Врачевальная 13. Проклятье жрецов Египта

Солнце робко прокрадывалось сквозь неплотно задернутые шторы, окрашивая комнату в нежные персиковые тона. Я почувствовала легкие прикосновения к щеке, губам, шее. Нежные, трепетные, словно прикосновения крыльев бабочки. «Саша… Только он умеет так нежно будить меня по утрам!» Улыбка сама собой расцвела на моем лице, когда я открыла глаза. Его взгляд, полный любви и нежности, утопил меня в себе.

- Доброе утро, любимая. Пора вставать, завтрак готов. Кофе уже на тумбочке, ждет, когда ты им насладишься! – прошептал оборотень-медведь, целуя меня в лоб.

И, оставив легкий поцелуй на кончике носа, Саша вышел из комнаты, наполнив пространство теплом и предвкушением нового дня. Я сладко потянулась, чувствуя, как тело просыпается и наполняется энергией. Подняла с тумбочки дымящуюся кружку с ароматным кофе. Глубокий вдох – и я уже сидела, облокотившись на подушки, наслаждаясь каждым глотком. Божественно! Я - самая счастливая женщина на свете.

Вдруг что-то мягкое и пушистое прыгнуло ко мне на кровать. Это был Зубастик, наш огромный мейн-кун с янтарными глазами, который был спасен котенком, но за пару месяцев на хорошем питании он стал просто огромным. Кот потерся мордочкой о мою руку, замурлыкал свою утреннюю песенку, требуя ласки. Я зарылась пальцами в его густую шерсть, чувствуя, как его вибрация успокаивает и дарит ощущение уюта.

- Ты мой хороший мальчик, – прошептала я, целуя его в лохматую макушку.

И тут… этот странный звук заставивший нас прервать свои утренние наслаждения. Сначала тихий, едва различимый, словно чья-то шаловливая мысль. Но он повторился. И стал настойчивее. Скребок по стеклу. Очень осторожный, но от этого еще более странный. Я замерла, прислушиваясь. Зубастик настороженно поднял голову, уши его нервно дернулись.

- Что это может быть? – пронеслось у меня в голове.

В тишине комнаты звук стал еще громче, навязчивее. Я сглотнула, чувствуя, как по спине пробежал холодок.

- Саша? – позвала я, стараясь, чтобы голос звучал как можно более спокойно. – Ты слышишь? Кажется, кто-то скребется в окно…

В ответ – тишина. Зубастик спрыгнул с кровати и, пригнувшись к полу, медленно подошел к окну, злобно зарычав. Страх сковал меня, пригвоздив к месту. Что там, за окном? Кто так настойчиво пытался привлечь наше внимание?

Сердце бешено колотилось в груди, отдаваясь гулким эхом в ушах. Этот дом защищен, и очень хорошо, тем более внизу, я была уверена, находился Саша, и так просто к нас не проникнуть. А вот учитывая, что спальня находилась на втором этаже, звук за окном казался все более странным и загадочным. Я медленно сползла с кровати, стараясь не издавать ни звука. Зубастик продолжал рычать, не сводя глаз с окна. Его шерсть встала дыбом, хвост угрожающе дергался. Я чувствовала, что он готов броситься на мою защиту.

Тихонько подойдя к окну, я выглянула из-за шторы. Сначала ничего не увидела – только утренний туман, окутывающий сад. Но потом… увидела его. За окном был вампир Дикаст. Как только он вернулся от старейшин, выяснилось, что он остаётся в своей должности и прикреплен больше к нашему сектору, чему был очень не рад Ингвар, наш глава, хотя это и повысило статус его сектора. А вот этому факту он был явно рад, хоть и пытался это скрыть. Теперь этот необыкновенный вампир-судья находился за моим окном в очень странной позе.

Я чуть не подавилась утренним кофе, когда увидела его за окном. Сначала подумала, что у меня галлюцинации от недосыпа, накопившегося за последние пару дней изучения новый мир. Но нет, мой вампир Дикаст висел на стене, как какой-то горе-альпинист, сжимая в зубах красную розу! И этой же челюстью он цеплялся за край подоконника окна спальни на втором этаже. Одной рукой он держался за стену, выпустив свои длинные когти. Вторая рука, с выпущенными когтями, пыталась вскрыть оконную раму. Апогеем этой идиотской сцены стал мой любимый змей Гоша, чья туша обычно лениво валялась на теплом полу, а тут он изловчился высунуть голову из окна на первом этаже и теперь яростно тянул Дика за белоснежную косу вниз.

- Гоша, ты что творишь?! – заорала я, роняя кружку с кофе.

Змей недовольно зашипел в ответ, но косу отпустил. Дикаст, потеряв опору, шлепнулся на клумбу под окном, в которой скоро я планировала посадить цветы. Выглядел он при этом как побитый щенок – растрепанный, в земле и с розой, явно пережившей лучшие времена, в зубах. И это существо, которое прожило далеко не одну тысячу лет, теперь лазало по стенам с розой в зубах!

- Дикаст, какого дьявола тут происходит?! И почему тебя Гоша за косу таскает? – я пыталась сдержать смех, но получалось плохо.

Вампир поднялся с земли, отряхнулся и с самым трагичным выражением лица протянул мне розу. Вот только мне было до нее не дотянутся даже при его высоком росте. Поэтому этот чудо-романтик бросил мне эту сломанную и немного потрепанную розу в окно.

- Я хотел сделать тебе сюрприз, Марьяна! И пригласить на романтический завтрак с видом на рассвет. Но твой питомец, похоже, решил, что у нас тут конкурс на самого злобного сторожа! -  я хмыкнула, вдыхая запах помятого цветка.

- Романтический завтрак? Серьезно? А ты не думал, что в дверь постучать было бы проще и безопаснее? И для тебя, и для моих клумб, и, кстати, для Гошиной нервной системы! – я все еще давилась смехом, глядя на его перепачканное землей лицо. Дикаст вздохнул.

- В дверь – это банально! Где в этом романтика? А вот повисеть под твоим окном, рискуя жизнью… Это поступок! – он даже стал на одно колено и сложил руки в молитвенном жесте.

- Поступок идиота, я бы сказал. Ладно, заходи, горе-романтик. Завтрак уже готов, так что твое предложение уже точно неактуально. Накормим и тебя завтраком, горемыку, чтобы со стен не падал, – сказал Саша, выглянув из окна кухни, я рассмеялась от абсурдности ситуации и вида расстроенного лица Дикаста.

Завтрак, однозначно, обещал быть незабываемым.

Раз попить кофе в постели не дали, пошла пить его на кухне со всеми. Первым по лестнице побежал Зубастик, не удивлюсь, если он Дику сейчас собрался мстить за то, что тот прервал нам кайфушки утренние.

Когда я уже спускалась по лестнице, то услышала именно то, что и ожидала.

Сердце предательски забилось от жутких истошных звуков, стоило ногам коснуться последней ступеньки. Обычно утро у нас начиналось с мирного воркования кофемашины и приглушенного бормотания по телеку новостей нашего сектора, но явно не сегодня. К хаосу криков и рычания примешивался еще какой-то скрежет, заставлявший внутренности скручиваться в тугой узел. Господи, что там происходит? Так же слышался громкий смех Саши и Ингвара. Он-то когда успел прийти или опять у меня ночевал?

Осторожно выглянув из-за перил, я застала фееричную картину. Дик, размахивая полотенцем, пытался отогнать разъяренного Зубастика от своей ноги, при этом умудряясь скользить по рассыпанным кофейным зернам. Кот, в свою очередь, с воинственным мявком совершал набеги, целясь то в лодыжку, то в болтающийся край полотенца.

- Да пощади ты меня, шерстяной бандит! Мое терпение не безгранично. Нас же потом вместе в одной могиле похоронит твоя хозяйка - взвыл Дик, подпрыгнув на одной ноге.

- Насчет одной могилы - это ты губу-то раскатал… - послышался злобный комментарий от Гоши.

- То, что Зубастик получит могилку, или даже Леночка его вновь воскресит,  такая вероятность есть. А вот насчет тебя я как-то сомневаюсь, скорее на опыты и зелья пойдешь, - тут уже и его вампиршество Ингвар подключился.

- Вас забыл спросить, что делать с собственной смертью. Может я добровольно отдам себя во имя науки!  Да отцепись ты, чудовище! Я же тебе на хвост даже не наступал, чтобы ты на меня так бросался. Ай… ой… гад отпусти… - вновь послышались крики Дика.

- Что тут у вас творится?! - воскликнула я, стараясь придать голосу строгости.

- Он! Он первый начал! - завопил Дик, указывая полотенцем на кота. Зубастик лишь гневно фыркнул в ответ, демонстративно точа когти об ножку стола.

Дик тяжело вздохнул, опустил полотенце и, как провинившийся мальчишка, признался.

- Ну, да… Хотел, как в лучших фильмах о романтики. А получилось… что получилось. Не хотел я прерывать ваши нежности утренние. Я вообще думал, что ты спишь еще, тебя уже несколько дней из лаборатории выносить приходиться практически спящую чуть ли не под утро. - он виновато посмотрел на меня, ожидая приговора.

Зубастик, почувствовав, что победа осталась за ним, задрал хвост трубой и с независимым видом прошествовал к своей миске, явно требуя компенсацию за моральный ущерб. Саша на эту демонстрации ничего не ответил, поэтому Зубастик попер к нему танком, только о его ноги он ласково терся, прося мяса.

Я подавила смешок, глядя на эту комичную сцену. Дик, все еще красный от стыда, принялся собирать рассыпанный кофе. Кот, настойчиво просил мясо у Саши, тот его демонстративно игнорировал, при этом кот периодически бросал на Дика презрительные взгляды.

- Ладно, прощаю,  - сказала я, стараясь сохранять серьезное выражение лица. - Но в следующий раз будь внимательнее. У Зубастика - зуб на подобные вещи.

- Можно подумать, только у него, - пробубнил Дик.

Проходя мимо, я потрепала кота по голове. Он в ответ лишь прикрыл глаза от удовольствия и потерся о мою руку.

- Ну, вот видишь, - обратилась я к Дику. - Немного ласки и внимания, и все проблемы решены.

 Дик лишь хмыкнул в ответ, продолжая сгребать кофе в совок. Кажется, урок был усвоен.

Вздохнув, я направилась к кофемашине - долить себе кофе. Мирное воркование привычных звуков вернуло в дом частичку утраченной утренней идиллии. День обещал быть насыщенным, но, по крайней мере, начался он с дозы здорового смеха и небольшого кошачьего бунта. И, как знать, может быть, именно благодаря этому небольшому хаосу, день мог сложится намного интереснее, чем обычно.

- Ингвар, ты опять у нас ночевал? – спросила я, проходя мимо него и присаживаясь рядом за стол.

- А что ходить туда-сюда? Да и по утрам меня у тебя никто не рискует искать, вне зависимости от важности дела. Очень уж твоего гнева по утрам бояться, как и твоих питомцев. Причем - не без причины. – он глазами указал на кота.

- А твой помощник после своей последней выходки - громкого стука в мою дверь - закончил уже кусты удобрять? – вспомнила я одного наглеца, на днях громко постучавшего в мою дверь, когда я только спать легла под утро, а Ингвар с Сашей были на охоте.

И вот этот смертник решил меня разбудить. Я, конечно, встала, вот только намерения при этом у меня были вообще ни разу не положительными и гостеприимными. Я, хоть и была и призвана, чтобы лечить, но три дня диареи еще ни одного бессмертного не погубили.

- Жив, но теперь у него нет больше настолько срочных дел, и он сказал, что и не будет, - улыбаясь, ответил Ингвар.

- Удивительно, как он еще говорить-то смог после такого! – сказал Гоша и все дружно рассмеялись.

- Тут недавно Эльмиэль, звонил, говорил, что у них прекрасная погода. В гости, кстати, звал, всех причем, даже Гошу, - сказал Саша, ставя тарелки на стол.

- А почему чужого Глава сектора тебе звонит? – удивился Ингвар.

- Так он и не мне, а Марьяне звонил. А она, как всегда телефон где попало бросает, вот и пришлось брать трубку мне и отвечать. Я вообще теперь, порой, не только за кухарку, но и за секретаря. Зубастик меня подменяет: ответить не может, зато сразу приносит ей телефон, - пояснил Саша, и я вспомнила, действительно, в последнее время я стала забывать про телефон, погружаясь в книги.

- Да, на море было бы очень неплохо съездить. Косточки на солнышке погреть… - мечтательно произнесла я.

 Вот только мои мысли прервал звонок телефона, причем двух сразу.

Идиллия прервалась оглушительным звонком. Сначала зазвонил телефон Ингвара, а секунду спустя – мой. Мы переглянулись, словно в предчувствии чего-то недоброго. Он взял трубку первым. Я последовала его примеру, прижав телефон к уху.

– Марьяна, это Ирина Сергеевна, – раздался в трубке скрипучий голос моей бывшей начальницы из морга. – Тут такое дело… Понимаешь, у меня на столе… пациент, скажем так, весьма… специфический. Мне кажется, он должен тебя заинтересовать, это точно теперь твой профиль. Очень прошу, приезжай как можно скорее.

Я похолодела. Ирина Сергеевна никогда не звонила просто так. Если она просила приехать, значит, случилось что-то действительно неординарное. Я взглянула на Ингвара. Его лицо было напряжено.

– Да, майор, – услышала я обрывок его фразы. Так, старый знакомый по нашим делам объявился, – Мертвец? Очень странное тело? В морге? Хорошо, я скоро буду. – Он отключился и посмотрел на меня, в его взгляде читалась тревога. – Мне звонили из полиции - наш майор. Нашли… существо. Просят приехать в морг. Особо ничего он рассказать не смог, сказал это надо видеть, но это точно один из наших. Саш, быстро всех подними, пусть узнают, кто пропал в последние дни из наших или возможно гостей сектора. Люди нашли тело раньше нас, мне это не нравиться. – Он замолчал и добавил почти шепотом: – Кажется, у нас будут проблемы.

Дик и Саша краем глаза наблюдали за нами. В их глазах читалось непонимание происходящего. Уютная атмосфера утра моментально испарилась, оставив после себя лишь предчувствие чего-то мрачного и неизбежного.

– Ребята, у нас, похоже, дело, – сказала я, стараясь сохранять спокойствие в голосе. – Ингвару звонили из полиции, а мне – Ирина Сергеевна из морга. Кажется, нашли что-то… необычное.

Саша, моментально проглотив тост, уставился на меня во все глаза. Дик, оторвавшись от планшета, вопросительно поднял бровь. Ингвар кивнул, подтверждая мои слова.

– Судя по всему, это что-то настолько странное, что без нас не обойтись, – продолжил Ингвар. – Собирайтесь. Едем в морг.

В мгновение ока завтрак был забыт. Саша, как обычно, первым сорвался с места, побежав собираться, не выпуская из рук телефон. Дик, бурча что-то про то, что "настоящие приключения всегда приходят в самый неподходящий момент", последовал за ним. Я чувствовала нарастающее беспокойство. Что же такое могло найтись в морге, что потребовало нашего срочного вмешательства? Кажется, нас ждала весьма "интересная" работка, учитывая, что несколько месяцев не было ничего глобального.

В морге нас встретила Ирина Сергеевна, выглядевшая еще бледнее обычного. Я зашла в двери морга следом за ней, ощущая, как пол под ногами стал холоднее. Запах формалина въелся в ноздри, обволакивая все внутри липким, но таким знакомым маревом. Саша, обычно такой громкий и самоуверенный, притих, плелся следом, опустив взгляд в пол, думая о чем-то своем, и постоянно с кем-то переписывался сообщениями. Он это е делал даже за рулем, что постоянно меня раздражало, поэтому сюда я приехала на своем мотоцикле, чтобы не видеть этого. Ингвар, как всегда, держался отстраненно, но я видела, как напряжены его плечи, это было не к добру. Дик, наверное, единственный, кто сохранял подобие невозмутимости, хотя его лицо говорило о том, что он над чем-то раздумывал.

Ирина Сергеевна остановилась возле длинного металлического стола в самом центре прозекторской. Там уже был наш старый знакомый майор, и вид у него был слишком бледный. На столе лежал предмет, накрытый белой простыней.

– Я работаю здесь уже двадцать лет, – начала бывшая моя начальница дрожащим голосом, – но никогда ничего подобного не видела. Когда привезли тело, первое, что меня насторожило – легкость мешка, в котором он был. А когда приступила к осмотру…

Мое сердце бешено застучало в груди. Я не знала, чего ожидать, но то, что произошло дальше, превзошло все мои самые страшные кошмары.

Ирина Сергеевна резко дернула простыню. Передо мной предстало нечто, чего я никогда не видела и не могла себе представить в морге. Это была мумия. Самая настоящая мумия! Существо, забальзамированное и забинтованное, словно древнеегипетский фараон. Но этот… это было явно существо, а не мумия из музея, по крайней мере, точно не из музея людей. Клыки, торчащие из искривленного рта, длинные, острые когти, хрупкая, иссохшая кожа, натянутая на кости. Оно казалось одновременно жутким и невероятно ветхим, словно готовым рассыпаться в прах от одного прикосновения. Вот только бинты, которыми оно был забинтовано, показались мне слишком странными и знакомыми по виду.

Майор сдавленно охнул, отшатнувшись назад.

- Что… что это такое? – спросил Саша, не отрывая взгляда от мумии.

Ингвар молчал, его лицо окаменело, но я видела, как побелели его костяшки, когда он сжал кулаки, и это было странно. Дик просто стоял и смотрел, он задумался и сложил руки на груди. Когда он о чем-то думал и пытался вспомнить, он всегда складывал так руки и прикусывал клыком подушечку большого пальца. Я тоже не могла говорить. Слова застряли в горле, парализованные увиденным.

- Мы не знаем, - ответила Ирина Сергеевна, ее голос дрожал. - Его нашли в старых шахтах, запечатанных, рядом со старым заброшенным заводом обработки угля. Никто не может его идентифицировать. Это… это нечто необъяснимое.

Я смотрела на мумию, пытаясь понять, что это может быть. Откуда оно взялось? Что оно здесь делало? И самое главное, что будет, если оно оживет? Вопросы роились в моей голове, не находя ответов, лишь усиливая чувство неминуемой опасности.

Запах формалина теперь казался слабым фоном для более древнего аромата эфирных масел, исходившего от мумии. Я заметила, как мелкие пылинки поднимались в воздух от каждого движения ткани простыни, словно высвобождая забытые века. В животе скрутило от подступившего предчувствия. Это был не просто мертвец это было прикосновение к чему-то потустороннему, запретному.

Я подошла ближе, стараясь рассмотреть детали. Бинты, хоть и истлевшие, были исписаны странными символами, не похожими ни на один известный мне алфавит. Они казались не просто украшением, а частью самой мумии, словно сдерживали что-то внутри или появились изнутри. Когти на руках были неестественно длинными и тонкими, словно созданы для разрывания плоти вот только уж слишком хрупкие, судя по их виду. Искривленный рот застыл в вечной гримасе, выражая не то боль, не то злобу.

Внезапно, я почувствовала легкий сквозняк, хотя окна в прозекторской были закрыты. Мумия словно шевельнулась, или это была просто игра света и тени? Майор вскрикнул, отбежав еще дальше. Даже Саша и Ингвар отступил на шаг. Только Дик продолжал неподвижно стоять, словно загипнотизированный.

- Ирина Сергеевна, вы уверены, что безопасно, чтобы он вот так просто лежал открытым? - наконец спросила я, стараясь скрыть дрожь в голосе. Она лишь печально покачала головой.

- Мы ничего не знаем. Но мы должны это выяснить. Иначе… иначе кто знает, что может произойти. Но радиации нет, и, как видишь, биологической опасности тоже нет.  

Ее слова прозвучали зловеще, повиснув в гулкой тишине прозекторской.  Знала я биологическую защиту этого заведения, она еще со времён царя тут стояла и не работала почти столько же. Я снова посмотрела на мумию. Она больше не казалась просто мертвым телом. Она казалась спящим чудовищем, готовым проснуться в любой момент.

Мы остались вчетвером. Ирина Сергеевна и майор покинули нас, чтобы не мешать и не услышать ничего лишнего.

- Ингвар, кажется нам нужна Елена? – я посмотрела на него.

- Зачем? – спросил Саша.

- Ты хочешь попробовать с ним поговорить? – уточнил Ингвар.

- Нет, я с ним потанцевать хочу. Конечно - попробовать поговорить, вдруг что получиться. Да и пока Ленок будет ехать, я его повнимательней осмотрю, но трогать не буду. Это может помешать Лене. Поэтому не стойте, давайте за ней. – сказав это, я погрузилась в более детальный осмотр.

- Что-то тут странное: он точно не похож на обычную мумию, надо так же звонить Сергею! - сказал Ингвар и достал телефон.

- Какому Сергею? – не поняла я.

- Нашему главному механику, - ответили мне.

- А зачем нам механик? У нас же мумия, а не поломка транспорта, - я совершенно не понимала, зачем нам механик.

- Сергей очень долго жил в Египте среди наших. Поверь, он там много чего видел и будет хорошим помощником, - ответил наш глава, ожидая ответа на звонок.

- Все интереснее и интереснее. Дик, а ты там бывал? – спросила я Дикаста, он всё-таки столько прожил и судил очень многих.

- Бывал. И не раз. Ты даже не представляешь, насколько там красиво и удивительно. Будто действительно совершенно в другой мир попадаешь. Они живут так же на закрытом куполом участке. И находиться он там чуть ли не с момента основания секторов. Он даже пережил ледниковый период. А из-за отдаленного места расположения люди их не беспокоят, - с каким-то придыханием рассказал он. Видимо, с радостью бы туда вернулся или вообще остался.

- А что ты тогда там не остался, раз так понравилось? – решила спросить.

- Было очень много причин, но кто знает, может все еще впереди. Твоя предшественница тоже любила туда ездить. У них как-то не складывается с Врачевыми, было две очень давно, и обе ушли, как только стали появляться города. А после смерти последней, к ним приезжает наша врачевая, если что-то очень серьезное, а если по мелочи - то из тех, кто рядом.- ответил мне Дик.

- А почему нас зовут в сложных случаях только? – спросила я - странно все это.

- Ну, смысл лететь к ним, когда есть врачевые ближе, хоть и менее сильные, но простые вещи, как, например, ты последнее время лечила  - то сопли гоблинам, то чесотку драконам, то мелкие проклятья и т.д. – вполне осилят, – объяснил Дикаст.

Зря он мне это напомнил. Да, лечить сопли гоблинам - то еще занятие. А вот чесотка драконов из меня вообще столько нервов забрала, что жуть. Я конечно знала, что драконы противные бывают, но, когда они болеют, это просто трагедия. Таких мнительных пациентов я еще не видела. Все им не так: и настойки не такие, и магия слабая, и внимания им уделяли мало. Брррр! Даже вспоминать не хотелось. А вот гоблины болели редко, странно, но очень хорошо платили за свое лечение. А драконы постоянно торгуются, как торгаши на базаре. Вот лечение русалки, случайно заплывшей к нам, мне понравилось. У нее стал линять хвост. Ей в спину прилетело проклятье от одного водяного, которому она отказала во внимании. Вот тогда я узнала, что такое вещать, как радио. Она вообще не замолкала, но, так как обладала интеллектом и хорошим юмором, было весело. Отогнав воспоминания, я вновь вернулась к телу на столе.

Я ждала Елену. Когда дверь скрипнула, и в проеме появилась ее фигура, у меня забилось сердце. Но её взгляд, скользнувший по столу с мумией, застыл в ужасе. Елена замерла у стола, на котором лежала мумия. Ее лицо исказилось гримасой ужаса.

- Боже мой, Марьяна, что это? Что это за безобразие? - прошептала она, отступая назад.

Я понимала ее реакцию. Даже мне, привыкшей к виду мертвых тел, было не по себе от этого существа. Но у нас не было времени на сантименты.

- Это не безобразие, а мумия. Думаю, ты уже на много различных трупов насмотрелась, и в более худшем виде. Мне нужно, чтобы ты провела ритуал, Елена. Призвала его душу. Мне нужно поговорить с ним. - сказал я.

Сомнение и страх боролись в ее глазах.

- Марьяна, ты в своем уме? Это мумия! Откуда у нее может быть душа, там же все совершенно по-другому происходит. Да и сама понимаешь, столько времени прошло? И даже если есть душа, как я ее призову? Я никогда не делала ничего подобного с мумиями! - некромантка была в растерянности, и я ее понимала.

Я знала, что это будет сложно, но она была моей последней надеждой.

- Просто попробуй, Елена. Пожалуйста. Мне нужно знать, кто это и что он здесь делает, - она вздохнула, обреченно махнула рукой и достала из сумки свои ритуальные принадлежности: свечи, травы, амулет.

Начала расставлять их вокруг стола, бормоча под нос какие-то заклинания. Затем, закрыв глаза, коснулась сморщенной руки мумии и начала читать нараспев слова на древнем языке. Комната наполнилась тягучим, зловещим гулом. Мне казалось, что воздух становится тяжелым и вязким. Но ничего не происходило.

Время тянулось мучительно медленно. Елена продолжала читать заклинания, пот струился по ее лицу, но мумия продолжала лежать неподвижно. Наконец, она обессиленно опустила руки.

- Не получается, Марьяна. Я не чувствую никакой души. Ни малейшего отклика, - в ее голосе звучало отчаяние - Я никогда с таким не сталкивалась. Словно душа этого существа… она не свободна. Она заточена, подчинена чьей-то воле. Кто-то удерживает ее, не дает ей прийти. Единственное, что могу сказать - он умер недавно. Может всего пару дней, мертвый след совсем свежий, в этом я уверена.

В этот момент дверь морга скрипнула, и в комнату вошел Сергей, наш механик-вампир. Как всегда, в черной мотоциклетной экипировке, шлем был слегка приоткрыт, скрывая его лицо. Он окинул взглядом нас и мумию на столе.

- Что тут происходит? Неужели нашла новый экспонат для своей коллекции, Марьяна? - спросил он, в его голосе звучала насмешка, но я чувствовала, что он напряжен.

Елена вздрогнула и отшатнулась от стола.

- Сергей… что ты здесь делаешь? - прошептала она испуганно. Он проигнорировал ее вопрос.

- Тоже что и ты, меня попросили приехать, - ответил он и, не обращая больше не на кого внимания, подошел к столу и дотронулся до экрана своего шлема.

Сергей, так и не открыв лица и не сняв свой шлем, подошел к мумии и стал её осматривать, очень медленно, не прикасаясь. Я смотрела то на него, то на Лену, чье поведение сейчас мне показалось очень странным. То, что я изначально восприняла как испуг, присмотревшись, определила как страх, смешанный со стеснением. Как такое возможно! Но то, как она следила за движениями Сергея, натолкнуло меня на мысль, а не влюблена ли она? Но как же тогда тот охранник-оборотень на воротах? Который еще недавно был влюблен в нее, а она в него. Да, его семья конечно была против их отношений, но как-то быстро она переключилась на другого. Да и на воротах я того парня больше не видела. Решила, что надо будет у Саши потом дома спросить, если не забуду.

Наши глаза с Леной встретились, и я вопросительно приподняла бровь. Мой немой вопрос она поняла, в этом я не сомневалась, учитывая, как она засмущалась и отвернулась. Так, что-то между этими двумя происходило. Надо обязательно было узнать - что. Пока я была занята своей личной жизнью, Лена, видимо, пыталась наладить свою - в тайне от меня. Вот только почему в тайне - тоже было не понятно. Или я надумывала, видела тайны там, где их нет?

-Ну, что скажешь? – нашу тишину нарушил голос Ингвара.

- Могу сказать, что это мумия, - растягивая слова ответил Сергей.

- Да ты прямо Капитан Очевидность. Если бы ты нам не подсказал, мы бы в жизни не догадались, что у нас тут мумия на столе, - не сдержалась я.

- Не язви - морщины появятся и бородавки. Это мумия из Египта, но тут слишком много странностей в самом процессе мумификации, – сказал он, достав из кармана небольшой фонарик.

Сергей, склонившись над столом, светил фонариком на мумию, лежащую перед нами. Я же, напротив, старалась держаться на расстоянии, чувствуя, как от одного взгляда на эту иссохшую фигуру по спине бежали мурашки: все в ней было каким-то странным и неправильным. Да и я испытывала какое-то брезгливое и отвратительное чувство. А я - патологоанатом с большим стажем, и от различных тел с разными степенями разложения у меня не было таких чувств.

- Видишь, Марьяна? – начал Сергей, его голос звучал приглушенно, почти благоговейно. – В классической мумификации первым делом удаляли внутренние органы. Делали надрез в брюшной полости, вынимали все, кроме сердца. Мозг извлекали крюком через ноздри. Затем тело высушивали натриевой солью, которая поглощала влагу. После этого – умащивали маслами, заворачивали в льняные бинты, пропитанные смолой. Целый ритуал, сложная технология, призванная сохранить тело для вечной жизни. К телу относились с особым уважением и очень четко соблюдали каждую часть ритуала.

Он поднял фонарик чуть выше, осветив потрескавшуюся, темную кожу мумии.

- А здесь… здесь просто какой-то кошмар. Ни следов надрезов, ни натриевой соли, ни масел. Просто…высушенное тело, обмотанное тряпками, да и тряпки какие-то странные. Тело всегда заворачивали бережно в бинты, а тут эти тряпки будто просовывали сквозь тело и потом уже обматывали различные места... – продолжил механик.

- Может, это какая-то другая культура? – робко предположила я, стараясь отвлечься от жуткого зрелища. – Не обязательно же все мумии должны быть сделаны по египетскому образцу.

Сергей покачал головой.

- Нет, Марьяна. Экспертиза подтвердит: биологические следы укажут на египетское происхождение. Но то, как тело мумифицировали… это грубая, варварская подделка. Словно кто-то пытался создать мумию, не зная толком, как это делается. Или… или специально хотел надругаться над телом. И как-то странно, что именно над телом иного существа, не человека, - он оторвался и посмотрел на меня, я это не видела сквозь шлем, но чувствовала.

 В его голосе прозвучала не только научная заинтересованность, но и какое-то болезненное отвращение. Меня передернуло. В этой комнате, где тишина резала слух, его слова звучали особенно зловеще.

- Марьяна, переодевайся будешь вскрывать тело и посмотрим, что там внутри. – можно подумать я без Сергея не догадалась бы о вскрытии, учитывая, что я была тут именно для этого.

Я метнулась в комнату отдыха, торопливо натягивая чистый халат поверх своей одежды. Сердце билось где-то в горле, отбивая чечетку панического ритма. Воздух в прозекторской казался особенно холодным, обжигающим легкие. Сергей, как каменная статуя, застыл возле стола, его взгляд был прикован к мумии.

Я надела перчатки, чувствуя, как холодил руки латекс. Скальпель в моей руке занял уже свое привычное место, руки будто скучали по этому инструменту. Медленно, стараясь не думать о том, что там внутри могу обнаружить, я сделала первый надрез. Запах ударил в нос – смесь пыли, лекарств и чего-то еще, неуловимо гнилостного. Я разрезала иссохшую кожу, двигаясь все глубже и глубже.

Сергей практически не дышал. Я чувствовала его напряжение, его молчаливое ожидание. Наконец, разрез был достаточно глубоким, чтобы заглянуть внутрь. И то, что мы увидели, заставило меня замереть. Все внутренние органы были на месте, но они были черными. Черными как уголь, как будто их выжгли изнутри. Печень, почки, сердце – уменьшенные, сморщенные, но все еще различимые.

- Это… невозможно, – прошептал Сергей. Его голос был хриплым, почти неслышным.

Я опустилась на стул, оглушенная увиденным. Вместо бинтов, которыми, как мы предполагали, было обмотано тело, мы увидели совершенно другое. Тело было обмотано не бинтам, а собственными мышцами и сухожилиями существа, которые были изменены до такого состояния и иссушены. Они были иссохшими, твердыми, словно просмоленные веревки, удерживающие кости. Все это не вписывалось ни в одно известное нам объяснение. Это противоречило всему.

- Так в итоге кто это? Или что это? – нетерпеливо спросил Ингвар.

- Дам мне минуту. Тут, сам понимаешь, все сложно. То, что это было существо, это точно, - я вновь углубилась в тело в попытке понять расу мумии, так как кроме наличия клыков, больше понять ничего из внешнего осмотра было нельзя.

Я еще раз осмотрела оставшиеся в относительной целостности кости, хотя они были не только деформированы, но и все исписаны письменами. Позвоночник был гибким, копчик - сильно удлиненным, и сейчас был практически скручен с бедренной костью. Я смогла хоть немого разжать кулак трупа, там оказались очень подвижные суставы, из одного из которых появился большой кошачий коготь, порезав псевдобинт.

- Это оборотень. Кто-то из семейства кошачьих, но не могу сказать точнее. Все мягкие ткани превратились практически в пергамент. Даже внутренние органы полностью пришли почти в неопределяемый вид. Да и непонятно, что за черная субстанция на них, - ответила я после повторного осмотра.

- Звони Анубису, главе третьего сектора – сказал Дик Ингвару, Сергей кивнул головой, соглашаясь с его словами.

В этот момент у нашего главы зазвонил телефон, и теперь все уставились на него.

- И звонить не надо, вот и он сам, - глаза Ингвара холодно блеснули, а у меня от этого взгляда даже холодок по спине пробежал, - Приветствую тебя, друг.

Я подошла к Дику поближе, чтобы, не мешая разговору, спросить то, что меня сейчас интересовало.

- Дик, я не ослышалась - Главу третьего сектора зовут Анубис? Тот самый Анубис? – шёпотом спросила.

- Ну, не совсем тот самый - его прямой потомок. Для своих он Анубис, для мира людей он Омар, – ответил он, и моя челюсть шокировано поскакала по полу.

- Ты хочешь сказать, что сейчас Ингвар разговаривает с прямым потомком бога Анубиса? Древнеегипетского бога погребальных ритуалов и мумификации, проводника мертвых в загробный мир? – я не могла поверить в услышанное, это было выше моих сил, осознать такую реальность даже спустя столько времени, проведенного в мире иных существ, было невозможно.

- А то, что в тебя влюблён вампир Дикаст, который видел еще как люди жили племенами, тебя уже не смущает? – его вопрос меня немного привел в чувство.

- Ну, то, что вампиры живут долго, я знаю, да и не умираете вы почти никогда своей смертью. Но тут Бог Анубис! Представляешь, настоящий прямой потомок ! – я не могла в это поверить, сколько бы раз не повторяла.

- Что с Марьяной? – услышала я строгий голос Ингвара.

- Существование Анубиса пытается переварить. Как видишь - идет сложно, - с улыбкой сказал Дик.

- Ясно. Будет время осознать, пока мы летим в Египет, - сказал Ингвар. – Тело мумии сейчас заберут, и оно тоже будет отправлено туда. Это оборотень, как ты и сказала, Марьяна. Вот только это оборотень-кошка. Так же людям она известна как Бастет.

 От услышанного у меня аж ноги подкосились. Этого просто не могло быть! В течении нескольких минут весь древний мир Египта ожил на моих глазах. Мозг хрустел, стонал и пытался осознать еще один кусок моей новой реальности, и давалось ему это с трудом.

- Бастет???? Этого не может быть! – сказала я это скорее для себя, чем для окружающих.

- Может, Марьян, может. Думаю, когда-нибудь ты привыкнешь к тому, что видишь и слышишь. Что у них там случилось? И кто именно эта кошка, раз о ней в курсе Анубис? – спросил Дик.

- Вот в этом я очень сомневаюсь. Так у меня паспорта нет, чтобы заграницу лететь. Я же там не была ни разу? Как я полечу - за такое короткое время паспорт не сделать? – вот и помочь хотелось, но и наконец-то побывать за границей - тоже. Особенно осознавая, что я смогу не просто прикоснуться к древней истории, но и окунуться, видимо, туда с головой.

- Паспорт у тебя давно уже сделан. Мы знали, что тебе скорее всего, так же как и твоей предшественнице, придётся бывать заграницей. Тем более, как оказалась, ты сообразительнее, чем она. Да и привлекать внимание умеешь, - последним моим умением Ингвар явно был не доволен. – Они пока сами ничего не могут понять. Но у них уже три вот таких же мумии кошек из рода из Бастет, которые оборотни прятали, пытаясь разобраться сами, без Анубиса и нас. Но одна из кошек все-таки решила скрытно прилететь к нам за помощью Врачевой и, как видишь, не успела.

- Удивительно, что Анубис не знает, что у него там происходит! Тебе не кажется это очень уж странным? – сложив на груди руки, спросил Сергей, который шлем так и не снял.

Загадка, почему он все время прятал свое лицо, не давала мне покоя. Но сколько бы я не пыталась выяснить или подглядеть, я так ничего и не смогла узнать. Это раздражало мое любопытство еще сильнее.

Мужчины стали обсуждать и планировать поездку. Краем уха я услышала, что у нас, оказывается, есть свой самолёт, на котором мы все и полетим. Они много чего говорили, а вот Лена стояла в углу тихо и из-под ресниц поглядывала на Сергея. Это конечно было странно, но об этом я решила поговорить с ней потом. Сейчас я вновь обратила свое внимание на стол. На котором лежала та, кого считали богиней. Зная это, теперь я взглянула на нее с другой стороны и под другим углом, параллельно вспоминая хотя бы то, что я знала из истории. Но надо было все-таки посмотреть в родовом гримуаре, там, думаю, кое-какие заметки были. А вот в библиотеке – уверена, что были, я даже видела большие книги в золотых переплётах с определенными символами.

Бастет, или Баст, — древнеегипетская богиня, почитаемая как защитница дома, очага и беременных женщин, а также как символ плодородия, радости и веселья. Её культ зародился в Нижнем Египте, в городе, где был расположен её главный храм и где ежегодно проводились пышные празднества в её честь.

Богиню обычно изображали в виде кошки или женщины с головой кошки, что символизировало её связь с этими животными, которых в Древнем Египте считали священными. Кошка, как воплощение Бастет, олицетворяла грацию, независимость, материнскую заботу и защиту. Часто в руках богиня держит систр (музыкальный инструмент) и эгиду (декоративный щит) с головой львицы, что намекает на её двойственную природу: ласковой кошки и яростной защитницы.

Изначально Бастет почиталась как богиня-львица, связанная с солнцем и войной, но со временем её образ эволюционировал в более мягкий и дружелюбный. Она стала ассоциироваться с луной, плодородием, домашним уютом и благополучием. Считалось, что Бастет охраняет дома от злых духов и болезней, и дарит счастье и удачу своим почитателям.

Культ Бастет был чрезвычайно популярен в Древнем Египте, особенно в период Позднего царства. Её изображений, статуэток и амулетов было найдено множество по всей стране. Кошек мумифицировали и хоронили с почестями в специальных некрополях, посвященных богине. Поклонение Бастет демонстрирует важную роль, которую играли животные в религиозных верованиях древних египтян, а также их стремление к гармонии, защите и процветанию в повседневной жизни.

- А кто-нибудь из вас видел кошек из рода Бастет вживую? – спросила я, когда все дружно замолчали.

- Да, они намного крупнее и выше домашних кошек, даже твоего Зубастика. Но до пантер они не дотягивают и гораздо тоньше и изящнее. Вот только я бы не хотел в их когти попадать, они могут быть на редкость жестокими, - ответил мне Дик.

- И ведь действительно, мумия высокая и тонкая. Вот только знаете, что странно - вот эти украшения на ней. Мне кажется, это именно внутренние органы помещены магией в украшения, - после моих слов уже все встали вокруг мумии и стали внимательно рассматривать эти украшения.