Все драконы делают это!

Ранделл

Идеальная жизнь высокородного дракона выглядит так: он встречает свою истинную пару (разумеется, не менее высокородную драконицу) и живут они долго и счастливо.

Чуть менее идеальная, но все же вполне неплохая: дракон встречает свою истинную пару среди людей, и живут они долго и счастливо.

С Ранделлом Эверхардом случился третий вариант, совершенно неприемлемый! Он встретил свою пару и… она не ответила взаимностью.

Когда-то он встретил Лайлу на королевском балу. Она покорила его улыбкой, достоинством, с которым держалось, изящной красотой и огнем в глазах - тем самым, что так привлекал драконов в смертных. Лайла любила жизнь, любила магию, жаждала приключений.

Ранделл сразу же почувствовал в ней свою истинную. И, недолго думая, сделал предложение руки, сердца и сокровищницы, что досталась ему, как старшему дракону рода, по наследству.

Но то, что должно было стать счастливым браком, превратилось в сущий кошмар. И жена оказалась форменной стервой с замашками королевы, и любви не случилось. Уже через год, смертельно друг от друга устав, они разъехались по разным домам. А через через полгода решили развестись.

И вот уже завтра Ранделл станет абсолютно свободным драконом. Не то чтобы узы неудачного брака мешали его свободе. Но с официальной бумажкой как-то приятнее.

Народная мудрость гласит: если хотите оскорбить дракона, украдите его сокровище. А что есть сокровище, как не любимая женщина, с которой дракон собирался провести остаток жизни и нарожать кучу маленьких драконят? Лишить дракона истинной - самое страшное преступление на свете, и карают за него вовсе не законы.

Причинить вред истинной высокородного дракона считается очень плохой приметой. Ведь если после этого тебя находят в… гм… переваренном виде - это не очень хорошо, так?

Но что если сокровище украло себя само?

Дилемма. С одной стороны - покарать немедленно! С другой - истинной дракона вред причинять нельзя. Ерунда какая-то получается. У Ранделла было ощущение, что в погоне за счастьем он сам себя укусил за хвост. Теперь и выплюнуть нельзя - засмеют, и оторвать жалко, он из него растет все-таки.

А вот его младший братец Рив относился к жизни с присущей студентам-первокурсникам легкостью. Поэтому, узнав, что уже завтра Ранделл будет присутствовать на финале собственного бракоразводного процесса, многозначительно хмыкнул, куда-то ушел, а вернулся минут через тридцать, слегка запыхавшийся и почему-то пыльный.

- Во! - просиял он. - Еле нашел! Запрятали в самую ж… жуткую часть семейной сокровищницы. Меня там чуть дух пра-пра-прабабки не отметелил.

- Что это?

Ранделл посмотрел на блестящую штуку в руках брата. Ей оказался изящный тонкий браслет. Он явно выбивался из классического стиля драконьих сокровищ: не изобиловал камнями, не изгибался в причудливые формы, поражающие воображение. Обычный тонкий браслет с тройкой не самых чистых рубинов и крошечными бриллиантами. Невзрачная побрякушка.

- Ключ к счастливой семейной жизни, за который ты будешь благодарить меня вечно. Твоя истинная будет шелковая, влюбленная и покорная, зуб даю! Драконий, между прочим!

Ранделл скептически посмотрел на брата. Тот частенько радовал всю семью странными идеями, периодически попадая в крайне щекотливые ситуации. Поэтому энтузиазм младшего Эверхарда слегка настораживал и даже пугал.

- Как именно старая цацка должна решить проблему с разводом? - осторожно спросил Ранделл.

Рив начал издалека:

- Помнишь, как в нашем семейном древе затесалась младшая принцесса его величества Калдрика Пятого?

Что-то такое Ранделл припоминал. Кажется, там была какая-то странная история, сопровождающаяся скандалом. Младшая принцесса короля вдруг отменила свадьбу с каким-то наследным магом из высших сословий и объявила себя истинной парой дракона из рода Эверхардов.

Но причем здесь он и завтрашний развод?

- Бабушка эту историю старалась лишний раз не вспоминать, дабы чего не вышло. Но мне рассказала. Оказывается, наш предок почуял в принцессе истинную пару. Но вот беда - она была смертной. А смертные, как ты знаешь, истинность не чувствуют. За ними надо ухаживать, очаровывать, в общем, сплошная трата времени. А времени-то у предка и не было: принцесса собиралась замуж. Ну, он ей браслетик-то на помолвке и преподнес.

- И?

Рив торжествующе улыбнулся.

- И браслетик оказался зачарованным. Принцесса влюбилась, как мартовская кошка. Бросила своего жениха и сбежала с драконом. Как понимаешь, король бы за такое хвост оторвал и чешую на салат счистил. Поэтому браслетик тактично запрятали в угол сокровищницы и сделали вид, что так и было, просто у вас у принцессы в голове ветер перекати-поле катает, к нам-то какие претензии?

Ранделл не поверил собственным ушам. Нет, в том, что драконы не брезгуют использовать родовую магию даже в делах сердечных, он не сомневался. Но то, что предлагал (а он явно предлагал) ему сделать Рив…

- Ты что, с ума сошел?

- Это ты с ума сошел! Отпустишь истинную - остаток дней проведешь в тоске и сдохнешь лет на триста раньше, чем мог бы.

- Она не хочет быть моей женой, использовать магию - это насилие!

- Милый мой, - когда Рив изображал всезнающего мудреца, обычно Рану становилось смешно, но почему-то не сегодня, - помочь смертной девице влюбиться в богатого, сильного, красивого, пусть и не очень умного, дракона - это не насилие. Это благотворительность!

С этими словами он бросил Рану браслет, который тот инстинктивно поймал.

- Не благодари, лучше дай деньгами! - напоследок крикнул брат и направился наверх, что-то весело насвистывая.

Ранделл задумчиво посмотрел на браслет.

Нет, до того, чтобы застегнуть его на запястье будущей бывшей жены он точно не опустится.

На следующее утро Ранделл, как обычно, облачился в костюм, накинул плащ, не забыв приколоть гербовую брошь Эверхардов и направился в суд. Именно там и должно было состояться подписание свидетельства о разводе между его драконьей светлостью и Лайлой Сандей, Эверхард в замужестве.

Разумеется, как и полагалось высокородным драконам, точке в их с Лайлой браке предшествовали долгие согласования магюристов о разделе имущества. Точнее, о компенсации от рода Эверхардов Лайле за потраченный лучший (нет) год ее жизни.

На взгляд Ранделла бывшая получила достаточно, чтобы быть довольной хотя бы разводом - раз уж брак не оправдал ее ожиданий.

Разумеется, Ранделл злился. Отвергнуть дракона издревле сродни оскорблению. Сейчас, конечно, времена изменились, и никто больше не запирал в темнице нерадивых смертных до тех пор, пока не оценят свалившееся чешуйчатое счастье. Почти все время Ранделл считал эти перемены правильными.

Но иногда… когда он видел Лайлу, то какая-то часть него, та самая, что держала связь с предками, очень жалела, что нельзя взять бывшую, перекинуть через плечо, унести в пещеру и там… об этом драконьи летописи стыдливо умалчивали, но Ранделл был достаточно взрослым драконом, чтобы примерно представлять, что делать с любимой женщиной в замкнутом темном пространстве.

Любимой и ненавистной одновременно.

Он вошел в зал. Юристы, как один, вскочили, кланяясь, только Лайла осталась неподвижна. Стервочка сидела на стуле, положив ногу на ногу, и улыбалась.

- Здравствуй, Ранделл. Выглядишь уставшим. Бессонница?

- Представляешь, оказывается, бывают женщины, с которыми не уснешь, - усмехнулся он.

И даже почти не соврал. Этой ночью в его постели действительно побывала какая-то симпатичная девица из бара. Правда, не спалось ему вовсе не поэтому. Но Лайле об этом знать было необязательно - вон, как скривилась.

- Начнем, господа? - спросил Ранделл.

Юристы с обеих сторон засуетились, доставая бумажки и бланки.

- Лорд Эверхард, пожалуйста, соглашение о компенсации для леди Сандей. Ознакомьтесь. Леди Сандей, прошу, отказ от имущественных и финансовых претензий.

Лайла расписалась не глядя, предпочитая наблюдать за ним, нежели вчитываться в документы. А вот Ранделла жизнь научила читать каждую букву из числа тех, под которыми он ставит подпись. Впрочем, никаких подвохов на этот раз не было. Лайла получала солидную компенсацию, а взамен отказывалась от любых претензий. Даже если вдруг выяснится, что при переезде она забыла в его ящике антикварный борзометр, передающийся в их семье по наследству.

Когда с первой партией документов было покончено, наступил черед следующей.

- Леди Сандей, соглашение о наследниках, по которому вы обязуетесь, в случае появления кровных наследников рода Эверхард передать их отцу и не искать встреч в дальнейшем.

Она вдруг едва заметно вздрогнула и подняла на него глаза. Ранделл невольно залюбовался женой: ее длинными, отливающими золотом, локонами, необычного лазурно-лилового цвета глазами, тонкими чертами лица, такими необычными в их краях.

Проклятье, какая же она невероятно красивая. Он до сих пор хочет ее всю для себя. Водрузить на гору сокровищ и объявить самым ценным.

А потом Лайла открывает рот - и Ранделл вспоминает, почему с ней разводится.

Но сейчас бывшая как будто… не ожидала, что условием развода станет передача ему наследников.

Таковых, конечно, не было. Но закон есть закон: если человеческая жена дракона разводится в положении или вдруг находится спрятанный ею ранее наследник, то его опекуном становится только дракон - смертная просто не сможет воспитать мага-оборотня.

Неужели это стало для Лайлы неожиданностью?

Что-то в ней было сегодня странное. Ранделл пока не понял, что именно, но решил понаблюдать. И уж точно не ожидал таких результатов своих наблюдений…

Соглашение о наследниках. Соглашение о возврате фамилии. Договор о неразглашении.

- Вы обязуетесь хранить в тайне любые подробности семейной жизни с лордом Эверхардом, о его семье, о его имуществе и любых его действиях, а также о нем самом. С этого момента ваш брак - запретная для вас тема. За это вы получаете…

Магюрист сверился с бумагами.

- Солидную компенсацию и дозволение оставить в своем владении все подаренные лордом Эверхардом украшения.

Там их целая горка. Хватит, чтобы безбедно жить еще пяти таким Лайлам. Хотя пятерых этот мир определенно не вынесет.

- А что насчет меня? - вдруг подала голос она. - Обо мне что, можно говорить, что угодно?

Юристы дружно переглянулись.

- Мы… гм… полагаем, что лорд Эверхард, будучи высокородным драконом с исключительными манерами, не позволит себе оскорбить бывшую супругу, обсуждая ее с кем бы то ни было.

- То есть, - она сделала драматичную, но немного театральную паузу, - я должна подписать документы и, в случае нарушения обязательств, выплатить огромную сумму. А он - просто пообещать, что будет хорошим драконом? И, если вдруг не получится, со всеми своими исключительными манерами… что? Извинится?

Что-то Ранделлу все это начинало надоедать.

- Да брось, Лайла! Кому вообще интересно хоть что-то о тебе? Хватит играть роль жертвы тирана. Мы прекрасно оба знаем, что без этого соглашения ты тут же побежишь к газетчикам, продавать свою историю тяжелого брака с драконом.

- Ну что ты, кому будет интересна изнанка красивой жизни высокородных, которые относятся к своим женам, как к прислуге и проститутке?

От такого заявления у него отвисла челюсть. Лайла, конечно, играла на публику, делая вид, что не бросает его, а бежит от ужасной судьбы пленницы золотой клетки. Но у нее это так искренне получалось, что дракон внутри него готов был зарычать от ощущения, что его истинную кто-то смеет обидеть.

- Знаешь, если прислуга и проститутки в твоем понимании ведут себя так, как ты, то странно, что я тебя не уволил. Потому что ни убираться, ни трахаться ты не умеешь.

- Господа! - глава конторы покраснел и поднялся. - Просим оставаться в рамках сдержанной беседы.

- Так вот зачем боги дают вам истинные пары, - рассмеялась Лайла, - без магии жены убегают раньше, чем заканчивается первая брачная ночь?

Все, хватит. Ранделл достаточно терпел эту стерву, делая скидку на то, что она смертная, на то, что хрупкая девушка. На то, что он любил ее, в конце-то концов. Когда-то любил. Сейчас же чувствовал только остатки влечения, обусловленного магией. Ни чувств, ни уважения к этой женщине у него не осталось. Только желание. Причем непонятно какое: то ли придушить, то ли затащить в постель и заставить пожалеть о сказанном.

Но гнев и похоть плохие советчики. Недолго думая, Ранделл вытащил из кармана плаща браслет.

- Господа, прошу прощения. Прежде, чем мы подпишем финальный акт о разводе, я должен вернуть леди Сандей ее браслет. Служанка нашла, когда убиралась в ее бывшей комнате. Должно быть, завалился за комод, когда леди сбегала с брачной ночи. Позволите вернуть вещь ее владелице?

Он улыбнулся Лайле.

- Не хочу, чтобы что-то в доме о тебе напоминала.

В ее глазах мелькнуло секундное колебание, как будто она почувствовала подвох. На самом деле Ранделл даже удивился, как легко она протянула руку. Неужели не поняла, что браслет не ее? Или обуяла жадность?

Очень недальновидно.

Не без удовольствия, скользнув подушечками пальцев по нежной коже, он застегнул браслет на ее запястье. А затем размашисто подписал оставшиеся документы.

- Поздравляю, милая. Теперь ты свободна.

Но тебе эта свобода не понравится.

- Что…

Лайла осеклась и посмотрела на браслет.

- Что это такое?! Что ты со мной сделал?!

- Ничего такого, чего бы ни разу не испытывал сам. Всего лишь скромный артефакт из драконьей сокровищницы…

- Ты… ты…

- Побудешь немного в моей шкуре. Узнаешь, каково это: хотеть и ненавидеть одновременно.

- Ты идиот?! Я - не Лайла, чтоб у тебя хвост отвалился, ящерица тупоголовая!

Чего?!

Баффи

Я знала, что это была плохая идея! Знала, что ничем хорошим это не кончится. Но я никогда не могла отказать Лайле, особенно когда ей было плохо. К тому же мне никогда не нравился Ранделл Эверхард и, признаться честно, узнав об их разводе, я выдохнула с облегчением.

Союз дракона и смертной - уже проблема. Хоть высокородные и заявляют, что это совершенно нормально и вообще они большие поклонники смертных, но будем честны: драконы любят людей так же, как я люблю с утра круассаны. Любовь, как говорится, искренняя, но есть нюанс.

Драконы высокомерны, избалованы, пресыщены удовольствиями и всеобщим обожанием. Смертные девушки для них - все равно что домашние зверушки. Симпатичные, милые, приносящие радость. Но никто же всерьез не интересуется тем, как кошка смотрит на перспективы развития магии.

А Ранделл был эталонным… драконом. Неудивительно, что Лайла нахлебалась с ним горя.

Но неужели теперь моя очередь?!

От браслета шло тепло. Магия проникала в кровь. Она еще не возымела действие, но я чувствовала, как внутри разливается странное ощущение, похожее на щекотку. Скорее всего, браслет обладал чем-то вроде приворота. И был довольно древним, а значит, просто снять его у городского мага не выйдет.

- Что, прости? - переспросил Ранделл.

Играть роль дальше не было смысла, все и так зашло слишком далеко. Лайла утверждала, что при толпе магюристов ее муж ничего не посмеет сделать. Как же она наивна до сих пор!

- Не прощу! - огрызнулась я. - Головой надо думать, а не только рога носить!

Я слегка стушевалась, поняв, как двусмысленно это прозвучало. Ранделл повернулся к юристам и отрывисто скомандовал:

- Вышли. Быстро!

Обе стороны поспешили послушаться. Попасться под горячую драконью лапу никому не хотелось. Когда дверь за ними закрылась, он вновь повернулся ко мне.

- Насчет рогов не сомневаюсь. Что значит, ты не Лайла?

- Я ее сестра! И будь ты хоть на капельку нормальным мужем, ты бы это понял. Но нет: высокородному Эверхарду все смертные на одно лицо!

- Так вы и есть на одно лицо.

- Потому что мы близняшки!

Разговор зашел в тупик. Браслет нагрелся до пиковых значений и, по ощущениям, стал немного успокаиваться. Но лишь потому что магия смешалась с моей кровью и потекла по венам, разнося… проклятие! Я не хочу быть привороженной мужем сестры! Я вообще никем привороженной быть не хочу, у меня работа!

- У Лайлы нет сестры.

- Конечно, нет, мы просто соседки, - едко отозвалась я. - То, что ты даже не был в курсе наличия у супруги сестры говорит о тебе достаточно.

- Да тебя даже на свадьбе не было!

Я слегка смутилась, но не сдалась.

- Я была в экспедиции!

- И о тебе никто и никогда не упоминал.

- У меня сложные отношения с семьей.

Тут я поняла, что зачем-то оправдываюсь перед этим драконом, и снова пошла в атаку:

- А какая, собственно, разница?! Если бы я была Лайлой, то что, можно было бы надевать на нее артефакты? Это насилие, вообще-то! И любого другого за такое бы закрыли на пару годиков! Но, конечно, драконам все можно. Ведь кто будет слушать какую-то там человеческую смертную, что она там хочет, да?!

- Нет! - рявкнул Ранделл. - Знаешь, ты еще хуже, чем твоя сестрица.

- Знаешь, в отличие от сестрицы, меня тебе запугать не получится. Либо ты сейчас же снимаешь с меня этот браслет, либо я иду к стражам. А еще велю Галантису немедленно готовить иск к семейству Эверхардов! Может, я и стану бегать за тобой под влиянием магии, но дать юристу указания смешать ваше имя с грязью, успею. Галантис! Галантис!

Я начала звать юриста в надежде, что он не ушел далеко.

- Вставай! - рыкнул дракон. - Идем!

- Куда? - с легкой опаской спросила я, вспомнив все рассказы сестры о жестоком нраве ее супруга.

- Снимать браслет!

Ранделл был начисто лишен терпения. Он не стал дожидаться, когда я сниму с вешалки плащ. Вцепился в мое запястье и потащил к выходу, да так уверенно, что у меня и мысли не возникло противиться.

В дверях мы столкнулись с юристом. В его глазах застыл немой вопрос.

- Лорд Эверхард… - Он, наконец, справился с растерянностью. - Но развод не завершен…

- Галя, у нас отмена!

Ранделл отодвинул его в сторону и вытащил меня из кабинета.

Ох… Лайла меня убьет, когда узнает, что развод так и не состоялся.

 Дракон тащил меня по улице едва ли не волоком, отчего окружающие опасливо косились. Ранделл был намного выше и крупнее, так что со стороны смотрелось так, словно школьницу похищает злобный мужик - и лишь родовой знак на лацкане пальто не давал бдительным прохожим вызвать стражей.

- Да прекрати же меня тащить! - не выдержала я. - Пока нас обоих не привели в отделение для разбирательств! Я могу идти сама.

- Ты медленно идешь, - отрезал дракон.

- Буду идти быстрее, если пойму, куда. Скотина на убой тоже, знаешь ли, не торопится.

- Про скотину - это хорошо сказано, - заржал гад.

- Кто бы говорил! Использовать магию, чтобы отомстить смертной жене…

- Выдавать себя за сестру, чтобы… кстати, зачем? Чтобы потом признать развод незаконным? И задорно посудиться, утверждая, что в браке нажито нечто большее, чем ничего?

- По себе судишь? Лайла тебя боится! От одного твоего имени впадает в ступор. Она бы не выдержала.

- Если бы я тебя сейчас не видел, то решил бы, что ты - сестра какой-то другой Лайлы.

На это я ничего не ответила. То, что у дракона все плохие и недостойные - не новость. Сестра рассказала достаточно об их семейной жизни, чтобы я не велась на его попытки представить Лайлу виноватой в разводе. Не она изменяла в каждую свободную минуту прямо в соседней с супружеской спальней. Не она позволяла своим друзьям лапать и отпускать сальные шуточки в адрес якобы истинной.

- Так куда мы идем? - спросила я, когда Ранделл все же сбавил шаг.

- К артефактологу. Пусть посмотрит на браслет и скажет, как его снять. Боюсь, если я попробую сделать это сам, то могу тебе навредить, магия все-таки древняя.

- Мне следует поклониться в знак благодарности за заботу?

- Не надо, иначе все решат, что я помирился с женой. Зачем мне такие слухи?

Я вздохнула. То, что должно было стать неприятным, но быстрым и несложным делом, превратилось в безумие. И это я старалась еще не думать о завтрашнем дне, а просто верить в то, что загадочный артефактолог Ранделла в пару движений снимет браслет. Его действие я пока не ощущала, но это лишь потому что для подобных вещиц требуется время.

Наконец мы пришли к точке назначения. И я напряглась.

- А почему мы идем в родовое поместье Эверхардов?

- Что, - усмехнулся дракон, - боишься, что я запру тебя, подожду, пока подействует браслет, а потом буду с наслаждением пользоваться, потому что какая разница, одна сестра, другая, масть-то та же?

Я дернулась и сделала неубедительную попытку вырваться из его хватки, чтобы дать деру. Мне даже в голову не пришла мысль, высказанная Ранделлом! А ведь о драконах ходили и такие слухи: они всегда получали то, что хотели. Истинные - это хорошо, но зачем же отказываться от удовольствий? Любую смертную красотку можно купить, а какую нельзя - ту можно украсть. И одни боги ведали, что там с ними происходит после того, как драконы назабавятся.

- Да стой ты! Я же пошутил, дурная. Сдалась ты мне, я уже с одним бревном год прожил, если еще и с тобой спать придется, на избушку материала хватит.

- Я не…

- Если ты сейчас начнешь убеждать меня в том, что ты не бревно, то могу и поверить, - предупредил Ранделл, и я замолчала. - Лучший артефактолог - моя бабушка. У нее четыре диссертации, две из которых по родовым артефактам. Она преподает в академии уже сто сорок три года.

- Марселла Эверхард! - воскликнула я. - Я читала ее работы в академии! Она же легенда!

- Угу.

- И сейчас эта легенда даст тебе ремня! - просияла я. - Лучший день в моей жизни!

- Как у тебя быстро меняется настроение, - хмыкнул Ранделл.

Но предположение про ремень не опровергнул, чем подарил робкую надежду.

Марселла Эверхард выслушала рассказ Ранделла с каменным невозмутимым лицом. Помолчала несколько секунд, когда он закончил, а затем подытожила:

- То есть ты, - она посмотрела на внука, - решил привязать к себе жену магией.

Я возмущенно кивнула, радуясь, что - вот! Хоть кто-то в этой семье трезво оценивает реальность. Но затем профессор повернулась ко мне.

- А вы, юная леди, притворились своей сестрой и подделали ее подпись на документах.

Ранделл хмыкнул. А мне вдруг пришла в голову мысль: а что если ремня получат вообще все?

Надо сказать, что Марселла Эверхард, оказалась точно такой, какой я себе ее представляла. Крепкая пожилая женщина в очках и строгом костюме, она восседала в кабинете как королева среди подданных-книг. И я могла зуб дать, что многие из них были написаны ею! Я почти решилась попросить автограф - на кафедре умрут от зависти! - но потом передумала. Восторженный идиотизм вряд ли склонит профессора на мою сторону.

- Интересно… - задумчиво произнесла она. - Ну-ка, девочка, покажи браслет.

Я протянула руку. Марселла долго и пристально изучала артефакт, а потом посмотрела на внука.

- Только не говори, что его дал тебе Рив.

- Ладно, - пожал плечами Ранделл. - Не буду.

Драконица укоризненно покачала головой.

- Вот паршивец мелкий. Что-нибудь, да натворит. Что ж… девочка, подожди за дверью. Я хочу очень серьезно поговорить с внуком.

Прежде, чем покинуть кабинет, я кинула на Ранделла торжествующий взгляд. Ну, сейчас тебе попадет! Хотя я бы предпочла, чтобы сначала с меня сняли эту штуку, а уж потом распекали неудавшееся потомство. Но спорить с профессором не решилась и вышла.

Родовое поместье Эверхардов впечатляло. Вовсе не вычурной роскошью, которую приписывали драконам. Нет, здесь не было ни золотой лепнины, ни огромных полотен с драконами. Только сдержанная классика, старина и неповторимый дух старинных домов, пронизывающий их насквозь. Смесь магии, изящества и историй, которые видели эти стены. Невероятно!

Но гораздо больше, чем старинные интерьеры, меня занимало происходящее в кабинете. Я колебалась недолго, на цыпочках подкралась к двери и приложила ухо. Ну уж очень хотелось услышать, как муженек сестры получает на орехи.

- Но почему я ничего не почувствовал? - спросил Ранделл. - Почему не ощутил, что это не моя пара?

- Ты знаешь, для чего существует магия истинных? - в ответ спросила Марселла. - Зачем вообще боги создали такую силу, связывающую судьбы?

- Потомство. В союзе дракона и истинной рождаются сильные дети.

- Верно. Но ты понимаешь, саму суть этой магии? Она ведь дарует истинных не просто так, по наитию. Истинная пара дракона - это его половинка, самая подходящая для зачатия и рождения наследников. Это не что-то абстрактное, волшебное, из глупых книжек для маленьких принцесс. Это магия крови. Сила дракона велика, и не каждый ребенок выдержит ее становление. Поэтому природа подбирает для нас пары, у которых больше шансов выносить и выжить. Понимаешь, к чему я клоню?

- К тому, что если они близняшки, то без разницы, кому делать детей?

- Ну да. У близнецов одна кровь, одна сила, одна внешность. Имя - это лишь запись в метрической книге. Магия руководствуется более важными принципами.

- Но она не Лайла.

- А я и не говорю, что это она. И не призываю тебя разлюбить одну сестру и начать любить другую. Просто объясняю, в чем основная загвоздка вашей ситуации.

- Загвоздка?

- Если бы ты, мой мальчик, применил любой другой приворот - я бы сняла его в эту же секунду. Но этот браслет не просто так веками лежал в самом дальнем углу сокровищницы Эверхарда. Он не просто привораживает, он привязывает истинную пару к дракону.

- И как его снять?

- Никак. Это просто невозможно. Дракон не может лишиться своей истинной, это против законов природы.

Ранделл

Когда он вышел от бабушки, погруженный в мысли о том, как бы так исхитриться и раздобыть артефакт, дарующий высокородным драконам мозги, то не обнаружил Баффи в коридоре, куда ее отправили ожидать. Ранделл выругался сквозь зубы и поспешил вниз, разыскивать прислугу.

- Где девчонка? - мрачно спросил он у дворецкого.

- Госпожа Лайла около десяти минут назад изволила отправиться в сад и сейчас там рыдает, - отозвался тот.

Никто и не заметил, что произошла замена игрока в команде. На секунду идея просто подождать - и обзавестись влюбленной почти истинной показалась ему невероятно притягательной. Но потом Ранделл устыдился собственных мыслей. Баффи, конечно, заслужила хорошую порку. Но нельзя, чтобы из-за влияния магии она ей понравилась.

Он действительно нашел ее в саду, на скамейке под каким-то кустом. Она сидела, размазывая по щекам слезы и терла уже покрасневший до степени смешения с помидором нос, словно надеялась, что именно в нем находится внезапно открывшаяся чакра слез.

Это было первое отличие ее от сестры. Лайла никогда не позволяла себе так рыдать. Она плакала изящно, эстетично, промокая уголки глаз кружевным платочком. А эта… еще бы в рукав высморкалась.

- Ну и чего ты ревешь? - спросил Ран.

Получилось грубее, чем хотел.

- Что сказала профессор? Как снять браслет?

- Сам снимется.

У него не было времени придумать более правдоподобную ложь. Но и эта была во благо. Бабушка, конечно, умный артефактолог, но не единственный. А еще она… бабушка. И глава рода Эверхардов. Ранделл не мог с уверенностью утверждать, что она не соврала, надеясь, что старший внук смирится с магией, позволит Баффи Сандей влюбиться в него и заделает с ней наследников. Все драконицы помешаны на передаче дара детям и порой идут на самые безумные меры, чтобы их обеспечить.

- Как са-а-ам? - От удивления она даже перестала плакать и посмотрела на него снизу вверх.

- Вот так. Если мы не будем поддерживать магию… гм… личными отношениями, то она иссякнет. Ты же не собираешься со мной спать?

Баффи вполне натурально поморщилась, и он слегка обиделся. Могла бы хоть соврать для приличия, что будет сложно, но она постарается.

- Нет…

- Вот и все. Значит, магия пропадет.

- А как же…

- Главное - старайся держаться поближе. Когда привязанная пара удаляется от объекта, магия стремится вернуть ее обратно в пылкие объятия и подкидывает всякие неприятные ощущения.

Полгодика она помаячит рядом с ним, а за это время он наверняка придумает, как снять браслет.

Ран ждал, что Баффи расслабится и успокоится. Может, даже улыбнется и проявит к нему благодарность - он все же повел себя, как благородный дракон, не став пользоваться ее наколдованными чувствами. Но она вдруг снова разрыдалась, уронив голову на руки.

- Да что не так?! - взорвался дракон. - Слушай, да, неприятно. Но будет тебе уроком - не надо лезть в чужую жизнь, ясно? Мы с твоей сестрой и без тебя бы развелись прекрасно. А ты влезла, теперь ни развода, ни “прекрасно”. Что ты ревешь? Снимем мы браслет!

- Меня уволя-я-ят… - сквозь рыдания услышал он.

- Откуда? Из клуба тупых, но находчивых?

- Из зоопарка-а-а…

А он-то думал, что ему вся эта ситуация напоминает? Точно! Зоопарк! И дракон в нем - главное животное.