Время жизни

Новая история для вас! Полная переживаний, событий и интриг.

По сюжету: оборотни и ведьмаки, побеги и похищения, влюбленные и их проблемы, море эмоций и болото интриг. Героиня будет переживать, приспосабливаться, бороться и жить дальше. Автор предпочитает книги с хорошим концом. Начинаем! (черновик, можете подождать отредактированной версии. После корректуры текст будет перезалит)
__________________

— ... а все проблемы из головы, — услышала я обрывок фразы красавицы Риты, успешно замужней и счастливой в браке. — И все болезни от головы, негатив притягивает негатив...

Такие простые слова отозвались внутри шквалом эмоций и бурей негодования. Сказала бы она это мне, или моей Ане, с ее четвертой стадией!

Обычно я так бурно не реагирую, стараюсь держаться. Несмотря на весь ворох безысходных проблем, решить которые не могу, не в состоянии. Долго сидела на простейших безрецептурных успокоительных, а некоторое время назад смогла от них отказаться.

Бездна, далась мне эта фраза! Надо просто не обращать внимания.

В разговорах в обеденный перерыв на общей кухне я никогда не участвую. Да и сейчас, заглянула налить кружку чая, и случайно нарвалась на брошенную фразу.

— ... и литературу почитай по психологии, — продолжила поучать наша местная красавица затюканную серенькую Ольгу. — Думай позитивно!

Интересно, где мне взять позитив, если наши общие проблемы давно перестали быть черной полосой, став черной асфальтовой дорогой, убегающей вперед, в будущее? Два с половиной года назад мама попала в автокатастрофу, и вскоре я осталась совсем одна.

Не успела земля настояться после похорон, как моя подруга Аня уже лежала в больнице с опухолью в легком. Обнаруженной случайно на ежегодной флюорографии, сделанной по собственному желанию.

А после этой опухоли пошли другие, обернувшись в безысходную беготню по кругу.

Нет, реагировать внешне на фразу я не буду, и отзываться не стану. Когда тебе глубоко за тридцать, умеешь держать лицо и не обращать внимания на мнение окружающих. С возрастом эта проблема притупляется. Появляются другие, куда более страшные.

Нет, я понимаю счастливицу Риту. И даже рада, что у нее и ее семьи нет ни проблем по жизни, ни существенных забот со здоровьем. Но не всем так везет!

Моя богатая эмоциональная реакция имеет просто объяснение. Буквально вчера мы узнали, что Ане требуется гамма нож. Высокотехнологичная процедура стоимостью в несколько сот тысяч рублей. И нет, по полису такая процедура не предоставляется.

На самом деле, сумма в несколько сот тысяч рублей не такая запредельная. Вопрос в том, что на лечение уже потрачено все, что было, и что смогли собрать. И теперь находить средства все сложнее. А нужны еще анализы, обследования, и далеко не все доступно по полису.

На глаза навернулись слезы, цена борьбы — Анина жизнь. Нет! Только разрыдаться не хватало.

Оставив пустую кружку на столе, я с нелепой поспешностью унеслась прятаться в туалете, чтобы привести растрепанные чувства в порядок.

Закрыв дверь глухой угловой кабинки, прислонилась спиной к холодной кафельной стене и присела, обхватив голову руками. Дышать, не плакать, закрыть эмоции, отложить.

Что будет с бедным Сашкой, Аниным четырехлетним сыном и ее пожилой мамой, даже представить страшно. Сашкин отец не смог выносить этой безысходности. Нет, он старается помогать деньгами. И на том спасибо!

Лечение есть, но стоимость миллионы. И подруга лечилась заграницей, пока не закончились деньги. Тогда в нашей стране такой возможности еще не было.

Результаты были. Но капаться иммунотерапией надо больше года, а деньги закончились. И продавать больше нечего. Оставалась только моя маленькая однушка, надо же было где-то жить.

Продажа могла дать пару месяцев лечения, но это не спасало, и решено было ее оставить. А мы, всем составом — я, Аня, ее мама и маленький Сашка, подались в столицу. Возможностей для лечения здесь несравнимо больше.

В нашем захолустье даже кибер ножа нет, и даже за деньги (кибер нож и гамма нож — разные процедуры). Про остальное лечение я вообще молчу. В итоге, живем в маленькой съемной квартире на окраине.

Я работаю обычным менеджером в первой подвернувшейся конторе, а Аня постоянно бегает по больницам, пытаясь выбить себе медицинскую помощь.

«Все! Прочь релаксацию, не хватало еще работу потерять!» — сказала себе, утирая набежавшие слезы. — «Деньги найдем, и будем биться дальше. Может, что еще выгорит».

На самом деле возможность формально есть, аналог Аниного лекарства с этого года подпадает под лечение по полису. Но получить эту крайне дорогую медицинскую помощь никак.

Формально лечение есть, а вот вытребовать его у врачей не получится. Аня обегала все, что можно, и сидя на чатах по этой теме убедилась, что не одна столкнулась с такой проблемой.

Сполоснув лицо холодной водой, и проверив, что последствия взрыва моих эмоций не очень бросаются в глаза, я пошла обратно. Чай уже не нужен, лучше выпить воды для дополнительного успокоения. Валерьянку пить не буду. Бесполезно, мне она уже не помогает.

С кружкой воды шла по коридору к своему рабочему месту. Одному из безликих углов наших стандартных офисов, наполненных гудением коллег и шумом техники.

Словно жужжание роя мух, кружащихся над... отходами жизнедеятельности. Я — один из винтиков нашей офисной системы, работающей на благо создания валового продукта, превращающей мою реальность в череду офисных картинок.

В коридоре, как обычно, пусто. Здесь у нас никого не бывает. Только работники, а нам предписано сидеть по местам и не отлынивать. И камеры установлены для контроля.

Потому я очень удивилась, когда из прохода, ведущего к лифту, в мою сторону направился высокий представительный мужчина в дорогом костюме.

Красивый галстук! Вы этажом, случайно, не ошиблись, товарищ?

Он шел по коридору, не обращая на мою безликую персону ровным счетом никакого внимания. С брезгливым удивлением рассматривал скромную обстановку и въедливо изучал попадающиеся на пути двери.

Конечно, если он к директорам, то там, этажом выше, хоромы куда представительнее. И, наверное, привычнее для него. Не то, что наш скромный этаж, убивающий его утонченный вкус.

Требовалось пройти мимо недовольно кривившегося мужчины до самого конца коридора. Именно так я попаду на законное рабочее место.

Но когда мы поравнялись, он внезапно притормозил, странно втянув воздух с моей стороны, словно принюхиваясь. От удивления, я чуть воду из нежно обнимаемой кружки не пролила.

Вот, дзень! Замочила бы себе и кофту, и брюки.

— Не подскажете, где кабинет генерального? — спросил странный незнакомец глубоким бархатным голосом, от которого пробежали мурашки, а я остолбенела, удивленная своей странной реакцией. Что за хрень?

— Выше этажом, — ответила, с подозрением глядя на высокого незнакомца с темно-серыми глазами цвета грозового неба.

Его черные волосы блестели в свете офисных ламп, и неудержимо подумалось: «А чем он их моет, раз они такие шикарные?»

— Покажете дорогу? — спросил незнакомец, внимательно вглядываясь в мое лицо, чем смутил еще больше.

И что он там нашел? Зачем так смотреть?

Возмущенно прижимала кружку к груди, понимая, что вот-вот сорвусь и начну на него орать. И не в нем дело, а в моих задолбавших проблемах.

— Сами справитесь! — буркнула в ответ и прошла мимо.

Чтобы занять, наконец, свое рабочее место и приступить к выполнению служебных обязанностей.

И нет, мне не стыдно за свое хамство, и нет никакого желания быть более воспитанной. Мне вообще все равно, просто оставьте меня в покое!

_____________

Приветствую в новой книге! Эта история про истинную пару, но не ищите привычных поворотов сюжета. Время событий — середина прошлого десятилетия. Позволим себе оглянуться назад, когда не было таких мировых проблем.

Это не легкое чтиво, но скучно не будет. Происшествий и событий достаточно, а героиня не собирается вручать себя в лапы непонятному мужчине. У которого без того хватает соперников и неприятностей.

***

Жара июля притихла к вечеру. Жаль, странности этого дня не прекратились. Наверное, кто-то наверху решил окончательно вывести меня из равновесия, обеспечив бурю эмоций с выбросом в окружающее пространство и криками.

Все просто, выходя из офиса я наткнулась на давешнего незнакомца. Не знаю, как он материализовался на моем пути. Шла себе, ни на кого не глядя, и думала о своих проблемах, пока не услышала.

— Тебе не кажется, что могла бы ответить повежливее? — сказал он, все тот же в дорогом костюме, преградив мне дорогу.

— Нет, любезный, мне ничего не кажется, — понесло меня изливаться фонтаном язвительности. Вот не трогайте..., чтобы не воняло!

— Мне вообще ничего не кажется, у меня нормальная устойчивая психика. А с кажется нужно обращаться соответственно! — ответила, пытаясь его обойти.

Не на шутку завелась, и вот-вот закачу ему грандиозную истерику с воплями на всю улицу. Просто, от постоянного стресса у меня крышу сносит. Знаю, потому и стараюсь не высовываться.

— Это у тебя-то устойчивая психика? — возмутился он, не давая мне пройти.

Где-то внутри я понимала, что он скорее всего прав. Но не надо меня трогать и лезть со своими нравоучениями. Мне вообще не до вас всех! Отвали!

— Ты чего такая ершистая? — сказал он гораздо спокойнее, и как-то уж очень удивленно.

Но мне было все равно. Мне надо домой, и думать, куда двигаться дальше. А дома Аня. Интересно, как она сходила на консультацию, и что ей сказали?

— Да пошел, ты! — ругнулась, ринувшись в сторону, прямо в раскидистые кусты газона.

Протоптала себе путь на свободу мимо странного неадекватного незнакомца. Наверное, я еще более неадекватна, но и он хорош. Зачем он ко мне пристал?

Незнакомец в кусты за мной не кинулся. Конечно, куда ему в таком представительном костюме бегать по колючим зарослям вокруг офисного здания. На то и расчет.

Кусты густые, порвет еще. А мы люди простые, нам все можно. И ничего уже не страшно, самое главное.

***

Добираться из офиса целая головная боль. Два часа дороги способны доконать кого угодно. Раньше, до переезда в столицу, на дорогу я тратила не больше часа. И то считала, что это долго.

Теперь, добираясь куда дольше, словно впадала в своеобразный транс. Покачивалась на волнах болезненных воспоминаний и текущих горестных размышлений, проваливаясь в трясину горечи и боли.

Предоставленная сама себе, на автомате двигалась по знакомому маршруту. Уходила в свой безрадостный мир размышлений, ускользая от реальности.

Иногда мне удавалось заглушить поток тревожных мыслей, и раствориться в окружающем — звуках, людях, их эмоциях. Незаметно рассматривала находящихся рядом. Думала, кто ждет их дома, кто любит, какая у них жизнь. Чужое горе расстраивало, а радость вселяла желание жить.

Если нам так не повезло, то пусть у других будет все хорошо. Приятно смотреть на влюбленных, на матерей с детьми и просто улыбающихся людей. Ведь это значит, что в мире есть место радости и счастью, пусть даже не для меня.

Возможно, когда-нибудь и я смогу обрести внутреннюю гармонию, и просто жить с радостью. Хотя бы, без раздирающей душевной боли. Когда-нибудь...

Дома ожидал накрытый ужин. Смеющийся Сашка, прижимая любимого зайца, резво побежал навстречу, обнимая с криками:

— Аня, Аня пришла!

Да, меня тоже зовут Аня. Так вышло, что у нас одинаковые имена. Даже больше, у наших мам одинаковые имена и отчества, Вера Ивановна. А отчества у нас с Аней разные — я Алексеевна, а она Артемовна. И фамилии, конечно, разные тоже.

Вера Ивановна вышла навстречу грустно улыбаясь. У нее самой куча болячек. Включая высокое давление, которое в последнее время с большим трудом сбивается таблетками.

Последние годы сильно измотали ее. Страшно видеть, как гибнет твой ребенок, и не иметь возможности что-то исправить. Это убивает изнутри, и буквально разлагает душу, сжирая.

В нашей ситуации банальный вопрос денег. Миллионов, которых нет. И страшно думать, что можно все изменить, если бы лечение Ани взялся оплатить какой-нибудь фонд.

Страшно, больно, не думать! Идем дальше!

Пообщавшись с Верой Ивановной, я заглянула к Ане. Она лежала на кровати и смотрела телевизор. В последнее время одна из прежних проблем начала сильно ее беспокоить.

Так уже случалось прежде, но тогда еще оставались деньги. И она лечилась заграницей, ей сделали кибер нож и больше года ухудшений не было.

— Как ты? — спросила я у нее, обнимая, и погладила по руке.

Состояние Ани меняется день ото дня. Не перестаю удивляться, как она находит силы таскаться по многочисленным больницам в попытках получить лечение. Здесь, как оказалось, надо проявить не только настойчивость, но и знания, чтобы требовать у врачей.

Иногда Аня бывает даже бодра, и может подолгу гулять на улице с Сашкой. Иногда подлая слабость буквально заставляет ее придерживаться постельного режима.

А иногда случаются кризисы, и вызов скорой в ночи, и больницы. Только в этом году она уже три раза попадала в больницу на скорой и лежала, чтобы стабилизировать ситуацию.

— Да, ничего, — отозвалась Аня. — Сегодня, как помнишь, снова моталась в Дарова по лечению глаза, но там особо ничего не сказали. Так, что теперь поеду в Батокского. И еще надо съездить уточнить по гамма ножу.

***

Субботний день выдался на славу. Изнуряющая жара июля внезапно спала, и прохлада одарила ласковыми объятиями, дозволяя наслаждаться долгими прогулками.

Мы с Сашкой гуляли во дворе. Точнее, он играл в песочнице с другими ребятами, а я сидела на лавочке и бдела, пытаясь читать книгу на экране телефона.

«Девушки», как их про себя называю, Аня и Вера Ивановна, направились в ближайший супермаркет за продуктами. Он близко расположен и пройти пешком не затруднит. Сегодня Аня чувствовала себя неплохо, и вызвалась составить компанию в походе в магазин.

Ребятня кричала и визжала. Мамочки, приглядывающие за детьми, монотонно гудели, обсуждая свои бесконечные проблемы. А я любовалась деревьями, благо, что двор очень зеленый.

Легкий ветер теребил листья и склонял ветки, навевая приятную прохладу. Наконец, я смогла заглушить на время поток внутренней тревожности и на минутку расслабиться. Как оказалось, зря.

— Ну что, успокоилась? — голос заставил вздрогнуть от догадки узнавания. И почему-то стало страшно за Сашку.

Зачем я нахамила вчера этому типу в дорогом костюме? Вдруг он неадекватен и будет мстить?

Глянула на Сашку, мирно играющего в песочнице с мальчишками, и выдохнула, пытаясь сдержать встрепенувшуюся тревожность.

— Что вам нужно? — сказала, сама удивляясь, как жалобно прозвучало.

И что это было? За мной подобного страха давно не наблюдалось. Другие страхи прочно вошли в мою жизнь.

Мне удалось пристроиться в уединенном месте, на пеньке под тенью деревьев. В отдалении от мамочек и их постоянной болтовни, но можно следить за детской площадкой и Сашкой.

И теперь я в полной мере оценила проблемы, возникшие из-за желания удалиться от других. Захватило острым приступом чувства беззащитности от нахождения с незнакомцем так близко, и страха от его появления.

— Хотел посмотреть, как ты выглядишь в нормальном состоянии, — ответил вчерашний незнакомец, внимательно глядя на меня, а потом кивнул на Сашку. — Я знаю, что это не твой.

«Зачем ты это сказал? И что мне с того? И... зачем ты это узнавал?» — подумала я в полном ужасе. — «Зачем ты наводил справки обо мне? Зачем?»

Посмотрела на него, внезапно понимая, что показала свой страх. Он видел мой ужас. Быстро попыталась взять себя в руки, и нацепить маску безразличия. Кажется, получилось, и я перевела дух.

Все это время, он пристально вглядывался в мое лицо, словно пытался что-то понять.

Может, он психиатр, и думает, что я психичка? Заметил вчера в моем поведение подходящие признаки, и теперь пришел убедиться и проверить? Бред! Что за выдумки? Но что тогда?

Сегодня незнакомец выглядел преувеличенно просто — джинсы, футболка и кросовки. Только видно, что вся одежда брендовая и в нашем простом дворе, ему место, как трону на грядке с картошкой.

Тут я заметила, что стало подозрительно тихо. Мамочки замолчали, прервав свое общение. И во все глаза, явно заинтересованно, глядели на мощную фигуру незнакомца.

Ветер развивал его, довольно длинные смоляные волосы, и я поняла, что возникла неловкая пауза. Незнакомец смотрит на меня, я молчу, а мамочки смотрят на незнакомца. Полный дзень...

Только я решила, что лучшим стратегическим ходом будет наше с Сашкой отступление, как увидела приближающихся Аню с мамой, идущих с сумками. Не хватало еще их показать незнакомцу!

— Вам лучше уйти! — сказала мужчине, вскакивая.

На что он, к моему удивлению, кивнул. А я побежала забирать Сашку и встречать «девушек».

Дома на кухне, пока разбирали пакеты с продуктами, а Вера Ивановна занималась в другой комнате с Сашкой, Аня с улыбкой спросила у меня:

— Что за мужчина был рядом с тобой, когда мы подходили? Приятный....

Вот глазастая, углядела! С трудом удалось подавить дрожь после ее слов. Встреча с незнакомцем окончательно вывела меня из, с таким трудом выцарапанных, крупиц душевного равновесия. Напугал он меня до чертиков.

Теперь остро сожалела, что нахамила, позволив переживаниям спровоцировать поглотившие меня эмоции, вылившиеся на странного незнакомца.

Не то, чтобы я сильно его оскорбила. Но сегодняшний визит показал, что мои слова его здорово задели. И неизвестно, во что выльется для меня такое внимание.

Остается надеяться, что он оставит меня в покое. К моим проблемам, только новых не хватало!

Вздохнув, постаралась ответить нейтрально, не выдавая, и без того замученной Ане, захвативших меня переживаний.

— Мы не знакомы, — пожав плечами, ответила я как можно спокойнее.

И не обманула! Мы действительно с ним незнакомы.

— Не удалось его особо разглядеть, были слишком далеко, — отозвалась Аня.

Вот и хорошо! Не хочу привлекать внимания к незнакомцу и встрече с ним во дворе.

Вдруг само как-нибудь образуется? И эта проблема испарится с горизонта, как утренний туман убегает с восходом жаркого солнца.

Если вам нравится эта история - добавьте ее в библиотеку! Сделайте автору приятно = ).
Подписаться на автора .

К началу новой рабочей недели, мне все же удалось успокоиться, и тревожные мысли о незнакомце отошли на задний план.

Их вытеснила прозаичная и реальная проблема — требовалось взять кредит на процедуру гамма ножа для Ани. Кредит решили брать на меня. Все-таки, у меня есть работа и какая-никакая недвижимость.

Теперь надо собрать документы и подать в банки, стараясь, чтобы одобрили заявку. С одной стороны, сумма небольшая и есть залог. С другой, у меня нет местной прописки. Кто знает, какая кредитная политика сейчас у банков?

Рабочий день пролетел на автомате. Навалившиеся дела настолько поглотили, что я, к большой своей радости, совсем не вспоминала о напугавшем еще на днях странном незнакомце.

Работа подчас так захватывает, что все остальные заботы и мысли отходят на задний план. Что очень помогает мне приглушать бушующие внутри переживания, хотя бы на время.

После затянувшегося рабочего дня, я оторвалась от накопившихся дел гораздо позже положенного. Пришлось задержаться вечером.

Но не жалела. Изнуряющая июльская жара уже притихла, да и тревожные мысли не отвлекали, что более чем устраивало. Слишком уж нерадостные у меня размышления, терзающие в любую минуту досуга, и безысходные.

Выйдя из здания, прониклась жаром, исходившим от разгоряченного за день асфальта. После кондиционерной прохлады офиса, горячий воздух улицы окутал в кокон. Он затопил легкие и безвозвратно поглотил, изгнав свежесть, окружавшую в течении рабочего дня.

«Представлять не хочу, что творилось на улице днем! Все-таки, кондиционер изобретение века», — подумала, едва шагнула за пределы прохлады офисного здания.

Еще на выходных я в полной мере прониклась жарой, стоящей днем. Когда воздух в квартире нагревается, как в духовке, и дуновение ветра не стремится ворваться в окно и разогнать жару. И на улице не легче, если ветра нет.

В офисе куда комфортнее. Утром, пока жара еще не вступила в свои права и не взяла город измором палящего солнца, можно в относительной прохладе добраться на работу. Где тебя встречает благословенный кондиционер и предлагает укрыться от зноя на весь день.

И как не согласиться на такое приятное предложение? Вечером притихшая жара дает возможность добраться домой, где становится чуть прохладнее после пекла дня. Не люблю жару, не выношу, и мечтаю о конце лета, как о манне небесной.

Размышляя о предстоящем походе в банки за кредитом, отрешившись, шла по дорожке в тени офиса. Как обычно, не замечая окружающий мир, погрузившись в размышления.

— Поговорим? — прозвучал за спиной голос того самого незнакомца, заставив резко вздрогнуть.

И я бы унеслась прочь! Но он ловко ухватил мой локоть, коварно предвосхитив и предотвратив попытки к бегству.

Пришлось срочно включаться в текущие события, отбросив прежние размышления. Ближайшая проблема возвышалась передо мной монументальной скалой живой плоти, требуя внимания.

Незнакомец, не выпуская мой, страдающий от его медвежьей хватки локоть, с напором бронетранспортера потащил по дорожке в небольшой прилегающий к офису сквер. Где пряталась пара скамеек, укрытых, словно убежище партизан в зарослях густых высоких кустов.

Я честно пыталась затормозить наше продвижение, или хотя бы вырвать руку из хватки мужчины. Но природа безмерно жестока, сделав женщин слабее мужчин. И наши силы были неравны, а мои попытки воистину жалки.

Когда мы надежно укрылись на дорожке, спрятавшись за густыми кустарниками от всего мира, он, наконец, отпустил мою руку. Чем я не преминула воспользоваться, отойдя на пару шагов.

Честно скажу, когда тебя тащит как на бульдозере огромный мужик, страх поневоле захватывает и топит сознание.

— Посмотри на меня! — сказал незнакомец твердым, уверенным голосом, от которого сразу захотелось сбежать в ближайшие кусты. Не факт, ой не факт, что подобное бегство прокатит!

Послушно подняла на него взгляд, посмотрев прямо в глаза. Некоторое время мы молча стояли, я удивленно хлопала ресницами, ожидая, что будет дальше.

Мысли ретивым табуном ускакали куда-то вдаль, покинув мою, уставшую от переживаний, голову. Никаких идей, о чем будет наш разговор у меня не было.

Мужчина внимательно вглядывался в мое лицо, словно мечтал отыскать там ответы, на ведомые исключительно ему, вопросы.

А я смотрела пустым взглядом, потому, как догадки не посещали. Меня поглотила звенящая тишина, и острое, болезненное желание оказаться как можно дальше от этого конкретного индивида.

— Ладно, не буду ходить вокруг и около, — отмер навязавшийся собеседник, разорвав наши затянувшиеся гляделки. И прикрыв глаза, вздохнул. — У меня нет времени на пустые разговоры, поэтому говорю сразу и по существу!

Легкий ветерок взметнул мои волосы, и ласково погладил по щеке. Сумка оттягивала плечо, и мечталось избавиться от этой ноши. Очень хотелось, чтобы все быстрее закончилось. И побежать домой, где меня давно ждали.

— Знаю, что тебе нужны деньги на лечение подруги, — медленно, с расстановкой сказал он. — Оплачу лечение, а ты переедешь ко мне...

Слова услышала, и даже разобрала, но только в отдельности. Вместе они в общую картину не складывались.

Стояла, пытаясь заставить себя понять, что именно он сказал. Мысли проясняться не желали, и понимание не посещало.

Он правда это сказал? Что за бред?

— Зачем? — недоуменно уточнила, чтобы хоть как-то собрать, разбегающийся тараканами во все стороны, пазл его слов.

— Зачем оплачу лечение? — начал беситься он.

А мне захотелось схорониться под ближайшей лавкой в поисках политического убежища.

— Зачем мне переезжать к вам?! — рявкнула в ответ. Разговор все больше напоминал беседу двух умалишенных.

— Да, это будет сложно! — закатил глаза он. А после, посмотрев на меня, как на идиотку, язвительно продолжил. — Любовницей моей будешь!

Язвит? Сказанное не вязалось с моей реальностью. Никак не совпадало с тем, что представляет собой моя жизнь.

Реальность трещала по швам от разрыва шаблона. Осыпалась многочисленными блестками осколков, острыми гранями ранивших мое, и так безмерно растрепанное, душевное состояние.

Эмоции ушли в крутое пике, а затем в затянувшийся штопор. Стояла и не понимала, как сказанные им слова вообще могут относиться ко мне. Зачем эта игра?

Нет, я не взбесилась. От этих слов, словно ледяное копье ударило мне в живот, разлетевшись по телу осколками. И холод поглотил, мгновенно заморозив все чувства.

Стояла в жарких лучах угасающего июльского дня, но мне было холодно. Буквально заледенела внутри. Захватила стужа, вымораживая. Лед, пустота и усталость. Безысходная усталость от всех тех событий, что составили черную полосу последних лет.

Больше на него не смотрела. Взгляд утопал в зелени листвы, внутри все сводило от приступа холода. Плохая шутка, низкая. Зачем он вообще это сказал, такое словесное издевательство?

Если хотел отомстить — ему вполне удалось! Жестоко играть вопросами жизни. Указывать на слабость, несостоятельность и уязвимость. Не знаю, зачем он это сказал, но шутить так, может только полный нелюдь!

Меня даже не тянуло закатить скандал или устроить истерику. Все эмоции выморозились, упав на дно ледяными глыбами. Прикрыв глаза, я мысленно сосчитала до десяти, чтобы удержаться от грубости. Если он хотел выставить меня жалкой, попытка вполне успешна.

— Не знаю, что заставляет вас шутить такими вещами, — моим решительным, ледяным голосом можно было вымораживать. — Но, если вам кажется это приемлемым, пусть будет так. Вы высказались, я могу идти? — продолжила, все также не глядя на него.

— Посмотри на меня! — рыкнул он, схватив меня за плечи и начал трясти. — Посмотри на меня!

— Что в моих словах заставляет тебя думать, что это шутка? — ревел он.

А у меня мозги ушли в забастовку, выставив плакат: «Никого нет дома». Потому, как я не выношу, когда на меня орут в неадеквате крупные злые мужчины. Это пугает!

— Перестаньте меня трясти! — потребовала, вскинув на него взгляд. — У меня был слишком тяжелый день, чтобы могла выносить подобные встряски! — мой голос перешел на крик, но трясти меня перестали.

— Нам не о чем говорить! — продолжила, пытаясь вырваться из его рук. Безуспешно!

Он только сильнее сжал мои многострадальные плечи. А после, чуть ослабив хватку, поймал рукой мой подбородок, пытаясь встретиться со мной взглядом. Некоторое время я уворачивалась, а после с вызовом, прямо посмотрела ему в глаза.

— Мы вернемся к этому разговору! — неприкрытая угроза сквозила в этих резких словах мужчины.

Трепыхающуюся, в попытках вырваться, меня не отпустили. Одной рукой он железными тисками пленил мой локоть, а другой ловко перехватив сумку, потащил меня на буксире по дорожке дальше.

Тут я вспомнила, что этот путь ведет на офисную стоянку.

— Мне некогда, у меня здесь еще встреча! — сказал мужчина, уверенно направляясь вместе со мной к стоящим за кустами машинам. — Денис отвезет тебя домой! И это не обсуждается! — рявкнул на мои попытки вырваться из его рук.

Сразу за кустами, на парковке для руководства, нашлась большая черная машина с водителем. Незнакомец открыл заднюю дверь, бросив мою сумку на сидение, а затем ловко запихнул туда же меня.

— Мы продолжим этот разговор! — сказал он. — Денис! — это уже команда водителю.

И назвал мой адрес, захлопывая дверь, тут же вставшую на блокировку.

«Полный дзень!» — думала, дергая ручку, чтобы убедиться, что дверь заблокирована. — «Я вообще не понимаю, что здесь происходит!»

***

Машина резво рванула с места. Я потянулась проверить вторую дверь, убедившись, что она тоже на блокировке.

Наверно, я должна была испугаться. На самом деле, я только перевела дух, оставшись без общества навязчивого незнакомца.

Полный неадекват! Этот мужчина напугал меня до дрожи в коленях и отключки мозгов.

В просторном салоне, отделанном бежевой кожей, царила ласковая прохлада кондиционера. Звучала фоном приятная музыка, а водитель не обращал на меня никакого внимания. Словно ему каждый вечер в машину непонятных дам засовывают!

Успокаивало, что пока мы продвигались в направлении моего дома. Правда, до него еще очень далеко и все может измениться.

Отмороженная после разговора с незнакомцем, чувствовала себя выжатой, как ошметки морковки, пущенной на фреш. Словно все краски, эмоции, покинули, оставив гулкую пустоту, зияющую внутри.

И разливающуюся по венам новую порцию разочарования от реалий этого черного мира. По себе знаю, такое безразличие у меня бывает, когда случается сильный эмоциональный выброс.

Откинувшись на мягком сидении, прикрыв глаза, пыталась собрать себя в кучу. Не получалось, разум жирной кляксой расползся по океану недавних событий. Эмоциональная стужа сменилась тупой ноющей болью в районе сердца.

Оплатить лечение Ани. Какие прекрасные слова, и какая недостижимая суть. Просто странная игра чокнутого незнакомца. Пыталась отключить эмоции и проанализировать сказанное мужчиной, но не выходило.

Такое чувство, что это какая-то игра, в которой мне доступна только вершина информационного айсберга. И неизвестная часть, скрытая под водой, утаивает суть. Поэтому картина не складывается.

Как может сложиться картина, когда успешный состоятельный мужчина говорит такую ерунду незнакомой встречной женщине? Далеко не первой свежести, и далеко не красавице. Во мне в принципе нет ничего выдающегося!

Даром, что у нас с Аней одно имя на двоих, внешне мы совершенно несхожи. Она миниатюрная и изящная, а я высокая, и склонная к полноте. Аня как куколка, а я, с моей выраженной фигурой песочные часы, даже в лучшие годы не была идеалом стройности.

Знаю, многие от стресса теряют аппетит, счастливцы. Я же заедала неприятности, и конечно, наела много лишнего.

Да, знаю, как важно контролировать питание, и мне удавалось привести себя в форму путем длительных пищевых ограничений. Но потом стрессы так плотно заполонили мою жизнь, что стало совершенно все равно.

Безразличие страшная вещь. Безрадостность порождает безысходность, и все вместе превращает твою жизнь в пустоту. В которой есть только одно желание — забыть боль прошлого.

В какой-то момент я перестала ходить на шейпинг. Сначала у меня не было времени из-за стабильных задержек на работе, а потом, в череде захлестнувших потерь, желания.

Я тогда сменила все контакты, даже парикмахера поменяла. Просто, с ужасом подумала: «Что смогу ответить на самый обычный вопрос знакомых — как мои дела?» Рассказывать слишком страшно и больно, проще малодушно сбежать.

В сухом остатке имеем женщину далеко не модельных форм (и это я еще сильно похудела!). Темно русые невыразительные волосы и карие глаза. Симпатичное, но не более, лицо. Хорошо, хоть поправляюсь я равномерно во всех местах, сохраняя фигуру пропорциональной.

Совершенно ничего интересного! Прибавим сюда посредственную одежду, которая позволяет затеряться в безликой серости, и практически полное отсутствие макияжа. Ходячий кошмар эстета!

И какая из меня любовница? Я же не профессионалка, способная удовлетворять прихоти любого мужчины. С трудом могу представить, как стала бы спать с незнакомым мужчиной. Что могу ему дать? Да ничего! Найдется много других, более подходящих на эту роль.

А теперь, чисто в плане эксперимента, представим — становлюсь его любовницей. Допустим, у него сорвало крышу и ему приспичило. Как быстро он поймет, что ошибается? Да сразу, дня будет достаточно!

Ане лечиться год или два. И капать лекарство надо каждые две недели. Он оплачивает начало лечения, быстро разочаровывается во мне, лечение прекращается. И что дальше? Толку от короткого лечения нет, если лекарство больше не оплатить и не достать.

Полный капут! Появившаяся надежда Ани отправляется в тартарары. Это ли не страшнейшее разочарование? Зачем вообще начинать?

Продолжаем о грустном... Кто станет платить несколько миллионов, чтобы получить меня в любовницы? Я про цену лечения Ани. Ответ прост и очевиден — никто! Как ни крути, а не выходит чуда, получается очень странная игра подозрительного незнакомца.

Вздохнув, глянула в окно, убедиться, что едем в направлении моего дома.

С дорогами повезло, с учетом моей задержки на работе, самый пик пробок миновал, и мы довольно быстро продвигались по улицам. Водитель проявлял отличную сноровку и хитрость, прорываясь через места заторов.

А мне оставалось вздыхать, я скучала по рулю. Больше десяти лет водила машину и могла оценить умения водителя. Перебравшись в столицу, я долго не могла привыкнуть ходить пешком. Но, человек такая скотина, ко всему привыкает. Уж я-то знаю!

Ну вот, мысли совсем не о том. Всколыхнулись запрятанные эмоции, встрепенулось пройденное, что вспоминать не готова.

О незнакомце думать не хотелось. Не хотелось признавать, что в моей жизни появилась еще одна проблема — этот псих. Неадекватный мужик ростом под два метра, склонный к истерикам. И каким-то боком приписавший меня в список своих интересов.

Машина плавно подкатила к моему дому и остановилась, не доезжая до подъезда.

Мне и команды не надо! Не дожидаясь приглашения, распахнула дверь. И вырвавшись на свободу, молча, бросилась прочь.

Шум колес за спиной подсказал, что авто тут же покинуло двор, что меня совершенно устраивало. Вот бы навсегда!

***

Домой я сразу идти не решилась. Внутри бушевали эмоции, отринуть которые пока не смогла.

Домашние заметят, что со мной что-то не так. А врать не хочется, они меня на раз просчитают. Потому, решила прогуляться в ближайший магазин. Купить, например, йогурт. А заодно успокоить вьюгу эмоций.

Благо, в нашем районе аккуратные тротуары с пушистыми кустами и аллеи деревьев. Есть где прогуляться. Полюбоваться зеленью в попытке подавить, заблокировать рвущиеся переживания.

Закат отпылал. Темнота кралась семимильными шагами, задергивая небо глубокой темной синевой, скрашенной брызгами уличных фонарей.

Пройдя через пышные кустарники, я подошла к березе. Прижавшись к ней, попыталась отрешиться от мыслей, отложить переживания на потом. А сейчас пусть будет тишина, и реальная проблема как оплатить гамма нож. Завтра же кинусь в банки.

Дома меня уже потеряли, очень задержалась из-за насыщенного событиями вечера. Поделилась новостями, что справки на работе завтра будут готовы, и можно идти по банкам.

Вера Ивановна укладывала Сашку спать, а мы с Аней сидели на кухне и пили чай.

— Как консультация по гамма ножу? — спросила я, потягивая крепкий заварной чай.

В офисе он недоступен, вот и отрываюсь дома. Пить пакетированный чай мне совсем не нравится. Но на работе приходится, кофе здоровье не позволяет.

— Ознакомились с моим случаем. Но теперь надо делать специальное МРТ. Чтобы они могли оценить, что там у меня, — ответила Аня, проворачивая в руках наполненную чаем кружку.

Сладкого ей нельзя, и дома его не держим. У нее очень строгая диета, что накладывает отпечаток и на наше питание. Стараемся не вводить Аню в искушение запахами вкусностей.

А я сладкое могу и на работе поесть. Что делаю весьма активно, скрашивая офисные будни.

— И, конечно, делать МРТ придется платно, — я продолжила ее мысль.

Прикинула, какую сумму брать в кредит, чтобы хватило на всякие подготовительные анализы. Придется брать с запасом, однако.

— Ага, — отозвалась Аня, и вздохнула. — На такое направление точно не получить, уже узнавала.

Мы давно не удивляемся, что далеко не все можно вытребовать по полису, даже если у тебя есть время и возможность ходить по врачам.

На что-то не дают направления, а что-то даже по направлению сделать бесплатно никак. Если запись больше, чем на месяц вперед, а в Анином состоянии так долго ждать нельзя. Слишком опасно.

Кое-что, правда, Ане удается получить бесплатно. И за месяцы хождения по больницам, она уже точно знает, где и что можно требовать.

— Слушай, — продолжила она, прерывая мои безрадостные размышления о сложности нашей системы. — Случайно нашла на форуме информацию, что мое лекарство капают в одном федеральном центре, не моем профильном. По полису!

— Что за бред? — не веря услышанному, удивилась я. — Странно и непонятно! Хотя, чего ожидать в нашей-то действительности?

Реально, за время лечения Ани было столько нелепого. Как мерзкого, так хорошего. И теперь охотно верится, может случится практически все.

— Списалась с девочкой. Она сказала, что ее папе капают мое лекарство именно там. Правда, диагноз у него другой, — кивнув на мои слова, продолжила рассказывать Аня. — В общем, я позвонила. Поговорила и записалась на консультацию. Пойду схожу.

— Сходи, все выяснишь, — поддержала я ее решение.

Случай за гранью дива. Дорогущее лекарство, которое Аня не смогла выбить у врачей профильной клиники, капают бесплатно в другой.

«Бред! Поди догадайся, что такое может быть», — удивлялась мысленно я.

Но радоваться новости не спешила, следует все разузнать для начала. Слишком страшно обмануться в надеждах!

Неужели может случиться чудо, и Ане достанется лечение, которое она пытается получить полтора года? Стало бы действительно чудом.

— Буду пробовать попасть в программу. Кто-то ведь попадает! — уверенно продолжила Аня.

— Кому-то же удается! — отозвалась я, ведь кому-то действительно везет. — И когда у тебя консультация? Они прямо так тебя примут, без направления?

— Попробую получить направление у лечащего врача. Завтра же поеду! — делилась планами Аня. — А консультация через неделю. Наверняка тоже анализов надо будет...

Обговорив размер суммы кредита, чтобы не пролететь со всеми возможными обследованиями, мы отправились спать.

Засыпая, я удивлялась насыщенности дня, за который случилось столько всего странного. Прямо фейерверк какой-то! Страшно даже подумать, что будет завтра.

На следующий день я решила быть хитрой. Хотя бы попытаться.

Как избежать психованного незнакомца? Он меня где подкарауливал — у выхода из офиса. Значит туда больше ни ногой.

Вспомнила, что есть еще один выход, ведущий на парковку. Но там такие запутанные и узкие коридоры (если не ехать на виповском лифте), поэтому этим путем пользоваться не любят. А мне прямая дорога туда.

Захватив из дома кучу всевозможных документов, сумела в обед заскочить в один банк, оставив там заявку на кредит, а в другой зашла после работы. Благо, офисы банков располагаются недалеко, пешком пробежаться.

Теперь оставалось ждать ответа моим кредитным заявкам, а как одобрят, бежать со всех ног оформляться.

Не знаю, помогло ли то, что я покидала офис через другой выход, но сегодня пугающего незнакомца не встретила. И это очень скрасило мое настроение. День явно удался!

В два банка успела, незнакомца не видела. Красота! С приподнятым настроением, что для меня совсем не свойственно, заходила домой.

Оказавшись дома, весь вечер пыталась унять внутреннюю дрожь. Грядут очень значимые дни!

Через неделю Аня идет в федеральный центр Булкина на консультацию по лечению. Ей даже удалось сегодня получить туда официальное направление от лечащего врача. О, чудо!

А через несколько дней у нее запись поэтому же поводу в частном центре Медмир. Здесь еще чудесатее. Как Ане удалось узнать из переписки в интернете, в этом частном центре можно получить лечение нужным ей лекарством по полису. Если возьмут, конечно.

Да, это крайне странно, но у них есть куча нужного Ане лекарства, и они готовы его капать. Я перестала понимать логику окружающего мира. Но, честно говоря, мне было все равно, если подруга получит свой препарат.

Информация точная, только узнала Аня совершенно случайно на тематических чатах.

То лечение иммунотерапией, которое ей не назначил лечащий врач профильной клиники, можно попытаться получить по полису в других. Неимоверно странно, особенно для частной клиники Медмир.

И мы застыли в ожидании грядущих событий.

***

Утро следующего дня ч встречала хмурая, плохо выспалась.

Мне снился очень яркий, реалистичный сон. Стояла на брошенных внавалку глыбах голубого льда, тянувшихся, куда не кинь взор — от горизонта до горизонта. Только лед, и больше ничего.

А я стояла, не зная, куда ступить и куда идти в этой картине безысходности. Лед дышал холодом, ветер теребил мои волосы, а я замерзала, не понимая, что делать дальше.

Проснулась в холодном поту с заходящимся сердцем. И долго не могла уснуть, переживая живое и жуткое видение.

Фонари за окном отбрасывали яркие полоски света по комнате, изменяя темное пространство, превращая в иное измерение.

Такие яркие сны мне виделись редко, так и не смогла привыкнуть к их пугающей реальности. Как не печально, смогла уснуть только под утро, и скоро надо было вставать.

На работе снова прокралась через вход со стороны стоянки.

Каково же было мое удивление, когда наткнулась на ожидающего меня Романа Сухова. Товарища Сухова, как называем его в наших разговорах с Машей. Единственной, с кем мне удалось сблизиться на этой работе.

Роман возглавляет отдел айти-разработок. Мы с ним плотно сталкивались по работе, когда доводили до ума нашу программу. А после Роман иногда звонил мне с другими вопросами, узнав о моем широком прошлом рабочем опыте.

Увидев Сухова, дожидающегося меня в коридоре, я удивленно притормозила. Уверена выражение моего лица в полной мере отобразило весь спектр эмоций.

Просто он не был, как обычно, спокойный и уверенный. А какой-то серьезный и злой, каким мне видеть его еще не приходилось. Непонятно, с чего бы? И причем тут я?

— С каких пор Волков интересуется твоими приходами и уходами в офис? — возмущенно, с места в карьер, спросил он, глядя на меня снизу вверх. — Он запросил данные твоего пропуска за истекший месяц!

Сухов у нас с Машей в любимчиках. Так сложилось, что дружно считаем его милым, похожим на этакого медвежонка. Всегда спокойный, надежный, уверенный. Приятно общаться!

И если у меня он просто вызывал умиление, то Маше реально нравился. Она сама призналась. Я даже помышляла их свести в своих в голубых мечтах, уж очень у Маши неудачный брак. Но решила не лезть с советами. Кому, как не ей самой знать, что для нее лучше?

Роман внешне непримечательный. Небольшого роста, ниже меня примерно на голову. У него крепкая фигура, темные, с проседью на висках волосы, и карие глаза.

Возраст и семейное положение для нас остались тайной. Лично я, не решилась расспрашивать, опасаясь, что мой интерес будет истолкован превратно. Слухи еще поползут.

При невыразительной внешности, было что-то цепляющее в его доброй улыбке и уверенности, от которой сразу становилось спокойнее. Общение с ним всегда вызывало улыбку, и как итог, приятное послевкусие.

Потому, я очень удивилась, натолкнувшись в коридоре первого этажа на него в таком возбужденном состоянии.

— А Волков — это кто? — уточнила, не понимая мотивов нашего странного разговора.

— Ваше фееричное выступление на стоянке мы всем отделом наблюдали! — прямо ответил он, демонстрируя раздражение. — Как он тебя в машину к водителю засовывал!

Не нашлась, что ответить. Совсем забыла, что здание камерами наблюдения увешано! Не ожидала, что теперь придется удовлетворять интерес коллег.

— Поверь мне, Волков не тот человек, с которым надо связываться. Скажу больше, безопаснее держаться от него как можно дальше! — продолжил Сухов, пока размышляла, что ему рассказать.

Невольно отметила, как он выделил слово «человек». Словно вкладывал в него какой-то недоступный мне смысл.

Из всего сказанного смогла вычленить для себя только одно. Что некий Волков запросил мои данные по пропуску — приходам и уходам. Значит, он имеет отношение к работе, а не просто пришлый контрагент?

— Он к руководству относится, да? — тут же спросила, желая проверить свою догадку.

— К оперативному управлению холдинга нет, но к высшим да! — отозвался Роман, и хмуро продолжил. — Где ты вообще с ним столкнулась?

Тут до меня, наконец, дошло. Роман переживает за меня из-за конфликта с незнакомцем! Который ему довелось наблюдать через камеры.

Да, выступление у нас тогда действительно вышло феерическое! Уж если обычно спокойный Сухов тревожится, то явно не зря!

Холод моментально схватил сердце, и я почувствовала, как леденею от ужаса.

— Понимаешь, — мягко начала, подбирая слова. Потому, что Роман слушал очень внимательно, — мы с ним столкнулись случайно у нас на этаже. Я ему нагрубила.

— На выходе с работы, мы опять столкнулись, — аккуратно продолжала, решая, как бы помягче рассказать, что обматерила этого самого страшного Волкова. — Он был недоволен, я его послала...

— Ну, ты даешь! — удивленно воскликнул Роман.

Чем заставил поспешно оправдываться, объясняя не свойственное мне поведение.

— У меня день не задался. Дома проблемы, а тут он! — пояснила я.

— Это из-за болезни подруги, да? Я знаю о твоих проблемах, — уточнил он, и дождавшись подтверждения кивком, продолжил. — Когда это было, вы поругались с Волковым?

— В пятницу, — не задумываясь, ответила.

— Я посмотрю по камерам, — кивнув, хмуро отозвался, все такой же встревоженный и напряженный Сухов.

— Как бы тебе работу менять не пришлось! Поспрашиваю для тебя у ребят место в другой конторе. Может, что срастется, — бросил он напоследок.

И ушел, оставив меня в полной прострации.

«Работу менять?» — подумала с ужасом. — «Мне теперь здесь не работать? Как нехорошо! Мне же кредит надо брать! И квартиру оплачивать», — понуро размышляла, шагая на рабочее место.

Других проблем мало, еще нарисовались! Не зря я сразу невзлюбила этого Волкова!

Весь день прошел на нервах. Успокоительное снова стало ежедневным ритуалом, помогая мне снизить тревожность.

Но все равно переживала. Об Анином походе на консультации, о кредите, об ужасном незнакомце и возможном увольнении. И лопала сладкое, пытаясь отвлечься.

Когда после окончания рабочего дня, я тихо кралась на выход все тем же путем через дверь на стоянку, совсем не обрадовалась, увидев ожидающего меня хмурого Сухова.

Сердце зашлось в диком ритме, ладони вспотели, а ноги моментально стали ватными. В ожидании плохих вестей мысли разбежались, покинув разум, как крысы тонущий корабль.

Медленно подошла к Роману, ощущая гулкую пустоту внутри — тягостное ожидание беды.

— То, что увидел на записи, мне очень не понравилось, — приговором выдал он. — Ты вообще знаешь, кто такой Волков?

Стало еще страшнее. Захотелось сбежать, прекращая этот пугающий разговор.

В длительном периоде моих стрессов, бегство от проблем стало одной из сложившихся привычек. Ну не могу я решать свои проблемы! Не воспринимаю, отторгаю разумом и бегу по мере возможности.

На меня сразу такой шквал эмоций выпадает, что забить самый реальный выход. Это как мантра — не вижу проблем, не слышу, не говорю о проблемах.

Вот проблемы близких, Анины, воспринимаю нормально, а мои проблемы отторгаются. От того испытала острое желание от Романа удрать, избегая дальнейшего разговора.

И решила сделать ход конем, сбив Сухова с толку, переводя разговор на другую тему.

— Роман, а ты женат? — коварно спросила, подкрадываясь к нему с улыбкой.

Вздрогнувший Сухов испугано сглотнул, напрочь позабыв свои вопросы.

«Ага!» — торжествующе подумала я. — «Работает!» И продолжила свой жестокий план.

— А Маше ты очень нравишься, — хитро добавила. Отметив, что продолжаю улыбаться, а Роман наоборот, начинает хмуриться.

Маша, прости, но мне пришлось тебя выдать!

— Так она же за мужем! — недовольно отозвался он на мою провокацию.

— Ну, и что? — лучезарно улыбаясь, мурлыкнула я.

И проскользнула мимо, оставив позади озадаченного и матерящегося Сухова размышлять о логике моего странного женского поведения. И торжествуя, понеслась к двери выхода.

***

Прежде, чем покинуть офис, я аккуратно выглянула в открытую дверь в поисках нежелательных личностей. Улица встретила пустотой и жаром затухающего июльского дня.

Вздохнув, смело шагнула на выход, с гулким стуком захлопнув ни в чем не повинную дверь.

Но радость моя оказалась недолгой. Тихий шепот шин знакомой машины заставил испуганно вздрогнуть. А тяжелые руки, опустившиеся мне на плечи, повергли в сковывающий шок. Мужчина стоял позади, но я была уверена, это тот самый незнакомец Волков.

— Ну, здравствуй! — прошептал он практический на мне ухо низким бархатным голосом, пробирающим до дрожи.

В ответ, я непроизвольно дернулась в попытке убежать. Но крепкие руки легко удержали на месте. Вот, и обещанные Романом проблемы!

Моментально сковало ужасом перед страшным незнакомцем. В голове зашумел белый шквал, мысли словно смело огромной волной.

Вокруг тихо и пусто. Вымершая стоянка осталась за спиной. Впереди просматривался свободный выезд со шлагбаумом, зажатый в зеленые тиски аккуратно стриженных низких кустов.

И никого... черная машина, застывшая буквально в двух шагах, как обещание грядущих неприятностей.

Непроизвольно подумала, что Сухов с ребятами сейчас во всю развлекаются, наблюдая мои проблемы. Стало жалко себя почти до слез. Почему мне так не везет?

— Договорился в хорошей клинике по лечению твоей подруги.

Голос мужчины ворвался в поток моих переживаний, обдав новой порцией дрожи, окатившей ледяной волной паники.

Молчала, пока он уверенно уверено подталкивал меня к машине, обхватив за плечи. Поддаваться не спешила, упираясь. Но силы опять были не равны, и дверь машины неумолимо приближалась.

— Съездим, посмотришь клинику, — сказал он.

И открыв дверь, уверенно запихал меня на заднее сидение.

В клинику ехать не хотелось совсем. Было в этом предложении нечто непередаваемо жуткое. Он бы меня еще в морг пригласил!

«Что за бесцеремонность?» — завопило все внутри. Моего согласия не требовалось, мое мнение просто не существовало для этого страшного мужчины.

Внутренне чутье устало вопить об опасности визжащей сереной. Все мое существо требовало немедленно бежать. Попыталась открыть дверь и выбраться, но только убедилась, что она на блокировке.

Вынужденно оторвавшись от попытки открывания, вздрогнула, когда мужчина сел на сидение рядом и захлопнул дверь, отдавая команду водителю.

Сердце сорвалось в галоп. Непроизвольно буквально втиснулась в дверь со своей стороны, пытаясь дистанцироваться от навязанного соседства.

— Не перестаю удивляться твоей реакции, — прокомментировал он язвительно, с нотками гневного бешенства. — Какая-то непонятная истерия на ровном месте!

«Ничего себе, непонятная истерия на ровном месте!» — возмутилась про себя. — «Тебя бы, преследовал неадекватный мужик, запихивал в машину и вез непонятно куда. Посмотрела бы на твою реакцию!»

Но вслух сказать не решилась, не желая провоцировать этого психа. Кто знает, как он воспримет мои слова? Помнится, в прошлые наши беседы, мне удалось довести его до белого каления буквально парой фраз.

Едва ощутив, что мужчина пытается взять меня за руку, резко выдернув ладонь. Спрятала за спину, мельком бросив на него разъяренный взгляд.

— Вот! Прямо доказательство неадекватности реакции, — прокомментировал этот гад менторским тоном.

А нечего вторгаться в мое личное пространство и руки распускать!

Он, между тем, продолжил:

— Тебя надо психиатру показывать!

«Кто бы говорил!» — подумала, мечтая оказаться как можно дальше от неадекватного мужчины.

Вот, кого надо психиатру показывать, так это кукукнутого Волкова! Непонятно, какими судьбами ворвавшегося в мою, итак запутанную, жизнь.

— Не трясись, никто тебя не трогает. Мы едем в клинику и больше ничего! — устало произнес он.

***

Всю дорогу до клиники, я бултыхалась в волнах собственных переживаний, крепко прижав к груди сумку и полностью отрешившись от реальности.

За окном мелькали лики города: машины, спешащие люди, камень, стекло зданий и легкие силуэты зелени деревьев.

Думала о том, что Ане буквально через несколько дней идти в Булкина, а потом и в Медмир. Вдруг они возьмутся за ее лечение? То самое, что предлагает оплатить Волков.

Совершенно не понимала, что предпринять сейчас, в сложившейся запутанной ситуации. Мысли только об одном — вычеркнуть психа из моей жизни. Но как? Вот в чем вопрос.

Въехав за ограду незнакомых кованных ворот, машина остановилась.

Дверь, наконец, поддалась. Легко выбралась на воздух, окинув открывшееся пространство долгим взглядом.

Территория частной клиники, отдельно стоящего белого здания, утопала в зелени и цветах.

Любовалась видами я недолго, рядом моментально нарисовалась массивная фигура Волкова. Подхватив под локоток, он аккуратно повел меня внутрь.

Игнорируя приветствия встреченного персонала, он смело углубился в череду коридоров, решительно придерживая меня на прицепе. И буквально вломился в кабинет с красивой табличкой, указывающей на руководство.

Невысокий лысоватый полный мужчина в белом халате, вскочил с законного места и бросился приветствовать моего сопровождающего.

— Господин Волков! Рады видеть! — тараторил он. — Как договаривались, договор готов...

И мы все присели. Хозяин кабинета в массивное кресло, великоватое для его невысокой фигуры, а мы на удобные стулья для гостей.

В радующем глаз светло бежевом кабинете, нашлось место и для интересной современной живописи, и для кадок с большими раскидистыми растениями.

На стол легли два экземпляра договора. И я снова выпала из реальности, погрузившись в размышления. Весь вопрос в том, как составлен договор, кто является заказчиком.

В существующей практике, договор заключается между клиникой и пациентом. То есть, заказчиком и плательщиком выступает моя подруга. Совершенно неприемлемо, такой договор мы могли заключить сами. Вопрос в том, как его оплачивать.

Врач что-то говорил о лечении, но я не слушала. В любом случае, только Аня могла принять решение по своему лечению и выбору клиники. Меня же интересовали юридические тонкости и вопрос — что нам этот фарс дает?

Ловко ухватив один экземпляр договора со стола, чем вызвала удивление Волкова и представителя клиники, я принялась лихорадочно просматривать текст глазами.

Нет, я не юрист. Но большой опыт работы, при котором часто приходилось работать с договорами и другими документами, вполне позволяет сделать нужные выводы и оценить содержание.

Строчки плыли, смысл не улавливался, слишком много эмоций. Зажмурившись, я постаралась отрешиться и собраться с мыслями.

А после решила просмотреть только четко определенные важные пункты. Заказчик, действительно указана моя подруга. Диагноз ее, и лечение именно ее лекарством. Но, плательщиком, стало быть, тоже выступает она?

Охватить все пункты договора вне моих возможностей. Строчки расплывались перед глазами, разум отказывался вникать в суть. Ничего не понимала, только сердце бухало в груди от переживаний.

— Я подписываю?

Вырвал меня в реальность из царства тоскливой задумчивости вопрос Волкова. Как оказалось, внимательно смотревшего на меня все это время.

— Нет! — резко отозвалась я. Другого ответа и быть не могло, слишком запутанная и непонятная ситуация. — Я должна подумать!

Сказала, буквально пулей выскочив из кабинета, оставив вскочившего врача в недоумении, а Волкова, подозреваю, в дикой ярости. На него даже не взглянула, захваченная переживаниями.

Стремительно пронеслась красивыми коридорами клиники, огибая встреченный персонал в аккуратной фирменной одежде. И наткнулась на нужное место.

Просторный холл у одной из лестниц смотрел панорамными окнами на прилегающую к клинике зеленую территорию, заставленный множеством массивных растений.

Присев в уголке на удобный диван, перевела дух. Нет, я не собиралась прятаться от Волкова. Мне требовалось несколько минут передышки.

Смысл ситуации от меня ускользал. Непонятная игра Волкова ставила в тупик, да и наша выгода не проглядывалась.

Стандартный договор, где в нем зафиксированы обязательства Волкова оплатить? Зачем ему вообще платить? И что мы, или даже я, можем дать ему взамен, чтобы он это сделал? Бред! Непонятная афера! Нам это не к чему!

Или это во мне говорит надежда на хорошие новости от визита Ани в федеральный центр Булкина? То есть, я уже надеюсь, и сбросила со счетов другие варианты.

А если в Булкина или Медмире не срастется, предложение Волкова станет мне интересно? Или рассказать все Ане и спросить ее мнения?

И сразу внутренний протест. Нет, слишком мутно, слишком непонятно, опасно!

Голова взорвалась шквалом эмоций, и наступила тишина. Не могу думать об этом сейчас, может чуть позже.

— И что это было? — вырвал меня в текущую реальность знакомый голос Волкова, перегруженный недовольством, приправленным скрываемым нотками ярости.

О, явился не запылился! Но, как бы не была зла, нельзя показывать обуревавшие меня мысли. Надо скрыть, спрятать эмоции.

«Нельзя забывать, что мужчина неадекватен!» — предостерегла себя, и выдержав внутреннюю паузу, постаралась казаться невозмутимой.

— Это важное решение и требует времени на обдумывание, — как можно нейтральнее отозвалась, стараясь скрыть бушующие внутри противоречивые эмоции и опасения.

Даже вскинула взгляд и посмотрела на него, стойко выдержав пытку хмурым разглядыванием. И только дождавшись сдержанного кивка, отвела глаза и незаметно выдохнула.

Играть в гляделки с кукунутым психом для меня слишком!

***

По дороге из клиники мы молчали. Волков не делал попыток заговорить, или дотронуться, пребывая в каких-то своих мыслях, что меня совершенно устраивало.

Смотрела в окно на мелькающие картинки города, растворившись в тишине. Мысли не беспокоили, и только внутренний гул белым шумом звучал на границе сознания.

Слишком вымоталась за эти дни, и Волков самый раздражающий фактор. Встречи с ним совершенно выводят из равновесия, поддержание которого и раньше давалось мне с неимоверным трудом, а теперь перешло в категорию вещей запредельных.

И что делать? Сколько еще выдержу этой нервотрепки, с моими, и так расшатанными нервами? Снова пью успокоительное. Что дальше? Бессонница, приступы паники, обмороки?

Машина остановилась, выбравшись на волю, я захлопнула дверь. И, не сказав ни слова, пошла домой. Сил не было. Хотелось спрятаться за стенами дома, и забыть о существовании психа по имени Волков.

Скрывшись за дверями подъезда, перевела дух. Постояла буквально пару минут, напрочь выкидывая из головы события последних часов.

Куда больше интересовало, как Аня сегодня сдала анализы, и есть ли новости, решение врачей по гамма ножу.

Именно этот вопрос беспокоил, когда я нажимала в лифте кнопку нашего восьмого этажа, мечтая услышать рассказ Ани. Все остальное откатилось на задний план, померкнув.

Дома встретил подбежавший Сашка, и грустная Вера Ивановна, устало наблюдающая за моим появлением, стоя в дверях их комнаты. Рассыпанные игрушки разнокалиберным шлейфом вытекали в коридор, заставляя внимательно смотреть под ноги.

Мое позднее возвращение вызвало переживания, но удалось оправдаться визитом в банк. Из-за мерзкого гада Волкова, в который раз приходится привирать домашним, что вызывало внутри тихое раздражение и гудящую злость.

Громко всех поприветствовав, я отправилась на кухню, где ожидаемо нашлась Аня. Наконец настало время расспросов!

— Привет, как ты сегодня? Как съездила, есть новости по гамма ножу? — спросила, когда мы сели пить чай.

— Сделала мрт в три дэ формате. Теперь будут по нему принимать решение. Сложный случай, они не уверены, — ответила Аня, пока я разливала заварной чай по кружкам. — Надо пройти дополнительное обследование...

— И, конечно, оно будет платным, — я дополнила ее слова, вздохнув. — Но делать придется!

— Ага, — отозвалась Аня, беря в руки свою любимую голубую кружку. Мне досталась другая, побольше, с жизнерадостными подсолнухами. — Мне выдали список, вот буду теперь бегать. А ты как?

— Подала документы, — рассказала о своих достижениях за день. — Надеюсь, кредит одобрят. Иначе придется идти в другие банки.

Вздохнула, стараясь подавить всколыхнувшуюся тревожность от мысли, что скорее всего придется менять работу.

Нет, этим я беспокоить домашних не буду, итак проблем хватает. А приложить усилия по поиску новой работы необходимо. Во избежание, так сказать.

— Представляешь, та девочка, написавшая мне, что в Булкина ее папе капают иммунотерапию по полису... — продолжила тем временем Аня.

Я кивнула, отлично помня тот странный случай, когда подруга нашла эту информацию в тематическом чате.

— Так, вот, она мне написала, что в одной частной лаборатории есть скидки 50% для инвалидов. И ты знаешь, я посмотрела на сайте, действительно есть скидки, но не во всех филиалах. А вот рядом с нами есть, я даже позвонила и уточнила!

— Надо же, удивительно! Кто бы мог подумать, что такое вообще бывает? — непроизвольно воскликнула я, отказываясь понимать, как в нашей реальности могут случатся такие подарки.

— Ага, я тоже удивилась, — ответила Аня, кивнув. — Завтра пойду туда кровь сдавать на анализы. Это недалеко от нас, пешком можно дойти.

Поболтали еще немного. Подруга делилась, что у них происходило дома, а я расспрашивала, как ее состояние. Иногда у нее бывают сильные приступы слабости, но сегодня обошлось без них.

Не перестаю удивляться, как ей достает сил мотаться по больницам, таскаясь по всему городу. Это и здоровому человеку тяжело, а уж в ее состоянии, вообще капут!

Но она держится, борется за свое будущее, проявляя силу воли и решимость, и вдохновляет на борьбу меня.

Оставшись на кухне в одиночестве, я ковырялась в телефоне, искала подходящие вакансии в интернете.

«Интересно, что сказать о причинах смены работы?» — этот вопрос заставил задуматься.

Ищу поближе к дому? Фирма переезжает в другой офис, и это очень далеко? Нет, лучше не врать. Скажу, что случайно облила большого боса чаем в коридоре, и он на меня разозлился. А что, похоже на мою правду, и вполне возможно.

Уснуть не могла долго, тревожные мысли гудели, как рой пчел, жаля подкрадывающийся сон, заставляя сознание плавать в зыбком небытии бессонницы.

Может, стоит принять предложение Волкова? Продумав детали с полной оплатой лечения. Рассказать все Ане? Но, с другой стороны, что я, собственно, скажу?

Что какой-то странный незнакомый человек предложил мне стать его любовницей в обмен на оплату лечения? Звучит как полный бред! Кто мне поверит? Похоже на выдумку, решат, что я с катушек съехала!

Мучилась размышлениями, вертясь с боку на бок в бесчисленных попытках уснуть, пока милосердый сон, наконец, не сморил.

В офис сегодня заходила через главный вход. От Волкова нигде не скрыться, а Сухову с этого входа на встречу не попасться. У айтишников кабинеты выходят как раз в сторону другого выхода, который на стоянку, вот я Роману и встретилась тогда в коридоре.

Сегодняшний день обещает интересные события -Маша выходит из отпуска. Ей чудом удалось оторвать горячую путевку в Испанию, будет, что рассказать.

Только ездила она одна, у них с мужем странные отношения, заставляющие недоумевать. Отдыхают порознь, иногда не разговаривают в обиде друг на друга. Детишек у них, к сожалению, не получилось, а в браке они около пятнадцати лет. Целая жизнь!

Маша миниатюрная и худенькая брюнетка с красивыми волнистыми волосами. Постоянно грустная, в жалобах на своего Алексея и переживаниях, что сегодня готовить.

Не сильно бы за нее переживала, ведь таково состояние практически всех замужних женщин, если бы не одно! Однажды Маша проговорилась, что сидела на антидепрессантах, которые ей психолог прописал.

Очень тревожный звоночек, заставивший задуматься. — «А что для Маши этот брак — поддержка или камень на шее?»

А потом она случайно призналась, что ей нравится Сухов. Мое богатое воображение тут же сорвалось в галоп, рисуя для Маши новое будущее с таким приятным и надежным Романом.

Правда, лезть с советами я не решилась. Со стороны все выглядит иначе. А мне, с моим печальным опытом, вообще советовать не стоит.

С Машей довольно откровенно делимся проблемами. Наконец, смогу пожаловаться на странную ситуацию с Волковым. Может, она что-то подскажет. Взглядом со стороны в анализе этих ненормальных событий, похожих на зарисовки к сценкам из дурдома.

С утра я бегала по офису с разными рабочими вопросами. Суетной выдался день!

И очень удивилась, когда по возвращению в наш кабинет, заинтригованная Маша рассказала, что заходил Сухов. Он надеялся застать меня для разговора, что заставило тревожно вздохнуть.

Конечно, у Маши сразу возник вопрос, что ее любимому Сухову от меня надо? Пришлось чистосердечно признаваться, что возникла непонятная и очень запутанная ситуация. Обещала все подробно рассказать на обеде.

Сразу поняла, что Сухов заглядывал по весьма неприятному вопросу о Волкове, с которым мы вчера обеспечили камерам новый виток «марлезонского балета».

Наверное, коллеги Романа к нашим выступлениям уже готовятся, как к просмотру футбола — запасаются пивом и чипсами. Полный дзень!

***

На Романа я наткнулась еще до обеда в практически пустом коридоре другого этажа. И даже не попыталась удрать, хмуро, но спокойно наблюдая, как он направляется в мою сторону.

— Что это было вчера? — спросил он, с прищуром глядя на высокую меня снизу вверх.

— О чем ты? — зло отозвалась, скрестив руки на груди, обхватив папку с рабочими бумагами.

— О том, как ты от меня вчера сбежала! Удалось удрать от неприятностей? А я ведь хотел тебя предупредить, — отозвался Сухов.

— Хотел бы, предупредил! — практически прошипела, еще больше разозлившись. — Знаешь, мне надоели твои намеки и странные фразы, не объясняющие ничего! БЕСИТ!

Роман вопросительно поднял бровь, молча выслушивая мои гневные излияния. А мне стало абсолютно все равно, скажет он что-то в ответ или нет. Я вообще не хотела его слушать.

— Пока от тебя никакой помощи, только нагнетание, — продолжила.

Посмотрите, помочь он хотел! И где твоя помощь? Вон, Волков тоже помочь желает. А толку? Только гадит! Как всем известно, благими намерениями вымощена дорога в ад. И благодарить здесь совершенно не за что.

Отвернувшись от него, всем видом показывая, что разговор окончен, пошла дальше.

— А про Машу? — крикнул вдогонку Сухов, заставляя обернуться и посмотреть на него.

На его суровом лице застыло требовательное ожидание, а в колких карих глазах огоньки холодного льда. Но я не собираюсь сдавать Машу.

— Пошутила! Надо же было отвлечь твое внимание, а тут такой повод, — зло сказала, с прищуром глядя в ответ.

И пошла прочь, не оборачиваясь.

Вот гад! Наверно, очень умилялся вчера, наблюдая записи камер моей встречи с Волковым. Бесит!

***

В обед, когда наступило время для откровенного рассказа о моих дебильных приключениях, выбрали с Машей как раз на ту самую, по-партизански запрятанную в кустах у офиса лавочку. Рядом с которой состоялся мой первый разговор с Волковым.

Не хотелось, чтобы наша болтовня случайно стала достоянием чужих ушей, поэтому я остановила выбор на этом уединенном месте.

Маша, порядком заинтригованная столь суровыми приготовлениями, даже близко не ожидала услышать о таком!

По мере моего рассказа, все больше удивляясь, она сидела, затаив дыхание. Сопровождая особенно сложные моменты редкими взволнованными возгласами.

Думала, что пересказывать будет сложно. Но начав со случайной встречи с незнакомцем в коридоре нашего этажа, я все дальше погружалась в описание событий. Они плавно складывались в слова, словно бусины нанизывались на нитку.

Рассказала, как мы ругались на этом самом месте, о непонятном предложении незнакомца и его странном, психованном поведении. О принудительных поездках на машине, встрече на другом выходе из офиса и поездке в клинику.

И о том, что Сухов увидев нас на камерах, предостерег, что с этим мужчиной лучше не связываться и держаться подальше. От Романа узнала, что незнакомца зовут Волков и он относится к высшему руководству холдинга.

-...теперь не знаю, что будет дальше. Роман предупредил, что мне придется менять работу, — продолжала свой рассказ, пока притихшая и крайне удивленная Маша задумчиво слушала. — Этот Волков пугает до жути. Он неадекватный, понимаешь? Может он псих, или принимает что-то? Странная ситуация.

— Тоже не вижу разумных объяснений, — кивнула в ответ Маша. — Только, если он реально влюбился, — продолжила она с усмешкой. — А, что? Это как раз все бы объяснило!

— Влюбился. В меня? Ха! — засмеялась я. — Такие как Волков, вообще не влюбляются. У них работа превыше всего! А если и западают на кого-то, то явно не такую, как я! С его финансовыми возможностями, у него вокруг куча красавиц, мне и рядом с ними не стоять.

— Согласна, странно, — ответила задумчиво Маша.

— Голову сломала, думая над этим. Не нахожу разумного объяснения ситуации, — продолжила я изливать переживания, терзающие который день к ряду. — У меня даже возникла версия, может, это действие наркотиков? Слышала, иногда много работающие топ-менеджеры тонизируют себя таким способом. Может, такая побочка или реакция?

— Не знаю, что и сказать! — произнесла Маша, вздохнув. — Хотела бы посмотреть на ваши «показательные выступления», чтобы хоть что-то понимать!

— О, с этим тебе к Роману, — отозвалась я, вставая с лавочки, оправляя легкие хлопковые брюки, подходящие для такой жары. — Уверена, товарищ Сухов тебе не откажет. Можешь податься к нему с этой просьбой, у него уже набрался целый набор таких записей.

На что, Маша только хмыкнула. И мы отправились к входу в офис, шагая по залитой июльским солнцем дорожке небольшого сквера. Он утопал в высоких пушистых кустарниках, отгораживающих пространство от остального мира.

***

А после обеда набежала гроза. Я сидела за рабочим столом, наблюдая, как небо захватывает темная, почти черная пелена грозового фронта.

Вспышки молний иногда сверкали в зоне видимости, освещая дома яркими всполохами, а раскаты грома заставляли каждый раз нервно вздрагивать. Хлынувший ливень, крупными каплями скользил по стеклу панорамного окна нашего офиса, сделанного из стекла и бетона.

Вода потоками бежала по прозрачной поверхности, смазывая картинку за окном. Неудержимая власть стихии поглотила город, заставив людей скрыться в убежищах.

Набежавший шквальный ветер обозначился косыми струями воды, и летающими за окном пакетами. Мелькающими, словно приведения.

Пыталась сосредоточиться на работе, но буйство стихии захватывало, перетягивая внимание на себя. Как назло, в кабинете ничего не отвлекало от внутренних страхов. Маша занята, позволяя мне плавать в океане собственных переживаний.

Крупные капли затихающего дождя еще некоторое время скользили по стеклу, словно горькие слезы истаявшей истерики неба. Отвлекая внимание от работы и погружая в болезненные воспоминания прошлого.

Казалось — это текут мои слезы, солеными каплями обнажая былые переживания. Но мне удалось сдержать разрастающуюся боль, тлеющим огнем ноющую в груди, не давая ей перекинуться в слепящее пламя.

Темные грозовые облака не спешили покинуть небо, отдавая власть синеве и солнцу. Так и продолжали довлеть низким потолком, накрывая обозримую часть города, утверждая атмосферу безнадежности.

А я пыталась унять тревожность. Огромным злым зверем ноющую внутри, стремясь захватить власть и поглотить меня, и выпила еще одну таблетку успокоительного.

Разнообразные страхи выползли из потаенных уголков сознания, теребя острыми клыками остатки моего самообладания. Боялась того, что будет дальше. Опасалась смотреть вперед, в грядущие события, ожидая развязки.

Слишком много неконтролируемых факторов ворвались в мою жизнь в последнее время, заставляя терять землю под ногами.

Казалось, я попала в воронку смерча, все больше затягивающую в свое страшное нутро. Чтобы однажды выплюнуть, бросить наземь, после торжества непредсказуемой стихии.

От разгула эмоций, грозящих перерасти в разрушительное цунами, меня отвлек телефонный звонок. Один из банков одобрил кредит. Ура!

Испытала мгновенное облегчение, и шквал переживаний стих, словно переключили рубильник, выдернув меня в реальность. Тишина кабинета с шуршанием офисной техники.

Маша с тревогой смотрела на меня. Я улыбнулась в ответ, поделившись хорошей новостью, что кредит одобрен.

На экране компьютера давно висело окно письма электронной почты для одного клиента, которое я с пол часа не могла дописать, теряя мысль. И теперь собиралась закончить. В почте накопилось больше десятка не отвеченных писем.

И тут меня пронзила острая мысль: «Как не столкнуться с Волковым по дороге в банк?» — внутри все похолодело.

Действительно, как мне дойти до банка? Вдруг, он опять будет караулить меня? А закончить дела по оформлению кредита хотелось, как можно быстрей. Придется просить Машу проводить.

— Маша, у меня к тебе большая, очень большая, но странная просьба, — начала канючить. Но очень тихо, чтобы никто вокруг не услышал. — Проводи меня после работы до банка? Тут недалеко. Знаешь, опасаюсь столкнуться снова...

— Ты думаешь есть опасность? — скептически хмыкнула Маша в ответ, сразу угадав, о чем говорю.

— Пожалуйста, пожалуйста! — продолжила я канючить. Серьезно опасаясь, что без Маши до банка без приключений не дойду. — Только сегодня! Мне просто очень нужно в банк.

— Ладно! — смилостивившись, отозвалась она, хмуро взглянув на меня, оторвавшись от монитора. — Так и быть, пойдем до банка вместе!

Радостно кивнула в ответ, успокоившись. Думаю, рядом с Машей мне ничего не грозит. И бросила свои силы на разбор почты в остатки рабочего дня.

О, мне было чем заняться! А небо за окном все также нависало темной пеленой, затянутое грозовыми облаками.

***

До банка дошли без приключений. Ливень оставил после себя свежесть, разлитую в воздухе. И многочисленные огромные лужи, разлитые по тротуарам.

Дышала полной грудью, радуясь воздуху после грозы. Царствовавшая ранее июльская жара, после дождя спала. И приятная прохлада воцарилась на улицах измученного палящим солнцем города.

Пока шли, Маша рассказала, как съездила в отпуск. Настолько увлекло, что я забыла об опасениях наткнуться на Волкова.

Захваченная Машиным рассказом, я встрепенулась только на крыльце банка. И радостно попрощавшись, заскочила внутрь.

Ура, сейчас все сделаем, и одной проблемой станет меньше!

Оформление заняло некоторое время, но эта бумажная возня совсем не расстроила.

Подумаешь! Зато кредит переведут на карту в ближайшие пару дней. И можно будет, наконец, решить вопрос с гамма ножом. А там, глядишь, и другие проблемы как-нибудь уладятся.

С такими благостными мыслями я покидала нарядный, но уже опустевший офис банка, оставляя замученных клерков считать минуты оставшегося рабочего времени.

Раздвижные стеклянные двери выпустили меня из нутра здания во внешний мир. С небом, все также затянутым темными низкими облаками.

Резво сбежав по ступенькам, я обомлела, увидев рядом огромного, затянутого в черный строгий костюм мужика. — «Ничего себе, шкаф!»

Толком удивиться не успела, когда этот экземпляр ловко выхватил у расслабленной меня сумку. И быстрым уверенным шагом, двинулся через тротуар к стоящей у обочины машине. Такой знакомой, большой и черной.

«Черт, машина Волкова!» — внутренне содрогнулась от узнавания.

Прежнюю легкость настроения как рукой сняло, на смену пришла давящая обреченность. Только и оставалось, что уныло бежать следом.

Там, в сумке, мои документы, банковские карты, ключи, кошелек, телефон. Куда я без нее?

Несколько шагов, и упакованный в костюм шкаф открыл заднюю дверь машины. Подтвердил мои худшие опасения, явив сидящего там Волкова и вручил ему мою сумку. Сволочь!

Остановившись за пару шагов до машины, мне оставалось наблюдать, как руки Волкова принимают мою вещь. Но, когда он открыл сумку, принимаясь там что-то искать, я не выдержала.

— Что вы делаете? — закричала, кинувшись к машине с намерением отобрать свою собственность.

Глупо, но боюсь мой мозг отключился, не выдержав затянувшихся стрессов, и я действовала на эмоциях.

Кинувшись спасать свою сумку, я автоматически заглянула в машину к сидящему у противоположной двери Волкову.

Момент, ловкие руки амбала подхватывают, и я уже на заднем сидении, а дверь закрывается и встает на блокировку. Охринеть!

Вздрогнула, отмечая, как звук закрывшейся двери отрезает меня от внешнего мира. Но все внимание было направлено на Волкова, отбросившего мою сумку. Вынув, как полагаю, искомое — мой кредитный договор.

Схватив сумку, я хмуро наблюдала, как Волков с окаменевшим лицом просматривает договор с банком.

Тем временем амбал, хлопнув дверью, уселся в машину на место рядом с водителем. Внутри повисла гнетущая тишина. Никуда не ехали, застыв в ожидании.

Быстро пробежав договор глазами, Волков бросил его рядом со мной. И устало прикрыв глаза, махнул водителю.

Машина тихо тронулась. Я сидела ни жива, ни мертва, с тревогой ожидая продолжения.

— Итак, — выдержав паузу, сказал Волков, разливая голосом ледяной холод вокруг, а я вздрогнула, впившись взглядом под ноги. — Ты оформила кредит.

— Денис, — обратился Волков водителю, — мне нужно тихое место.

«Чтобы там меня прикопать!» — продолжила про себя, все также изучая пол под ногами, крепко обнимая сумку.

Машина пару раз повернула и мягко остановилась. Глянув в окно, я поняла, что находимся в тихом безлюдном дворе какого-то здания.

Водитель и охранник вышли, оставляя меня наедине с Волковым.

С ужасом посмотрела на сидящего рядом мужчину, не предполагая, что от него ожидать. Оставаться в замкнутом пространстве вдвоем невероятно страшно.

— Объясни мне, — разрушил болезненную тишину Волков, звенящим от ярости голосом, — мы с тобой только вчера говорили о том, что я оплачу лечение. А сегодня ты идешь в банк и оформляешь кредит. Издеваешься?

В конце он почти сорвался на крик, заставив вздрогнуть. Но я упорно изучала спинку переднего сидения, любуясь бежевой кожей.

— Со мной у тебя есть реальный шанс помочь подруге! — продолжил мужчина негромким рычащим голосом.

И я не выдержала, слишком много эмоций. Словно прорвало плотину, и они выплеснулись, смывая придуманную прежде модель поведения.

На миг прикрыла глаза, от злости сжимая руки в кулаки. И перевела взгляд на мужчину, чувствуя, как захлестывает бешенством.

— Знаете, что? О, я даже не знаю, как к вам обратится. Вы ведь не представились! — язвительно прокричала, патетически заламывая руки.

Смотрела прямо на мужчину, но не видела под гнетом эмоций, застилающих взгляд. И тут же экспрессивно затараторила дальше, не давая ему вставить и слова:

— С вашим появлением, УВАЖАЕМЫЙ, у меня только прибавилось проблем, причем серьезных!

— Вы спросите, что за проблемы могут быть? — изливала желчно дальше, игнорируя попытки мужчины вставить слово, просто перекричала его. — Начнем с того, что пол офиса знает о вашем ВНИМАНИИ ко мне. Спасибо камерам! И теперь у меня на работе проблемы. Скоро работы у меня не будет, совсем! Вам все равно. А меня не устраивает. Кушать хочется, квартиру оплачивать надо, не говоря б остальном. Спасибо, удружили. Помогли, ничего не скажешь!

Несколько сгустила краски в своем эмоциональном словоизлиянии. Но факт остается фактом — работу мне придется менять. И сейчас неотвратимость этого стала очевидна. Но не ожидала последовавшую реакцию мужчины, буквально повергнувшую меня в ступор.

Миг, и Волков переместился со своего места. Навис надо мной монолитной скалой, заставляя забиться в самый угол сидения. Его колено между моих, другое рядом с моим бедром, а руки по бокам фиксируют, чтобы не дернулась.

На мгновение я перестала дышать, а после сердце сорвалось в галоп, погружая в бездонную пучину паники.

Его взгляд так близко — глаза в глаза. А меня пробила нервная дрожь, заставляя руки дрожать, а зубы вот-вот начнут выбивать чечетку.

— Вообще-то, я в состоянии решить все твои проблемы, — сказал Волков практически мне в губы, обдавая горячим дыханием, продолжая обжигать прямым взглядом темных глаз. — Тебе можно вообще не работать. Или какую хочешь должность в любой компании.

И поднес руку к моему лицу, погладив по щеке. В ужасе закрыла глаза, отвернувшись от его руки. Дернулась в попытке отодвинуться, но двигаться оказалось некуда.

От близости мужчины меня накрыла беспредельная паника. Трясло крупной дрожью, а руки на автомате взметнулись между нами.

— Уйдите! — сказала, упираясь руками ему в грудь в жалкой попытке оттолкнуть. Глаза так и не открыла, не желая его видеть.

Внезапно ощутила, что стало свободнее. И приоткрыв глаза, убедилась, что мужчина отодвинулся, и больше не довлеет надо мной.

Что это было? Он псих, однозначно. Крепко прижав сумку к груди, отдышалась, и зло продолжила, не глядя на него.

— Знаете, сейчас у меня есть самая большая и нерешаемая для меня проблема. ЭТО ВЫ! — твердо проговорила, переведя взгляд на мужчину, игнорируя не утихающую дрожь. — И я буду вам ОЧЕНЬ признательна, если избавите меня от нее и ОСТАВИТЕ МЕНЯ В ПОКОЕ! — закончила, почти перейдя на крик.

Мужчина смотрел в свое окно, не глядя на меня и не реагируя на слова. Догадывалась, что он пребывает в бешенстве. Оставалось только предполагать, что творится в его кукукнутой голове, и слушал ли он меня.

— Выпустите меня! — потребовала, глядя на него, показательно громко дернув ручку двери.

Он махнул в мою сторону рукой, в жесте «свободна!». Молча, так и не взглянув, продолжая буравить взглядом пейзаж за окном.

В который раз дернув дверь, поняла, что она открыта. Чем сразу воспользовалась, вывалившись на улицу из навязанного уединения.

***

«Полный дзень!» — подумала, выскакивая из машины.

Причем, прямо в глубокую лужу выскакивая, сразу промочив тапочки, но не придав этому значения. Они черные, видно не будет. А от психа надо бежать не задумываясь, пока есть возможность.

На улице шел небольшой дождь, но я сразу рванула с места, не тратя времени, чтобы раскрыть зонт.

Моментально, даже не оглянувшись, пронеслась по тротуару в ту сторону, куда не проедет машина. Дождь нарастал, кинулась в перекрытую для машин арку, выбежав в проулок. Выдохнув, стала оглядываться, пытаясь понять, в какой стороне станция метро.

Усилившийся дождь заставил вспомнить о зонте и вынуть его из сумки. Маленький «дежурный» зонтик, что хранился на работе в столе, захватила с собой отправляясь домой. Дождь за окном заставил.

Бежала по тротуару, но небольшой зонт не защищал от ливня, падающего косыми струями, и я уже порядком промокла.

Блестящие лужи необъятными озерами разливались на пути, заставляя шагать прямо по воде, а потоки дождя моментально перешли в холодные ручьи, текущие под ногами.

Улицы опустели, все старались переждать ливень, а я упорно бежала в сторону метро, пытаясь унять внутреннюю дрожь.

Разговор с Волковым прокручивался в голове заезженной пластинкой, сводя с ума. Заставляя снова и снова переживать те минуты. Разум отказывался выдавать мысли по анализу ситуации, уйдя в эмоциональный штопор переживаний.

Одно совершенно ясно — работу надо менять и сваливать подальше от психа. Квартиру бы тоже поменять, но это будет непросто.

Можно вернуться в свой город, там его точно не будет, но тогда не смогу помогать Ане. И еще, судя по его поведению, он действительно испытывает ко мне влечение. Что просто невероятно, и думать об это невозможно!

«Невыносимо!» — думала, шагая по холодным лужам под затихающим дождем. — «Почему все это происходит со мной?»

Остановилась, прервав бег, убирая ненадолго зонт, позволила каплям утихшего дождя упасть на лицо.

Нежные, как легкие прикосновения прохлады, они ласково пробежались по горящему лицу, отвлекая от переживаний. Несколько капель на губах, как холодный поцелуй неба, дали передышку.

Стальные облака нависали низким потолком. Серые лужи отразили темный блеск, а прохладный воздух стирал воспоминания, что сейчас горячий июль. Глубоко вздохнув, я побежала в близкий зев метро.

В метро ввалилась порядком промокшая, одни только хлюпающие тапочки чего стоили. Выудив и сумки незаменимый палантин, укрылась, пытаясь спастись от холода вентиляции.

Серьезная опасность простыть, я же промокла, но сейчас это слабо беспокоило. Внутри поселилась глухая пустота, оставшаяся после очередного эмоционального передоза.

Толпы людей вокруг слились в гудящий поток, в котором я затерялась, как щепка в бушующем море.

Дождавшись поезда, сумела забиться в угол. И выудив из сумки наушники, включив музыку на телефоне и закрыв глаза, растворилась в звучании, изгоняя жалящие мысли.

Такой тяжелый день, столько событий, нагрянувших после затянувшего затишья моей жизни. Даже осознать сложно, что это все происходит со мной. И страшно представить, что будет завтра.

***

Дома, к удивлению девушек, первым делом усевшись на кухне, стала пить. И не что-нибудь, а водку!

Спиртное я пью редко, а водку и подавно. Но сейчас, после эмоционального выброса и холода дождя, ощутила непреодолимое желание снять стресс именно таким образом.

Достав запасенную на непредвиденные случаи бутылку, под удивленным взглядом Ани, налила себе в кружку на два пальца, и единым порывом заглотила.

Домашним свое желание пьянствовать, объяснила необходимостью согреться после ледяного дождя, что сразу сняло вопросы.

А я продолжила пить. Первую дозу не почувствовала, словно воду пьешь, как и вторую. А потом, пошел эффект, и я остановилась.

Притупляющее тепло разлилось внутри, заглушив гул эмоций. Наконец, смогла поведать, что оформила кредит в банке и перечисление будет в течении нескольких дней.

Аня рассказывала, как опять ходила по больницам, сдавая анализы. Я даже задавала вопросы, вполне активно участвуя в разговоре. Но фразы сразу выпадали из памяти, оставляя внутри гудящую пустоту.

Ощущала себя покинутой оболочкой, глиняным сосудом, который оставила жизнь. Старалась вести себя как обычно, чтобы домашние ничего не заподозрили, и мне вполне удалось.

А в середине ночи проснулась в слезах. Пришлось вставать и идти в ванну, чтобы подержать руки под проточной водой в попытке успокоиться. Внутри разлилась жгущая боль, оставшаяся после напугавшего сна. Слезы текли, а руки дрожали.

На самом деле сон не был кошмаром. Он был мечтой, воспоминанием, а кошмаром стала моя реальность. Проснувшись, осознав, что это был только сон, я впала в истерику от потери и эмоциональной боли.

Рыдала в подушку, сдерживая голос, чтобы не разбудить спящую неподалеку Аню.

Мне снился наш далекий дом, которого больше нет. Улыбающийся Дима держал руку на моем большом животе, ласково говорив с малышом. А я смеялась.

Все настолько реально и нетрудно поверить, что именно это и есть мое настоящее. Столько тепла и нежности, счастья. И состояние умиротворяющего покоя, безжалостно смазанное пробуждением.

Проснулась в слезах. От того, что этого больше нет, и уже не будет. Разрушено, сломано, утрачено, упущено.

Утекло неистовой болью в потоки слез, случившихся от сна об утраченном.

Больно, слишком больно! Осталась только острая боль, сидящая внутри. Притупившаяся за последние месяцы, и вот, нагрянувшая новым приступом.

Своими словами Волков всколыхнул былое. Своим интересом, намеками, пробудил скрытое. Заставил вспомнить, как это было, когда у меня была семья и дом, когда я любила.

Но, черт возьми, как же больно, что этого больше нет! Невыносимо, мучительно осознавать, что череда событий смела все лавиной. Уничтожив, оставив искореженную меня на пепелище былого.

Обмывая лицо водой, я пыталась остановить слезы и притупить воспоминание о сне. И мне удалось.

Черная ночь, сокрывшая весь мир в темноте, оставила наедине с былым горем и бессонницей. Отпустив в сон только под самое утро, когда оставалось всего час до звонка будильника.