Когда за дверью камеры раздались тяжелые шаги, мальчик беззвучно скатился с тонкой подстилки, на которой лежал, свернувшись калачиком в надежде если не согреться, то хотя бы не дрожать так сильно, и забился в самый темный угол своего пристанища. В свои десять лет он прекрасно понимал, что его попытка обречена на провал, и его действия были продиктованы, скорее, отчаянием, чем реальным стремлением избежать уготованной ему участи.
В замочной скважине заскрежетал ключ, и по земляному полу, утрамбованному телами поколений рабов, протянулась, стремительно расширяясь, полоса яркого желтого света. В уши ввинтился заискивающий голос хозяина:
- Вот посмотрите сами: товар качественный, не мутант. Я биомусором не торгую.
В камеру вошли двое мужчин: одного мальчик опознал сразу – несмотря на внешнюю улыбчивость и показное добродушие, человеком хозяин был жестоким и скорым на расправу. Да и появление второго не сулило ничего хорошего. Вошедший вторым был высоким, плечистым и очень страшным. Не отвечая хозяину, он нагнулся к мальчику, схватил его за ошейник и поднял, словно тряпичную куклу.
- Всего лишь клон, - голос у него тоже был страшный: злой. Хозяин пожал плечами:
- Ну да, не натуральник. Но, положа руку на сердце: где Вы сейчас рабов-натуральников возьмете? Это же рабыню почти год зазря кормить, да и то не факт, что интуита родит! Мальчик смазливый, обученный: подойдет хозяевам обоих полов. Генетика тоже хорошая – в племенную работу потом пустить…
- До племенной работы его еще пять лет кормить, - перебил вошедший и бросил мальчика на пол. Ребенок кулем свалился к его ногам, шустро отполз в свой угол и там притих, - это фармакология или линзы?
- Естественный цвет, - заверил хозяин, - все прививки сделаны вовремя, без пропусков, - добавил он, явно пытаясь заинтересовать собеседника.
- А в выбраковку тогда как попал?
- Заказчику нужен был нормотипичный клон, - пояснил хозяин, словно речь шла про вещь, а не про человека, - а получился интуит. Не подошел под потребности, мне его и продали. Товар и в самом деле нечастый – исходники на Сьерре брали. Реже только парадизцы встречаются. Продавец клялся, что исходник – Близзард, - добавил он, помолчав.
- Херня, - отмахнулся второй, - Близзарды кареглазые все, и интуиты у них не рождаются.
- По словам продавца, именно это заказчика и не устроило – слишком непохож он на Близзарда. Честно говоря, если бы не экстерьер, и я бы связываться не стал. Но игрушка и правда дорогой обещает вырасти. Цвет глаз необычный, да и белокожие такие редко встречаются.
- Тем более, не Близзард, - скривился, насколько понял мальчик, покупатель, - у них кожа оливковая. Но исходники, похоже, и впрямь со Сьерры – такая белая кожа только на их Севере бывает. Правда, ему красная цена в базарный день – двадцатка.
- За двадцать не продам, - покачал хозяин головой, - я его за двадцать пять сам купил.
- Тридцать – и это окончательное предложение, - озвучил цену покупатель.
По радостной улыбке хозяина мальчик понял, что его судьба решена.
Новый хозяин – если он и представился, мальчик не запомнил: не видел смысла, все равно, все они требовали, чтобы их называли «хозяин» и никак иначе – вытащил из кармана поводок, прицепил к кольцу на ошейнике мальчика и потащил ребенка на выход.
В новой тюрьме было тесно: кроме мальчика там жило еще много ребят самого разного возраста. Надсмотрщики, требовавшие, чтобы их называли воспитателями, очень тщательно следили, чтобы дети оставались одинокими. Любые контакты маленьких рабов между собой были под запретом. Детей одинаково кормили, одинаково одевали, одновременно водили на гигиенические процедуры, обучали одному и тому же. Разговаривать было нельзя, касаться друг друга тоже. Любое нарушение требований вело к наказанию плетьми. Зато на время «лечения» провинившегося запирали одного в темной и пустой комнате «подумать над своим поведением». Еды и питья в это время, правда, не давали, но это было не такой уж и большой платой за уединение. В такие моменты мальчик ложился на постель, сворачивался клубком и мечтал. Мечтал, как однажды сбежит, угонит звездолет и уйдет в гиперпространство. И больше никто никогда его не найдет и не сможет подчинить своей злой воле. Разумеется, если бы мальчика обучали не только тем специфическим предметам, которые должны знать и уметь постельные игрушки, мальчик знал бы, что чтобы стать пилотом, нужно учиться несколько лет. Но он этого не знал и продолжал мечтать.
День, изменивший его судьбу, начинался, как обычно: утром их подняли, отвели на гигиенические процедуры, накормили скудным завтраком и велели ждать. Маленькие рабы покорно затихли, поняв, что происходит нечто неожиданное.
- Хозяин разорился, - донеслось от входа, - выставил весь товар на торги.
- Они же недоучены! – возмутился второй «воспитатель», - кто этот неликвид купит-то?
- По дешевке разберут, - отмахнулся первый, - отвалы в шахтах разбирать вечно детей не хватает. Обидно, конечно: столько в них времени вбухано, и все зря – но лучше они, чем мы.
Потом за ними пришли.
В предпродажной комнате было тихо: разговаривали только те, кто готовил товар к выставке. Мальчика вымыли, причесали, выдали набедренную повязку и сандалии. Ни есть, ни пить им больше не дали, чтобы во время торгов живой товар не опозорил хозяина, обгадив помост.
Детей разбирали быстро: тех, кто постарше, в наложники, а помладше – в шахты.
Мальчик, чей возраст был пограничным, продавался самым последним.
- Лот номер двадцать: мальчик. Возраст: десять лет. Обучен для исполнения любых желаний скучающей леди. Если немного подкорректировать навыки, подойдет и для одинокого джентльмена.
Юджину Крейтону нужен был не совсем обычный раб. Ему нужен был раб, максимально похожий на сьерранца. И отнюдь не для развлечений. Вирейскому агенту было необходимо проникнуть в сьерранские учебные заведения для интуитов и заиметь там своих надежных людей. Поэтому он уже третий день метался по мальтусианским невольничьим рынкам и искал ребенка-интуита с сьерранской внешностью для выполнения задания руководства.
На этот рынок он завернул уже чуть ли не в отчаянии: здесь продавали неликвид, и отыскать ребенка с конкретными чертами лица было проблематично. Он уже уходил, но какое-то шестое чувство заставило его развернуться, чтобы взглянуть на объявленного раба. А взглянув, остаться. На помост вывели ребенка. Довольно высокого, но худого, словно он недоедал, а все съеденное уходило в рост, черноволосого, белокожего… Но больше всего Юджина поразили глаза мальчика, когда тот их поднял, обводя взглядом толпу: ярко-синие, глубокие озера, какие бывали только у выходцев с сьерранского Севера. Распорядитель между тем продолжал:
- Стартовая цена лота – сто кредитов Альянса.
- Не пизди, - крикнул кто-то в толпе, - у него вся спина исполосована кнутом, и ты его в наручниках держишь: дикаря спихнуть пытаешься!
Распорядитель равнодушно пожал плечами и повторил:
- Стартовая цена – сто кредитов, - послушал возмущенный галдеж собравшихся и напомнил, - стартовую цену назначаю не я, а хозяева – все претензии к ним. Итак, кто хочет купить себе обученного интуита за сто кредитов Альянса?
Желающих не нашлось. Ни за сто, ни за пятьдесят. Когда цена спустилась до двадцати пяти, Юджин начал аккуратно продвигаться к помосту. Ведь если раба не продали за четверть цены – его ликвидируют, чем, разумеется, частенько пользовались недобросовестные хозяева, приговаривая свои живые игрушки к смерти. А ему и сэкономить хотелось, и раба не упустить.
- Итак, - объявил распорядитель, - последняя цена лота – двадцать пять кредитов Альянса. Есть желающие?
- Есть, - громко ответил Юджин, мысленно благодаря милостивый Гипер за такую фантастическую удачу.
Распорядитель нашел Юджина взглядом, кивнул и в последний раз объявил:
- Лот номер двадцать: мальчик. Стартовая цена – сто кредитов Альянса, итоговая цена – двадцать пять кредитов Альянса. Продано одинокому джентльмену, который предпочел остаться неизвестным.
В своем номере Юджин первым делом придирчиво осмотрел раба и остался доволен покупкой: из всех серьезных дефектов у ребенка только спина была вся в шрамах, но при желании эти следы можно было выдать за последствия аварии.
С тех пор по документам его звали Рентон Свенссон. Имя и фамилия на Сьерре были распространенными, и к мальчику лишнего внимания не привлекали. Все, что от него требовалось – прилежно учиться в выбранном хозяином учебном заведении и, пользуясь «последствиями пережитой аварии», заводить полезные хозяину знакомства в медпунктах этих самых учебных заведений. Еще он должен был сообщать хозяину о тех преподавателях, чье отношение к интуитам было далеким от положительного. Единственное, что расстраивало мальчика – он нигде не задерживался дольше полугода. Но и к этому можно было привыкнуть.
Вот и сегодня ему предстояло очередное знакомство с одноклассниками, и Рентон очень надеялся, что последнее.
- Ребята, познакомьтесь, ваш новый одноклассник Рентон Свенссон, - сообщил мистер Джейкоб, очередной классный руководитель Рентона, кивая в сторону новенького. Сидящие в классе девочки, рассмотрев его повнимательнее, начали прихорашиваться, заметившие это пацаны, помрачнели. Рентон тоскливо вздохнул и перевел взгляд на дверь в надежде, что эти полгода пролетят быстро. И в этот момент в класс влетела она. Она была больше похожа на луч, чем на девушку. Невысокая, гибкая, зеленоглазая фея, чьи лицо, шея, и даже руки были густо усыпаны веснушками. А еще у нее были длинные рыжие волосы, заплетенные в косу толщиной в руку Рентона, - Мисс Сол, - недовольно сказал мистер Джейкоб, - потрудитесь объяснить свое опоздание.
- Любовалась императорским флайером, - звонко сообщила мисс Сол, - и лично императором!
Остальные будущие одноклассники Рентона подхватили ее смех, и он понял, что именно она является заводилой в классе. Мистер Джейкоб только рукой на нее махнул, разрешая садиться, и снова вернул внимание Рентону:
- Мистер Свенссон, Вам придется сесть на последний ряд – сами видите, других мест нет.
Рентон кивнул и прошел на свое место, с которого оказалось очень удобно рассматривать затылок мисс Сол.
После уроков к нему подошел один из нынешних одноклассников:
- На Ирию Бресс не заглядывайся, понял?
Рентон спокойно посмотрел ему в глаза:
- Давай, сразу определимся: в вашем классе единственная, на кого мне хочется смотреть – Джинджер Сол. Так что морду мне пусть ее поклонники бьют, остальные свободны.
- А ты чего борзый такой? – подошел второй, - как там тебя? Свенссон?
- За последние восемь лет, - по-прежнему ровно пояснил Рентон, - я переезжал шестнадцать раз. И шестнадцать раз менял школу. Чем быстрее вы меня побьете, тем быстрее успокоитесь.
- Не будем мы тебя бить, расслабься, - хохотнул третий и протянул Рентону руку, - Клинт Винсент. У Джинни с поклонниками негусто: первым будешь. Просто Карел по Ирии с ума сходит, а она по нему – нет.
Рентон снова посмотрел в глаза Карелу:
- Прими мои соболезнования. Но я даже не запомнил, как твоя Ирия выглядит. Я тебе не соперник.
Плечи одноклассника расслабились, и он протянул Рентону пачку сигарет:
- Куришь?
- Да, спасибо, - кивнул Рентон и озадачился, - есть еще кто-то, в чью сторону мне лучше не смотреть? Я, правда, кроме Сол, никого не рассмотрел, но хоть предупрежден буду.
В этот момент пробегающий мимо загорелый, костистый мелкий шкет притормозил и выдал:
- Нельзя курить на территории школы! Вы подаете плохой пример своим младшим братьям!
Рентон спокойно затушил сигарету и так же спокойно ответил:
- Извини, Лиллеброр, при тебе курить больше не буду. Беги в школу, иначе на уроки опоздаешь, а такой пример я тебе точно не подавал.
Когда мальчик скрылся за углом, Рентон снова достал зажигалку и закурил.
- Ты хоть знаешь, кто это был? – спросил его Карел.
- Какой-то мелкий пацан, - пожал Рентон плечами, - который, крайне польщенный моим вниманием, теперь не побежит нас закладывать.
- Это был Ренни Близзард, - огорошил Карел, - надежда Сьерры и наследник престола.
- Значит, повезло мне, что хамить тезке не стал, - решил Рентон, глубоко затягиваясь.
Клинт расхохотался:
- А ты прикольный! Пересаживайся ко мне, от меня вид на Сол лучше!
Рентон согласно улыбнулся.
Обещая не курить при Ренни Близзарде, Рентон меньше всего рассчитывал, что мальчишка его запомнит и при каждой встрече станет важно ему кивать. А потом вообще зависать рядом, откровенно подслушивая разговоры старшеклассников и даже комментировать. Рентон младшего тезку не гнал, со спокойным интересом выслушивая его мнение. А к остальным младший и сам не особо подходил. Охрана Ренни Близзарда, которую мальчик даже не замечал, Рентона изучила, отчиталась, куда следовало, и, видимо, получила приказ не вмешиваться. Рентона это не то, чтобы устроило, но и не обеспокоило: вреда младшему причинять он не планировал.
То, что новенький Свенссон ненавязчиво, но вполне ощутимо, опекает мелкого Близзарда, стало ясно спустя месяц на большой перемене в столовой, когда класс, в котором учился Ренни Близзард, опоздал к раздаче. Увидев опоздавших, Рентон, в этот момент собиравшийся заплатить и отойти, развернулся к раздатчице и спокойно сообщил:
- И двадцать комплексных обедов, пожалуйста.
- Куда тебе столько? – изумился стоящий следующим Клинт, Рентон вместо ответа махнул рукой Ренни:
- Лиллеброр, ты там чего застрял?
Просить второй раз Ренни Близзарда не понадобилось. Подростки, способные при желании, двигаться очень быстро, налетели большой, но организованной толпой и расхватали свои порции едва ли не раньше, чем в середине очереди поняли, что вообще происходит. Подошедший последним Ренни Близзард расплатился за одноклассников:
- Спасибо, Ренни.
Рентон отмахнулся, расплачиваясь за свой обед. После сцены в столовой, ставшей достоянием общественности, одноклассники еще пару раз попытались поддеть Рентона, что он набивается в фавориты будущего императора, но вскоре все заметили, что старшему тезке от младшего не нужно вообще ничего, и перестали мусолить эту тему.
Во время еженедельного звонка хозяин холодно уточнил:
- Свел знакомство с медиками?
- Мистер Аккройд – глава медслужбы и мисс Скорт – фельдшер, - отчитался Рентон ровно, - номер контактного телефона мистера Аккройда – 900akk568roy967345, номер контактного телефона мисс Скорт – 400sko345ort800657. Преподаватели ко мне пока присматриваются, точную информацию смогу сообщить на следующей неделе.
- Хорошо, - удовлетворенно кивнул хозяин и приказал, - в этой школе учится наследник престола Сьерры. Сведи знакомство с ним.
- Учится, - как всегда, ровно и безэмоционально подтвердил Рентон информацию, - приезжает в школу на флайере последней модели и передвигается по коридорам под охраной из четырех специалистов имперской СБ. Мой интерес к нему подозрений не вызовет? Я его беднее, старше, и инопланетник, к тому же.
Хозяин задумался. Рентон буквально видел, как в голове Юджина Крейтона на одной чаше воображаемых весов взвешивается предполагаемая польза от дальнейшей эксплуатации раба в прежнем режиме, а с другой – возможность получить Рентона Близзарда. Наконец, хозяин принял решение:
- Хорошо, пока не лезь к нему. Твоя задача – наблюдение. Ясно?
- Ясно, - кивнул Рентон, и хозяин прервал звонок.
Оставшись в одиночестве, Рентон долго смотрел прямо перед собой, размышляя над дальнейшими действиями. Придя к выводу, что если он не будет рваться на первые полосы новостей, то хозяин, который и на Сьерре последний раз три года назад был, не узнает про его дружбу с Ренни Близзардом, Рентон открыл учебник и начал делать домашнее задание. А еженедельно сообщать хозяину, как Ренни ел в столовой обед, а потом носился по школьному двору – безопасно.
Во сне к нему привычно заглянула Джинджер Сол. Рыжий луч счастья весело улыбался Рентону, но постоянно ускользал от него при малейшей попытке обнять. И когда прозвенел будильник, Рентон проснулся совсем не отдохнувшим.
Карел сегодня был мрачным. Клинт закурил, отдал зажигалку Рентону и спросил:
- Карел, что за херня у тебя случилась?
- Яноша комиссовали, - сплюнул Карел, - он вчера домой приехал. Выглядит, как живой труп. И ведет себя так же.
- А врачи что говорят? – поинтересовался Рентон, стряхивая пепел, - какие прогнозы?
- Никаких, только руками разводят, - скривился Карел, - по анализам он здоров. А выглядит, как нарик в последней стадии. Нервный стал, и матери грубит. А ведь он так счастлив был, когда его на «Молниеносный» взяли! И года не прослужил – вернулся инвалидом. В этом году, говорят, интуитов без экзаменов брать будут – лишь бы пошли.
- Значит, мне и к экзаменам готовиться не придется, - сухо отреагировал Рентон, - так поступлю.
- Эх, а мне для снайпера поработать придется, - деланно расстроился Клинт, - позавидовать тебе, Свенссон, что ли?
- Не стоит, - поморщился Карел, - пилот-интуит – это труп через пятилетку.
- Я все же постараюсь пожить подольше, - ровно заверил его Рентон.
В конце весны, незадолго до выпускных экзаменов, Ренни вдруг подошел к компании Рентона и, заметно волнуясь, попросил:
- Ренни, сходи со мной на концерт «Голденов», пожалуйста? А то отцу некогда, а остальные мои родственники в рейсе.
- Лиллеброр, - спокойно напомнил Рентон, - мне не по карману их билеты. А такие дорогие подарки принимать неприлично.
- Тогда эти билеты вообще пропадут, - закипели слезы на глазах у Ренни, - и я на концерт не попаду!
Клинт затушил окурок и поддержал наследника престола:
- Свенссон, считай это бременем старшего брата. Тем более, что тебе придется младшенького пасти – ты и музыку-то не услышишь.
Рентон задумчиво осмотрел тезку с головы до ног и прохладным тоном озвучил очевидную истину:
- Ты на концертах в вип-ложе сидишь, и не понимать того, что меня туда банально не пустят, не можешь. Так чего тебе на самом деле нужно, Лиллеброр?
Ренни залился краской:
- Понимаешь, я подумал…. Ты ведь через месяц школу закончишь, и мы больше не увидимся.
- И что ты надумал, Лиллеброр? – безучастно поторопил Рентон конец исповеди.
- А у меня даже твоего номера нет, - выпалил младший тезка решительно, - не в розыск же мне тебя объявлять!
- В следующий раз, - бесстрастно посоветовал старший, снимая с руки и протягивая будущему императору свой коммутатор, - вместо того, чтобы придумывать всякую херню, просто скажи правду.
Слезы на глазах наследника престола моментально высохли, и он быстро забил в память чужого устройства свой номер, а потом скинул вызов себе. И, возвращая коммутатор, озорно улыбнулся:
- А вдруг бы ты отказал?
Старшеклассник вздохнул, на миг задержав дыхание, закрепил коммутатор на запястье и еще раз смерил принца холодными синими глазами:
- Лиллеброр, а ты уверен, что тебе нужна дружба ценой в один билет «Голденов»?
- Да нет у меня этих билетов, - радостно признался Ренни, - я же знал, что ты не купишься!
И довольный своей проделкой, убежал к одноклассникам. Клинт, едва не выронивший от признания Близзарда всю пачку, не выдержал и заржал:
- Кому рассказать, что ты по незнанию себе в младшенькие Близзарда определил – не поверят!
Рентон пожал плечами: дружба с мелким пацаном его нисколько не напрягала. И пропустить его впереди себя в столовой тоже немного усилий требовало. На самом деле к младшему Рентону старшего притянуло пронзительное одиночество, которое у них было общим. Наследник престола, дружбы которого обычно искали ради выгоды, был в таком же рабстве, как и рожденный в неволе клон. Только если у старшего Рентона была надежда сбежать от хозяина, то младшему и бежать было некуда.
- Ты ведешь себя с ним, как будто он действительно твой младший брат, - заметил Карел на следующей перемене, наблюдая, как Рентон аккуратно тушит сигарету, увидев Ренни во дворе школы.
- Не ожидал тогда, что он меня запомнит, - честно ответил Рентон, - а теперь пожинаю плоды своего идиотизма.
Заметив старшего тезку, Ренни Близзард свернул с тропинки и подошел к старшеклассникам:
- Ренни, - обратился он к Рентону, - ты не мог бы меня до медблока проводить? А то живот болит…
У Рентона из рук выпало абсолютно все, что там было:
- Как давно? И что ты сегодня ел? Быстро и в подробностях!
- На прогулке заболел, - отчитался мальчик, медленно теряя краски, - и все сильнее. А утром я блинчики ел, а в обед суп грибной.
- Помню, - кивнул Рентон, - тебе его очень активно наша новая раздатчица предлагала, - говоря это, он дрожащими пальцами набирал на коммутаторе номер экстренной службы. И как только там ответили, выпалил, - акронская школа для одаренных детей! У нас наследник престола грибным супом отравился!
Карел, безбожно подслушивающий весь разговор, схватил Ренни за волосы, сунул ему в рот два пальца и нагнул над землей. Мальчика вырвало. Рентон вытащил из своей сумки и протянул приятелю бутылку воды.
Спустя пять минут на территорию школы примчался флайер скорой помощи, и Карел с Рентоном с рук на руки передали им землисто-серого Ренни. Как только флайер скрылся за поворотом, Рентон повернулся к Карелу:
- Хочешь стать героем Сьерры? Может, Ирия тебя, наконец, заметит.
Спустя еще десять минут школу оцепили спецслужбы. Стоя на четвертом этаже школы, Рентон наблюдал, как выводят из школы раздатчицу, как мгновенно попавший в топ Карел дает интервью, как стоящие толпой в стороне одноклассники одновременно гордятся Карелом и завидуют ему. Смотрел и мысленно обещал себе, что как только сможет – лично распнет Юджина Крейтона за каждый раз, когда было больно. Сзади подошел начальник смены наружной охраны Ренни Близзарда:
- Решили остаться в тени, мистер Свенссон?
- Думаю, так будет лучше для всех, - отозвался Рентон, не оборачиваясь, - я его спасал не ради новостных лент.
Начальник смены помолчал. Положил Рентону на плечо руку:
- Вы поступаете абсолютно верно, мистер Свенссон, славу на друзьях не делают. Еще успеете побывать на первых полосах: таким, как Вы, обычно, везет на подвиги.
- Просто, - бесцветно проговорил юноша, - в том, что случилось, есть и моя вина.
Начальник охраны внезапно фыркнул:
- Мистер Свенссон, Вы не поверите, но я могу сказать то же самое. Слово в слово! Вы лучше подумайте вот о чем, - он наклонился к самому уху Рентона и прошептал на грани слышимости, - если бы Вы не знали, что на него ведут охоту, Вы успели бы среагировать?
Вот теперь Рентон резко обернулся и, не моргая, уставился в спокойные серо-зеленые глаза:
- Нет, - наконец, вынужден был признать он чужую правоту, - и в голову бы не пришло.
- Вот видите, - хмыкнул начальник охраны, - как иногда полезно быть двойным агентом, - и тут же сменил тему, - имейте в виду, мистер Свенссон, раз уж Вы выбрали сторону Сьерры, «виреец» для Вас означает «враг». Будьте начеку.
- Спасибо, - подумав, поблагодарил Рентон. Его собеседник только махнул рукой и скрылся в темноте коридора.
Клинт отловил Карела между уроками и в лоб спросил:
- Не стыдно было чужой подвиг себе присваивать?
- Он сам попросил! – моментально ощерился Карел, подтверждая его подозрения, - сказал, что ему нельзя палиться! И я соврал только в том, что в скорую звонил! А желудок мелкому, и правда, я промывал!
Клинт кивнул:
- Я так и подумал, что вряд ли мелкий Близзард к тебе подошел бы. А к Свенссону – запросто. Вот только зря Свенссон суетится – его Близзард сам и сдаст, как только из больницы выйдет.
- Если сказать мелкому, что старший не должен был попадаться ему на глаза, - медленно проговорил Карел, - мелкий промолчит.
Взгляд Клинта зажегся огнем. Он не знал, чего боится Свенссон, но считал, что друзья должны помогать друг другу.
Ренни скучал в городской больнице: мама, тетя Ренни и дядя Хан были в рейсе, а отец мог заглядывать только утром и вечером. Поэтому, когда в дверь постучали, Ренни уселся поудобнее и разрешил, старательно подражая отцу:
- Войдите.
В палату ввалились знакомые старшеклассники, дружившие с Ренни-старшим.
- Привет, Лилль, - поздоровался тот, что отпаивал Ренни до приезда скорой, - нас твой ангел-хранитель послал узнать, как у тебя дела?
- Ренни? – спросил мальчик с надеждой, - а сам почему не пришел?
- Ему же нельзя, - пояснил второй, - он вообще не должен был с тобой знакомиться, а он еще и подружиться умудрился вопреки всем инструкциям. Если его начальство узнает – Рентону башку оторвут.
- Поэтому, давай, рассказывай, как у тебя дела, - фыркнул первый, - и кто тебя обижает. Мы передадим. А то он там от волнения даже курить бросил.
Ренни расплылся в радостной улыбке:
- Все уже в порядке! Отец говорит, что мне повезло очень! Только я, - тут он погрустнел, - по Ренни очень соскучился.
- Школу окончит, - потрепал Ренни по голове один из его визави, - вообще только созваниваться иногда сможете. Но сам пойми – служба у него такая. Все ради твоей безопасности.
Ренни совсем сник, и второй его подбодрил:
- Не вешай нос, Лилль! Выход всегда можно будет найти: на крайний случай, станете мастерами маскировки.
- Поступишь в акронское лётное училище, - приказал хозяин при очередном сеансе связи, - жить будешь в общежитии при училище. Твоя задача – стать лучшим пилотом на курсе. Все ясно?
- Да, - отозвался Рентон с показной покорностью, про себя давно и твердо решивший, что костьми ляжет, но сбежит от хозяина при первой же возможности. И хозяин очень зря надеялся на его, Рентона, рабскую верность. Ни верности, ни благодарности к нему юноша не испытывал, а познакомившись с Джинджер Сол и поняв, что между ним и девушкой стоит его рабский статус, Рентон возненавидел Юджина Крейтона со всей ледяной яростью, на которую был способен. Хозяин даже не догадывался, что его раб планомерно и педантично собирал на него компромат и теперь ждал только возможности передать информацию тому, кто сумеет ею воспользоваться правильно.
- Остальные задачи, - продолжал хозяин, - прежние: подружиться с медработниками училища и сообщить мне обо всех педагогах, с которыми у интуитов возникают конфликты.
- Ясно, - коротко ответил Рентон, и хозяин, удовлетворенно кивнув, отключился. Юноша повел плечами, сбрасывая напряжение, и открыл сайт акронского лётного училища. Ему вспомнились тонкая вонючая подстилка на холодном полу карцера, и собственные мечты украсть звездолет. Ну что ж, осталось совсем немного потерпеть, и ему и воровать ничего не понадобится. Тем более, что для поступления не требовалось ничего сверхъестественного: космография, космонавтика и математика. Тот факт, что хозяин, скорее всего, рассчитывал, что Рентон погибнет сразу после завершения учебы, Рентона не беспокоил: юноша твердо намеревался выжить, и кое-какие мысли на эту тему у него были.
На вступительных экзаменах Рентона ждал приятный сюрприз: вместе с ним космонавтику сдавала Джинджер Сол. Подойти к ней Рентон не рискнул, но мысль о том, что Джинни будет учиться с ним в одной группе еще целых четыре года, грела душу. На математике Рентон с Джинджер не встретился, поэтому итоговый результат вступительных экзаменов он мониторил с маниакальным упорством, пока не убедился, что фамилия Сол в списке зачисленных на первый курс есть, и уже никуда не денется. Только после этого он лег спать и всю ночь во сне снова и снова пытался поймать свою ускользающую мечту.
Заселение в общежитие не предвещало никаких сюрпризов. Рентон получил разрешение у коменданта, а у консьержа ключ и переступил порог своего на ближайшие четыре года жилища. Но сюрприз поджидал его внутри: новый сосед уже заселился и мирно раскладывал свои пожитки в одной из тумбочек. На звук открываемой двери он резко обернулся и застыл, глядя на Рентона с зыбким выражением лица, одновременно готовый расплыться в улыбке и скривиться в гримасе. Рентон невозмутимо прошел мимо, аккуратно пристроил свои вещи на нижнюю койку и сам сел рядом с ними:
- Как ты здесь оказался?
Клинт Винсент, все-таки, мрачно скривился и бухнулся рядом:
- Новый отчим крайне против моей рожи в пределах своей видимости. Вот я и согласился переехать в общагу ради мира в семье, только попросил, чтобы меня с тобой поселили. Обрадованный моей сговорчивостью, отчим не пожалел бабла на взятку коменданту. Короче, теперь вместе живем.
- Ясно, - сухо кивнул Рентон, - только твоя койка будет сверху, хорошо? Я не люблю высоту.
- Я тебе то же самое предложить хотел, - заулыбался Клинт, - мне сверху обзор лучше будет! Предлагаю отпраздновать новоселье темным нефильтрованным!
Рентон покачал головой:
- Я не пью спиртное.
- Значит, рядом посидишь, - решительно отмахнулся Клинт от попытки соседа отказаться и потянул его к выходу, - Ренни, блин, кончай морозиться, тебя уже даже Лилль раскусил!
Второй приятный сюрприз ждал Рентона уже на первой паре: на первом ряду освещала своей улыбкой мир Джинджер Сол. Натолкнувшись на изумруды в золоте, Рентон помедлил, решая, как лучше поступить: сесть с ней рядом или, как и в школе, выбрать место дислокации за ее спиной. В этот момент сидящая рядом с Джинджер студентка скривилась и бросила на Рентона уничижительный взгляд:
- Достали уже придурки, уверенные в своей неотразимости! Даже в училище покоя не стало!
Мысленно согласившись с ней, что в училище Джинджер должна учиться, Рентон прошел на последний ряд. Проследивший его маневр, Клинт фыркнул и поднял вверх большой палец. Рентон вежливо ему кивнул.
Две недели спустя весь курс с любопытством наблюдал, как Готфрид Бастер исходил на пену, пытаясь побольнее задеть Рентона Свенссона. По мнению Бастера, высказанному им неоднократно всем, кто имел уши, Свенссон слишком пристально смотрел на Мэрилин Джексон. Сама девушка, похоже, ничего не имела против внимания интуита, но старательно изображала недовольство. Зато против знаков внимания Свенссона, адресованных не ей, была Джинджер Сол. Джинджер была слишком хорошо воспитана, чтобы продвинуться в своем недовольстве дальше словесных перепалок с Мэрилин, но напряжение между двумя девушками неуклонно росло.
Вот и сегодня Мэрилин Джексон демонстративно обогнула очередь и встала перед раздачей, оттеснив от окна Рентона. Стоящая за интуитом Джинджер Сол прикусила губу и отвернулась.
- Мне, пожалуйста, десерт, - высоким голосом, слабо похожим на ее обычный тон, потребовала Мэрилин, - только без лактозы.
- Выбирайте, самостоятельно, - отрезала раздатчица, - здесь не ресторан.
- Мэрилин, - сухо заметил Рентон, - из того, что сегодня в меню, лактозу не содержит только фруктовый микс. Возьми его.
- Спасибо, Рентон, но я как-нибудь сама разберусь, - огрызнулась та, и обратилась к раздатчице, - мне, пожалуйста, фруктовое парфе.
- Фруктовое парфе готовится из йогурта, - флегматично озвучил Рентон состав десерта, - йогурт содержит лактозу. Лактозы нет только во фруктовом миксе.
- Я сама разберусь, - повысила Мэрилин голос, но раздатчица встала на сторону Рентона:
- Девушка, молодой человек абсолютно прав: лактозы нет только во фруктовом миксе, - устало сообщила она, - если у Вас лактозная непереносимость, Вам подойдет только микс. Если Вы на диете – возьмите тарталетку – они маленькие.
- Тогда фруктовый пай, - начала терять терпение Мэрилин.
- Фруктовый пай содержит сливочное масло и сливки, - безразлично перечислил Рентон, - лактозы нет только в миксе.
- Вот бы пай попробовать, - мечтательно вздохнула Джинджер за его спиной, и плечи интуита чуть дрогнули. Стоящий за Джинджер Клинт расхохотался:
- Джинни, ну какой десерт? Нам бы с тобой теперь суп успеть купить!
Рентон оглянулся на содержимое их подносов и равнодушно приказал:
- Идите, я за вас расплачусь, - после чего снял с витрины фруктовый пай и, не глядя, поставил на поднос Джинджер. Когда девушка открыла рот указать ему на ошибку, интуит полоснул ее острым взглядом синих глаз и вновь сосредоточился на Мэрилин. Клинт подхватил растерявшуюся Джинджер под локоть и быстро увел к столикам. Позади них Мэрилин визгливо потребовала капкейк, и почти вся очередь закашлялась, скрывая смешки, когда в ответ на это раздалось безучастное:
- В состав капкейков входит молоко, Мэрилин, лактозы нет только во фруктовом миксе.
- Тогда шоколадный тарт! – взорвалась Мэрилин.
На уже ожидаемом «Шоколад содержит молоко, масло и сливки, Мэрилин, лактозы нет только во фруктовом миксе» смешков стало заметно больше, а на фразе «Слово «чизкейк» переводится, как «сырный пирог», Мэрилин, лактозы нет только в фруктовом миксе», стоящие за спиной Рентона курсанты не выдержали и посгибались пополам от хохота. Мэрилин Джексон вспыхнула от стыда и возмущения, схватила фруктовый микс и быстро покинула раздачу. Подошедший к кассе Рентон невозмутимо и холодно перечислил покупки, расплатился и присоединился к Клинту.
- Зачем ты ее дразнил? – губы Клинта сами собой расползлись в ухмылке, - она и так воображает себе слишком многое.
- Так получилось быстрее, - отозвался Рентон, - чем ждать, когда она забракует все десерты и все равно выберет микс, но при этом доведет до белого каления всю очередь.
- И Джинджер успела попробовать фруктовый пай, - мягко поддел Клинт.
- И это тоже, - спокойно подтвердил Рентон, склоняясь над своим супом, - двойная выгода.
Клинт расхохотался, привлекая к себе всеобщее внимание. Сидящие через два стола от них Эрни Тенран и Келсом Санге задумчиво переглянулись прежде, чем Эрни заметил:
- Интересно, над чем смеется Винсент? Свенссон не похож на балагура.
- Но надо признать, что определиться с десертом он Джексон помог, - хмыкнул Келсом, - сейчас все, кто сзади них стоял, Свенссону очень благодарны: и пообедать успели, и настроение хорошее. Не думаю, что это совпадение.
На стол рядом с ними опустился еще один поднос, и к теплой компании добавился декартианец Идрис:
- Начинаю завидовать Винсенту, - сообщил он мрачно, - видели, как технично Свенссон его из очереди вывел? Я такие спектакли тоже из партера смотреть хочу.
- Угу, - пробурчал Эрни, - а мне сейчас всю пару выслушивать, как не стыдно было Свенссону заигрывать с Джексон у всех на виду. Хотя, если честно, она сама к нему полезла.
- Пересядь, - предложил Келсом, - возле Свенссона как раз свободно.
- Честно говоря, - признался Эрни, - я бы так и сделал, но смысл менять одного поклонника Джексон на другого? Готфрид, хотя бы, улыбается иногда.
- К вам Бастер подходил? – сменил Идрис тему, - что вы по поводу его предложения думаете?
- Не верю я, что можно улучшить успеваемость одними лишь выборами нужного старосты, - усмехнулся Келсом, - а вот рвение Бастера напрягает.
- Задуманная Готфридом афера сработает, только если к нему присоединится весь курс, - пояснил Эрни, - плохо, что альтернативы ему нет. Никто не рвется заботиться о сотне великовозрастных балбесов.
- Не соглашусь, - заметил Идрис и кивнул в сторону Рентона, - пятнадцать минут назад кое-кто позаботился о великовозрастных балбесах по собственной инициативе.
Эрни и Келсом, не сговариваясь, обернулись и уставились на выходящего из столовой интуита.
Звонок на пару уже прозвенел, когда Клинт обнаружил, что его конспект по стрелковому бою куда-то делся. Он обыскал всю сумку, но конспекта в ней не оказалось, и Клинт почувствовал, как над верхней губой у него выступают капельки пота: преподаватель по стрельбе очень не любил, когда студенты что-то забывали. А преподаватель, между тем, уже начал пару:
- Добрый день, господа первокурсники, сегодня у нас с вами практическая работа, после которой вы сдадите свои конспекты на проверку, - сообщил он с предвкушающей улыбкой, показавшейся Клинту хищной, но в этот момент в дверь постучали и на порог шагнул традиционно невозмутимый Рентон Свенссон:
- Извините, мистер Тайко, - вежливо поприветствовал он преподавателя, - можно мне на секунду Винсента? Я ключ от комнаты в общежитии забыл, а у пилотов практику перенесли.
- Да, мистер Свенссон, конечно, - радушно улыбнулся преподаватель интуиту, - он сейчас выйдет, - и кивнул Клинту, - мистер Винсент, вынесите, пожалуйста, мистеру Свенссону ключ.
Недоумевая, как Ренни мог забыть ключ, если сам запирал комнату, Клинт выудил искомое из кармана сумки и вышел в коридор. Интуит ждал его возле окна с знакомой тетрадкой в руке.
- Держи, - ровно предложил Рентон, протягивая Клинту конспект, - ты ее в столовой оставил.
- Ренни, - тихо, но с невероятным облегчением в голосе признался Клинт, - ты просто космос! Я тебе по гроб жизни должен буду!
Рентон безразлично отмахнулся от благодарности:
- Считай это платой за разговор с Лиллеброром. Притвориться тайным агентом самому мне бы и в голову не пришло.
- Значит, сейчас очередь снова за мной, - отбросив стеснительность, Клинт крепко обнял соседа по комнате. А потом спрятал тетрадь под футболку и вернулся в аудиторию. Несколько будущих снайперов проводили глазами счастливого Винсента и переглянулись между собой. Высказанная Идрисом идея импонировала им все больше. Первым на перерыве начал разговор Келсом, заметивший, сразу после первой затяжки:
- Этот Свенссон какой-то странный, вы заметили? Он вообще не улыбается. Не мужик, а статуя.
- Я с ним в одном классе учился, - отмахнулся заглотнувший наживку Клинт, - нормальный Ренни парень, немного замкнутый просто. Зато никогда в помощи не откажет. Перед выпускными экзаменами он со мной все билеты по небесной механике перерешал, хотя самому к экзаменам готовиться надо было. Да и сейчас забытый конспект принес. А к тому, что он не улыбается, быстро привыкаешь.
- Он бы еще на Мэрилин Джексон так не смотрел – вообще классным парнем был бы, - поддакнул Эрни с Энтерпрайза, - а то Бастер скоро в космос стартанет на одной только ревности. И что только они в ней нашли? Объективно, Ортега гораздо привлекательнее.
- Надо будет у Ренни поинтересоваться, - хмыкнул Клинт с ехидцей в голосе, стряхивая пепел с сигареты, - помнит ли он, где именно сидит Мэрилин Джексон? Готов поспорить на стипендию за семестр, что не помнит.
- Да он с нее глаз не сводит, - сплюнул Келсом, - уже даже преподы заметили. А уж ее-то как от собственной важности прет – противно даже.
- Джексон может сколько угодно от своей важности переться, - уверенно возразил Клинт однокурснику, – Ренни интересует не она, а ее соседка по парте. Он на Сол еще со школы налюбоваться не может. Он и сегодня спектакль устроил только, чтобы Джинни успела поесть нормально.
- В очереди Сол была?! – не поверил Эрни, - не припомню я что-то.
Клинт рассмеялся:
- Ага, передо мной стояла. Не будь ее там, Рентон промолчал бы: его лично выходки Джексон не нервируют.
- А чего он к Сол не подойдет тогда? – не понял Келсом, - она же, вроде бы, и не против. По крайней мере, ищет его взгляд, почти не скрываясь. А уж если поймает, то аж сияет вся, оправдывая фамилию.
- Ренни очень стеснительный, - пожал плечами Клинт, - Спасти тебе жизнь – всегда пожалуйста, а позировать перед камерами попросит кого-нибудь другого. Но зато пользоваться положением не станет.
- Ну прямо идеальный староста, - съехидничал Эрни. Клинт фыркнул в ответ на подколку:
- Нет, уговорить Ренни быть нашим старостой получится только хитростью. Это опекать малых и слабых он всегда готов и согласен, а таких балбесов, как мы – и не подумает.
- Зря смеетесь, - хмуро заметил Идрис, который до этого просто молча курил рядом с ними и в разговор не вмешивался, - потому что сейчас у нас только два претендента: Свенссон, которому это до одного места, и Бастер, которому должность старосты позарез нужна.
- То есть, - затушил окурок Келсом, - на самом деле, выбора-то у нас и нет? Потому что я лучше ледяной статуе подчинюсь, чем рвачу и карьеристу. Итак, Винсент, мы внимательно тебя слушаем: как будем уговаривать твоего приятеля взять над нами опеку?
- Надавим на жалость и заполируем лестью, - ответил Клинт, почти не задумываясь, - на Свенссоне проверено неоднократно, метод сбоев не давал. Главное – чтобы и остальные согласились.
- Снайперов я беру на себя, - вытащил новую сигарету из пачки Эрни, - а баб и интуитов Ортега обработает – ей Бастер тоже не по душе. Только, Винсент, умоляю: махнись местами с Джексон, а то Бастер меня доконает.
- Да без проблем, - легко согласился Клинт, - глядишь, может, и Ренни быстрее дозреет Сол в кино пригласить.
- Спорим, Свенссон не продержится до конца первого семестра? – внес Эрни предложение и пояснил в ответ на удивление однокурсников, - от его взглядов в ту сторону даже воздух дрожит, и камни плавятся – что в исполнении Свенссона выглядит просто ошеломительно – в остальных-то случаях он холоднее космоса. Я думал, он к Джексон не суется, потому что та с Бастером, а раз ему Сол нужна – до конца семестра решится.
- А спорим! – согласно хохотнул Келсом, - что окажется сильнее: холод космоса или жар желтого карлика? Мне для такого шоу сотки не жалко!
- В подобных противостояниях, - напомнил Идрис законы физики, - обычно побеждает звезда. Этот спор ни о чем.
- Поверим физику любовью? – хмыкнул Клинт, пожимая руку Эрни, - мы-то ничего не теряем!
Сидя на своем месте за последней партой, Рентон заканчивал карандашный набросок Джинджер Сол, отчаянно жалея, что повесить эскиз на стену в комнате общежития у него не получится: на единственном подходящем для этого месте уже висел портрет Ренны Парадайз – первого свободного интуита Альянса Человечества, первой за многие годы женщины-капитана и просто очень красивой женщины. Для Рентона Ренна Парадайз была тем идеалом, к которому нужно стремиться, и расстаться с зримым символом реалистичности своих надежд Рентон не мог.
- Ренни, помоги по старой дружбе, - вдруг обратился Клинт к бывшему однокласснику и нынешнему однокурснику, - в оценочной ведомости напортачить боюсь. Блин, как сглазил кто: за пультом не ошибаюсь, а ведомость третий раз переписываю!
Рентон, не глядя, протянул руку за оценочной ведомостью Клинта. В ладонь легла целая стопка:
- Не понял? – вынужден был поднять голову интуит, - откуда так много?
- Просто у тебя почерк самый красивый, - пояснил Келсом, - вот мы и решили облегчить жизнь себе и бухгалтерии. Если ты не откажешься нам помочь, конечно, - добавил он, помолчав.
Рентон обвел однокурсников подозрительным взглядом, давая им понять, что именно он про них думает, но без лишних возражений начал заполнять документы на получение стипендий. Это занятие неожиданно увлекло, и оказалось, что на основании оценок про однокурсников можно узнать много интересного. К примеру, Алиенор плохо давались точные науки, но там, где нужна импровизация, красавице с Побережья просто не было равных; Джинни воевала с астрофизикой, но без проблем сдавала космонавтику; в противовес Алиенор Лиара была слаба в импровизациях, но там, где имелись четкие инструкции, у нее все было идеально… А вот Бастер мухлевал с оценочными баллами. Рентон остановился, вернулся в начало и перепроверил каждую цифру. Не показалось: везде, где были пограничные значения, Бастер безбожно их округлял, и на выходе получался вторым на курсе отличником. Рентон дождался звонка с Основ синхронизации и бесстрастно спросил:
- При заполнении ведомостей мне на какие цифры ориентироваться? Первоначальные или те, что вы сами проставили?
- А что, - моментально заинтересовалась Алиенор Ортега, отвлекаясь от полировки ногтей Лиары Дерри, - между ними есть разница?
- Скорее, есть разница в использованных вами методах подсчета, - равнодушно ответил Рентон, - если использовать методику Дерри, можно запутаться, подсчитывая сумму шестых знаков после запятой, а если повторять за Бастером, то у нашего курса идеальная успеваемость. Мне как считать?
- А как считал ты? – негромко уточнила Джинджер, на щеках которой играл невероятно симпатичный румянец. Чтобы получить такой цвет на бумаге, нужно смешать розовый, белый и оранжевый, а еще добавить каплю золотисто-коричневого, - Рентон?
Осознав, что чуть не утратил нить разговора, Рентон отвел спокойный взгляд в сторону от девушки и безразличным тоном сообщил:
- На данный момент все преподаватели выставили мне баллы с нулями после запятых. Так, что здесь я вам ничем не помогу, но предлагаю выбрать единую методику подсчета и придерживаться ее до конца учебы.
Джинджер закусила полную коралловую губу, привлекая к своему рту внимание интуита, но в этот момент в разговор вмешался Эрни:
- Пересчитывать по методике Дерри долго? – Рентон четвертовал его глазами, но ответил все так же сдержано:
- До завтрашнего утра успею. Правда, у многих снизится итоговый балл, и как следствие, стипендия. Будете голосовать?
- Делать нам больше нечего, - хмыкнул Келсом, не поднимая головы от симулятора космобоя, - тебе считать, ты и выбирай. Недовольные пусть солят океан.
Рентон кивнул и вытащил из пенала ластик. И уже склоняясь над ведомостью, заметил:
- Келсом, в этой версии игры нельзя стрелять, выйдя из гипера лишь частично.
Однокурсник тихонько матюгнулся, но послушно сменил тактику. Эрни изумился:
- Свенссон, ты играешь в космобой?
- На этой платформе хорошо реализована возможность маневрирования, - аккуратно стирая результаты предыдущей работы, прохладно отозвался Рентон, - и игры группами от двух человек.
Сузивший глаза Бастер открыл рот, чтобы выразить недовольство решением Рентона следовать методике Дерри, но в этот момент Келсом и Идрис отвлеклись, наконец, от своих дел и внимательно посмотрели на несостоявшегося отличника. Бастер предпочел за лучшее промолчать.
Зато не промолчала Алиенор:
- Бастер, я надеюсь, ты в курсе, что преподаватели тоже свои ведомости сдают? И если в отметках слишком большие различия, бухгалтерия может провести внутренний аудит?
- То есть, нас таким образом на честность проверяют? – переспросила Верна Корс, - интересно, подобных скрытых проверок много?
- Много, - пересчитывая данные, машинально ответил Рентон, - к примеру, снайпера, выбравшего нижнюю койку, в дальний космос не пустят. Пилот-интуит, выбравший верхнюю постель, тоже останется на внутренних линиях.
- Почему? – подал голос Идрис, мучительно припоминая, кто из его знакомых снайперов спит на нижней койке. Получалось, что никто.
- Основы психологии, - невозмутимо пояснил интуит, щелкая клавишами виртуального калькулятора, - снайпер стремится держать периметр под контролем, а пилот боится свалиться с кровати посреди кошмара.
- А если, - боязливо уточнила Верна, - студент живет в одноместной комнате?
В аудитории наступила тишина: весь курс ждал ответа Свенссона. Рентон, удивленный всеобщим молчанием, оторвался от подсчетов и вопросительно поднял брови. Клинт повторно озвучил вопрос:
- Ренни, что означает, если студента селят одного?
- У нас кто-то в одиночестве живет, или это риторический вопрос? – выражение лица Рентона осталось отстраненным.
- Я, - почти прошептала Верна. Рентон перевел на нее спокойный, словно море в безветренную погоду, взгляд и задал еще один вопрос:
- Верна, ты собралась в дальний космос?
- Н-нет, - заикаясь, выдавила Верна, - в торговую эскадру.
- Поэтому ты в одиночестве и живешь, - обрадовал девушку источник самых неожиданных знаний, - тебе необязательно получать практические навыки синхронизации, а в общаге боковые комнаты не простаивают.
- Интересно, - вслух задумалась Джинджер, и Рентон снова залип взглядом на ее лице, - а какой в этом смысл? Парадайзы в общаге не жили, а синхронизация у них самая высокая из зарегистрированных. И один из них точно спит на нижней койке в каюте.
- Поэтому это явление и носит название «Феномен Парадайзов» - напомнила Лиара, - что ни объяснить, ни повторить его пока не получилось.
- Расспросите миссис Паллет, если интересно, - флегматично посоветовал девушкам интуит, - она была при демонстрации этого феномена.
- С чего ты взял? – не поверил Бастер, - фамилии Паллет на протоколе синхронизации Парадайзов нет.
- Девичья фамилия Ванессы Паллет – Дрейк, - холод в голосе Рентона стал вполне ощутимым, - и протокол скреплен ее подписью.
- Ренни, - восхищение в голосе Клинта аж через край лилось, - как ты это выяснил?!
- Со сменой фамилии почерк у миссис Паллет не поменялся, - указал на очевидную вещь Рентон, - можете со своими ведомостями сравнить.
И в этот момент прозвенел звонок на Боевую теорию. Первокурсники едва дождались окончания приветствия миссис Паллет, как Алиенор Ортега выпалила:
- Миссис Паллет, а Вы правда были при проверке синхронизации Парадайзов?
- Правда, - на тонких губах Ванессы Паллет мелькнула усмешка, - а что?
- А как Вы думаете, - продолжила благодарное дело расспросов Верна, - с чем связан такой высокий процент их синхронизации?
Ванесса Паллет задумчиво оглядела первый с момента замужества курс, задавший ей этот вопрос, и ответила:
- С тем, что предшествующие этому три года в свободное от учебы время они ввязывались в неприятности и вытаскивали из них друг друга с завидным постоянством. Именно поэтому капитаном флагмана и была назначена Ренна Парадайз: императрица доверяла ей задолго до этого назначения.
- Ну вот, - фальшиво расстроился Эрни, - а я так надеялся на нетрадиционные практики!
- Мистер Тенран, - усмехнулась миссис Паллет, - Хантер Парадайз просил выставлять низшие баллы по математике за вопрос о нетрадиционных практиках. В итоговые ведомости.
- Почему? – в голосе Эрни чувствовались предвкушение и улыбка.
- На момент эвакуации ему было двенадцать лет, а его сестре Зарине – семь, - пояснила миссис Паллет, - и если студенты задают этот вопрос – значит, не умеют считать.
Несколько человек – из тех, кто как раз умел считать, - рассмеялись.
- А за вопрос о подвиге Парадайза? – спокойно поинтересовался Рентон, - низший балл по маневрированию?
Миссис Паллет покачала головой:
- На нынешний день, - сообщила она невозмутимо, - этот подвиг уже повторили. Правда, по странному стечению обстоятельств, каждый раз подвиг был совершен в ситуации серьезной угрозы жизни людей и отсутствия других альтернатив, - она обвела студентов взглядом, убеждаясь, что намек поняли все, и предложила, - давайте, начнем сегодняшнюю тему.
Погрузившись вечером в заполнение сводной таблицы оценочной ведомости ста человек, Рентон не сразу услышал сигнал коммутатора, но Клинт оказался более чутким:
- Ренни, отвлекись, тебе Лилль звонит.
Оценочная ведомость была тут же забыта:
- Слушаю, Лиллеброр? Что случилось?
- Я боюсь, Ренни, - голос тезки был напряженным, - папа говорит, что в последнее время интуиты выпускных курсов гибнут. А у меня мама интуит, и училище она недавно закончила. Она погибнет, да?
На мгновение Рентон задумался, после чего бесстрастно уточнил:
- Твоя мама стала нервной? Может, перестала нормально кушать? Жалуется на что-то? Сильно похудела?
Клинт, узнавший по описанию старшего брата Карела, прислушался к разговору.
- Н-нет, вроде бы, - неуверенно ответил Ренни.
- Тогда расслабься Лиллеброр, все с ней хорошо, - успокоил младшего Рентон, - думаю, твой отец имел в виду исключительно пилотов.
- Тетя Ренни – пилот, - моментально испугался мальчик, - и ты тоже, - добавил он совсем тихо.
- Тетя Ренни тоже недавно училище закончила? – голос старшего тезки был, по-прежнему, доброжелательно-нейтральным.
- Нет, конечно, - в голосе ребенка прорезалось истеричное хихиканье, - она же уже капитан!
- Вот видишь, - указал на несоответствие тети факторам риска интуит, - значит, ее это не коснется.
- А ты? – не дал сбить себя с темы мальчик.
- А меня ты только что предупредил, - ровно заверил Рентон, - я буду очень осторожен, обещаю.
Когда Ренни, наконец, прервал звонок, Клинт негромко спросил:
- Ты действительно считаешь, что Яноша задела та херня, что убивает молодых пилотов?
Рентон придвинул ведомость обратно и честно ответил на вопрос соседа:
- Я не верю в совпадения, Клинт. Янош – пилот-интуит, он недавний выпускник, его сразила неизвестная болезнь. Все признаки налицо.
- Получается, что Лилль прав, и ты в группе риска? – напрягся теперь уже Клинт.
- Забьешь тревогу, когда я стану отказываться от еды, - велел Рентон невозмутимо и тут же вежливо попросил, - кстати, не одолжишь пару сотен до стипендии? А то свою заначку я всю проел.
- Есть идея получше, - предложил щедрый Клинт, - просто объединим активы, но пока твой вклад только натурой, с тебя готовка!
- Без проблем, - согласился Рентон с предложением, - тогда посуду моешь ты.
Довольный Клинт протянул соседу руку скрепить договор.
- Так, уважаемые первокурсники, - примерно через неделю после негласных выборов старосты, победителя которых до сих пор не поставили в известность о смене статуса, озадачил вверенный ему курс мистер Беннер, - кто сможет за посещаемостью следить? Дело это несложное, но ответственное.
- Свенссон сможет, - ответил Эрни, не поднимая глаз от конспекта по астрофизике, - он у нас самый ответственный.
Рентон смерил однокурсника красноречивым взглядом, но от дополнительной общественной нагрузки отмазываться не стал.
- Рентон, - окликнула интуита на перемене Верна, - свой номер скажи, пожалуйста, вдруг понадобится.
Рентон посмотрел на нее крайне нецензурно, но девушку внезапно поддержал Клинт:
- И правда, Ренни, заболеет завтра Идрис, где мы его искать будем?
- По пустякам не звонить, а то забаню, - холодно пригрозил Рентон. Клинт язвительно хихикнул:
- Что? По пустякам тебе только Лилль звонить может?
- А если и так, - не поддержал шутку Рентон, - то это только мое личное дело.
Клинт шутливо вскинул вверх руки, делая вид, что сдается, и Рентон продиктовал номер своего коммутатора. Тот факт, что его записала даже Джинджер, примирило Рентона с действительностью.
Уже на второй месяц обучения для Рентона стало неприятным сюрпризом, что кроме мониторинга посещаемости, на него свалилась обязанность дойти до медкабинета и получить допуск к строевой подготовке для всех однокурсников. Решив не откладывать дело в долгий ящик, тем более, что перед хозяином в любом случае отчитываться надо, юноша отправился в медблок перед практическим занятием в гиперпространстве.
Постучав и получив разрешение войти, Рентон открыл дверь и моментально понял, что докладывать о медработниках ему будет практически нечего: мистер Аккройд и мисс Скорт, уволившиеся из акронской школы для одаренных детей буквально накануне покушения на Ренни Близзарда, хозяину были уже знакомы.
- Добрый день, - голос юноши остался доброжелательно нейтральным, - очень рад видеть вас в добром здравии, мисс Скорт и мистер Аккройд.
- Рентон Свенссон, если не ошибаюсь? – фальшиво улыбнулась мисс Скорт, - с чем пожаловал?
- Однокурсники слезно упросили меня получить допуск к строевой, - пояснил Рентон спокойно, - выполняю общественное поручение.
- Конечно, Ренни, - не менее фальшиво, чем Скорт, улыбнулся Аккройд, - давай сюда ведомости, подпишу.
Рентон шагнул вперед и протянул врачу бумаги. Проследил, чтобы подписи о допуске стояли напротив всех без исключения фамилий, еще раз вежливо улыбнулся медикам, попрощался и покинул медблок. Только на полпути к аудитории его внезапно осенило, что Джинджер Сол тоже учится на пилота-интуита, и юноша непроизвольно замедлил шаг. Несколько секунд интуит стоял, глядя перед собой невидящим взглядом, наконец, приняв решение, двинулся дальше. Войдя в аудиторию, он мгновение полюбовался самой красивой девушкой в Альянсе и решительно направился к трибуне.
- Так, - бесстрастно сообщил Рентон, устраиваясь за трибуной у доски и замораживая однокурсников взглядом, - я сейчас был в медпункте, получил допуск к строевой подготовке на всех, в том числе, на Баса. Это хорошая новость. Но есть и плохая. Говорить?
- Разумеется, - поднял голову Келсом, - что случилось, Свенссон?
- Появляться в медблоке крайне нежелательно. Это касается, в первую очередь, интуитов, - холодно предупредил Рентон, - но и остальным в медпункт лучше не соваться ни при каких обстоятельствах. Я этих медиков знаю, и это не самые лучшие спецы на планете. Для самых внимательных повторяю: в медпункт не соваться, и ничего у них не брать! Лучше ко мне подойдите: я медицинскую энциклопедию скачал – а аптеки круглосуточно работают.
- И освобождение от занятий дашь? – съязвил Бастер, с которым у Рентона никак не складывались отношения, - тогда мне больничный с сегодня и до конца четвертого курса!
- Бас, я, конечно, могу тебе освобождение нарисовать, - как всегда, ровно ответил Рентон, - но что ты будешь делать, когда за снайперский пульт встанешь? Тоже за больничным побежишь?
Однокурсники зафыркали, а Бастер смерил Рентона ненавидящими глазами. Впрочем, со звонком интуитов забрали на практическое занятие по логистике, и про Бастера можно было на время забыть.
Преподаватель по логистике гиперпространства осмотрела вверенную ее заботам группу из двадцати пяти интуитов и спросила:
- Кто-нибудь из вас был в гиперпространстве?
- Страшно-то как! – не сдержалась Джинджер за спиной Рентона. Верна бросила на Джинджер завистливый взгляд: не каждой из присутствующих на занятии девушек повезло с персональным укрытием. Рентон невозмутимо заметил:
- Мисс Артен, если срок давности и время пребывания значения не имеют, то в гиперпространстве были все присутствующие.
- Жаль, - проворчала мисс Артен, - чистую клиническую картину дает только первый выход. А если все там уже были, то засекать время между выходом и началом кошмаров нет смысла.
Голос Рентона был сухим и ровным:
- Мисс Артен, упомянутая Вами теория отрицает способность женщин работать в гиперпространстве. В то же время практика показывает, что это не так. Вы – яркое тому доказательство.
Яркие, правильной формы, губы преподавательницы дрогнули:
- Обычно до этого момента не дочитывают, мистер Свенссон, - после этого она перешла на серьезный тон, - на самом деле, гораздо большее значение после сегодняшнего занятия будет иметь характер кошмара. Чем детальнее и реалистичнее он окажется, тем легче вам будет потом увидеть путь до точки назначения и провести по нему звездолет.
- А если детали запомнить не удастся? – выглянула Джинджер и пояснила, - просто мне в детстве постоянно снились кошмары, и теперь выработался рефлекс проводить по волосам в момент пробуждения.
- И у меня, - поддержала Джинджер Верна.
- Похоже, что мисс Сол и мисс Корс смогут провести звездолет до точки назначения, - голос Рентона не изменился ни на йоту, - Просто еще не поняли, что их кошмары имеют гиперпространственную природу.
Преподавательница кивнула:
- Скорее всего, Вы правы, мистер Свенссон, - она перевела взгляд на остальных присутствующих, - кому еще часто снились кошмары в детстве? Ребята, не стесняемся: если после гипера кошмаров не было, вам понадобятся дополнительные занятия, хотя лично я порекомендовала бы сменить специальность на шефа.
- А разве не все интуиты могут увидеть путь в гиперпространстве? – немного осмелела Верна, узнав, что сможет работать в гипере.
- Раньше считалось, что все, - согласилась мисс Артен, - но потом выяснилось, что чувствительность к гиперпространственным эманациям – такой же навык, как, к примеру, способность ходить, и его точно также надо развивать. Или не развивать – в зависимости от стремлений самого интуита. Поэтому еще раз спрашиваю: кому еще часто снились кошмары после первого выхода в гипер?
- Мне снились, - сообщила Мэрилин Джексон, - просто я всегда считала, что подобные интимные вещи прилюдно обсуждают только совсем бесстыжие личности!
- Мэрилин, тебе снятся интимные кошмары? – восхитилась Джинджер, - и ты так смело об этом говоришь? Я бы не рискнула признаться!
Мэрилин вспыхнула и собралась продолжить обмен колкостями, но не успела. Рентон внезапно спросил:
- Мисс Артен, а имеет значение, что именно снится? Или только сам факт?
- Только сам факт, мистер Свенссон, - снова дрогнули губы преподавательницы, - интимные подробности вы все можете смело оставить при себе. Сонник я с собой не захватила.
Несколько человек рассмеялись, оценив шутку, и мужская половина группы, наконец, начала признаваться в своих слабостях.
Гиперпространство Рентона заворожило. В своей жизни он не видел ничего, настолько же прекрасного, как непрерывно изменяющийся и остающийся неизменным узор космической мандалы. Основной рисунок был всех оттенков золотого и красного с вкраплениями зеленых точек. И интуит искренне расстроился, когда его время пребывания за пультом истекло.
- Ну, и напоследок порадую, - усмехнулась мисс Артен в конце занятия, - что оттенок увиденного вами узора тоже имеет значение и зависит от личных предпочтений каждого.
- То есть, синий с черным узор был только у меня? – опять не сдержалась Джинджер. Голос ответившего девушке Рентона остался сухим и безучастным:
- Джинджер, интуит видит узор исключительно в симпатичных ему оттенках. Если двум интуитам нравятся одинаковые цвета, то и цвет узора у них будет одинаковым.
- Абсолютно верно, мистер Свенссон, - похвалила мисс Артен, - и добавила, - мисс Сол, про значение оттенков гиперпространства я Вам рекомендую прочитать исследование доктора Стенли под названием «Узор темной мандалы». В электронной библиотеке нашего училища этот материал в свободном доступе.
Порозовевшая Джинджер кивнула и аккуратно записала название исследования. Залюбовавшийся ее румянцем, Рентон сильно пожалел, что указанная книга не считается библиографической редкостью. Был бы повод взять у Джинджер номер коммутатора.
Звонок коммутатора раздался посреди ночи, вырывая Рентона из липких объятий кошмара.
- Слушаю, - хриплым со сна голосом отозвался юноша. Голос Верны на том конце был плачущим:
- Ренни, прости, что разбудила, - лихорадочно заговорила девушка, - но мне больше не к кому обратиться. Со мной что-то ненормальное происходит.
Лежавший на верхней койке Клинт бесшумно стек вниз, зажег свет и сел рядом, чтобы лучше слышать.
- Верри, - убедительно заговорил Рентон, полностью просыпаясь, - мы днем в гипере были, после него кошмары обязательны, ты же знаешь.
- Это не кошмары, Ренни, - залепетала девушка, - скажи, нас точно никто не слышит?
- Точно, - заверил ее Рентон, глядя в глаза Клинту. Винсент был на редкость серьезен, - если надо, я сейчас приду.
- Нет, - испугалась Верна, - мне страшно. Ренни, меня трясет всю, и мысли неправильные в голову лезут! Как те, на которые Мэрилин с Джинджер друг другу намекали!
Рентон закаменел лицом, придвинул планшет, набрал «нужно седативное, лучше «Келеос», шприцы, бинты и физраствор» и показал соседу по комнате. Клинт быстро кивнул и выпрыгнул в окно.
- Верри, - негромко и спокойно начал Рентон, - я же просил не ходить в медпункт, тем более, после гипера. Зачем тебя туда понесло?
- Я не хотела, меня мистер Беннер заставил, - уже совсем откровенно заплакала Верна, - сказал, что это обязательно, и не отставал до самого медблока.
- Так, Верри, слушай внимательно, - велел Рентон, переходя от сочувствия к приказам, - быстро подойди к двери и запри ее на все замки. Потом придвинь к двери стол. Поняла?
- Да, - согласилась Верна, явно испытывая облегчение от того, что кто-то взял на себя ответственность за ее поведение.
- Отлично, - похвалил ее Рентон, - выполняй.
На том конце послышались звуки запираемого замка, а потом передвигаемой мебели.
- Придвинула, - отчиталась успокоенная Верна, - что дальше?
В окно запрыгнул Клинт с пакетом из аптеки в руках.
- Подойди к окну и жди нас с Винсентом, - продолжил инструктировать Рентон, - сейчас придем с антидотом. Двери никому не открывай, поняла? Даже коменданту! Потом скажешь, что спала и не слышала. Мы через окно влезем.
- Хорошо, - послушно отозвалась Верна, - не буду открывать.
Когда они двумя бесплотными тенями преодолели расстояние между общежитиями и запрыгнули к Верне в окно, девушку уже не просто трясло, у нее и кожа вся липкая была.
- Так, марш в душ, - холодно приказал Рентон, - где у тебя запасное постельное? Мы сейчас тебе кровать перестелим, пока ты моешься, - Верна кивнула и посеменила к санузлу, - И, Верна, - окликнул интуит девушку, по-прежнему, ровно, - если вдруг захочется приласкать себя, мы не подслушиваем.
Верна залилась мучительной краснотой, но кивнула.
- Это то, что я думаю? – встревоженно спросил Клинт. Рентон кивнул:
- Афродизьяк. Говорил же: не суйтесь в медблок!
В четыре руки они перестелили белье на кровати Верны, а потом Рентон аккуратно набрал в шприц лекарство и физраствор в равных пропорциях. Остальное он тщательно закупорил и на вопросительный взгляд Клинта пояснил:
- Вводить надо тремя дозами через три часа ровно. Короче, сон нам только снится. Зато она глупостей не наделает.
- А меня зачем позвал? – хмыкнул Клинт, - от меня помощи…
- Чтобы Верна точно не наглупила, - отмахнулся Рентон, - она сейчас не головой думает. А при тебе ко мне не полезет – наглости не хватит.
Когда девушка вышла из санузла, Рентон кивнул на постель и нейтрально предложил:
- Ложись, сейчас я сделаю тебе инъекцию, и постарайся уснуть.
- Извини, - прошелестела Верна, - что тебе возиться со мной приходится, я не хотела.
- Не думай об этом, - посоветовал Рентон, нащупывая вену на ее локтевом суставе, - в жизни бывает всякое. Вот так, - он распустил жгут и поправил Верне подушку, - отдыхай.
В дверь легонько постучали, а потом дернули ручку. Клинт метнулся к окну, закрыл его и погасил свет.
- Верна, - раздался взволнованный голос мистера Беннера из-за двери, - открой, пожалуйста, мне с тобой срочно нужно поговорить. Это касается твоих родителей!
Верна дернулась встать, но одна рука Рентона зажала ей рот, а вторая прижала девушку к постели. Ручка двери снова сильно задергалась.
- Счас за ключами к коменданту пойдет, - сдержано предрек Рентон на грани слышимости.
- Не страшно, - так же тихо отозвался Клинт, - я стол с этой стороны подержу. Вот ведь сволочь, - ругнулся он, - интуиток насилует!
- Вот видишь, - заметил традиционно невозмутимый Рентон, - а ты боялся, что от тебя пользы не будет.
В замочной скважине заскрежетал ключ, и Клинт на цыпочках рванул к столу. Рентон остался держать Верну. Впрочем, антидот начал действовать, прочищая сознание, и девушка уже поняла, что о родителях с ней никто говорить не планирует, и затихла.
- Так, курс, - хмуро заявил Клинт, собирая всех после строевой подготовки следующим днем, - дело есть. Пока у нас Свенссон, как настоящий рыцарь, хранит честь дамы, я считаю, что мы должны вмешаться.
- Ближе к делу, Винсент, - попросил Эрни, - туману ты достаточно напустил.
- У нас есть информация, что Беннер накачивает афродизьяком интуиток, живущих в общаге, и ползает к ним в трусы, - мрачно озвучил Винсент. Верна вздрогнула и опустила глаза, но в ее сторону не повернулась ни одна голова, - а красивых баб на курсе у нас много.
- И что ты предлагаешь? – мрачно спросил Идрис, - на слово тебе не поверят.
- Объявляем мозговой штурм, - пояснил Рентон, отрываясь от планшета и перехватывая внимание однокурсников, - нам нужен план. Цель: убрать Беннера. Какие будут предложения?
- Ловим на живца? – высказала идею Джинджер, - спровоцируем его и продемонстрируем другим преподавателям?
- И живца отчислят, - отмел это предложение Келсом, - надо что-то тайное.
- А если этот самый афродизьяк ему вернуть? – предложила Алиенор, - желательно, на педсовете?
- Скажут, что подкинули, - возразил уже Рентон.
- Да, - согласился с ним Келсом, - но если на педсовете у него из кармана выпадут ампулы, а на экране проектора появятся откровенные фотки, ректору придется начать расследование. Хотя бы, чтобы найти инициаторов травли. А нам огласка и нужна. Даже если против него будут две наши девушки свидетельствовать – этого достаточно будет. А там, может быть, и с других курсов девчонки осмелеют.
- Сойдет, как предварительный план, - кивнул все еще мрачный Клинт, - кто рискнет репутацией? Девчонки?
Джинджер, хулигански ухмыльнувшись, вскинула руку:
- А можно я? Я за свою репутацию не боюсь.
Рентон почувствовал, как у него все плывет перед глазами.
- Положим, - согласился Эрни, - фотки сделаю я, не зря же шесть лет в фотостудии штаны протирал. Свенссон, сможешь лишних преподов отвлечь? Нам где-то полчаса нужно будет.
Рентон молча расчленил Эрни взглядом и так же молча кивнул.
- Педсовет завтра после пар, - заметил Идрис, - успеем?
- На большой перемене, - безучастно постановил Рентон, - я отвлеку преподов, а Эрни с Джинджер пойдут на дело.
- И я пойду, - добавил Клинт, - на стреме постою, и, если что, втроем легче следы замести.
- Вчетвером, - поправила Алиенор, и в пальцах у нее мелькнули стеклянные ампулы, - надо мистеру Беннеру его имущество вернуть.
Стоя в столовой в очереди за Ренни Свенссоном, почти весь его курс с восхищением наблюдал, как, позаимствовавший у Мэрилин идею устроить затор на раздаче, интуит воплощает ее в жизнь с беззаветной самоотдачей непризнанного гения. Парень придирчиво выбирал себе обед уже десятую минуту. Но то тарелка была недостаточно чистой, то овощи порезаны недостаточно эстетично, то майонез слишком жирно смотрелся – при этом в голосе Свенссона была исключительно безукоризненная вежливость и спокойная отстраненность уверенного в своей правоте человека. Взмыленная раздатчица, уже не споря, молча убирала с витрины забракованные порции и выставляла новые, надеясь, что очередь возмутится, и Свенссон, наконец, угомонится. Но пока первокурсник откровенно издевался, очередь стояла и даже не перешептывалась, а бедная женщина заменила уже почти всю витрину. За бесплатным спектаклем наблюдали и практически все преподаватели, даже не вспоминая, что, по-хорошему, они должны прервать это представление. Им тоже было интересно, что закончится быстрее: придирки Свенссона, терпение очереди или готовые порции на кухне.
Наконец, в столовую вбежали запыхавшаяся Джинджер с Клинтом и Эрни в арьергарде, а следом за ними проскользнула Алиенор Ортега. Свенссон моментально утратил подозрительность, расплатился за четыре обеда и покинул кассу, и только сейчас до раздатчицы дошло, что курсанты позади Свенссона не теряли времени даром, и на всех без исключения подносах уже стояли выбранные порции. Поэтому после Свенссона очередь двинулась очень быстро, а возмущенных не было совсем: после такого шоу остальные постыдились капризничать на кассе.
- Как все прошло? – спросил Келсом, садясь за соседний столик, но Рентон прервал его требовательным:
- Дай им пообедать, и сам ешь, давай. Если что – после Боевой теории обсудим.
Келсом кивнул, признавая его правоту, и склонился над своим обедом. Рентон поделил поровну порции между опоздавшими, и только вежливо кивнул, когда Эрни вернул ему первое, а Клинт – второе. Порывавшуюся поделиться десертом Джинджер Рентон окинул таким взглядом, что девушка сама придвинула тарелку обратно.
План первокурсников исполнился даже лучше, чем им хотелось: увидев на большом экране свои фотографии в недвусмысленных позах в компании одной из первокурсниц, мистер Беннер тут же написал заявление на увольнение. Инициировавший внутреннее расследование с целью отбелить репутацию заслуженного преподавателя, ректор столкнулся с очень большим количеством неприглядных эпизодов, и расследование быстро закончилось, даже не начавшись толком, но за первым курсом закрепилась негласная слава проблемного, и становиться их куратором желания ни у кого не возникло. Поэтому после очередного педсовета, на котором вдруг выяснилось, что и организацией дисциплины на вверенном ему курсе мистер Беннер не занимался, ректор попросил остаться Ванессу Паллет.
- Миссис Паллет, - обратился к преподавательнице Боевой теории и практики он, - я понимаю, как это звучит в сложившихся обстоятельствах, но я прошу Вас взять руководство первым курсом. Студенты откровенно наглые и проблемные, но, Вас, хотя бы, в домогательствах не обвинят. И первым делом озадачьте их выборами старосты.
Ванесса в аудиторию входила неохотно, и с внутренним трепетом. Но грозные первокурсники выглядели тихими и даже прилежными. По крайней мере, те, что заняли первые парты, склонились над конспектами по Боевой теории. Последние парты, правда, маялись дурью, но ведь и пара пока не началась.
Оглядев доставшийся ей по наследству от мистера Беннера проблемный курс, миссис Паллет сообщила:
- Ребята, за следующую неделю вы должны выбрать старосту. Есть желающие?
Бастер быстро поднял руку:
- Можно, я выдвинусь?
В аудитории раздались смешки и подколки, смысл которых сводился к древней пословице «пусти козла в огород». Рентон еле заметно поморщился, предчувствуя проблемы, но продолжил рисовать Джинни. У него целый альбом был с ней одной в самых разных ракурсах и вариациях, но интуит никогда не отказывал себе в удовольствии добавить к этому альбому еще один эскиз. Внезапно сидящий рядом с Джинджер Клинт хмуро заметил:
- Народ, хорош смеяться, вопрос-то серьезно задан! А то ведь в самом деле сейчас старостой Бастера назначат, пока вы зубы скалите.
На втором ряду, привлекая к себе внимание преподавательницы, вздохнул Келсом:
- Миссис Паллет, у нас обязанности старосты уже давно исполняет Свенссон, и всех, кроме Бастера, это устраивает. Не надо ничего менять, пожалуйста.
Ванесса Паллет немного удивленно посмотрела на очень красивого замкнутого парня, сидящего за последней партой, отогнала от себя мысль, что он ей кого-то напоминает, и медленно кивнула:
- Если все согласны, у меня, тем более, возражений нет.
Рентон Свенссон посмотрел на затылок Келсома далеким от одобрения взглядом, но возражать против своего нового статуса не стал.
Неделю спустя, пропустивший первую пару по причине участия в старостате (пока остальные обсуждали недопустимое поведение некоторых бывших преподавателей училища, вырабатывали какие-то резолюции и методички, Рентон Свенссон переписывался с контактом, обозначенным словом «Лилль», но в резолюции дисциплинированно расписался), Рентон привычно устроился на своем месте в конце аудитории и обвел взглядом однокурсников:
- Куда Бас делся?
Клинт, сидящий с Джинджер, но посматривающий на Верну, равнодушно пожал плечами:
- Не вынесла душа поэта, что не его старостой выбрали.
- Не понял? – ровным тоном уточнил Рентон, вытаскивая из сумки сводную ведомость посещаемости курса и делая пометки.
Эрни, до этого сидевший за одной партой с Бастером, обернулся на Рентона и мрачно пояснил:
- Бас перевелся в другое училище. По официальной версии, потому что это близко к дому. По факту – я его об этом настоятельно попросил. Сегодня утром он забрал документы и сдал ключ коменданту. Еще вопросы?
- Нахера? – безразличная интонация вопроса здорово контрастировала с его грубой формой. Клинт вдруг бросил на соседа по комнате озадаченный взгляд и глубоко задумался, что-то припоминая.
- Задрал, - коротко ответил Эрни, возвращаясь к своему конспекту, - и ты задрал глупыми вопросами. От Баса одни проблемы на курсе, неужели не ясно?
Рентон потер ладонями лицо: Бастер его тоже достал своей ревностью:
- Тогда я его вычёркиваю?
- И Джексон вычеркивай тоже, - сообщила с первой парты золотая мечта Рентона, - она за Басом перевелась.
Рентон молча кивнул и аккуратно вымарал оба имени. С одной стороны, хорошо, что больше не нужно будет терпеть вспышки ревности Бастера и высокомерные усмешки Джексон, а с другой – это ведь получается, что и Джинджер завтра может точно также забрать из училища документы? И где ее потом искать? Младший тезка хоть номер коммутатора выпросить догадался в свое время, а Рентон и до этого не додумался. Просто подойти к девушке он не решался, прекрасно осознавая разницу в их с Джинни статусах: родители Джинни, увидев, что их единственная дочь родилась интуиткой, быстро собрались и эмигрировали на Сьерру, спасая своего ребенка от рабства – а Рентон изначально родился рабом. Но сейчас и он, и Джинни оба были в равных условиях. Рентон еще раз посмотрел на грязное дело своих рук и решился:
- Джинджер, а давай в кино сходим?
В аудитории наступила тишина.
- Народ, долги выплачиваем, - наконец, ехидно потребовал Эрни, - в противостоянии желтого карлика и ледяного космоса победила звезда по имени Сол.
- Счас, - хмыкнул Клинт и повернулся к самой Джинджер, - Сол, гони сотку, я же тебе говорил, что не на Джексон он любуется!
Джинджер залилась краской, став еще более красивой, и спросила у Рентона:
- Ренни, ты сейчас не шутишь? Ты серьезно приглашаешь меня в кино?
- Серьезно, - подтвердил Рентон, с растущим изумлением наблюдая, как по аудитории гуляют выигранные и проспоренные деньги, - пойдем?
Джинджер потянулась рукой к кошельку, не отводя от Рентона глаз, достала деньги и сунула их Клинту. Тот, также не глядя, протянул их Эрни. Впрочем, не он один: как успел увидеть Рентон, почти все однокурсники так или иначе оказались должны именно Эрни. Энтерпразец пересчитал выигрыш и вдруг положил всю сумму перед Рентоном:
- Держи, сводишь девушку на нормальное свидание. А то на нашу стипендию не разгуляться.
- Погодите, - вдруг остановил однокурсников вечно мрачный Идрис – единственный, кто, кроме, собственно, Рентона, в споре не участвовал – он достал из кошелька деньги и положил их на стол перед смутившейся от такого внимания Джинни, - приличным девушкам, - пояснил он все так же мрачно, - не стоит за себя на свидании платить, если приглашает парень. Даже, если этот парень – наш староста.
До кино они не дошли. После пар Рентон пошел проводить Джинджер до дома, чтобы она переоделась для свидания, но за разговорами они вышли на набережную, потом зашли в кафе, а когда вышли, в небе над рекой уже зажглись звезды. Джинни рассказывала про свое детство, про родителей, которых боготворила просто, Рентон признался, что сирота и долгое время жил с опекуном. Когда часы показали полночь, Джинджер опомнилась, что пора домой, и Рентон ее, все же, довел до порога. Возле дверей Джинни внезапно развернулась, решительно шагнула к юноше и, приподнявшись на цыпочки, коснулась его губ своими. А когда попыталась отстраниться, Рентон не позволил. Теперь уже он накрыл полные губы своими, раздвинул их и скользнул языком внутрь. Джинни застонала в поцелуй и попыталась прижаться теснее. Юноша наклонился, чтобы ей было удобнее держаться за его шею, и когда Джинни доверчиво обняла его, выпрямился, почти лишив ее опоры, и раздвинул коленом ее ноги. Потерявшая ориентацию в пространстве, Джинджер буквально растеклась по нему, полностью отдаваясь во власть интуита, и только покорно выгнулась навстречу, когда он провел большими пальцами по полукружиям грудей, сквозь одежду задевая соски. Ее отзывчивость кружила голову и лишала разума, хотелось прямо сейчас проверить, везде ли она такая золотая, или кое-где присутствуют другие оттенки, но краем сознания юноша понимал, что ни время, ни место не подходят для подобной любознательности. Поэтому, пока соображал еще хоть что-то, Рентон решительно отстранился от самой сногсшибательной девушки во вселенной и хрипло велел:
- Марш домой! – Выразительное лицо Джинджер скривилось в недоумении, а припухшие губы задрожали. Рентон не выдержал и снова к ним приник. Джинни моментально воспользовалась только что полученными навыками и уже самостоятельно отправилась на покорение новых территорий. Территории сдались без боя. Девушка вновь и вновь увлеченно изучала внутреннюю поверхность рта Рентона, лишая его здравомыслия, но на их счастье и одинаковое неудовольствие, у обоих в легких закончился кислород. Пришлось разорвать поцелуй, - Джинни, - еще раз воззвал Рентон к разуму своей ненаглядной, - иди домой. Срочно.
- Я не хочу, - призналась она полушепотом, - я хочу остаться с тобой.
- Джинни, - голос Рентона скрипел, словно наждачная бумага, - я тоже не хочу. Прикажешь вести тебя в общагу? Или в гости пригласишь?
Она прижалась еще теснее:
- Не пытайся отвертеться, Рентон Свенссон. Я тебя почти год ждала.
- Хорошо, - сразу капитулировал Рентон, - мне уже раздеваться? На тротуар я тебя не пущу, значит, будешь сверху.
Окружающий мир рассыпался колокольчиками ее смеха:
- До постели надо дойти! А то с кино меня уже прокатили!
- Завтра, - клятвенно пообещал Рентон, - завтра мы идем в кино. Форма одежды – повседневная, иначе опять не доберемся.
- А если снова не получится, - прошептала ему на ухо Джинни, проверяя границы самообладания, - поведешь послезавтра. И так пока не дойдем.
- Договорились, - без тени иронии согласился Рентон, - будем каждый день идти.
В общежитие Рентону пришлось влезать через предусмотрительно оставленное открытым окно.
- Как назывался фильм? – ехидно поинтересовался Клинт, свешивая голову с верхней койки.
- Не имею ни малейшего понятия, - не стал юлить интуит, - мы заболтались и не дошли. Спасибо за окно.
Клинт помолчал, над чем-то раздумывая, и внезапно сообщил:
- В следующее воскресенье отчим уезжает в командировку. Я уйду к матери: соскучился по ней. До утра не вернусь.
- Я учту, - пообещал Рентон и почти неслышно добавил, - я с тобой не расплачусь.
- Забудь, - хмыкнул Клинт, - это я добрый, пока у меня самого девчонки нет.
А на следующее утро ректор привел в аудиторию новенького. Невысокий, худенький блондинчик с невыразительным лицом и серо-желтыми, типичными для вирейцев, глазами, с любопытством осматривал своих будущих однокурсников. Ректор, между тем, разливался соловьем:
- Уважаемые первокурсники, знакомьтесь: Фил Кестрел – будущий снайпер. Фил учился в окружном лётном училище Юго-западного Дейта, но перевелся к нам по причине переезда. Прошу любить и жаловать. Фил, - добавил он, оборачиваясь к новичку, - садись на любое свободное место.
Новенький еще раз огляделся и шагнул к месту с другой стороны от Джинджер, но присесть не успел. Сидящий на втором ряду Келсом оторвался от симулятора и со скрытой угрозой в голосе предупредил:
- Здесь занято.
- Келсом, не будь букой, - хохотнул Эрни и подмигнул новичку, - иди сюда, Фил, рядом со мной свободно!
Открыв вечером того же дня оценочную ведомость новенького, Рентон задумался: судя по баллам, парень, носящий типичную вирейскую фамилию Кестрел, отлично сдавал космонавтику и математику, а вот с стрелковым боем и астрофизикой у него были проблемы. Картина, обычная для пилота, но новенький учился на снайпера. Еще немного поразмыслив, Рентон набрал Идриса:
- Идрис, - голос старосты был абсолютно безжизненен, но и декартианец не слишком любил долгие разговоры, - не знаешь, куда новенького поселили?
- Со мной, - подтвердил Идрис его надежды, - у меня в комнате койка свободна была.
- Не возмущался? – Ни по голосу, ни по лицу Рентона нельзя было сказать, что ответ имеет для него значение. Идрис точно так же ровно подтвердил:
- Нет. Спокойно отреагировал, обрадовался даже. Понаблюдать?
- Понаблюдай, - согласился Рентон и задумался еще больше, отключив связь: теоретически, у вирейской разведки на первом курсе акронского лётного училища уже был один студент-интуит, зачем отправлять второго, да еще и маскируя его под снайпера?
Можно предположить, что маскировка нужна, чтобы агент не заразился неизвестной болезнью. Значит, внедрение предполагается долговременным? Но почему внедряют именно пилота? Кого им надо забрать? Или не забрать, а… похитить?
Перед внутренним взором встали испуганные темно-карие глаза на землисто-сером лице. В принципе, других вариантов и не было: хозяин пытался подобраться к Ренни через Рентона, но тогда на первом плане стояла вербовка медперсонала и педагогов, а сейчас школу Рентон закончил, и отправить его туда снова не получится. Пришедшая в голову мысль была проста, как все гениальное: это в школу не получится отправить второй раз, а в училище – вполне. И именно поэтому не подошел сам Рентон – поднять звездолет он пока не в состоянии. А вот студент последнего курса или вчерашний выпускник навыками уже обладают, но за первокурсника еще вполне сойдут. Особенно, невысокие и худые. Но почему закос под снайпера? Интуиту проще прикинуться шефом, чем снайпером. Риск спалиться меньше. В чем же выгода быть именно снайпером?
Разгадка оказалась донельзя простой и пришла с неожиданной стороны. Рентон и Клинт, задержавшиеся на строевой подготовке и не успевшие поесть на большой перемене, обедали после третьей пары, когда на соседний стул опустился Эрни:
- Новичка интересует Винсент. Клинт, тебе Ортега проиграла!
- Только Винсент? – прохладно уточнил Рентон, отставляя в сторону пустую тарелку.
- Только, - без улыбки кивнул Эрни, - более того, я, к примеру, был не в курсе, где учится надежда Сьерры.
Клинт ошарашенно уронил ложку в суп:
- Думаешь, по душу принца?
Рентон отстраненно кивнул. Эрни сделал глоток кофе и полюбопытствовал:
- А Клинт тут при чем?
Клинт поморщился и пояснил:
- Я весной пару раз в новостях засветился, когда наш с Ренни одноклассник спас принца от покушения.
Эрни отодвинул чашку, откинулся на спинку стула и негромко заметил:
- Мужики, у меня отец был телохранителем, пока не ушел в десант и не погиб в стычке с ксеносами. И я хорошо знаю, что охрана курит в стороне от объекта только тогда, когда охраняемый находится рядом с заслуживающим доверия субъектом. И раз новичку нужен Клинт, значит, он ищет того, кому доверяет охрана принца.
- В чем смысл пилоту-интуиту притворяться именно снайпером? – равнодушно поинтересовался Рентон, никак не комментируя откровения Эрни, - закосить под шефа легче.
- Значит, ему нужно туда, куда беспалевно попадет только снайпер, - ответил Эрни без раздумий. Он помолчал, потом нахмурился и потянулся к планшету, - через две недели, - наконец, сообщил результат своих исследований, - ежегодный турнир снайперов-первокурсников. И император всегда берет сына на этот турнир.
- Если мы правы, он обязательно захочет туда попасть, - подытожил Клинт мрачно, - и не факт, что он один действует.
- Есть шанс, что принц никуда не пойдет за вашим однокурсником, если вас на турнире не будет? – тихо спросил Эрни. Клинт стремительно побледнел, а Рентон безучастно озвучил:
- Ни малейшего. Еще и отца отвлечь поможет.
- И я правильно понимаю, что и у нас попасть на турнир должен не снайпер? – в голосе Эрни было такое же предчувствие катастрофы, что и на лице Клинта. И только Рентон остался невозмутим:
- Если в команде будет некомплект, никого не удивит участие старосты. Даже, если тот – пилот.
Клинт и Эрни понимающе переглянулись.
Провожать Джинджер до дома оказалось еще интереснее, чем любоваться на нее с последней парты. Идя с ней рядом, можно было держать ее за руку или обнимать за талию, можно было с ней разговаривать и любоваться сменой выражений на красивом лице, а можно было развернуть ее к себе и целовать в свое – и ее тоже – удовольствие.
Рентон, конечно, теоретически планировал заманить Джинни в свою комнату и проверить, везде ли у нее такая же нежная, украшенная крупинками веснушек, кожа, но его планы больше отдавали фантазиями, чем хладнокровным расчётом. И уж тем более, у него из головы, занятой поиском решения, как ему не только попасть на соревнования, но и продержаться до последнего тура, вылетело, что в воскресенье Клинта в общежитии не будет. Поэтому, обнаружив, что оставил коммутатор в комнате, Рентон абсолютно искренне предложил Джинни зайти на минутку, чтобы забрать гаджет. Если бы консьерж был на месте, когда они проходили мимо вахты, все сложилось бы иначе, но консьержа не было. Как не было и Клинта в комнате, только на столе лежал коммутатор Рентона, помигивая сигналом о непринятых сообщениях. И самое верхнее, от Ренни, гласило: «я прогнал наш бой через программу определения синхронизации. У нас 92%».
План вспыхнул в голове Рентона единой картинкой, не допускающей иных вариантов, и с плеч интуита словно все Южные скалы разом свалились. На радостях он подхватил Джинни и закружил по комнате, а потом позволил зардевшейся девушке скользнуть вдоль по своему телу прежде, чем приникнуть поцелуем к ее сладким губам. А дальше все случилось само собой, словно без их с Джинни участия. Сначала они целовались, как сумасшедшие, после в четыре решительные руки избавлялись от мешающей обоим одежды, а еще он запомнил, как под колени ткнулась койка, и он упал на спину, увлекая за собой девушку, перевернулся, подминая ее своим телом, и приподнялся на вытянутых руках, чтобы, наконец, рассмотреть свою золотую мечту максимально близко. Джинни лежала под ним раскрасневшаяся, доверчивая и сладкая, а еще она была абсолютно везде золотая. Даже там у нее были россыпи веснушек, которые Рентону тут же безумно захотелось попробовать на вкус. Из памяти вынырнули, казалось бы, давно и прочно позабытые воспоминания о том, как правильно доставить удовольствие скучающей леди, и Рентон склонился еще ниже, чтобы Джинджер не видела выражения его лица. Ноздри защекотал аромат ее желания, будоража воображение и вытесняя лишние мысли, и Рентон, наконец, решился. От прикосновений его языка Джинджер выгнуло дугой ему навстречу, яснее всяких слов давая юноше понять, что его действия находят нужный отклик. Он покрепче ухватил ее бедра, приподнимая их под нужным углом, и начал языком выписывать круги вокруг нежного клитора. Вскоре Джинни громко застонала, дрожа всем телом и откинув голову назад. Рентон приподнялся над ней, убедился, что ей на самом деле хорошо, а потом решительно накрыл ее собой. Глаза Джинни широко раскрылись, когда он ткнулся в естественную преграду, но Рентон был наготове, скользнув пальцами туда, где только что побывал его язык. Девушку снова выгнуло, и это рефлекторное движение стало каплей, разорвавшей ее девственную плеву. Рентон начал осторожно двигаться, готовый замереть, если Джинни станет неприятно. Но пока девушке, похоже, все нравилось. Губы у нее были сладкие, и Рентон с удовольствием их куснул. Джинни с готовностью раскрылась ему навстречу, послушно подстраиваясь под его ритм. От смеси яркого удовольствия и несильной боли ее снова затрясло, мышцы вокруг Рентона начали ритмично сжиматься, и перед глазами юноши поплыл узор гиперпространства. У Рентона еще хватило сил скатиться с Джинни, накрыть ее одеялом и прижать к себе покрепче прежде, чем вырубиться.
Утро для Рентона традиционно началось с звонка будильника Клинта. И только услышав негромкую ругань соседа по комнате, Рентон осознал, что они с Джинни проспали. Он распахнул глаза, приподнялся, убедился, что девушка еще спит, и обернулся к Клинту.
Сосед, уже – или до сих пор? – полностью одетый, взглянул на Рентона, успокаивающе помахал рукой и выскользнул за дверь. Рентон вздохнул и осторожно тронул Джинджер за плечо, чтобы не напугать, стараясь разбудить.
В аудиторию было страшно входить, и Рентон обернулся к Джинни, чтобы посмотреть в изумрудные глаза, решить, что ради такой красоты и на эшафот подниматься не страшно, и шагнуть под сотню насмешливых взглядов, но ее сладкий, припухший от ночных поцелуев, рот свел все планы Рентона на нет. Он приник к губам своей девушки и даже не услышал, как рядом распахнулась дверь, и они с Джинни оказались в центре всеобщего внимания.
- Космос, - окликнул его веселый голос Эрни, - потом поздороваетесь, сейчас уже звонок прозвенит!
Мысленно посылая все на свете в гипер, Рентон оторвался от губ самой красивой девушки в обитаемом космосе и поднял голову:
- Ты абсолютно прав, Эрни. Спасибо, что напомнил.
Голос у него ни разу не дрогнул. Клинт изумленно уставился на однокурсника: он только недавно заметил, что чем спокойнее Свенссон говорит, тем сильнее он, на самом деле, волнуется. Так вот, если Клинт не ошибался, Рентон сейчас волновался так, что едва на ногах стоял. Додумать до конца свою мысль Клинт не успел: прозвенел звонок, и практически одновременно с началом пары в аудиторию вошла миссис Паллет, первокурсники едва места занять успели. Преподавательница обвела курс задумчивым взглядом и объявила, похоже, сильно сомневаясь, есть ли смысл в этом объявлении:
- На следующей неделе будет проходить турнир среди снайперов первых курсов лётных училищ Сьерры. Приз за первое место – экскурсия в акронский музей астронавигации. Решить, станете ли вы участвовать, нужно сегодня в течение дня. Рентон, - обратилась она к Свенссону, - после пар сообщи мне решение ваших снайперов, хорошо? И, если надо, я вам дам ключ от аудитории Боевой практики.
Подняв глаза от очередного эскиза Джинджер Сол, Рентон Свенссон безмятежно отозвался:
- Наш курс будет участвовать, миссис Паллет. Список я Вам на большой перемене занесу.
Ванесса с нескрываемым удивлением посмотрела на «наглых и проблемных» первокурсников и уточнила:
- Ключ надо?
- Да, конечно, - тут же согласился Рентон Свенссон, по-прежнему, безмятежно и велел сидящему за первой партой Клинту Винсенту, - Клинт, будь добр, возьми у миссис Паллет ключ. Будешь за него ответственным.
На перемене Клинт повернулся к Рентону:
- Меня записал?
- Разумеется, - подтвердил Рентон, - первым номером. Еще точно знаю, что хотят поучаствовать Эрни и Келсом. Вторая тройка пока вакантна.
- Меня забыл, - как всегда, мрачно заметил Идрис, Рентон согласно кивнул, записывая его четвертым. Пятым участником записался новичок Фил Кестрел, и поток желающих поехать на турнир иссяк. Рентон поднял голову:
- Не хватает одного человека. Кто еще хочет на карту проколов посмотреть?
Оставшиеся снайперы начали отводить глаза. Рентон вздохнул и записал в конце свою фамилию:
- Надеюсь, один рукожоп в команде не потащит ее на дно.
- Не потащит, - заверил его Идрис, - правилами такое допускается.
Вечером Рентону позвонил Ренни:
- Ренни, представляешь, - голос мальчика был счастливым донельзя, - отец доверил мне представлять его на турнире снайперов! Одному!
- Поздравляю, Лиллеброр, - доброжелательно-нейтрально ответил Рентон, - только не удивляйся, когда меня увидишь: у нас в команде не хватило одного человека.
- Как же я судить-то буду? – заволновался Ренни, - а если ты проиграешь?
- Значит, посмотрю на карту проколов за деньги, - успокоил его Рентон, - не разорюсь.
- Было бы на что там смотреть, - пренебрежительно отозвался о главном артефакте Альянса Ренни, - лучше на угнанный эсминец сходите – интереснее.
- Если победим, - пообещал Рентон, - сходим обязательно.
- То есть, - хмуро подвел итог разговора Клинт, когда Ренни прервал связь, - преступнику даже отвлекать императора не понадобится?
Рентон пожал плечами:
- Значит, наш расчет абсолютно верен.
Аудитория боевой практики от остальных отличалась только стоящими возле доски четырьмя пультами: двумя снайперскими и двумя пилотскими. За каждым предполагалось по два рабочих места: за пилотскими – для интуита и шефа, за снайперскими – для двух стрелков.
- По правилам, участники подходят к пультам по очереди, - зачитал Келсом выдержку из правил, - проходят уровень и уступают место следующему игроку в команде. Только в самом финале, если дойдут, подходят к пультам попарно. Последовательность выхода игроков члены команды определяют самостоятельно.
- Ясно, - кивнул Эрни, - Космос, последовательность определять будешь ты – тебе, один хер, больше заняться будет нечем.
Рентон традиционно разложил Эрни взглядом на составляющие и холодно уточнил:
- Другими словами, проблемы нас ждут только в финале, когда кому-то придется в двух парах выходить?
- Ну, или одной паре по два раза выходить придется, - предложил Келсом, - правилами это не возбраняется. Недопустимы только замены и некомплект. И за неполное участие баллы снимают.
- До финала еще добраться надо, - проворчал Идрис, - давайте уже начнем тренироваться.
- То есть, - еще раз заморозил Рентон окружающих, - в идеале мне нужно выйти в первом туре, так? Чтобы было время добрать очки?
- А сможешь? – в голосе Клинта послышался восторженный ужас: он был готов поверить, что Рентон способен и не на такое.
- Никогда не пробовал, - честно ответил интуит, - но могу постараться себя убедить.
- Реально попробуешь себя убедить, что ты – снайпер?! – неверяще переспросил Клинт, когда они с Рентоном вернулись в свою комнату.
- Самогипноз интуита – крайне опасная и непредсказуемая вещь, - прохладным тоном напомнил Рентон прописную истину и продолжил так же невозмутимо, - проще найти пару гаджетов.
- Космос, - напомнил Клинт, - для задуманной тобой авантюры необходим уровень синхронизации не меньше девяноста процентов. Где ты найдешь подходящего снайпера? Про то, что он должен будет сидеть в зале, видеть твой экран и не проколоться, промолчу.
- Из президиума открывается отличный вид на все экраны, - равнодушно ответил Рентон, - а уровень синхронизации у нас девяносто два процента.
- Ты понимаешь, - тихо спросил Клинт, когда снова вспомнил слова, - что это означает?
- Что у меня будут проблемы со снайперами, когда отучусь, - пожал Рентон плечами, - потому, что Лиллеброр заперт на поверхности, а ты в сторону Корс косишься.
- То-то я смотрю, что ты ее опекать начал, - дошло до Клинта, - Космос, бля! Нельзя быть настолько идеальным!
- Я планирую смошенничать на ежегодном снайперском турнире, взяв в соучастники наследного принца, - сообщил Рентон безэмоционально, - странные у тебя понятия об идеале.
Клинт не выдержал и расхохотался:
- И Лилль еще боялся, что ты проиграешь! Да тут за твоих противников бояться впору!
В аудитории Боевой практики было тихо и сумрачно. Пока Клинт включал пульт, Рентон нажал видеозвонок на планшете, и на миниатюрном экране появился наследный принц. Лицо мальчика, против обыкновения, было непривычно взрослым и серьезным:
- Отец меня убьет, если узнает, - выдал он вместо приветствия и без перехода потребовал, - Ренни, планшет правее поставь. Ага, так.
- Клинт, ты на стреме, - негромко попросил Рентон и обратился к младшему тезке, - Лиллеброр, если мы вылетим, не дойдя до финала, ты будешь в опасности.
- Да понял я, - отмахнулся Ренни, - погнали?
Два часа спустя, полностью выдохшиеся, два Рентона устало откинулись каждый на свой стул и одинаково недовольно уставились на итоговую таблицу. Клинт тоже подошел оценить: тезкам в командной работе удалось сбить около трети целей.
- Ну, для первой тренировки приличный результат, - решил Клинт, - не по нулям все, и то хорошо.
- Завтра повторим, - решил мальчик, непроизвольно переходя на командный тон, - Ренни, перестань рефлексировать.
- Быть твоим пилотом намного проще, - устало вздохнул Рентон, - и приятнее.
- Ренни, - серьезно напомнил Ренни, - максимум, что тебе светит – это быть пилотом моей будущей жены, а не моим. Идите спать, завтра продолжим тренировку.
- Принял, Командир, - без тени насмешки ответил Рентон и отключился.
К концу недели два Рентона довели процент сбитых целей до приемлемых восьмидесяти процентов и перешли к тренировкам скорости.
- Ренни, - донеслось из динамика планшета после очередного раунда, - перерыв две минуты, отдыхай. Ты молодец!
Рентон молча кивнул, откинул голову на спинку стула и прикрыл глаза, полностью расслабляясь. Разрывающийся между учебой, романом с Сол, общественной нагрузкой и удвоенной подготовкой к турниру, он уже даже на имитацию спокойствия силы не тратил: по училищу скользила бледная тень с холодными глазами, оживающая только, когда в зоне видимости появлялась Джинджер.
Клинт посмотрел на друга, на его помощника и поймал себя на мысли, что в роли юного командира Рентон Близзард смотрится гораздо органичнее, чем в роли требующего заботы и опеки ребенка. Он даже открыл рот, чтобы озвучить эту мысль, но поймал красноречивый взгляд будущего императора и спросил другое:
- Лилль, а в нормальной симуляции у вас какие результаты?
- Ноль ошибок и сотня сбитых, - отозвался мальчик, - и скорость намного выше. А что?
- Посмотреть бы, - честно признался Клинт, - это должно быть красиво.
- Боюсь, не получится, Клинт, - огорчил его Ренни, - мы с Ренни можем оказаться в подобной ситуации только виртуально.
- Не пойму только, в чем же проблема, - задумался Клинт вслух, - взаимное доверие у вас в наличии, скорости Космосу достаточно.
- Проблема не во взаимном доверии, - ответил Рентон не открывая глаз, - я теряю время, постоянно напоминая себе, что все в порядке, и что я действительно должен набирать именно эту бессмыслицу, вместо того, чтобы уходить от атаки. А при условии, что половину целей я вижу только, когда Лиллеброр по ним уже выстрелил, получается херня какая-то.
- А что ты, собственно, забыл на экране? – язвительно поинтересовался Ренни, - как бы, я здесь – глаза.
- Если он будет смотреть исключительно на клавиатуру, это тоже вызовет вопросы, - не согласился Клинт.
- Значит, пусть зажмурится и сосредоточится на моих командах! – огрызнулся мальчик.
- Давайте, попробуем, - безразлично согласился Рентон с идеей младшего тезки, - погнали?
Накануне турнира все трое задумчиво рассматривали итоговую таблицу. Наконец, Клинт философски пожал плечами:
- Ну, улучшить результат мы точно уже не успеем. Четыре нормальных стрелка у нас есть, - добавил он ободряюще, - тебя и новенького выпустим только в первом туре.
- Если бы речь шла только о победе в конкурсе, - не согласился Рентон, - я бы твой план принял. Но нам, вообще-то, надо новичка контролировать, и проще всего это делать, выпихивая его в каждом туре.
- Значит, и ты пойдешь в каждом туре, - решил Ренни, - для тебя класс звездолета значения не имеет. По очкам получится больше, чем неполное участие.
- Не возникнет лишних вопросов, почему ты так за акронцев переживаешь? – обратился Клинт к Ренни, - ты, как бы, должен быть беспристрастным.
- В акронском лётном училище у меня вся семья училась, - отмахнулся наследный принц, - можно сказать, родные стены. К тому же, я вас все равно потом дисквалифицирую.
Джинджер специально сбежала с Логистики гиперпространства, чтобы проводить команду снайперов на турнир и еще раз быстро поцеловать Рентона в краешек губ. Правда, именно в этот момент интуит повернул голову, и поцелуй стал полноценным, но никто из них не остался разочарованным. Напоследок еще раз обняв Джинни, Рентон выпустил из рук самую красивую девушку в Альянсе и первым забрался во флайер. Он прошел до конца салона, сел на последнее место, бросил сумку на пол и водрузил на нее свои ноги. После чего достал альбом и начал очередной эскиз Джинджер Сол. Клинт, зашедший вторым, с трудом подавил нервную ухмылку: фраза «не подходи, а то хуже будет» у Рентона только что на лбу не светилась.
На парковке возле турнирного зала было не протолкнуться от участников: на Сьерре было триста лётных училищ, обеспечивающих кадрами самый крупный торговый и самый эффективный боевой флот в Альянсе. И хотя участвовали не все, и число участников было ограничено шестью представителями от каждого училища, получалось все равно много.
- От Сатора Готфрид приехал, - внезапно озвучил Идрис, и все присутствующие акронцы повернули головы в ту сторону. Готфрид Бастер что-то бросил своим новым однокурсникам и подошел к прежним:
- У вас, смотрю, недокомплект? – ехидно вопросил он, кивая на Рентона, - надеетесь на приз зрительских симпатий?
- Это полностью твоя вина, – ровно отозвался Рентон, не сводя ледяных глаз с бывшего однокурсника, - не поменяй ты училище, я бы сейчас в гипер выходил.
- В Акроне я точно не стал бы капитаном, - скривил губы в подобии улыбки Бастер, - так что мне не о чем не жалеть.
Он развернулся уйти, когда Рентон вдруг его окликнул:
- Бастер! – бывший однокурсник оглянулся и вопросительно приподнял брови. Члены ближайших команд навострили уши, прислушиваясь к их разговору, - карту проколов сфотай? Номер моего комма у тебя есть.
- Сам сфотаешь, - фыркнул Бастер, правильно расшифровав намек, - у тебя на комме камера мощнее.
Наследник престола сьерранской планетарной империи Рентон Близзард поднялся со своего места во главе президиума и поприветствовал собравшихся. Рентон Свенссон поискал глазами еще одно знакомое лицо, нашел, и покосился в сторону новичка. Начальник смены службы охраны принца скривил губы и провел ребром ладони по лбу, давая понять, что в турнирном зале собралось просто рекордное количество сторонников Кестрела.
А по турнирному залу разнеслось:
- Уважаемые капитаны команд, приглашаю вас к жеребьевке.
Рентон обернулся, привычно напоролся на выжидательные взгляды своих однокурсников и шагнул к барабану.
- Выражение «красив до жути» заиграло новыми красками, - провожая глазами старосту, заметил Келсом, - он реально попробовал самогипноз?
- Реально, - подтвердил Клинт, - знал бы, что так выйдет – молчал бы в тряпочку, что хочу на этот турнир.
- Наша очередь после Сатора, - спокойно сообщил вернувшийся Рентон и добавил, по-прежнему, невозмутимо, - и Сатор – главный претендент на победу, поэтому наша задача – обойти именно их.
- Космос, с чего ты это взял? – вскинул брови Эрни, обводя глазами полный зал соперников, - тут может быть море черных звезд.
- В жеребьевке было не протолкнуться от пилотов, - пояснил Рентон прохладным тоном, - а значит, недокомплект не только у нас.
- Боюсь даже спрашивать, как ты их вычислял, - проворчал Идрис, тоже оглядывая зал.
- По рукам, Идрис, - сухо отозвался Рентон, старательно не замечая, как на свои руки смотрит Кестрел, - у всех снайперов мозоли или шрамы на больших и указательных пальцах, вы ими гашетку зажимаете. У пилотов таких мозолей нет – мы используем все пальцы. Теперь к делу, - перешел он к указаниям, - сперва иду я, как самый слабый, дальше в зависимости от моих баллов. Если я наберу достаточно, за мной пойдет Клинт, потом по порядку Келсом, Эрни, Идрис. Замыкает круг наша черная звезда – Фил. Если набираем мало, со второго тура будем вас тасовать. Все понятно? Далеко не отходите – возможно кому-то придется выйти дважды в одном туре.
- Добрый вечер, господа первокурсники! – взял в руки микрофон наследник престола Ренни Близзард, - ежегодный всепланетный турнир снайперов – учащихся первых курсов сьерранских лётных училищ объявляется открытым! И я напоминаю правила: в каждой команде на начало и на конец соревнований должно быть шесть участников, в противном случае, команду ждет дисквалификация. Также, каждый участник должен выйти к пульту в течение тура, если команда не хочет лишиться баллов за неполное участие. Замена участников в время турнира не допускается. Всего сегодня будет шесть туров и присутствует сто команд, поэтому жюри есть кого отсеивать. Если у команд есть вопросы, прошу капитанов их озвучить.
В огромном зале наступила тишина.
- А императора не будет? – ехидно поинтересовался кто-то. Ренни фыркнул в микрофон:
- Император в этом зале такой же, как и снайперы – будущий. Еще вопросы?
Вопросов больше не было, и турнир начался.
Когда первый снайпер Сатора отстрелялся, Бастер повернулся к Рентону и изысканно поклонился, указывая на освободившийся пульт. Рентон вежливо кивнул и вышел к рубежу. Вся его команда сжала пальцы в кулаки и закусила губы, наблюдая, как отстреливается их капитан. К середине отведенного ему времени стало ясно, что в зале есть стрелки и похуже интуита.
- Как он это делает? – ошарашенный Бастер подошел к акронцам, не опасаясь даже подозрений в сговоре, - или вы Свенссону двойника нашли?
- Самогипноз, - озвучил Клинт, - Космос убедил себя, что он – снайпер.
- Рехнуться можно, - ответил Бастер в шоке, - нахера?
- Остальные не захотели участвовать, - объяснил Эрни, - вот он за нас и вписался. Лучше расскажи, как у тебя с Мэрилин дела? Говорят, она за тобой перевелась.
- Не знаю, куда и за кем она перевелась, но в Саторе ее нет, - отмахнулся Бастер, - честно говоря, думал, что она в Акроне осталась.
- Ушла в один день с тобой, - покачал головой Идрис, - и на курсе теперь сплошные умиротворение и любовь. Даже скучно.
- Идрис, не уговаривай, - хмыкнул Бастер, - обратно не вернусь: мне действительно ближе к дому Сатор. Нужны конфликты – стравите Сол и Корс.
- Проще найти Джексон и уговорить ее вернуться, - хохотнул Келсом и обрадовал, - мужики, Космос уступил только стрелку Баса!
Белый от переживаний, словно мраморный, Рентон вернулся к своей команде и хрипло приказал:
- Идем в первоначальном порядке.
После чего устало упал на стул и прикрыл глаза. Клинт посмотрел на настоящего пятого снайпера акронской команды. Наследник престола сидел, выпрямившись и стиснув пальцами подлокотники своего кресла, темно-карие глаза рассеянно блуждали по итоговым таблицам, то и дело, останавливаясь на своих результатах. Загорелые губы мальчика были болезненно сжаты.
- Космос, как вы? – тихо спросил Клинт, как только Фил ушел к пультам. Рентон поднял на друга больной взгляд:
- Представь, что у тебя есть только одна ночь с любимой, Клинт, - предложил он безжизненно, - а ты вынужден потратить эту ночь, прыгая по кровати и артистично вскрикивая в такт, радуя свидетелей. Тебе понравится?
Прислушивающийся к разговору Эрни облегченно выдохнул:
- Бля, Космос, мы же реально в самогипноз поверили!
- Лучше бы самогипноз, - с неожиданно прорвавшейся мУкой в обычно равнодушный голос проговорил Рентон, - было бы не так больно!
Рентон Близзард, как и его более старший тезка, взял себя в руки уже к концу первого тура:
- Уважаемые снайперы! – мальчик снова сиял, как лампочка под потолком огромного зала, - по итогам первого тура у нас определились аутсайдеры и лидеры. В лидеры выбиваются команды Сатора и Акрона, у них равное количество очков! Второе место поделили команды Побережья и Центрального Дейта, а третье по праву достается командам Южного и Восточного Дейта! Поздравляем! – в этот момент к Ренни подошел неприметный человек и что-то проговорил. Наследник престола выслушал, кивнул и снова взял микрофон, буквально излучая радость, - как мне только что сообщили, команда Восточного Дейта попыталась произвести замену игроков, поэтому из конкурса выбывает! Так же, из турнира выбывают следующие команды…
Рентон вздохнул, поднимаясь, и снова абсолютно безучастно проинформировал свою команду:
- Во втором туре идем в том же порядке, если я, конечно, сейчас не подведу.
Клинт перевел глаза на Ренни. Наследник престола совершенно спокойно изучал свои списки и никакого интереса к участникам не проявлял. Но когда Рентон шагнул к рубежу, так же спокойно поднял голову и посмотрел на турнирные экраны. И больше не отводил глаз.
- Пойду перекурю, - сообщил Фил, - а то нервы ни к черту.
- Я с тобой, - тут же вызвался Келсом, - тоже сил нет смотреть.
Когда Келсом ушел сопровождать новичка, Идрис буркнул:
- Диспозицию осматривать отправился.
- Рановато он, - заметил Эрни, - логичнее после четвертого тура идти.
- Много команд дисквалифицировано за замену, заметили? – пояснил Клинт, - боится не успеть.
- Винсент, кто за нас играет? – не выдержал Эрни, - а то я уже на начальника охраны принца думать начинаю!
- Эрни, - мягко поинтересовался Клинт, - а тебе это зачем?
- Боится, что и нас дисквалифицируют, - пояснил Идрис.
- В правилах о подобной ситуации нет ни слова, - спокойно отозвался Клинт, - нас не за что дисквалифицировать, пока Кестрел на свободе.
- Конечно, нет, - согласился мрачно Идрис, - просто никому в голову не пришло, что найдутся идиоты, способные на такую глупость. Это как дредноутом пыль разгонять.
Фил и Келсом вернулись как раз, когда от пульта отошел Рентон. На полпути его заметно повело, но стрелок команды Южного Дейта капитана команды Акрона успел поймать.
- Свенссон, что это с тобой? – спросил снайпер соперников.
- Самогипноз, Вэл, - слабым голосом отозвался Рентон, - я же интуит.
- Дебил ты, Свенссон, а не интуит, - рявкнул названный Вэлом, - конченный!
- Вы знакомы? – тут же встрял Фил, едва Вэл, ушел, махнув на Рентона рукой.
- Да, - спокойно ответил Рентон, - учились вместе. Только я в Акрон поступил, а он дома остался.
- Ясно, - протянул Кестрел, заметно теряя интерес к своему капитану.
- Рекогсценировку он провел, - отчитался Келсом, как только Фил ушел к пультам, - так что скоро.
- Далеко ходил? – сухо спросил Рентон, моментально открывая холодные глаза.
- По коридору до выхода, - пояснил Келсом, - подсобки проверял.
- Ясно, - подытожил интуит, - значит, спрячет, а потом вернется. А сообщники, скорее всего, будут ждать его сигнала. Как только пропадет принц, мне надо будет уйти.
- Прикроем, - кивнул Клинт, - но, скорее всего, он пойдет на дело в последнем туре. Там, обычно, разброд и шатание начинается. Ты уже придумал, с кем в паре пойдешь?
- Клинт с Эрни, Идрис с Келсомом, значит, я с Филом. Наша пара пойдет первой, чтобы вы видели, сколько вам надо добрать.
- Ренни, - тихо взмолился Идрис, - это безумие: оказаться между максимумом и нолем! Ты себя до срыва доведешь!
- Меня удержат, - равнодушно отмахнулся Рентон, - иначе в шестой тур мы не выйдем.
- Итак, - радостно сообщил в микрофон Ренни Близзард, светясь от счастья, - закончен второй тур, и мы готовы обнародовать результаты! В лидерах у нас, по-прежнему, Акрон и Сатор, а вот на втором месте засветился Юго-Западный Дейт! Поэтому Побережье и Центральный Дейт делят третье место! Поздравляем лидеров! В то же время турнир покидают следующие двадцать команд…
- Ренни, колись, - пристал Эрни к капитану в конце третьего тура, - это охрана принца, да? Они по очереди на нас косятся!
- Не на нас, - ровно поправил Рентон, - на Кестрела. И чем больше косятся – тем лучше. Значит, на свободе остается все меньше заговорщиков.
- Фил перестал нас пасти, - вдруг заметил Идрис, - решил, что мы не имеем отношения к цели.
- Как-то очень удачно в команде южан оказался знакомец Космоса, - поддакнул Келсом, - просто изумительное везение!
- На жеребьевке познакомились, - огорошил Рентон однокурсников, - пока своей очереди ждали, вместе считали пилотов. Собственно, про руки он мне и сказал.
- Рехнуться можно, - восхитился Эрни, - даже мы тебе поверили!
- А я рад вам сообщить, что в полуфинал у нас выходят почти сорок команд! – разнесся под сводами турнирного зала радостный голос наследника престола, - и в лидерах, по-прежнему, Сатор и Акрон! А вот на второе место у нас внезапно вырывается Южный Дейт! Серебряные призеры прошлого тура – Юго-Западный Дейт – были дисквалифицированы за неполный состав. На третье место вернулась команда Побережья! А наш турнир, к сожалению, покидают следующие команды….
- В четвертом туре должны остаться только двадцать команд, - напомнил Рентон, - каждый балл на счету будет. Мы с Филом, как самые слабые, идем первыми, за нами Идрис с Келсомом, замыкают Клинт и Эрни. Всем все ясно? – дождался кивка каждого члена команды и повернулся к Филу, - пошли, нам нужно хоть сколько-нибудь набрать.
Едва они оказались за пультом, Клинт буквально прирос к ним взглядом. Рентон и Фил сидели бок о бок, но внимательный взгляд легко заметил бы, что два игрока одной команды не касаются друг друга, словно находясь в разных измерениях. Снайпер перевел взгляд на тайного игрока своей команды и побледнел: Ренни Близзард неотрывно смотрел на экран, губы мальчика шевелились, а его иссиня-черные волосы прилипли к смуглому лбу.
- Космос на грани срыва, мужики, - поделился Клинт результатами наблюдений, - а впереди еще два тура.
- Фил нападет в шестом, - уверенно предрек Келсом, - он уверен, что его не раскрыли. А вот других команд с откровенно слабыми бойцами в составе почти не осталось. В лидерах, вообще, мы такие – единственные.
Неестественную бледность Рентона уже было невозможно не заметить, поэтому как только они с Филом вернулись к команде, к Рентону подошел удивительно незапоминающийся человек:
- Мистер Свенссон, - поинтересовался он с безукоризненной вежливостью, - Вы в порядке? Вы очень бледны.
- В полном, - ровно и холодно отозвался капитан команды Акрона, - по моей вине команду не дисквалифицируют.
- Хорошо, - согласился охранник, - будем надеяться, что Ваше самопожертвование пойдет на пользу не только команде, но и Вам.
- Даже не сомневайтесь, - заверил его Рентон абсолютно безучастно, рассматривая центральный экран. Их с Филом итоговая таблица показывала просто невероятный для двух неснайперов результат: восемьдесят процентов сбитых целей.
- А у нас изменения среди лидеров! – объявил Ренни так, словно он явился на турнир только ради того, чтобы увидеть в победителях Сатор, - впервые команда Акрона уступила место второму лидеру турнира – Сатору и уютно устроилась на втором месте! Третье место досталось Побережью! Поздравляем победителей и благодарим за участие следующие команды…. И у нас осталось двадцать команд, а впереди парные соревнования эсминцев!
- На этом этапе отсеется еще половина, - тихо напомнил Рентон и повернулся к Филу, - Фил, мы с тобой идем по той же схеме: тебе левая часть экрана, мне – правая. На соседа не надеяться – игроки мы с тобой откровенно слабые. Погнали!
Клинт не выдержал и бросил очередной взгляд на наследника престола. Ренни выглядел бледным, но прикованный к экранам взгляд оставался твердым и спокойным. В противовес своему младшему тезке, подставной снайпер дрожал, словно в ознобе, движения его рук выглядели хаотичными. Судя по всему, Рентона Свенссона от нервного срыва удерживал только Рентон Близзард.
- Это точно кто-то из охраны, - отвлек Клинта голос Келсома, - они с нашей пары глаз не сводят.
- А у нас снова изменения в составе лидеров, - обрадовал участников Ренни, когда все отстрелялись, - на первое место неожиданно вырвалась команда Побережья, скинув Сатор аж на третье место, где он встретился с Центральным Дейтом. На втором месте, по-прежнему, держится Акрон, а подпирает лидеров Южный Дейт! И по итогам пятого тура нас покидают десять команд! Благодарим за отличную игру следующие команды…. Остались только парные соревнования на дредноутах, и мы узнаем, какая из команд пойдет любоваться эсминцем Парадайза!
- Вопрос только, которым, - пробормотал Рентон себе под нос, пряча в рукава дрожащие от напряжения пальцы, - на одной только Сьерре их два, и никого это не смущает.
- Три, - поправил Клинт друга, и на вопросительный взгляд повторил, - на Сьерре три эсминца Парадайза. Ты наш флагман посчитать забыл.
- Тем более, - не стал спорить Рентон и бросил Кестрелу, - пошли, Фил.
Кестрел вздрогнул и послушно шагнул за Рентоном, бросив отчаянный взгляд на выход. И как только два пилота сели за пульт, несколько охранников скрылись за дверью.
- Кажется, все, - облегченно выдохнул Клинт, когда те вернулись, - сейчас нас дисквалифицируют.
Его сокомандники огляделись, только сейчас заметив, что вокруг стало как-то слишком много неприметных людей, и Эрни бледно усмехнулся:
- Придется идти в музей за свой счет.
- Келсом, Идрис, - распорядился Клинт, усилием воли беря себя в руки, - вы идете к пульту, как только Космос его освободит. Без суеты и нервов. Если нас не прервут, мы с Эрни замыкаем. Не будем портить людям праздник, да и уйдем красиво.
Эрни, Келсом и Идрис сосредоточенно кивнули, заметно расслабляясь: всегда приятно, когда кто-то другой берет на себя всю ответственность.
- Мистер Кестрел, - обратился к Филу один из охранников, как только пилоты вернулись на место, и у пультов их сменили Келсом и Идрис, - вы арестованы.
- Что за…, - начал Фил, но был перебит интуитом:
- Фил, - развернулся смертельно бледный, но традиционно невозмутимый Рентон к однокурснику, - Кестрел – типичная вирейская фамилия. Ты реально полагал, что не вызываешь подозрений?
- Все-таки, ты?! – Фил выхватил игольник и наставил его на Рентона. На лице интуита не дрогнул ни единый мускул, а в дуло наставленного на него игольника он заглянул даже с интересом. Выстрелить виреец не успел, двое дюжих безопасника скрутили неудавшегося похитителя и убийцу и технично увели куда-то в сторону.
- А теперь что? – спросил Клинт у Рентона, наблюдая, как служба безопасности уводит Кестрела, - это все, или есть еще заговорщики? Лилль уже в безопасности, или еще кого-нибудь ждем?
- Сейчас узнаем, - философски пожал плечами интуит, кивая в противоположном от Фила направлении, и Эрни с Клинтом, проследив его взгляд, увидели, что к ним приближается еще один неприметный мужчина средних лет. Подойдя к первокурсникам, мужчина, словно старому знакомому, протянул Рентону руку, которую интуит почти без задержки пожал, и с участием в голосе поинтересовался:
- Мистер Свенссон, с Вами точно все в порядке?
- Точно, - сухо заверил его Рентон, - особенно, теперь, когда опасность миновала.
- Хорошо, - кивнул охранник, - но Вам придется пройти со мной.
Рентон слегка поежился, обернулся на однокурсников и спокойно приказал:
- Доигрывайте без меня.
После чего ушел в сопровождении своего спутника. Эрни дернул Клинта за рукав:
- Принц пропал!
Клинт резко обернулся: во главе президиума пугало своей пустотой место наследника.
В помещении, куда привели Рентона, было людно: вирейские агенты, Кестрела среди них, кстати, не было, из чего интуит сделал вывод, что где-то есть, еще, как минимум, одно такое же помещение, сидели вдоль стены в наручниках, и ждали своей очереди. У входа замерли два вооруженных охранника. Время от времени в помещение входили еще люди в форме и забирали одного-двух агентов. Обратно никого не возвращали, видимо, всех куда-то увозили. Время тянулось мучительно медленно, но и торопиться было больше некуда, поэтому Рентон закрыл глаза и попытался расслабиться. В гаджете, связывающем его с Ренни, тоже стояла тишина. Наконец, зашедший в очередной раз конвоир нашел глазами Рентона:
- На выход.
Задавать глупых вопросов, если задавать вопросы рядовому охраннику, то они в любом случае – глупые, Рентон не стал: послушно поднялся и шагнул к выходу, оставляя позади двух или трех невольных соседей. В коридоре его конвоира сменил уже знакомый Рентону начальник службы охраны принца:
- Приношу извинения за неприятные минуты, мистер Свенссон. Мы решили, что убежденность Ваших вирейских хозяев в том, что Вы тоже раскрыты, пойдет Вам только на пользу.
- Спасибо за заботу, - если бы Рентон был в состоянии демонстрировать хоть какие-то чувства, кроме равнодушия, сейчас на его лице был бы шок, - мне бы подобное и в голову не пришло бы.
- Тогда мы квиты, - усмехнулся его спутник, - я тоже не сразу сообразил, как прирожденный пилот умудряется проходить испытания, рассчитанные на снайперов, - он открыл перед Рентоном очередную дверь и отступил в сторону, - прошу.
А в следующий миг Рентона чуть не сбил с ног золотисто-оливковый костисто-вихрастый ураган по имени Ренни Близзард:
- Ренни, ты в порядке? Ты был бледный!
- Все хорошо, Лиллеброр, - нейтрально ответил Рентон, больше инстинктивно, нежели осознанно, прижимая к себе своего идеального напарника, - просто очень волновался за тебя.
- А я – за тебя, - прижимаясь к Рентону точно также неосознанно, признался Ренни, - особенно, когда ты решил в паре с ним выйти, - в голосе подростка прорезалось осуждение.
- Я знал, что ты меня удержишь, Лиллеброр, - взъерошил Рентон иссиня-черную макушку, - иначе, ведь, и быть не могло.
Лицо мальчика стало даже суровым:
- Никогда больше так не делай, - для подкрепления запрета, он несильно стукнул по плечу Рентона, - никакой разведки, никакой безопасности: будешь исключительно пилотом.
- Как скажешь, Командир, - кивнул старший тезка.
Как раз в этот момент вернулся начальник службы охраны принца:
- Ренни, Вам пора возвращаться к работе: угроза устранена, а конкурсанты ждут оценок за финал.
- Да, Вы правы, мистер Смит, - Ренни Близзард помедлил и сочувственно улыбнулся старшему тезке, - извини, Ренни, но в этот раз на угнанный звездолет ты не попадешь.
- Не страшно, Лиллеброр, - утешил Рентон, выходя вместе с ним в коридор, - схожу за деньги. Тем более, что я больше хотел карту проколов увидеть. Мне, как пилоту, она интереснее.
- Ренни, - намекнул младший с нескрываемой насмешкой в голосе, - моя мама, конечно, очень любит астрофизику, но она – снайпер, а не ученый. Сам подумай: ну что она могла нарисовать в шесть лет?
- Звездолет из акронского музея к Парадайзу тоже отношения не имеет, - пожал Рентон плечами.
- Ну, это как сказать, - хмыкнул начальник смены, идя впереди них и показывая дорогу, - когда Зарина Близзард взяла у мужа флагман до Карата прокатиться, Ренна и Хантер Парадайзы были уже год женаты. Да и сама Зарина в тот момент только сутки как фамилию сменила.
- А в Саторе тогда что за эсминец стоит? – против воли заинтересовался Рентон, - который, якобы, Парадайз в одиночку поднял?
- А, это – папин, - хихикнул Ренни, - папа с капитаном Торсеном на нем «Стремительный» ловили, когда те с Карата вернулись. Единственный в Альянсе эсминец, который мог поднять один человек. В серию не пошел, потому что папа испугался, что тогда тетю Ренни вообще не остановить будет. Да и смысла нет – превращать эсминец в космофлайер, - на последних словах в голосе наследного принца прорезались незнакомые взрослые интонации, яснее ясного указывающие, что мальчик кого-то цитирует.
Он порывисто шагнул к Рентону, крепко его обнял и быстрым шагом пошел на свое место во главе президиума.
- Получается, - вдруг задумчиво заметил Рентон, неотрывно глядя вслед младшему тезке, - что фактически подвиг Парадайза повторил Даймон Близзард?
- Не совсем, - поправил мистер Смит, - император и Ренна Парадайз находятся в равных условиях: Даймон Близзард в одиночку поднял эсминец, но не угнал его – эсминец был его собственностью. А экипаж «Стремительного» угнали эсминец, но они это сделали все вместе. Так что ни один из претендентов не выполнил условия полностью, - он усмехнулся, - Вам еще есть к чему стремиться, мистер Свенссон.
- Угу, - ехидно согласился с ним подошедший Клинт, услышавший конец разговора, - как только император решит наградить Космоса за спасение жизни наследного принца, так Космос сразу повторит подвиг Парадайза. И все условия полностью выполнит.
Мистер Смит коротко рассмеялся, давая понять, что оценил шутку:
- Тогда надо предупредить императора, чтобы перед награждением приказал демонтировать эсминец в Саторе.
Рентон глубоко вздохнул, на мгновение задержав дыхание, после чего крепко ухватил Клинта на предплечье и, кивнув на прощание их собеседнику, повел приятеля к остальным членам команды.
- Ну, как прошла встреча на высшем уровне? – съязвил Эрни и добавил с укором, - когда тебя увели, а Лилль исчез, мы волновались, между прочим!
- Извините, - ответил Рентон, чей внешний вид уже не навевал мыслей о потусторонних сущностях: просто красивый, усталый парень, - но это зависело не от меня.
- Я должен был догадаться, что вы двое найдете способ встретиться без посторонних, - вздохнул Клинт и хихикнул, - заговор точно не вы организовали?
- Нет, - отмел Рентон его инсинуации, - за нас вирейцы постарались.
Его сокомандники облегченно расхохотались, привлекая внимание соперников.
Наследник престола сьерранской планетарной империи Рентон Близзард взял для солидности ведомость и начал оглашение результатов турнира:
- Уважаемые участники! Наш турнир подошел к концу, и мы готовы чествовать победителей. По результатам оценок жюри, третье место в конкурсе заняла команда окружного лётного училища Южного Дейта!
Члены команды Южного Дейта бросились обнимать друг друга. Южный Дейт впервые участвовал в этом мероприятии, и для новичков у них оказался отличный результат. Ренни, между тем, продолжал:
- Второе место традиционно поделили между собой команды лётных училищ Побережья и Центрального Дейта!
Капитаны команд, саркастически ухмыльнувшись, пожали друг другу руки, а рядовые участники традиционно стали брататься.
- И, наконец, первое место в этом году по праву досталось команде Сатора!
- Не понял, - тут же недовольно выдал капитан команды Сатора Готфрид Бастер, - а где акронцы?
- Команда акронского лётного училища дисквалифицирована в связи с неполным составом команды, - спокойно озвучил Ренни правила турнира.
- Нет, так дело не пойдет! – возмутился Бастер и оглянулся на остальных трех капитанов. Те закивали, выражая согласие с мнением команды Сатора.
- Вот что делает с людьми нежелание скинуть Космосу фотку, - пробормотал себе под нос Идрис, Келсом и Эрни отвернулись, стремясь подавить ухмылки.
- Акронцы честно заслужили поделить первое место с Сатором! – громко поддержал капитана команды Сатора Южный Дейт, - Ваше Высочество, Вам для них экскурсии в музей жалко, что ли?
Ренни наклонился к остальным членам жюри и некоторое время они совещались, наконец, наследник престола выпрямился:
- Из уважения к боевому братству лётных училищ жюри, в качестве исключения, пересмотрело результаты финала конкурса. Первое место делят между собой команды летных училищ Сатора и Акрона. Поздравляю! Прошу капитанов подойти за наградами.
- И это станет первым разом, - пробормотал себе под нос Эрни, аккуратно, но настойчиво подталкивая Рентона в спину, - когда первый приз в турнире снайперов вручат пилоту-интуиту.
Рентон обернулся на него, в очередной раз наградил нецензурным взглядом и отправился получать билеты в музей.
- Как вы думаете, - задумчиво поинтересовался Келсом, глядя Рентону вслед, - пожертвовать ему свой билет, чтобы он Сол на экскурсию сводил, или не стоит приучать к экономии на любимой женщине?
- Мне больше интересно, - хмыкнул Идрис, - кому наш староста доверяет больше, чем самому себе?
- И мне, - поддержал декартианца Эрни, - колись, Винсент, теперь-то уже можно!
В ответ Клинт кивнул в сторону президиума, где как раз в этот момент наследник престола сьерранской планетарной империи пожимал руку старшему тезке. Улыбка на смуглом мальчишеском лице была удивительно ехидной.
- Шутишь? – повернулся к Клинту шокированный Келсом, - это даже не наглость! Это уже безумием попахивает!
- Потому и сработало, - насмешливо отозвался Клинт, - никому ведь и в голову не пришло, что Лилль способен на такое – проще поверить в самогипноз. Тем более, что он еще и сам себя дисквалифицировал, - он оценил выражение лиц потерявших дар речи однокурсников и язвительно пояснил, - не видите разве, какой Лилль маленький, одинокий и беззащитный? Пройти мимо и не взять несчастного малыша под опеку Космос просто не мог!
- А то, что Ренни Близзард уже через пять лет будет командующим Космофлота, до Космоса не доходит? – изумился Эрни, - нашел, однако, беззащитного малыша!
Клинт пожал плечами:
- В их тандеме руководит Близзард. Просто Космосу жизненно необходимо кого-нибудь опекать, а Лилль ловит кайф от того, что Космосу от него больше нихера не нужно, поэтому позволяет ему это делать. В результате, в братскую любовь они играют так самозабвенно, что даже верить начинаешь.
- Короче, нашли друг друга два одиночества, - подвел итог Идрис, - и развлекаются.
Вернувшись в родное училище, участники турнира старательно делали вид, что на соревнованиях не было ничего особенного, поэтому и рассказывать нечего. На вопросы однокурсников о том, что произошло и куда пропал Фил Кестрел, они отвечали, что Фил был арестован охраной принца, а их дисквалифицировали, но за своих бывших однокурсников вступился Бастер, и жюри пошло навстречу капитану команды соперников. Тем не менее, слух о том, что на турнире был пилот, выступавший наравне со снайперами, по лётным училищам пополз. К середине второго семестра Бастер позвонил Эрни и, давясь от хохота, поведал душераздирающую историю о том, что от одного из их соперников выступал пилот-интуит, который выбивал стопроцентный результат на всех этапах соревнования. Название команды с таким чудом в составе каждый раз было разным.
- Я так понимаю, - сделал вывод выслушавший пересказ истории Келсом, - что остальные члены команды там курили в стороне?
- А на парных соревнованиях, - хмыкнул Клинт, - этот пилот, видимо, еще и раздваивался.
- Это были братья-близнецы, - буркнул Идрис, - пилот и снайпер.
- Там действительно был еще один пилот? – заинтересовалась Алиенор, - вы были неодиноки?
- Там в половине команд были пилоты, Алиенор, - отозвался, как всегда, безразличный Рентон со своего места, - сложнее было найти команду, состоящую из одних снайперов.
- А император там был? – лукаво поинтересовалась Джинджер, поворачиваясь к возлюбленному. Рентон смерил свое рыжее светило холодным синим взглядом и сообщил:
- К сожалению, нет, Джинджер, только его флайер. Если ты по флайеру так сильно соскучилась – можем сегодня до музея дойти – на обратном пути полюбуешься.
- А пошли! – рассмеялась девушка, - а то до кино ты меня так и не довел. Может, с музеем повезет больше?
До музея Рентон и Джинджер, все-таки, дошли. К их огромному сожалению, эсминец был закрыт на реставрацию, хотя, глядя на, хоть и крупный, но покореженный во всех возможных измерениях кусок металла, невольно хотелось задать вопрос, что тут вообще реставрировать, но карта проколов была доступна.
- Надеюсь, император уже поставил свой флайер на парковку, - вслух помечтал Рентон, рассматривая обычный лист формата в два раза больше альбомного, на котором была распечатана карта обитаемого космоса. По карте в хаотичном порядке были разбросаны метки, символизирующие пресловутые проколы. Рядом с картой лежал простой пластиковый футляр-подвеска, - а то одно разочарование от этого музея.
- По крайней мере, - хихикнула Джинни, - я готова поверить, что это нарисовала шестилетняя девочка. А то, если судить по нашему кинематографу, Зарина Вингед Парадайз родилась уже тридцатилетней.
- Нет, - не согласился Рентон, все же, делая снимок карты, - родиться тридцатилетней она никак не могла – вся Сьерра в прошлом году ее юбилей отмечала. Интересно, почему ей поверили?
- Я читала доктора Стенли, - уже без смеха пояснила Джинджер, - он полагал, что открытие было совершено учеными-астрофизиками, а Парадайзы просто украли записи.
- В этом, хотя бы, есть смысл, - признал интуит и вдруг задумчиво добавил, - у Ренны Парадайз точно такой же кулон.
- Так его ей Парадайзы и подарили, - напомнила Джинни, но Рентон думал о другом:
- А ведь я тебе ничего не дарю. Даже цветов.
Девушка обвила руками его шею и, прежде, чем прижаться губами к его губам, попросила:
- Подари мне себя.
А через две недели грянул гром. Вирейская разведка, чей план с похищением наследника престола Сьерры провалился, сосредоточилась на втором направлении подрыва Сьерранской боеспособности. В связи с этим, агенты Юджина Крейтона усилили контроль за медленным убийством пилотов-интуитов, и мистер Аккройд с изумлением обнаружил, что из-под их с мисс Скорт ведома выпали двадцать пять человек. Помятуя, что Свенссон был раскрыт на турнире, и, скорее всего, перевербован, а, значит, соваться к нему напрямую – опасно, медики решили действовать через преподавательский состав.
- Рентон, - поймала в коридоре Ванесса Паллет старосту своего курса, - твои однокурсники не бывают в медпункте. У вас все в порядке?
- Миссис Паллет, так получилось, - голос студента был традиционно сухим и ровным, а во взгляде на миг мелькнуло нечто неопределимое, - что мы все абсолютно здоровы. Это настолько плохо?
- Поддерживающая терапия после выхода в гиперпространство – очень нужная для интуитов вещь, Рентон, - серьезно напомнила миссис Паллет, для себя решив, что эта беседа на тему посещения медблока ее курсом – первая и последняя. Что-то ей подсказывало, что ее студенты неспроста игнорировали медиков.
- Хорошо, - кивнул студент, - я поговорю с ребятами, - развернулся и удалился по коридору, сохраняя идеально прямую осанку. Миссис Паллет некоторое время смотрела ему вслед, размышляя, стоит ли вмешаться. Наконец, приняв решение, сделала звонок, который берегла на случай действительно чрезвычайного происшествия. В конце концов, Зарине Близзард давно пора забрать свой диплом. А уж повод провести для именитой выпускницы экскурсию в аудиторию первокурсников Ванесса найдет.
- Значит, так, - вернувшийся из похода к коменданту общежития за подписью о надлежащем поведении вверенного ему курса, Рентон собрал своих временных подчиненных и ошарашил плохими новостями, - в медблоке заметили, что мы там не появляемся. Чтобы нас не отлавливали и не сажали на иглу насильно, завтра каждый придумает, под каким предлогом он будет отказываться от инъекций в медкабинете. И одним-двумя не ограничивайтесь – чем больше, тем лучше. Всем все ясно?
- Периодически нам придется кем-то жертвовать, - посоветовал Келсом, - чтобы в глаза не бросаться.
- И предлоги для отказа менять придется, - расстроилась краса и гордость курса, будущий шеф-пилот Алиенор Ортега.
- Значит, в акции участвует весь курс, - безразличным голосом озвучил Рентон, - наркоманы в гипере умирают быстро, а я хочу жить долго и спокойно.
- Спокойно и не мечтай, Космос, - поморщился Клинт, - ритуальную жертву нам с тобой пасти придется: на курсе никто, кроме тебя, не умеет внутривенные инъекции делать. Я уже уточнял.
- Не выйдет, - вдруг подал голос Идрис, - на курсе сто человек. Даже если сосредоточиться исключительно на интуитах, это двадцать пять человек, половина из которых живут с родителями. И как раз домашних пасти не получится. Особенно, девушек.
Взгляд Рентона остановился на Джинджер и буквально прирос к ней.
- Очень даже получится, - возразила молчавшая до этого Лиара Дерри, - у меня мама постоянно в рейсах, так что хата свободна. Придете в гости с ночевкой, да и все.
Все уже почти расслабились, когда Джинджер вскинула голову, и в ее изумрудных глазах застыл самый настоящий ужас:
- А что мы будем делать, когда наступит очередь Рентона?
В аудитории наступила мертвая тишина, которую прервал голос Алиенор:
- Короче, нам нужен образец той дряни, на которую нас подсаживают. Могу попробовать ее добыть, но надо, чтобы кто-то постоял на стреме, пока я лезу в медкабинет.
Эрни с Клинтом понимающе переглянулись.
Клинт смотрел на затылок однокурсника: Рентон, отыскав на планшете нужную статью, проводил анализ препарата, который притащила из медблока Алиенор. На вопрос Клинта об источниках ее скрытых талантов девушка только мрачно усмехнулась, но промолчала. И вот сейчас Рентон раскладывал препарат на составляющие, чтобы потом отыскать антидот. С каждой новой открывающейся перед Клинтом гранью характера Рентона, Винсенту становилось все больше не по себе: складывалось ощущение, что сосед по комнате и человеком-то не был.
- Космос, помощь нужна? – обозначил Клинт свое присутствие. Рентон обернулся:
- Сможешь десять минут аккуратно помешивать эту дрянь?
- Конечно, - с готовностью согласился Клинт и приступил к работе, - а зачем?
- В учебнике фармакологии указано, что это поможет расщепить препарат на фракции.
- И как я сам не сообразил? – пробормотал Клинт, - и много у тебя подходящих учебников?
Рентон внезапно признался:
- В платном отделе планетарной библиотеки имени императора Астериона можно найти почти любую книгу.
- Это же стоит бешеных денег! – изумился Клинт и едва не испортил все, перестав помешивать. Хорошо, что вовремя опомнился. Однокурсник равнодушно пожал плечами:
- Ну да, залез в кредит, едва сумел погасить, хорошо, что стипендия повышенная. Даже питался за твой счет, если помнишь. Но оно того стоило.
- Рехнуться можно! – восхитился Клинт, - надо и мне абонемент оформить.
- Тебе-то это зачем? – не понял его Рентон, - пользуйся моим. Там регистрация по паролю.
К концу ночного бдения над спиртовкой, красноглазый Клинт, успевший за ночь раз пять сгонять в круглосуточную аптеку, рискнул спросить:
- Так что это за дрянь, Космос?
- «Ванеозин» - передовое достижение вирейской фармакологии крайне широкого спектра действия.
- Погоди, - нахмурился Клинт, - но ведь «Ванеозин» - действительно классный лекарственный препарат! Им ожоги сетчатки у пилотов-интуитов лечат!
- И именно поэтому, - безэмоционально отозвался Рентон, - до сих пор никто и не связал вспышку смертей молодых пилотов-интуитов с ним. Но у «Ванеозина» только один компонент инициирует регенерацию тканей сетчатки. А второй, к примеру, воздействует на центр удовольствия в мозгу, чтобы раненый человек от боли не загнулся. Третий компонент насыщает кровь кислородом, что у раненого приводит к ускоренному выздоровлению, а у здорового вызывает эйфорию. Все вместе дает нехилый наркотический эффект. При этом, если в крови интуита найдут следы «Ванеозина», то и внимания не обратят. Его же всем студентам в обязательном порядке дают.
- Но неужели император ничего не понял? – Клинт был потрясен: как и все убежденные роялисты, он был уверен, что Даймон Близзард выше звезд и круче гипера.
- Император просто до причин не докопался еще, - флегматично подтвердил Рентон, - А у меня нет желания рисковать собой, ожидая, когда он докопается.
- А если Лиллю сказать? А он скажет императору?
- Я уже думал над этим, - безучастно признал Рентон, - но давай честно, Клинт, ты бы поверил, если бы к тебе сейчас подошел твой, скажем, младший брат и попросил не использовать хорошо зарекомендовавший себя, прошедший все клинические испытания, современный препарат, спасший не одного человека? Ссылаясь при этом, неизвестно на кого?
- Нет, - сник Клинт, - не поверил бы.
- Вот и я так думаю. Более того, вообще не знаю, говорить ли Лиллеброру про это. Ведь для его тети Ренни «Ванеозин» опасности не представляет, даже наоборот, спасти может.
Клинт согласно кивнул, признавая правоту Рентона, и перевел тему:
- Космос, а ты осознаешь, что тетя Ренни твоего Лилля – это Ренна Парадайз, портрет которой у тебя над койкой висит?
И по расширившимся глазам соседа понял, что нет, не осознает. Это Клинта слегка успокоило: все-таки, Ренни Свенссон был человеком. А то, что он эмоции за равнодушием скрывает – не такой и большой недостаток.
Рентон Свенссон лениво листал ленту новостей, краем уха слушая, какие, оказывается, неприятные субъекты интуиты. Новая преподавательница по этике, мисс Мейсон, живописала четверть курса в таких красках, что Рентону самому уже застрелиться хотелось, чтобы не портить мир своей персоной. Особенно, доставалось девушкам.
- Взять даже самую известную женщину-интуита Сьерры, - между тем разошлась мисс Мейсон, - Ренне Парадайз больше тридцати пяти, а детей у нее все еще нет. О чем это говорит?
- О том, что гиперпространство и беременность несовместимы, - тут же совершенно спокойно отозвался Рентон, - и Ренне Парадайз банально некогда – она на поверхности две недели в год бывает. За исключением тех двух раз, когда с ожогом сетчатки в госпитале лежала.
Мисс Мейсон начала с жаром что-то опровергать и доказывать, приводить какие-то факты, доказательства распутного образа жизни первой свободной интуитки Альянса, а Рентон все крутил в голове пришедшую мысль. Когда он говорил Ренни, что тетя мальчика в безопасности, он еще не знал, с чем они имели дело. А ведь Ренна Парадайз действительно была на Сьерре длительное время только в связи с ожогом сетчатки, и на данный момент было только одно лекарственное средство, помогающее при подобных ранениях без оперативного вмешательства…. И нет никакой гарантии, что император, из лучших побуждений, естественно, не решит позаботиться о родственнице и не предложит ей попробовать прием «Ванеозина» для профилактики осложнений при новых ранениях. Рентон еще немного покрутил в мыслях пришедшую в голову картину и решительно отправил сообщение:
«Лиллеброр, в болезнях интуитов виновато лекарство «Ванеозин». Если твои мама и тетя его не принимают – им ничего не грозит».
Несколько минут, показавшихся Рентону вечностью, сообщение оставалось непрочитанным, наконец, Ренни ответил:
«Ренни, я должен сообщить об этом отцу».
«А он тебе поверит?» - набрал Рентон вопрос, который сейчас волновал его больше всего.
«Меня больше волнует, не пострадаешь ли ты» - даже в сообщениях будущего императора интуиту померещились стальные нотки.
«Не думаю, что после турнира я еще кому-то интересен» - признался он в своих надеждах. Основания для этого у него были: после турнира хозяин ни разу не вышел на связь.
«Будущий пилот моего флагмана интересен мне» - пришел практически моментально ответ от тезки.
«Я тебя тоже люблю, Лиллеброр» - отправил Рентон последнее сообщение и вернулся мыслями в аудиторию. Как раз вовремя, потому, что мисс Мейсон, подняв с места Верну, доводила интуитку до слез, допытываясь, в каком возрасте та стала женщиной. И была очень удивлена, услышав равнодушный голос с последней парты:
- Мисс Мейсон, с моральным обликом наших однокурсниц нам все ясно. Не могли бы Вы сами ответить на свой вопрос, чтобы нам знать, на какой идеал ориентироваться?
Прежде, чем мисс Мейсон придумала ответ, однокурсники одобрительно засмеялись над словами своего старосты, а Идрис дернул Верну за руку, принуждая ее сесть на место. Воспитательный момент был безнадежно упущен.
Рентон Близзард отложил планшет в сторону и отправился на поиски отца. Император нашелся в своем кабинете, разговаривающим по визору с капитаном «Славного». Ренни проскользнул внутрь и замер на диванчике, изображая статую.
- Командир, я с ним даже взлетать боюсь! Такое чувство, что он нарик со стажем! При этом все анализы чистые. Я уже ничего не понять не могу!
Мальчик весь обратился в слух.
- Чезаре, - признался император, - я тебя даже на выпускные курсы отправить готов, но и там такая же картина. И пока мне никто не может сказать, в чем дело. Одно понятно точно: это не совпадение, а целенаправленная акция. Но я даже предположить не могу, чья.
- Я могу сказать, - тихо сообщил Ренни, - я знаю, в чем тут дело.
Отец вскинул иссиня-черную голову, всмотрелся в сына и сказал капитану «Славного»:
- Чезаре, я позже перезвоню, - а потом кивнул наследнику, - слушаю тебя, Ренни.
Мальчик облизнул сухие губы и выпалил:
- Это вирейцы, пап. Они дают «Ванеозин» здоровым людям под видом профилактики, а его можно только раненым. Честно! Только, - тут он стушевался до слез, - доказательств нет. Поэтому тебе и не сказали еще: доказательства ищут.
Император побарабанил пальцами по столу, рассматривая сына. Вспомнил, что мать Ренни, будучи в таком же возрасте, помогала урегулировать политический кризис, а тетя самостоятельно управляла собственностью наследника престола, и кивнул:
- Продолжай, Ренни, я слушаю.
Напряжение зримо покинуло Ренни, и он торопливо заговорил:
- Я посмотрел в планшете, пап, даже на вирейский фармацевтический форум залез. «Ванеозин» хороший, но он для раненых только, а на здоровых действует, как наркотик: вызывает эйфорию и привыкание. А у нас его во всех лётных училищах интуитам дают. А они потом умирают, пап.
- Ренни, - тихо, но убедительно заговорил император, - мне необходимо поговорить с твоим информатором. Это дело государственной важности.
Но сын замотал иссиня-черной головой:
- Для него это очень опасно пап, он может пострадать. А он меня защитить хочет.
- Ренни, - снова тихо сказал Даймон, - среди твоих охранников нет молодых людей подходящего возраста, я проверял.
- Значит, я его выдумал, - с готовностью согласился Рентон, прилежно складывая на коленях руки и повторяя слова дипломированного психолога, работавшей с ним все лето, - а сейчас делюсь с тобой результатами своего гениального прозрения, которое приписываю воображаемому старшему другу из-за своей болезненной застенчивости, развившейся на фоне недостатка приличных женских образов в моем окружении.
Даймон откинулся на спинку кресла, рассматривая сына так, словно видел его впервые, а после негромко сообщил:
- Твою гениальную догадку я проверю, Ренни. Впрочем, не думаю, что твой воображаемый друг ошибся, - и мягко, без нажима, попросил, - расскажи о нем побольше, пожалуйста?
Ренни, привыкший доверять отцу гораздо больше, чем себе, и не ждущий от самого родного человека подвоха, с радостью начал рассказывать:
- Ренни высокий, но говорит, что я выше вырасту, у меня генетика подходящая. Глаза у него синие и очень спокойные. Как океан в штиль, - на этих словах взгляд Даймона метнулся к портрету жены, чьи спокойные глаза скрывали все ужасы войны с ксеносами, но перебивать сына он не стал, - волосы черные-черные и на свету радугой блестят. И кожа такая же белая, как у мамы: загар вообще не пристает. И еще он очень умный и смелый: он меня уже два раза спас.
- Психолог сказала, что ты его выдумал, потому что тебе не хватает мамы – припомнил Даймон слова специалиста, - но по описанию он больше на Ренну похож, только цвет волос другой.
- Ренни говорит, что синий цвет глаз – один из оттенков серого, - тут же вставил сын, и опустил долу озорной взгляд, - так что это мамин образ в моем сознании преломляется. А в мужском роде я Ренни представляю, потому что в нашей семье традиционную мужскую роль исполняют женщины. В общем, как я понял, - снова поднял сын смеющиеся глаза, - маме и тете Ренни психолог завидует.
Даймон помолчал. В отличие от психолога, он не склонен был считать друга своего сына воображаемым, а самого сына – уже сейчас присутствующего на заседаниях Правительства и Сената отнюдь не в виде декоративного элемента – болезненно застенчивым. Но и найти этого друга по данному сыном описанию тоже не смог бы: Ренни описал типичного выходца с сьерранского севера. При этом и служба безопасности сына ничем не помогла: круг общения сына перешерстили несколько раз, но ничего подозрительного не нашли. Правда, Даймона слегка удивило, что его сын регулярно общается с Райаном Свенссоном, но и в этом не было ничего особенного – из всех родственников мальчика дети Рона были ближе всего ему по возрасту.
- А чем он занимается? – продолжил император расспросы в надежде найти зацепку с другой стороны.
- Учится, конечно, - отозвался Ренни, изумляясь отцовской недогадливости, - и меня учиться заставляет: хуже тебя зверь! – пожаловался он в шутку и добавил с неподдельной гордостью, - И Ренни очень проницательный: он всегда точно знает, где у меня пробелы в знаниях, - и тут же сник, - только Ренни будущий пилот, а они в опасности сейчас.
- Но виделись вы последний раз на ежегодном снайперском турнире? – уточнил отец нестыковку в рассказах сына.
- Так фантазия же, - невинно похлопал глазами Ренни, - что хочу, то и воображаю. Я еще и синхронизацию девяносто два процента нам с ним навоображал, - поделился он иронично, - в сети есть программы для онлайн-проверки.
Даймон отложил в сторону ручку, которую машинально вертел в руках:
- Ренни, ты уверен, что с ним ты в безопасности? Мне бы не хотелось тебя потерять.
- Пап, - напомнил мальчик, - до сих пор он меня только спасал.
Даймон медленно кивнул, признавая правоту сына, и набрал начальника службы безопасности Сьерры:
- Вернон, - приказал он ровно, - изымите весь «Ванеозин» из лётных училищ. И проверьте тамошний медперсонал: есть версия, что твои парни прохлопали вирейских агентов.
- Командир, - простонали на том конце линии связи, - мы эту версию только сегодня в разработку взяли! Когда ты успел?!
- Это не я, Вернон, - усмехнулся Даймон, показывая довольному сыну оттопыренный большой палец, - это агентура наследника престола на опережение сработала.
- Тогда я спокоен за Дом Близзардов, - хохотнул Вернон Ортега, - вы по-прежнему выше звезд и круче гипера! Командир, когда агентура принца выйдет из тени, познакомь, а? Хочу лично пожать руку человеку, который моих парней, как стоячих, обошел, не имея и половины их ресурсов!
Зарина Близзард зашла в так и не ставшее родным училище, в котором проучилась экстерном шесть лет с перерывом на больничный и декрет. Так вышло, что курс брата и будущего мужа был для нее ближе и роднее своего собственного. Тем не менее, диплом надо было подойти забрать лично – а то уже совсем неприлично стало – правительница и младший снайпер флагмана боевой эскадры до сих пор без диплома. Идя по коридору, императрица Сьерры с теплой ностальгией вспоминала, как впервые шла по училищу за братом, старательно изображая свою будущую подругу, родственницу и капитана в одном лице. Вспомнив Ренну, Зарина фыркнула и ускорила шаг, и тут же с кем-то столкнулась.
- Аккуратнее, пожалуйста, Ваше Величество, - голос у неожиданного препятствия был юношеский, и Рина машинально улыбнулась, поднимая глаза:
- Извини, я задумалась, - а в следующий миг утонула в удивительно знакомых ярко-синих глазах, и в горле пересохло. На памяти Рины только у одного человека были глаза такого цвета… Правда, после сверхдальнего гиперпрыжка длиной в трое суток, такого оттенка глаз у Ренны больше не было, - впрочем, мне не о чем жалеть, - добавила она с лукавой усмешкой, скрывая шок за кокетством, - если меня ловят такие красивые мальчики!
- Не думаю, что смогу долго прожить в центре Вашего внимания, Ваше Величество, - удивительно спокойно отозвался ее визави, убирая руки, чтобы отдать ей честь, - насколько мне помнится, Его Величество не склонен делить Вас с кем бы то ни было.
- Надо же! – искренне восхитилась Рина, - не только красивый, но и умный: редкое сочетание.
- Благодарю на добром слове, Ваше Величество, - вежливо отреагировал на ее комплимент студент и хотел добавить еще что-то, но прозвеневший звонок сбил все его планы, - прошу прощения, - извинился он, еще раз отдал ей честь и, развернувшись, поспешил в аудиторию. Продолжая смотреть ему вслед, Рина набрала номер любимого супруга:
- Дайми, - резко спросила она, когда муж, наконец, отозвался, - у вас с Ренни точно нет общих детей?
- Это шутка такая? – аккуратно уточнил Даймон, - или ты от Рентона заразилась?
Рина сморщилась и выдала:
- Я стою посреди коридора в акронском лётном училище, где только что нос к носу столкнулась с парнем лет восемнадцати, который выглядит, как плод вашей с Ренной безумной страсти. И под данное Рентоном описание воображаемого старшего брата идеально подпадает: высокий синеглазый брюнет.
- Сейчас будем, - бросил Даймон и отключился. Подумав, Зарина отправилась в учебную часть, где ее и нашли остальные трое членов ее семьи через пятнадцать минут. Ректор что-то лепетал про распространенное имя, про сданные на высший балл экзамены, но его никто не слушал.
- Студент-интуит Рентон Свенссон, - сообщила Рина, когда к ней присоединились Хантер, Ренна и Даймон, и повернула к ним личное дело с фотографией, - круглый отличник, кстати, и староста своего курса. Мальтусианин, родственников нет, только опекун, живущий отдельно, что очень похоже на скрытое рабство. За восемь лет парень успел сменить шестнадцать школ, но везде был на хорошем счету. А последней была акронская школа для одаренных детей. Окончил в прошлом году. Как раз в то время, когда у Ренни из ниоткуда появился загадочный старший друг. И наша служба безопасности нам про него постоянно твердит, просто мы не обращаем внимания, считая, что речь идет о Райане, старшем из близнецов Рона.
Даймон несколько секунд смотрел на фото в личном деле студента, потом сглотнул и повернулся к Ренне:
- У нас с тобой на школьном выпускном точно ничего не было?
- Близзард, ты рехнулся? – прорычал Хан, придвигая к себе документы, присмотрелся и тоже сглотнул, - да ну нахер, беременность любимой женщины я бы заметил!
Теперь уже Ренна придирчиво изучила фото, прежде, чем насмешливо фыркнуть:
- Тоже мне, генетики! Вы мне еще Рину в сестры запишите: у парня просто типичный сьерранский колер.
- А глаза? – неуверенно заспорил Хан, - такой оттенок только у тебя да у Мэри Свенссон был! Даже близнецы у Рона голубоглазые оба.
Даймон нахмурился и резко повернулся к ректору:
- Где сейчас у него пара?!
- А еще одна моя ученица-интуитка в шестнадцать лет связалась с взрослым мужиком и прямо с уроков уезжала к нему домой. А когда школа забила тревогу, не нашла ничего лучше, чем попробовать выдать любовника за двоюродного брата. Кончила очень плохо.
Рентон сидел за партой в конце аудитории и делал вид, что старательно конспектирует инсинуации мисс Мейсон насчет морального облика интуитов, а не рисует очередной портрет Джинджер Сол. В аудитории было на редкость тихо и пусто: все восемнадцать девушек курса буквально за пять минут до пары с изумлением узнали, что у них задолженность по строевой подготовке, а пересдачу преподаватель поставил на четвертую пару. Договаривавшиеся о пересдаче, Эрни и Клинт отсутствовали тоже. На следующую этику Рентон уже запланировал пересдачу Боевой теории, а договориться с миссис Паллет вызвались Идрис и Келсом. Девушкам их курса предстояло стать самыми дисциплинированными прогульщицами в училище. В этот момент в дверь коротко стукнули, и на порог шагнул император Даймон Близзард собственной персоной:
- Добрый день, - спокойно и холодно поприветствовал император учащихся. Первокурсники слаженно встали, - меня интересует Рентон Свенссон.
Рентон облизнул почему-то пересохшие губы:
- Это я, Ваше Величество – голос его не подвел, оставшись таким же сухим, как и всегда.
- На выход, - коротко бросил император и вышел за дверь. Рентон повернулся к Идрису:
- Идрис, в мое отсутствие обязанности старосты исполняешь ты.
И вышел за дверь, сохраняя идеально прямую осанку. Шокированный Идрис обвел однокурсников больным взглядом и спросил:
- И что я теперь скажу Сол и Винсенту?
За дверью Рентона ждали. Рядом с императором у дверей стояла золотая статуя. Вот вообще золотая! Разумеется, на видео и фото Хантер Вингед Парадайз, шурин императора и муж Ренны Парадайз, появлялся с завидной частотой, но одно дело – видеть человека в визоре, а другое – вживую.
Забыв обо всем, Рентон с детским восторгом рассматривал переселенца с Парадиза, а тот – с таким же пристальным вниманием рассматривал Рентона. Наконец, шурин императора прервал молчание:
- Нет, Близзард, однозначно, не твой.
- Зато, судя по его реакции на тебя, - хмыкнул император, - на Ренни он похож не только цветом глаз, - и добавил, обращаясь уже к Рентону, - пойдем-ка, пора познакомиться поближе.
- Меня казнят, да? – тихо уточнил Рентон у конвоирующего его Парадайза, который, почему-то, внушал юноше безотчетное доверие.
- За что? – удивился муж Ренны Парадайз, пока император успешно делал вид, что не слышит.
- За шпионаж, - страха не было. Только было немного жаль, что пилотом он так и не стал. И с Джинни не попрощался, - я же вирейский шпион.
- А в доверие к моему сыну, - резко развернулся к нему Даймон Близзард, сбрасывая маску спокойствия, - ты с какой целью втерся?
Рентон заторможено моргнул. Мысль о том, что это он искал общества Ренни, а не наоборот, да еще и с недобрыми целями, в его голове укладываться не хотела никак.
- Ваше Величество, - тихо признался он, - мне легче себя убить, чем причинить ему вред.
- Ты вполне можешь убедить себя, что это пойдет ему на пользу, - внес контрпредложение Даймон Близзард, но Рентон замотал головой:
- Не получится, Ваше Величество, - терпеливо пояснил он разъяренному императору, - в нашем альянсе решения принимаю не я.
- Как такое возможно? – разбил тишину рык Хантера Парадайза, - ты же старше?
- Ренни – будущий император, - по-прежнему негромко напомнил Рентон императору действующему прописную истину, - а я – всего лишь раб. Максимум, что я могу – выбрать себе хозяина. Вот я и выбрал.
Император провел рукой по лицу, стирая с него эмоции, и снова приказал:
- За мной. Разбираться с этим в коридоре точно не стоит.
В кабинете ректора, где до этого Рентон бывал пару раз, сдавая ведомости курса, их ждали еще двое. Императрица Зарина Близзард и ее лучшая подруга и ближайшая родственница по совместительству. Рентон оглянулся на Хантера Парадайза, покосился на недовольного императора, а после решился:
- Простите, - обратился он к Ренне Парадайз, - а можно мне Ваш автограф? Просто Вы – мой кумир.
- Он прошел точку невозврата, - внезапно сообщила императрица, - сейчас сорвется!
Рентона резко мотнуло, перед глазами выросла, загораживая собой мир, широкая грудь, обтянутая черной футболкой без принта, к которой его прижали могучие золотые ладони, и юноша не выдержал. Коротко взвыв, он стиснул футболку на груди Парадайза, чувствуя, как в груди разрастается боль, а щеки становятся сырыми. В кабинете стояла тишина, разрываемая только беспомощными всхлипами сорвавшегося интуита.
- Что вы все так на меня смотрите? – возмутился император, сидевший, почему-то, не во главе стола, а сбоку, - он вообще казался равнодушнее космоса!
- Дайми, - с укором в голосе заметила императрица, - он же ребенок!
- Этот ребенок, - язвительно отбрил жену император, - уже трижды обвел вокруг пальца вирейскую разведку и, как минимум, один раз обошел нашу! И я бы поостерегся верить пилоту, выигравшему снайперский турнир.
- Это не я, - голос Рентона, продолжавшего прятаться на надежной груди у Хантера Парадайза, был удивительно невыразительным, - турнир Ренни выиграл.
- Ренни в президиуме был, он… , - в голосе императора послышался почти инфернальный ужас, - мог. С вашей синхронизацией – мог. Но как ты заставил себя стрелять, а не маневрировать?
- Никак, - доверчиво признался Рентон ставшей родной черной ткани, - я просто глаза закрывал на выступлении.
- На парных этапах просто глаза закрыть было бы недостаточно, - возразила императрица, - ты бы с ума сошел, одновременно синхронизируясь с партнером, которому полностью доверяешь, и с тем, кому нет доверия.
- Меня Ренни удержал, - пояснил Рентон все той же футболке, ежась при одном воспоминании о черной воронке, в которую его едва не засосало, - его служба безопасности никак не могла найти кураторов заговора, пришлось терпеть.
- А ведь перед нами, - заметила молчавшая до этого Ренна Парадайз, - будущий пилот «Стремительного», если не капитан. И, скорее всего, их синхронизация еще выше, чем они думают.
- Куда еще выше-то? – Рентон отвлекся от самозабвенного вымачивания футболки Парадайза в слезах, и сухо сообщил, - и так девяносто два!
- Всего на три процента ниже, чем у нас с Хантером, - ошеломленно сообщила императрица, - мы с рождения вместе, а они познакомились около года назад. Что будем делать?
- Арестуем? – оживился император, - продолжим, так сказать, традицию?
- За что? – насмешливо пророкотал Парадайз, легким движением руки возвращая голову юноши обратно к себе на грудь, - за спасение пилотов Космофлота? Или наследного принца?
- За шпионаж в пользу Виреи, - огрызнулся император и холодно продолжил, - про который он нам так и не рассказал, кстати.
Рентон на миг замер, усилием воли взял себя в руки и начал свое повествование. Слушали его, не перебивая.
Когда он закончил, взгляд императора был еще более пронзительным, чем до этого:
- Ренни, есть вероятность, - заметил он мрачно, - что ваше с ним сходство отнюдь не случайно. И если он попадется на глаза заинтересованным лицам, начнутся проблемы.
- Еще раз, для самых внимательных, - странным голосом попросил разъяснений Хантер Парадайз, - есть вероятность, что вот это – клон моей Ренни?
- Именно это я и хочу сказать, - кивнул император, опуская голову на сложенные домиком руки, и наблюдая, как переглядываются Парадайзы, - и его наверняка захотят объявить моим сыном.
Ренна Парадайз негромко заметила:
- Если проблемы нельзя предотвратить, их лучше возглавить, Дайми. Объективно говоря, единственное, что указывает на ваше с ним сходство – цвет волос. Но Хан тоже брюнет.
Хантер Парадайз повертел отекшего от слез, красного Рентона в сильных руках и поднял голодный взгляд на супругу:
- Ренни, у него вся спина в шрамах, крылья сами просятся.
- Не то, чтобы мое слово в данной ситуации имело значение, - проговорила императрица, - но вы уверены? Вы оба видите его впервые в жизни!
- Ты это сыну своему объясни, - проворчал Парадайз, снова подгребая Рентона в объятия, - диву даюсь, как он еще кровь смешать не догадался!
- Догадался, просто не успел, - устало возразил шурину император, - он уже год приучает нас к мысли, что у него брат есть: я по такой же схеме действовал. Но на всякий случай, я бы сделал тест.
- Да ну нахер, – возразила Ренна Парадайз, - А то вдруг еще родственников найдем, делиться заставят, график общения потребуют…. Хантер, хватит его тискать, дай сюда! – и Рентона крепко обхватили ласковые женские руки. А в следующий миг поверх них снова накрыли золотые мужские.
Ренни Близзард вышел встречать своих старших родственников и восторженно замер, увидев, кого именно за плечи крепко держит дядя Хан. Отмерев, Ренни слепо шагнул вперед и уткнулся в грудь Рентона головой:
- Я так скучал, Ренни!
Старший Рентон машинально обнял младшего одной рукой за плечи и сдержано напомнил:
- Лиллеброр, не драматизируй, мы с тобой только недавно разговаривали. Ты с матерью общаешься реже, чем со мной.
Ренни завозился в его руках, стремясь устроиться покомпактнее:
- Я и по маме скучаю, - заверил он тезку, - и по тете Ренни с дядей Ханом. И папа все дни напролет занят.
Наблюдающий за их встречей император заметил супруге:
- Срочно отменяй все его занятия с психологом, Рина. Иначе мы вырастим монстра.
- По-моему, ты опоздал, Близзард, - мрачно разочаровал императора его родственник с Парадиза, - монстр уже вырос.
И только Ренна Парадайз не теряла оптимизма:
- Хан, ты в его возрасте на Сьерре окопался, а Рина заработала позывной «Кара Небесная». В кого ему быть тихоней? В Даймона? Так он в тринадцать Сенат муштровал.
- Тетя Ренни, - с чувством признался мальчик, поблескивая счастливыми темно-карими глазами, - я тебя так люблю! И Ренни так на тебя похож!
- Посмотрим, что он еще выдумает, - поинтересовалась императрица, - или признаемся, что в этом нет смысла, и они и так уже братья?
Счастье в глазах мальчика стало запредельным.
Вернуться в училище Рентон смог только через неделю. Провожал его Хантер Парадайз лично. И Рентон не признался бы в этом и самому себе, но золотая ладонь, лежащая у него на плече, здорово успокаивала.
- И я теперь Ваш сын? – еще раз абсолютно невыразительно уточнил Рентон, когда они подошли к крыльцу, - Вы же меня не знаете.
- Ребенок, - в очередной раз повторил Хантер Парадайз, - никто не требует от тебя бросаться мне на шею с криком «папочка!», просто так будет проще для всех. Для тебя – в том числе.
- Не будет, - безразлично ответил Рентон, - меня бросила девушка, потому что теперь я – принц.
- Это такая маленькая, миленькая, рыженькая? – уточнил шурин императора, - которая полдня под воротами дворца караулила, чтобы узнать, что с тобой стало?
- А вчера позвонила и, давясь слезами, сказала, что не пара принцу, - проговорил Рентон – поэтому освобождает меня от всех обязательств.
Парадайз задумался, потом предложил:
- Предложи ей тоже статус сменить. Будет твоей женой – никуда от тебя не денется.
- Император меня и так едва терпит, - голос Рентона остался холодным, никак не выдавая, что отношение императора его ранило, - и такое точно не простит.
- А вот это, - серьезно отозвался его приемный отец, - ты должен решить для себя сам. Что тебе важнее: одобрение императора или любимая женщина? Только имей в виду, что в обоих случаях дороги назад у тебя не будет.
Рентон глубоко задумался.
- И привет моему ребенку передать не забудь, - попросил Хантер Парадайз зятя, собираясь завершить видеозвонок. На смуглых губах Даймона Близзарда мелькнула ехидная усмешка:
- Прости, но не смогу, - отозвался он, - твой ребенок сбежал из дворца. Весь в тебя характером: вот что значит – наследственность!
- Чем ты так его допек? – изумился Хантер, - выгнал на получасовую прогулку? Заставил спать по ночам? Насильно накормил десертом?
- Нет, - по лицу Даймона было понятно, что ситуация немало его забавляет, - он решил, что я не одобряю его романтический интерес, поэтому вернулся жить в общежитие. А чтобы не зависеть от меня финансово – нашел себе работу удаленно. И уверен, что мне до него нет дела, раз я его не потерял. На неделе к нему Ренни удерет пообщаться: посмотрю, до чего вдвоем додумаются.
- Работу себе нашел, - протянул Хантер задумчиво, - и что? Вот так прямо сразу и нашел? Интересно, какую? Мешки на стройке ворочать? Улицы подметать?
- Нет, конечно, - улыбка императора стала еще более ехидной, - я его контакты Ортеге слил, так что твой ребенок теперь на безопасность пашет. Выпускать его в поле, разумеется, запрещено, а удаленно пусть развлекается.
- А с романтическим интересом что? – заинтригованно спросила Ренна, выглядывая из-за спины мужа. Даймон в ответ пожал плечами:
- Заявление они пока не подавали. Полагаю, он планирует сначала снять жилье, а уже потом создавать семью.
- Снять жилье, значит, - повторил Хан и вдруг поинтересовался, глядя на родственника и друга со смешинками в глазах, - а Ренни знает, где ключи от студии лежат?
- Точно! – прищелкнул Даймон пальцами, - надо будет подкинуть идею наследнику, если сам не догадается! Помнится, этот жилой комплекс очень удобно скрытно охранять.
- То-то там квартиры так дешево стоили, - хохотнул Хантер после небольшой заминки, - впрочем, я и тогда замечал, что на Сьерре мне подозрительно часто везет.
- Это была моя самая выгодная инвестиция, - рассмеялся Даймон.
Рентон отправил заказчику аналитическую справку, дождался подтверждения о получении и занялся сводной ведомостью успеваемости своих подопечных. Подвоха он не ожидал и, как выяснилось, очень зря: у Джинджер Сол заметно изменился почерк. Рентон перепроверил свои знания, убедился, что ничего не перепутал, и поднял голову:
- Джинджер, - холодно уведомил он девушку, и ее плечи обреченно вздрогнули, - завтра вместо логистики ты идешь в ректорат.
Весь курс, кроме еще больше ссутулившейся Джинджер, благополучно забыл про подготовку к зачету по Основам синхронизации и тут же повернулся в его сторону.
- Зачем? – в голосе Клинта предвкушение было густо замешано на любопытстве.
- Будет брать академический отпуск, - безразлично отозвался Рентон, - если все пройдет по плану, через год восстановится.
- А если нет? – буркнул Идрис, - в таких делах планировать….
- Значит, через год в отпуск уйду я, - не увидел проблемы лучший пилот курса, - глядишь, так и училище наперегонки закончим.
- Космос, - в глазах Алиенор Ортеги заплясали бесенята, - а ты уверен, что планы Джинни совпадают с твоими? Она тебя бросила, насколько я помню.
- Именно поэтому, Алиенор, - откинулся староста курса на спинку своего стула, - я и не делаю ей предложения: боюсь отказа.
- Родители, - почти неслышно проговорила Джинни, - настаивают на прерывании. Угрожают отказом в помощи.
- Значит, в ректорат ты идешь сегодня после пар, - сделал вывод Рентон, - а потом мы забираем твои вещи и перевозим их ко мне.
- Космос, ты же только что боялся?! – хихикнула Алиенор, - уже осмелел?
- Осмелеешь тут, - вздохнул интуит, - когда речь идет о будущем любимой женщины.
Джинни застыла. Медленно обернулась и с безумной надеждой в зеленых глазах воззрилась на Рентона:
- Любимой? – повторила она едва слышно, - точно любимой?
- То есть, отказа не будет, – подытожил Рентон и уточнил, - Джинджер, тебе официальное предложение делать, или будем считать, что и так договорились?
- Космос, - без улыбки посоветовал Эрни, - у нее будет максимально скромная свадьба. Предложение должно быть максимально романтичным!
Рентон медленно кивнул:
- Ты абсолютно прав, Эрни, спасибо, что напомнил.
Император сьерранской планетарной империи Даймон Близзард разбирал прошения в своем кабинете, когда в дверь заглянул Дерек:
- Ваше Величество, - сказал он, - к Вам Рентон Свенссон. Пускать?
- Уже набегался? – вскинул брови император, откладывая все бумаги в сторону, - быстро он. Впускай, конечно.
За те несколько месяцев, что они не виделись, мальчишка сильно похудел и побледнел, но во взгляде появилась какая-то решимость. Да и в целом, он как будто повзрослел.
- Присаживайся, Рентон, - предложил Даймон, жестом указывая на кресло для посетителей, - что привело тебя сюда?
Рентон, явно чувствуя себя не в своей тарелке, опустился в кресло и осмотрелся. На столе императора сидела яркая кукла, принадлежавшая, скорее всего, императрице и сохранившаяся с того времени, когда та играла в куклы. А вот эскизы на стене и в книжном шкафу, Рентона очень заинтересовали: было в них что-то родное.
Даймон подождал, когда его внезапный гость озвучит причину своего присутствия, не дождался и повторил:
- Зачем пожаловал, Рентон?
Облизнув губы, Рентон решительно встретил взгляд императора и невыразительно проговорил:
- У меня завтра очень важное и ответственное мероприятие, Ваше Величество, и мне бы очень хотелось, чтобы Вы с Ренни его посетили. В частном порядке: мероприятие будет очень скромным.
- А родителей ты дождаться не хочешь? – холодно поинтересовался Даймон, складывая руки на груди, - к чему такая спешка?
- Мы не можем их ждать, Ваше Величество, - ровно проговорил Рентон, - к их возвращению наше мероприятие из скромного станет скандальным.
- Даже так? – Даймон, не отводя от мальчишки глаз, потянулся к визору и набрал вызов. А как только прошел сигнал, затребовал видео.
- Вижу тебя, Командир, - голос, да и вид Хана был удивленным, - что случилось?
- У меня тут твой ребенок объявился, - ехидно сообщил Даймон, переключаясь на шурина, - и хочет тебе кое-что сказать, - и поманил Рентона к себе.
- Ребенок? – пророкотал встревоженный Хан, пока за его спиной смена капитана шустро всасывалась в пультовую и быстро рассосредотачивалась по своим местам, - что случилось?
- Я завтра женюсь, - Рентон чувствовал себя так, словно с обрыва бросается в ледяную пропасть, - моя девушка ждет ребенка, и ее положение к вашему приезду будет совсем заметным. Извините, но мы на самом деле не можем тянуть с регистрацией.
- Даймон, - укорила императора Ренна Парадайз, подходя к визору, - хватит над моим сыном издеваться! Он же сейчас в обморок упадет от волнения!
- Если бы я издевался, - съязвил император, откидываясь на спинку кресла и снова складывая на груди руки, - я бы сейчас пытал его, уверен ли он в том, что это его ребенок. А я всего лишь даю ему возможность самостоятельно сообщить вам новости.
- Ребенок, не волнуйся, - постарался утешить Хантер приемыша, - когда вернемся домой, отметим еще раз. Заодно поближе познакомимся с твоей женой и ее родителями.
- С ее родителями познакомиться не выйдет, - предупредил Рентон, - они отказали Джинни от дома, узнав, что она не будет избавляться от ребенка. Скорее всего, конечно, на эмоциях и временно, но гарантировать этого нельзя. Почтить нас своим присутствием завтра они тоже отказались. Поэтому сейчас мы исходим из того, что видеть Джинни они не хотят. Она взяла академический отпуск, я перевез ее к себе, и завтра мы оформляем брак. Через год она выйдет из отпуска, и уйду я. Таким образом, если нам повезет, один из нас, все-таки, сумеет стать пилотом. Но, скорее всего, это буду не я. Извините, если я не оправдал ожиданий. Так получилось.
По обе стороны визора наступила тишина.
- Даже есть за что уважать, - признал Даймон Близзард со смешком, - и ведь не за помощью пришел, а на свадьбу приглашает. Однозначно, Парадайз – твои гены! Ты, помнится, с такой же мордой заливал, что не будешь снайпером, потому что сестру поднимать надо.
- Дайми, - начала приемная мать Рентона, но император со злостью в голосе ее перебил:
- Ренни, вот только не начинай! А то обижусь, и в увольнительные будешь на Мальтусе ходить! В общем, - в голосе правителя планеты зазвучала сталь, - его план я полностью одобряю. Сейчас на годик в академ она сходит, потом он с ребенком посидит. А через два года устроят ребенка в детский сад, и будут доучиваться вместе.
- Только после учебы, одному из них все равно придется забыть про космос, - подала голос младший навигатор звездолета.
- Не страшно, - тихо ответил ей интуит, - пожертвовать космосом ради близких – не страшно.
- Идиот, - мученически вздохнул император, - кто же тебе позволит такую глупость? Полетишь, как миленький. А за ребенком двоюродные дедушка с дядюшкой присмотрят – хоть не скучно будет на планете сидеть.
- Я не смогу оставить ребенка чужим людям, - замотал бывший раб головой, - тем более, каким-то мутным дядюшкам и дедушкам!
- Тогда нехер нас с Ренни и на свадьбу звать, - отрезал император, - если мы тебе чужие, да еще и мутные!
Рентон потеряно моргнул. Отказ императора прийти на регистрацию, вызванный абсолютно непонятными причинами, ранил. Скрытую поддержку правителя во всем, начиная от работы, и заканчивая жильем, он отлично видел и очень ценил, поэтому и решился пригласить императора на самый важный день в своей жизни, раз дожидаться возвращения флагмана нет возможности.
- Дайми, - первой сообразила, в чем дело, императрица, - он просто не соотнес тебя со словом «дедушка»! Да и Ренни в его понимании на дядюшку не очень похож!
- Не соотнес он, а внучатого племянника, или племянницы, чуть я не лишился! – возмутился Даймон Близзард, доказывая, что монстром манипуляции Ренни Близзард не вырос, а родился, - Единственную, можно сказать, радость отнять пытались! Мечту всей моей жизни!
- В качестве компенсации, - легко уступил Рентон, стараясь улыбнуться, - можете даже имя мечте всей своей жизни сами выбрать.
- По рукам, - торжествующе усмехнулся император.
ТЕЛЕГРАМКанал с обзорами, анонсами новинок и книжными подборками
Книжный Вестник
Бот для удобного поиска книг (если не нашлось на сайте)
Поиск книг
Свежие любовные романы в удобных форматах
Любовные романы
Детективы и триллеры, все новинки
Детективы
Фантастика и фэнтези, все новинки
Фантастика
Отборные классические книги
Классика
ВКОНТАКТЕБиблиотека с любовными романами, которая наверняка придётся по вкусу женской части аудитории
Любовные романы
Библиотека с фантастикой и фэнтези, а также смежных жанров
Фантастика
Самые популярные книги в формате фб2
Топ фб2
книги