Волшебная лавка добрых услуг

– В сотый раз повторяю, я не стану тебе помогать! – раздраженно фыркнула я, сосредоточенно вглядываясь в творческий беспорядок на собственном столе.

Собиралась же на выходных навести здесь красоту! Далеко идущие планы загубила злодейка Нона, рассказавшая о новом детективном сериале, в котором «хоть расклад на таро делай – не поймешь, кто убийца». А еще подруга называется!

Вздохнув, я плюхнулась на стул, размышляя о несправедливости жизни, в которой приличная ведьма не может всего одни выходные посвятить себе любимой без того, чтобы потом не страдать, пытаясь успеть выполнить гору заказов, накопившихся за время отдыха.

Проведя рукой по столешнице, я расчистила немного места и разложила перед собой маленькие желтые листочки, на которых были выведены названия нужных чар из каталога добрых услуг и имя заказчика.

«Удача на экзамене» для Алисы с факультета международного магического права. Эх, Алиса, лучше бы не по свиданиям бегала, а учебник почитала – так и вероятность вылететь из академии снизится, и кошелек не прохудится, потому как я планировала содрать с нее втридорога. Не из вредности, а в воспитательных целях – глядишь, в другой раз пожалеет кровно заработанные да подучится немножко.

Пометив листок красной точкой, отодвинула его подальше и взяла следующий. «Счастливая дорога» для Медузы Горгоновой. Любовно поставив на листочке зеленую крапинку, положила поближе, к приоритетным, потому как любимая преподавательница практического целительства за время обучения стала для меня второй мамой. Ее отъезд из академии – настоящая потеря для студентов.

Вздохнув, я потянулась за следующим листочком, когда прямо возле носа возник другой бланк заказа с жирным зеленым восклицательным знаком посередине.

– Вот этот – самый важный! – заверил Пит, усердно тыча пальцем в наспех выведенные строки.

«Приворотное зелье», – значилось в бланке. Фыркнув, я отпихнула его руку и демонстративно достала из кучи заказов другой листик.

– Ну, Ариша! – взмолился Пит. – Это же вопрос жизни и смерти! Как ты не понимаешь?

Он завалился прямо на стол, примяв кучу с заказами широкими плечами, и театрально прикрыл лицо рукой.

– Жестокая! – страдальчески простонал он, поглядывая на меня сквозь растопыренные пальцы. – Неужели тебе совсем-совсем меня не жалко?

Я окинула его скептическим взглядом и закатила глаза.

– Зачем тебе приворот? За тобой и так любая побежит, только пальцем помани.

Я не врала: Пит был высок, плечист и хорош собой. Голубые глаза всегда сияли хитрецой, а когда он улыбался, на щеках появлялись ямочки…

– Да что бы ты понимала в этом! – воскликнул он, отнимая руку от лица. – Это за тобой поклонники толпами бегают. А у меня хоть всеми сразу пальцами мани – дальше одного свидания не заходит! Будто проклял кто.

– Никто тебя не проклинал, – вздохнула я, поводив рукой вдоль его туловища. – Ты чист, как младенец. Возможно, просто не встретил пока Ту Самую.

Пит бросил на меня мимолетный взгляд и, приподнявшись, нагло уселся на стол, заглядывая прямо в лицо.

– Я тебя знаю, сколько себя помню. И еще ни разу ты мне не отказывала. Случилось что-то?

– Да просто просьба у тебя дурацкая! – не выдержав, вспылила я и, вскочив со стула, направилась к камину, в темной пасти которого болтался котел времен моего поступления в магическую академию.

– Ну что тебе стоит? – не унимался Пит.

Он вслед за мной подошел к камину и, сложив руки в молитвенном жесте, уставился на меня жалостливым взглядом.

– Пожа-а-алуйста, – протянул он. – А я для тебя что угодно потом сделаю! Честное слово!

– Дрова закончились! – раздраженно отмахнулась я.

– Так я сейчас сбегаю принесу! – тут же сориентировался Пит.

– Котел закорел – я его не помыла после последних чар!

– Вымою!

– Мороженого хочу!

– Куплю целую коробку!

– Со свежей клубникой!

– Ну не перегибай! – возмутился Пит. – Где я тебе зимой клубнику возьму?

– Не мои проблемы! – я сложила руки на груди с видом победителя и, злорадно прищурившись, припечатала: – Нет клубники – нет зелья!

Пит поджал губы, сверля меня разъяренным взглядом.

– Значит, если принесу клубнику – ты сваришь мне приворотное зелье? – раздув ноздри, словно бычок, увидевший красную тряпку, уточнил Пит.

– И мороженое! – я подняла вверх указательный палец, стараясь сдержать улыбку – Питу ни за что не исполнить моей просьбы.

Он резко развернулся и широкими шагами направился к выходу из магической лавки. Когда за его спиной хлопнула дверь, я только покачала головой – время идет, а Пит не меняется: все такой же взрывной и импульсивный. Подхватив котел, я направилась в ванную, где ждала щетка из волос химеры и песок с живительных источников – лучшие помощники в чистке магического нагара.

Каково же было мое удивление, когда спустя несколько часов Пит вернулся, притащив и охапку дров, и коробку с моим любимым сливочным пломбиром, и… клубнику!

– Где ты ее взял? – подскочив к Питу, я забрала у него из рук мороженое и плетеную корзинку, доверху наполненную ароматными, спелыми ягодами.

– Какая разница? – он подошел к камину и, нагнувшись, сгрузил дрова в поленницу. – А котелок зачем помыла? Мы же договаривались…

Не говорить же ему, что я не сомневалась, что он не справится с заданием. Пришлось изворачиваться:

– Понадобился – так и помыла! А ты думал, я вечно ждать тебя буду?

– Могла и подождать немного, – сверкнул глазами Пит. – Сама клубнику попросила! Я от своих слов не отказывался!

– Ой, какие мы обидчивые стали! – подразнила упрямца я. – Ну ладно, так и быть, уступлю немного – помоешь котел после зелья своего. Приворотного.

– Так ты сваришь? – вмиг просиял Пит.

– Что ж с тобой делать? Не отвяжешься же, – притворно вздохнула я.

– Спасибо, Аришенька! – Пит подскочил ко мне и, обхватив руками, сжал крепко-крепко.

– Пусти, – задыхаясь, пропищала я.

Кровь прилила к лицу, вдруг сделалось жарко.

Пит, кажется, и сам понял, что сделал что-то не то. Торопливо выпустив меня из объятий, он растерянно попятился, взъерошил волосы, неуверенно улыбнулся.

– Ну так… когда начнем? – его щеки пылали еще ярче моих, и я поспешила отвернуться к камину, чтобы он не заметил, как я смущена его выходкой. Мы ведь давно уже не дети!

– Сейчас! – отозвалась я.

Подойдя к шкафу с ингредиентами, я стала судорожно рыться в ящиках и полках, выискивая нужные снадобья. Любовный приворот – одно из самых популярных зелий, которые у меня заказывают, а потому я могла сварить его даже с закрытыми глазами.

Пальцы немного подрагивали, отчего я злилась на Пита еще больше – вот кто ему позволил руки распускать? Шел бы к своим обожательницам и их тискал, так нет – прискакал ко мне, зелье это дурацкое вытребовал.

– Давай помогу, – проговорил Пит, внезапно оказавшийся прямо у меня за спиной.

– Сама справлюсь! – раздраженно отозвалась я и, зажав подбородком гору баночек с нужными составляющими, направилась к камину.

Сгрузив на столик ингредиенты, я взмахнула рукой – несколько поленьев, поднявшись в воздух, вспыхнули пламенными язычками и, нырнув в камин, улеглись под котелок.

– Ух ты! – восхитился Пит. – Ты так круто колдуешь!

Я только хмыкнула, но в душе теплым комочком шевельнулась гордость – Питу, оказывается, нравится, как я колдую.

Я ссыпала в котел все необходимое и, склонившись к закипающей жидкости, которая уже наливалась краснотой, зашептала наговор. Закончив, я поманила к себе пустую колбочку и, сделав еще один магический пас, заставила готовое зелье закупориться в сосуде.

– Готово! – я протянула Питу жидкий приворот. – Половину выпьешь сам, половину подмешаешь избраннице.

 – Спасибо! – он осторожно забрал из моих рук колбочку, но больше не торопился меня обнимать.

Какое-то время Пит с интересом рассматривал содержимое стеклянного сосуда, а потом откупорил его и, запрокинув голову, в один глоток выпил половину.

– Стой! Что ты… делаешь…

Слова так и застряли в горле. Я уставилась на Пита, который прямо на моих глазах обрастал шерстью и стремительно уменьшался в размерах. Пару мгновений – и из сгрузившейся на пол одежды Пита вынырнул очаровательный белый песик.

Мотнув головой, он вывалил язык и, слегка пошатываясь, посеменил ко мне.

– Аф! – тявкнул питопес.

– Ой, – я закрыла ладошками рот, судорожно соображая, почему Пит вдруг превратился в собаку.

Я бросилась к опустошенным склянкам и, аккуратно расставив их друг за другом, внимательно вчиталась в название каждой. На четвертой склянке мои глаза удивленно расширились. Как такое могло случиться? Я совершенно точно не должна была добавлять в приворотное зелье шерсть собаки-оборотня!

Повернувшись к мелкому песику, глядящему на меня с осуждением, я неуверенно проговорила:

– Ты сам виноват! Незачем было меня отвлекать обнимашками!

Пит обиженно тявкнул и завилял пушистым хвостом.

– Знаешь, а так даже лучше! – бодро заверила я. – Теперь ты уж точно завоюешь любую девушку!

Присев на корточки, я протянула руку и осторожно потрепала песика за ухом. Тот блаженно закатил глаза и подался навстречу моей ладони.

– Хороший мальчик, – улыбнулась я. – Так ты даже мне нравишься!

Пес замер и, приоткрыв глаза, уставился на меня с интересом.

– Ну да, я люблю собак! Тут ничего удивительного! – вспыхнула я и, вскочив на ноги, метнулась к книжному шкафу.

Схватив с полки книгу заклинаний, я стала старательно листать страницы в поиске отменяющего заклинания. Я готова была изображать бурную деятельность, лишь бы не встречаться глазами с осуждающим взглядом питопеса.

Признаться, в книге не было никакой необходимости. Я сразу поняла, как нужно исправить ошибку обращения, однако решиться на такое – значит выдать себя с головой.

– Аф!

Мягкая мордашка потерлась о мою ногу. Я выронила книгу, чудом не прибив очаровательного белого песика, и виновато на него уставилась.

– Я не специально! – проговорила я, имея в виду ошибку в зелье. – Пожалуйста, не злись!

Пес не двигался с места, продолжая неотрывно на меня смотреть, виляя хвостиком.

– Ты совсем-совсем не хочешь быть собачкой? – на всякий случай уточнила я.

– Аф! – отозвался Пит.

Я тяжело вздохнула. Конечно, он не хочет! Как же я могла так сглупить? Подобного еще никогда не случалось! И тем не менее я должна все исправить.

Пит свою часть уговора выполнил, даже клубнику где-то раздобыл. Но как же тяжело решиться на тот самый шаг!

Я переминалась с ноги на ногу, стараясь оттянуть неизбежное.

– Ладно! – наконец выдохнула я и, подхватив на руки песика, поднесла его к лицу, рассматривая симпатичную мордашку, по-человечески осмысленные голубые глаза…

– Мне очень жаль, что все так получилось! – проговорила я. – И я разрешаю тебе больше никогда со мной не водиться!

После этих слов сердце болезненно сжалось. Как же я буду без Пита? Кто еще может вывести меня из себя одним взглядом? И кого теперь мне бесить и подразнивать? На ком срываться, когда день пойдет наперекосяк?

Поздно. Теперь все в прошлом, потому что после моих следующих слов Пит больше не станет таскаться ко мне с печеньками, когда его отошьет очередная пассия. И все же я должна его расколдовать.

Щеку облизал теплый язычок. Песик словно бы хотел меня утешить и поддержать. Пит всегда был таким. Хорошим. Именно поэтому…

– Я тебя люблю, – тихо проговорила я и чмокнула песика в мокрый носик.

Его тут же окутало золотое сияние. Всего пара мгновений – и вот я уже стою в крепких объятиях Пита, прижатая к его груди до мурашек перед глазами. Его сердце стучало быстро-быстро, а дыхание сбилось, как, кажется, и мое.

Зажмурившись, я прижалась к нему, в последний раз наслаждаясь его близостью, потому что сейчас он придет в себя и навсегда меня покинет. К горлу подкатил ком, глаза предательски намокли.

– Я тоже тебя люблю, – прошептал Пит и коснулся губами моей макушки. – Очень сильно.

Из глаз все-таки скатились две слезинки, хоть губы и растянулись в широкой, идиотской улыбке. Наверное, из-за превращения Пит немного повредился рассудком, но сейчас мне было на это наплевать, потому что я была абсолютно и безоговорочно счастлива. Я даже мечтать не могла, что Пит когда-нибудь ответит взаимностью. А теперь он здесь, стоит рядом, обнимает меня, поглаживая по волосам, как маленькую.

Я тоже обхватила его за талию и замерла, когда рука легла на теплую, мягкую спину.

– Ты голый, – сдавленно заметила я.

– Твоими стараниями, – даже по голосу было слышно, что Пит улыбается. – Но я рассчитываю, что в следующий раз я оголюсь перед тобой при других обстоятельствах.

– Дурак! – усмехнулась я и зажмурилась от счастья.

Наполовину опустошенная склянка с оборотно-приворотным зельем валялась на полу, позабытая и ненужная.