Вот так попала! или Возрождение эры Драконов

— Мира, постой! — кричит мой уже бывший жених, выскакивая вслед за мной на лестничную площадку, — Дай всё объяснить! Да, я совершил ошибку, но… 

Резко оборачиваюсь, окидывая его презрительным взглядом. Боже мой, и что я нашла в этом чванливом ничтожестве?! Красивый? Ага, ещё какой! А толку? Права, всё-таки, была мама: с лица воду не пить. 

— Ошибку?! Да ты, змеюга, с моей единственной подругой переспал! 

Солнцев сразу сникает. Взгляд, как у пса побитого. Смотрит заискивающе, разве что хвостом не виляет. Голос вкрадчивый, бархатный:

— Мурчон, ты права: я урод, козёл, полудурок... Называй как хочешь, только дай нам ещё один шанс! Ругайся, кричи, посуду бей, можешь даже ударить. Но… не убивай нашу любовь! 

Морщусь, сглатывая злые слёзы. Да какая, к чертям, любовь?! Разве любящий поступит так, как поступил он?! 

— И потом, доля твоей вины в этом тоже есть, — Вася, видимо приняв моё молчание за слабину, молниеносно меняет тактику, — Ну вот зачем ты эту ерунду с «после свадьбы» включила?! Я же не монах и не евнух. Мне женщина нужна… 

Вон оно как! Не монах значит? Я ещё и виновата получается? Показываю на пальцах куда ему пойти и молча тыкаю в кнопку лифта.

— Мир, ну давай поговорим спокойно. Куда ты одна на ночь глядя? 

— Топиться! — с наслаждением наблюдаю как перекашивается его смазливая физиономия, — К чертям тебя и твои грёбаные вторые шансы, Солнцев! Не о чем больше говорить. Живи теперь с этим!

Так тебе, уродец! Выкуси! Не дожидаясь пока он опомнится, заскакиваю в закрывающиеся двери лифта. 

— Мира! Дура! — несётся мне вслед, — Даже не вздумай!

Нервно хихикаю, вытирая влажные от слёз щёки. Он что и правда поверил? Реально решил, что из-за него я такую дурь совершу? Нет уж, пусть даже не надеется! И на прощение пусть не рассчитывает! Видеть его больше не могу! Я же его, подонка, любила. Доверяла ему! А он… 

Васька ко мне только пять дней как въехал, сразу после того, как мы заявление в ЗАГС подали. Часть его вещей до сих пор в коробках болтается. Ну ничего, это мы скоро исправим! И пусть только попробует возразить! Если понадобится, дядю Пашу подключу. Благо крёстный в полиции работает. Уж он-то точно поможет поскорее очистить мою жилплощадь от этого вероломного гада. Да, так и сделаю! Но, для начала, нужно немного успокоиться. Сейчас домой возвращаться никак нельзя. Слишком жирно будет Солнцеву мои слёзы видеть! Нет уж! Эту битву я завершу с высоко поднятой головой!

Ну и куда тогда податься? На улице тьма кромешная. Порывистый ветер наотмашь хлещет когтистыми лапами по щекам, обдавая кожу ледяной взвесью осенней мороси. Натягиваю капюшон и трусцой семеню по лужам к машине. Не придумав ничего лучшего, решаю поехать к дяде Паше. Крёстный мне в любое время дня и ночи рад. По-сути, он мне как отец родной. Когда, девять лет назад, мои родители погибли в авиакатастрофе, он забрал меня к себе, оформил опекунство, вырастил, поставил на ноги. 

Вот только ума-разума не дал. Но это не его вина. Он честно пытался. Но что уж тут поделаешь, если я такой бестолочью уродилась?! Сначала чуть родительскую квартиру из-за мошенников не потеряла, а теперь вот, на Солнцева повелась. А ведь дядя Паша меня на тему Васи предупреждал. Говорил, что, мол, скользкий он и нутро у него мутное. А я не поверила. Упёрлась рогом: люблю, замуж хочу, ребёночка с его глазами... А теперь вот… Тьфу!

Горестно шмыгая носом, завожу свой красненький Марч. От порывов ветра мою букашку ощутимо пошатывает. Ещё и видимость на нуле. Руки моментально потеют от волнения, руль скользит в окостеневших пальцах. Водятел я ещё тот, месяца не прошло, как права получила.

— Не ссы – прорвёмся! — подбадриваю себя любимой фразочкой крёстного и решительно жму на педаль газа, — Тут и ехать-то недалеко. Мост перемахнуть и на месте. 

Поначалу кажется, что действительно прорвусь. Но я ещё тот топор – если мне не прёт, то от слова совсем. Примерно на середине моста мой Бруцефал начинает натужно пыхтеть и чихать.
Едва успеваю прижаться к узенькому тротуару, как Марчён дёргается, издаёт натужное кряхтение и… глохнет. Не стесняясь в выражениях, вновь и вновь проворачиваю ключ в замке зажигания. Брррум, брррум, тррр, чи-чи-чи-чи-чи. Ну вот и приехали! Да что за напасть такая! Уууууу…

— А ну-ка, отставить морось! — одёргиваю себя, чувствуя, что мои слёзы плавно перерастают в истерику, — Нашла время ныть! 

Слезами горю не поможешь. Сейчас аварийный знак выставлю, чтобы в меня ненароком никто не впилился и позвоню крёстному. Ему не привыкать меня, несуразную, из всевозможных переделок вытягивать. Бедняга! И за что такое наказание на его голову свалилось?!

Борясь с напором ветра, открываю дверь машины, направляюсь к багажнику за аварийкой и тут до меня доносится пронзительное «Мяяяу!». Озираюсь, но источника звука не нахожу. Показалось? Или ветер шалит? Делаю ещё один шаг и «мяяяу» повторяется. Нет! Это определенно не глюки! Кошка! Только вот где она? Замираю, напряженно прислушиваясь. Мяукание не заставляет себя долго ждать. Полное отчаяния, оно явно доносится со стороны чугунного ограждения моста. 

Забыв про аварийку бегу к парапету и перегибаюсь через перила. Так и есть: кот. Вернее не кот, а котейка крохотный. Маленький ещё совсем. Мокрый, взъерошенный, жмётся на узком карнизе буквально в метре подо мной. То ли услышав, то ли почуяв моё присутствие, поднимает мордочку, впивается жалобным взглядом, пищит протяжно. 

— Тише, маленький, не бойся! Сейчас мы что-нибудь придумаем, — пытаюсь  успокоить малыша, лихорадочно соображая, как быть дальше. 

Господи, да как он вообще туда попал?! Надо срочно его спасать! Может быть перелезть и попробовать достать? Да, карниз узкий, но если держаться за ограду и не смотреть на раскинувшуюся далеко внизу реку, то ничего страшного не должно случиться. Ведь так?

— Кошкина, ты вконец сбреньдила, что ли?! — рычит внутренний голос, — Совсем жить надоело?!

— Мияяяу! — четырёхлапый детёныш приподнимается на задние лапки и, едва не сорвавшись в пропасть, неуклюже плюхается набок. 

При виде этого во мне словно бы обрывается всё. Не оставляя себе времени на раздумья, перекидываю ногу через парапет и осторожно перелажу на другую сторону. 

— Только бы не напугать! И самой не напугаться! Ох, — выдыхаю с облегчением, почувствовав опору под ногами. 

Малыш доверчиво подползает ко мне, жмётся к кроссовку, трясётся всем своим тщедушным тельцем. Наклоняюсь, нащупываю его уже полувслепую. Накатывает осознание на какой высоте я сейчас нахожусь. Пульс с гулом ударяет в виски. Хватаю шерстяного и засовываю за шиворот куртки. Он не сопротивляется, не когтится. Это хорошо. Очень хорошо! Потерпи, маленький, скоро мы будем в безопасности!

Уже начинаю было карабкаться обратно, как мощный порыв ветра с воем врезается в меня, заставляя пошатнуться. Трясущиеся ноги тут же съезжают с узкой опоры. С ужасом ощущаю, как пальцы соскальзывают с мокрых чугунных прутьев. Делаю отчаянный рывок, но руки сжимаются на пустоте. 

— Ааааа! — воплю во всё горло, понимая, что уже ничего не исправить, — Маааама!

Ветер свистит в ушах, хохочет злобной гиеной:

— Исчерпала ты, Кошкина, свои девять жизней. Зато слово сдержала. Молодец! Сказала, что топиться пойдёшь и…

— Котёнок… — обхватываю себя руками и с ужасом осознаю, что под курткой никого нет.

Последнее, что успеваю увидеть: огромную чёрную пантеру, застывшую на парапете моста.

— Всё-таки глюки, — молнией проносится в голове.

А потом наступает темнота.

Давным-давно, в ту пору когда самые высокие горы были маленькими валунами, вековые деревья ещё лишь пробивались сквозь земную твердь, а полноводные разливистые реки змеились тонкими пенистыми ручейками, в земли нынешней Вардарии пришли драконы. 

Жуткие огнедышащие чудовища, появившиеся словно бы из ниоткуда, бороздили небо наводя страх и ужас на местных жителей. Дикие и неуправляемые они несли за собой панику, смерть и разрушения. Местные разрозненные князьки, позабыв о междоусобных распрях, объединились и попытались дать отпор. Полчища новоявленных драконоборцев уходили охотиться на крылатых чудовищ, но ни одному из них не посчастливилось вернуться живым. Люди безнадёжно проигрывали в схватке с огнедышащими тварями. Но и драконы несли невосполнимые потери. Земля и небо схлестнулись в кровавой битве и не было ей ни конца ни края. 

«Час великой жатвы» так окрестили наши предки то время. Культы смерти множились как грибы после дождя. Никогда ещё Мёртвая богиня не имела столько приверженцев в этих землях. Казалось, что костлявая взошла на пик своего могущества. Но всё ещё было впереди…

Лорды Праймора, чьи владения раскинулись за безжизненными серыми холмами, не преминули воспользоваться хаосом, обрушившимся на соседей. Армии мертвецов, возглавляемые могущественными некромантами, вторглись в пределы Вардарии. Мало кому посчастливилось вырваться из хватки жутких умертвий. Только вот можно ли было назвать это счастьем? Вслед за мертвецами, некромантами и жрецами, шли чёрные рыцари – гиганты, закованные в тяжелую броню, восседающие на могучих огненоглазых жеребцах цвета воронова крыла. Они пленили тех, кому удалось выжить в схватке с авангардом нежити и угоняли их в рабство. Караваны невольников потянулись из некогда цветущих земель в тёмное королевство смерти.

Вардария сопротивлялась, отбивая одно нападение за другим, но силы были не равны. Мертвецы не испытывали боли и страха, а кроме того, их ряды неустанно пополнялись несчастными, павшими в бою. Да и служители культа Моры не дремали: внедрив своих агентов в самое сердце Вардарии они разрушали её изнутри. 

Первым пал юг. Некогда плодородные луга и пашни чернели выжженной угольной пустошью. Целые города и поселения оказались стертыми с лица земли. Воздух смердил от миазмов тлена и разложения. Князь юга и всё его многочисленное семейство были убиты, а их тела, водруженные на пики, были выставлены на главной площади Южного замка. 

Следом пришёл черед других. Княжество за княжеством капитулировало под напором Праймора. И когда незахваченным остался лишь Север, никто уже не верил в чудо – гибель Вардарии казалась неотвратимой. 

Но Вардария не пала. Помощь пришла оттуда, откуда её и не чаяли получить. Вмешались драконы. Гигантский белоснежный ящер спикировал на скальную балюстраду замка Конт и прежде чем личная охрана князя Сола успела предпринять хоть что-нибудь, обернулся высоким седовласым мужчиной. 

— Я, Гроун Вард, владыка непокорных, отец ветрокрылых, повелитель семи стихий, дитя шести измерений, требую аудиенции с властителем Севера. Немедленно! Передайте Солу, что это в его же интересах.   

Изумленная охрана поспешила известить князя о чудесном пришельце. Князь выслушав слуг, приказал незамедлительно проводить дракона-перевёртыша в свои покои.

Встреча двух повелителей проходила без свидетелей. Никто не знает подробностей того, о чём говорили Сол и Гроун, но уже на следующий день Прайморцев ждал неприятный сюрприз: в битву с захватчиками вступили драконы. 

Пядь за пядью они очищали истерзанную землю от оккупировавшей её гнуси. Угольные скакуны, трусливо поджав хвосты, уносили с поля боя бездыханных паладинов смерти. Дюжины великих некромантов были уничтожены в потоке пламени, орды мертвецов испепелены в жарком огне, низвергаемом с небес крылатыми защитниками Вардарии. 

Вардария не просто выстояла, она дала мощный отпор королевству тьмы и стала единой. Сол был первым, кто объявил предводителя драконов своим королём; первым, кто склонился и присягнул небесному владыке. За Солом последовали и другие: восемь великих домов выдали своих дочерей за крылатых сыновей Гроуна. Сам же он воссел на осиротевший престол Юга и объявил его столицей, поклявшись править честно и справедливо и ценой собственной жизни сберегать вверенную ему страну, которую он нарёк Вардарией.

Время шло: дни сменялись неделями, месяца годами, года столетиями. Под управлением драконов Вардария ширилась, крепла и процветала. Люди позабыли о страхе и войнах, регулярные армии были распущены. На протяжении многих веков, ни один враг не осмелился нарушить мир и покой возглавляемого драконами королевства. 

Казалось, что так будет всегда. Но однажды случилось ужасное: страшный мор поразил потомков великого Гроуна. Менее чем за год из всех мужчин драконьего клана, в живых остался лишь один: младший сын короля, только-только вступающий в пору ранней зрелости. Звали его Карлакс. 

Оплакав родных, Карлакс, полный надежды на скорое возрождение рода, взошёл на престол отца. Но на смерти близких беды его не закончились. Сколько бы ни рождалось у него потомков, ни один из них не был наделен даром перевоплощения. Они проживали обычную человеческую жизнь, старились и умирали, как самые обыкновенные люди. Драконья кровь спала, не желая себя проявлять. По прошествии трёх веков Вардария так и не обрела нового дракона, а последний из рода крылатых неуклонно старел. 

Ослабление Вардарии не прошло незамеченным. Соседние государства стали прощупывать почву, совершая короткие набеги на цветущую и благодатную страну. Потеряв небесных стражей и не имея собственной регулярной армии Вардария была не в состоянии дать агрессорам надлежащий отпор. Благо, Праймор пока молчал. Но Карлакс понимал, что нападение Праймора – лишь вопрос времени. 

Король не бездействовал. Стремясь снять проклятье, он пытался найти ответы у мудрецов: маги, чародеи и колдуны всех мастей толпами стекались во дворец, но никто из них так и не смог придумать, как пробудить драконью кровь. Со временем поток ведунов оскудел, а после и вовсе иссяк. И Карлакс,  потерявший всякую надежду на чудо, впал в уныние. Всё чаще и чаще покидал он столицу, ища мудрости и успокоения среди седых горных вершин. Его отлучки становились всё более долгими, а приближенные всё реже видели его в человеческом облике. Но однажды король вернулся не один. На спине огромного ящера восседала древняя сморщенная старуха. 

В тот же день Карлакс созвал своих отпрысков и советников и объявил им, что нашёл способ возродить угасающий род. 

— Это Соара, — кивнул он в сторону  закутанной в чёрный балахон старухи, — Ведунья и отшельница с Ариатовых вершин. И она поможет нам вернуть утерянное…

— Соара, ты узнала, кто это? Кому из моих детей уготовано разрушить вековое проклятье? 

Карлакс напряженно вглядывался в темноту, пытаясь узреть силуэт старухи. В подземелья Лунной башни не пробивалось ни лучика света. Воздух в помещении был затхлым и спёртым. Что это за блажь такая?! Он предлагал ведунье лучшие покои в замке, но она, отвергла комфорт и роскошь и поселилась в этих сырых и заплесневелых застенках. 

Лунная башня являлась по своей сути личным королевским узилищем. Тюрьмой, в которую помещали по-особому, прямому приказу владыки. В старину, ещё при отце Карлакса, здесь содержались самые злостные, вредоносные и опасные враги короны. Верхние этажи использовались для  усмирения проштрафившихся высокопоставленных придворных. Ниже размещались комнаты стражи. А вот в подземельях располагалась пыточная и камеры тех, кому никогда уже не суждено было вновь увидеть солнечный свет, ощутить дуновение свежего ветерка и вдохнуть сам воздух свободы. 

При Карлаксе Лунную башню использовали нечасто, а в последние годы она и вовсе пришла в запустение. Ходила молва, что «Последний Дракон» в душе был довольно мягкосердечным человеком: излишняя жестокость, истязания и пытки ему претили. Он, де, понимал, что без суровых мер порой не обойтись, но пожелал, чтобы эти самые меры приводились в исполнение как можно дальше от его глаз и ушей. Было ли это действительно так, либо королём двигали какие-то иные мотивы, но когда Лунная башня опустела, он вздохнул с явным облегчением. И вот теперь тут добровольно поселилась эта странная старуха-отшельница.

— Да, господин, узнала, — проскрипело над ухом Карлакса, — Элуна явила свою милость. Этой ночью мне было ведение. 

Карлакс вздрогнул. Он не ожидал, что всё это время старая ведьма находилась за его спиной. Как ей удалось подкрасться так тихо и незаметно? Дракон был стар, но до сих пор мало кому удавалось застать его врасплох.

— Не знал, что ты поклоняешься многоликой! Говори! — прорычал он несколько раздраженно, — Кто из них? Оргест? Или может быть Фьер? 

— Нееет, — змеёй прошипела отшельница.

— Не может такого быть! Это лучшие из моих сынов! Самые сильные, решительные и бесстрашные.

— Но, тем не менее, среди этих двоих нет того, кто тебе нужен.

— Кто тогда? Болтейн? Или хитроумный Свар?

— Опять не угадал, — прокаркала бабка.

— Тогда кто же? Хватит играть в загадки! Отвечай! — грозно нахмурил брови Карлакс и тут же мыслено выругался, поймав себя на том, что вряд ли старуха что-то видит в такой-то темноте.

— Демран, — пропела та елейным голоском, — Твой младшенький. Он и есть ваш шанс на воскрешение рода.

— Демран?! — потрясено прошептал король, — Но… Нет, это не может быть он! 

— Почему же?

— Тебе ли не знать, ведьма?! Разве твоя многоликая стерва ничего не сказала? Демран – адепт Светозарного Ярло. Мой сын ещё в детстве был отправлен в храм и принёс обет безбрачия. И теперь ты говоришь мне, что я должен принудить его к клятвопреступлению?! Ооо, только последний идиот мог позволить себе связаться со служительницей лунного культа! И этот идиот я! 

— Будь осторожен, дракон! Многоликая не терпит насмешек.

— Как и Ярло. Его гнев будет страшен!

— Мы не узнаем, пока не проверим. Возможно мудрый бог света проявит снисхождение к тому, чей род верой и правдой служил ему на протяжении многих столетий, — усмехнулась Соара.

— И ты рискнёшь проверять?

— Рискну. А ты, король? Пойдёшь ли на это ты?

— Как будто бы у меня есть выбор! — проворчал дракон после минутной паузы, — Хорошо, пусть так. Но для рождения ребёнка нужны двое. Кто она? Чьё чрево даст нам силы вернуться в небо?

— Многоликая, как и сама Элуна. Та, в ком жизнь сплелась со смертью, добро со злом, жестокость с милосердием, любовь с презрением. Та, чья сущность впитала два мира, глаза смотрели в два неба и видели два измерения. 

— Опять загадки? 

— Объяви Демрана своим единственным приемником, — проигнорировала его ворчание старуха, — Вели всем девушкам столицы явиться на королевскую площадь для участия в отборе жены для престолонаследника. Среди пришедших будет и та, что нам нужна. 

— Но как? Как мы её узнаем, в таком-то скоплении девиц?

— Ооо, это не составит труда. Лишь одна из них сможет узреть то, что спрятано на виду у многих. Лишь одной из них откроется и дастся в руки священный Мунал…

Храм Светозарного Ярло уже мирно спал, когда тишину ночи огласило ржание лошадей и громкие трубные звуки рога. Часовой, испуганно вздрогнул, соскочил со своего насеста и подслеповато моргая уставился в смотровую щель. В свете лампад он разглядел Ветрокрылых.

«Личная дружина короля? В такой-то час?» — испуганно подумал он и торопливо засеменил к воротам. 

— Сейчас, сейчас, милостивые государи, уже открываю.

Створы окованных золотом ворот отворились с противным скрипом, впуская во двор вереницу конных. 

— Да осветит Ярло ваш путь, — пролепетал часовой, склоняясь в почтительном поклоне.

— Пусть свет его будет вечным, — отозвался предводитель дружинников, спешиваясь с лошади, — Передай это Верховному, — вынув из-за пазухи скрученный в рулон свиток, он протянул его часовому, — И поторопись! Дело срочное и не терпит промедления. Личный приказ короля!

***

— О, Светозарный! — верховный жрец не верил своим глазам. 

То, что было написано в королевском послании преступало все мыслимые пределы дозволенного. Чего уж греха таить, в обители Солнца случалось всякое, о чём не пристало знать посторонним. Познание женщины, баловство красным вином, азартные игры, сон в дневное время – бесспорно были серьезными нарушениями, но Ярло, пусть свет его будет вечным, милостиво прощал своим оступившимся сынам их проступки и человеческие слабости. Ибо, следуя слову его, лишь познав слабость, можно обуздать её и обратить в силу. 

Любой проступок мог быть искуплен верным служением и покаянием. Любой… Но такое! Никогда доселе стены обители не ведали подобного клятвопреступления!

«Я посылаю своих людей за Демраном,— писал король, — С той минуты, как ты, Верховный, прочтёшь это послание, мой сын перестаёт быть адептом Светозарного. В сопровождении Ветрокрылых он должен незамедлительно покинуть обитель Света. Ты, Верховный, самолично снимешь с него все данные им обеты и убедишь не противиться воле его отца и государя. Ярло ведает, с какой болью я пишу эти строки, но у сына моего иной путь и иная судьба. Демрану предначертано соединиться узами брака с той, что плодом чрева своего вернёт былую мощь нашему роду. Мой сын рождён не служить, а править. 

И не вздумай ослушаться! Гнев Дракона не менее опасен, чем недовольство Ярло, пусть свет его будет вечным! Помни об этом!»

— Что ж, — немного придя в себя вздохнул Верховный, — Не гневайся на своего сына, Светозарный. Похоже мне не оставили выбора.

***

— Демран, немедленно открывай! — старик раздраженно шаркнул золочений туфлей ударяя в кованную дверь кельи принца драконов.

«Келья, как же! Да у него покои по просторности и роскоши разве что моим уступают!» — жрец буквально передернулся от злости, — Где этот чёртов мальчишка?! Почему он заставляет меня ждать?!»

— Уже иду, — донесся из-за дверей сонный голос, — Простите, Ваше Светейшество. Ярло, пусть свет его будет вечным, даровал мне нынче крепкий и светлый сон.

Услышав скрежет засова, Верховный приказал себе успокоиться. Что ж, если рассудить, то парень ни в чём не виноват. Он истово и неустанно возносит хвалы Светозарному. Вот и сегодня более десяти часов просидел в Круге Солнца без еды и воды. Не мудрено, что сон его был столь крепок. 

— Да осветит Ярло Ваш путь, — отворив двери, склонился в поклоне высокий светловолосый мужчина, — Ваше Светейшество желали меня видеть?

— Дем… — начал было жрец, и замолк, оборвав себя на полуслове. 

Что-то было явно не так. Верховный не сразу понял, что конкретно, но ощутил: дело тут не чисто. Окинув взглядом драконьего принца он с сомнением наморщил лоб, принюхался и… Запах оборотной магии невозможно было спутать ни с каким другим. 

— Мерзавец! — воскликнул жрец, яростно щелкнув пальцами левой руки, — Где он?!

— Ваше Светейшество, кто? Я не совсем Вас понимаю…

Молниеносное движение рук было удивительно для столь древнего старца. Воздух вокруг светловолосого мужчины пошёл рябью, завибрировал. Лёгкая дымка окутала статного широкоплечего красавца, а рассеявшись оставила на пороге маленького, пузатого красноносого толстячка.

— Всё ты понимаешь, ублюдок! — прорычал Верховный, зеленея от гнева, — Где твой хозяин? Где Демран?!
----------
Волшебные!
Сегодня, в рамках литмоба стартовала моя первая самостоятельная история.
Признаться очень волнуюсь, понравится ли она вам настолько же, на сколько нравится мне:)))) Ёу, ваша поддержка пришлась бы как никогда кстати;)
Подписывайтесь на , жмите на сердечко и....
Обожаю комменты и обратную связь!!!!

А все истории из нашего чудесного моба можно прочесть :

— Чёртовы драконы! — выдохнул Верховный и настороженно огляделся по сторонам. Подобные слова не прощались даже служителям солнечного бога.

— Яриут, — откашлявшись прокричал он в одну из встроенных в стену трубок. Не получив ответа, подождал некоторое время и повторил раздраженно, — Яриут, где ты шастаешь, пёсий сын?!

Через пару минут двери в покои Верховного отворились. 

— Вы звали меня, Ваше Светейшество? — согнулся пополам крепкий широкоплечий жрец.

— Звал. Твой подопечный, драконий принц, воспользовался оборотной магией и улизнул из храма. Его мерзавец-слуга отказывается выдавать мне местонахождение своего хозяина, — тяжело осев на кушетку простонал Верховный, — Разговори прохвоста, выясни, где скрывается мальчишка и приведи его как можно скорее. Демран покидает нашу обитель.

— Ваше Светейшество, — встрепенулся Яриут, — Не слишком ли суровая кара, за столь безобидный проступок? Да, Демран виноват – это бесспорно… Но, обещаю Вам, он искупит свою вину! Плети, покаяние в Кругу солнца… Что угодно, только не изгнание! Я и сам готов разделить с ним наказание, ведь и моя вина в этом тоже есть. Не уследил! Но…

— О чём ты?! — Верховный поднял голову и устало взглянул на жреца, — Думаешь мне бы позволили изгнать Дракона? Успокойся, Яриут, твоему подопечному ничего не грозит. Разве что престол и скорая свадьба. А вот нам… Ветрокрылые не будут ждать вечно. 

***

В пузатеньком толстячке росту было аршина два, не более. Вид он имел самый непритязательный. Пухлое одутловатое личико, крохотные поросячьи глазки окруженные щетиной светлых, чуть рыжеватых ресниц, малиновый носик-пуговка, рытвинки от ветреницы, избороздившие румяную кожу щёк... Но при всём при этом что-то в его облике не позволяло назвать его уродом. Смесь добродушия и неудержимого веселья наполняла это невзрачное лицо внутренним светом и пробуждала в смотрящем добрую искреннюю улыбку. 

— Не отвлекаемся, господа, не отвлекаемся! Бросаю! Ииии…

Три серебристых кубика, упав в широкую чернёную чашу, пробежались по её окружности, стукнулись друг о друга костяными боками и застыли, явив играющим тройку рубиновых лун. Посетители «Тенистой ивы» хором ахнули. Рубиновые луны были наивысшей комбинацией в «Лунном гвирте». Выкинуть их считалось большой удачей. А этот «пузырик» проделал такое уже трижды.

— Ох, Элуна, ты несказанно добра ко мне! — крякнул толстячок, потянувшись за выигрышем, — Тааак, что тут у нас? Цепочка, браслет, двадцать рудов… У, какое миленькое колечко! — забубнил он себе под нос, рассовывая добычу по карманам безразмерной жилетки, — Так, кажись всё верно. Пожалуй хватит на сегодня испытывать удачу. Был рад вашей компании, господа.

— Мерзавец! — взревел бритоголовый амбал, лёгким движением опрокидывая массивный дубовый стол, — Ты жульничал! Признавайся!

— Что Вы, милсдарь! Как я мог?! — пропищал недорослик, проворно отскакивая в сторону.

— Понятия не имею! Но ты точно сделал это! — побагровев набычился здоровяк, — Немедленно верни мои деньги, ублюдок! Иначе…

—  Сам такой! — пятясь огрызнулся толстячок, — Не умеешь проигрывать - не играй! 

— Ах ты! — зарычал громила, и нагнув голову ринулся на недорослика.

Глаза толстячка испуганно округлились, он в ужасе прижался к стене и казалось что уже смирился с неизбежной взбучкой. Но когда между ним и лбом бычары оставались считанные пяди, толстяк, с ловкость, необъяснимой для его габаритов,  отпрыгнул в сторону.

Бум! Стены таверны содрогнулись от звучного удара. Бычара пошатнулся, коснулся рукой лба и с недоумением уставился на измазанные кровью пальцы.

— Поранились, господин? Ай-Яй-Яй, какая досада! Примите моё искреннее сочувствие… — сокрушённо запричитал «пузырик».

— Убью! — бугай дёрнул башкой и, разбрызгивая по полу кровавые капли, вновь ринулся на оппонента. 

На этот раз толстячок не стал его дожидаться. Подхватив длинные полы жилетки он стрелой ринулся к выходу. 

— Стой, ублюдок! Не уйдёшь! — взвопил громила, и видя, что потенциальная жертва уже в дух шагах от спасения, схватился за кованую скамью, намереваясь запулить её в удаляющуюся спину беглеца.

Кто знает, чем бы завершился этот аллюр, но в самый последний момент в заварушку включилась третья сторона.

— Беги, Тук! — прокричала разносчица вин, обрушивая на затылок быка полупудовый глиняный бочонок. 

Зал замер в немом молчании. Громила было осел, но тут же стряхнул с себя глиняные осколки и повернулся в сторону девицы. 

— Ах ты ж, с*ка! — прорычал он, замахиваясь для удара.

Девица охнула, попыталась увернуться, но поскользнувшись на винной луже грохнулась на пятую точку, сжалась в комочек и в ужасе зажмурилась в ожидании неминуемой расплаты.

— Ааааа, — дикий визг огласил своды «Тенистой ивы», — Рука! Отпусти! Умоляяяяю!

——————
Привет, крылатые!🐲
Любите драконов так же, как люблю их я? Йуху!
Тогда знакомьтесь с с ещё одной чудесной историей моба :

Аннотация:

Как не сойти с ума, попав в другой мир, где легенды приобретают реальность. Что делать, если тебя заставляют выйти замуж за Дракона и родить ему наследника. А самое главное - влюбиться в него, ведь я его истинная. Нет уж, я лучше поищу способ вернуться и найду себе соратников. И вообще, не подходи ко мне, огнедышащий, а то обожжёшь!
Тык👇

Услышав вопли амбала, уже успевшая проститься с жизнью разносчица вин широко распахнула глаза. Бугай, подвывая, корчился в двух шагах от неё. Его рука была вывернута под неестественным углом. Перепачканное кровью лицо искривилось в гримасе неподдельной боли.

— Пожааалуста, пощадииии, — выл бритоголовый, обращаясь к стоящему над ним Туку. 

"Пузырик" брезгливо сморщился и презрительно плюнул в сторону поверженного буяна:

— Проваливай! Немедленно! И никогда! Слышишь?! Никогда не смей бить женщину! Иначе лишишься и второй руки. Запомни это!

— Да, да, господин! Я запомню! Простите меня! Ооооо, — амбал подвывая встал, пошатнулся и, качая израненную конечность, вывалился за двери таверны.

— Рута, ты в порядке? — встревоженно спросил толстячок, помогая разносчице подняться с залитого вином пола, — Идти сможешь?

— Да, — всхлипнула девушка, окидывая благодарным взглядом того, за кого недавно так неосмотрительно вступилась, — Тук, я думала, что ты сбежал…

— Разве я смог бы бросить тебя в беде, радость моя? — хорохорясь воскликнул толстяк, — Да, признаться, я стараюсь избегать конфликтов, но этот пёс просто не оставил мне выбора! 

— Спасибо! — Разносчица шмыгнула конопатым носиком и, заалевшись, чмокнула недорослика в пухлую щеку. Никогда прежде, ни разу в жизни, никто не заступался за Руту. И сейчас этот неказистый пузырик казался ей просто сногсшибательным красавцем.

— Не за что, моя дорогая, абсолютно не за что, — расчувствовался толстячок, — На вот, держи, — выудив из кармана золотое с рубиновым сердцем колечко, он вложил его в руку девушки, — Оно твоё по праву. Прекрасная вещица достойная такой красавицы, как ты.

Неброское, прыщавое личико Руты пошло пятнами. В блекло серых глазках сверкнули искорки слёз смешанные с чем-то таким, отчего толстячок невольно отпрянул.

— Туууук, — хрипловато прошептала Рута, напирая на "пузырика" пышной грудью, — Ох, я и не знала, что ты такой сильный. 

— Магия, солнышко. Обычная магия, — торопливо затараторил Тук, отступая ещё на шаг, — И никакого мошенничества! — добавил, обращаясь к притихшим посетителям «Тенистой ивы», — Уверяю вас, господа, я бы никогда не позволил себе опорочить мухляжом славное имя Тука. Клянусь Многоликой, игра была честной!

— Паршивец! — гневный окрик оборвал пламенную речь толстячка, — Как ты смеешь, отступник, клясться именем той, кому не присягал служить?! О, Ярло, молю, не карай этого балбеса слишком строго! Он и сам не ведает, что творит!

— Яриут?! — ошарашенно воскликнул недорослик.

— Тууук! — в унисон ему пропищала девица, — Вас двое?!!

И действительно, вместе с широкоплечим жрецом света в таверну вошёл ещё один… Тук. Правда, держался он напорядок скромнее оригинала, да и взгляд двойника не излучал и толики того огня, что было сокрыто в Туке которого знала Рута.

— Это мой брат. Он дурачок от рождения. Но речь сейчас не о нём, — мгновенно нашёлся Тук-первый, —  Рута, должен признаться, что ты покорила моё сердце, но… Я – адепт света и связан обетом безбрачия… Поэтому, с прискорбием сообщаю, что искра, промелькнувшая между нами, не имеет шансов разгореться пылким костром любви и страсти. Однако, я не могу покинуть тебя, не попытавшись вернуть хоть частичку того тепла, которым ты меня одарила, — опустошая карманы, пройдоха вывалил на поднос ошарашенной девушки все, добытые накануне сокровища, — Прими же сей скромный дар, в знак признательности и в память о своём непутёвом Туке. 

— О, Ярло! — возвел глаза к небу Яриут, — Азартные игры, женщины, поклонение Многоликой! Что ещё ты успел натворить в эту ночь? Только не говори, что тот несчастный, с которым мы столкнулись на входе, тоже твоих рук дело!

— Яриут, право, не стоит драматизировать. Мерзавец заслужил небольшую взбучку... — начал было Тук-первый, но жрец не пожелал его слушать. 

— Молчи! Светом заклинаю, молчи! — рявкнул он и потащил толстячка к выходу. 

— Простите, господин! Умоляю, простите, — заскулил Тук-второй, семеня вслед за ними.

Девица и слова вымолвить не успела, как странная троица спешно покинула стены таверны. 

«Ушёл!» — сокрушенно подумала разносчица, но, внимательней рассмотрев полученные подарки, практически сразу забыла о постигшем её любовном разочаровании. Дар Тука был весьма щедрым. Оставленных им драгоценностей вполне должно было хватить для достойного приданного. А подмастерье кузнеца, Ягош, уже очень давно нравился Руте…

***

Всадники готовились покинуть стены обители Светозарного.

— Прощай, мой мальчик, — хрипло выдавил Яриут, порывисто прижимая Демрана к груди, — Пусть свет Ярло никогда не меркнет над твоей головой! Пусть его лучи согревают тебя даже в самые тёмные и беспроглядные ночи! Я знаю, что ты так и не смог обрести веру в нашего доброго бога, но это ничего, ничего… Я буду истово молиться за нас обоих.

— Тук, — добавил он, возрившись на перепуганного толстячка, судорожно вцепившегося в гриву лошади, — Береги своего господина. Ты за него в ответе! Заботься о нём, охраняй, служи верой и правдой. Не подведи моё доверие! Теперь у него есть только ты.

Сердце Демрана разрывалось на части. Он не хотел возвращаться во дворец, не хотел покидать Яриута, заменившего ему родного отца. Ему были не нужны ни трон, ни навязанная фанатиками супруга. Демран действительно не верил в Ярло, но в Доме солнца он обрел любовь, кров и заботу, которой его лишили в далеком детстве. А теперь Последний Дракон вновь забирал у него близких.

— Яриут, — прохрипел драконий принц и отстранился, чувствуя, что ещё секунда и просто не выдержит, разревется, подобно девчонке, — Я вернусь! Совсем скоро! Обещаю! — воскликнул он, запрыгивая в седло, — Дай мне день или два и мы снова увидимся. И всё будет как раньше. Ты веришь мне?

— Да, Демран, да. Конечно я тебе верю, — Яриут заставил себя улыбнуться и ободряюще похлопал по крупу лошади, — Езжай, мой мальчик и ни о чём не беспокойся. Давай же, поторопись! Не заставляй короля ждать слишком долго. 

Гордо расправив плечи следил он как всадники выезжают за ворота храма и галопом устремляются в сторону леса. Как только последний конный скрылся из вида, улыбка сползла с побледневшего лица жреца. 

— Прощай, мой мальчик, — горестно прошептал он.

Яриут был уверен, что больше никогда не обнимет своего названого сына.

——————

Солнечные, пока наш принц движется на встречу своей судьбе, предлагаю Вам познакомиться с ещё одной замечательной книгой моба . 

Встречайте!

Аннотация:

Из нищей воровки-карманницы в невесты наследного принца? Да легко! Вы спросите как? Просто я победила в отборе, и теперь мне предстоит есть из золотой посуды, носить роскошные платья и рожать каждый год по дракону. Изменить мне мой жених не может. Бросить − тем более. Я ведь его истинная! Только вот молнии между нами сверкать даже не думают, наследный принц холоден ко мне как лёд, да я при нём особого восторга не ощущаю. Неужели Верховный Оракул что-то напутала? И что будет, если моим истинным окажется совсем другой человек?

Лошадь взбрыкнула, фыркнула, раздувая ноздри и колом встала у самого въезда на мост.

— Чёртова кляча! — выругалась наездница, вдарив острыми шпорами в бока коняги, — Пшла! Ну! Стаю драконов на твою голову! Вперёд! Или пойдёшь на рагу в ближайшую таверну!

Коняке в таверну явно не хотелось. Скосив на наездницу ошалелые яблоки глаз, лошадь нерешительно ступила на мостовую брусчатку. Осторожно сделала пару шагов и опять встала.

— Иииии — жалобно взржав, кобыла повела ушами.

Наездница смачно выругалась, выхватила семихвостую плеть и саданула наотмашь по крупу несчастного животного. 

— Ну же! Кому говорю? Пошла! Самолично тебя выпотрошу, если не успеем к сроку! 

Нестерпимая боль пересилила страх. Испустив протяжный крик лошадь рванула через мост. Но едва она достигла его середины, как чёрная тень отделилась от ограждения и стрелой кинулась наперерез, прямо под копыта обезумевшей коняги. 

Всё произошло в считанные секунды: шарахнувшись вбок конь встал на дыбы, тяжелые копыта замолотили по воздуху. Наездница попыталась вернуть контроль над животным, но конь, игнорируя впивающиеся в губы удила, взбрыкнул и в следующее мгновение всадница вылетела из седла и рухнула в реку.

— Кошка?! Как же глупо! — это стало единственным, о чём она успела подумать до того, как бурливые воды сомкнулись над её головой.

***

— Господин, господин, подождите меня! — голосил Тук, понимая, что безнадёжно отстаёт от своего хозяина.

Наездник из толстячка был весьма посредственный. Да что там, если уж быть совсем честным, никакой. За всю свою жизнь ездить верхом Туку доводилось раз десять, не более. И вот теперь, вцепившись в гриву буланого, он боролся с двумя противоречивыми желаниями: с одной стороны, ему дико хотелось сползти с этой громадины и, забившись под какой-нибудь придорожный куст, переждать погоню; с другой стороны, Тук понимал, что никогда не простит себе, если сейчас смалодушничает и предаст Демрана.

— Господииин, — пропищал он обречённо, видя как белогривый Демрана скрывается за поворотом лесной дороги.

— Не отставай, Тук! Осталось совсем немного! — донесся до него окрик драконьего принца, — Перемахнем через мост и мы свободны!

— Ох! — простонал Тук и пришпорил лошадь.

Бедный толстяк никак не мог понять, зачем его хозяин затеял этот дурацкий побег. Когда Ветрокрылые выдвинулись в путь, Демран никоим образом не выказывал недовольства своей судьбой. Более того, он весьма благожелательно реагировал на откровенное подхалимство вожака Ветрокрылых. Последний, видимо, уже видел Демрана на престоле и всячески пытался запомниться будущему королю. Демран рвение служивого поощрял. Но, когда на вторые сутки они остановились на ночевку в корчме, принц драконов разбудил своего слугу среди ночи и сообщил, что они незамедлительно должны покинуть милое общество личной дружины короля. У корчмы их уже ждали свежие лошади. Демран всё продумал. Чтобы обмануть преследователей, он решил двигаться не от, а в сторону столицы.

— Тук, нам бы только прорваться. Там нам удастся легко затеряться среди толпы. Столица на ушах в ожидании великого отбора. И пока эти олухи будут выбирать мне невесту, мы с тобой беспрепятственно сядем на корабль, который увезет нас за дальнее море. Вдумайся, Тук, там, в новой стране, мы станем наконец-то свободными! Сможем жить так, как сами того захотим. И никто не посмеет быть нам указом. Я открою игорный дом, а ты… Тук, да я тебе новый Храм Солнца отстрою! Тебе и Яриуту. 

— Ох, господин, сомневаюсь, что жрец Яриут почтит нас с Вами своим присутствием в «туманных землях»…

— Почтит! Еще как почтит. Даже не сомневайся! Яриут мне как отец! Он не бросит своего сына в беде. Не отречется от меня, как этот треклятый «Последний Дракон»! 

Тук понимал, что принц ошибается, но спорить не стал. Он послушно водрузил свой зад на гигантского буланого и безропотно последовал за хозяином. 

Какое-то время всё шло более чем хорошо, но пару часов назад амулет Демрана среагировал на погоню.

— Тук, кажется нас раскусили, —  драконий принц нахмурился и пустил коня во весь опор, — Поторопись, мой добрый слуга! Нам нужно как можно скорее оказаться в столице.

С этого мгновения существование Тука превратилось в ад. Бешеная скачка, без какой-либо передышки. Зад толстяка болел от набитых мозолей, пальцы ломило от непрестанного напряжения. И вот сейчас Демран сказал, что от конечной цели их отделяет лишь мост через Яругу.

Толстяк воспрял духом: ещё несколько минут и он слезет с этого проклятущего монстра! Палуба корабля уже не казалось Туку чем-то таким уж ужасным. 

Стоит ли говорить о том, что испытал наш бедный недорослик, выехав из леса к мосту? С ужасом увидел он, как его любимый хозяин, скоро спешившись с лошади, вскочил на парапет и бросился в кипучую Яругу. 

— Нет! Не делайте этого! — только и успел прокричать Тук.

Охая устремился он к ограждению моста и выдохнул с облегчением, когда над водой показалась голова его хозяина. А в следующую секунду служка понял, что  Демран не просто так сражается с буйным потоком. Принц упрямо боролся со стихией, сжимая в объятиях тело хрупкой, светловолосой девушки…

————————

Мрррр, и кем же окажется эта нежная дева? Скоро узнаем)))

А пока познакомьтесь с ещё одной замечательной историей моба

Аннотация:

Вот почему мне так не везет?

И проблемы не стоят в очереди, они приходят все и сразу. Отвратительно! 

Сначала я попала в чужой мир, потом оказалась на площади, где как раз отбирали невесту для внука дракона. 

Дракона? Настоящего? 

Да вы шутите?

А еще я узнала, что отобранная девица должна родить наследника дракону.

Ну уж нет! 

Попаданка против…

— Аааааа!!! Маааама! — ору что есть мочи летя в тёмную бездну.

Чернота сгущается, а в следующую секунду разлетается серебристыми бликами, складывается в угольно-белую воронку, вертится бешеной каруселью, затягивает вглубь. 

— Уууурррр, — урчит утробно, мурчащим многоголосием, — Миррра, поррра… проснись и прими свою судьбу!

«Бред какой-то!» — отзвук связной мысли ударяет в голову алой вспышкой, а вместе с ним:

— Господин, похоже она того... Вон, не шевелится совсем. Бросьте её. Несчастной уже не поможешь. На всё воля Ярло. А нам уходить нужно.

«Кого бросить? Он это обо мне, что ли?» — непонимающе офигиваю я. Ничего себе спасатели пошли! А как же врачи, скорая? Не знаю, куда там они собрались, а вот мне в больничку надо, и как можно скорее. Виданное ли дело: с такой верхотуры навернуться! Повезло ещё, что жива осталась.

— Не говори глупостей, Тук! Она не мертва. Я чувствую. 

Какой чудесный голос! От глубокого сочного тембра по телу табун мурашек разбегается. Интересно, а внешность соответствует? Да, конечно же да! Иначе и быть не может! Не понимаю почему меня это так волнует. Сейчас вот совсем не об этом думать нужно…

Горячее дыхание обжигает губы, врывается внутрь, наполняя жизнью каждую клеточку тела. Ох, ничего себе искусственное дыхание! Никогда бы не подумала, что это настолько приятно! 

Широко распахиваю ресницы и тону в бездонных васильковых глубинах. Боже, как они прекрасны! И не только глаза! Ух, да мой спаситель просто писаный красавец! Я таких только в фильмах и видела! Точеная линия широких скул, чувственные манящие губы, волевой подбородок с ямочкой… Капли воды сверкают на солнце, искрясь радужным бриллиантовым блеском в густой гриве медвяно-золотистых волос…

Стоп! Какое-такое солнце?! Когда я упала с моста, ещё и полуночи не было! 

Как ужаленная вскакиваю на ноги и испуганно озираюсь по сторонам. Быть такого не может! От родного города и следа не осталось. Ни магистралей, ни фонарей, ни многоэтажек с горящими квадратиками окон… Вместо панорамы мегаполиса поросшие лесом холмы. Речка и мост на месте, только вот это совсем другая река и мост совершенно другой: он каменный, на порядок ниже нашего, и выглядит так, словно бы сошёл с иллюстрации книжки о средневековье. Машин тоже не видно, зато в десяти шагах от меня мирно пощипывают травку два рослых осёдланных жеребца. 

— Вот видишь, Тук! Я же говорил, что почувствовал искру жизни. А ты «бросить, бросить»… 

— Да, да, господин, признаю свою ошибку, — маленький толстячок кидает на меня настороженный взгляд, — Но… Вам не кажется, что девица немного не в себе?

— Тук, опять ты за своё? Посмотрел бы я, каков бы ты был, доведись тебе с моста в Яругу свалиться. Мне вот, знаешь ли, не очень понравилось, — откликается светловолосый и мягко улыбаясь делает шаг в мою сторону, — Госпожа, позвольте представиться: я Демран, а этот грубиян – Тук. Мы проезжали мимо и увидели приключившееся с Вами несчастье… 

Ошалело смотрю на своего спасителя. В глаза бросается старомодный покрой его одежды: шелковая рубаха с красной шнуровкой на широкой рельефной груди; расшитый золотым узором кушак, обтягивающий стройную талию; облегающие кожаные штаны, заправленные в замшевые сапоги с высокими голенищами... Тот кого он назвал Туком, одет ещё более странно. Подвязанный грубой пеньковой верёвкой балахон ниже колен, из под которого торчат дутые шаровары, безразмерная жилетка с множеством вместительных карманов, а на ногах… Лапти что ли?!!! С ужасом понимаю, что и на мне сейчас тоже далеко не джинсы и болоньевая куртка. Вместо любимых адидасов, сафьяновые сапожки со шпорами, мокрый подол длинной широкополой юбки противно липнет к ногам… 

Боооженьки, да что за чертовщина тут происходит?! Кровь ударяет в голову, перед глазами чёрные мушки плясать начинают. Мир качается, плывёт, земля вздыбливается и неумолимо несётся навстречу. Сильные мужские руки подхватывают меня за секунду до падения, прижимают к крепкой мускулистой груди.

— Где я? — выдавливаю из себя еле шевеля онемевшими губами.

— В Вардарии, — долетает до меня далёким отзвуком, а потом я отключаюсь, погружаясь в милосердное ничто. 

———————

Милые мои, простите за задержку проды🙏🏻 Возникли непредвиденные проблемы с интернетом((( Очень надеюсь, что ожидание было оправданным и эта глава вас не разочаровала😇

А пока мы ждём продолжение приключений Миры, предлагаю вам познакомиться с ещё одной замечательной историей моба

Аннотация:

Предсказание оракула изменило мою жизнь. Как оказалось, я потомок ведьмы, которая прокляла драконов. Я должна родить будущему владыке сына, чтобы королевство вновь стало могущественным. Я этого не хочу! Но отчего же так трепещет сердце, когда чувствую на себе взгляд королевского внука? И почему тянется к нему душа?

Приятного вам прочтения!

Увидев летящую с моста девушку Демран не раздумывал ни секунды. Молниеносно оценив ситуацию он понял, что у несчастной просто нет этих самых секунд. Бурная Яруга брала своё начало высоко в горах и даже сейчас, в самый разгар лета, её воды оставались ледяными. А если добавить к этому буйное течение и глубинные водовороты, медлить было просто нельзя. 

Даже отзвука мысли о собственной безопасности не промелькнуло в голове драконьего принца. Находу спешившись с лошади он поступил так, как, по его разумению, поступил бы каждый: набрав полные лёгкие воздуха он прыгнул вслед за девушкой.

Яруга обожгла; как разъяренная кошка закогтила, впилась ледяными иглами в каждую клеточку тела. Закрутила, потянула на дно, едва не выбив дыхание. Подавив желание вырваться из этой хватки, Демран широко открыл глаза, силясь разглядеть ту, ради которой пошёл на это безумие. 

Поначалу ему показалось, что все его усилия обречены на провал: Яруга бурлилась и кипела, отказываясь выдавать, где спрятала свою добычу. Полуослеплённый, задыхающийся, шарил он вокруг себя в отчаянии моля реку вернуть украденное. И когда его надежда совсем было угасла, вдруг заметил лебяжий всплеск тонкой девичьей руки прямо у себя под ногами. Потянулся, ухватился закостеневшими от холода пальцами за хрупкое запястье, потащил и почувствовал сопротивление. Приглядевшись понял, что юбка девушки зацепилась за придонную корягу. Поднырнул и скинул тряпицу с крюка. 

— Отступиииись, человеееечешка! — взвыла Яруга, силясь затянуть Демрана в своё ненасытное чрево, — Инаааче сожруууу!

— Врёшь, дура! Не по зубам тебе дракон! — мысленно осадил её принц и, покрепче прижав к себе девушку, вырвался на поверхность.

Борясь с буйным течением Демран упрямо пробивался к берегу. Тук, увидев, что принц близок к спасению, взяв под уздцы лошадей, торопливо спустился вниз, оставил их пастись на травке и припустил в воду. Зашёл по колено и встал, нервно заламывая руки. Плавать толстяк не умел. Совсем. Но если бы Демрану понадобилась подмога, он бы безоглядно бросился в пучину в надежде хоть как-то помочь своему хозяину. 

— Даже не вздумай, Тук! — выкрикнул Демран, урезонивая слугу, — Вас двоих я не вытяну.

Через пару минут молодой мужчина выгреб на мелководье. Подхватив на руки спасённую девушку он осторожно вынес её на берег, уложил на мягкий травяной ковёр, опустился подле и попытался привести незнакомку в чувства. Невзирая на все его старания девушка оставалась недвижимой. 

— Господин, похоже она того... Вон, не шевелится совсем, — запричитал Тук, — Бросьте её. Несчастной уже не поможешь. На всё воля Ярло. А нам уходить нужно.

Но Демран отказывался признавать правоту слуги:

— Не говори глупостей, Тук! Она не мертва! Я чувствую это.

И действительно, он не мог допустить даже мысли о её гибели. Эта девушка действовала на него странно. Стоило ему лишь прикоснуться к ней и в груди всё сжималось, сердце замирало и тут же срывалось бешеным аллюром. Там, в водах бушующей Яруги, когда она, беспомощная и хрупкая оказалась в его объятиях, он понял, что скорее погибнет сам, но не бросит, не позволит стихии отнять её у него. 

И вот теперь она лежала перед ним, холодная, бездвижная и… бездыханная. 

— Ну же, давай, милая, дыши! Умоляю, только дыши! — мысленно взмолился он, вновь припадая к губам красавицы и в этот момент девушка вздрогнула и широко распахнула глаза.

Серо-голубые, с незабудковыми крапинками и ртутно-серебристыми отсветами, они манили, затягивали в свои колдовские глубины. Демрана бросило в жар. На мгновение и сам позабыл как дышать. Растерянный и взволнованный, не понимающий что с ним, смотрел он на незнакомку и не мог, не желал отрываться.

Магия, колдовство, наваждение. Показалось, или в её глазах действительно промелькнуло восхищение и ответный восторг?  Сердце сладко заныло. А потом…

Девушка резко отстранилась, вскочила на ноги и завертелась, окидывая окрестности обезумевшим, паническим взглядом. 

— Господин, Вам не кажется, что девица чутка не в себе? — пробормотал Тук, с сомнением покосившись в её сторону. 

Демран было отмахнулся от его слов и попытался успокоить красавицу. Но едва он сделал шаг, как девушка побледнела, покачнулась и лишь молниеносная реакция принца не позволила ей рухнуть наземь. 

— Где я? — прошелестела она чуть слышно.

— В Вардарии, — ответил парень, бережно прижимая её к груди.

Животный ужас отразился в колдовских озёрах глаз. Незнакомка тихо вскрикнула и лишилась чувств.

——————

Дорогие мои читатели♥️

Хочу познакомить вас с ещё одной замечательной историей моба

Аннотация:

Елену призвали в чужой мир, чтобы помогла вернуть драконам крылья. Но что будет, если она разделит с наследником короля не только трудный путь, но и сердце?

Слова проклятья непонятны, а подсказки Оракула туманны.

Смогут ли двое снять проклятье? А, что если в обмен на крылья наследнику дракона придется отказаться от того, что дороже всего на свете?

Приятного вам прочтения!

— Что это с ней? — Выпучил глаза Тук, — Померла что ли?

— Это обморок. Вот уж не думал, что ты у нас такой кровожадный, — упрекнул толстячка Демран, — Так, Тук, не стой столбом. Помоги мне.

Уложив девушку на расстеленный Туком дорожный плащ, Демран подал слуге знак отойти в сторону.

— Ну вот, что я Вам говорил? — печально вздохнул толстячок, оглянувшись на лежащую под деревом девушку, — Несчастная не в себе. Нет, ну Вы видели, как она на нас смотрела-то?! Мне аж жутко стало! Ох, милсдарь, зря Вы её из воды-то выуживали, зазря так собой рисковали. Она ж, бедняжечка, поди неспроста там очутилась. Мож просветление какое нашло, уразумела, горемычная, долюшку свою горькую, вот и решила со всем разом-то и покончить. А теперь что? Не здесь же её бросать?

— Нет, старина, тут другое что-то, — возразил Демран, — Но в одном ты прав: бросить её тут мы не можем. Возьмём с собой. Похоже другого выхода у нас нет.

— Да как мы её, такую-то, до столицы дотянем?

— А вот это действительно проблема. И ещё… Не хотел тебя расстраивать, Тук, но… — драконий принц кивнул на свою левую руку.

Тук проследил за движением хозяина и как ужаленный взвился в воздух. Янтарный камень, вплетенный в браслет Демрана, заалел, разгорелся кровавым пламенем.

— Ох, — выдохнул толстячок.

В первые сутки Тук неустанно ломал голову пытаясь найти разумное объяснение стремлению господина сбежать подальше от дворца в малоизведанные Туманные земли.
Нет, всё было бы вполне логично, если бы в своём порыве Демран руководствовался верой: нежеланием отрекаться от служения Ярло и нарушать святость клятвы узами скорой женитьбы, но… Тук уже успел понять, что Демран не верил в Солнечного бога. Совсем не верил. Как не прискорбно, но та же Многоликая была принцу куда ближе Светозарного. 
Прокрутив в голове десятки вариантов, но так и не найдя ответа, Тук пришёл к мысли, что какова бы не была истинная причина, у Демрана имеются веские основания противиться воле Последнего Дракона. И сейчас, увидев налившийся огнём амулет, он не на шутку встревожился.  

— Ох, — повторил он, испуганно схватившись за голову, — Они уже близко, да? 

— Не паникуй. Когда они будут совсем рядом камень почернеет. У нас ещё есть время, но его не так много, как мне бы того хотелось. Подготовь коней, нам пора выдвигаться, — сказал Демран, обернулся, сделал несколько шагов и застыл, как громом пораженный, — Где она, Тук?!

Под раскидистым деревом никого не было. Девушка, кони и всё их снаряжение пропали бесследно.

_______________

Друзья, в ожидании продолжения, рекомендую веселую историю от   

Аннотация: 

Я переместилась в другой мир на остров, полный пиратов. Жила себе спокойно, пока не встретила его. Теперь пираты охотятся за мной и все из-за одного рогатого… мага!

Интересно? Жми на баннер!