Волчий цветок

Лине часто снился один и тот же сон.

Как будто она бежит по пушистому снегу и смеется. Солнце и белый мех. Сон был немного смазанный, как первое воспоминание из детства. После него оставалось странное ощущение тепла, не отпускавшее ее весь день.

А в обычной жизни у нее было маловато тепла, все больше работа. 

В свои двадцать семь Лина была самым молодым заместителем генерального директора, единственная в команде женщина. И не за красивые глаза досталась ей эта должность. Хотя глаза у нее действительно были красивые. Глубокого синего цвета, такого насыщенного, как будто она носила линзы. Впрочем, личная жизнь ее практически не интересовала. Во всяком случае, до последнего времени.

В общем, это был обычный день

С утра было много работы. Так всегда бывает, когда помимо собственного плана наваливаются неожиданные вводные. Потом напряженное совещание. Пока выработали единую позицию, пока ей удалось отстоять свои выводы и предложения, казалось, на пару килограммов похудела. К концу уже смертельно хотелось кофе. А потом просто упасть и спать.

Но сегодня была среда.

Плановое посещение.

Она заранее отпросилась с обеда, чтобы не опоздать. Дорога до частного загородного пансиона, занимала больше полутора часов, а по пробкам еще больше. Но в этот раз ей повезло, добралась быстро. Заехала на стоянку, припарковалась и, подхватив пакеты, вышла из машины. А день снежный, февральский, в воздухе синеватая дымка и сквозь нее закатное солнце. Зимний лес, огоньки на кончиках ветвей.

Красиво, сказочно. Если не знать, что этот весьма дорогой закрытый пансион, в котором содержалась ее мама, на самом деле частная психиатрическая клиника. Ей до сих пор не хотелось в это верить.

Лина забылась на мгновение, заглядевшись вокруг. Потом спохватилась и пошла по расчищенной от снега дорожке к зданию.

Мама уже ждала ее, высматривала в окно, стоило открыть дверь. Сразу подалась навстречу. Если бы не диагноз, Лина никогда не смогла бы поверить, что эту сильную женщину когда-нибудь сломит болезнь.

- Как ты? - Она обняла мать и села рядом, передав ей пакет.

- Хорошо, - женщина кивнула, мельком просмотрев содержимое.

Отложила пакет и спросила, глядя Лине в глаза:

- А у тебя как дела? Рассказывай. Вижу, сияешь. Что-то в жизни новое?

Если честно, новое в жизни Лины было. Однако она предпочла бы пока что об этом не говорить, потому что ни в чем не была уверена. А мама, несмотря на то что Лине было уже двадцать семь, по-прежнему детально интересовалась ее личной жизнью, и болезненно реагировала на любое умалчивание или проявление недоверия.

Вот и сейчас, она смотрела как-то слишком пристально и ждала, не хотелось лишний раз ее расстраивать. Наконец пошло улучшение. Конечно, это не излечится, но сейчас мама, во всяком случае, улыбалась и выглядела спокойной. Как до болезни. Почти.

Лина с ужасом вспомнила первый приступ, как ту ломало, эти страшные, нечеловеческие крики, и сразу же отмахнулась от этих мыслей. Теперь все будет хорошо.

- Ну... - сказала она, пряча улыбку. - В общем, да.

Ей показалось, что у матери проскочило странное выражение во взгляде. И сразу исчезло. Она просто сменила позу.

- Я познакомилась с одним мужчиной, - начала Лина. - Он... очень интересный. Такой волевой, замкнутый, интеллектуальный, жесткий. Настоящий делец. Но при этом не рвач. Понимаешь?

Говорила об одном, а вспоминала немного другое. Например, то, что у него стальные с желтоватым волчьим отливом глаза и светлые волосы. Что он весь какой-то поджарый и собранный. Что от него веет истинной силой и какой-то непреодолимой мужской притягательностью.

И тут она поняла, что увлеклась, а мать смотрит на нее, прищурившись и вскинув бровь.

- Мама, - Лина пожала плечами. - Это по работе. Встречались несколько раз, потом еще был фуршет. Ничего особенного, мы только разговаривали.

- И кто он?

Вряд ли его имя могло что-то матери сказать. Тем более что та давно уже изолирована от внешней жизни. И все же Лина назвала.

- Это Александр Вольский. Он несколько лет возглавляет Северный клан после смерти отца.

Поза матери не изменилась, но с ней произошло какое-то странное преображение. Затаенный интерес в глазах сменился непонятно откуда взявшимся огнем ненависти. Мать подалась вперед и проговорила:

- Он сын врага, оборотень. Ты должна отомстить!

- Что? - переспросила Лина.

Неужели снова приступ? Но нет, мама выглядела вменяемой и спокойной. Она уставилась на Лину странным гипнотизирующим взглядом и повторила, словно хотела впечатать ей в память:

- Ты должна его отравить.

- Я позову врача, - сказала Лина, поднимаясь с места.

Страшный осадок.

Она пообещала матери, что придет, как только снова разрешат посещения. И ушла. Хотелось на воздух.

Стояла, глядя в синеющий лес. Оборотень...

Бред. А мама больна, как это ни тяжело признать.

Даже если допустить, что у матери были какие-то скрытые мотивы или другие причины, ее слова вызвали глубокое неприятие. Лина тряхнула головой, отгоняя эти странные мысли, и замерла.

Что бы ни пыталась внушить ей мать, у Лины была своя голова на плечах.

Не накладывался на этого мужчину образ врага. Никак. Может быть, в этом стыдно было признаться, но его энергетику она чувствовала на каком-то подсознательном уровне.

Постепенно стемнело, синева сгустилась, стала чернильной. Темный заснеженный лес как будто потянулся к ней ближе. Лина зябко поежилась от этого непонятного ощущения и села наконец в машину.

Потом завела мотор и медленно отъехала со стоянки, провожая взглядом окна клиники. В одном из окон был силуэт.

***

Вечерняя дорога в город заняла куда больше времени, чем хотелось бы. Лине пришлось постоять в пробках, на трассе в двух местах были ДТП. И потом тоже. Побила все разумные рамки и пределы.

Обычно это безумно раздражало Лину. Жаль было времени, убитого стоянием непонятно зачем и непонятно где. Физически больно, как будто яд от этого разливался в груди. Но сейчас ей было не до этого.

Все перекрывало то тягостное послевкусие, что осталось у нее от посещения клиники. Бывает так, западет что-то в сознание, и крутится там потом, обрастая мыслями. Мозг один за другим подкидывает варианты, но не находит решения. Под конец навалилась тупая усталость.

Домой она добралась уже к девяти, выжатая как лимон. Приняла душ, даже не поужинала толком и сразу забралась в постель, спать.

Вертелась. Сна ни в одном глазу, несмотря на усталость.

Все это время ей подспудно не давали покоя слова матери, странная реакция, когда Лина назвала имя Александра Вольского. Не удавалось отбросить их как нечто несущественное, пусть они звучали трижды бредом, но...

Почему вдруг оборотень?!

Конечно, Лина и фэнтези читала, и фильмов кучу смотрела на эту тему. Жутко романтические истории. Все это было замечательно, но она никогда не смешивала сказки и реальность и не воспринимала все это всерьез.

В конце концов, Лина забила в поисковой строке «оборотень».

Просто наугад. И руки почему-то дрогнули, а по спине рой мурашек пронесся.

Хорошо, что она сидела в постели, потому что как-то резко стало холодно. Она зарылась в одеяло и подтянула подушку повыше. Интернет выдал девять с хвостиком миллионов результатов. Там было множество текстов, откровенно бредовых и не очень, картинки, видео. А ей почему-то бросился в глаза большой бурый волк на заснеженном поле. Красивый, гордый зверь.

Новая волна мурашек. Рука невольно потянулась потереть шею под волосами.

Она пожала плечами и закрыла вкладку.

Усмехнулась своим непонятным ощущениям, хотела уже отложить планшет. И все же не удержалась, залезла на страницу Александра Вольского. Сеть с готовностью выложила все.

Личная жизнь довольно аскетична. Отношений стабильных нет. Женщины. Немного. Напорист. Может переть напролом, если чего-то добивается. Есть сестра?

Соцсети. Блог. Аккаунт...

Фотографии.

Просматривала с замиранием сердца и странным чувством, что сейчас она за ним подглядывает. Но, в конце концов! Он же глава Северного клана, публичная личность. Естественно, что в сети множество сплетен и противоречивой информации о нем.

Северный клан контролировал целый сегмент бизнеса. Это и промышленность, и банковский сектор, и другие отрасли непроизводственной сферы. С тех пор как Александр Вольский стоит во главе, влияние клана только увеличилось. Это не может нравиться конкурентам, и, конечно же, у него должно быть множество завистников и врагов.

...Он сын врага, оборотень. Ты должна отомстить. Отрави его.

Бред. Лина невольно передернулась.

Там было одно видео. С прошлой деловой встречи Лина тогда тоже была в команде генерального. Она просматривала этот ролик, невольно отмечая про себя уверенную стремительность движений. Силу ощущавшуюся в нем, интеллект и скрытую эмоциональность в стальном взгляде.

Но вот он обернулся и взглянул в объектив. Прямо как будто ей в глаза. Она смутилась. Тут же закрыла все, выключила планшет и улеглась спать.

***

Сны ей потом снились сумбурные.

Смешалось все.

Впечатления этого дня, усталость, мысли о работе, картинки из браузера.

Матерый бурый волк на заснеженном поле. И синие цветы. Аконит.

Волк вдруг обернулся. Обжег взглядом и пошел прямо к ней. А ее словно парализовало...

Потом вдруг темнота, свет из-за двери. И голос.

- Я нашла ее.

Говорили по телефону. Лина узнала голос матери.

***

Проснулась Лина рано со странным ощущением, что жизнь изменилась и начался какой-то непонятный отсчет. Хотелось бы сказать, что все это бред и маразм, и отмахнуться, но почему-то не получалось.

В конце концов, отсекла все усилием воли. Постаралась попасть на работу пораньше, чтобы успеть обработать информацию, скопившуюся за те полдня, что она отсутствовала, и подбить отчет до начала совещания.

Дальше пошло все в штатном режиме. Совещание отработали, она была уже на рабочем месте, пила кофе и просматривала информацию на своем компьютере. И вдруг в ее кабинет зашел генеральный.

Она аж поперхнулась от неожиданности. Тут же отставила в сторону чашку и встала.

- Слушаю вас, Юрий Владимирович.

Мужчина странно на нее покосился и прошел внутрь. И пока она соображала, чем может быть вызван этот визит, проговорил:

- Вот что, Лина Максимовна.

И пауза. Поднес кулак ко рту, прищурился. А у нее от странного предчувствия все похолодело внутри.

- В эти несколько дней меня не будет. На следующей встрече с представителями Северного клана команду от нас возглавите вы.

В первый момент Лина задохнулась. Зависла, проводя рукой по светлым волосам, а он почему-то проследил ее жест. Да так внимательно.

- Юрий Владимирович, а чем вызвана подобная перестановка?

Хотелось бы знать, что могло переиграться за те двадцать минут, что прошли после окончания совещания. Ведь вроде же все было решено и обговорено. Обычно во время отсутствия шефа команду возглавлял Воловатов. Сюрпризы в таких делах непонятны и нежелательны.

Мужчина нахмурился, на его лице стало появляться то самое начальственное выражение «Я вам разочарован».

- Поймите меня правильно, - быстро проговорила Лина. - Мне важно знать, не случилось ли чего-то неприятного и непредвиденного, или это просто эксперимент. Чтобы правильно выстроить отношения в команде.

Потому что - да. Было бы странно, если девушку вдруг назначат главной, когда вокруг полно куда более опытных мужчин, которые на этом деле зубы съели. Никого из них это не обрадует. Ее будут топить.

Неожиданное одобрение промелькнуло во взгляде шефа. Как ни странно, он оценил ее тактичность и прямоту.

- Считайте, что это эксперимент.

Лина нахмурилась. Значит, ее все-таки бросают под танки. И тут генеральный проговорил:

- Обстоятельства действительно немного изменились. Но поверьте, никто не будет вас топить, наоборот, вы получите всяческое содействие команды, - тут он слегка замялся, глядя куда-то в левый верхний угол комнаты, и почесал левую бровь. - На самом деле, ваша главная задача - отвлекать внимание.

Был и такой прием, называлось, поработать «блондинкой». Но сейчас это показалось Лина оскорбительным. Она достаточно хорошо владела собой, чтобы не выдать раздражения, но, видимо, что-то все же отразилось в выражении лица или во взгляде.

- Лина Максимовна, я прошу вас отнестись к моим словам со всей серьезностью. Поверьте, для нас это важно.

Повисла пауза.

Он смотрел на нее внимательно, ждал ответа. А ситуация была довольно идиотской. Будь она немного легкомысленнее, давно бы уже визжала от восторга. А Лина пыталась просчитать последствия. Потом решила, в конце концов, ей же не обязательно выставлять себя дурой, можно просто работать как обычно.

Прошло еще несколько секунд тяжелого молчания, наконец Лина сказала:

- Конечно, Юрий Владимирович. Благодарю за откровенность. Вы всегда можете на меня рассчитывать.

Ей показалось, или шеф действительно был напряжен, а сейчас выдохнул от облегчения?

- Очень хорошо, - проговорил тот. - Зайдите в бухгалтерию, вам выписан аванс. После этого вместе с Воловатовым ко мне, получите дополнительные распоряжения. А дальше по своему плану сегодня. Вылет завтра. Готовьтесь.

И вышел.

Лина медленно опустилась в кресло и потянулась за своим кофе. Остыл, конечно же. Отпила глоток и отставила чашку в сторону. Потом разом подхватилась, встала и пошла выполнять распоряжения начальства.

***

Удивила сумма аванса. Хотелось спросить, зачем так много? Она вполне и без аванса могла бы обойтись, рассчитались бы потом. По факту.

После этого Лина сидела в огромном кабинете генерального, три стеклянные стены которого выходили на город, и не могла избавиться от странного чувства. Казалось, вокруг творится что-то непонятное, как будто огромный невидимый зверь ворочается.

Однако мужчины были серьезны, и по виду Воловатова трудно было определить, насколько тот недоволен ходом событий, держался он корректно. Лина заставила интуицию умолкнуть и постаралась абстрагироваться и вникнуть. Собственно, ничего нового сказано не было, прописные истины. У Восточного клана, который будет представлять они, нейтральные отношения с Северным. Жесткой конкуренции за рынки как таковой нет, в отдельных отраслях промышленности совместные проекты. Эта выездная встреча - одна из серии рабочих встреч, и будет направлена на углубление сотрудничества.

Все хорошо. Если бы не одно но.

Ее личная задача — Александр Вольский.

Звучало бредово. Настолько бредово, что у нее мурашки по всему телу пошли.

- Простите, - спросила она. - Вы сказали серия встреч. Мне предстоит возглавлять команду только на этой встрече, или и на всех последующих тоже?

Мужчины странно переглянулись, губы у Воловатова вытянулись в ниточку.

- Это будет зависеть от обстоятельств, Лина Максимовна, - проговорил генеральный, складывая руки на столе.

Потом она весь остаток дня было ощущение, что ей недоговаривают.

***

А вечером, когда она уже ехала домой, ей позвонила мама. Увидев входящий, Лина вздрогнула и невольно поежилась. Однако ответила сразу.

- Привет, мам. Как ты? Все хорошо?

- Да, все хорошо. Я в порядке, - повисла короткая пауза, потом она заговорила снова. - Мы вчера не совсем хорошо расстались. Ты не могла бы заехать ко мне?

Момент был неподходящий. Все наложилось сразу: работа, неожиданные вводные генерального, новая задача, от которой Лине слегка не по себе. Много работы. Но мама редко просила о чем-то, к тому же, они действительно нехорошо расстались. Хотелось стереть это неприятное впечатление.

- Да, мам. Я постараюсь заехать завтра в течение дня. Тебе нормально?

- Да, конечно, мне нормально, девочка моя. Я буду ждать.

Еще несколько фраз. Лина спросила, не привезти ли ей чего-нибудь, и разговор прервался.

Всю оставшуюся дорогу до дома Лина размышляла. И вечером. И пока ужинала, собирала вещи в поездку, и пока принимала душ перед сном. В голове роились мысли.

Уже потом, сидя в постели с планшетом, сделала то, чего ей подспудно хотелось весь день. Лина забила в поисковой строке «оборотень». И зажмурилась на миг, как будто должно было произойти что-то волшебное.

Опять на нее смотрел с вкладки крупный бурый волк на снежном поле. Она не удержалась и погладила кончиками пальцев фото. Такое странное чувство. Мурашки...

Она тут же пождала пальцы в кулак.

Некоторое время так и сидела, теряясь в ощущениях. Потом забила «Северный клан». Браузер тут же откликнулся, выдавая информацию. Здесь было множество результатов, миллионы. Сначала, в самом верху, глянцевые, парадные. Дальше... Впрочем, дальше первой страницы она и пошла.

Потому что здесь был он. Мужчина с отливающими сталью глазами, стремительный, собранный. Казалось, за ним не угнаться. Вожак, он ведет, он знает. Лина просмотрела еще несколько снимков и ушла оттуда. Некоторое время сидела, глядя в пространство, а после открыла профиль Вольского в одной из соцсетей, просматривала посты, комментарии. В конце концов, закрыла все вкладки, улеглась и потушила свет.

Это просто работа. А сейчас ей надо спать.

***

Сон опять пришел тот самый.

Неясное воспоминание откуда-то из закрытой глубины далекого детства. В обычной жизни детские воспоминания Лины начинались с трех с половиной лет. Конкретно с того момента, когда она тяжело заболела. Выздоравливала с трудом.

Реальные воспоминания были обрывочные. Горячечные. Лина помнила лицо мамы, голоса, отдельные фразы, но они сливались во что-то непонятное, тягучее, мутное.

А тут так ярко, тепло.

Она бежит, зарывается носом в снег, прыгает. Так... Необычно. Свобода, радость. Боковым зрением видит, как мелькает пушистый белый мех.

Но она почему-то точно знала, что это было до.

До болезни.

***

На следующий день генерального не было уже с утра, это значительно осложняло ситуацию и рушило планы. А ей нужно было успеть перед отъездом увидеться с мамой. Честно говоря, когда подходила к Воловатову отпрашиваться, Лина особо не надеялась на успех, думала, первый зам не отпустит ее в отсутствие генерального.

Но тот, услышав просьбу, реагировал странно. Лине показалось, что мужчина напрягся и у него что-то такое волчье проскочило в глазах.

Но отпустил.

- Хорошо, поезжайте. Но не задерживайтесь, - проговорил жестко. - Вылет в двадцать сорок два. Опоздаете, Лина Максимовна, команда улетит без вас.

Странное впечатление оставил разговор, и Лину потом ее еще долго преследовало его ощущение прожигающего взгляда. Это просто нервы, сказала она себе.

Воловатова тоже можно понять, навязанный генеральным «эксперимент» ущемлял его самолюбие и профессиональную гордость. Стоит ли удивляться, что он на нее волком смотрит? Зябко поежилась, неприятно было это осознавать. В конце концов, она решила сосредоточиться на главном.

Сейчас ей надо быстро съездить к маме и вовремя вернуться, чтобы не опоздать на рейс. Собственно, Лина подготовилась заранее, собранный с вечера чемодан лежал у нее в багажнике, оттуда она собиралась прямо в аэропорт.

И в этот раз ей повезло, добралась без пробок. Когда Лина уже заезжала на стоянку перед клиникой, вдруг выглянуло солнце и разом осветило заснеженный лес. Так невыразимо красиво и сказочно стало, и как-то сами собой рассеялись тягостные мысли. Она достала гаджет и набрала маму:

- Привет, я подъехала. Сейчас буду у тебя.

И даже не дослушав ответ, отбилась. Надо было еще успеть встретиться и переговорить с врачом, спросить, не нужны ли какие-то препараты. Но все быстро, буквально бегом.

Мама ждала ее, поднялась навстречу. Улыбка...

Немного странная, натянутая, выжидающая. Лине почудился неуловимый налет фальши. Однако она отбросила эту мысль и обняла мать.

- Как ты?

Эта ставшая уже ритуальной фраза прозвучала снова. Как и традиционный ответ:

- Хорошо.

И снова это чувство, что от нее затаились.

Лина захватила с собой фрукты, положила пакет на стол и уже хотела присесть. И тут мать неожиданно сказала:

- А у меня для тебя подарок.

Подарок? Лина была приятно удивлена. Даже стыдно за свои домыслы стало. А та снова странно улыбнулась и вытащила откуда-то пушистый светло-серый шарфик ручной вязки.

- Вот. Это тебе.

- Спасибо, зачем ты беспокоилась.

Шарф был очень приятный на ощупь и сразу понравился Лине.

- Ну же, - голос матери странно подрагивал от нетерпения. - Давай надевай.

Лина накинула шарф на шею, с удовольствием уткнулась носом в мягкую ворсистую шерсть...

И вдруг замерла.

Запах. Такой странный запах... Невероятный.

Ее как будто на мгновение отключило от мира. Она потерялась в ощущениях. Было приятно. И чувство, как будто какая-то новая дверь открылась. Лина потерлась лицом о пушистый шарф, который почему-то воспринимался живым существом. Она не знала, откуда такая мысль.

Секунда, и это странное погружение в нереальность прошло.

Она медленно выдохнула и взглянула на маму. И опять промелькнуло на грани сознания, что та затаилась и выжидает.

- Ну как? - осторожный вопрос.

- Ой, - засмеялась Лина. - Замечательно. Спасибо, будет очень кстати. Я сегодня в горы вылетаю.

- В горы?

На сей раз ей не показалось, глаза у пожилой женщины словно вспыхнули. Но тут же погасли.

- Надолго? - голос уже звучал ровно.

- На три дня. Командировка. Будет рабочая встреча на выезде.

- А, понятно, - коротко проговорила мама.

Честно говоря, Лина опасалась, что сейчас снова будет обострение, и мать станет говорить эти ужасные вещи, призывать ее совершить какую-то месть. От этого становилось зябко и в душе поднималось неприятие. Она с трудом удержала нейтральное выражение лица.

Но мать молчала, только сдержанно улыбалась. Какое-то еще время Лина осторожно приглядывалась, все-таки ощущение, что та затаилась и недоговаривает, так и не ушло. Не самое приятное чувство. Лине пришлось одергивать себя, потому что уже невесть что на ровном месте начинает мерещиться. Еще немного поболтали о разных мелочах, а потом она стала собираться.

Время поджимало, а ей еще ехать в аэропорт.

Лина не хотела опоздать. Во-первых, по причине личной исполнительности и аккуратности. А во-вторых, пусть это и начальственный эксперимент, но для нее это была возможность показать себя с лучшей стороны.

И да, черт побери, это карьера.