Волчье сердце

 Трезвонящий будильник вырвал из объятий сна. Хлопая ладонью по простыне, пытался найти маленького надоеду, но вместо этого обнаружил, что в постели я не один. Чья-то упругая попка попалась под руку. Открываю один глаз, второй и передо мной прекрасный вид. Голенькая человечка ещё спит. Кажется, я хочу опоздать сегодня.

— Соня, подъём! — Шепчу ей в ухо, попутно лаская девичье тело. Аппетитная грудь третьего размерчика, крутые бёдра, талия немного подкачала, так и я перебрал. Надо завязывать с выпивкой, а то однажды проснусь с какой-нибудь не пойми что, и станет являться в кошмарах. Они и так снятся мне каждую ночь. Тени прошлого не уходят, они тянутся в настоящее, напоминая о наших грехах. Мысли мои ушли в другую сторону и желание как отрубило.

— Не останавливайся, милый. — Простонал девичий голосок.

— Спи, ещё рано. Будешь уходить, дверь захлопнешь. — Я быстро принял душ, давая девушке доспать и облачившись в костюм, ушёл, несмотря на её сонные просьбы остаться. Длительные отношения не про меня. Одна ночь, максимум две и досвидули.

Вожак стаи и по совместительству гендиректор компании уехал медовить со своей-красавицей женой, а на мои плечи легла ответственность за компанию и стаю. Строительная компания «Высота» — одна из крупнейших в столице. Мы поднимали её с нуля, много сложностей преодолели, обходя конкурентов. Случалось всякое. Но теперь мы прочно стоим на ногах. Оборотни не склонны к лжи и предательству, потому подстав среди своих не было. Доверие и контроль — вот девиз Лютого — моего друга и вожака. Его жена стала первой из людей, кого так близко подпустили к делам компании. Василиса — свой человек, бесспорно. Истинная вожака, как жена Цезаря всегда вне всяких подозрений. Однако, стоило молодожёнам отправится в свадебное путешествие, стали происходить странные вещи. Кто-то ковырялся в нашей базе данных. Очень осторожно, ненавязчиво, но я заметил. Чуйка сработала. Дёргать Лютого по пустякам совершенно не хочется, как и портить ему первый за несколько лет отпуск. Справлюсь сам.

— Никита Олегович, можно? — Тихонько спросила кадровичка. Мария Львовна — человечка. Одна из двух, допускаемых на этаж руководства. Она всегда приходит только по делу и не врёт, что так редко среди людей. В отличие от своего друга — Лютого, я более снисходителен к людям. Другой вид, что с них взять! К тому же, чувство вины не позволяет ненавидеть людей. Я совершил преступление и не был наказан. Совесть грызёт меня и по сей день.

— Входите. Вы принесли анкеты? — Поинтересовался я. Мария Львовна получила от меня задание, о котором я велел не распространяться.

— Да-да. Вот здесь те, кто работает очень давно в компании и у них безупречная репутация. Вот в этой папке новички. Их немного. — Пояснила женщина. Я открыл папку и первой лежала анкета девушки с прикреплённой фотографией. Я глазам своим не поверил. Не может быть! Она? Нет, Катя умерла. Это точно. Бездыханное тело я видел своими глазами. Не смог спасти от самого себя.

— Она работает у нас? Как давно? — Растерялся я, что не укрылось от глаз проницательной кадровички.

— Недавно. С неделю где-то. Ещё на испытательном сроке. — Быстро проинформировала женщина.

— Мария Львовна, у меня к вам личная просьба. Вызовите пожалуйста к себе эту девушку под любым предлогом. Пусть подпишет что-нибудь или... Я не знаю, придумайте повод. Мне надо увидеть её, но так, чтобы девушка об этом не знала. — Многозначительно посмотрев на кадровичку, я ждал, когда она переварит услышанное.

— Хорошо. Вы можете за стеллажом с папками постоять. — Чуть смущённо предложила Мария Львовна. — Когда мне её вызвать?

— Прямо сейчас. — Я поднялся с кресло, обошёл стол и распахнул дверь перед своей сообщницей.

Спустя десять минут, я оказался в кабинете Марии Львовны и как зелёный пацан скрылся за стеллажом и ждал, когда явится приглашённая. Она робко постучалась и вошла внутрь. В ноздри ударил цветочный аромат столь приятный, что я дуреть начал.

— Вызывали? — Голос у неё неуверенный, робкий.

— Да-да. Присядьте пожалуйста. Я хотела уточнить некоторые данные по вашей анкете. Тут вот какое дело... — Мария Львовна искусно выкручивалась из создавшейся ситуации, дай бог здоровья этой женщине. Вместо откровенной лжи, кадровичка уточнила по пропущенным в анкете пунктам, которые были помечены как необязательные. — Понимаете ли, какая штука... У нас довольно требовательное руководство и лучше, если и на эти вопросы вы тоже ответите. Испытательный срок ещё не истёк и...

— Я поняла, конечно. — Снова я почуял как сердце сжалось от её голоса. Словно, вся печаль мира в нём. Отодвинув одну из папок, я глядел на знакомую незнакомку как две капли воды похожую на ту, что я погубил. Злая насмешка судьбы. Меня неудержимо тянет к девушке, от которой надо держаться подальше. Ольга Викторовна Скворцова. Двадцать три года. Детей нет. Не замужем.

— Никита Олегович. — Появилась из-за угла Мария Львовна. — Она ушла, можете выходить.

— Спасибо вам. Очень выручили. — Я поспешил покинуть кабинет, чтобы не терпеть заинтересованный взгляд женщины. Она скорее всего думает, что я двинулся.

Как же так? Не может быть такого сходства! Может, у Кати была сестра? Но я бы знал! Ведь после всего, я переворошил все документы той девушки, которой не повезло попасться на глаза волку в самый опасный период. Наивная девочка поверила мне, а я её уничтожил. В переход, зверь не должен находиться один, иначе беды не миновать. Но Катя не хотела оставлять меня одного, она верила, а я... Не сдержался. Не сумел. Погубил. Светлые волосы, серые доверчивые глаза. Я помню её. Всегда буду помнить. Да лучше бы я сдох!

Друзья! Рада видеть вас в новой истории. Главного героя вы можете помнить по книге  Тот самый зам и Бета стаи. Вот только так ли хорошо мы его знаем? Что прячется за улыбкой Ника? История самостоятельная без привязки к первой части. 

Я закрылся в своём кабинете, открыл непочатую бутылку виски и судорожно считал сколько сейчас стукнуло бы Кате. Пара глотков спиртного оказались полезными. Мысли, соревнующиеся в важности, замедлили ход. Прошло десять лет. Нет, даже если бы она поднялась из могилы, не сходится. Оле двадцать три, Кате стукнуло бы двадцать девять. И к тому же, ошибки быть не может. Она истекала кровью на моих руках. Я слышал последний предсмертный вздох, последний удар её сердца. Какой же я урод конченный! Ненавижу! Всё ненавижу. И в первую очередь себя.

Десять лет назад...

— Вам плохо? Может, вызвать МЧС? — Лепетал взволнованный девичий голосок. Где я? Чёрт, не помню, как отключился. Поднимаю мутный взгляд и вижу девушку, похожую на ангела. Личико светленькое, встревоженное. Красивая. — Вы ранены? У вас на руках кровь. 

— Ты как сюда попала? В лес ночью ходить опасно, легко стать добычей хищника. — Намекнул я на себя, но девчонка не поняла. Чья на руках кровь? Точно не моя. Чья-то. Специально в лес ушёл, чтобы от людей подальше и тут чудушко это. 

— Я дочь лесника. — Пояснила красотка.

— И где папаша? — Какой нормальный отец в дремучую ночь отпустит дочь из дому, да ещё в лес? 

— Умер. А я в доме так и живу. Одна. — Поджала она губёшки свои. Кто ж так сразу выдаёт-то всё! Лучше б наврала, что десять братьев мне рёбра переломают, если я к ней хоть пальцем прикоснусь. Глупая. — Вам нужна помощь, пойдёмте в дом, нехорошо одному в лесу. Я помогу. Обопритесь на меня. — Едить-колотить! Сама как тростиночка, но готова здоровенного мужика на себе тащить. 

— Оставь меня, уходи. — Отправлял дурёху подобру-поздорову. 

— Нет-нет, вы что! Вот и дождь начинается. Не дурите. Переночуете в доме, а утром решим, что дальше. — И ведь вцепилась в мой рукав, не отодрать. 

— Смотри, не пожалей.

— Никита Олегович! — Выдернул из воспоминаний голос временного секретаря. Молодой оборотень. Лютый его поставил, чтобы девки мне жить не мешали. Прошаренный жук. Так даже и лучше. От волчиц и так отбоя нет. Но мой фетиш все знают. Человечки.

— Что такое Родион? Метеорит на офис упал, а я не в курсе? — Потёр я переносицу. Парень так и топчется на пороге. Зелёный совсем. — Зайди уже, чего ты там мнёшься.

— Так это, Ярослав Сергеевич не может до вас дозвониться. Спрашивает, не случилось ли чего. — Скороговоркой ответил секретарь. Я потянулся к мобильному. Разрядился вот и молчит.

— Я позвоню ему. И ты это... Прям как человек по имени отчеству всех зовёшь. Здесь людей нет, можешь отбросить официальщину. — Меня эти вежливые обращения всегда бесили.

— Профдеформация. Слишком долго работал бок о бок с людьми. — Пояснил Родион.

— Раздеформируйся, давай. Свободен. — Секретарь ушёл, а я бросил мобильный заряжаться и позвонил с корпоративного телефона. Вожак у нас нетерпеливый, помедлю вскипит.

— Ну наконец-то! Я уж подумал, что ты компанию профукал и в бега подался! — Шутил Лютый.

— Ага, от тебя сбежишь! Догонишь, шкуру сдерёшь, натянешь обратно, а потом опять сдерёшь. — Ответил я тем же.

— Что-то голос у тебя странный. Есть то, что я должен знать? — Прозорливый какой!

— Ну во-первых, я конкретно хряпнул вчера в свой законный выходной и немного опохмелился сегодня. — Решил, что эта правда лучше той, которая ему отпуск испортит.

— Вот не даром Василиска тебя вруном называет и жуком хитрокрылым! Чувствует она твоё второе дно, хоть и человечка. Но я-то и подавно чую. Колись, что за беда. — Тянул из меня вожак то, о чём я хотел умолчать.

— Личное, слышал про такое? — Уходил я от ответа как умел. — Тебе Вася уже надоела, что ты предпочитаешь со мной трындеть, а не с женой в океане плескаться?

— Красиво съезжаешь с темы, профессионально. — Ворчал друг.

— Слушай, не лезь ко мне в душу. Там так противно, что не стоит портить настроение ни себе, не кому-то ещё. Переворачивай свою человечку с боку на бок, чтоб не подгорела.

— Вернусь, в нос получишь.

— И не сомневался в этом.

— Опять ты демонов прошлого кормишь? — Догадался Лютый. — Хватит заниматься самобичеванием. Переход для каждого волка испытание. А ты остался один, без семьи, без стаи. Никто тебе не помог. Щенком был сопливым. Никто бы не справился в одиночку.

— От этого не легче. — Пусть и есть доля правды в его словах, но я должен был справиться. Ради неё. Ради Кати.

— Не хандри. И завязывай с бухлом. Твой депрессняк мне не нравится так и знай. Обычно, секс с человечкой действовал на тебя благотворно. Сними красотулю, развейся. — Дал он совет века.

— Забей, я разберусь. — Закончил разговор, не сказав главного. Пусть отдыхают, а я тут как-нибудь сам разрулю. Наверное.

Рабочие часы шли, а я наматывал круги по кабинету. И мысли мои вовсе не о проныре-шпионе, а о девушке, что так напоминает ту, что сумела пробраться в моё волчье сердце. Её запах отличается, но сводит с ума. Оля. У моей новой головной боли появилось имя. Звериное чутьё напряглось ещё когда анкету её в руках подержал. Она ведь её заполняла, её подчерк, её след. Я уткнулся носом в бумагу, чтобы вобрать слабенький запах человечки. Волк внутри меня насторожился, забеспокоился.

Мне стоило больших трудов попасть сюда. В компанию «Высота» кого попало не берут. Но я использовала все возможности, чтобы пролезть. У меня есть личный счёт и они по нему заплатят, уж я постараюсь. Место стажёра я получила, теперь надо войти в штат. Руки чешутся покопаться в документации, но рано, слишком рано. Надо соблюдать осторожность. Странная встреча состоялась с кадровичкой. Толи она на полностью заполненных анкетах зациклена, толи начальник с приветом. Хотя, это немудрено. Ненавижу его всей душой. Уехал, но вернётся же, а я умею ждать.

— Оля, время обеда. Работа не волк, в лес не убежит. — Заботливо напомнила Галина Петровна. — Давай, девочка, голодовки тут не поощряют.

— А я провожу, чтобы не потерялась. — Тут же вызвался Саша. Парень запал на меня, что ли? Так и вьётся рядом с первого дня. Улыбчивый, неугомонный и совершенно без комплексов. Сколько раз я отказалась выпить с ним кофе? Уже со счёту сбилась. Я сюда не шуры-муры крутить пришла. Но, он может оказаться полезным. Не люблю использовать других людей, но у меня есть цель и предстоит преодолеть препятствия.

— Ну покажи, а то ж я за неделю не запомнила. — Закатываю глаза, но одаряю улыбкой. Этого вполне достаточно, чтобы не обидеть и снизойти.

— И на моей улице наступил праздник! — Воскликнул парень. В целом, он симпатичный. Черты лица правильные, каштановые волосы коротко острижены и выбриты на висках. Роста невысокого, но выше меня. Телосложение на твёрдую четвёрочку. Но он ещё так молод, что к тридцати пяти, возмужает и от девушек отбоя не будет. Уже сейчас на него заглядываются. — Слышали, Галина Петровна? Спустя неделю, я допущен сопроводить!

— Ой, ну и балбес ты, Александр! Кто ж такое вслух-то говорит! Иди уже, сопровождай. — Махнула на нас рукой, ещё копошась в бумагах.

— А вы? — Напомнила и ей, что раз работа не волк, то мы тут все равны.

— Сейчас тоже пойду, но в моём возрасте догнать не успею. — Заулыбалась женщина. — Ну всё, давайте, кыш отсюда.

— Оля, а пойдём на выходных в кино? — Тут же приступил ко второму этапу окучивания Саша.

— Не перебарщивай. Мы не так хорошо знакомы, чтобы я вот так сразу и согласилась. Вдруг ты ловелас! Разобьёшь моё хрупкое сердечко. — Притворно положила я руку на сердце и взгрустнула.

— Клянусь, я не из таких! — Возмутился деланно Александр. И в этот момент, я ощутила, будто множество мелких иголочек впилось в меня. Что это со мной? В другом конце коридора стоял мужчина и так смотрел, что сделалось страшно. Я его знаю. Видела фотографию. Правая рука Лютого — Никита Олегович Белый. Моментально внутри всё вскипело. Так, надо успокоиться. Дыши, Оля, дыши.

— Так говоришь, ты не из таких? — Попыталась я не потерять нить разговора и поддержать его болтовню. Зам гендира продолжил таращиться на нас. Мне показалось, что скорее на меня. Неужели, я успела спалиться? Нет, если бы так, то меня бы развернули ещё на собеседовании. Фамилию-то я реальную указала. Но разве эти крутые дядьки ожидают подвоха от мелкой сошки? Такие как мы для них всего лишь пыль под ногами. Мы свернули за угол, но жуткое ощущение, что на меня по-прежнему пялятся не исчезло.

— Обожаю нашу столовую. Здесь готовят лучше, чем в некоторых ресторанах. — Сказал Александр со знанием дела. — Голодной отсюда точно не уйдёшь. — И чего так расхваливает, как будто я здесь впервые? Может, у него от волнения словесное недержание? Мы вроде одногодки, но чувствую себя с ним взрослой тётей. Мы сели за столик, Саша продолжал щебетать, пока стул рядом со мной не отодвинулся. Я повернула голову и увидела его — мужчину, что так странно глядел на меня. — Здравствуйте, Никита Олегович. — Первым отмер Саша. Я так и хлопала ресницами, пребывая в шоке от такой наглости.

— И тебе не хворать. — Не слишком приветливо ответил мужчина. Не желая выдерживать испытующий взгляд Белого, я уставилась на свою котлету, которую нещадно кромсала вилкой, наплевав на правила столового этикета. — Добрый день, Оля. — Вот тут я шары выкатила. Откуда знает моё имя? В компании людей работает пруд-пруди. Кусок котлеты застрял в горле. Не думала, что умру такой нелепой смертью. Я закашлялась, чем привлекла внимание. Заботливый Сашок сразу подал мне стакан воды, а Никита Олегович хлопнул по спине. Второе действие меня и спасло. Ну всё, я звезда сегодняшнего дня. Все так пялятся, что провалиться сквозь землю хочется. — Дыши. — Сказал начальник голосом, вызывающим во мне табун мурашек. Хочется в качестве протеста задохнуться.

— Спасибо. — Пробормотала я, обретя способность говорить. — Кажется, с меня достаточно. — Я поднялась и поспешила покинуть столовую. Благо, Саша за мной не пошёл. Добравшись до уборной, я умыла лицо холодной водой. Косметикой я излишне не увлекаюсь, так что мой макияж не пострадал. «Добрый день, Оля» — повторил в голове его голос. Чёрт, да что с ним не так? Кроме того, что этот гад также виновен и должен понести наказание, конечно же. Неужто, подозревает что-то? Надо придушить эти подозрения и поскорее.

— Ты выглядишь бледненькой. Нормально себя чувствуешь? — Участливо спросила Галина Петровна спустя пару часов.

— Всё хорошо. — Ответила на автомате. Саша несвойственно себе молчал. И вообще, казалось, что получил взбучку. — Начальник у вас странный. — Как бы между делом сказала я.

— Ну, во-первых, у нас, а во-вторых почему? — Женщина положила документы в папку и крутанулась на стуле, взирая на меня уже не в пол оборота.

— Пришёл в столовую, сел за стол, даже не спросив не занято ли, а потом ещё и по имени меня назвал, как будто сто лет знакомы. Это обычный его стиль поведения? — Если он такой всегда, то я смогу выдохнуть. Что с психа возьмёшь? А вот, если нет, у меня большие проблемы.

— Не знаю, что тебе ответить, девочка. Никита Олегович обычно очень приветлив и производит впечатление лёгкого в общении человека. Девчонки по нему сохнут пачками. Ты ведь не хочешь пополнить их ряды?

— Пфф... Да ни за какие коврижки!

Под конец рабочего дня атмосфера в коллективе сменилась на более позитивную. Ещё за полчаса все начали завершать дела на сегодня и мысленно были не здесь. Я вышла из офиса сразу, как только секундная стрелка совместилась с минутной. Нельзя оставаться одной в отделе, пока не возьмут окончательно в штат и лучше бы вообще не попадаться на глаза руководству. Накинув пиджак на плечи, я вырвалась на свободу из бумажного плена. Спускаясь по ступеням думала, что ещё тащиться около получаса домой и вовсе не смотрела по сторонам.

— Оля. — Послышался уже знакомый голос Белого, возникшего из ниоткуда. — Садись, подвезу.

— Нам не по пути. — Отбрила я. И что за невезение такое!

— Откуда знаешь, что нет? Садись, говорю. — Машина его оказалась прямо передо мной. Мужчина распахнул дверцу, выжидая.

— Не думаю, что это хорошая идея. К тому же, мне недалеко. — Собиралась пройти мимо, но блондин ухватил меня за запястье. Осторожная, но крепкая хватка не позволяла освободиться. — Что вы себе позволяете?

— Многое и всё же, ничего дурного. — Улыбнулся он открыто, но во взгляде я прочла странную эмоцию, словно ему больно смотреть на меня. Неужто меня рассекретили и его совесть грызёт?

— Вы кажется из тех, кто не принимает отказов. — Выдохнула я устало.

— Верно. Потому спорить бессмысленно. — Практически усадил он меня в машину. Что ж, если всё раскрылось, я узнаю об этом прямо сейчас. Такой провал на самом старте... Придётся искать другой путь, возможно, нанимать человека, который сработает за меня. Я пропустила тот момент, когда мужчина оказался внутри. Вот уже несколько минут он внимательно изучает моё лицо.

— Хотите что-то сказать? — Повернулась я резко, встречаясь с его льдистым взглядом. Глаза какого-то особенного светло-голубого цвета и воздействуют на меня гипнотически.

— Возможно. — Пространно ответил Никита Олегович, и машина тронулась с места. Продолжения не последовало. Чудно, что адреса он моего не спросил, но точь-точь у подъезда остановился. Я никак не могла отстегнуть ремень безопасности. Пальцы не слушались. Чувствовала себя как разведчица на грани провала, что недалеко от правды ушло. — Давай, я помогу. — Длинные мужские пальцы ловко справились.

— Спасибо, что подвезли. — Сипло поблагодарила я, желая поскорее испариться.

— Погоди. — Остановил, когда уже потянулась к ручке. Минутное молчание. Я нервно сглотнула и в тишине это слишком слышно. — Нет, ничего. До завтра.

— До завтра. — Еле дыша ответила я и старалась не бежать к подъезду. Сердце вылетало из груди. Когда дверь подъезда закрылась за мной, я поднялась пешком на второй этаж и осторожно глянула в окно. Начальник ещё не уехал. Что-то с ним не так. Не нравится мне всё это.

Квартирка эта мне досталась по наследству. Всё здесь также, как когда были живы родители. Мебель не двигала, ремонт не делала и многие вещи лежали на тех же местах. Но как бы я не стремилась сохранить картину прошлого, самого главного не вернуть. Мы не можем воскресить родных, как бы сильно не любили. Они уходят, мы остаёмся и ещё не известно кому повезло. Ночами мне снятся кошмары, но продолжаются и наяву. Я не смирилась. Не отболело. Говорят, время лечит, но жаль не говорят кого. В моём сердце зияющая дыра. И всё чего я жажду — возмездия. Может, тогда я смогу хоть немного успокоиться.

Мой отец работал на одном из объектов. Как-то вечером он не вернулся домой, а после мы узнали про «несчастный случай». Отца не стало. Маме позвонил какой-то человек и пообещал помочь материально. Несчастный, как нам сказали случай на самом деле не был таковым. Я уверена, что всё иначе. Отец часто говорил, что техника безопасности нарушается. Он пытался достучаться до вышестоящего руководства, но его и слышать не хотели. Мама заливалась слезами, да и я тоже. Прошло несколько месяцев прежде, чем я потеряла и её. Сердечный приступ. Честно говоря, мне хотелось просто выйти из окна. Но я сжала кулаки и поклялась, что виновные ответят. Сколько ещё людей пострадает, если бездействовать? Кто-то точно также потеряет родных людей и пройдёт через ту же боль. Никому такого не пожелаешь. И я приняла решение. Самое важное в своей жизни. Я не отступлю, чем бы это для меня не закончилось.

Вдох-выдох, два оборота ключа, и никто кроме меня не откроет эту дверь ни сегодня, ни завтра, ни послезавтра. Я даже кота не завожу. Если со мной что приключится его и выпустить некому. Друзья не вытерпели моей затяжной депрессии и перестали звонить, а приходить тем более. Я их не виню. Кому охота глядеть на вечно кислую мину. И всё же, кошки скребли на душе. Легко дружить, когда у человека всё хорошо. А ты попробуй, когда полная жопа. Чикнув чайник, я выглянула в окно. Сама не знаю зачем. Он так и не уехал. На миг мне показалось, что прямиком в моё окошко смотрит. Бред какой-то! Я отпрянула от окна и врезалась в табуретку. Ну всё, синяк обеспечен!

Ужинать я не стала. Кусок в горло не полезет. Выпив чаю, я переоделась в домашнее и выключила свет. Рано, чтобы спать ложиться, но делать ничего не хочется. Тревожно на душе. Тянуло проверить стоит ли машина там же, под окном, как и полчаса назад. Приказывала себе забить на странности Белого, но любопытство распирало. В темноте, как вор в собственной квартире я подкралась к окну и отодвинула шторку. Уехал. Ну слава богу! А то как-то не по себе.