжками стала удаляться от нас, а Шона лишь глядела ей вслед и, хотя осталась без обеда, пожелала удачи при родах. Арлан, кажется, понял, в чем дело, и тоже не стал её догонять.

Пока Арлан отдыхает, Шона решила пройтись по степи, встретиться с волчьей стаей. Где-то вдали раздались волчьи голоса, превращаясь в ужасный вой, сообщая о своей обнаруженной добыче. Затем она заметила несколько волков, гнавшихся за рыжей лисой. Если бы Шона оказалась рядом с ними сейчас, им бы не понравилось её присутствие, и она решила немного подождать. Вдруг заметила, что рядом с норой сурка стоит толстощёкий байбак, который выглянул из своей норы.

Байбак был очень крупным, с темным брюхом и светлыми пухлыми щеками. Видимо, только начали выходить из спячки — потому такие упитанные. Шона успела его схватить, и байбак даже не успел понять, что произошло. Он начал визжать и быстро бежать в сторону, где её ждал Арлан возле логова...

После сытного ужина решили прилечь возле норы. Мясо сурка-байбака оказалось очень жирным и вкусным. Ведь не зря они питаются зелеными травами и побегами, не нуждаясь в воде, как мы, а довольствуются божьей росой. Столько витаминов накапливается в их организме!

Шкурку байбака оставили, чтобы подстилка для волчат была мягкой. Мех очень теплый и в ненастные дни защитит малышей от холода.

Степь была живописной. Серая пустошь после зимы расцвела, благоухающая трава радовала глаз. Где-то уже начали цвести тюльпаны; скоро бескрайние тюльпановые поля можно будет увидеть повсюду.

Весенний ветер гулял по степным просторам, заставляя траву склоняться перед ним. В такой чудный месяц у Шоны скоро появятся детеныши, которых она очень ждет. За своих малышей она готова перегрызть любого. Это ведь ее первое потомство с Арланом.

Шона подошла к Арлану, потерлась мордочкой и вновь облизала его рану, приглашая поваляться по мягкой траве. Повиляла хвостом, и он заулыбался, нежно мурлыча. Да, мой Арлан возмужал и окреп, но вчерашняя рана его немного подкосила.

Снова послышался гул самолета. Надо на время затаиться в логове. Он летит так низко и ревет, будто ведет подсчет волков. Не дают насладиться степной красотой.

В животе забулькало; ножки дергаются, крутятся, кувыркаются. Интересно, сколько там моих детенышей? Тоже спешат скорее выйти и увидеть белый свет. Откуда им знать, что их ждет? Что я повидала на своем веку: как приходится выживать, прятаться от людей, возвращаться голодной. Люди безжалостны к нам, истребляют нас.

Для них мы — свирепые хищники. Как им знать, что их предки склоняли головы перед нами, что мы бываем добрыми и верными? У нас крепкие семейные узы, не то что у них, и мы никогда не предаем друг друга.

А ведь мои предки вскормлили человеческое дитя молоком волчицы, чтобы воплотить в нем символ смелости, бесстрашия и преданности. Один из самых сильных племен тюрков зовется моим именем — Шона, что значит «смелая волчица».

Как могли люди забыть, что мой предок спас человеческий род от уничтожения, вывел кочевое племя, заблудившееся и окруженное врагами, из леса? Даже охотник, прозванный Главным волком, женился на волчице, которая со временем превратилась в красавицу. Так что мой предок-волчица является прародительницей, и вместо того, чтобы убивать, люди должны нас беречь и оберегать.

Да, иногда мы уносим овец с отары, но люди должны понимать, что и мы, как они, любим мясо и вкусно поесть. Откуда без мяса силы возьмешь?

Шона долго лежала, погрузившись в свои думы, и, отвлекшись, решила выйти из норы.

Она огляделась и посмотрела вдаль, следуя за удаляющимися ревущими вертолетами. С рождения она связана со степью. Кому-то она может показаться неинтересной и голой, но нужно увидеть все своими глазами: как она дышит жизнью. Столько степных цветов и трав распустилось, спешат за короткий срок до летнего зноя сбросить зерно будущей жизни. Воздух степной ни с чем не сравнить — свежий, напоенный ароматом трав и цветов, так и хочется дышать.

Вот прямо из-под ног ящерица скрылась в песках, тоже спешит. Суслики, стоя на задних лапах, настороженно смотрят в ее сторону и готовы юркнуть в нору.

«Тушканчика бы поймать на завтрак», — подумала Шона. И не успела это осознать, как из-под ног с огромными ушами и круглым хвостом пробежал мимо тушканчик, и она не успела его поймать.

Убедившись, что вокруг установилась тишина от ревущих вертолетов, Шона с Арланом решила пройтись и поохотиться на этих грызунов. Крупных ей сейчас не осилить, да и Арлан с больной ногой не в состоянии.

Легкий ветерок теребил ее волосы. Она чувствовала, что сегодня ночью родит своих детенышей, и чтобы молозиво было густым и вкусным, нужно поесть мяса, чтобы оно было богато питательными веществами.

Шона побежала по степи, но, увидев вдали, как сурки быстро попрятались в норы, поняла, что охота будет непростой.

На следующий день, на рассвете, когда они лежали в норе, вдруг появился комар, летая с целью насытиться кровью. Он приземлился на нос Шоны. Хотя она могла бы одним движением лапы прихлопнуть его, решила понаблюдать, что привлекло его в логово. Вскоре прилетела муха, будто почувствовала, что скоро появятся её детеныши.

Комар жаждал крови, чтобы отложить яйца, а муха, вездесущая и назойливая, быстро стала мешать. "Пусть живут," — подумала Шона, решив не убивать насекомых. Всё-таки весна, и каждый стремится оставить потомство.

Издали донёсся крик дрофы. С внушительной грудью и на сильных лапах, птица села в густую траву, тяжело хлопая крыльями. Шона издалека разглядывала её: "Какая красивая и большая птица." Было бы неплохо полакомиться дрофой, но она не из тех, кто легко даётся. Птица, почувствовав опасность, вытянула шею и, взмахнув крыльями, взлетела прочь.

Степной ветер принёс с собой запах разнотравья. Шона вдохнула свежий утренний аромат и в этот момент почувствовала, как её детёныши зашевелились. Все разом начали толкаться, кружиться в животе, затем сгруппировались у выхода. "Кажется, мои малыши собираются появиться," — подумала Шона.

Боли в животе усиливались с каждым их движением. Схватки становились всё более резкими. Шона съёжилась от невыносимой боли и бросила взгляд на Арлана, который мирно спал рядом. "Главное, что мой партнёр рядом," — подумала она с облегчением.

Арлан, будто почувствовав её муки, сразу открыл глаза и подбежал к ней. Он нежно уткнулся носом в её живот и начал его облизывать, успокаивая. На какое-то время боль отступила, и детёныши притихли под ласковым прикосновением отца. Но вскоре схватки возобновились, и, когда отошли воды, Шона, собрав всю свою силу, начала тужиться. Один за другим детёныши стали появляться на свет, а за ними вышел и сморщенный мешочек — послед, служивший их уютным домом все эти месяцы. Тут-то и прилетели муха с комаром, терпеливо ждавшие своей очереди. Шона решила не трогать послед, оставив его для них на время.

Арлан, как заботливый отец, помогал облизывать каждого новорождённого. Шона почувствовала облегчение в животе — все волчата благополучно родились. Она заглянула на своих крошек: мокрые, слепые, с коричневатой шёрсткой, они мирно лежали рядом, дыша крошечными носиками.

Вместе с Арланом Шона принялась облизывать беспомощных новорождённых. Они появились на свет в тёплый весенний день, когда кругом полно пищи. Молоко прилило к её соскам, и она решила отдохнуть, одновременно начав кормить волчат.

Арлан бережно пододвинул каждого детёныша к её соскам, и те, толкаясь и ворча, жадно принялись пить молоко из материнской груди.

Волчата родились слепыми, беспомощными и крохотными. Они прижались к набухшим соскам, тянули молоко Шоны, чувствуя её тепло. Кому-то это удавалось легко, а другим приходилось нелегко: они переходили от одного соска к другому, лезли друг на друга. Одна крохотная волчица, оказавшись сбоку, жалобно скулила — её вытолкнули из общей кучи, и она не могла найти сосок. Шона облизала её и ногой пододвинула ближе, но малышке было трудно ухватиться, хотя она старалась изо всех сил. Шона успокоилась, зная, что через несколько дней все откроют глазки, и маленькую волчицу уже не оторвёшь от её соска.

Арлан отправился на охоту, чтобы накормить молодую супругу, которая только что родила. Шона, уставшая, но счастливая, понежилась с Арланом. Её серые глаза светились нежностью, от неё было не оторвать взгляд. Арлан пережил вместе с ней все родовые схватки, и теперь, восхищённый её силой, он решил принести лучший кусок мяса, чтобы вместе отпраздновать появление их малышей.

Шона растянулась на боку, давая волчатам доступ к соскам. Они чмокали, продолжая сосать, словно сообщая, что молоко очень вкусное. Одна волчица даже уснула прямо во время кормления, не выпуская сосок изо рта, и молоко стекало из уголка её пасти. Шона вдыхала аромат своих новорождённых детёнышей, облизывая их бархатные тельца своим розовым языком, шепча им нежные слова. Она мысленно поблагодарила Всевышнего за дар материнства. Наблюдать за малышами было её счастьем, но она знала, что теперь ей нужно есть больше, чтобы молоко было сытным и густым — без него волчата не выживут.

Неподалёку валялась кость от предыдущей добычи. Шона пододвинула её лапой: её зубы ещё крепки, а клыки могли перегрызть любого, кто посмел бы угрожать её детям. Правда, один зуб был выбит в драке с шакалами, и теперь время от времени болел. Она высасывала остатки сока из кости, ожидая возвращения Арлана.

В это время волчата начали шевелиться, исследуя окружающий мир. Они сбивались в кучу, лезли друг на друга, пытались понять, что находится слева и справа. Одна волчица, оказавшись внизу, начала повизгивать, пока не освободилась от тяжести братьев и сестёр. Она явно не была в восторге от того, что по ней ползали.

Шона с нежностью наблюдала за своими пятерыми детёнышами. Каждый из них имел шерсть наполовину, как у Арлана, и немного от её окраса. "Какие все хорошенькие," — думала она, облизывая их и запоминая их запах. Вскоре она услышала быстрые шаги Арлана. Уже по его шагам Шона поняла, что он идёт не с пустыми лапами.

Арлан вошёл в логово с ногой сайгака и положил её рядом. Сам он есть не стал, сел у входа и наблюдал. Удачная охота, или, скорее всего, остатки от шакалов, которые не успели спрятать добычу. У Арлана был отличный нюх. Шона с жадностью набросилась на мясо — голод давал о себе знать, малыши почти выпили всё её молоко, и ей нужно было восстановить силы. Они с Арланом вместе доели сайгачью ногу.

Насытившись, Шона прижалась к малышам, облизывая каждого и запоминая их запах. Волчата, хоть и были слепы, чувствовали родное тело матери и отца. Арлан тоже не оставался в стороне: он облизывал своих детёнышей, проявляя нежные отцовские чувства. Этим он давал понять, что он глава семейства и будет заботиться о своих детях вместе с Шоной.

Весной в степи дожди бывают редко, но сегодня полил сильный дождь. Температура с каждым днем поднималась все выше, а ветер иссушал почву и выдувал остатки влаги из трав. Иногда разыгрывались пыльные бури, когда песок и пыль лезли в глаза, затрудняя охоту.

Волчица Шона растянулась на земле, кормя своих детенышей. Дождевые струи проникали в нору, но она отодвинула щенков в дальние углы. Арлан, с круглыми глазами, посмотрел на Шону, зарыл морду в песок и начал обеими лапами разбрасывать песок у входа. Песок летел во все стороны, и вскоре у входа образовалась небольшая преграда, которая остановила воду. Подняв голову, Арлан удовлетворенно посмотрел на Шону, а она, в свою очередь, одобрила его действия.

Шона чувствовала спокойствие, зная, что рядом с ней находится такой надежный спутник. Дождь усиливался, а Арлан никак не мог выйти на охоту. Но вскоре дождь прекратился, и он отправился добыть еду для своей семьи.

Порывы ветра усиливались, словно ветер убаюкивал волчат и теребил их нежную шерсть. Щенки прижались к соскам Шоны, жадно тянули молоко. Они росли с каждым днем, набираясь сил, но одна из волчат была особенно неугомонной — постоянно тявкала и не могла найти удобное место у сосков, пока Шона не помогла ей, подвинув других щенков лапой.

"Совсем скоро у них откроются глазки, и мы с Арланом выведем их на солнечную степь," — подумала Шона. Степной ветер приветствует малышей, а они впервые ощутят все прелести и трудности жизни в степи. Шона и Арлан научат их охоте, и вскоре щенки начнут добывать себе еду, бегая за мелкими грызунами и птицами. Она с нежностью облизала своих малышей, представляя, как они будут кувыркаться и играть друг с другом на залитой солнцем поляне.

Из норы было видно, как птицы то взлетали, то опускались, громко чирикая в радости после дождя. Шона услышала голоса степных уток и подумала, что они, видимо, обустраивают свои гнезда.

Пока она прислушивалась к звукам природы, послышались шаги Арлана. Он вернулся, держа в зубах крупного хорька. По его глазам было видно, что охота удалась. Хорек еще дергался, а у Шоны при виде такого лакомства потекли слюни. Она осторожно поднялась, освобождая себя от волчат, которые недовольно запищали, лишившись молока.

Хорек громко визжал, издавая неприятный запах. Его темная морда выражала недовольство, что его поймали. Шона подумала, что он сам вышел на охоту за сусликами, но не успел спрятаться, когда его настиг Арлан. "Когти у него острые, нужно поскорее съесть, а длинный хвост можно оставить щенкам — пусть играют," — решила Шона. Когда-то она уже встречалась с хорьками, когда те разоряли птичьи гнезда, но поймать их раньше не удавалось. Арлан оказался ловким охотником.

Сегодня их ждет сытная еда, а молоко Шоны станет еще жирнее. Волчата быстро росли, скоро откроют глаза, а с такой заботой и пищей они вскоре станут сильными и здоровыми.

Утро. Лучи степного солнце льющиеся сквозь нору, были так ослепительны, что Шона зажмурила глаза.Она вздохнула и посмотрела в сторону Арлана, который тщательно облизывал своих сорванцов, которые насытились сочным материнским молоком. Будущие наши помощники, глядя на них - подумала Шона, посмотрела на Арлана и улыбнулась. Потянулась к нему всем телом, блеснула своими белыми клыками и коснулась его шерсти.

Вспомнила, как она впервые его встретила, такого статного с горящими глазами с мускулистым телом и с переливающимися волосами. Она могла смотреть на него часами и любоваться им. Шона осталась довольна, что именно его она выбрала , отцом для своих малышей.Чернявые слепыши чувствовали прикосновения отца, без конца терлись, хоть и не видели его лицо. Ничего еще несколько дней и они увидят своего отца.

Шона нежно прикоснулась к его шелковистой шерсти и глубоко вдохнула его запах , стараясь запомнить его на всю жизнь, потерлась мордой. Для него это было приятно и он тоже нежно начал облизывать, доказывая ей свою преданность..
Рядом с Арланом она расцвела , как пышное дерево, была счастлива и она с благодарностью посмотрела в его глаза. Его глаза говорили о многом, как вместе преодолевали все трудности, как убегали от людей , которые гнались за ними, скрывались в густых зарослях , быстро и незаметно удалялись , залпы выстрелов и слезы радости, когда смогли от них уберечь себя.

Послышался вой волков, кажется вожак приглашал всю стаю на охоту. Арлан подал свой голос и быстро выскочил из норы.Приподняв свой хвост он быстро побежал в ту сторону, откуда раздавался вой волков. Может это одинокие бродящие волки , которые перешли на нашу территорию- подумала Шона. Арлан знает, он ревностно охраняет свою территорию, старается везде метить , предупреждая , что здесь занято.

Шона решила с завтрашнего дня выйти на охоту с Арланом. Охотиться она любит, быстро сможет измотать жертву, смело броситься наперекор испуганному животному, а там повалить , это уже дело Арлана, он быстро справится с ними.

Как придет Арлан , надо предупредить , что ночью вместе пойдем на охоту, когда малыши будут спать.Тут у нее упал взгляд на одну из волчат, которая уже открыла свои глазки и оглядывалась вокруг, остальные лежат и сопят с закрытыми глазками.

Возможно сейчас , как проснутся уже все будут блестеть глазенками.. Вот какая радость, быстрее бы пришел Арлан, надо бы сообщить эту радостную новость.
Ну, вот не успела открыть свои глаза , как затявкала , подняла свой хвост и уже что-то требует , а глазенки черные блестят и смотрят в мою сторону .

- Ну, добро пожаловать, милый мой малыш,- поприветствовала Шона. Сейчас придет отец и его увидишь., ишь какой шустрый, чувствую, что ты будешь вожаком стаи.
-Немного пройдет время и ты приступишь к своим обязанностям, а я постараюсь всему тебя научить.Глядишь и у тебя будет своя стая и любимая волчица, с которой продолжишь наш род.
-Обещай , что будешь меня слушаться и Шона облизала малыша с ног до головы...