Волны жизни

- Саська, отдай мою куклу, плидулок, сяс полуцись у меня! – доносится из соседней комнаты звонкий голосок.

- Не отдам, не отдам! – дразнит её пятилетний Сашка.

- Анастасия! Что за слова такие! Это тебя в садике опять научили?! Я поговорю с воспитательницей в следующий раз! – учительским тоном врывается тётя двух мелких вредин, пытаясь их разнять и заодно выявить «источник сквернословия»,  пагубно влияющий на воспитание подрастающего поколения.

- Неть, тётя Иля, это Саська так говолит на Мису, - наивно лопочет девочка.

- Сашка! Ну я тебе… - Ирина пускается догонять неугомонного шилопопа, а тот с визгом несётся от неё по всей квартире, попутно сваливая на пол «плохо стоЯщие» предметы.

Татьяна, беременная третьим малышом, при этом лишь блаженно улыбается и продолжает спокойно прихлёбывать из чашки ароматный травяной чай. Если бы я не сама его заваривала, то решила бы, что там точно успокоительный сбор, но нет – обычная ромашка и сушёная ежевика…

- Как думаешь, если я в театр не надену каблуки, будет очень стрёмно? – выдаёт меланхолично старшая сестрица, откусывая очередной кусок шарлотки – моего фирменного блюда.

- Тань, ты серьёзно? У тебя такой живот, что впору на него отдельный билет покупать, а ты ещё и сомневаешься?! Да я с Настюшкой вообще везде в кроссовках ходила с первого дня, как узнала о беременности! Да и вообще – тебе рожать меньше, чем через месяц, а ты в театр собралась?

- Да что там театр! – вклинивается в наш диалог запыхавшаяся Иринка. – Она на следующей неделе намылилась в горы!

- Куда??? – умом я понимала, что мне это не послышалось, а вот разум отказывался верить ушам. – Тань, ты с ума сошла?!

- У неё гормоны, - авторитетно заявляет наш семейный педагог-психолог Ирина Андреевна, - от них крыша и едет у нашей беременяши…

- Какие же вы зануды, - отмахивается Танечка и кидает в рот сливочный батончик. – Ой! – вдруг вскрикивает она.

- Что такое? – интересуется Иринка,-  невкусная опять попалась?

- Девочки, я, кажется, рожаю…

***

- Как же так? – непонимающе охает Иринка. – Ей ведь до родов еще восемнадцать дней!

Мы с мамой переглядываемся и улыбаемся. Ира у нас «большой эксперт» во всём, что касается теории, но как только дело доходит до практики, тут наш педагог неизменно садится в лужу.

- Дорогая, малыш не придерживается этого графика, скорее всего, он просто о нём не знает, - ласково говорит мама и, подарив сестре нежную улыбку, вновь возвращается к двери в родильное отделение, за которой в эти минуты происходит появление на свет её… вроде бы десятого внука.

Проходит около часа после того, как Татьяна вошла в эти двери с сильнейшими схватками, и мы с минуты на минуту ожидаем вестей о состоянии роженицы.

Пока наши с Таней дети дома у моих родителей, и за ними присматривают Никита с Аринкой, мы втроём вытаптываем дорожки в больничном дворе. Вдруг раздаётся звонок на мамин телефон и мы, ожидая, что Коля, без пяти минут многодетный отец семейства, выйдет на связь, очень удивляемся, что на экране высвечивается подпись «Танечка». Прежде чем принять вызов, мы тревожно переглядываемся, и мама нажимает на зеленый кружочек.

- Танечка, как ты?

- Поздравляю вас, мам! Вы стали бабушкой в очередной раз!

Голос Танюшки уставший, но не утративший энтузиазма. Мы дружно выдыхаем, услышав, что у сестры и племянника всё в порядке. Наскоро сообщив нам рост и вес, Таня вдруг выдаёт:

- Иринка, Олька, вы должны меня выручить!

Мы участливо киваем, уставившись в экран, на котором лохматая Таня, с горящими глазами увлеченно тараторит:

- Вы должны поехать в горы вместо нас с Колей! Билеты куплены, а поездка уже через три дня! Пожалуйста, не отказывайтесь! Коля должен был ехать от своей компании, у них важный контракт с московским холдингом, там будут какие-то большие шишки.

- Ты предлагаешь нам с Иринкой развлекать больших шишек? – фраза получилась двусмысленной, но на первый взгляд её предложение так и выглядит.

- Нет, вы чего!? Просто там будет корпоративный квест, для которого заранее было оговорено количество участников. Если никто из нас не поедет, Коля получит от начальства втык, и тогда уже точно вряд ли нас куда-нибудь отправят за счёт фирмы.

Таня с Колей – любители путешествовать, а Колина работа как нельзя лучше этому способствует, тем более что ему всегда разрешали брать с собой жену в командировки, чем они благополучно и пользовались.

- Разве некого больше попросить? Неужели в большой фирме нет желающих прокатиться в горы на халяву?

- Да, конечно, такие будут! – хмыкает Таня. – Да только зачем нам это? Сейчас кто-то вместо нас поедет, а в следующий раз нам никто не предложит, скажут, что и другие прекрасно справляются.

- Какие сложные схемы… - недовольно вздыхает Иринка. – А как я школу брошу, ты не подумала? Уже вовсю идёт подготовка к новогодним утренникам!

- Ой, только второе декабря, успеете еще подготовиться, тем более, там всего-то три дня! – отмахивается Таня.

- А на кого я Настю оставлю? – говорю я тоже не горя желанием ехать непонятно куда и непонятно зачем.

- А на кого я всегда оставляю? – саркастично спрашивает Таня.

- На меня! – восклицаю в ответ.

- Ну, прям! – не соглашается сестра. – Это только последние два года, а так мама и малые присмотрят, правда мам? – милая улыбочка и блым-блым глазками - излюбленный приём моей сестры. Хотя на маму такое не действует.

- Правда, дочь, - неожиданно она становится на сторону Татьяны. – Я согласна с тем, что девчонкам пора куда-то выбраться и отдохнуть. Оля почти четыре года сидит дома затворницей, а Иринка совсем забыла, что пора бы уже и внуков родителям подарить, и жениха в дом привести.

- Может, наоборот? – язвит Ира. – Сначала жениха, а потом – внуков?

- Так, конечно, лучше, - снисходительно соглашается мама. – Всё, Танюша, не волнуйся, сестры выручат тебя. Ждём вас с Петрушей дома!

Мама редко настаивает на чём-то, пользуясь своим родительским авторитетом, но это как раз такой случай. На нас смотрит пара решительных глаз, и мы понимаем, что спорить с ней сейчас точно не стОит.

- А вот и Коля! – она отвечает на вызов, а нам с Иринкой остаётся только обреченно переглянуться и синхронно вздохнуть.

***

- Мамотька, а ты на Новый год будес дома? – спрашивает Настенька, когда я укладываю чемодан, накануне поездки.

- Малыш, я вернусь даже раньше – всего три денька и я снова с тобой, - утешаю и её и себя.

- А тли денька – это сколько лаз поспать?

- Три раза, мой котёнок, ты три раза глазками моргнёшь и мама вернётся, - глажу её кудрявую макушку и целую, вдыхая запах счастья.

- А тётя Иля с тобой поедет, да? Мне бабуска говолила…

- Да, мы вместе с ней поедем и будем звонить каждый день, чтобы вы тут не скучали без нас.

- А Саска-какасшка тозе у бабуски будет? – ворчливо спрашивает моя врединка.

- Анастасия! Ну, ты снова за своё? Нельзя так называть брата, - пытаюсь говорить строго, хотя мне хочется рассмеяться от её взрослого тона и неожиданных эпитетов в адрес её визави.

- Он мне не блат! – топает ногой принцесса. – Он меня обизает всегда. Если он будет зыть со мной, я буду его игнолиловать,

Настя деловито складывает руки и задирает нос к потолку, а я отчётливо в очередной раз вижу в ней её отца, того, кто не знает о её существовании, но кто навсегда остался в моём сердце и ежедневно напоминает о себе в чертах моей маленькой Настеньки.

Дорогие читатели! Если Вы еще не читали книгу «Волны памяти», в которой рассказывается начало истории наших героев, и планируете это сделать, то главу вам лучше не читать из-за присутствующих в ней спойлеров. Если вы не планируете читать бесплатную книгу, то читайте дальше – я постараюсь в общих чертах раскрыть сюжет первой части, чтобы не было некоторых недопониманий.

Игорь

- Игорь Эдуардович, Макеев звонил, будет через полчаса, я приготовила отчёт, Григорьев сделал презентацию, переговорная готова, Вы можете пройти туда, - моя секретарь Валентина Петровна отрапортовав план на вторую половину дня, наконец, замечает мою реакцию на её слова и осекается, - или… я могу сделать Вам кофе… - неправильно истолковав выражение лица шефа, почти шепчет она.

Да, на моём лице сейчас написано негодование и презрение, но это вовсе не от того, что Петровна мне только что сказала. Мне просто тошно. Тошно от всего вот этого! Каждый день будто день сурка: встречи, договоры, отчёты сотрудников, проверки, поставщики, санкции… Как же хочется послать всё это … подальше от себя!

Три года я пашу с восьми до пяти в офисе, потому что мой папенька и мать моего ребёнка решили, что у них великая любовь и умотали на ПМЖ в грёбанный Таиланд. Двойное предательство? Наверное, так можно это назвать, ведь мой отец спал с этой падшей женщиной, когда она еще официально и фактически была моей женой. Но вот второе предательство гораздо больнее, так как пострадавшим стал мой сын Матвей. Его, трёхмесячного малыша, нерадивая мамаша оставила няне и за все три с половиной года ни разу больше не видела.

- Не надо кофе, - устало говорю, потирая виски, - принесите лучше аспирин и цветной картон.

- Игорь Эдуардович, у Вас всё в порядке, - осторожно спрашивает Валентина Петровна.

- Голова раскалывается, а в остальном, спасибо, всё по-прежнему, - говорю, пытаясь сосредоточиться на бумагах, которые она только что положила передо мной.

- А… цветной картон? – нерешительно всё же уточняет, и я теперь понимаю, почему она спросила, всё ли у меня в порядке. Неужели и правда подумала, что у меня ку-ку началось?

- Матвею в садик нужно поделку сделать к Новому году. Будем аппликацию клеить, - говорю совсем без энтузиазма, потому что с превеликим удовольствием делегировал бы это занятие няне, но не выйдет.

Мотька стал плохо спать ночами: просыпается и плачет. Психолог рекомендовала больше времени проводить нам вдвоём, желательно что-то мастерить. А так как я еще тот «мастер на все руки», то решил для начала выбрать что попроще.

Женщина умилительно улыбается и покидает кабинет. Наверняка думает, какой я замечательный отец. Но знала бы она, как сильно ошибается…

С тех пор, как Лена вернулась, мне было противно всё, что было связано с ней. Даже случайно прикоснувшись к этой змее, хотелось вымыть руки. Когда она родила, мы, конечно, сразу сделали тест ДНК, который показал, что я на 99,9 % отец Матвея. Казалось бы, я должен был успокоиться и принять малыша. Внешне я делал вид, что так и есть, убеждал себя, что «всё ок». Но всё было совсем не ок… Я брал на руки сына, но в эти моменты вместо нежности и любви, чувствовал презрение и ненависть к его матери. Я её не простил. Если бы она нагадила только мне, можно было бы махнуть рукой и ради Мотьки всё забыть, но от её действий могла пострадать моя любимая женщина. Лена хотела убить собственную сестру! Можно ли это простить?..

Три с половиной года я - отец, но почувствовать себя им в полной мере не могу. Играть с Мотей для меня настоящее наказание, поэтому делаю это крайне редко. Спасибо моей маме, которая согласилась переехать в Москву и полностью взяла на себя заботу о внуке. В помощь ей я нанял няню – Марию Николаевну – до пенсии женщина работала психологом в детском саду, и именно она настояла, чтобы я начал проводить время с сыном.

Мои размышления прерывает звонок на мобильный. Никитос.

- Здорово, дружище! – слышится его всегда позитивный голос. – Как жизнь.. кх-кх, немолодая, - подкалывает меня приятель.

- Сколько лет, сколько Зин, сколько вёсел, сколько сосен, - произношу «наше» приветствие. – Чем заслужил внимание руководителя всея молодёжи? – издеваюсь, упоминая его вечную занятость на должности, которую он занимает вот уже несколько лет. – Я вроде лет дцать как не отношусь к твоему контингенту.

- Ты плохо осведомлён, друг мой, - иронично тянет Ник, - по российскому законодательству возраст «молодёжи» - до тридцати пяти лет.

- И ты позвонил, чтобы напомнить мне, что старость замаячила на горизонте?

- Ну, почти, - смеётся друг. – У меня к тебе крутое предложение, от которого ты сто процентов сразу откажешься.

- Не заинтриговал, - хмыкаю я. Идеи Ника мне всегда нравились, когда мы учились в институте. Спортсмен и активист, он, даже не смотря на то, что младше на два года, был душой компании на всех курсах, от первых до выпускных. Но последние годы все его предложения мной отвергались, видимо, поэтому он и сделал такую подводку.

- В горы не поедешь? – скорее не спрашивает, а утверждает Ник. – Я, в принципе, так и думал, но обещал твоей маме не оставлять попыток вытащить тебя из дома. В общем, я попытался…

- Поеду, - прерываю его словесный поток.

- Подожди, подожди, мне послышалось, что ты сказал «поеду», повтори своё  «не» почётче.

- Будешь настаивать, я скажу маме, что ты меня отговорил ехать.

- Так, стопэ! – почти кричит в трубку восторженный голос. – Так ты серьёзно?! Я даже не знаю, радоваться мне или бежать искать лопату…

- Её зачем?

- Надо же будет снег разгребать, который точно сегодня пойдёт после твоего заявления.

Мы, как обычно, подкалываем друг друга, и я бы с удовольствием проговорил с Никитосом подольше, но в дверях появляется Валентина Петровна, что означает только одно – меня уже ждут в конференц-зале.

- Дружище, давай все подробности мне расскажешь вечером? Труба зовёт…

- В нашем барчике? – хитро уточняет Ник.

- В восемь, - подтверждаю я и отбиваю вызов.

В переговорную я иду уже с совсем иным настроением. То ли аспирин подействовал, то ли предвкушение встречи с другом, то ли найденная причина, чтобы не делать аппликацию…

Оля

В купе у нас с сестрой верхние полки. Мы сели в поезд в восемь вечера и были страшно голодные, так как добирались до Волгограда два часа из Ивановки, и планировали поесть в вагоне, но не тут-то было. Внизу оба места были заняты. На одном храпел какой-то мужик, а мадам, расположившаяся на соседнем месте, к моменту нашей посадки тоже разобрала постель и демонстративно легла спать. Нам пришлось толкаться в тесном пространстве, запихивая чемоданы на антресоль, пытаться впихнуть туда же свои пуховики и, не переодеваясь, прям в джинсах и свитерах взбираться на свои места. Ни о какой еде уже не могло быть и речи.

Романтика поездов… Что это? Стандартное: стук колёс, мелькание за окном городов и весей нашей необъятной Родины, чай в подстаканнике и дребезжание ложки, не вынутой вовремя? Нет… Врут всё люди. Нет никаких романтических чувств, когда под тобой всю ночь работает трактор, изредка ещё дергаясь и вскрикивая во сне.

Мы уже собирались назвать эту поездку провалившейся и на обратном поезде вернуться домой, как внезапно после бессонной ночи, наступило прекрасное утро: мужик спросонья запихнул свои вещи в сумку и скрылся на перроне, а девушка, едва умывшись, куда-то ускакала. Как стало понятно уже после, её подруги едут в соседнем купе, а ей просто не хватило там места, поэтому она приходила сюда только переночевать.

Мы с Иринкой спустились вниз и расположились у окна. Стук колёс: тудух-тудух, тудух-тудух, тудух-тудух… За окном мелькают города, деревни, села, леса, поля… Какая же прекрасная и необъятная наша Родина! Нам принесли ужасно горячий чай в гранёных стаканах и металлических подстаканниках, какие стояли у нашей бабушки в серванте. Кидаешь в этот чай кусочек рафинада и смотришь, как он медленно раскалывается на крупинки и тут же растворяется. А если вовремя не вынуть ложку, то она будет сопровождать поездку мерным перезвоном. Эта музыка поезда…

- Оль, - вдруг обращается ко мне сестра, когда мы, задумавшись каждая о своём, сидим в такой приятной, успокаивающей тишине, - я всё хотела у тебя спросить… Не знаю, может, и не стоит…

- Говори, Ириш, у меня нет запретных тем, - улыбаюсь, видя нерешительность, всегда бойкой сестрицы.

- Я про Игоря хотела спросить…

Она замолкает, ожидая моей реакции. Мне странно, что эта тема её как-то смущает, поэтому помогаю ей:

- Да, спрашивай, секретов у меня нет.

- Знаешь, когда стало известно о твоей беременности, мама нам строго-настрого запретила тебя расспрашивать на эту тему. Велела любить еще больше и помогать, чем только сможем. Но для меня так и осталось непонятным, как так вышло, что он не женился на тебе? Он же вроде … ну не знаю… показалось, что был влюблён…

- Мне тоже так показалось, - усмехаюсь я, но сразу возвращаю серьёзный тон, чтобы у сестры не было ощущения, что я буду шутить на эту тему. – У Игоря есть законная жена, Елена – моя сестра близнец.  

- Мы были очень удивлены, узнав, что ты сестра нам не по крови, - комментирует Ира, - когда родители нам рассказали, то отец нас поправил и попросил не говорить, что ты «неродная», можно употреблять только «некровная», представляешь!

От этих слов защипало в глазах, а сестра, заметив это, пересела ко мне и обняла. Какое же счастье, что я сразу после своего рождения попала в эту семью. Мой папа священник, а мама родила моего брата в тот же день, когда я появилась на свет. Женщина, которая дала жизнь мне и моей сестре Елене, хотела отказаться от нас, так как не планировала становиться матерью в восемнадцать лет, но узнав, что ей в таком случае придётся платить детям алименты до совершеннолетия, задумалась. Моя мама предложила ей забрать одного малыша, чтобы ей было полегче, так как та сама была сиротой и жила с бабушкой. Так я вошла в большую священническую семью, став единственной приёмной из восьми детей моих родителей. За двадцать восемь лет, я ни разу не почувствовала себя неродной, и могла бы не узнать об этом, если бы меня не нашла Лена.

- Оль, расскажи, как вы познакомились с Игорем, - просит немного погодя, Иринка.

- Началось всё с того, что Лена хотела уйти от Игоря, украв у него три миллиона…

- Фу, какая мелочная, - снова вставляет свои пять копеек сестра. – На эти деньги и дома нормального не купишь!

- Долларов, - поясняю я, хотя Ира первая, кто не понял, что речь не о рублях.

- Ого! – тут же вырывается у неё вскрик. – И как же она собиралась скрыться с такими деньжищами? Неужели надеялась, что её не найдут?

- Для этого ей и нужна была я, - печально вздыхаю, вспоминая события четырёхгодичной давности. – Она хотела инсценировать свою смерть.

- В смысле? – ошарашенно смотрит на меня Ира.

- Да. Угадай, какая роль отводилась мне в её сценарии? Меня толкнули в воду  с яхты, и должны были добить внизу из лодки (подробности описаны в книге «Волны памяти» - прим. автора), но что-то пошло не так… Сначала Игорь пришёл раньше, чем его там ждали, а я упала и ударилась головой о борт лодки. Потом выяснилось, что я потеряла память, и Лена, боясь, что она ко мне вернётся, пыталась сначала подставить, а после и убить.

- А Игорь знал об этом? – шокированно спрашивает сестра.

- Конечно. Он-то меня и спасал. С ним мы прошли все эти испытания…

- И в конце он сдался, получается… - задумчиво резюмирует Ирина. – Неужели можно после такого принять человека и всё ему простить? – размышляет глядя в окно.

- Не знаю… - притворно равнодушно отвечаю. – Лена вернулась беременной от Игоря, вернула ему деньги… Наверное, ему большего и не нужно было…

- Это он сам тебе сказал?

- Что? – непонимающе переспрашиваю.

- Что ты с Наськой ему не нужны? – поясняет Иринка.

- Нет, мы больше не виделись с тех пор, как ко мне вернулась память. О Насте её отец даже не знает.

- Почему ты ему не сообщила? – с укором накидывается сестра.

- А зачем? Чтобы он разрывался между двух женщин? Он сделал свой выбор. Если бы хотел, то приехал – адрес у него есть.

- Ты до сих пор ждёшь его? – скептически задаёт вопрос Ира.

- С чего ты взяла?

- У Насти его отчество, да и она всем рассказывает, что её папу зовут Игорь, и он скоро приедет к ней.

Меня прошибает дрожь – я не говорила, что папа к ней приедет. Да, она знает, что его зовут Игорь, но никогда я не давала ребёнку ложных надежд.

- Когда это она такое выдала?

- Вчера я слышала их разговор с Сашкой, перед нашим отъездом. Говорит: мама едет к папе, чтобы показать ему дорогу домой…

Игорь

Барчик, который мы с Никитосом называем «своим», находится в квартале от университета, где мы грызли гранит науки и мрамор самостоятельной жизни. Здесь мало что изменилось, не смотря на то, что со времен наших беззаботных студенческих посиделок тут прошло уже больше десяти лет. Конечно, он с тех пор пережил не один ремонт, или как сейчас говорят, ребрендинг, но атмосфера тут всё та же - кирпичная кладка вместо штукатурки, много металла, тёплого света и всё тот же «КиШ», со своими страшными сказками для взрослых мальчиков, да неповторимый Цой, жаждущий перемен.

Ник уже ждёт меня за стойкой бара и, увидев, салютует мне двумя кружками пенного. Как в старые добрые времена, когда мы могли просидеть тут полночи и эти пол-литровые бокалы никто не считал…

- ЗдорОво, дружище, - радостно обнимает меня когда-то эффектный блондин, а ныне – взрослый мужик с брутальной щетиной и коротким ёжиком на голове. Неужели я тоже выгляжу как дядя? Вот так, наверное, и приходит старость – идёшь на встречу с двадцатилетним смазливым парнем, а встречаешь кого-то незнакомого, лысеющего и с морщинами в уголках глаз.

Первое время мы радуемся встрече, вспоминаем и запиваем ностальгию нефильтрованным. Потом решаем, что самое время перейти к более крепким напиткам и разговор переходит на более личные темы.

- Блин, да ты, оказывается, уже три года, как счастливый папаша! Поздравляю! – хлопает меня по плечу Ник. – Элен тоже передай мои поздравления.

- Хорошо, - ухмыляюсь я, - поздравлю при первой встрече. Три года я счастлив не видеть её, надеюсь, что это счастье продлится подольше.

- Не понял… Тебе не Лена, что ли, ребёнка родила? – отставляет бокал Ник.

- Лена, к сожалению… - зло выплёвываю я. – А через три месяца после родов умотала в Таиланд вместе с моим папаней.

Ник, хоть и воспитанный, и интеллигентный мужчина, но всё же употребил в этот момент несколько крепких непечатных словечек.

- И как же ты справляешься!? Или ты нашёл сыну мачеху?

- Справляюсь не я. Мама переехала ко мне сразу после ухода Элен, да и няня у Матвея хорошая. А мачеху не нашёл. И не искал

- Так-так… - заинтересованно смотрит на меня Ник, - и кто она?

- Кто?

- Та, из-за которой ты «никого не искал».

Хитрый и проницательный Ник сразу раскусил меня. Его цепкий взгляд настойчиво утверждает, что мне не уйти от ответа.

- Эта сестра-близнец Элен… - спустя некоторое время всё же признаюсь. – Там долгая история, может, как-нибудь расскажу…

- Вообще-то, я никуда не спешу, но если сейчас не хочешь, то хоть ответь, почему вы не вместе, если всё так серьёзно с твоей стороны?

- Понимаешь, когда мы познакомились, Оля потеряла память, и все были уверены, что она – Лена, а я – её муж. Потом же, когда память вернулась, то оказалось, что у неё есть жених.

- Ну, подожди, - не даёт мне поставить точку в рассказе, - ну и что, что жених?! Если у вас появились чувства… Или? – Ник в своих рассуждениях сам дошёл до правильного ответа.

- Именно, - подтверждаю его догадку, - моё чувство оказалось невзаимным.

Мы некоторое время молчим, потому что Ник не знает, как комментировать услышанное, а я в очередной раз переживаю его смысл.

- А ты-то сам, когда уже остепенишься? Всё по утренникам с малолетками тусуешься? – решаю поскорее сменить тему и перевожу стрелки.

- Да всяко бывает, - уклончиво отвечает Никитос.

- Неужели ни одно юное дарование не смогло найти отмычку от заржавевшего замка? – настаиваю я.

- Одна смогла… Совсем не юное, но то ещё дарование!

- Да ладно!? – удивленно восклицаю. – И кто же она: опытная ключница или всё же прекрасная фея? Тут ведь без магии явно не обошлось…

- Заноза в заднице – вот, кто она! Ведьма, а не фея! - с чувством говорит Никитос и опрокидывает в себя залпом два шота подряд. – Вот завтра как раз сможешь лично убедиться в моих словах.

- Завтра? – недоумённо переспрашиваю, перебирая в голове наш предыдущий разговор и пытаясь вспомнить, о чём уже успели договориться, но ничего на ум не приходит.

- Да, завтра. У нас же в два самолёт. Кстати, хорошо, что напомнил, - я напомнил? – Твой билет, - и достав из внутреннего кармана пиджака, протягивает мне настоящий билет на самолёт Москва-Ставрополь.

- Ты гонишь? Какое завтра?! Мы так не договаривались! – я сую бумажку ему обратно, но Ник даже не думает хотя бы руку протянуть, берёт бокал с пивом и меланхолично произносит.

- Так и знал, что ты сольёшься в последний момент.

- В смысле – «в последний момент»? Ты, засранец, мне только несколько часов назад вообще сказал о поездке! А теперь оказывается, что я сливаюсь? Да пошёл ты!

Я бросаю билет на барную стойку и собираюсь уйти, как Ник говорит:

- Прости, тёть Наташ, не вышло ничего…

- Причем тут моя мать? – не то, чтоб меня это действительно волновало, просто решаю уточнить.

- Она мне вчера позвонила. Плакала. Сказала, что тебе так хреново, что она боится, что ты совсем свихнёшься…

- Что за бред! – возмущенно восклицаю. – Мама не могла так сказать!

- Ну, я не словарь афоризмов, чтобы слово в слово цитировать. Я тебе суть передал. А еще она сказала, что у тебя с сыном проблемы…

- И какие же у меня проблемы? – говорю, стараясь скрыть волнение.

- Тебе виднее, но, по словам тёть Наташи, Матвею не хватает твоего отцовского внимания.

- И поэтому она попросила отправить меня подальше? – зло усмехаюсь абсурдности сказанного Ником. – В чью же гениальную голову пришла мысль, что это поспособствует нашему с ним сближению?

- Вроде бы её зовут Валентина Петровна, но я могу ошибаться, - неожиданно для меня выдаёт Ник имя няни Матвея.

- Ну, конечно! Мне стоило догадаться, что без нашего вездесущего домашнего психолога тут не обошлось! Даже интересно стало, как она аргументировала всё это?

- Очень даже логично. Сам посуди: ты четыре года в постоянном стрессе, - я пытаюсь возразить, но тут же получаю контраргумент, - Ну-ка, вспомни, когда последний раз был на отдыхе?

Перебираю в голове поездки, не связанные с работой, и понимаю, что все они были еще во времена нашей жизни с Леной. Последней был Таиланд, когда я встретил Олю.

- Твоё молчание очень красноречиво, - продолжает Ник, когда я так ничего и не отвечаю. – Тебе давно пора отдохнуть и перезарядиться, разгрузить голову и сменить обстановку.

- И как это поможет наладить отношения с сыном? – всё еще не понимаю до конца, куда он клонит.

- Валентина Петровна считает, что ты не в ресурсе, из-за этого все проблемы. А еще она сказала, что тебе нужна женщина…

- Ахринеть! – обрываю его. – Петровна, может, еще и в постель ко мне залезет? - фраза прозвучала двусмысленно, чем не преминул воспользоваться Ник.

- Я вообще-то её не знаю, но твоя мама сказала, что женщина вроде с сорокалетним педогогическим стажем… Сомневаюсь, что она метит на твою постель.

- Так всё, - собираюсь я закончить этот бессмысленный диалог. – Мне пора. Благодарю за непрошенную заботу, - язвительно рычу на прощание Нику и ухожу.

***

Квартира встречает меня тишиной. Неудивительно – уже почти одиннадцать, и Матвей с мамой давно спят.

Я снимаю пальто в прихожей и прохожу вглубь квартиры. Внезапно, проходя мимо детской, мне захотелось зайти туда. Хоть я и убеждал себя всю дорогу в такси, что Никита нёс чушь, и на самом деле проблемы никакой нет, всё же в глубине души точил червячок сомнения, что всё должно быть как-то по-другому.

Мотька спал в своей кровати, обняв большого лохматого медведя. В комнате горел ночник, и я, присев на корточки, стал рассматривать личико своего сына. Он – моя копия, на детских фото нас почти не отличить. Так почему же я не могу просто наслаждаться тем, что я отец этого пусть немного гиперактивного, но всё равно чудесного малыша?

Люблю ли я Матвея?

Несомненно, я хочу для него самого лучшего, никому не позволю его обидеть и, конечно, я переживаю из-за того, что у нас странные отношения. Вот, например, я уже пять минут смотрю на своего ребенка и даже не дотронулся до него. Поднимаю руку, чтобы исправить это, но в сантиметре от чернявой головки, моя ладонь замирает в нерешительности. Пальцы сами собой поджимаются, будто сопротивляясь прикасаться к мальчику. Мысленно выругиваюсь и поднимаюсь на ноги.

Рядом с кроватью Матвея, перпендикулярно, стоит кровать моей мамы. Она всегда спит в его комнате, вздрагивает от каждого его движения: может не услышать салют за окном во сне, но как Матюша кашлянул и сколько раз, знает безошибочно. Вот и сейчас: моё появление её не потревожило, лицо самого родного человека мирно и безмятежно. Задерживаюсь на нём. Как же, оказывается, постарела моя мама… Я этого вовсе не замечал. Сколько морщин и седых волос…

На подушке рядом с головой лежит мамина рука. Помню, как в детстве она любила гладить меня и ерошить мои непослушные волосы. То же самое она делает сейчас с внуком. Эта рука изменилась, но от неё даже на расстоянии исходит тепло и нежность. Мне вдруг нестерпимо захотелось, чтобы мама погладила сейчас по голове, захотелось увидеть её добрую улыбку, почувствовать заботу и материнскую ласку. Понимаю, что я уже вырос, что сейчас это будет выглядеть глупо…

Не в силах сопротивляться своему желанию, накрываю её ладонь своей. Мама… Мамочка. Я так не называл её лет с восьми, когда стал считать себя взрослым и думал, что сюсюкаться – стыдно. Эх, вернуться бы сейчас в своё беззаботное детство, лечь к маме под бочок и, слушая её дыхание над ухом, сладко спать…

Выхожу из комнаты и тихонько прикрываю за собой дверь. Иду на кухню и сажусь за барный столик. Завтра новый день. Снова встреча с Макеевым, потом совет директоров, подготовка к проверке трудовой инспекции на следующей неделе… Разве я могу пропустить это всё? Это же неотложные и срочные дела. Если бы поездка была… через неделю, например. Нет, лучше через две, через неделю приезжают питерцы, а еще нужно подготовить всё для подписания контракта… А потом еще другие дела, и новые, и новые… Выходит, что у меня теоретически нет времени совсем куда-то выбраться?

А что будет, если я завтра заболею? А если умру? Жизнь остановится без меня? Фирма развалится, сотрудники разбегутся…

Я решительно встаю со стула и иду за телефоном. Позвоню Нику, пока он не уснул. Обыскиваю своё пальто и нащупываю телефон в кармане. Лезу за ним и понимаю, что там еще что-то есть. Достаю и кладу перед собой. Билет на самолёт Москва-Ставрополь.

Оля

От Невинномыска до нужного нам места полтора часа езды. Нас с Иришкой организаторы встретили на внедорожнике. Мы едем на заднем сиденье, и смотрим в окно на заснеженные горы, покрытые инеем ели, которые, как свечки на церковном подсвечнике, окружают возносящиеся ввысь вершины.

Машину ведёт мужчина кавказской внешности, который при встрече отвесил нам по килограмму отборных, свежайших комплиментов, и в дороге периодически пытался с нами заговаривать и шутить.

- Оль, ты что делаешь?! – выпучивая на меня свои и без того огромные глазищи шепчет Иринка.

Я же в это время не пыталась препарировать лягушку, не разводила в машине костёр и даже не вызывала духов. Просто достала из сумки кольцо и надела на безымянный палец правой руки.

- Что не так? – спокойно интересуюсь. - Я всегда так делаю, когда не настроена на общение с представителями противоположного пола.

- То есть ты носишь его всегда? – продолжает отчитывать меня сестра. – И вообще, где ты взяла обручальное кольцо?!

- Тише, - цыкаю ей, чтобы водитель не услышал. – Купила, конечно, - отвечаю, недовольная её глупым вопросом. – Неужели ты думаешь, что я могла его украсть?!

- Да при чём здесь это! – отмахивается она. – Зачем ты купила себе обручальное кольцо? Его же всегда жених покупает!

- А что делать, если нет жениха? – отвечаю в том же тоне, не давая ей спуску.

- Как же ему появиться, если у тебя кольцо на пальце?! Нормальные мужчины и не подойдут к тебе в таком случае. А вдруг твоя судьба ждёт тебя в том отеле?

- Ирин, ну, ты вот взрослая девушка. Неужели не понимаешь, что курортные романы – на то и романы, они не переходят в какие-то серьёзные и длительные отношения. Познакомились люди, пофлиртовали, переспали, разбежались – всё.

- Так, так! Ты сейчас говоришь не как Оля, - отвечает мне сестра. – При чём здесь «переспали». Это совсем не наша тема.

- Ир, ну я ведь не о нас, а в общем. Ты же не глупая, сама всё знаешь и понимаешь, что с такими принципами, как в нашей семье, живут не больше десяти процентов в стране.

- А потом и получается, что дети рождаются вне брака, семьи неполные и все страдают от этих мимолетных связей…

Ира, безусловно, права, да вот только, хоть и невольно, но я оказалась ровно в таком положении – моя дочь растет без отца, а я покупаю себе обручальное кольцо и стыжусь встречаться с родственниками,  потому что понимаю, как они думают обо мне, не зная подробностей моей истории.

- Красавицы, приехали, - объявляет нам водитель, останавливая машину во дворе двухэтажного деревянного сруба.

Перед тем, как подъехать сюда, мы проезжали какой-то посёлок, но потом довольно долго ехали хоть и по асфальтированной дороге, но по безлюдной местности. Сейчас помимо этого дома поблизости никаких других не видно, прямо за забором лес и вдали только горы. Куда нас привезли?

Кажется, у Иринки тоже появились нехорошие подозрения, потому что когда наши взгляды встретились, то в них одинаково отразилась зарождающаяся паника.

- Вы выходить собираетесь? – спросил у нас мужчина, когда мы несколько минут неподвижно рассматривали всё происходящее вокруг из окон внедорожника.

- Господи, помоги нам, - прошептала Ирина и вцепилась в ручку, но не для того, чтобы её открыть, а будто желая воспрепятствовать это сделать мужчине, который стоял снаружи и явно на неё нацелился.

- Возьми телефон и набирай сразу 112, я их отвлеку, - бросаю на ходу и спешно выхожу из машины.

- Послушайте, - обращаюсь к крепкому брюнету, на голову выше меня. – А как Вас зовут? – стараюсь придать голосу спокойствия и беззаботности. – А то мы сколько проехали, а даже не узнали Вашего имени…

Мне нужно потянуть время, пока Иринка всё объяснит диспетчерам. Надеюсь, у неё получится дозвониться…

- Ахмед, - говорит мужчина, подозрительно озираясь в сторону двери, из которой так и не показалась моя сестра. – Чё она там? Заснула, что ли?

- У неё… шнурок развязался, - говорю первое, что пришло в голову. – А скажите, Ахмад…

- Ахмед, - тут же исправляет меня и смотрит странно… Внимательно так, прищуривается даже.

- Скажите, Ахмед, Вы мусульманин? – не знаю, что на меня нашло, просто решила попробовать зайти со стороны веры – вдруг они одумаются и не станут нас убивать…

- Мусульманин, - отвечает он и как-то недобро смотрит. – А вы, если не завяжете все шнурки, останетесь сегодня без обеда, - рыкнул он, и я представила, как нам в сырой подвал Ахмед приносит железную чашку с какой-нибудь мамалыгой.

В этот момент в голове промелькнула мысль – запрыгнуть в машину и умчать отсюда подальше, как это делают в фильмах. Водить я не умею, но думать сейчас об этом нет времени. Я срываюсь с места и оббежав внедорожник, заскакиваю на водительское сиденье, тут же нажимаю на замок двери, который замыкает машину изнутри, пока Ахмед, не ожидавший такого финта от меня, стоит и наверное пытается придумать, как мне помешать.

- Оля, я дозвонилась, - кричит мне с заднего сиденья Иринка. – Срочно, скажи, как называется это место?

- Да откуда я знаю! – кричу ей, пытаясь отыскать замок зажигания. – Скажи, пусть вычислят твоё местоположение по номеру телефона, - видела, что в фильмах такое делают, но насколько это работает в реальной жизни, проверить не удалось.

Пока Ира что-то невнятное мычит в трубку, а я обыскиваю приборную панель и руль, прямо над моей головой раздаётся стук в окошко. Медленно поднимаю голову и вижу недобрый взгляд. Он еще недобрее, чем был минутой ранее, и когда он поднимает руку и показывает мне ключ с брелком сигналки, я понимаю, что мы в ловушке.

«Пи-бип», - пискнула машина, и дверные замки синхронно щелкнули на всех четырех дверях.

- Без боя не сдамся! – прокричала я, когда дверь с моей стороны начала открываться.

Я схватилась руками за руль, собираясь держаться столько, на сколько хватит сил, но в какой-то момент мой взгляд упал на дом. Из него прямо в эту минуту вывалила целая толпа. И нет, не кавказцев с кинжалами, и даже не женщин в хиджабах, которых, как в «Белом солнце пустыни» выводили на прогулку. Прямо передо мной показалась компания людей в разноцветных спортивных куртках, ярких шапках с помпонами, они несли лыжи, сноуборды, ватрушки для катания с горы, и при этом громко и задорно смеялись. Услышав мои вопли, многие растерялись и приостановились, пытаясь понять, что происходит.

- Это что – реально база отдыха? – пролепетала я, глядя на злющего Ахмеда.

- Нет, убивать вас привёз! – рявкнул он, и я понимаю, что если бы не эти люди, то я бы даже ни на грамм не засомневалась в правдивости его слов. Хотя после всего, что я тут устроила, может, он и теперь не шутит?

Мы с Иринкой громко выдохнули и направились к домику.

Игорь

Поездка начала бесить меня с самого начала. Во-первых, Ник дал мне билеты на какой-то отстойный самолёт, в котором мало того, что не кормили, сиденья были узкие и не откидывались, так Никита еще и сам не полетел этим рейсом! Хотя последнее, ввиду всех перечисленных вводных, было вполне объяснимо. Весь полёт я мечтал о двух вещах – высказать этому гаду, что думаю о нём и этой поездке, вторая – улететь обратно первым же рейсом.

В аэропорту меня встретил угрюмый кавказец на внедорожнике, и я порадовался, что за всю дорогу он не проронил ни слова, поддерживать даже элементарный диалог не было никакого желания.

Они хотели, чтобы я «разгрузил голову»? Чтобы «перезарядился»? Подсунули мне вдвоём с мамой этот «отдых в горах», чтобы я «расслабился». Зашибись, как я тут расслаблюсь! Привезли меня в какую-то хибару в лесу, и, судя по скромному виду двора, тут не будет ни бассейна с подогревом, ни спортзала, ни спа…

- Есть у нас спа, - обидчиво заявил Ахмед, водитель, который меня привёз. – Вот, - и показывает на небольшую избушку. - А как в баньке попаритесь, так сразу – в сугроб. Красотаааа! Никакого бассейна и не нужно. Ну, а спортзал вам и не понадобится, будьте уверены.

На последних словах Ахмед хитро подмигнул, заставив меня насторожиться, и пошёл загонять машину в гараж, из чего я сделал вывод, что на сегодня я был последним прибывшим гостем. Это не очень радовало, так как, во-первых, не люблю быть последним, а во-вторых, опоздавшие всегда привлекают к себе внимание, а мне хотелось бы тихого, спокойного отдыха.

- Ну, наконец-то, - встретил меня у входа Ник, - а то я уже стал готовиться разочароваться в тебе.

Ржёт, скотина. И обниматься лезет. А я без обеда. Да и, похоже, без ужина – на часах почти одиннадцать – кто мне в такое время будет готовить?

- Ты труп, - шепчу ему на ухо, когда тот заключает меня в крепкие объятия.

Почему «шепчу»? да потому что прямо за его спиной стоит моя учительница литературы. Ну, лет пятьдесят назад она непременно должна была выглядеть именно так. Девушка лет двадцати семи - двадцати восьми, в офисном костюме серого цвета и белой идеально выглаженной блузке с воротничком-стоечкой, застёгнутом на все пуговички. Собранные в низкий пучок светлые волосы и строгий взгляд из-под очков наводили бессознательный ужас: хотелось выпрямиться и попросить рассказать «Бородино» сначала, потому что слова опять забылись.

- Игорь, познакомься, Юлия Андреевна Весёлая, - представляет мне незнакомку Ник и сразу же пропадает для всего мира, растворяясь в этой «весёлой» дамочке.

- Никита Владимирович о Вас рассказывал, мне очень приятно познакомиться, - куда дели мою училку? Вместо неё пришла очаровательная юная леди. Постойте, я сказал, что ей около двадцати семи? Ерунда – с этой милой улыбкой, невинными глазками и звонким голоском, ей едва ли дашь больше двадцати!

- И как же он успел меня отрекламировать? – спрашиваю, нарочно расплываясь в самой обаятельной из своих улыбок – нужно срочно проверить мои предположения на счёт этой девушки.

- Сказал, что ты угрюмый и вредный гусь! – раздраженно вклинивается Никита, и я понимаю, что таки-да – это та самая «заноза в заднице», с которой он и планировал меня познакомить.

- Неправда, - бросает на него укорительный взгляд Юлия, и я отмечаю, что с Ником она разговаривает намного строже и официальнее, чем со мной. – Никита Владимирович сказал, что Вы хороший друг и замечательный отец.

- А Никита Владимирович – великий сказочник, - озвучиваю вслух свои мысли. – Мне он о Вас тоже кое-что рассказывал…

- Так, я не понял, ты не проголодался с дороги, что ли? Ужинать будешь вообще? – прервал меня Ник, опасаясь того, что я могу отомстить ему за всё, что он сотворил за моей спиной, и рассказать Юле про «ведьму» и не только.

Мы с Ником первым делом идём в столовую, где, очевидно, специально для меня оставили на подносе порцию жаркого и овощной салат. Пока я ужинаю, друг рассказывает мне план на два дня нашего здесь пребывания.

- Завтра всё начинается после обеда…

- Так, сразу поясни: что начинается? – спрашиваю, не отрываясь от еды.

- Как что? А я тебе разве не сказал? – эти слова заставляют прекратить жевать и начать волноваться. И не зря. – У нас здесь будет двухдневный квест!

- Ш-ш-што? – подавившись куском мяса, переспрашиваю.

- Ты не знаешь, что такое квест? – удивленно спрашивает Ник.

- Знаю, но ты хоть сам понимаешь: где я и где всякие там квесты? Мне тридцать пять лет, а ты мне на полном серьёзе предлагаешь бегать по горам и отгадывать загадки?

- А почему бы и нет? – невозмутимо отвечает друг. – И вообще, не спеши делать преждевременные выводы. Вдруг тебе понравится!?

- Мне бы понравилось, если бы меня два дня просто никто не трогал, - бурчу, заканчивая с едой.

- Э, друг… - шепчет Ник в ответ на мои слова, оглядываясь по сторонам, - не торопись бросаться громкими заявлениями. Тут такие красотки приехали, смотри - сам еще будешь просить, чтобы тебя потрогали.

Ник усмехается собственной шутке, а я пропускаю информацию где-то на фоне. Главные мои мысли сейчас почему-то о Матвее. С самого его рождения я старался быть ему хорошим отцом, ведь матери у него не стало почти сразу… Я старался, у меня не получалось, я злился, винил себя и… еще больше отдалялся от сына. Не в физическом смысле, конечно. Вот сейчас я уехал на два дня, а изнутри меня ест чувство вины – будто я его бросил.

- Ты меня слушаешь? – щелкает пальцами Ник перед моим лицом.

- Нет, прости, - честно признаюсь, не в силах больше шутить сегодня. – Давай завтра еще всё обсудим? Устал…

Ник согласно кивает и провожает меня в наш номер.

Эта «избушка» оказалась не двухэтажной, как мне показалось сначала, а трёхэтажной. Холмистая местность позволила «спрятать» один этаж от въезжающих во двор посетителей. Да и сруб тоже вышел никакой не «сруб», а просто обитый фигурным сайдингом кирпичный дом.

Здесь, как я отметил, около десяти комнат, по пять на каждом этаже. В самом низу расположена столовая, кухня и большой зал с камином, огромным диваном и кучей кресел-мешков, а также большим бильярдным столом и столом для настольных игр.

Наш с Никитой номер находился на третьем этаже и был совсем небольшим - таким, какими бывают комнатки в отелях эконом класса. Здесь едва уместили две кровати, шкаф и небольшой телевизор на стене.

- Ник, пожалуйста, только не говори, что в номере нет удобств! – умоляюще стону - орать и угрожать у меня уже нет сил, хотя именно это было бы сейчас абсолютно обоснованно.

- Какая цаца! – наигранно упрекает меня бывший друг. – Некоторые, представь себе, так всю жизнь живут – бегают в туалет на улицу.

- Я убью тебя! – всё-таки нашлись силы воскликнуть это довольно громко, и если бы не поздний час и наверняка уже спящие люди в соседних номерах, я бы его еще и матом обложил!

- Да успокойся, я пошутил, - как-то опасливо хихикает Ник, поглядывая на меня. Туалет не на улице. Нет, на улице, конечно, тоже есть, но и в доме по два на каждом этаже.

Я выдыхаю, а этот засранец, еще и продолжает:

- Ну, вот видишь: главное правильно подать информацию. Правда же, «два туалета на этаже» звучит лучше, чем «туалет на улице», - мне хочется его прибить, но еще больше хочется помыться и лечь спать.

- Душ где? – рявкаю, хватая с кровати чистое полотенце.

- Там же, где и туалет, - поспешно отвечает Ник.

После душа я собираюсь в объятия морфея, но мой организм, который сытно покушал, требует запить съеденное водичкой. На морально-волевых, или скорее на жаждуще-питьевых спускаюсь на первый этаж в столовую. Тут горит приглушенный свет и стоят кулеры с водой. Я набираю полный стакан и залпом выпиваю. Собираюсь налить второй, чтобы взять его с собой в номер, как вдруг слышу позади себя шаги. Наверное, кто-то из гостей так же, как и я, спустился выпить водички – жаркое было немного пересолено.

- Добрый вечер, - слышу я за спиной и замираю. Стакан тут же выпадает из моих рук на пол. Он остаётся целым, но вода разливается, окатывая «в полёте» меня и, скорее всего, ту, чей голос я бы узнал из тысячи похожих голосов. – Простите, я не хотела Вас напугать, - щебечет она и наклонятся за стаканом.

В этот момент девушка поднимает голову и собирается сказать что-то еще, но видит моё лицо и глаза округляются, будто перед ней кентервильское привидение.

- Иг-горь, - заикаясь произносит она и машинально подаётся назад. От такого резкого движения, немного теряет равновесие, а так как на полу разлилась вода, то она поскальзывается и уже почти падает, когда в последний момент мне удаётся удержать её за талию.

Мы смотрим друг на друга, не шевелясь, не мигая и даже вроде бы не дыша несколько секунд, а потом я всё-таки произношу:

- Привет, Оля.

Оля

Ахмед оказался не просто водителем, а хозяином отеля. Здесь на первом этаже жила его семья – супруга и двое детей дошкольного возраста. Мы с ними познакомились сразу же и ещё раз выдохнули, поняв, что ошибались в Ахмеде и зря предвзято посчитали дом лесной хижиной.

Тут было вполне прилично. Не пятизвёздочный отель, конечно, но всё чисто и уютно. Даже отсутствие туалетов в каждом номере не сильно расстроило, ведь все неудобства покрывались тремя огромными плюсами:

1. Завтраком

2. Обедом

3. Ужином.

Мадина готовит просто потрясающе! Её еда вовсе не изысканная, а простая, из понятных продуктов, но всё, что нам подали на обед и ужин, было очень вкусным. Настюшка, если бы была здесь, сказала бы «вкусно, прям как в садике».

Да, готовка – это не моё… Как ни старалась, сколько сайтов и кулинарных блогов ни пересмотрела, а приготовить что-то, чего бы попросили добавки, ни разу не вышло.

- Оль, ты куда, - спрашивает Иринка, когда я среди ночи встаю с кровати.

У сестры повышенная тревожность, она всегда обо всём и обо всех волнуется, даже спит так чутко, что может услышать, что я проснулась, даже если я просто буду лежать, не шевелясь. Я однажды спросила, как у неё это выходит, а она шокировала меня ответом: «ты стала по-другому дышать». Вот и сейчас, мне  после сытного ужина захотелось пить, а уйти, не разбудив её, не удалось.

- Пойду водички попью, - говорю, надевая одноразовые тапочки и стараясь их не порвать. – Жаркое было отменным, но слегка пересоленным.

- Захвати мне тоже стаканчик, - просит сонным голосом сестра.

Этот «гостевой дом» совершенно не похож на отель. Здесь всё обставлено так, будто мы приехали к Ахмеду и Мадине в гости, и они, радуясь этой долгожданной встрече, достали всё самое лучшее и расставили везде.

Например, на стенах висят семейные фотографии, а на полочке в комнате отдыха - статуэтки и медали старшей дочери-гимнастки, на камине – коллекция фарфоровых слоников, копилка в форме пивной кружки, статуэтки детей, ангелочков, котиков и прочая мелочь, которая иногда появляется в доме после праздников или путешествий.

Я спускаюсь по деревянной лестнице с резными узорами на перилах, внизу тускло горит желтым светом старинное бра, тканые коврики в коридорах делают шаги не слышными даже для меня. Мне нравится здесь: душе и телу спокойно, уютно, легко.

В столовой уже не пахнет мясом, как это было за ужином. Здесь приятный аромат фруктов и лаванды: Мадина заваривала чай к позднему ужину, так как ждали еще одного гостя, который должен был прилететь из Москвы.

Увидев возле кулера мужчину, немного теряюсь. Так всегда происходит, когда приходится взаимодействовать с незнакомцами противоположного пола. Не могу объяснить это волнение, но мне за него постоянно «прилетает» от старшей сестры. Таня периодически читает нам с Иринкой нотации о том, что мы не должны «шарахаться от каждого столба», а то никогда замуж так не выйдем. И если Ирине это актуально, то для себя считаю данные рекомендации излишними – куда мне замуж с маленьким ребенком! Тратить время на кого-то еще, отнимая его у своей дочери, я не хочу, а потом – будет видно.

Мужчина, скорее всего, не слышал, как я вошла, поэтому решаю обозначить ему своё присутствие.

- Добрый вечер, - говорю негромко, чтобы его не напугать, но похоже, что он был слишком погружен в свои мысли, ибо резко замирает и стакан с водой из его рук падает на пол, да не просто так, а в полёте переворачивается, и брызги попадают не только на него, но и на меня. – Простите, я не хотела Вас напугать, - говорю, наклоняясь за стаканом, который, совершив такие пируэты, однако не разбился.

Мужчина тоже наклоняется, и мы оказываемся довольно близко друг к другу. Мне некомфортно от этого и хочется отстраниться, но в какой-то момент в нос проникает запах парфюма. Слишком знакомый. Слишком родной. В голове проносится тысячи мыслей и воспоминаний об этом запахе и мужчине, которому он принадлежал, я поднимаю голову…

- Иг-горь, - произнесло моё бессознательное, ибо я не могла и пошевелиться от шока, увидев его здесь и сейчас.

По моим ощущениям прошла целая вечность, когда внутренности мои парализовало, и как только я «отмерла», то тут же дёрнулась в сторону. Подальше от него. Это глюк, видение, сон, в конце концов… Но его никак не может здесь быть.

Мысленно я твердила: поднимусь в свою комнату, лягу в кровать и закрою глаза. Мне нужно поспать и всё пройдёт.

Но всё пошло не по плану. Уйти я не смогла – предательский тапок, который еле держался на ноге, попав на мокрую поверхность от разлитого стакана, решил уйти в свободное плаванье, не спросив моего на то разрешения. Я стала стремительно терять равновесие и уже готовилась встретиться с лужей на полу, как очутилась совсем не там, а в крепких и тёплых объятиях мужчины, которого некоторое время считала своим мужем.

Какие у него всё-таки красивые карие глаза… А эти ресницы… У Насти такие же – длинные и завиваются, будто специально накрученные на карандаш.

- Привет, Оля, - врывается в моё сознание родной голос. Сколько же я мечтала его услышать. Даже хотела позвонить и бросить трубку, после слова «алло». Мне бы хватило…

Сейчас нужно что-то сказать, а я в полной растерянности. Можно было бы подумать, что я мечтала об этой встрече, ждала её и миллионы раз проигрывала в уме, как буду себя вести и что говорить. Но нет. Ничего такого я не позволяла себе даже мысленно. Игорь все эти годы был для меня мужем сестры, и даже мечтать о нашей встрече я не хотела, не то, что придумывать слова, которые скажу ему, а тут…

- Ты не ответишь? – задаёт вопрос Игорь, когда молчание затягивается.

- Привет, - единственное, что я смогла подобрать в данной ситуации. И, наконец, поняв, что мы всё еще стоим практически в обнимку, я освобождаюсь от его рук и отхожу на несколько шагов назад. – Как ты здесь оказался?

- Меня друг пригласил на выходные, - запросто отвечает, будто мы старые друзья и только вчера виделись. – А ты здесь… с кем?

В последней фразе послышалась неловкость. Видимо, стоило мне тоже уточнить этот вопрос.

- Я с сестрой, - отвечаю ровно, стараясь не выдать дрожи, которая буквально пробивает всё тело в эти секунды. – А ты с Леной приехал?

- Нет, я один.

Внутри подкатывает огромный, неудобный ком, хочется выплюнуть его, чтобы не мешал дышать, чтобы не выдавливал влагу через глаза…

- Извини, я за водой спустилась, - быстро проговариваю и дрожащей рукой пытаюсь ухватить стакан, чтобы Игорь не заметил моего состояния. Спасибо приглушенному освещению – мне это удаётся. Но налить его получается только до половины – вода начинает расплёскиваться. – Спокойной ночи, - бросаю ему на ходу и едва не убегаю из столовой.

- До завтра, - слышу тихое вслед и теряю всякое самообладание. Внутри просто пожар, который пытаюсь залить водой, но половина разливается на футболку, половина хоть и попадает в меня, но ощущается как капля, попавшая на раскаленный зноем камень.

Влетаю в комнату, роняя с грохотом стакан.

- Что такое!? – вскакивает с постели гипертревожная Иринка.

- Всё хорошо, дорогая, прости, - стараюсь говорить спокойно, но сестра уже уловила разительные перемены в моём лице. – Ложись спать.

- А где вода? – спрашивает она, подозрительно глядя на меня, и попутно щелкая выключателем. – Боже, Оля, что с тобой случилось?! Ты вся бледная, - Ира подскакивает ко мне и берёт за руки, - они же ледяные!

Её забота срывает все внутренние барьеры и «плотину прорывает». Слёзы текут по щекам, а меня всю трясет.

- Пожалуйста, принеси воды, - прошу её, и в одно мгновение она срывается с моим стаканом прочь из комнаты.

В те несколько минут, пока её не было, мне удаётся немного прийти в себя, и когда перепуганная Иринка влетела обратно, я уже ждала её, способная связно говорить.

- Оленька, пожалуйста, не держи в себе – скажи, что с тобой случилось?! - умоляюще стонет, когда я жадно глотаю живительную влагу.

Я убираю стакан и, вдохнув поглубже, наконец, говорю:

- Игорь здесь.

- Какой Игорь? – не понимает меня Ира. Неудивительно, ведь только для меня это имя не просто набор букв. – Настин папа??? – восклицает она, догадавшись.

Я молча киваю.

- И что? Вы поговорили? Он здесь с твоей сестрой? – сыпет вопросами Ириша.

- Нет. Он сказал, что один, - пожимаю плечами, а самой становится холодно. Эти слова действуют на меня неприятно. – У них всегда были странные отношения, - вспоминаю я то, что рассказывал мне Игорь об их браке.

- Может, они расстались? – спрашивает сестра.

- С чего бы им расставаться? – тут же опровергаю я. – У них ребёнок. Игорь не бросил бы семью…

- Оль, ну ты же не знаешь, что могло произойти за это время. И почему сразу «бросил»? Люди расходятся вообще-то… И это нормально.

- Да уж, это мне говорит та, которая боится развода настолько, что не хочет выходить замуж, - парирую в ответ. – Ничего нормального в разводе нет. Это всегда травма для ребенка. Уж я-то точно это знаю.

- А еще, мой дорогой психотерапевт, ты знаешь прекрасно, что лучшее средство для нахождения взаимопонимания – диалог. Разговаривать нужно, Оль. Что-то мне подсказывает, что разговора у вас с ним сегодня не получилось.

- Да как мы могли поговорить, если я от неожиданности не могла ни одной мысли нормальной извлечь, не то чтобы их как-то озвучить! Вот о чём должен быть наш диалог по твоему представлению?

- Может, о Насте? – тут же выпаливает Ира.

- Ты  ума сошла! – накидываюсь на неё. – Игорь не должен знать про Настю!

- Это ты с ума сошла… - грустно смотрит на меня сестра. – Он её отец и имеет право…

- Ира! – останавливаю старую пластинку. – Мы с Игорем – просто дальние родственники. Он не должен узнать о Насте. Пообещай мне, что ничего ему не скажешь!!!

- Это вообще не моё дело, - хмыкает Ира, ложась в постель.

- Пообещай! – не отстаю я.

- Оль, ложись уже спать, - машет на меня рукой.

- Ира! – выхожу из себя, повышая голос.

- Обещаю, - буркает недовольно и, отворачиваясь от меня, засыпает.

Мне тоже нужно уснуть. Но как это сделать, если все мысли о неминуемой  встрече с Игорем?

Игорь

- Всем доброе позднее утро, - сияя, как начищенный алюминиевый таз, Ник приветствует собравшихся в комнате отдыха. – Сегодня мы начинаем двухдневное командное соревнование, который изменит ваше представление о том, какими должны быть квесты.

Пока Никита толкал свою речь, я краем глаза наблюдал за Олей. Она сидела на краю дивана как девочка-отличница: спина прямая, взгляд максимально внимательный, ручки на коленочках. Хотел мысленно усмехнуться такому её виду, но тут на безымянном пальце правой руки блеснуло колечко, и мне было не до её смешной позы, не до слов Никиты, который уже закончил и теперь распределял нас на две группы по восемь человек.

 Оказалось, что тут собрались не просто любители необычного досуга, а работники двух компаний, которые имеют общего владельца. Головной офис находится в Москве, а филиал – в Волгограде. Я попал к москвичам, но не по принципу территориальной принадлежности, а потому, что у них был недобор одного участника.

Я оказался с Олей в разных командах. Расстроило ли это меня? Не буду лукавить и врать самому себе – да. Хоть я и понимаю, что она замужем, и, возможно, у неё даже есть ребенок, но я не могу отрицать, что хотел бы видеть Ольгу, слышать её голос. Уже эта малость даёт мне какую-то внутреннюю силу, энергию, желание жить. Да я всю ночь не мог уснуть после нашей встречи! Вспоминал то время, когда мы были вместе; думал о том, что она почувствовала, увидев меня здесь; представлял, каким могло быть наше будущее, если бы Элен не вернулась, а Оля ничего не вспомнила…

- Получите своё первое задание, - громко сказал Ник после того, как все члены команд представились, и сунул мне в руку конверт.

Я, конечно же, всё прослушал, поэтому собрался передать его кому-то из команды, но никто не взял и все велели мне читать.

- «Следуй за мечтой

Правильной тропой,

Два ключа тебя ждёт,

Иди только вперёд.

Ты в жилище своём

Две подсказки ищи:

Цвет нужный найди

И сокровище обрети», - продекламировал я.

- Что за бред! – фыркнула эффектная девица в кислотно-розовом платье.

- Ничего не понятно, - поддакнула ей её подруга, коротко стриженная брюнетка немного пацанского вида.

- Дамы, давайте не будем отвлекаться, - вмешался мужчина в дорогом спортивном костюме примерно моего возраста, единственный, кто выглядел тут более-менее адекватно.

- И какой цвет нам нужен? – спросил парень, сидящий с девушкой в парных свитерах, на которых были изображены олени. На его – олень-мальчик.

- Посмотрите: в конверте больше ничего нет? – добавила девушка с девочкой-оленем на свитере.

- Тут пусто, - безразлично ответил я, переворачивая конверт вверх дном.

- Подождите-ка, - восклицает брюнетка с короткой стрижкой, - там что-то наклеено на конверте.

И правда – в уголке, как на настоящем письме была наклеена марка – море, переходящее в небо и на горизонте белый парус.

- Может, наш цвет синий? – предположил высокий худощавый парень в очках.

- Или белый, - добавила брюнетка.

- Белый, думаю, было бы слишком сложно… - рассудительно продолжил ботан. – На улице везде снег, как мы в нём сможем отыскать что-то белого цвета?

- А может, нам вовсе не на улице нужно искать? – заметил парень-олень.

- Слушайте, мы так до вечера будем спорить, - снова включился мужчина в спортивном костюме. – Предлагаю разойтись по дому в поисках подсказок.

- И что мы будем искать? – спросила короткостриженная брюнетка.

- Ищем предметы синего цвета, - утвердительно отчеканил наш новообразовавшийся лидер, и все, кроме парочки с оленями, которые чуть не бегом кинулись на поиски, лениво стали разбредаться по дому.

Я не собирался что-либо искать, мне хотелось посмотреть, где команда Оли и увидеть её. Зачем? Я и сам не знал, просто думать о чем-то еще не получалось, от слова «совсем».

Команда волгоградцев расположились на веранде. Они получили такое же задание, но искали, как я понял зелёный цвет, и были значительно активнее москвичей. В то время, как мои партнеры только начали поиски, наши соперники уже собрали нужные предметы и теперь решали, что с ними делать. Они расселись вокруг одного активного паренька, который держал в руках пластиковое ведро и швабру зеленого цвета, и в данный момент, видимо, решали, что с ними делать дальше. Оля выглядела отстраненно и абсолютно не принимала участия в обсуждении. Она сидела в стороне, о чём-то задумавшись и крутя при этом злополучное кольцо на пальце.

- Эй, подслушивать нехорошо, - заметил моё присутствие какой-то парень из их команды и ткнул на меня пальцем. Все, конечно же, повернулись ко мне, но я ждал, когда на меня взглянет Она.

Она посмотрела. Не сразу, но всё же оглянулась чисто автоматически и тут наши взгляды пересеклись. В это мгновение я мог со стопроцентной уверенностью утверждать, что думала Оля, теребя кольцо, обо мне. В мимолетном  взгляде читался испуг, будто я застал её за подглядыванием, и вместе с тем там была грусть и какая-то безнадёжность…

- Ребята, надо поискать синее ведро и синюю швабру, - сказал я своей команде, которая тоскливо расселась в комнате отдыха и только оленята, да наш капитан где-то пропадали.

- Там Вика с Максом уже что-то нашли, - лениво отозвался на моё предложение ботан.

Действительно, спустя пару минут в комнату заскочила счастливая парочка и выложила на стол то, что удалось им найти в доме синего цвета.

Здесь были: рамка с фото, карандаш, перчатки, фарфоровая чашка и блокнот.

- Я тоже кое-что отыскал, - практически следом за ними в комнате появился наш командир с синим шарфом, – давайте проанализируем находки и выберем, что из этого может быть нам полезным.

- О, мои перчатки, - подскочила к столу брюнетка. – Я думала, что потеряла их сегодня утром, когда ходила на пробежку.

- Если перчатки Карины, то они нам точно не подходят, - мужчина убрал их со стола и отдал короткостриженной.

- А зачем тут рамка? – спросил ботан. – Она же не синяя.

- Мы подумали, что она связана с морем – тут маяк и якорь, - пояснил мальчик-олень.

- Думаю, что Витя прав, - рассудил командир, - тут синего мало. Рамку исключаем.

- Я видел, что нашли наши соперники, - вклинился я. – У них ведро и швабра.

- Странно, - почесал подбородок наш старший. – Кому-нибудь попадались синие ведро и швабра?

Все отрицательно замотали головами.

- Значит, нужно искать что-то, что может быть похожим по функционалу на ведро и швабру.

- Может кружка? – сказала девочка-олень, вертя в руках полностью синюю чашку.

- И в ведро, и в чашку можно налить воды. Думаю, это логично, - согласился капитан.

- А швабру может заменить карандаш, - вставил свою догадку ботан Витя.

- По форме – да, а по функционалу – мимо, - констатировал я. Мне хотелось поскорее отгадать эту подсказку и двинуться за нашими соперниками, чтобы встретиться с Олей.

- Но тут и нет ничего похожего на швабру, - произнесла очевидное блондинка в розовом.

- Давайте еще поищем, может мы что-то пропустили, - олениха Вика уже вскочила на ноги, чтобы продолжить поиски, но капитан её остановил.

- Подождите. У меня появилась мысль. Давайте обратим внимание на эти предметы, - он говорил с расстановкой и все затихли, присев поближе и внимательно слушая. – Попробуем понять логику организаторов. Они должны были оставить нам вещи определенного цвета, которые при этом будут выбиваться из общей обстановки.

- Чашка точно выбивалась, - радостно воскликнула неугомонная Вика. – На кухне все кружки из сервиза, а эта стояла на полке в гордом одиночестве.

- Значит, чашку оставляем точно, - продолжал командир. – Карандаш и блокнот я бы не рассматривал, они не синие. Карандаш насыщенного голубого цвета, а блокнот вообще почти черный.

Все одобрительно заугукали.

- Вот этот шарф я нашёл на вешалке для верхней одежды в общей раздевалке. Вы помните, чтобы такой был у кого-то из наших?

- Нет, такой мы бы заметили еще вчера на горке, - подтвердил версию ботан, и все тоже поддержали.

- Значит, методом исключения – наши предметы: чашка и шарф, - командир, чьего имени я так и не узнал, положил перед нами на стол вещи.

- И как они связаны? – задала вопрос блондинка.

- Может, в чашку нужно налить кипяток, а чтобы не обжечь руки, брать её при помощи шарфа? – высказала предположение Карина.

- Почему тогда у «зелёных» ведро и швабра? – спросил я.

- Слушайте, ну если и в чашку и в ведро можно налить воды, значит, нужно идти к источнику! – выдвинула предположение Вика и снова подскочила, чтобы уже бежать.

- А зачем швабра и шарф тогда? – занудно протянул Витя.

- А если нам нужно искать не источник, а колодец? – вдруг осенило меня. – Шваброй можно вытянуть из него ведро, а чашку привязать к шарфу.

- Давайте загуглим, где тут ближайший колодец, - подхватили ребята идею и подоставали телефоны.

- Вряд ли такую информацию можно найти в гугле, - вступил в разговор ранее молчавший парень, который с девушкой сидел всегда в отдалении, уткнувшись в телефон. – Почему бы просто не спросить местных?

- Я к Мадине, - подскочила олениха и скрылась из виду.

- А я спрошу у Ахмеда, - наш капитан тоже вышел из комнаты, и нам оставалось только ждать результата.

Спустя минут пять довольная Вика вернулась и поведала нам, что в двух километрах отсюда есть старый колодец, который когда-то был действующим, но сейчас вроде бы пересох. То же самое рассказал и Ахмед капитану, и мы отправились в путь.

Парочка, не участвовавшая в обсуждениях, с нами не пошла. Оказалось, что девушка плохо себя чувствовала, и парень остался с ней. Мы вшестером бодренько шагали по лесной дорожке, которая была вся истоптана следами наших соперников.

- Ну, вот, - недовольно причитала блондинка, - надо было не терять времени на раздумья, а просто проследить, когда вторая команда куда-то пойдёт и идти следом. Смысл нам теперь туда тащиться, если они могут найти ключ раньше и забрать его себе.

- Я так понимаю, что ключей два – по одному для каждой команды, - успокаивал ее капитан.

- А если они найдут оба ключа и заберут, чтобы нам не досталась вторая подсказка? – выдвинул версию Максим.

- Это нечестно, - обиженно сказала его подруга, и Макс тут же поправился.

- Ну, или спрячут подальше, чтобы мы его подольше искали?

- Я бы так и сделал, - гордо заявил ботан, и все на минуту замолчали, опасливо присматриваясь к своему коллеге. – Я имею в виду, что сделал бы такое для победы команды. Просто так вредить никто не собирался же.

Оправдываться ему было уже поздно. Да, я думаю, и не нужно: все присутствующие явно были с ним знакомы ранее и знали, чего от него можно ожидать.

- Айййй! – раздался вскрик, и все повернулись в сторону блондинки, которая вопила так, будто ей оторвало ногу, хотя на самом деле, она всего лишь оступилась и нога в сапоге попала в подтаявшую жижу. – У меня полный сапог воды! Я дальше не пойду!!!

- Ты можешь вернуться в отель, - спокойно произнёс капитан.

- Лёш, как я, по-твоему, одна через лес пойду!? – возмутилась она, будто обвиняя его в происшедшем.

- Что с тобой может тут случиться, Кристин? – попыталась пристыдить её Карина. – Мы всего-то на полкилометра отошли.

- Эти полкилометра мне идти по безлюдной тропе. Я не пойду одна, - топнула она промокшей ногой и застонала: - Я вообще заблудиться могу, или дикий зверь на меня нападёт, или…

- Ладно, ладно, - вымученно согласился командир Алексей. – Кто сможет проводить Кристину до отеля?

- Я могу, - тут же откликнулся я. Мне хотелось поскорее вернуться, чтобы встретиться с Олей, команда которой, судя по всему, уже отыскала ключ и пришла назад в гостиницу.

- Отлично, - Алексей одобрительно кивнул и, сочувственно мне подмигнув, продолжил свой путь предводителя, а мы с Кристиной зашагали обратно.

Спустя минут двадцать непрерывных причитаний моей спутницы, мы всё же пришли в гостиницу. Выйдя на поляну из леса, я увидел группу наших соперников. Они, как я и предполагал, уже вернулись и весело переговаривались, то ли решая, что делать дальше, то ли просто делясь впечатлениями от выполненного задания. Невольно я позавидовал их сплоченности и командному духу, которого нам явно недоставало…

- Ребята, что случилось? – к нам подбежала Мадина, которая в этот момент вытряхивала дорожки на заднем дворе отеля.

- Я оступилась и попала в какое-то болото! – прохныкала Кристина, которая всё это время опиралась на мою руку. – У меня полный сапог воды!

- Срочно поднимайтесь в номер и укутайтесь, - беспокойно ответила женщина. – Я позову Ахмеда, он баню растопит. Ждём вас через полчаса.

Она убежала в сторону гаража, а мы продолжили шествие к отелю. Проходя мимо наших соперников, я заметил Олю. Вернее, то, как она смотрела на меня - исподлобья, сдвинув брови, да еще и губу нижнюю обиженно поджала. Что случилось с ней, интересно?

Доведя Кристину до комнаты, я отправился к себе. Взял полотенце и пошёл в душ, воспользовавшись тем, что почти все были на улице и очереди к нему не было.

Помывшись, некоторое время полистал ленту, и заметив, что пришло время ужина, спустился в столовую.

А тут всё стояло на ушах! Никита беспрестанно кому-то звонил, лицо его при этом было крайне озабоченным и злым. Волгоградская команда сидели, как в воду опущенные, но непрестанно переговариваясь друг с другом. Юля, которая приехала с Ником, разговаривала с Кристиной и записывала что-то в блокнотик. Увидев меня, она закончила с ней и быстро подошла ко мне.

- Я и забыла, что вы тоже пришли сюда раньше, - с места в карьер начала она. - Давайте запишем и ваши показания.

- Что? – не понял я. – Какие еще показания? Что вообще происходит?

- Как, вы разве не в курсе? – удивленно посмотрела на меня девушка. – Ваша команда пропала. Они не вернулись и уже больше часа не выходят на связь.

Оля

Не ожидала, что квесты – это так интересно!

В нашем конверте было сказано найти две вещи-подсказки, и это задание мне сразу показалось слишком детским. Но когда мы, найдя швабру и ведро, отправились к колодцу, началось увлекательное приключение.

Тропа уходила в густой лес – настоящую зимнюю сказку! Воздух чистый, свежий и совсем не морозный. Всю дорогу мы слышали щебетанье птичек, которые будто и не пропитание искали на ягодных кустах, покрытых снегом, а сопровождали нас, развлекая своим пением. Наш капитан – Пашка – менеджер в фирме, где работает мой зять Николай, оказался настоящей душой компании! Его шутки задавали тон всей команде, и мы быстро перезнакомились и сдружились. Здесь, конечно, стоит сделать оговорку, что перезнакомились я и Иринка с другими членами команды, а они радушно приняли нас, ведь друг с другом все собравшиеся были хорошо знакомы, так как работали в одной организации, и даже, как я поняла, частенько встречались на подобных мероприятиях.

- Как мило было со стороны организаторов оставить нам такие жирные подсказки, - захихикала Алечка, девушка, явно влюблённая в Пашку, указывая на четкие следы двух пар сапог на тропе.

- Главное, идти не слишком быстро, чтобы они успели спрятать нашу подсказку, - сказал капитан, и все дружно подхватили его шутку.  

Мы и правда шли очень бодро и весело. Да тут еще и дорога по маршруту оказалась невероятно живописной и будто созданной для таких необычных заданий: однажды мы даже переходили через ущелье, преодолевать которое пришлось перелезая через камни. Мужчины в нашей команде галантно подавали руку девушкам и помогали им взобраться на высокие валуны. А сразу за этими каменными насыпями тропа входила в небольшой сквозной грот.

- А на нас ничего не свалится? – с опаской спросила Анечка, наша тревожная тревожность, которая всегда присматривалась, прислушивалась и всех в чём-то подозревала.

- Думаю, что если пройдём тихо, и не потревожим горного духа, то он нас не заметит и не оставит у себя в гостях, - глубокомысленно изрек Пашка.

- Смотрите, чья-то тень, - воскликнул Саша, - самый молодой в нашей команде.

- Ну, вот, разбудил всё-таки, - шутливо пожурил его Пашка, посмотрев на выступ в горе над нашими головами, куда показывал парень.

- Да, правда! – настаивал Саша. – Я точно видел там девушку!

- Значит, дух – женщина, - развёл руками капитан, и все засмеялись.

- Паш, впереди, вроде бы какая-то деревня, - первой заметила домики вдали моя тёзка Оля, когда мы вышли из ущелья.

- Всё верно, - подтвердил наш капитан, - Мадина и сказала, что колодец был рядом с посёлком. Значит, мы почти у цели.

И действительно, пройдя метров пятьдесят, мы заметили каменное основание  колодца. Оно было невысоким и совсем не походило на те колодцы, которые привыкли видеть. Подойдя к нему и заглянув внутрь, мы стали искать подсказки. Найти их было совсем несложно – в зазорах между каменной кладкой, были воткнуты два конверта – один синий, другой – зелёный.

Мы вскрыли зелёный и прочитали следующее задание:

«Источник жажды не утолил,

И путь к нему долог и труден был.

Назад возвращайся тропою иной,

В два раза скорее вернёшься домой.

Там стол для тебя полон  яств и снеди,

Подсказку проси у ясноокой леди»

- Эх, Саня, - протянул Пашка, дочитав до конца. – Надо было твою горную леди спросить. Может, о ней речь в записке?

- Да ну вас! – обиженно насупился паренек. – Можете не верить, но девушка там точно была.

- Ясноокая? – усмехнулась Аля.

- Да откуда ж я знаю, - откликнулся Сашка. – Я вообще её со спины только видел.

- И куда она делась? – Анечка единственная заинтересованно слушала всё, что говорит Сашка.

- В скалу вошла, - он пожал плечами, сам прекрасно понимая, как это звучит.

- Всё с тобой понятно, - Паша махнул на него рукой, и мы стали возвращаться обратно другой тропой. Она была хорошо заметна, и о ней говорил нам Ахмед.

Когда мы вернулись, до ужина оставалось еще около часа. Наш капитан отправился к Мадине, решив, что она больше всего похожа на ясноокую леди, а мы остались на улице, наслаждаясь теплой погодой и видами леса и гор.

Внезапно я заметила Игоря. Он выходил из леса под ручку с эффектной блондинкой в ярко-розовой куртке.

Меня словно окатило кипятком, а следом еще и приморозило. Как можно так себя вести!? Он же женатый человек! У него ребёнок дома, а папа тут девушек водит в лес! Разве для этого он сюда приехал? А, может, для этого?..

Злость и обида разожгли внутри настоящий огонь. А когда Мадина вышла им навстречу, и я отчётливо услышала, что для них специально Ахмед затопит баню, захотелось во что бы то ни стало высказать Игорю всё, что о нём думаю.

Но мне это не удалось. В баню Барби отправилась одна, а Игорь спустился только к ужину. Наша команда тоже разошлась по комнатам. И только, когда Пашка собрал нас всех в комнате отдыха, нам объявили о том, что наши соперники до сих пор не вернулись и не выходят на связь уже больше часа.