Восьмой Мир - 2

Небо над Гекатой было потрясающе красивым. Сол сидел на крыльце и задумчиво смотрел вдаль. Все его друзья, как старые, так и новые, нашли себе пару, а он застрял в холостяках. Не то, чтобы ему не хотелось вступать в отношения. Хотелось, и даже очень. Но жизнь складывалась таким образом, что на личную совсем не оставалось времени. Да и опасно находиться рядом с таким, как он. В его прошлом было слишком мало спокойных дней. Всегда борьба, всегда надрыв. Только одно его нахождение на Гекате чего стоило. Да и о какой семье может идти речь, когда он ни капитала не сколотил, ни дома не приобрёл? Одним словом — гол как сокол. Сол вздохнул и поджал губы.

На крыльцо вышел Пуся. Его хвост безвольно тащился за ним следом. Обычно робот задирал его кверху, показывая свой боевой настрой, или носил на сгибе передней лапы, уберегая от мусора под ногами. Мог часами его вычёсывать, а однажды надушил единственными духами Данаи, которые та берегла как зеницу ока. Когда девушка об этом узнала, то возмутилась произошедшим произволом. Она не была жадной, но тот образ жизни, который они вели уже долгие годы, приучил её быть бережливой. Одним словом, хвост Пуси мог бы и обойтись без дорогих французских духов. Повздыхав немного, Даная в итоге оттаяла и сменила гнев на милость, а Пуся всё равно обиделся.

Он считал, что такому герою, как он, можно подарить этот несчастный флакон целиком и полностью, но девушка не догадалась, а робот не попросил.

Теперь же Пуся находился в таком же подавленном настроении, как и Сол. Робот опустился на одну ступень и сел рядом с мужчиной. В этот момент Сол в очередной раз глубоко вздохнул и Пуся неосознанно за ним повторил. Только после этого мужчина очнулся от своих мыслей и обратил внимание на поникшего робота.

— Ты чего грустишь? — спросил он.

— Так и ты, как я посмотрю, не весел, — парировал Пуся.

Они оба помолчали, задумчиво провожая оранжевое солнце за горизонт.

— Тебе не бывает одиноко? — нарушил молчание робот.

Сол не стал юлить и ответил как есть:

— Не стану отрицать, что мне надоело просыпаться в пустой кровати. Хочется женского внимания и тепла.

— Вот и мне… хочется, — проговорил Пуся.

— Женского внимания? — решил уточнить Сол.

— Ну да. Не так давно я спал в кровати Вилоры. Она мне разрешила устроиться у неё в ногах.

Пуся помолчал немного, видимо вспоминая этот приятный момент, а потом продолжил:

— Знаешь, как уютно, когда ты дремлешь на подзарядке, а рядом слышно чьё-то тихое дыхание? Так хорошо и спокойно. Но недолго моё счастье длилось. Пришёл этот Чаиро, они о чём-то пошептались, а затем попросили меня переехать в гостиную. Представляешь?! Так и пришлось. И теперь на моём месте спит ещё один наглый мужчина, а я снова страдаю на этом неудобном диване.

— Можно, я не буду предлагать тебе со мной спать? — с опаской спросил Сол.

— Да уж не предлагай, — фыркнул робот. — Где там этот твой рысь загулял? Вдвоём хотя бы веселее.

— Ты про Мо? Ну, во-первых, он не рысь, а каракал, а во-вторых, где-то шастает. Наверное, охотится.

Дверь на улицу открылась, и на крыльцо вышел Соджун.

— Какие новости? — спросил у него Сол.

— Моя сестра совсем рядом. Если не случится пылевая буря, то уже завтра она окажется здесь. На те деньги, что ей отправил Чаиро, она закупила кучу оборудования, продукты, оружие и даже строительные материалы. С ней прибудет около шестидесяти наёмников и штат учёных для лаборатории. Это не считая экипажа корабля.

— Не многовато ли? — удивился Сол.

— Я ей говорил, чтобы без особого размаха, но Хлоя любит делать всё по-своему. Она до последнего не сообщала, сколько человек соберётся на Гекату. Судя по всему, планы у неё грандиозные. Они обсудили что-то там с Чаиро, и, насколько я понял, тот планирует организовать здесь что-то вроде парка развлечений. Оказывается можно найти авантюристов, которые будут не против побродить по вашим лесам, или пересечь долину червей ночью. Одним словом, напитаться адреналином.

— И на этом можно делать деньги? — удивился Пуся.

— Такое вполне можно провернуть, если Хлоя восстановит сыворотку, которая сможет снять зависимость от воздуха Гекаты. Именно эта причина и была самым главным сдерживающим фактором для потока туристов и вольных странников. Хлоя говорит, что везёт все необходимые реактивы, потому что в её лаборатории уже сталкивались с подобной проблемой. Правда, они экспериментировали только с воздухом из ядовитых кратеров, а тут целая планета. Одним словом — Хлоя в восторге. Она очень заинтересовалась подобной проблемой, и решила написать на эту тему диссертацию.

— Сестра у тебя не промах, — уважительно хмыкнул Сол.

Соджун кивнул, соглашаясь.

— Скажи, а она красивая? — заинтересованно спросил Пуся.

Мужчина задумался. Для него Хлоя была обычной девушкой.

— Скорее да, чем нет, — ответил он, стараясь рассуждать не предвзято.

Робот оживился.

— А она любит сладости?

— Я даже и не знаю, — растерялся Соджун. — И потом, где ты их возьмешь? Мы тут каждую крошку считаем, что уж говорить об излишествах.

— Конфеты — это не излишества. А где их брать — это моя забота. Надо будет — достану. Могу и сам приготовить. Я видел на кухне сахар.

Соджун с сомнением посмотрел на Пусю.

— Я что-то не припомню, чтобы Хлоя любила сладости. Да и к цветам она, кстати, равнодушна. Только и носится со своими пробирками, а про еду и вовсе забывает.

— Пробирки? — Пуся с сомнением посмотрел на мужчину. — И девушки такое любят?

— Не стану говорить за всех, но Хлое такое понравится гораздо больше конфет.

Робот почесал затылок, а потом задумчиво зашагал в дом. Мужчины посмотрели ему в след.

— Значит, уже завтра мы ждём гостей, — словно для самого себя негромко проговорил Сол и тоже задумался.

Ему совсем не помешает постирать свою единственную парадно-выходную рубашку.

***

Восьмой сидел в гостиной и начищал свой пистолет. Глок был его любимцем, а к лазерным новшествам он относился с лёгким презрением. Не уважал, однако умел пользоваться, так как это являлось неотъемлемой частью его профессии. Теперь уже бывшей. С другой стороны, разве военные могут стать бывшими? Реакция, скорость, выносливость – все эти навыки впитались кровь, а в голове по прежнему живы воспоминания о днях службы. Это было хорошее время, которое наложило отпечаток на всю его жизнь. Он часто вспоминал академию, ведь именно там ему дали прозвище, которое на долгие годы заменило имя. Восьмой свыкся с тем, что только родители по-прежнему звали его Миром. Родители и ещё одна ставшая для него самой дорогой на свете девушка.

Их знакомство произошло при непростых обстоятельствах: он должен был отконвоировать арестантку за номером 32.578 на Сайлакс. Три-два, как он прозвал девушку, оказалась полукровкой с очень не простым характером, а судьба распорядилась таким образом, что им пришлось не только пережить крушение звездолёта, но и выстоять против зубастых хищников незнакомой планеты в моменте, когда Восьмой едва оправился от серьёзных травм. За время совместных приключений они приобрели общих друзей, одним из которых оказался непоседливый и ворчливый робот.

Все эти события разделили жизнь Восьмого на "до" и "после", а самым большим сюрпризом оказалось обстоятельство, что его спутницу на самом деле звали Мира. И как после этого не поверить в предназначение?

На сегодняшний день только Мира время от времени, обращалась к Восьмому по имени. Вот и сейчас, зайдя в гостиную и увидев, чем именно он занимается, она окликнула:

— Эй! Мир! Предлагаю отложить дела и помочь слабым девушкам переставить кое-какую мебель. Скоро к нам нагрянут гости, и надо спустить со второго этажа стол. Того, что стоит в гостиной нам явно не хватает.

— Слабым девушкам, говоришь? — Восьмой посмотрел на пресс Миры, видневшийся в полоске между поясом джинсовых шорт и завязанной под грудью рубашкой. — Не вижу ни одной.

— Не преувеличивай мои возможности.

— А Чаиро где?

— В теплице вместе с Вилорой.

— Вот когда он освободится, тогда и позовёшь.

— Зачем тебе Чаиро? Мы вдвоём справимся!

— Ты только что просила не переоценивать твои возможности.

— Ты сейчас издеваешься, или как?

Восьмой невозмутимо повертел в руках деталь от пистолета, и начал бережно протирать её тряпочкой пропитанной специальным раствором.

— Я вот сейчас подумал, — произнёс он, — что девушкам вообще не положено поднимать тяжёлое.

Услышав это, Мира прищурилась.

— Это с какого именно момента мне — и не положено? Почему это не работало, когда я тащила тебя полуживого через красный песчаник?

— Не было такого.

— Мир!

— Внимательно.

— Так и скажи, что ты просто хочешь закончить собирать свой пистолет.

— Хочу закончить собирать свой пистолет.

— Ну и ладно.

— Что значит «ладно»?

— Я сама донесу.

— Девушкам не положено...

— ...поднимать тяжёлое. Да, да, да.

— Тебе прямо приспичило.

— Очень надо.

— Ну хорошо. Я сам поднимусь в теплицу за Чаиро.

Восьмой вздохнул и отодвинулся от стола, на котором лежало разобранное оружие.

— Мир.

— Что?

— А почему девушкам не положено носить тяжёлое?

Восьмой вздохнул. Он в который раз забыл, что Мира полукровка, а у Лайнов, наверное, всё работает иначе. Он, кстати, так до конца ещё не разобрался в её возможностях. Однако пусть она привыкает к земным установкам. Не помешает.

— Потому что им ещё рожать, — произнёс он вслух.

— В смысле?

В глазах Миры застыл вопрос. Она реально не понимала.

— Эту тему мы ещё не обсуждали, но я обещаю объяснить тебе чуть позже.

— А почему тогда мне было можно, а сейчас нельзя?

— Тогда ты ещё не была моей девушкой.

Благодаря хорошей реакции Восьмой увернулся от диванной подушки, полетевшей ему в голову. Мира фыркнула. Она заправила отросшую прядь волос за свои слегка заострённые уши.

— Ты не умеешь шутить, — заявила она.

— Скажи, а полукровки все такие темпераментные?

— Тебе не угодишь. Ранее ты жаловался на мою угрюмость.

— Когда я такое говорил?

— Ты думал.

— Полукровки ещё и мысли умеют читать?

— Я сейчас обижусь.

— Прости, у меня действительно не очень хорошее чувство юмора. Перестань дуть губы и подойди ко мне.

Девушка юркнула в подставленные объятия. Они постояли, наслаждаясь покоем и тишиной. Все домашние были чем-то заняты, и это позволяло побыть на едине. На самом деле им обоим нравились их небольшие перепалки, только раньше они не могли себе такого позволить. Слишком много было проблем, которые приходилось решать в спешном порядке. Одна высадка на Гекату чего стоила.

Восьмой посмотрел Мире в глаза, и залюбовался синей радужкой.

— Ты настоящий зануда, — проворчала та, подставляя губы для поцелуя.

— За то весь твой, — ответил Восьмой и ещё крепче обнял девушку за плечи.

***

Чаиро придерживал листья незнакомого растения, пока Вилора окучивала вокруг него землю.

— Теперь оно не погибнет, — сказала та, выпрямляя спину.

Она вытерла тыльной стороной ладони лоб. Чаиро поднялся следом.

— Ты испачкалась.

Он протянул руку и попробовал оттереть с её щеки след.

— Вот тут, и здесь немного. Ну вот, я только размазал.

— Ничего страшного. Я сейчас приму душ, благо с водой на Гекате нет проблем.

Вилора окинула взглядом ухоженные клумбы.

— Мы сегодня хорошо поработали. Не зря пораньше встали, — произнесла она, затем сняла с рук перчатки и шагнула к Чаиро.

Тот обнял девушку за хрупкие плечи.

— Ты выспалась? — спросил он с нежностью.

Вилора кивнула и прижалась щекой к крепкой груди. Как же ей нравилось это ощущение силы, которое исходило от рук Чаиро. А ещё ощущение умиротворения, поселившееся в душе. Ещё пару ночей назад она впустила молодого человека в свою спальню, где он и остался на ночь. Конечно, с разрешения Данаи, которая, повздыхав немного, махнула рукой. Не вооружённым глазом было видно, на сколько Чаиро очарован её сестрой. Ко всему прочему, не стоило забывать, что он не только прилетел к ним на помощь, но и, сняв с себя защитный фильтр, шантажом заставил своего отца смириться с его выбором. Чаиро уверял, что ему всё равно, где жить. Если будет надо, то и на Гекате сойдёт. Главное — с Вилорой.

Обнимая хрупкие плечи, он вспоминал их первую совместную ночь. Оба стеснялись до жути. А потом Вилора достала честно украденную из запасов отца бутылку виски, от распечатывания которой Чаиро отказываться не стал. И вот атмосфера перестала быть давящей, луна, заглядывающая в окно, — более дружелюбной, а момент перехода от поцелуев к действию — более естественным. Вилора расслабилась, а Чаиро перестал вспоминать свой прежний опыт и просто поплыл по течению. Течение в итоге оказалось настолько бурным, что ему пришлось зажимать Вилоре ладонью рот, иначе соседствующие через стенку Соджун с Данаей, могли и выговор с занесением вынести. Ну или, как минимум, отменить своё данное ранее благословение. Поэтому Чаиро ни на минуту не расслаблялся, следя за тем, не слишком ли они шумят. По итогу ночь пролетела, словно один невероятный, яркий сон.

Вилора, несмотря на свою внешнюю скромность, оказалась довольно страстной, но при этом настолько тягуче нежной, что Чаиро словно попал в свою личную нирвану. Ни с кем до этого ему не было так хорошо, как, впрочем, и Вилоре с ним. Хотя, в отличии от Чаиро, её опыт в этом вопросе был довольно скромным. Если не брать в расчёт прошлые и довольно не простые во всех смыслах отношения с Трисом, она и мужчин толком не знала. Тогда было море сомнений и давление обстоятельств, а сейчас случилась самая настоящая химия в её самом что ни наесть первородном виде. Эта химия буквально за ночь кристаллизовала их обоюдную симпатию в нечто более глубокое. Союз образовался и обещал просуществовать очень долго.

Надо сказать, что первым, на следующее утро, двух счастливых молодых людей, которые не сводили друг с друга влюблённых взглядов, увидел Пуся. Он покивал головой, вздохнул, и куда-то тихо удалился. Где он пропадал всё утро, никто не знал. Но ровно в тот момент, когда Соджун с Солом привели к дому гостей, робот объявился.

Объявился, да так и замер, потому что та, которая шагала по правую руку от Соджуна, по его мнению была невероятно красива. Робот сверкнул глазами и даже шагнул вперёд, намереваясь узнать, как же зовут незнакомку, сулившую стать предметом его новых воздыханий, как из-за плеча последней вылезло непонятное существо. Меньше Пуси, но с точно такими же красно-жёлтыми глазами.

Пуся застыл, словно статуя. Тем временем поприветствовать гостей вышла Даная. Она улыбнулась и проговорила:

— Добро пожаловать в Прибежище. Мы вас ждали.

Гостья слегка поклонилась в ответ, а существо, сидевшее у неё на плече, зыркнув глазами на Пусю, что-то яростно зашептало своей хозяйке на ухо, по всей видимости, нелестное. Пуся вспыхнул, словно порох. Опять красивую девушку уводят из-под носа, не оставив даже шанса на приятное знакомство.

— Это что за крыса такая? — не удержался он, ткнув пальцем в сидящее на плече у незнакомки нечто.

— Сам ты крыса! — незамедлительно среагировало существо. — Я, между прочим, опоссум. И зовут меня УМ Прим.

— Что это за УМ такой? — опешил Пуся.

— Универсальный модуль, тупица.

Опоссум показал роботу язык, и от такой наглости тот лишился дара речи.

— Прим, уймись, — пожурила питомца девушка, а затем добавила, обращаясь к Данае: — Не обращайте внимания. Прим хоть и задира, но больше на словах, чем на деле.

В этот момент в сопровождении Восьмого на крыльцо вышла Мира. Гостья представилась:

— Меня зовут Хлоя, я сестра Соджуна и очень рада познакомиться с теми, кого он считает своими друзьями. Таковых у него на самом деле не так уж и много, и я очень вам благодарна, что вы вытащили его из скорлупы, в которой он пребывал всё это время.

Девушка с удовольствием пожала протянутые к ней руки.

— А ты, малыш, не серчай, — обратилась Хлоя к недовольному происходящим Пусе. — Вы с моим роботом одной модификации, и надеюсь, быстро найдете общий язык.

— Это тот, который он мне показал? — проворчал себе под нос робот. — Больно надо.

Тем временем гости продолжили знакомство, а Мира поспешила утешить своего подопечного, погладив его по холке. Пуся тут же заискрился от счастья и не удержался от того, чтобы ответно показать язык зарвавшемуся опоссуму.

— УМ Прим, — проворчал он. — Подумаешь, опоссум! Куда ему до лемура. Не дорос ещё.

С этими словами Пуся шмыгнул в гостиную, собираясь вручить прибывшей девушке подарок, который он для неё приготовил.

Вновь прибывшие, а именно сестра Соджуна, её помощник и капитан корабля, разместились за гостеприимно накрытым столом. Надо ли говорить, что ввиду непростого положения с провизией, последние привезли её с собой. Из большой коробки, которую бережно занесли в дом, они достали пару бутылок дорогого вина и даже упаковку шоколадных конфет.

На сладкий подарок больше всех поглядывала Вилора. Чаиро, заметив это, распаковал угощение и первым делом протянул конфету девушке. Та аккуратно взяла её своими изящными пальцами, а у самой от смущения румянец во всю щёку. Для неё подобные проявления заботы были в новинку. Вилора к такому не привыкла, а ощутив на себе — прониклась и засияла мягкой улыбкой. Друзья, заметив это, порадовались за неё. Чаиро же порадовался сам за себя. Вот та, кому нужны не его миллионы, а тепло и забота. Ещё не зная о том, кем именно он является и какую огромную империю сколотила его семья, Вилора проявила искреннюю симпатию. Она относилась к той категории людей, которые не притязательны в жизни, умеют ценить мелочи, а главное для них — теплота человеческих сердец, а не толщина их кошельков.

Пока девушка смаковала на языке подтаявший кусочек шоколадной пирамидки, вино было разлито по бокалам, а большое блюдо с морепродуктами торжественно поставлено в центр стола. Именно оно стало гвоздём ужина. Первые пару минут только и было слышно стук вилок и ножей. Оголодавшие хозяева с завидным аппетитом накладывали себе мидий, кальмаров, порции риса с тушёным мясом и кусочки овощей. Даня с Вилорой такое разнообразие блюд помнили только в далёком прошлом, ещё до того, как прилетели в качестве поселенцев на Гекату, поэтому они, в отличие от остальных, немного несмело пробовали привезённые гостями дары.

— Я смотрю, в городе всё действительно плачевно, — сказала Хлоя, когда все насытились и стали отодвигать тарелки.

Она задумчиво вертела в руках простую алюминиевую вилку.

— Я видела, в каком состоянии находятся дома и жители вашего города, — добавила она, — а ведь во многих семьях есть дети, которым нужны фрукты и витамины. Положение дел прискорбно и требует незамедлительных изменений. Завтра я перееду на территорию лаборатории и прямо на месте разберусь, что именно нужно восстановить и починить.

Хлоя поочередно посмотрела на сидящих за столом. Она не могла не заметить, что присутствующие разбились на пары. Чаиро следил за тем, как Вилора отрезает небольшие кусочки мяса и неторопливо их пережевывает, а Восьмой то и дело дотрагивался до руки Миры, привлекая её внимание. Даная же, которая, по мнению Хлои, была слишком истощена, сверкала счастливыми глазами, когда Соджун подкладывал на её тарелку лучшие кусочки.

К слову сказать, сам Соджун светился не меньше и одаривал всех присутствующих улыбкой с очаровательными ямочками, которые ранее Хлоя видела на лице брата не часто, если не сказать редко.

Сама гостья поразила всех тем, что ступила на землю планеты без защитных фильтров. И это означало только одно: в своём успехе по созданию вакцины она не сомневалась. Как, впрочем, и её помощник. Этот доброжелательный мужчина сразу пришёлся всем по душе. Его было интересно слушать и, имея в запасе море поучительных историй, он в какой-то момент завладел всеобщим вниманием, однако и откланялся одним из первых. Пожелав на прощание всем доброй ночи, он в сопровождении патруля из местной охраны и довольно молчаливого капитана корабля удалился в ночь. Гостей ждали уютные кровати на борту довольно большого шаттла, который своими немалыми размерами занял всю площадку местного космопорта.

Хлоя же осталась обсудить ещё несколько вопросов, а ещё она просто очень соскучилась по брату. Девушка неторопливо попивала вино и негромко задавала интересующие её вопросы.

— А где, собственно, находится ваша заброшенная лаборатория?

— Я не в курсе. Об этом лучше спросить Сола, — Соджун кивнул в сторону своего друга.

Хлоя вопросительно посмотрела на сидящего напротив неё молодого темноволосого мужчину.

— Это на окраине, с восточной стороны, — ответил тот и добавил: — Я вас завтра провожу, а сейчас предлагаю выпить за вашу удачную посадку. Наша последняя таковой не была, — проговорил он и поднял бокал с вином, а затем посмотрел Хлое прямо в глаза.

Та прищурилась. Слишком откровенно Сол её разглядывал, причём с самого её прибытия. Не то что бы она была против, просто не имела желания смешивать работу и личную жизнь. Сейчас перед ней стояли серьёзные задачи, и ей не терпелось приняться за их решение. Она не собиралась тратить время на флирт. Однако, Сол, который только с утра думал о том, что он слишком долго был записан в холостяки, решил взять быка за рога.

В какой-то момент Хлоя вдруг почувствовала, как кончик его ботинка слегка задел её ногу. Она отодвинулась, подумав, что под столом, видимо, было слишком мало места, а у Сола удивительно длинные ноги. Но секундой позже снова почувствовала не сильное, но настойчивое прикосновение. Хлоя удивленно приподняла бровь. Сол ей подмигнул. Та опустила глаза, думая о том, как бы ей избежать неловкости в данной ситуации. Мужчина был ей приятен, но сейчас, в самом деле, не до него. Она было открыла рот, собираясь вежливой фразой закончить ужин и откланяться, как вдруг Сол подскочил со стула, словно ошпаренный. Он запрыгал на одной ноге и громко заорал, потому что его не слабо ударило электрошокером.

— Твою на лево! Пуся, ты совсем охренел?!!

Пуся, который этим вечером был на удивление молчаливее всех и тихо сидел на табуретке, прижавшись одним боком к Мире, вытаращил в недоумении глаза.

Все присутствующие уставились на то, как Сола шарахнуло ещё разок, и он, подвывая, запрыгал теперь уже на второй ноге.

— Прим! — крикнула Хлоя, одной из первых разобравшаяся в ситуации.

Из-под стола показалась мордочка опоссума. Робот с достоинством спрятал электрошокер и отряхнул лапки.

— Пусть этот хам к тебе больше не клеится.

Восьмой издал странный смешок, а Соджун, подавившись, закашлялся и Даная заботливо постучала его по спине. Мира же сочувствующе посмотрела на брата, не зная, как ему помочь. А Сол тем временем, держась одной рукой за спинку стула, а второй потирая травмированную лодыжку, простонал:

— Чтоб у тебя батарея села, зараза!

Хлоя собралась что-то сказать, то ли в защиту своего подопечного, то ли наоборот, но тут на опоссума маленьким смерчем накинулся не кто иной, как Пуся. Он спрыгнул со стула и подбежал к роботу.

— Я так и знал, что от тебя будут одни неприятности! — прокричал он, тыкая пальцем в морду опоссума. — Срочно извинись!

— И не подумаю, — хмыкнул робот, сложив лапы на груди и демонстративно отвернувшись.

Пуся взревел зверем и повалил обидчика на пол. Но тот оказался не промах, и в воздух полетели клочки шерсти. Послышался писк, визг и отборная ругань. Два робота, словно сумасшедшие, сцепившись намертво, катались по полу. И пока все пытались сообразить, как их разнять, события набирали обороты. Роботы бились не на жизнь, а на смерть.

— Крыса ты подзаборная, я тебе покажу, как моих друзей обижать! — орал Пуся.

— Пусть не распускает на мою хозяйку ноги!

— Какие ноги?! Урод недоделанный!

— Сам урод! Это было на моих глазах!

— Я тебе сейчас эти глаза и выколю! Чтобы не смотрел куда не надо!

— А я твои микросхемы сожгу, чтобы не лез!

— Хвост твой поганый отгрызу!

— Хребет вырву!

Послышались характерные звуки электрошокеров, затем полетели искры, и неизвестно, чем бы всё это закончилось, если бы на этот спутанный клубок ненависти не вылилось целое ведро воды. Роботы отпрыгнули друг от друга.

— В моём доме, — чётко выговорила Даная, — дурацких драк не будет. И так в последнее время слишком много крови было на этом несчастном ковре, — сказала она и с достоинством убрала большую посудину, из которой так эффектно окатила двух дерущихся.

— Я прошу прощения, — проговорила Хлоя в наступившей тишине. — С Прим такого ещё никогда не случалось.

— Наверное, бешенством заразился, — проворчал Пуся, отплёвываясь от воды и кусков шерсти.

— Сам ты заразный! — не остался в долгу опоссум.

— Уймитесь! — прикрикнул на них Восьмой.

— Пусечка, ты не пострадал? — подбежала Вилора к мокрому, словно мышь, роботу.

Тот сразу растерял свой боевой настрой и поднял на девушку свои невинные, словно у ангела, глаза.

— Ты цел? — ощупывала его Вилора.

Хлоя подняла с пола своего подопечного и, взяв из рук Данаи полотенце, попыталась его обтереть.

— Они же от этого не испортятся? — спросила расстроенная произошедшим Даная. — Извините за такие кардинальные меры, но надо же было их как-то остановить.

— Не переживай, — ответила Хлоя, — ничего такого с ними не случится. Они рассчитаны даже на длительное нахождение в воде.

— Тогда почему он потерял сознание?! — вскричала Вилора, поймав в свои руки, вдруг, завалившегося на бок Пусю.

Все с тревогой посмотрели на робота, который действительно отключился. Восьмой подошёл, приподнял лемуру веко и, оценив ситуацию, сказал:

— Он разрядился. А я говорил, что блок нужно менять. Мы тогда временный поставили, бэушный. Хотели заказать новый, а потом всё так внезапно закрутилось, что пришлось повременить с этим вопросом. Я предупреждал, что подзарядка нужна как можно чаще, но он, наверное, забыл, да ещё электрошокером воспользовался, вот и последствия.

Восьмой бережно поднял Пусю на руки. Мира накинула поверх мокрой шёрстки махровое полотенце.

— Неси его в нашу спальню. Побудет сегодня с нами, — сказала она и добавила, обращаясь к подруге: — Вилора, а Пусина зарядка у тебя в комнате?

— Нет. Он на днях забрал все свои вещи.

— Тогда где она?

Все кинулись искать зарядное устройство, которое обнаружилось в коробке, стоявшей у стены, где хранились немногочисленные пожитки робота. Только лимон свой тот заботливо разместил в теплице.

В целом, было грустно смотреть, что Пуся, словно бездомный, хранит дорогие ему вещи в потрепанном временем картонном коробе.

— Надо бы ему сумку купить, — задумчиво сказал Восьмой, потерев подбородок.

Пока все суетились вокруг потерявшего сознание Пуси, виновник всей этой шумихи, получив от Хлои выговор, осознал, как некрасиво поступил, и решил извиниться.

— Простите меня, — проговорил опоссум.

Сол вышел вперёд. Он уже немного пришёл в себя.

— Это я во всём виноват. Хотел немного пофлиртовать, да, видимо, разучился. Вышло неуклюже и очень глупо.

— Дело не в этом, — произнесла Хлоя, прижимая к себе притихшего робота, — просто в Прим встроена программа защиты хозяина, и она чрезмерно завышена. Я хотела перепрограммировать, но оказалось, там блок, и можно только переписать всю личность заново, а я уже привыкла к той, какая была. Уверяю, Прим не со зла.

— Я не со зла, — подтвердил робот.

Мокрым, опоссум выглядел довольно жалко.

Присутствующие сочувственно смотрели на то, как девушки бережно выносят из комнаты Пусю.

— Он будет в порядке?

— Подзарядим, высушим, и оклемается, — проговорил Восьмой.

— Думаю, на этом наш ужин закончен, и можно убирать со стола, — подытожила Даная.

Все согласно кивнули, и девушки загремели посудой, а Соджун пошёл провожать сестру.

В это время Мира гладила по голове завёрнутого в одеяло робота. Того подсоединили к зарядке, и он сонно открыл глаза.

— Лежи, лежи, — проговорила девушка. — Тебе нужно восстановить энергию.

— Вот же крыса, — проворчал Пуся, имея в виду того, кто его до этого состояния довёл.

— Он о тебе беспокоился и два раза спросил, как ты.

— Чтоб ему пусто было с этой его заботой! — продолжал ворчать Пуся.

— Ну, не злись. Он Хлою защищал от Сола. Ему показалось, что тот допустил вольность. Мой брат никогда не умел изящно флиртовать.

Мира вздохнула, а Восьмой проворчал:

— Давайте уже закончим этот день. У нас на завтра запланирована куча разных дел, поэтому всем нужно хорошенько отдохнуть.

Мира потрепала робота по голове и чмокнула его в нос. Пуся растёкся, словно кусок масла, оставленный на солнце. Восьмой закатил глаза и пошёл расправлять постель. Уж к кому, а к Пусе он ревновать не будет.

***

В лаборатории было темно, пыльно и небезопасно. Ещё на подходах Сол обнаружил одного довольно крупного ящера, промышлявшего в лабиринтах заброшенного здания. Пришлось зачищать территорию. Рядом с Солом плечом к плечу встал и Восьмой, оба с лазерными пистолетами наперевес.

Вот если бы у каждого жителя Гекаты было подобное оружие, выходить за пределы защитного купола было бы не так опасно. Но обитатели Прибежища могли себе позволить лишь старые, порой ржавые образцы, годные только на то, чтобы устраивать внутренние разборки. Поначалу, когда колонисты высадились на планете, винтовок и пистолетов у них хватало, но за время существования поселения слишком много пропало за пределами города. Мужчины уходили на охоту и не возвращались, теряя не только свои жизни, но и то, чем их можно было защитить. Средств для покупки как винтовок, так и патронов к ним у поселенцев не было, а на лазерные пистолеты требовалась лицензия. Восьмой, как отставной военный, имел право на ношение любого оружия. Соджун, как представитель почтовой службы, также имел право пользоваться более современными видами вооружения. Сол продлил свою лицензию во время нахождения на Инчхоне, и в итоге, с тем арсеналом, что они с собой привезли, их небольшой отряд оказался хорошо вооружен, чем они сразу же заслужили уважение у жителей города. А после того, как друзья с успехом запустили сломанный генератор и помогли избавиться от обнаглевшей местной шайки бандитов, любовь жителей Прибежища к прибывшим гостям возросла многократно.

Когда они, выйдя из дома, двинулись в сторону лаборатории, где их уже ждала Хлоя со своими помощниками, жители, разбившись на небольшие группки, устроили овацию, от чего Соджун и Восьмой не на шутку смутились.

Сола же не смущало ничего. Он улыбался на все свои тридцать два белоснежных зуба и пару раз легонько ударил кулаком в плечо Миру, как бы говоря: «Посмотри на то, какие мы молодцы», но девушка к подобному чествованию оказалась равнодушна. Она невозмутимо смотрела по сторонам и только раз улыбнулась, когда Соджун, не заметив брешь в мостовой, оступился и сочно ругнулся. Восьмой машинально поддержал друга за локоть, не позволив ему опозориться перед стоявшими по краям обочины зрителями. Что касается Чаиро, тот собирался вместе с Вилорой и Данаей навестить раненого отца девушек, который всё ещё находился в госпитале под присмотром врача.

Тем временем остальные, миновав центральные улицы города, добрались до окраины. Лаборатория располагалась за крайними городскими постройками и стояла на вершине холма. Граница защитного купола проходила буквально в пятидесяти метрах от корпусов лаборатории, и сквозь прозрачные стенки силового поля были видны довольно густые заросли смешанного леса, украшающего близлежащие холмы. Если бы не опасности, которые тот в себе таил, можно было бы восхититься окружающим пейзажем, который действительно был довольно красив. Но сегодня им никто не любовался, потому что предстояло очень много работы.

Группа мужчин во главе с Хлоей, в ожидании пока близлежащая территория будет проверена на предмет безопасности, расположилась во дворе потрепанного здания. Ящики со всем необходимым были бережно перенесены с корабля и сложены аккуратными пирамидами.

Сама лаборатория и примыкавший к ней жилой комплекс образовывали замкнутое пространство в форме квадрата. Любой этаж можно было обойти вкруговую и вернуться на исходную точку. Всего этажей было три. На первом когда-то располагались административные комнаты, помещения общего пользования, кладовые и архивы. На втором — жилые комнаты для сотрудников, а на третьем, собственно, и находилась сама лаборатория.

Когда-то довольно внушительное здание сейчас представляло жалкое зрелище. Жители Прибежища не церемонились и растащили по своим домам всё, что можно было использовать в их довольно скромной жизни. В итоге остались только стены и подведённые к ним коммуникации. Исходя из ситуации, первым делом решили обустроить несколько комнат в левой части крыла. Всего в стенах здания планировало разместиться около двадцати человек, шесть из которых — учёные, четыре лаборанта и десять человек из охраны.

Довольно скоро поверженного велоцираптора ликвидировали, опутав его сетью и вытащив во двор. Сол снял с головы бейсболку и вытер пот. День сегодня был жарким.

Хлоя подошла к нему с бутылкой воды.

— Я смотрю, с местной флорой ты управляешься довольно бойко, — произнесла она. — И где же ты приобрел такие навыки?

Сол с наслаждением выпил предложенную ему воду и, вернув бейсболку на место, ответил:

— Там, где приобретаются подобные навыки, лучше не бывать. Не очень веселое местечко. Я бы даже сказал — отвратительное. Но я ему благодарен за опыт.

Хлоя слушала внимательно. Она не считала, что Сол бахвалится. У неё было мнение, что каждый вправе обозначать свои лучшие стороны. А ещё она уважала, когда умеют признавать свои ошибки. Сол вчера заявил, что совсем не умеет флиртовать. Это привлекало даже больше, чем если бы он умел.

Хлоя в целом была не прочь пообщаться, но возложенные на неё обязанности требовали времени и внимания, поэтому она с сожалением прервала разговор и сосредоточилась на том, чтобы проконтролировать перенос оборудования внутрь помещения.

Весь день коробки, ящики и разные подручные материалы, в том числе спальные принадлежности и еда, перемещались от грузового шаттла до здания лаборатории, а затем заносились внутрь. Работали все. После обеда к ним присоединилось около десяти крепких мужчин из добровольцев, а также, проводив до дома сестёр, подошёл Чаиро. Он оставил девушек под присмотром Пуси и каракала. Последний вернулся со своей ночной охоты и задремал на крыльце. Эти двое уже доказали свою эффективность в качестве довольно надёжной охраны, поэтому Чаиро мог спокойно оставить девушек дома одних и присоединиться к тем, кому ещё одна пара рук была не лишней.

Работа шла довольно бодро, но к моменту, когда солнце начало клониться за горизонт, все выбились из сил. В целом они смогли убрать и мало-мальски оснастить только пару комнат, да и то, только самым необходимым. Работы предстояло много, но уже не сегодня. Пожав друг другу руки, все отправились по своим домам, а люди Хлои — на шаттл. Все торопились отведать ужина и отдохнуть. Оставлять помещение без присмотра было нельзя, и помимо четверых охранников из тех, кто прилетел с сестрой Соджуна, свои кандидатуры выдвинули Мира и Восьмой. Они договорились, что к утру их сменят Соджун на пару с Солом. Последний, по привычке, хотел выбрать в напарники сестру, но, увидев, как Восьмой решительно обнял девушку, хмыкнув, удалился.

Восьмой с Мирой решили обосноваться недалеко от входа в здание. Отсюда было прекрасно видно ночное небо, и, засмотревшись на него, они посидели в тишине, а потом в один момент одновременно бросили друг другу фразу:

— А помнишь, как мы….

Да. Они оба помнили свою первую ночь на незнакомой планете. Тогда Восьмой был сильно ранен, и им пришлось сражаться с нашествием голодных червей. Мира в ту ночь выстояла, чем удивила и восхитила своего спутника. Но теперь все опасности позади, и они могут насладиться минутами покоя.

Надо сказать, что ночи на Гекате были прекрасны. Здесь обитали насекомые, похожие на цикад, и так как сейчас стоял тёплый сезон, то их стрекотание уютно сопровождало почти до самого утра. Восьмой и Мира сидели плечом к плечу и долго смотрели на глубокое в своей черноте звёздное небо.