Волчья академия: Обращенная против Альфы

Я запомнила тот день, будто это произошло вчера. Он врезался в память, отпечатавшись страшным воспоминанием, которое до сих пор вызывает неприятный озноб в теле. Леденящий душу страх, впитался тогда в кожу, и сейчас, только при одной лишь мысли о произошедшем, волоски встают дыбом. Ужас затаился глубоко внутри моего подсознания.

Наступило долгожданное лето. Школа, наконец, была позади, как и выпускной. С одноклассниками мы решили поехать в поход перед поступлением в университет. Хотели устроить пикник в горах, подальше от цивилизации, окунувшись в объятия девственных лесов и долин. Поездка много значила для каждого из нас, ведь эти годы мы провели вместе и очень дружили.

От ожиданий и предвкушений чего-то необычного ребята весело смеялись всю дорогу. В автобусе стоял гул, звучали популярные треки, а подруга, имея восхитительный голос, заставляла уже бывших одноклассников подключаться. Они хлопали и подпевали, кто как мог, никто не стеснялся. А я наблюдала, и на сердце горьким осадком оседала тоска от предстоящей разлуки.

Дорога заняла несколько часов, но мы не заметили, как пролетело время. Смех и красивые виды за окном хорошо отвлекали. На место назначения прибыли к вечеру. Пока ещё было светло, но уже чувствовалось приближение сумерек. Обожаю это время суток! Жара спала, и мы спокойно собирали свои палатки на зелёной просторной поляне, дразнили друг друга и без конца фотографировались на память. Ничего не предвещало приближения беды.

Мальчишки натаскали дров и развели костёр, чтобы дикие животные, коих в этих лесах много, держались подальше. Зефирки, прикрепленные к палкам над огнём и печенье — главные лакомства подобных пикников. От души наслаждались вкусной походной едой и жуткими рассказами на ночь.

Иногда вдалеке раздавался вой, но он совершенно не пугал. Обычные волки не так страшны, как оборотни. Хотя и с ними мы научились сосуществовать в мире. Перестали бояться. Бывали редкие случаи нападений. Правда, тоже самое, можно было сказать и об опасных преступниках среди людей. Эти случаи отличались лишь жестокостью, но порой человек страшен не меньше зверя.

За горами всходила полная луна, освещая серебряным светом, кроны густых деревьев и нашу поляну. Парочки класса наслаждались обществом друг друга и прекрасным природным явлением. Я же валялась в траве и глядела вдаль, погруженная в мысли и мечты.

Позже, довольные прекрасным отдыхом, разошлись по палаткам. Но мне удалось проспать всего несколько часов, постоянные шорохи снаружи действовали на нервы. Я не выдержала, встала проверить. Не хотела будить подругу Мишель, потому тихонько вылезла из спального мешка, а затем и из палатки.

Костёр затушили, чтоб ненароком не устроить пожар, потому глазам пришлось привыкать к темноте. Достала карманный фонарик, но он не включался. Постучала по нему рукой, и это не помогло. За спиной раздался звук ломающейся ветки. Обернулась. Тишина. Вытащила батарейки, вновь вставила. Наконец включился, и свет попал прямо на чью-то тень среди деревьев. Сердце учащённо забилось в груди. Подумала, может медведь. Ведь в этой местности их много. Но я не могла позволить приблизиться к лагерю столь дикому и большому животному.

Шагнула вперёд. Интуиция подсказывала, что опасность совсем близко, ощущала ее всем своим нутром. Вертела фонариком, и тень появлялась то тут, то там, будто зверей было несколько. Медленно, без резких движений, приблизилась к дровам и развела огонь. Преодолевая страх, сидела и ждала, что будет происходить дальше. Костёр полыхал, пламя хорошо освещало пространство вокруг. Шорохи стихли. Уже обрадовалась, надеясь, что удалось спугнуть, но заметила большую лапу за моей палаткой. Не теряя времени, достала горящую палку из костра. Испугалась, что он навредит спящей подруге.

— Пошёл прочь! — угрожала невидимому животному.

Внезапно палаточная плащевка распахнулась, и наружу выползла Мишель, потирая ладонями сонливые глаза.

— Что ты делаешь Кристал?

Я приложила указательный палец к губам, показывая подруге, чтобы она не шумела. Кивком головы намекнула, что лучше ей вернуться обратно. Но вдруг появился гигантский волк, самый настоящий оборотень. Это плохо! В сравнении с ним, мы слишком маленькие и вряд ли сможем оказать сопротивление.

Подруга проследила за взглядом, и еле успела закрыть рот ладонью, чтобы не вскрикнуть. Ведь громкий возглас мог разбудить остальных, а значит потенциальных пострадавших стало бы больше.

Оборотень явно был настроен враждебно. Стремясь защитить Мишель, я принялась всячески привлекать к себе внимание. Укус — это полбеды, но ведь такой огромный зверь мог и разорвать. Бесстрашно бросилась к подруге. Волк зарычал, замахиваясь своей когтистой лапой, но я успела оттолкнуть девушку. Зато на моём предплечье выступила небольшая царапина. В крови бурлил адреналин, поэтому боль притупилась, позволяя сосредоточиться на продолжении борьбы.

— Прячься! — крикнула подруге.

А сама стала махать палкой перед мордой зверя. Огонь явно ему не нравился, но оборотень не пытался закрыться или сбежать. Скалился, будто ухмыляясь и потешаясь, над моими попытками противостоять ему. Но меня эта издёвка только разозлила. Я умудрилась заехать твари по голове. Последовал утробный рык. Ярость волка сильно напугала, но отступать было нельзя. Всем своим видом показывала, что не сдамся. Он начал надвигаться, и все, что мне оставалось — это попытаться заманить его в лес. Чем дальше уведу, тем лучше. Ведь заметила сонное шевеление в палатках. Друзья — все для меня, и ради них готова даже погибнуть.

Как только оказалась за деревьями, рванула прочь. Лавируя между стволами, пыталась запутать монстра. Но оборотень постоянно нагонял. Мчалась вглубь, что было сил, совершенно не обращая внимания, на хлёсткие удары ветвей по лицу. Слёзы лились из глаз, из ран текла кровь. Но я не боялась, а просто принимала свою участь.

Моя жизнь и так была не сахар с детства. Мама умерла при родах, а об отце вообще ничего не известно. Я росла в приюте. Кочевала по приёмным семьям, удочерявшим из выгоды. А когда служба опеки узнавала об их замыслах или плохом обращении, меня забирали обратно. Поэтому семьёй стали ребята из нашего класса. Они всегда поддерживали и никогда не бросали в беде.

Часто, чтобы не оставаться в очередном доме незнакомых людей, ночевала у одноклассников по очереди. Так проходили целые недели. Их родители всегда радушно меня принимали, вкусно кормили и заботились. И теперь я должна отплатить им хоть чем-то. Бежала всё дальше, а оборотень не спешил убивать. Возникал то с одной стороны, то с другой, словно загоняя в западню.

Внезапно впереди возникло озеро и я, не раздумывая, прыгнула в темную воду. Плыла, краем глаза следя за зверем на берегу. Остановилась лишь на середине и ждала, что он будет делать. Но и водоем не стал преградой для твари. Оборотень прыгнул следом. Увидев, что он быстро приближается, нырнула поглубже, задерживая дыхание. Всегда увлекалась плаванием, поэтому умею надолго задерживать дыхание. Даже у сверхъестественного гигантского волка есть слабые стороны.

В тёмной глубине я испытывала и спокойствие, и панику одновременно. Ему не достать меня! Но кислород в легких предательски заканчивался и пришлось вынырнуть. Пугающего зверя не было видно в темноте. Медленно доплыла до противоположного берега и выбралась на сушу. В голове вновь и вновь проносились мысли, одна хуже другой. А вдруг чудовище решило вернуться в лагерь? Но, к счастью, я ошиблась. За спиной раздалось тихое рычание. Пятилась, неотрывно следя за сверкающими дикими глазами, но не заметила камень и упала.

Оборотень не стал терять времени зря и резко кинулся на меня. Но его морда вдруг застыла прямо у лица. Он принюхался, влажный нос опустился к шее. А я уже прощалась с жизнью, нервно сглатывая и забыв, как дышать. Всего одно движение и его острые зубы раскусили бы пополам, сломав позвонки.

Однако, зверь не трогал. Немного отошёл и внимательно осмотрел меня. Стала отползать, но он предупреждающе зарычал. Я застыла на месте. Чувствуя и смакуя мой страх, оборотень выжидал. Играл со мной, словно с пойманной добычей. Так прошли самые долгие минуты в моей жизни. Затем неожиданно бросился и укусил меня за руку. Клыки врезались в кожу. Последнее, что помню — это как закричала от боли и потеряла сознание.

Очнулась на берегу озера от громкого зова. Ночной ветер приносил голоса с разных частей леса. Одноклассники бродили по лесу с факелами, пытаясь меня дозваться. Первым на берег вышел наш руководитель. Рана от зубов сильно горела и пульсировала, как нарыв. Друзья, не задумываясь, бросились обнимать. Укус заметили все, но никто не подал виду. Главным для них было то, что я выжила. А Мишель вообще рыдала и без конца благодарила.

Но с той ночи жизнь резко изменилась. Ровно через месяц, в следующее полнолуние, меня пристегнули цепями к стене люди из особой организации, следящей за популяцией полуволков. Они заботились о безопасности невинных. Да, я и сама не хотела никому навредить. Обращение оказалось ещё страшнее, чем охота, которую на меня устроил тот проклятый зверь. Я кричала от невыносимой боли, разрывающей хрупкое молодое тело.

Трансформация шла постепенно. Кости меняли форму, органы сдвигались, заставляя постоянно напрягать живот, чтоб хоть как-то вытерпеть. Позвоночник выгибался, а челюсть вытягивалась, зубы становились острее. Когти прорывались сквозь кожу пальцев, а конечности сильно увеличивались в размере, разрастаясь на глазах. Когда перевоплощение подошло к концу, густая шерсть покрыла всё туловище. Моим белоснежным мехом восхитились даже бывалые ловцы оборотней. Он зачаровывал своей красотой. Блестел, словно снег ранним утром под лучами восходящего солнца.

Горячая кровь бурлила по венам, давая неимоверную силу и быстроту. Но удивило то, что разум оставался светлым и чистым. Я не ощущала себя зверем, ведь внутри была всё та же Кристал. Хотя доподлинно известно, что у новообращённых больше преобладают животные инстинкты.

Первое время меня постоянно контролировали и ни к кому не подпускали. Пришлось отложить поступление в университет на год. А так как у волков свои учебные заведения, позже оформили в одно из них, а именно, в академию «Уайтберд». Как мне потом рассказали, Анисса Уайтберд была человеком, яростно отстаивающим права оборотней.

Мой надсмотрщик дал добро на подачу заявления. Убедил комиссию, что таких, как я, не встречал и допускает быстрое зачисление без годовой адаптации, положенной протоколом. Я привязалась к этому строгому мужчине. Он всегда был внимателен, хотя по натуре и очень холоден. Девчонка сирота запала ему в душу. А он на короткий срок заменил мне отца. Приёмные родители быстро выпроводили меня за дверь, посчитав угрозой для родных детей. Не знала, везение ли это, но в моей жизни всегда находился кто-то, готовый поддержать в трудную минуту.

Я с улыбкой собирала вещи, глубоко вдыхая полной грудью и предвкушая учёбу в одном из самых престижных заведений страны. Мне уже восемнадцать, и свободна, как птица. Опека больше не будет беспокоить и навязывать новые семьи, желающие нажиться на несчастных детях. Друзья из человеческой жизни специально приехали проводить.

Было море слёз, смешанных со смехом. Они по-настоящему радовались за меня. Мишель пообещала, что будет навещать на каникулах. А мое сердце сжималось от грусти, потому-что я чувствовала, что время и расстояние нас разделят навсегда. Взяла чемодан и последний раз взглянула на комнату, которую выделил надсмотрщик в своём доме. Грустно улыбнулась и переступила порог, больше не оборачиваясь на прошлое.

В академию меня привезли с такими же студентами-обращенными. Глазам предстало старинное здание, построенное в классическом английском стиле. Каменное великолепие поражало размерами, высокими колоннами и окнами, обвитыми плющом. Сдержанные цвета и солидность помещения, уже, начиная с лестниц, подсказывали, что будущих учащихся ждет внутри.

Новеньких разделили по группам и приставили старшекурсников, которые сопроводили нас в общежитие и показали комнаты. Пока шли, вертела головой, разглядывая длинные коридоры. По стенам свисали зелёные полотна с гербом академии, на которых в центре красовался величественный волк. В статусе учебного заведения никто не сомневался. И мечтать не смела, что поступлю в подобное место.

В комнате встретила девушка, моя соседка Ванесса. Стеснительная, добрая и внимательная.

— Держись рядом со мной, — засмущавшись, сказала она, — в академии много негласных правил, которые ни в коем случае нельзя нарушать.

На ее румяном лице играл целый спектр разнообразных эмоций.

— Отчислят? — недоумевала я.

— В лучшем случае. Пойдём, покажу тебе всю академию, чтоб не заблудилась, — она схватила меня за руку и с улыбкой потянула за собой, — здание очень большое. А коридоры напоминают лабиринты, к которым должны прилагаться карты.

Худенькая, как тростинка, милая и симпатичная, Ванесса сразу вызвала во мне доверие. Мы шли, а сокурсница всё не замолкала.

— Здесь столовая. Тут чёткое разделение. Такие, как ты и я, не могут сидеть там, — она указала на лучшие столики, с прекрасным видом из окон, — они только для рождённых.

— Для кого? — удивилась я.

— Здесь есть разделения между видами. Ты не знала до поступления? Мы — обращённые. Волки вроде стаи Леонарда — рождённые.

— Чьей стаи? — любопытство не заставило себя ждать.

— Он альфа, с которым лучше не сталкиваться и, вообще, лучше стараться всячески избегать. Парень ненавидит полукровок.

Меня ужасно разозлила подобная несправедливость. Я всегда сражалась за равенство и потому не собиралась потакать выскочке, считающему, раз он рождён волком, то у него больше привилегий.

— Даже не смотри в его сторону, ибо взгляд может иметь серьёзные последствия. Сиди тихо и не выделяйся.

Я, и сидеть тихо? Моему возмущению не было предела, но пока смолчала. Сразу видно, что девочка выросла в полноценной семье и не знает, что такое приют, где за место под солнцем борешься изо дня в день. Поэтому возлагала большие надежды на академию, и никому не позволю нарушить мои планы!

— Та массивная двустворчатая дверь ведёт в библиотеку. Она настолько огромная, словно все книги мира собрались в одном помещении.

Осматривала резные рисунки на дереве, видела на них целую историю объединения человеческого и волчьего миров.

— А тут... — она резко поворачивается и в кого-то врезается.

Я подняла глаза и застыла, увидев студента, сильно отличающегося от других. Высокий, мощный. В необыкновенных синих глазах холод ледяных глубин. Не в силах была отвести взгляд. Светлые волосы падали на лоб. Он раздражённо убирал их назад.

Ванесса сразу в страхе прижалась к стене и опустила голову.

— Леонард. Извини, не заметила тебя. Показывала новенькой академию.

Его взгляд превратился в дикий и пугающий, глаза мгновенно изменили оттенок, и жёлтый цвет прекрасно оттенял внутреннюю ярость парня. Так это и есть те самые рожденные?

— Сколько раз вам, полукровкам, говорить: не попадайтесь мне на глаза! — он схватил её и сомкнул пальцы на хрупкой шее.

Рядом с ним стояли еще по меньшей мере десять студентов. Не столь крупных, как блондин, но достаточно больших. Причём все ухмылялись, видя своего альфу в бешенстве. Им явно нравилось, как он глумится над обращенными.

Они перекрывали мне путь, не давая подобраться к Ванессе и помочь. Но я была бы не я, если бы позволила просто так себя остановить. Собрала все силы, чтоб распихать их в разные стороны. Волчица во мне злилась, рычала, протестовала, ужасно хотела себя показать этому выскочке.

С трудом прорвавшись, увидела, как бедная девушка сползла на холодный пол от страха. А он давил на неё своей суровой аурой лидера и хозяина, коим себя возомнил.

Рычание застревало у меня в горле, хотелось вцепиться ему в глотку, но что-то настойчиво мешало. Непонятное странное чувство останавливало, словно внутреннего зверя сковали цепью. Мешкала не из-за страха, а по неизвестной мне причине. Широкая спина вызывала не те эмоции, которые ожидала, а запах врывающийся в нос, заполнял лёгкие до самых краёв и путал мысли. Будто владел моим телом больше, чем я сама.

Но я не могла не вмешаться, поэтому выпустила когти, впиваясь в собственные ладони, болью возвращая себе трезвость ума. Мгновенно очнулась. Слёзы Ванессы разозлили до такой степени, что зарычала на весь коридор, прыгнула на спину альфе и укусила в шею.

Ну, всё Кристал! Нажила врага с первого же дня. Но давно успела понять: если опускать голову и не давать отпор, издевательства не прекратятся и станут только изощрённее. Себя в угол не дам забить, и других не позволю!

— Господин Леонард! — сквозь блаженный сон прорывались грубые и неприятные звуки, буквально вытряхивая меня из приятной неги.

Черт, на самом интересном месте! Я скатился с постели и протер глаза. Уже утро? Взъерошил волосы, все еще сидя на полу. Если причиной столь раннего пробуждения является не конец света, то я разорву эту служанку! Поплелся открывать, совершенно не стесняясь голого торса и пижамных брюк низкой посадки. С рыком открыл дверь, и молодая девчонка по имени Лиза, не удержав равновесие, ввалилась в мою спальню.

Скромная человеческая особь, которую попросили взять к нам на работу знакомые матери. Она не смотрела на мое тело, испуганно опуская ресницы и лепеча что-то невнятное. 

— Я не понимаю, что ты говоришь, — раздраженно фыркнул.

— В-ваша мама...

— Чего? — подошел к ней вплотную, нависая над тощей девчонкой огромной горой.

— В-ва... — она чуть не плакала.

Хм, а это весело! Я нагнулся так, чтобы наши лица оказались на одном уровне и внимательно осмотрел служанку. Тощая, совершенно непривлекательная. Запах чистящих средств и идеально выстиранной формы бил в волчий нос, полностью замещая аромат кожи. Еле удержался, чтобы не сморщиться. 

— Г-господин Леонард... — она тяжело задышала, и я ощутил страх.

Такой сладкий, приятный и сильный. Внутри заклокотала жажда охоты. Все же я будущий альфа огромной стаи оборотней. Чистокровных, мощных и способных подмять под себя всю власть в Англии. Если бы не гуманистические взгляды моих родителей. Но я не такой. Ухмыльнулся, и девчонка задрожала. 

— Знай свое место, человек, — прошептал ей на ухо, — и больше никогда, слышишь...

Подцепил острый подбородок, заставляя смотреть в свои желтые глаза.

— Никогда не смей врываться и будить меня раньше времени.

— Ее мама прислала, — в дверях вдруг возникла Лия, уже одетая в форму нашей академии, — дубина великовозрастная.

Она — моя сестра близнец. Самая красивая и желанная невеста Англии. Лия — копия нашей матери: леди Аниссы Уайтберд. Длинные серебристые локоны, огромные синие глаза и недюжий интеллект — взрывное сочетание. В том году она стала лучшей ученицей академии. Все мое окружение пускает на сестру слюни, однако она уже связана узами истинных. А вот с кем — не знаю даже я.

Лиза поднырнула под мой локоть и скрылась за дверью. 

— Ты одеваться будешь? — вздохнула сестра.

— Согласись, было весело? — я схватил полотенце и сделал шуточный реверанс, — эти служанки так меня боятся. Прям как в сказке про овечку и волка.

— Родители тебя сто раз просили не пугать персонал. Они каждую неделю берут новых горничных, потому что ты доводишь их, Леонард! — воскликнула Лия, — постыдился бы. Ты же будущий альфа!

— Оставь нравоучения для своих любимых полукровок, сестренка. А я пошел в душ.

Закрыв дверь, с трудом сдержал рык. Полукровки. Отродья, искусственные и не нужные матери-луне создания. Давно следовало избавиться от их вида, но родители почему-то считают, что мы уживемся вместе. Ненавижу! При одной мысли о том, что эти слизняки топчут землю нашей академии, хочется выть. Но ледяной душ отлично успокаивал напряженные мышцы. Все-таки я — наследник верховного альфы. Так что придет время, и моя власть поможет чистокровным оборотням стать теми, кем они являются по праву рождения. Эти мысли здорово веселили меня в тот момент.

Вышел, наблюдая в зеркало, как капельки воды испаряются прямо на коже. Тело оборотней куда горячее человеческого, температура значительно выше. Поиграл мускулами. Ладно, хватит. Спустя пять минут, мы с сестрой уже спускались по массивной мраморной лестнице особняка. Туда-сюда сновали слуги, а я мгновенно почуял недовольство отца. Кровь в венах будто заледенела. Ненавижу это чувство!

Родители уже ждали нас в столовой.

— Доброе утро! — поздоровалась Лия и поцеловала маму, затем его.

Я сдержанно склонил голову. Желтые глаза альфы прожигали меня насквозь, а где-то снаружи слышались громкие всхлипы. Неужели служанка нажаловалась? Урою! Мы с сестрой сели за стол друг напротив друга. Мама наблюдала за нами нежным взглядом. Я любил ее. С самого детства моя мать, Анисса Уайтберд, была единственной женщиной, которую защищал с особой яростью. С отцом же наши отношения складывались... тяжело. По определенным причинам. 

— Зачем ты это сделал? — холодно спросил он.

— Что именно, пап? — я отрезал большой кусок слабо прожаренного стейка из говядины и невозмутимо отправил в рот. 

— Лиза сильно испугалась, — мама укоризненно покачала головой, — милый, ты перегибаешь палку.

— Да не сделал я ничего! — аппетит мгновенно куда-то испарился, — не укусил же и не...

— Хватит! — рявкнул отец, — ты в этом году тоже планируешь изводить обращенных?

— А как же! — настроение вновь поползло вверх.

— Еще одна жалоба на тебя, и мы примем меры, — рыкнул альфа.

— То есть жалкие полукровки вам важнее собственных детей? Ясненько. Спасибо, я не голоден, — резко встал, как вдруг огромная мощь отца пригвоздила меня к месту.

Желудок скрутило, а дыхание сбилось. Я судорожно стал глотать ртом воздух, но перед глазами стояло разъяренное лицо альфы.

— Лео! — рука мамы накрыла ладонь отца, — перестань, пожалуйста.

— Напоминаю, — прорычал он, — еще раз услышу о том, что ты обижаешь обращенных оборотней, вылетишь из академии и будешь учиться дома под моим контролем. Это ясно?

— Ясно, — прошептал, пытаясь отдышаться.

— Не слышу.

— Да понял я! — плюхнулся обратно, массируя шею, — зачем так жестить-то?

— Ты по-другому не понимаешь, — отец вновь принялся что-то печатать на планшете.

Мама мягко взглянула на меня. Кстати, сестрица все это время мирно уплетала десерт. Вот невозмутимая!

— Леонард, ты, как наследник альфы, должен первым вызываться помочь этим несчастным стать частью нашего мира. Они напуганы, порой агрессивны. Лия вот курирует Совет адаптации обращенных в академии. Ты бы мог помочь ей.

— Никогда, — выдохнул я, тем не менее с опаской поглядывая в сторону отца, — я их презираю. И это не изменится.

Взгляд матери потемнел. Прости, но я никогда не признаю их право на существование наравне с нами. Полукровки ненормальны по своей сути. Демонстративно промокнул губы салфеткой и встал.

— Позвольте откланяться. Лия, ты идешь?

— Да. Не бойтесь, я за ним прослежу, — улыбнулась сестренка, а я фыркнул.

Нас уже ждала машина. Путь до академии занимал примерно минут двадцать. Она стояла в глубине леса Гринстоун, в живописном местечке, где для студентов-оборотней построили целую инфраструктуру с общежитиями, студенческими кафе, бассейном и даже кинотеатром. В стенах академии было все самое лучшее: современное оборудование, мебель, техника. Мои родители не пожалели денег, чтобы дать оборотням самое лучшее образование в Англии. Нас учили ведущие специалисты и профессора. 

Декан нашего факультета приходился моему отцу бетой. 

— Зачем ты злишь его? Папа старается ради всеобщего блага, — сурово произнесла Лия. 

— Хочет всем понравиться. Тоже мне, альфа.

— Он жаждет мира. Почему ты постоянно обижаешь обращенных? Мы могли бы многое им дать.

— Они люди по своей сути. Все самое гнилое и омерзительное. Только усиленное мощью волчьего гена.

— Но мы тоже наполовину люди! Взгляни на себя! — она даже отложила свой телефон, в котором постоянно с кем-то переписывалась.

— Отвянь! — рявкнул на нее.

— Грубиян, — надулась Лия. 

Наш спор прервал металлический лязг ворот. Вот и приехали. Сейчас я и моя стая взглянем на новичков и выберем себе жертв для издевательств. Наблюдая за стайками девчонок в форме, невольно облизнулся. Каждая из них будет стараться мне понравиться. Ухмылка так и лезла на лицо. 

— Много девушек в этом году, — сказала сестра, пока мы парковались у главного входа.

Перед основным корпусом расположилась просторная зеленая полянка, изрезанная каменными дорожками. По ним туда-сюда сновали студенты академии. Кто-то расположился прямо на сочной, идеально стриженной травке. Стояла отличная осенняя погода. Я вышел из машины и потянулся. Потрясающее ощущение! Свобода делать то, что хочется. Учеба никогда не вызывала у меня проблем. Быть лучшим плохо — море дополнительных обязанностей. А вот хорошим учеником — вполне себе приемлемо. 

— Да, девчонок много, — я осмотрел толпу в клетчатых юбках, белых рубашках и вязаных жилетках, — жаль, что большая часть — полукровки.

— Опять ты за свое, — вздохнула сестра, — пошли лучше внутрь. Скоро будет речь ректора.

— Скукота...

— Леонард! — послышался знакомый визг и мне на шею бросилась Стефани — волчица из моей университетской стаи.

Она тоже — дочь альфы. Рыжая бестия, всегда готовая поглумиться над недоволками. Каюсь, порой я размышлял, почему не она — моя истинная. Но Стеф — отличный друг. Она взъерошила свои огненные локоны и улыбнулась моей сестре. А вот Лия по какой-то причине ее терпеть не могла.

— Стефани, — произнесла равнодушно, — рада встрече. Как провела каникулы?

— Отлично, — оскалилась рыжая, — жаль, вы с братом не присоединились к нам на рок-фесте. Было отпадно!

Лия фыркнула и направилась в здание университета. 

— Я скучала! — Стефани вновь обняла меня, — как достали эти дурацкие правила.

Бестия расстегнула две верхние пуговицы рубашки, слегка приоткрывая свою грудь третьего размера, стянула юбку на поясе, делая ее короче и сняла жилетку. Я тоже освободил горло от душащего воротника и вытащил низ рубашки из брюк. Затем закатал рукава. Мы направились к главному входу. Подруга рассказывала о том, как провела лето. А я слушал вполуха. Мои волчьи инстинкты начали вести себя странно. Сердечный ритм то и дело сбивался, словно от нервов. Оглянулся и не увидел ничего необычного. Но зверь внутри был взбудоражен. Он почуял что-то невероятно важное. 

Чувствую, что этот год изменит мою жизнь. К нам присоединился Лесли — сын второй беты моего отца. Высокий рыжий великан, с детства сохнущий по Стефани. Я взъерошил его шевелюру.

— Привет, герой-любовник. А ты загорел! — пошутил, намекая на бледную кожу друга.

Сзади послышался знакомый гогот. Изящный Рой — жгучий брюнет модельной внешности и мечта всех девчонок нашего потока. Это звание мог бы носить я, но меня слишком боялись. Стая вновь возвращалась к своему вожаку, позволяя почувствовать себя не таким уж и отвратительным. Эти оборотни разделяли мои взгляды. Вместе мы держали эту академию в ежовых рукавицах. Проигнорировав речь ректора, толпой направились в библиотеку. Там в начале учебного года всегда было тихо. Расположившись в одном из укромных уголков, стая обсуждала свои каникулы и планы на учебный год. 

— В этом году полно девчонок, — сказал Лесли, — полукровки так и прут. Кто их обращает в таком количестве?

— Не знаю, — фыркнула Стефани, — но я бы им клыки пообрывала.

— Мелко, — улыбнулся я, — будет куда веселее.

— Твой отец снова тебя прессует? — вдруг спросил Рой, — ты напряженный какой-то.

— Да достал. Обращенные то, обращенные сё. Тьфу! — я вдарил ногой по стеллажу с книгами, и они с грохотом посыпались на пол.

— Леонард Уайтберд! — громогласный рык нашей библиотекарши уронил сердца всех присутствующих в пятки, — сейчас же подними книги! Несносный мальчишка...

— Рейна! — я демонстративно раскрыл объятия.

Рейна Хоук — бессменный библиотекарь и хранитель знаний академии. Она знает все обо всех... книгах. Кто, что и когда взял. Не волчица, а ходячий компьютер. Она отмахнулась от меня, в гневе сверкая глазами.

— Быстро все убрали. Иначе...

— Хорошо, хорошо! Все для тебя, — хохотнул я, вызывая искреннюю улыбку этой женщины.

Убрав книги, мы направились на выход, как вдруг в мою грудь врезалось какое-то полукровное чудо. Эти оборотни совсем никак не пахли, но отсутствие запаха было еще хуже, чем вонь в общественном туалете. Стая замерла. 

— Леонард. Извини, не заметила тебя. Показывала новенькой академию, — лепетала она.

Схватил несносную за горло. Полукровка. Утренний инцидент с отцом приумножил мой гнев и, спустя миг, я уже давил на нее своей силой альфы. Несмотря на то, что во взрослом волчьем обществе я все еще рядовой волк, в моих жилах течет кровь вожака. И остальные беспрекословно меня слушаются. Мелкая испуганно таращилась, пытаясь спрятать взгляд. Как она смеет... ай! Резкий всплеск боли отвлек от полукровки. Кто-то легкий, но сильный вцепился в мою шею. Черт, девчонка! С рыком сорвал мерзавку и швырнул в противоположную стену. Она покатилась по полу под улюлюканье моих оборотней.

Прижавшись к стене спиной, попыталась встать. Почему она так смотрит? Не боится? Новенькая, значит? И вновь сердце пропустило удар, а зверь внутри заскулил. Я присел напротив нее, заглядывая в глаза.

— Кто такая? — жестко спросил, но в ответ она смачно плюнула мне в лицо, одаривая лишь яростным взглядом зеленых глаз.

Гнев мгновенно застелил мой взор, окрашивая все вокруг в кроваво-алый. Ах ты! Но внутри что-то протестовало. Кричало, визжало и отказывалось ломать наглой полукровке кости прямо в стенах библиотеки. Стая столпилась вокруг. Я стер слюну этой чертовки с носа, и вдруг почуял легкий, приятный аромат. Такой притягательный, что чуть не слизал ее с пальцев. Да что такое? Стряхнув наваждение, уже было собрался воздать наглой полукровке по заслугам, как сзади громыхнул голос декана.

— Что здесь происходит?!

— Повторяю свой вопрос: что здесь происходит? — мужчина сердито глядел на блондина.

Леонард встал и улыбнулся.

— Ничего серьёзного, мистер Редверс. Девушка упала, вот решил помочь, — он бесстыже лгал, даже вопреки тому, что декану прекрасно об этом известно.

Я решила подыграть выскочке.

 — Это моя вина. Просто не заметила стену. Заболталась с подругой, — и нагло протянула руку альфе.

На скулах парня заиграли желваки, он с трудом заставил себя взять её и поднять меня на ноги. Тут же с силой сдавил мои пальцы. Даже показалось, что я слышу хруст собственных фаланг, но всё потихоньку стало стираться на фоне других ощущений. Соприкосновение наших ладоней отозвалось мощными импульсами в каждой конечности. Я даже немного растерялась.

Леонард резко отдёрнул руку и сжал ее в кулак. Успела заметить и в его глазах замешательство, но оно слишком быстро сменилось безразличием ко всему. Старшекурсник засунул руки в карманы брюк и облокотился на стену.

 — Немедленно расходитесь. Ректор Вульф перенёс свою речь. Ему важно, чтоб присутствовали все без исключения, — мужчина бросил мимолётный недобрый взгляд на блондина, — неявившиеся будут наказаны.

Намекал декан явно на выскочку. Парень подал знак своим, они выстроились рядом и пошли за альфой. Напоследок он искоса глянул на меня, синева излучала неприятный промозглый холод.

Ванесса подхватила меня под руку и потянула за собой. Шла за ней, а сама невольно искала взглядом блондина. Что-то не давало мне покоя. Соседка выбрала места поближе к сцене. Мы сели. Спиной чувствовала присутствие альфы. Обернулась и увидела его почти в самом конце актового зала. Он вальяжно развалился в кресле, презрительно разглядывая присутствующих. С ним постоянно нужно быть начеку.

Учащиеся разом замолкли, когда на трибуну поднялся молодой мужчина. Пока он шёл к микрофону, я видела его движения будто в замедленной съёмке. Каждый шаг по деревянному покрытию отдавался в ушах громким стуком. Но стоило ему развернуться к нам лицом, воцарилась гробовая тишина. И по открывающимся ртам студентов, приветствующих ректора, поняла, что звук исчез только для меня.

Прислушивалась, стараясь расслышать хоть что-то, но не ощущала ничего, кроме стука собственного сердца. Нет, не моего, а ЕГО! Сердцебиение у нас совершенно одинаковое. Чёрные глаза мужчины захватили не в плен, а скорее в ловушку, из которой очень хотелось выбраться, но никак не получалось. Я была не в силах отвернуться и потому внимательно разглядывала строгое лицо. Перед взором постоянно мелькали его глаза, словно проникающие вглубь самого моего существа, знающие всю суть от и до. Меня обуял животный ужас. 

Пугало, что так реагировала на незнакомого человека. И мне не нравились эти эмоции. Чудился дикий оскал. Я тряхнула пару раз головой, пытаясь согнать с себя туман непонятного влияния. Неожиданно почувствовала прикосновение к плечу. И слух мгновенно вернулся.

— Ты в порядке, Кристал? — сквозь стену пугающей тишины прорвался голос соседки.

 — Мне нехорошо, — хотелось сбежать отсюда.

 Пульс зашкаливал, отбивая свой ритм сильнейшей болью в висках.

 — Так, соберись! — жестко приказала себе.

Почему-то в этот момент искала успокоение в синем океане блондина. Лишь взглянув в его холодные глаза, я стала медленно приходить в себя. Может взаимная неприязнь вызывала подобный эффект? Но мне было это неважно. Главное в том, что помогало.

Голос ректора продолжал окутывать, будто лишая воли. На свой страх и риск посмотрела на него вновь. Слов и вовсе не разбирала. Хмурое выражение лица мужчины предназначалось именно мне. Щипала себя за бедро, чтоб не дать отключиться от реальности. Как только речь подошла к концу, я рванула прочь из актового зала, не дожидаясь Ванессы. Только в коридоре смогла вдохнуть полной грудью. Легкие словно распирало от переизбытка мгновенно поступившего кислорода. Вдох-выдох. Ощущала неприятное жжение в груди. 

Я посмотрела на собственные руки. Их сильно трясло. Судорожно сжимала в кулаки, наивно полагая, что это поможет остановить дрожь. Но ничего не менялось, пока на ватных ногах не отошла на достаточное большое расстояние от зала. И наконец всё исчезло. Лёгкость разлилась по телу. Я ничего не понимала, но радовалась, что это наконец-то прекратилось.

— А чего мы в одиночку бродим по пустынным коридорам?

Оглянулась и увидела рыжую девушку. В памяти всплыла огненная шевелюра, мелькающая среди волков Леонарда.

— Не боишься? — её вкрадчивый голос царапал слух неприятными высокими нотками.

Ну вот! Из огня да в полымя. И как подтверждение моих слов, из-за поворота вышел брюнет, которого тоже видела прежде, а с другой стороны здоровяк, мгновенно закрывший своими размерами весь проход.

— И чего мне бояться? — смело кинула девчонке.

— Того, что тебе будут ломать кости снова и снова. Регенерация позволит повторять процесс бесконечно.

 — А вдруг это я сломаю твои? — спросила, не спуская глаз с остальных.

В детдоме часто приходилось выбираться из подобных передряг. Не на ту напали! Могу заранее рассчитать свои действия. Рыжая подошла ближе с широкой белоснежной улыбкой на красивом лице. Но и я не осталась в долгу. Уверенно шагнула к ней навстречу. Только улыбнулась проводя языком по острым клыкам. Лучшая защита — нападение. Всегда работало исправно. Проверено много раз. Нарисовались ещё несколько оборотней.

 — Хм... и в этом ваша сила? Всемером на одну волчицу?

Девушка злобно зарычала. Мои слова её явно задели.

 — Ты не волчица, а грязнокровка. Лишь неудачный эксперимент.

Рассмеялась. Подобным меня уже не унизить. В свой адрес не раз слышала оскорбления и похуже. В конце концов выработался иммунитет. Включился пофигизм, который ничем не пробить. Старшекурсница смотрела на меня, как на ненормальную.

— И долго буду ждать ваших действий? Поднадоело уже. А, ладно! — и без предупреждения прыгнула на рыжую.

Она упала на каменный пол, а я приземлилась рядом, с силой прижимая её к твёрдой поверхности.

— Тогда начну я.

Подмигнула ей и рванула в освободившийся проход. Бежала, постоянно меняя направление. Мой запах им трудно уловить, а вот мне их без проблем, даже на расстоянии. Коридоры напоминали тоннели. С одного перемещалась в другой. Действительно, нужна карта. Самый настоящий лабиринт.

Впереди заметила брюнета и побежала быстрее. Не останавливаясь, кинулась на него. Парень завалил меня на зелёный ковёр. Под стать гербу. Но я упёрлась ногой в его живот и перекинула через себя. Естественно, волк приземлился на ноги. Всё-таки чистокровный оборотень. Конечно, они сильнее, но я проворнее и гибче. Инстинкт самосохранения работал исправно. Мой приём дал мне маленькую фору. Главное не напороться на здоровяка. Вот его лучше избегать. Чересчур крупный. Сплошная гора мышц.

Но из-за следующего поворота показалась рыжая. Девушка залепила мне кулаком прямо в нос. Кровь хлынула по губам. Вытирала ладонями, но она не останавливалась. Лихо, однако, старшекурсница треснула. Моему терпению пришёл конец. Увернулась от очередного удара и схватила её за волосы. Такие мягкие и шелковистые на ощупь. Даже жалко было выдёргивать прядь, но злость взяла верх. И достаточно большой локон остался в руке. Она взревела на всю академию.

— Не стоило выпендриваться, дорогая, — добила ухмылкой, — не с той связались.

Рыжая выпустила когти из пальцев, портя красивые наманикюренные ноготки.

— Ууу, да мы разозлились.

Я разом выпустила и свои.

— Стеф, покажи ей, кто тут хозяева! — загалдели остальные.

Мы начали, а парни поддерживали свою подругу. Всё в точности, как в приюте. Похоже, и здесь придётся доказывать, чего я стою. Что меня не сломить так просто. На моих плечах красовались глубокие раны, но и рыжей конкретно досталось. Правда, в отличие от неё, я дышала спокойно. Меня тяжело вымотать. Условия, в которых выживала закалили и без того сильный характер и крепкое тело. Не изнеженная и не избалованная. Спасибо прошлому и надсмотрщику, который весь год возился со мной и упорно готовил к поступлению. Будто знал, с чем столкнусь.

— Стефани, неужели так сложно указать несчастной полукровке её место? — в проёме одной из дверей показался Леонард.

Он стоял, облокотившись плечом о косяк и хмурился.

— Попробуй сам! — зашипела она на него, но блондин мгновенно приструнил девушку взглядом.

Альфа вальяжно подошёл, без лишних разговоров схватил меня за горло и подвесил в воздухе.

— Уж больно ты дерзкая.

— Обстоятельства заставили, — еле выговорила. Пальцы душили и не давали нормально произносить слова.

Капля крови из носа упала блондину на руку. Он скривился. Но затем его ноздри расширились, и синий цвет глаз стал меняться на жёлтый. Но это был цвет не ярости, а чего-то другого. Более сильного, имеющего огромную значимость. Я внутренне это почувствовала. Блондин неожиданно отпустил меня, и я рухнула на пол. А он всё смотрел на каплю, не в силах отвести взгляд. Поднялась на ноги и смело встала перед ним. Интуиция подсказывала, что дальше Леонард не пойдёт. Он резко дёрнулся ко мне и зарычал так, что от рыка задребезжали стёкла в окнах.

— Я альфа! — процедил сквозь зубы, демонстрируя мощь и лидерство, заложенные в его крови.

Только вот я могла противостоять его влиянию. Не без труда, конечно, но всё же склонять голову не собиралась.

Посмотрела на него исподлобья и зарычала в ответ. Наш яростный рык слился воедино, создавая оглушительный звук, заставивший остальных отойти подальше и закрыть уши. А мы боролись силой воли, не прикасаясь друг к другу. Никто не уступал. Стёкла стали разлетаться на мелкие осколки. Я не могла позволить себе слабину.

Вдруг кто-то схватил нас и раскидал в разные стороны. Подняла глаза и увидела худощавую женщину лет пятидесяти. Мимические морщины указывали на жёсткий характер. Тонкие губы незнакомки стали ещё тоньше от недовольства, а маленькие глаза сузились до щёлочек.

— Вам не стыдно? Что вы тут устроили?

 — Познакомились поближе, — ухмыльнулся Леонард.

 — Оба наказаны. И это не обсуждается.

Почему оба? Нас же тут много! Но огляделась и поняла, что остальные быстро унесли ноги.

 — Миссис Флетчер, вы забываете кто я, — разозлился блондин.

 — Это ты, Уайтберд, забываешь, что я работаю на твоих родителей, а не на тебя.

Альфе тяжело было контролировать эмоции. Он стоял, сжимая кулаки до побелевших костяшек, но не смел сказать и слова. Интересно.

— Фамилию говори, девчонка, — обратилась она ко мне.

— Монтгомери, мэм.

— Похоже, я курирую не только твою группу, Леонард, но и её. Ну что ж, это отлично. Заставлю вас пожалеть, что посмели устроить такой погром, да ещё в первый учебный день.

 — Миссис Флетчер, — угрожающе повторил он.

 — Ничего не хочу слышать. Если ты не повинуешься, несносный мальчишка, завтра явишься вместе с отцом.

Выражение лица Леонарда осталось прежним, но в глазах что-то изменилось.

 — Нам нужно больше комнат для такого огромного наплыва новых студентов. Поэтому вы поможете освободить старые помещения. На время ремонта первокурсники поживут по три человека. И ремонт тоже на вас. Покрасите и отмоете всё.

 — Я вам не бесплатная рабочая сила! — возмутился парень.

Она просто взглянула на него, и оборотень сразу замолчал. Неужели так сильно боится отца?

 — Монтгомери, иди умойся и за дело. Позорище.

— Прямо сейчас?

— Вам же некуда выплеснуть энергию, — с непроницаемой маской на лице проговорила куратор.

Пока шла в уборную, под ногами хрустело битое стекло. Похоже, мы и правда немного перестарались. В туалете посмотрела на себя в зеркало и ужаснулась. Ну и видок! Быстро умылась, собрала волосы в небрежный пучок. Кристал, держись, ты сильная! Сможешь перенести несколько часов с этим заносчивым блондином.

Женщина привела нас в одну из комнат. Чего здесь только не было: куча коробок, старая мебель и множество книг.

 — У вас пара часов. Должны управиться к обеду.

Я кивнула и сразу принялась за работу, а Леонард остановился в проёме, скрестив руки на груди. Куратор подтолкнула его и постучала по часам на запястье, показывая, что время пошло. Он лениво взял стол и вынес его в коридор. Каждый занимался своей частью работы. Мы молчали. Мисс Флетчер понаблюдала за нами минут пятнадцать, а потом ушла проверить остальных своих подопечных. Между мной и блондином повисло сильное напряжение. Мы старались не обращать внимания друг на друга. Но чем меньше оставалось предметов в комнате, тем меньше было преград. И потихоньку эмоции взяли над альфой верх.

— Это ты виновата, полукровка мерзкая!

— Не я, а твои прихвостни, — старалась держать голос ровным.

 — Они лишь хотели поставить тебя на место.

 — И кто кого поставил? — спросила, улыбнувшись во все тридцать два зуба.

Воспоминания о порванной форме рыжей и выдранном огненном локоне приятно наполняли душу теплом. В считанные секунды Леонард оказался рядом. Прижал меня всем телом к стене и зарычал. Тихо, но устрашающе. Чудилось, что вот-вот вгрызётся в горло. Ему бы это явно доставило удовольствие.

— Отвратительное создание. Недоволк и недочеловек.

Усмехнулась.

— Я этого не просила, Леонард. Если ты забыл, то позволь напомнить. Таких, как я, порождаете такие, как вы, — смотрела в глаза, ожидая смены цвета, но синева лишь стала глубже, и зрачки увеличились, почти покрывая всю радужку, — мы следствие вашей несдержанности. Держи чистокровные свою пасть в наморднике, нас бы не существовало!

Дерзила, вопреки тому, что его рука вновь обхватила мою шею. Всего одно резкое движение, и все жизненно важные позвонки будут переломаны.

 — Полукровки — последствие вируса, созданного человеком. Ненормальный гибрид, выпущенный из клетки. Где ему самое место.

Подалась немного вперёд. Наши носы почти соприкасались.

 — Да, но вирус бессилен без носителя. Вы кусаете людей. Ваша кровь делает нас такими! Поэтому примите ответственность.

Его когти впились в кожу, но мне не было страшно. Близость с этим блондином пробуждала адреналин в крови, растекающийся стремительным бурным потоком по венам, несущимся прямо к сердцу, заставляя его биться гораздо быстрее. Этим волнительным и будоражащим чувством была пронизана каждая частица моего тела. Вплоть до кончика языка, которым невольно провела по губам...

Что эта гадкая и отвратительная полукровка себе позволяет?! Но вопреки своей гордости и задетому эго, я не мог отвести взгляд от алого язычка, гуляющего по мягким губам девчонки. Сильнее вжал ее в стену, не в силах контролировать больную тягу. Наши носы все еще были совсем близко, и каждое касание отдавалось ударами тока во всем теле. Левой рукой я оперся на стену, а правой схватил жалкую недоволчицу за волосы и резким движением оттянул ее голову назад. Пальцы утонули в мягких локонах. Рассматривал лицо, не понимая, почему не могу оторваться от этой жалкой полукровки.

Совершенно обычная, пусть и с яростью в глазах цвета насыщенного изумруда. Да чтоб тебя! Что в ней такого особенного? Но аромат будоражил самые низменные инстинкты. Волк во мне скребся и подвывал, намекая на вполне конкретные действия. Вот она. Здесь передо мной. Сквозь кожу пальцев начали прорываться когти, оставляющие на стене заметные следы. Я совершенно не контролировал себя. Наваждение, морок, проклятье! Судя по реакции девчонки, она была ошарашена не меньше меня.

Наклонился к ее губам, почти касаясь своими и прошептал одну-единственную фразу.

— Я превращу твою жизнь в ад.

Затем оттолкнулся и выпустил мерзавку. Она отпрянула, готовая сражаться до последнего. Волосы были растрепаны, а взгляд сосредоточен. Настоящая волчица. Да тьфу! Прогнав эти мысли, взял валяющуюся на полу жилетку, отряхнул и направился к выходу.

— Попробуй! — крикнула она мне вслед, но я не обернулся.

Не хватало еще вестись на провокации жалких полукровок. Только появилась в моей академии, как мгновенно стала занозой в заднице. Ничего, придется разобраться по-другому. Прозвенел звонок. Хорошо, что сегодня нет занятий, я слишком взвинчен. Влетел в мужской туалет и запер его изнутри. Стянул с себя рубашку, оставшись лишь в школьных брюках, и окатил верх тела ледяной водой. Только сейчас заметил, что все это время горел, словно лесной пожар. Каждая мышца, сустав, кровь в венах пылали после близости к этой полукровке. Дурдом! Глядел на себя, понимая, что вот-вот начну обращаться. А в академии вне занятий это строго-настрого запрещено. 

Но белая шерсть уже стремительно пробивалась сквозь кожу, зубы превращались в острые клыки. Стоп! Я альфа, и простой новенькой не вывести меня из равновесия. Привел себя в порядок, вновь надев маску сурового вожака. Больше эта девчонка не застанет меня врасплох. Это я здесь главный, а не она! Кстати, моя стая совсем распоясалась. Пора преподать кое-кому пару уроков. Вышел и сделал несколько глубоких вдохов, успокаивая бушующего внутри зверя. Меня отпускало. Отлично, в голове почти прояснилось. В брюках завибрировал мобильный. Сообщение от Стефани:

«Мы на нашем месте. Приходи.» 

Уже было направился к выходу, однако тихие знакомые голоса, доносящиеся из-за угла, вынудили меня застыть. Я прижался спиной к стене и приблизился, прислушиваясь.

— Я просто хочу быть рядом... — звучал взволнованный голос моей сестры.

— Я не могу... мы не можем... — услышал знакомый шепот, — по крайней мере, пока ты не окончишь университет, Лия.

Но вновь прорывающиеся мысли об изумрудных глазах полукровки не позволили сосредоточиться на запахе, который я прекрасно знал. Этот мужчина, а судя по низкому голосу, взрослый оборотень, мне определенно хорошо знаком. Хм.

— Хотя бы немного, позволь мне, — голосок Лии был таким несчастным, что захотелось вылететь и разорвать того, кто обижает мою сестренку.

Но с другой стороны коридора появилась шумная стайка девчонок, и шепот резко прекратился. Я вышел из-за угла, делая вид, что только что пришел. Сестра стояла, прижавшись спиной к стене. Она уронила стопку учебников. Я молча собрал их.

— Спасибо, братик, — прошептала она, — мне стало нехорошо. Вот и разбросала все. Неуклюжая.

Она одарила меня теплой улыбкой. Ясно. Лия не хочет мне ничего рассказывать. Не знал, что у нее есть секреты от меня. Помимо того, кто является ее истинным. Но сестра всегда обладала огромной выдержкой. Она быстро взяла себя в руки, и передо мной вновь уже стояла лучшая ученица Академии Уайтберд, а также глава комитета адаптации обращенных и член академического Совета.

— Пойдем отнесем эти учебники в комнату для дебатов. Они для тех обращенных, кто не может позволить себе новые книги, — гордо произнесла сестра.

Мимо пробежала стайка полукровок. Гадость! Но они с искренним благоговением смотрели на Лию и с ужасом на меня. Пусть так и остается впредь. Их страх подпитывает. Расправил плечи и оскалился, а девчонок как ветром сдуло. Сестра лишь устало вздохнула.

— Тихо здесь, — произнесла она, когда мы вошли в зал Совета, — первый день всегда будоражит, но из-за отсутствия занятий в академии пусто. Завтра начнется учеба и все оживет. Будет здорово, правда?

Она мечтательно взглянула в окно. Я положил книги на стол и выдохнул. Большое помещение с высокими потолками служило для заседаний комитета по полукровкам. Мать-луна, ну почему им уделяется столько внимания? Раздражают нереально. И вновь перед глазами, словно наваждение, вспыхнули алые губы новенькой. Тряхнул головой, стараясь забыть, как она призывно гуляла по ним языком. Так бы и... что? Вырвал его? Улыбнулся, понимая, что это по-прежнему я.

— Леонард! — Лия, как оказалось, уже какое-то время звала меня, — ты где витаешь?

— Чего? — вяло потянулся, усаживаясь на стол.

— Слышала, что ты уже успел отхватить от Флетчер, — хихикнула она, — все обсуждают, что альфа будет драить кабинеты вместе с новенькой обращенной девушкой. Кстати, здорово она твою швабру отделала.

— Твою ж... и кто растрепал? И что сделала Стефани, что ты так к ней жестока?

— Не будучи истинной, она смеет лезть к будущему вожаку. Это неприлично.

— Мы друзья.

— А она в курсе? — ледяным тоном произнесла Лия.

Нашу растущую перепалку прервал вошедший ректор. Высокий, худощавый мужчина по имени Джереми Вульф. Я всегда старался обходить его стороной, хоть и не чувствовал угрозы. Однако сейчас вдруг зверь внутри меня яростно рыкнул. Волк ощущал неприкрытую агрессию в черных глазах этого взрослого оборотня.

— Добрый день, как вам моя речь? Я очень нервничал, — усмехнулся он, подходя к сестре. 

— Как всегда, безупречно, мистер Вульф. 

— Вы мне льстите мисс Уайтберд. Если бы не ваша семья, этой академии бы не было. Леонард, — он протянул мне ладонь, на которой красовался серебряный перстень искусной работы с алым камнем.

Как он терпит серебро? И если раньше я его не замечал, то сейчас вдруг начал внимательно рассматривать. Темный костюм, очень проницательный взгляд и неприятная властная аура. Перебарывая отвращение, протянул ладонь.

— Я хотел уточнить. Списки поступивших уже готовы? — как бы невзначай спросил ректор, и я напрягся еще сильнее, — меня интересуют обращенные девушки из первой группы. Нужно кое-что уточнить у одной из них для картотеки. 

Что здесь происходит? Взрослый мужик просит мою сестру дать информацию о девушках? Не нравится мне все это. Я, конечно, презираю полукровок, но его вопрос возбудил волка внутри не на шутку.

— Мы уже внесли все данные и все проверили, — жестко сказала сестра, — вы можете подать официальный запрос. Простите, сэр Джереми, но правила для всех одинаковы.

— Ну конечно же. Вы идеальны, мисс Уайтберд. Нисколько в вас не сомневался. Что ж, мне пора. Увидимся на занятиях по контролю!

— Он странно себя ведет, — сказала Лия, когда Вульф скрылся за дверью.

— Не то слово...

— Братик, может ты все-таки вступишь в наш комитет? Нам не хватает рук. Да и красивый парень бы не помешал для привлечения девушек, — сестренка умоляюще взглянула на меня. 

— Полукровок своих попроси. Не все же они нищие и бесполезные. А я пас. Прости. До вечера!

Наше убежище представляло собой одно из помещений для инвентаря за спортивным клубом университета. Сейчас его ремонтировали, и мы с прошлого семестра выбрали столь уединенное и отгороженное место для общения стаи. Все ее члены учились на разных курсах, так что нужна была точка сбора, в которой всем было бы комфортно. Порой встречались в библиотеке, но после сегодняшнего инцидента мне совершенно не хотелось возвращаться на территорию Рейны. Солнце било в глаза, все больше раздражая. Мы, оборотни, любим луну. Ведь она наша вторая мать. 

Прошел мимо идеального футбольного поля, на котором уже тренировалась команда университета и девушки-чирлидеры. Мы не выступали на чемпионатах, так как оборотни существенно превосходили людей в скорости и силе, но с удовольствием играли друг с другом и с командами остальных учебных заведений для волков. Их, к слову, было достаточно много. Наши родители заставили весь мир узнать и принять оборотней. И теперь вошли в историю. Чем ближе я подходил к убежищу, хрустя ботинками по свежей гальке, тем отчетливее ощущал знакомый неприятный аромат моей бывшей. Элизабет. Она просит всех называть ее Лиза. Мы встречались с ней весь предыдущий год, а потом мне надоели ее закидоны. Безумно красивая, но будто неживая, она была дочерью одного из чистокровных аристократов. 

— Тварь! — послышался возглас Стефани, — как ты смеешь?

— Что здесь происходит? — прогремел, вышибая дверь ударом ноги, — учтите, я в очень плохом настроении.

— Леонард! Мой милый альфа, — пропела Элизабет, подбегая ко мне, — я хотела тебя увидеть.

— Увидела? Тогда до свидания.

Она надулась, а трое ее охранников разом зарычали. Но мне плевать. Вожак здесь я. У оборотней все несколько иначе устроено, чем у людей. Стоит рыкнуть мне, и ее псы тут же подожмут хвосты. Но Элизабет очень быстро взяла себя в руки. Откинула прядь черных волос, высокомерно сверкнула глазами.

— Я слышала об утреннем инциденте. Эти полукровки совсем распоясались.

— А тебе что до этого? — прошел и сел на свое место чуть выше остальных, — не лезь в дела моей стаи.

Рой и Лесли что-то рассматривали в своих смартфонах, игнорируя наглую девчонку. Остальные притихли, наблюдая за нами. А Стефани выглядела, словно разъяренный бык. Честно говоря, я не люблю, когда девушки дерутся. Это некрасиво и не эстетично. Волчица на охоте прекрасна, но когда вырывает патлы другой волчице — это вульгарно. Рыжая уже привела себя в порядок, и о драке напоминала лишь разорванная форма. Если Элизабет услышала об инциденте, значит пришла поглумиться.

— Ты проиграла какой-то жалкой полукровке, Стефани. Это вообще ни в какие ворота, — девушка уперла руки в бока и насмешливо взглянула на мою рыжую подругу, — авторитет рожденных из-за тебя упадет.

— Уходи, Элизабет, — произнес я, — иначе тебя отсюда выведут. Ты знаешь, кто я. И понимаешь, что не шучу.

— Я просто пришла поздороваться, — и, виляя бедрами, покинула наш гараж.

— Стерва, — выплюнула Стеф.

— Согласен, — поддакнул ей Рой.

— Она права. Наш авторитет сегодня был подорван из-за тебя. Эта новенькая так сильна, что рыжая бестия, гроза университета, убежала, поджав хвост? — обратился к подруге.

Стефани закусила пухлые губы и отвернулась, пискнув что-то нечленораздельное. Но я был слишком зол.

— Я задал вопрос, — и вся сила моей крови обрушилась на несчастную.

Она упала на пол и начала задыхаться, хватая ртом воздух. Опустила голову, принимая мою власть.

— Да. Она мелкая, но яростная, как фурия. Боюсь, мы не сможем победить силой, — пролепетала едва слышно.

— Она и твой авторитет поставила под вопрос, Леонард. Почему не прогнулась? — отвлек меня Рой.

— Не знаю. Она вообще странная, — улыбнулся я.

Почему-то мне было приятно слышать об этой мелкой подобные вещи. И когда она дралась со Стеф, я невольно залюбовался рвущейся изнутри нее яростью. Эта девчонка казалась самым настоящим ураганом. Быстрая, ловкая, неуловимая. А ее губы, приоткрытые так заманчиво, стали настоящим испытанием для моей выдержки. 

— Ого, я слышу уважение? — Рой внимательно смотрел на меня.

— Отвянь. Просто она вас сделала. Может мне ее в стаю принять? Раз вы такие бесполезные?

— Вот это было обидно, — буркнул рыжий, не вылезая из смартфона.

— Так как нам ее поймать? — спросила Стеф, поднимаясь на ноги и отряхивая рваную клетчатую юбку, — я не успокоюсь, пока не поставлю ее на место.

— Всегда есть более изящные методы, — усмехнулся я, — и завтра мы с вами опробуем один из них. 

Удаляющиеся шаги Леонарда отдавались гулким сердцебиением в груди. Удар следовал за ударом, а я всё пыталась восстановить дыхание. Пульс никак не возвращался в норму. Разбирала коробки до тех пор, пока сердце не стало биться в привычном ритме. Времени на это понадобилось немало. Весь оставшийся день провела словно в бреду. Снова и снова в памяти всплывал интимный момент в комнате. Блондин был слишком близко. Даже невзирая на сильную взаимную ненависть, между нами чувствовалось необъяснимое притяжение. 

На следующее утро мы с Ванессой первым делом отправились в столовую немного перекусить. Лекции начнутся позже, так что времени у нас достаточно. На щеках до сих пор горел яркий румянец. Не знаю почему, но захотелось распустить свои длинные чёрные волосы, чтобы подчеркнуть оттенок глаз. На фоне цвета вороного крыла они становились гораздо ярче.

Мы с соседкой беззаботно болтали за завтраком, совершенно не обращая внимания на окружающих. Но порой перед взором вспыхивали леденящие душу, темные и до чертиков пугающие глаза ректора. Я всеми силами старалась скинуть с себя это странное наваждение, но не получалось. Словно мужчина находился где-то поблизости. И от этого было еще более жутко.

Спасением стало появление популярной компашки. Альфа гордо шёл впереди членов своей стаи, а студенты, как по щелчку расступались и опускали головы, боясь смотреть вожаку в глаза. Покачала головой, не понимая, почему они так ведут себя. И причём не только рождённые, но и обращённые. Все чувствуют силу его влияния.

Стая в полном составе расселась у окна. Меня ужасно нервировало, что им достаются лучшие столы только потому, что эти студенты рождены волками. Нечестно! От злости то яростно гоняла по тарелке зелёную горошину, то тыкала ни в чём неповинный кусочек бекона. От раздумий оторвал внезапный визг девчонок. Нехотя подняла голову. К нам медленной плавной походкой приближался брюнет из шайки Леонарда.

— Ну, здравствуй, полукровка! — он нагло присел прямо на стол.

— Ну, привет, чистокровка!

Он улыбнулся. Действительно, очень привлекательный парень, изящный и чересчур идеальный. Не нашла ни одного изъяна. Но признавала я в нём лишь приятную наружность, больше ничего. А вот наглого и высокомерного альфу против воли считала красивым и реагировала совсем иначе.

— Ты за словом в карман не полезешь, да? — брюнет пересел на скамейку поближе ко мне и всматривался прямо в глаза, — кстати, меня зовут Рой. 

Парень протянул руку. Первое, на что упал взгляд — это белые длинные пальцы. Не горела желанием их касаться, но что-то внутри меня заставило. Жёлтая яркая злость в глазах Леонарда придала уверенности, и я решила подлить масла в огонь. Изящно вложила свою руку в ладонь брюнета, поглядывая на него из-под густых ресниц. Фу, я отвратительна сама себе! Но чего не сделаешь, чтобы позлить выскочку. Ему, похоже, не очень нравилось поведение дружка.

— Очень приятно. Кристал!

Студент немного растерялся, но потом быстро взял себя в руки, крепче сжав мою ладонь.

— А кто эта маленькая прелесть рядом с тобой? — он резко переключился на соседку, не выдержав моего пристального взгляда.

Мы с друзьями частенько играли в гляделки, и я всегда выигрывала. Могла долго и не мигая смотреть в глаза собеседника. Польза в этой, казалось бы, бесполезной игре тоже есть.

— Моя подруга. Ванесса!

Темноволосый ловелас нежно коснулся её пальцев. Та быстро отдёрнула руку и пугливо осмотрелась по сторонам. Только из-за реакции однокурсницы я заметила, что на нас пялится почти вся столовая. А некоторые из учащихся и вовсе не скрывают неприязни. Атмосфера стремительно накалялась, и это мне совершенно не нравилось.

— Люблю таких дерзких и неуправляемых как ты, — Рой тщетно пытался очаровать своими сладкими речами, но внутри даже не ёкнуло. 

Глухая тишина, никаких эмоций.

— Неужели? — вопреки отвращению пододвинулась ближе. Моё бедро касалось его.

Интересно, как это смотрится со стороны? Брюнет не спасовал и склонил лицо к моему. Наша близость возмутила волчицу внутри. Хотелось предупреждающе зарычать, но вместо этого крепче сжала челюсть, чтобы не позволить ей показать своё недовольство. Откинула волосы назад, будто кокетничая. А сама подальше отодвинула голову, чтоб удовлетворить зверя, царапающего изнутри.

— Может как-нибудь пообедаем наедине? — пропел ловелас.

Рой явно пошел в наступление, бесстыдно и нагло рассматривая мое лицо.

— С превеликим удовольствием, — мои губы растянулись в выдавленной улыбке.

— Может, дашь номерок? — он покрутил в руках телефон последней модели.

— Ух, какой шустрый! Но пока рановато. К тому же всем известно отношение вашей стаи к полукровкам. С чего мне доверять тебе?

— Не всей стаи, — подмигнул брюнет.

Уверена, что любая бы на моём месте уже пищала от восторга. Но как по мне, Рой вел себя неестественно, словно исполнял роль в пьесе. Всё выглядело наигранным: каждый жест, движение, мимика, вплоть до взгляда. Я ему не верила.

— Значит, до встречи?

— До встречи, — ласковой интонацией в голосе передала своё якобы предвкушение.

Что-то тут нечисто. Интуиция прямо сигналила, как красный свет светофора. Он не стал бы действовать так явно, да ещё в присутствии Леонарда.

— Не стоило, Кристал,- прошептала на ухо соседка, когда брюнет отошёл,- теперь на тебя обозлятся все его фанатки. Половина академии умирает от неразделённой любви к нему.

— Не преувеличивай, — рассмеялась, но всё-таки насторожилась.

— Поверь мне, они очень опасны. Целая свора. Довели немало девушек, которым Рой оказывал хотя бы малейший знак внимания. Были даже те, кому пришлось перевестись в другую академию.

Я вновь оглядела часть столовой, предназначенную для рождённых, и увидела несколько студенток, выделявшихся лютой ненавистью в глазах. Похоже, и правда перестаралась. Эх, вечно лезу на рожон. Боюсь, что скоро последствия постучат в мою дверь.

После спектакля в столовой начался полный кошмар. А ведь Ванесса предупреждала. Меня не раз обливали то водой, то чем-то мерзким, когда спускалась по лестнице общежития. Закидывали яйцами прямо из окон. Спасибо, хоть не тухлыми. При этом умудрялись провернуть все так, что я ни разу не увидела кто виновник. Дальше становилось только хуже. Фанатки активизировались конкретно, и сюрпризы поджидали абсолютно везде. Им хорошо было известно расписание наших лекций.

В один из дней перед самым сном под одеялами мы с Ванессой нашли множество крупной саранчи. Соседка бегала по комнате и визжала не своим голосом. Я вытаскивала мерзких насекомых как с её волос, так и со своих. Отлавливала прыгучую живность одна, а однокурсница спряталась под покрывалом и не вылезала, пока не выкинула последнюю из окна. И месть с каждым разом становилась всё изощреннее. Нам разрезали одежду на мелкие кусочки, оставив только форму. Ведь в учебном заведении пятница — это день свободного стиля. Таким образом хотели опозорить, зная, что у меня нет возможности приобрести новую. А затем испортили и учебники с тетрадями. Вытерпела бы и ещё, но последней каплей стало издевательство над единственной подругой. Она вбежала в комнату со слезами на глазах.

— Они... они отрезали мои длинные волосы! — в руках девушка держала часть косы.

Соседка рухнула на кровать и разрыдалась. Она плакала и плакала. Всхлипы Ванессы причиняли моей душе сильный дискомфорт. Совесть мучила все сильнее с каждой секундой. Это моя вина, ведь именно я перестаралась с Роем.

— Я же предупреждала, — без конца повторяла девушка.

И чем дольше она рыдала, тем больше накапливалось злости во мне. Кипела от негодования и подобного отношения. Разрезанные вещи не расстроили однокурсницу. Ведь ее родители быстро прислали замену прежним. А вот волосы уже не вернуть. Регенерация относится только к ранам, к сожалению. Гладила подругу по спине и старалась хоть немного успокоить, но она не прекращала реветь. Это было выше её сил.

Я схватила косу и вышла в коридор. Принюхалась и попыталась учуять тех, чей запах присутствовал на волосах. Остановилась в центре, чтобы мой голос был слышен на всё общежитие и громко зарычала. Угроза волной разнеслась по всему зданию. Во мне крепла уверенность, что имею право заявить о себе.

— Я долго терпела ваши выходки. Ещё хоть раз посмеете сделать нечто подобное, пеняйте на себя. Превращу вашу жизнь в кошмар, из которого вы не выберетесь до самого окончания академии!

В этот рык вложила весь свой гнев. Из-за вибрации стеклянные предметы дребезжали, а стены ходили ходуном. Сама не ожидала, что смогу сделать что-то подобное. Но сердце пылало от несправедливости, пустившей корни в этой академии.

— Отыщу вас по запаху и буду мучить изо дня в день! — во мне полыхало настоящее пламя ярости.

Невольно выпустила когти из пальцев. Волчица жаждала расплаты. Её клыки врезались в губы. Тем временем из комнат стали выходить студентки. Обращённые смотрели на меня с восторженным благоговением, а рождённые — настороженно.

— Никого не пощажу! — шагнула, почуяв одну из виновниц.

Вдруг все расступились. Медленно подошла к рождённой. Тело обдала дрожь. Еле сдержалась, чтоб не обратиться. Студентка была выше меня ростом, но я умудрилась одним взглядом заставить её потупиться и опустить голову. Ужасно хотелось приструнить мерзавку за слёзы Ванессы. На подсознательном уровне знала, что способна задавить девушку морально, не применяя физической силы.

— Передай своим подружкам, чтоб больше к нам не совались. Иначе плюну на правила и побрею всех налысо. А потом выставлю видео на всеобщее обозрение в сеть. Ты поняла? — устрашающе прошептала ей на ухо.

Студентка кивнула и быстро скрылась в своей комнате. Остальные шушукались, но я не прислушивалась. Главное, что этих гадин предупредила.

После всех унижений в голове крутилась одна навязчивая мысль. Мне необходимо осадить альфу в присутствии других. Пусть после этого достанется снова, но ни за что не отступлюсь. Уверенность крепла, гнев так и не утихал, бурлил внутри, словно лава в вулкане. Знала, что знакомство с Роем — его идея. Леонард приказал своему другу подойти к нам и тем самым навлечь гнев всей женской половины академии. Силой меня не взять, так решил воспользоваться столь гнусными методами.

На следующее утро пошла завтракать одна. Бедная Ванесса всё никак не могла придумать, какую причёску сделать. Хотела помочь, но она отказалась, желая остаться наедине со своими переживаниями. Чувствовала, что соседка злится на меня. Неудивительно, ведь я причина всех её бед. Зайдя в столовую, целенаправленно пошла к пустым столам, предназначенным для рождённых. Села у самого окна. Читала книгу, которую прихватила из библиотеки и спокойно ела, привлекая к себе внимание студентов.

— Кристал, прошу тебя, встань, — подлетела соседка и схватила меня за руку.

— Отсюда красивый вид из окна.

— Ты перегибаешь палку. Умоляю, прекрати! — она чуть не плакала.

— Просто хочу показать, что у нас тоже есть права. Если боишься, не лезь. Я пойму.

Она сдалась и просто отошла, не желая вмешиваться в неравный бой. Но я чувствовала на себе ее взгляд. И поддержку. Спустя несколько минут появился Леонард со своей сворой. Они незамедлительно направились ко мне.

Возмущение в их глазах, как бальзам на душу.

— Места для грязнокровок в той части, — прошипела рыжая, словно змея, стремящаяся ужалить побольнее.

— Кто сказал? Вы что, скупили все столы у окон? — мой голос звучал ровно.

— Академия принадлежит моим родителям, — процедил сквозь клыки Леонард.

— Именно. Им, а не тебе, — вскинула голову и ответила на взгляд альфы.

— Здесь чёткое разделение на обращённых и рождённых. Я думала, вы с подружкой усвоили урок. — не унималась Стеф.

— Это прописано в правилах учебного заведения? — приподняла в руках книжку, чтобы видно было название, — как раз читаю их и ничего подобного не нашла.

— Лучше уходи по-хорошему, — видела, как вибрируют мышцы на мускулистых руках блондина. 

Невольно залюбовалась.

— Иначе что? Снова устроите мне тёмную ввосьмером? Ааа, я знаю! Организуете целое театральное представление для поклонниц Роя? — подколола, насмешливо ухмыльнувшись.

— Слушай, а все детдомовские такие наглые? — оперев руки на стол, склонился ниже альфа.

— А вот это низко даже для тебя, Леонард.

Впервые в жизни мне стало обидно. Нет, не больно, ведь я привыкла к подобному отношению. Но почему-то слышать эти слова из его уст было горько и грустно. Казалось, будто оскорбил. Хотя альфа сказал правду. Я ведь действительно из приюта.

Выражение его лица сменила непроницаемая маска. Мы смотрели друг другу в глаза.

— Теперь я хотела бы нормально позавтракать. А в вашем присутствии кусок в горло не лезет, — отвернулась, вновь уставившись в книгу.

Леонард угрожающе зарычал, но ничего не успел сделать. В столовой появилась миссис Флетчер. Ему пришлось смириться и сесть за свой столик. Женщина окинула строгим взглядом всех студентов и остановилась на мне.

— Ты сидишь здесь? — удивилась она.

— А что, это запрещено? — невольно нахмурилась, уже прокручивая будущие ответы в голове.

— Нет! — куратор как-то странно улыбнулась. — приятного аппетита Монтгомери.

— Спасибо, миссис Флетчер, — только и успела поблагодарить.

Занятия прошли как обычно. Правда, без книг было сложно. Видимо, придётся обратиться в комитет адаптации обращённых. Слышала, что там помогают с учебниками тем, у кого нет возможности их приобрести. Пока меня спасает Ванесса, у нас книги на двоих. Хорошо родители ей сразу купили новые. Наверное, приятно иметь поддержку родных. Но учебники сейчас заботили в последнюю очередь. Из головы не выходили слова Леонарда. Он будто резанул по живому. И почему меня это так задело? Осадок остался очень тяжёлый и едкий, вызывающий жжение на сердце. Может всё из-за того, что меня ткнули носом в моё одиночество?

Поднялась в кабинет, который мы должны отремонтировать и переделать под спальню. Обрадовалась, когда Леонарда в очередной раз не оказалось в комнате. Все прошедшие дни являлся изредка и больше дурью маялся. Сначала очистила стены от старых обоев. Шпаклёвка к счастью не осыпалась. Кое-где подмазала и прошкурила. Сегодня уже грунтовка и поклейка. Без блондина будет сложно. Но ничего, справлюсь. Не очень хочется видеть выскочку.

Жара стояла страшная. У них не работают кондиционеры? Пришлось снять рубашку, оставшись в тоненькой белой маечке. Но и это не помогало. Тогда подвязала её узелком у пупка, оголяя живот. Внезапно почувствовала приближение альфы. Собрала всю волю в кулак. Мне было не до споров. Водила валиком, грунтуя поверхность стен. От жары уже кружилась голова. Взяла воду и пригубила спасительную жидкость. Немного намочила ладони и похлопала по шее, плечам и животу. Капельки стекали, приятно охлаждая.

Я расстелила один рулон обоев и смазала клеем. Всё время приходилось вытирать лоб, ведь снова вся взмокла. Повернулась и увидела блондина у открытого окна. Он снял с себя майку и сидел на подоконнике с полностью обнажённым торсом. Моё зрение заработало активнее, увеличивая капельки, стекающие по его крепкой груди и натренированному прессу. Пот капал на пол. Видела брызги крупным планом, они разлетались по деревянному покрытию. Обоняние обострялось из-за пленительного хвойного аромата, исходившего от парня. Чтоб отвлечься, схватила подготовленный лист и полезла на стремянку. Прикрепила верхнюю часть и попыталась приклеить так, чтоб не осталось пузырьков.

Неожиданно горячая ладонь коснулась моей ноги. Опустила взгляд. Блондин стоял рядом и придерживал меня. По коже мгновенно побежали приятные мурашки. Я слишком разнервничалась и, естественно, оступилась. Зажмурила глаза, думая, что упаду, но кто-то мягко подхватил и прижал к себе. Распахнула веки и встретилась взглядом с насыщенной ледяной синевой. Он так пристально смотрел! Я даже не сразу поняла, что вцепилась в мощную шею при падении. Мы так и застыли, не в силах оторваться друг от друга.

— Ай, Леонард, ты чего?! — верещал Рой, пока я чистил кулаками его идеальное личико в туалете под ошарашенные взгляды своей стаи.

— Я сказал тебе подкатить, а не жаться к этой полукровке! — чувствовал, как глаза наливаются кровью, а сосуды вот-вот полопаются от злости.

— Да я же просто... ой! — он отпрыгнул от меня, затем коснулся пальцами окровавленной губы, — с ума сошел?!

— Не верещи! — рыкнул на него, — ты зашел слишком далеко в этом своем флирте.

Да что со мной такое? Стоило увидеть, как эта наглая полукровка опустила свои глаза, кокетливо стреляя взглядом в Роя, сразу потерял над собой контроль. С трудом дозавтракав, затащил друга в туалет и начал мутузить, что есть силы. Она точно что-то сделала со мной. Закрывая глаза, вижу эту мерзкую картину: как он касается ее руки, затем придвигается ближе. Твою же! Мой кулак со всей силы впечатался в идеально белую плитку туалета.

— Друг, — Лесли положил ладонь мне на плечо, — ты чего? Она же просто девчонка. Сам ведь попросил его подкатить.

— А он, — брюнет совсем берега попутал, — ревнует!

В туалете воцарилась мертвая тишина. Ее прерывало лишь мое рваное дыхание. 

— Что ты сказал? — вся мощь альфы разом обрушилась на Роя, — повтори!

Но он сопротивлялся. Видимо, хотел выдать что-то еще.

— Может быть ты влюбился, а? — подмигнул мне заплывающим фиолетовым глазом, — или она та самая? Твоя пара?

В этот раз молчание было еще более зловещим. От слов Роя мои желваки заходили ходуном. Моя истинная? Она? Исключено! Жалкая нищая полукровка не может быть истинной сына верховного альфы. Это невозможно! Я улыбнулся, обнажая рвущиеся наружу клыки. Все вокруг разом склонили головы, включая наглого брюнета, до этого выглядящего вполне уверенным. Я фыркнул, затем прошел мимо, но напоследок...

— Да твою же мать! — заорал Рой, когда мой кулак вновь влетел в его рожу.

— Остынь, иначе станешь изгоем. И пойдешь коротать вечера у двери этих грязнокровок, — в ответ раздалось одобрительное ржание моей стаи.

— Да, альфа, — брюнет злился, но противиться мне уже не мог.

Я вышел, со всей силы хлопнув дверью. Стефани отскочила, испуганно глядя на меня. Она и другие девушки жались к стене, боясь навлечь на себя гнев вожака. Но я слегка выпустил пар, а потому немного подобрел.

— Это правда? — сверкая глазищами воскликнула волчица, — Леонард! Она — твоя пара? Эта грязная...

— Хватит, — я устало потер виски, — не неси ерунды, Стефани. Пошли, у нас еще есть дела.

Всю дорогу подруга молчала. Рыжая явно злилась, но мне было плевать, ведь думал совершенно о другом. Как чистокровный оборотень, знал все об истинной связи. И то, что ощущал сейчас, пугало и злило одновременно. Эта реакция на совершенно обычную девчонку сводила с ума. Бешеная несдерживаемая ревность подливала масла в огонь. Но я выталкивал навязчивую мыслишку из головы. Не может этого быть! Невозможно! Успокоившись, остаток дня провел на занятиях.

Последней была физкультура и конечно же, все девчонки любовались моим совершенным телом. Однако в этот раз я почему-то не был доволен. Машинально искал взглядом зеленые яростные глаза. Тряхнул головой. Да откуда ей здесь взяться? Как назло, стояла сильная жара и в итоге пришлось снять футболку. Носом ощущал множество феромонов, окутывающих меня со всех сторон. Остальные члены стаи также не были обделены вниманием. Когда мы выходили на площадку, сбегалась вся женская часть академии. Даже полукровки выглядывали из окон и вздыхали.

Но мне этого мало! Нужно что-то еще. Зверь внутри недовольно скулил, словно его тяготило вожделение, с которым на нас любовались девушки. Хм. Раньше такого не было. Стефани поднесла полотенце. Она еще глубже расстегнула рубашку, почти выпуская пышную грудь наружу. Многие мои волки слюной исходили на рыжую подругу. Однако она смотрела лишь на меня. 

— Лесли сейчас шею свернет, — усмехнулся, заливая в себя бутылку воды целиком.

Она стекала по плечам и груди, а взгляд Стеф становился все более откровенным. Будь ее воля, она бы бросилась слизывать эту воду с моего торса. И не только с него. Усмехнулся.

— Что смешного? — процедила она, — Леонард, мы ведь всегда были близки.

— И? — закрыл глаза, ощущая приятную прохладу.

— Ты ревнуешь. Я же вижу. Эта полукровка тебя зацепила.

— Как комнатная собачка, не более. Интересно, сколько она еще будет гавкать.

— Но она опасна! 

— Чем?

Девушка закусила губу. Я видел пламя ревности в ее глазах. Это было не впервые. Стефани вела себя точно так же, когда я встречался с Элизабет. Но что поделать, для меня рыжая — лишь друг, которого я не хотел бы потерять.

— Слушай, давай мои душевные дела оставим при мне, окей? Я устал.

— Я ее уничтожу, — прорычала девушка, — все фанатки Роя ополчатся на этих мерзких грязнокровок. Обе пулей вылетят из академии.

— Стефани, — мой голос звучал угрожающе, — пока оставь ее. Я сам разберусь.

— Нет! — выпалила рыжая, — ты уже необъективен Леонард!

Вокруг нас столпились студенты академии. Они переводили испуганные взгляды с меня на рыжую. Почему все мне перечат? Вздохнул и резким сильным движением схватил девчонку за горло. Она что-то булькала, в ужасе тараща накрашенные глаза.

— Я на каком-то непонятном языке говорю?

— Нет. Отпусти! — она царапала ногтями мою руку.

— Если я сказал, что сам займусь полукровкой, значит так и будет. И ни ты, ни одна из твоих стерв-подружек на пушечный выстрел к ней не подойдете. Это ясно?

Все вокруг начали шептаться. Я мысленно призвал оборотней к молчанию. 

— Ладно... — пискнула рыжая, — я поняла.

— Хорошо.

Отпустил ее тонкую шею и выпрямился. С самого начала учебного года со мной все вокруг спорят. Уже устал доказывать силу вожака. Чувствую, будто власть и влияние ускользают. Но куда? Появился еще один альфа? Снова куча вопросов. Ладно, пока я продумаю дальнейший план действий. Пусть моя полукровочка отдохнет. А потом нанесу сокрушающий удар, от которого малышка уже не оправится. Усмехнулся и направился в раздевалку.

Шли дни, Стефани выглядела слишком спокойной. Зная ее характер, я напрягся. Особенно, когда увидел рядом с Элизабет. Они тихо шептались в коридоре, пока стайки учащихся носились туда-сюда. Нужно с этим разобраться. С полукровочкой я старался особо не сталкиваться, но Флетчер, как назло, поручала нам все новые и новые совместные задачи. В итоге просто на них забил. Приходил иногда, стараясь держаться на расстоянии. Но что-то в этой девчонке изменилось. А я никак не мог отвести от нее взгляд.

Погруженный в свои мысли, будто издалека услышал голос преподавателя.

— Уайтберд! Леонард Уайтберд! 

— Да? — лениво взглянул на декана.

Это занятие у нас вел бета моего отца Дэн Редверс. Он был достаточно лоялен к остальным, но ко мне относился с особым рвением. 

— Останься после занятий.

— У меня дела, — откинулся, нагло заглядывая тому в глаза.

— Тогда я поставлю тебе D, — недобро ухмыльнулся декан. 

Фыркнул, но смирился. После звонка приказал своим ждать меня в коридоре. Декан разложил какие-то бланки по стопкам, вынуждая меня стоять над ним. Затем поднял уставший взгляд. Он выглядел изможденным и вымотанным. Перерабатывает?

— Ты где витаешь? — спросил меня.

Я молчал.

— Слышал, ты вновь цепляешься к полукровкам. Не стыдно? Будущий альфа-волк. Твоим кредо должна стать всеобщая справедливость. А ты ведешь себя как избалованный подросток.

— Не неси чепухи Дэниэл, — наедине я мог не соблюдать субординацию, — я презираю этих тварей. Они не оборотни, а жалкий эксперимент.

— Именно поэтому им нужна твоя помощь. Ты прицепился к этой девочке, Монтгомери. Она, между прочим, в приюте росла, без родителей. Представляешь, каково ей?

— Тогда пусть ко мне не лезет! — засверкал желтыми глазами, опираясь руками на стол преподавателя, — я их презираю и уважать никогда не стану. Или ты забыл?!

— Я все помню... — тихо произнес он, — но эта вражда в прошлом.

— Они чуть не убили мою мать! — взревел, отбрасывая стол, словно пушинку, — знаешь сколько ночей я провел, боясь за жизни ее и сестры? Что однажды проснусь, а чертовы полукровки загрызли их в собственных постелях?!

— Думаешь, ты один такой? — Дэн вплотную подошел ко мне и без страха взглянул в глаза, — хватит корчить жертву, альфа. Стань уже вожаком не на словах, а на деле!

Мы стояли друг напротив друга, не в силах сделать шаг вперед или назад. Дэниэл был очень мощным волком и в итоге я сдался. Развернулся и покинул кабинет. Ненавижу! И тут, как подарок судьбы, в столовой сидела полукровочка. Прямо у окна, на моем любимом месте. Почувствовал как напряглась Стеф и в этот раз решил ее не осаждать. После короткой перепалки воочию увидел, как девчонка борзеет на глазах. И нанес удар. Не кулаком, но словами. 

— Слушай, а все детдомовские такие наглые? 

Ее взгляд мгновенно изменился, а я почувствовал себя последним подонком. Ведь явно сильно задел девчонку. Но признать это на глазах у всей стаи? Увольте! Флетчер помешала поставить мерзавку на место и пришлось уступить ей место. Партия вновь оказалась за зеленоглазой полукровкой. Однако зверь внутри был очень недоволен брошенным ей обидным вопросом. И пока все занимались своими делами, я решил пойти и... извиниться. Как назло, жара все нарастала. Снял рубашку, оставшись в майке и вошел в комнату, где вовсю трудилась девчонка. Но язык предательски прилип к небу. Одно простое слово, и то не мог вымолвить. Да чтоб тебя!

По ее коже стекали капельки пота. Незаметно облизал губы, рассматривая взмокший лоб и тонкую ткань маечки облегающую небольшую грудь. А она ничего. Да что ж так жарко-то? Снял майку и делал вид, что гляжу в окно, но тайком посматривал на полукровку. И вдруг поймал на себе ее заинтересованный взгляд. Она чувствует то же самое. Я еще тогда в аудитории это понял. И тут мелочь полезла на стремянку. Стальная лестница предательски скрипела, и я вдруг заволновался. Зверь тянул меня к девчонке, и пришлось поддаться. Коснулся ее тонкой ноги. По телу мгновенно прошел разряд, концентрирующийся в паху.

И вдруг она упала. Вот прям рухнула мне в руки, обхватив шею. Я глядел на ее хрупкое на первый взгляд тело, которое ранее так ловко уделало моих оборотней. Под майкой заметил торчащую грудь. И вдруг внутри меня что-то перевернулось. Глядел на нее как завороженный, а девчонка отвечала с не меньшим любопытством. Впервые увидел в этой несносной полукровке красивую девушку.

— Отпусти, — буркнула она, и я резко разжал руки.

Мелкая рухнула задницей на пол, а мне пришлось отпрыгнуть на добрую пару метров. Потому что ее прижимающееся потное тело оживило кое-что в моих штанах. Причем так конкретно оживило! Пытаясь скрыть позор, отвернулся, опершись руками на подоконник.

— Ну ты и свинья, Леонард, — слышал, как она отряхивалась, — из-за тебя шорты испачкала.

— Ты сама попросила отпустить, — произнес, слегка разворачиваясь и стараясь не смотреть на мокрую майку девушки.

— Но не так же! — выпалила она, — вот вечно ты все портишь! И подружки твои!

— Ты о чем? — не понял я.

— Думаешь, я не знаю, чьих это рук дело? Твоей рыжей фанатки, — полукровка скрестила руки на груди.

Она говорит о Стефани?

— Что она сделала? — еле держал себя в руках.

— А то ты не знаешь, — выплюнула мелочь, а я вновь потерялся в изумрудных глазах.

Она произносила проклятья, но я уже не слушал. Подошел к ней и, резко подхватив, усадил на подоконник. Затем прижался носом к ароматной шее.

— Эй, ты чего? — девчонка выглядела ошарашенной и испуганной.

Она, между прочим, в приюте росла, без родителей. Представляешь, каково ей?

— Прости за мои слова, — прошептал тихо, — которые я сказал в столовой. А теперь расскажи-ка, что моя рыжая подружка тебе сделала.

Омываемая незнакомыми и пугающими, но сильными и мощными эмоциями, я сидела на подоконнике и смотрела на Леонарда, утопая в омуте красивых глаз. Из головы в один миг исчезли все претензии. Он положил руки по обе стороны от меня и наклонился вперёд. Наши лица были в опасной близости. Блондин задал конкретный вопрос, но язык предательски не слушался, будто прирос к нёбу. Не могла ничего выговорить. И как тут соображать, когда между твоих ног устроился привлекательный парень, причём наполовину раздетый? Идеальное стройное тело заграбастало всё моё внимание. Мышцы на натренированном животе сжимались от напряжения, ярко выделяя каждый кубик. И от этого мой интерес только рос.

Я протянула руку и коснулась пресса. Он твердый, как камень! Пальчиками медленно исследовала весь торс. Блондин напрягся, отчего вены на мускулистых руках вздулись. Переместила ладони на них, заворожённо поднимаясь по дорожке, ведущей к шее. А в совокупности с дурманящим запахом совсем потерялась. Капельки пота стекали по загорелой коже, а я мечтала проследовать по их пути. Вдруг он схватил меня за запястье и потянул на себя.

— Ты не ответила на вопрос, — прохрипел альфа.

Молчала, поглощенная им, не в силах сосредоточиться на чём-то другом. Да и зачем? По телу раз за разом прокатывались электрические разряды, притягивающее наши тела друг к другу. 

— Что натворила Стеф? — его горячее дыхание шевелило ниспадающие на лицо волосы.

— Лишила длинной косы мою подругу, — ответила скорее на автопилоте, нагло разглядывая красивое мужское лицо.

— А тебе что сделала? — его губы напротив моих, совсем рядом.

Мы были слишком близко друг к другу, но отдаляться не хватало ни сил, ни желания.

— Ничего!

Он резко дёрнул меня к себе, и мы соприкоснулись носами. Вновь по телу поскакал электрический ток, полностью лишающий рассудка. Да что со мной такое? 

— Не ври, — говорил, практически касаясь устами моих.

— С остальными я уже разобралась, — с губ слетали дерзкие слова, но я против воли тянулась к Леонарду.

Его рука накрыла мою талию, а потом потихоньку переползла на спину. Чувствовала, как грубые пальцы пробираются под майку. Места прикосновений пылали. Всё нутро ныло, желая большего. Волчица внутри вела себя необычно. Она стремилась к этому несносному выскочке, скреблась и просила быть ближе. Нет. Требовала этого! Блондин снял меня с подоконника и плотнее прижал к себе.

— И как же ты разобралась? — любопытствовал, не упуская возможности изучать ладонями мои изгибы.

— У меня свои методы.

Светлые мягкие волосы парня падали на глаза. Убрала их, чтоб не закрывали океанские ледники, невольно вдыхая аромат. Не знаю, чего ждала, не в силах оторваться от своего личного врага. Но наша близость становилась опасной. Потихоньку здравомыслие возвращалось. Пелена начала спадать, и я отчётливо поняла, что чуть не совершила большую ошибку. Однако из стальных крепких объятий альфы так легко не высвободиться, поэтому решила использовать не совсем честный, но надежный приём. Занесла колено и с силой долбанула между ног парня. Блондин согнулся, приседая от боли.

— За что? — еле выговорил он, хватаясь за пах.

— А нечего руки распускать, — вздернула подбородок и откинула черные локоны.

Леонард даже растерялся от столь наглого заявления.

— Ты сама меня всего облапала! — вспыхнул он, все еще пребывая в скрюченном состоянии.

— Я девушка, мне можно.

Боже, что за бред я несу? Схватила кофту со стула и решила свалить подобру-поздорову. Ноги сами уносили прочь.

— Кристал! — взревел блондин. — Я достану тебя!

Уж в этом не сомневалась. В конце концов, заехала между ног самому Леонарду, грозе академии. И теперь он точно будет мстить. Сердце выпрыгивало из груди. Остановилась перевести дух и одеться. Неприлично бегать по коридорам в таком виде. Вылетев на улицу, услышала далекий громовой раскат. Затем побежала в общежитие. Не помню, как влетела в комнату, словно за мной мчалась свора бродячих собак. Не столько боялась гнева блондина, сколько была шокирована и смущена собственным поведением. Для меня подобное в новинку. Всегда была безразлична к противоположному полу.

— Ты чего такая взмыленная? — подруга застала врасплох и, не стесняясь, рассматривала яркий румянец на моих щеках.

Я обхватила их ладонями, пытаясь хотя бы немного успокоить рвущийся изнутри жар. Всегда ведь умела держать себя в руках. Что пошло не так, Кристал? 

— Очень жарко сегодня, — усмехнулась, демонстративно обмахиваясь ладонями.

Ванесса прищурилась, внимательно вглядываясь в лицо.

— Ты ничего от меня не скрываешь? 

— А ты попробуй поклеить обои в такую знойную погоду! — нашла оправдание своему виду.

— Скорее всего, будет гроза, потому так душно. И гремит уже в районе города, — она пожала плечами.

— Пойду-ка обмоюсь. И надо постирать вещи, которые ты одолжила. Кстати, спасибо еще раз.

— Я же сказала, забирай себе. Не люблю шорты, стесняюсь их надевать. А тебе очень идут.

— Почему стесняешься?

Я этого искренне не понимала, ведь у неё нет проблем с фигурой. Наоборот, Ванесса — стройная и спортивная девушка. Небольшая худоба добавляет миниатюрности. 

— Ноги слишком тощие. В юбке смотрятся еще нормально, а вот шорты... — она вздохнула, — мама знает и всё равно прислала.

Эх, комплексы. 

— Потому что у тебя нет проблем с ногами. Не надумывай.

Соседка слишком строга к себе. И мне предстоит решить эту проблему. Такие, как рыжая стерва Стефани разгуливают, без стеснения выпячивая свои выдающиеся формы. А ведь стройняшки вроде нас ничем им не уступают. Главное, правильно подобрать наряд. Перед глазами вспыхнули потемневшие глаза альфы. Стряхнула наваждение. Да что ж такое?

— Прости, что из-за меня тебе отрезали волосы, — наконец извинилась.

Безумно стыдно, что моя выходка вылилась в такие последствия для хорошей девушки.

— Тебе незачем извиняться. К тому же оказалось, что мне каре очень даже идёт, — грустно улыбнулась Ванесса.

— Прости! — повторила снова, более настойчиво.

Подруга пересела ко мне и приобняла за плечи. Ее касания дарили покой. Словно я дома. 

— Не переживай. И мне понравилось, как ты поставила на место этих мерзавок. Твоя способность влиять на полуволков поражает!

— Не знаю, откуда это берётся, — пожала плечами, — идёт изнутри, и появляется уверенность, что именно я имею право так себя вести. 

Приобняла её в ответ и улыбнулась. 

— А теперь мне пора в душ. Эта жара сводит с ума.

— От тебя пахнет Леонардом, — Ванесса демонстративно повела носом.

Я тут же густо покраснела. И вновь вспомнила наш небольшой инцидент в комнате. Так, стоп! Это было всего лишь разовое помутнение.

— Он соизволил прийти и помочь, — буркнула и поскорей умотала в ванную комнату.

Быстренько привела себя в порядок. Прохладная вода отрезвила окончательно. Конечно, в памяти всплывали обрывки страстных сцен, но уже держала себя в руках.

Вот и пришла пятница. День свободного стиля, когда студенты надевают все, что им захочется. А мои вещи испорчены. Снова буду белой вороной, явившись на занятия в форме. Ванесса предложила свою одежду, но не хотелось злоупотреблять её добротой. Уже в коридоре меня провожали смешками и перешёптываниями. Но я, гордо вскинув подбородок, направилась в комитет адаптации обращённых. До первой лекции оставалось еще немного времени.

Быстро нашла зал для заседаний. Миссис Флетчер подсказала, кого искать. Но меня немного насторожила фамилия. Не хватало ещё одного Уайтберда на мою голову. Я прошла в громадное помещение, где уже толпились студенты. Некоторые разделились на кучки и что-то увлечённо обсуждали. И тут появилась она. Девушка с белыми локонами выплыла, словно лебедь. Вся такая изящная и тоненькая. Присмотревшись к лицу, поняла, что они не просто брат и сестра, а близнецы. Столь женственная и нежная. Самая настоящая леди. От неё, в отличие от Леонарда, не веяло опасностью.

Лия Уайтберд заулыбалась и подошла ко мне.

— Здравствуй! — она протянула мне руку.

Кивнула, сглотнув от перенапряжения. Почему так нервничаю? На её фоне выгляжу, наверное, как пугало. Девушка же внимательно смотрела на меня своими большими сапфировыми глазами. Ой! Опомнившись, ответила на рукопожатие.

— Мне сказали, ты меня искала?

— А, да! — опомнилась, — я по поводу учебников.

Как же неловко. Все слова будто стерлись из памяти.

— Поняла. Пойдём со мной, — она взяла меня под руку и повела за собой.

Лия выглядела, будто принцесса из сказки. Однако рядом с этой девушкой я не чувствовала себя изгоем. Наоборот. А благоговейные взгляды, которыми ее сопровождали другие студенты, доказывали, что Лия Уайтберд имеет здесь большое влияние.

— Как тебя зовут?

— Кристал Монтгомери.

Девушка окинула меня лёгким ненавязчивым взглядом, а потом рассмеялась. Да так заразительно, что на моём лице невольно расплылась улыбка. В её голосе не было презрения или высокомерия.

— Мелкая, а шуму наделала. Вся академия уже неделю гудит. Как же ты умудрилась осадить стаю моего несносного братца? Мы обязательно должны это обсудить за обедом!

Я ничего не ответила, а она продолжала улыбаться.

— Кстати, не хочешь вступить в комитет? Нам сейчас не хватает членов, а работы непочатый край. В этом году особенно много обращенных. Мне нужны такие, как ты.

Растерялась, не зная, что и сказать. Лишь молча таращилась на леди Уайтберд.

— Подумай, я не тороплю.

С этими словами Лия взяла из высокого шкафа комплект учебников и передала мне.

— Если понадобится что-нибудь ещё, обращайся. Я обычно после занятий работаю здесь, но в отдельные дни можешь найти меня на заседании академического Совета. Не стесняйся. Было приятно познакомиться, Кристал!

— Спасибо! — поблагодарила, не ожидая такого отношения.

Я совершенно не привыкла к уважению. Везде, где была до этого, меня пытались лишь унизить. Глава комитета разительно отличалась от своего брата. Очень светлая и доброжелательная девушка. Развернулась, собираясь уйти, но она остановила меня, невесомо коснувшись плеча.

— Обязательно подумай о моём предложении. И, пожалуйста, не суди строго моего брата. Ему пришлось нелегко, хоть он и кажется лишь избалованным сынком богачей.

— Хорошо.

— Монтгомери! — нас прервал чей-то настойчивый голос, — кто здесь Кристал Монтгомери?

 У двери стояла старшекурсница. Увидев меня рядом с главой комитета, девчонка фыркнула.

— Ректор просил передать, чтоб ты зашла к нему после занятий.

Ноги мгновенно потяжелели. А Лия нахмурилась. Я взглянула на часы. Мне пора, а то позавтракать не успею. Только вот из-за предстоящей встречи аппетит напрочь пропал.

— До свидания! — выжала из себя улыбку и поплелась к выходу.

На лекциях сидела как на иголках. Трясло от одного осознания, что увижу этого молодого пугающего мужчину. Оставалось надеяться, что позвали не только меня. Страх стремительно нарастал, перекрывая собой другие эмоции. У двери в кабинет ректора долго мялась, не осмеливаясь войти. Впервые у меня не хватало на что-то храбрости. Глубоко вдохнула, наполняя лёгкие до самых краёв, будто это могло помочь справиться с тревогой, и заставила себя постучаться.

— Входите! — резко раздалось за дверью.

Надавила на ручку и прошла внутрь. Ноги не слушались совершенно, а взгляд прилип к идеально начищенному паркету.

— Посмотрите на меня, мисс Монтгомери.

Я собрала всю храбрость в кулак и смело взглянула на мужчину, сидящего за старинным дубовым столом. Одна бровь мистера Вулфа поползла вверх. Он окинул меня тяжёлым пронизывающим взглядом, задержавшись на лице, будто вспоминая что-то известное лишь ему одному. Холодок пробежал по позвоночнику.

— Почему вы в форме?

— В ней удобно, — пролепетала себе под нос.

Резко накатило ощущение, словно снова нырнула в то озеро в лесу. Не могла нормально дышать.

— Не стойте на пороге, подойдите и садитесь.

Вопреки собственному страху, послушно выполнила всё, что он сказал.

— Вас обижают в моей академии? — голос ректора проникал в самую глубину подсознания, действуя как яд, лишающий воли.

Отрицательно покачала головой, спрятав глаза. 

— Не врите, — тихо прорычал он, встав и приблизившись ко мне, — мне известно об издевательствах в стенах университета. Нет смысла скрывать от меня что-либо. Я ведь не враг вам, Кристал.

От моего имени, слетевшего с тонких губ мужчины, меня передернуло. Я заламывала пальцы, совсем не контролируя собственные действия. Ректор остановился за спиной, опустил руки мне на плечи и склонился к уху.

— Кто? — от его дыхания, шевелящего мои волосы, на лбу выступил холодный пот.

— Не знаю.

— Снова лжёте.

Его пальцы коснулись моей шеи. Боялась даже шелохнуться. Он резко развернул меня вместе со стулом.

— Никому не позволю тебя обижать! — Вулф провёл языком по клыкам.

Казалось, что хищник вот-вот проглотит меня прямо живьём. Его глаза злобно засверкали. Вроде красивое лицо, но вместе с тем отталкивающее и жуткое. Но моя волчица, вопреки всем инстинктам, будто забилась в глубины души, тихонько поскуливая. Даже она боится этого мужчину. 

— Я заставлю их возместить ущерб. В противном случае отчислю всех до единого.

Резко подскочила, стараясь отойти подальше от мистера Вулфа.

— Не надо. Я уже разобралась сама, — голос предательски дрожал.

Ректор сделал шаг вперед, прижимая меня к себе. Затем погладил по голове.

— Хорошая девочка!

Его тёмная аура сгущалась надо мной, словно чёрное облако, давя на виски и заставляя нервничать с каждой секундой всё сильнее. Пальцы Вульфа сжали мой подбородок, вынуждая глядеть ему в глаза.

— Чувствую растущую мощь, и мне это безумно нравится. Я не ошибся в тебе. 

Из-за высокого роста ему пришлось нагнуться, чтобы наши лица оказались на одном уровне.

— Твоя отличительная черта — смелость.

Зрачки мутных глаз увеличились так, что полностью перекрыли радужку. Бездонная глубина беспросветной черноты пугала до ужаса. Вдруг ноздри Вульфа стали расширяться. Он прикрыл глаза и глубоко вдохнул.

— Ты особенная, Кристал!

Из-за сильного дискомфорта в груди покалывало. Тревожность росла. Ректор странно воздействовал на меня. Ни одной положительной эмоции внутри. Его взгляд продолжал блуждать по моему лицу и неожиданно замер на губах. А вот это обеспокоило намного больше остального.

Внезапно двери в кабинет с грохотом открылись. На пороге, тяжело дыша, стоял Леонард. Его синева мгновенно сменилась на желтую всепоглощающую ярость. Мистер Вулф неторопливо выпрямился. Блондин переводил взгляд с ректора на меня, а потом обратно.

— Тебя не учили стучать, Уайтберд?

— Кристал, иди ко мне! — рявкнул альфа, совершенно наплевав на этикет и правила академии, — быстро!

Но я с радостью поспешила к нему. Блондин сразу задвинул меня за спину. Вцепилась в напряжённое плечо. На столе ректора зазвонил телефон. Тот спокойно взял трубку. О чём был разговор, меня абсолютно не интересовало. Главное — Леонард рядом. За ним я чувствовала себя как за каменной стеной.

— Ты чего так напугана?

— Я... я не напугана, — стыдно было признаться в том, что наш ректор вызывает у меня внутри животный ужас.

— Ага, как же, — и показал кивком на мои пальцы, сжимающие его руку.

Тут же отпустила.

— Ну так на чём мы остановились? — садясь в кресло, спросил ректор.

А на его лице растянулась мерзкая дикая ухмылка, сравнимая с волчьим оскалом.