Все люди как люди. Странный дуэт

Все люди как люди. Странный дуэтЯна Павлова

Зима 1849 года выдалась снежной и богатой на разные события, всколыхнувшие мою размеренную жизнь. После нашего опасного, но чрезвычайно увлекательного путешествия в Австралию мы жили не сказать, чтобы спокойно, но без особых приключений и потрясений. Илья закончил реконструкцию укреплений Кронштадта и целиком погрузился в дела своего любимого инженерного училища. Летом мы совершили целое турне - погостили в Высоком. Понянчили внуков. Григорий Ланевский твердой рукой управлял поместьем, оружейный завод выполнял государственные заказы и ни одного нарекания от военных не было. Работали и стекольный и бумагоделательный заводы. Софьюшка занималась обучением детей, патронировала больницу. Мальчики росли любознательными и озорными, а девочки были удивительно похожи на свою другую бабушку - прекрасную Татьяну Ланевскую, мраморную Диану, как называли ее в салонах Санкт-Петербурга. Она, кстати, неимоверно гордилась внуками, обожала их и уже планировала их выход в свет, хотя мальчикам было всего по шесть лет, а девочкам по четыре годика.

Побывали мы и в Липках. И там дела шли неплохо. Роман и Аглая жили в ладу и согласии, от Липок до Воронежа была построена железная дорога и Роман взял подряд на строительство железнодорожных пассажирских вагонов. Аглая рисовала замечательные картины и по-прежнему занималась благотворительностью.

Наш сын Александр между кругосветными плаваниями успел жениться на младшей дочери Васи и Насти Ланевских, Машеньке и, получив назначение на крейсер "Быстрый", в чине капитана отбыл с молодой женой в Одессу.

Василий Ланевский, он же Вася Дизель, был в Туркменском походе и вот днями вернулся в Санкт-Петербург. По этому поводу мы были у них на обеде, а сегодня ждали Василия с Анастасией к себе на ужин. Должны были прибыть и наши хорошие друзья купец Сытин с супругой.

"Вот кого люблю, - радостно потерла лапки ехидна, - правильный мужик, а уж как рассказывать начнет, так держи живот, чтобы от смеха не лопнуть".

И настоящим событием стал приезд невесты нашего воспитанника Дмитрия - англичанки Генриетты Слимен.

Честно говоря, я ждала этого, ведь еще в усыпальнице старого китайца получила предсказание о судьбах моих близких. Но сомнения все равно были.

"А то, - хмыкнула ехидна, - матери нашей Полине я лично особенно и не доверяю, сколько раз она нас подставляла, ты только вспомни, а? Одно только спасение Батыя чего стоило".

-Так это вы Генриетта, простите не расслышал как вас по батюшке, к нам прямиком из самого Бомбея прибыли-с? - Сытин отложил салфетку и слегка подтолкнул локтем жену, Аграфену Семеновну.- Мы вот с супругой только по Европам проехали, да еще у турок побывали. Ну, это я вам скажу, было приключеньице.

-Нет, я не из Бомбея, папеньку перевели в Лакхнау, - смущаясь ответила Генриетта, - маман отправилась с ним, а меня с мисс Кэйт отправили в Англию, но я упросила свою компаньонку приехать сюда, Дмитрий давно звал меня в гости, - тут уж девушка окончательно смутилась и перешла на еле слышный шепот.

Генриетта неплохо освоила русский язык, которому ее обучал русский матрос, один из тех пиратов, которых мы когда-то передали английским властям и которого потом генерал Слимен взял к себе на службу.

"Ага, неплохо, - кивнула ехидна, - Настя полчаса соли ароматические нюхала, когда наша англичанка приветствовала ее чисто по-русски:"Здрасти, дамочка, якорь тебе в зад...цу!"

-И правильно сделала, молодец, нечего разные церемонии разводить! Приехала, значит любит, а ты и женись, Митька, - бахнул Дизель. - раз такое дело.

Тут уже и Митя залился румянцем, что-то пробубнил себе под нос.

-А ты не мямли, парень, - поддержал Василия Сытин, - Девица решительная, по всем параметрам нам подходит.

-Кому это нам, Федор Степанович, - подняла бровь Аграфена Семеновна, - это уж пусть они сами решают-с, хотя поступок смелый, уважения заслуживает.

Компаньонка Генриетты ничего не понимала, только переводила обескураженный взгляд с одного на другого. Фейт Коллинз, точнее с моей легкой руки, Фейт Рассел улыбнулась и сжалившись над англичанкой кратко пересказала ей суть беседы. Мисс Кейт, дама сорока лет с вытянутым худым лицом, тонким носов и светлыми голубыми глазами воскликнула что-то типа:"О, мой Бог, и как я могла согласиться. Генерал Слимен мне не простит".

-Простит, - улыбнулась я, - вы же знаете, чем обязаны жена и дочь генерала Дмитрию? Он же рыцарь, спасший принцессу, разве нет? - я говорила по-английски, обращаясь к компаньонке. - А как должен поступить рыцарь?

-Рыцарь -да, - согласилась мисс Кейт, - но я никогда не слышала, чтобы принцесса сама явилась к рыцарю.

-Ну, так это будет первый случай, - присоединился к разговору Илья, - не переживайте, я лично известил генерала Слимена о намерениях нашего воспитанника, о его материальном положении, которое вполне позволяет жениться и содержать семью. Как только придет ответ из Индии, мы будет готовиться к свадьбе.

-Вот это уха! - облизывая ложку сказал Федор Степанович. - Не то что в Венгрии, да Аграфенушка?

Аграфена Семеновна повела плечами и скривилась.

-Да ты чего только не перепробовал в тех заграницах, разве что крокодила не ел.

- Ну, это да. Не попался мне крокодил, нигде его не подавали. А так, что ж?.. Очень рад буду и крокодила отведать. По крайности, в Петербурге всем буду рассказывать, что крокодила ел. И все будут знать, что я такой образованный человек без предрассудков, что даже до крокодила в еде дошел. Черепаху же в Марсели ел, когда из Парижа в Ниццу ездили. Лягушку под белым соусом все ж таки в Сан-Ремо ел. При тебе же ел.

– Фу, - замахала Сытина на мужа руками. - Брось, тебе говорят! Замолчи, слушать противно.

– Ракушку в Венеции проглотил из розовой раковинки, - не унимался купец. Он очень любил хвастаться своими подвигами в поедании экзотических блюд.

-Если ты ел такую гадость, то потому что был всякий раз пьян, а будь ты трезв, ни за что бы тебя на это не хватило, - возразила Аграфена.

-Вот что я тебе скажу, брат, - вмешался в спор супругов Вася и обнял Сытина, - крокодилье мясо - полная гадость. Нам в Австралии его довелось попробовать. А вот личинки древесные очень приятные на вкус...

-Да вы сговорились, что ли? - возмутилась Анастасия. - Василий Павлович, прекратите немедленно портить всем аппетит.

"Ага, так эти два гурмана тебе и прекратят, - хмыкнула ехидна, - да они как встретятся, так и давай соревноваться, кто какой гадости больше съел".

- Это в Венеции-то я был пьян? – воскликнул Николай Иванович и чуть не поперхнулся ухой. – В Сан-Ремо – да… Когда я в Сан-Ремо лягушку ел – я был пьян. А в Венеции нет! И не возражай, Аграфена Семеновна. Я может и во все ваши путешествия поехал, чтобы образование себе сделать, чтобы не быть диким человеком и все знать. Нарочно в незнакомые государства и едем, чтобы со всеми ихними статьями ознакомиться. Вот в Венгрии были, и что есть венгерского, то и подавай.

-Да уж, - фыркнула Сытина, - однако, фишзупе потребовал в буфете, а сам не ел.

-Ихний фишзупе – дрянь. Фишзупе – рыбный суп, - пояснил купец. - Я и думал, что это что-нибудь вроде нашей ухи или селянки, потому у венгерцев большая река Дунай под боком, так думал, что и рыбы всякой много, ан выходит совсем напротив. По-моему, этот суп из рыбьих голов и хвостов был. У меня в тарелке какие-то жабры плавали. Солоно, перечно, не в пример нашей-то ушице. Но вино венгерское ничего, приличное вино. А как они разговаривают, это же безобразие полное - кухар… гахач… кр… гр… тр….

-И чернявые все, глаза как блюдца, - закивала Аграфена Семеновна, - чисто цыгане. Натерпелись мы страху в той Венгрии.

После ужина мужчины удалились в курительную комнату, Фейт и Аграфена обсуждали своих детей, которые были ровесниками и которым недавно исполнилось по три года. Только у Расселов (Коллинзов) подрастал мальчик Джек, а у Сытиных девочка Полина.

Дмитрий что-то увлеченно рассказывал Генриетте, под придирчивым взглядом мисс Кейт, а я с Анси обсуждала предстоящие праздники - Рождество и Новый год. Анастасия настаивала на бале, который она устраивала в своем поместье. Старшие Ланевские получили приглашение на бал в Зимний дворец, чем Татьяна безмерно гордилась.

-Приглашу побольше семей с невестами, может Петр кого и присмотрит, - с болью в голосе проговорила Анси. - После того как Натали умерла родами, как каменный стал. Никто ему не интересен.

Старший сын Василия и Насти не хотел жениться, столько лет прошло после смерти жены и ребенка, а он так и не обратил ни на кого внимания, как Анси не старалась. Петру уже исполнилось 34 года и он был очень завидным женихом, но мужчину занимала только военная карьера. Нет, он, конечно, гусарил и заводил интрижки, но жениться не хотел.

-Мишель и и то быстрее жениться, - вздохнула Анси.

"Точно, привезет какую-нибудь папуаску, как только выучится и рванет по стопам своей придурковатой тетушки Акулины, - комментировала ехидна, - которая заморочила голову младшему Ланевскому своими похождениями".

Гости разъехались. Генриетта и мисс Кейт уехали с Ланевскими, неприлично было жить леди в одном доме с женихом. Бред, конечно, но мисс Кейт настаивала и Анси любезно предоставила им комнаты в своем огромном поместье.

Илья сел играть с Дмитрием в шахматы, а я решила прогуляться.

-Малыш, пойдем на прогулку? - я потрепала маламута по холке.

Удивительное дело, но Малыш с появлением в нашем доме черного кота как будто получил вторую молодость. Тень спал с псом на одной лежанке, причем забирался Малышу то на спину, то подлезал под живот, все время урчал и периодически вылизывал маламуту лапы.

То, что Тень кот необычный кот ни у кого сомнений не было. После наших приключений в Австралии в мистических способностях кота убедились все. И даже наша экономка Аксинья, которая вначале крестила его и называла чертом, прониклась любовью к Тени, после того как он вылечил ей колено, всю ночь на нем пролежав, как бы она его не гнала.

На улице было хорошо. Морозный воздух кусал щеки, а снег, хрустевший под моими ботинками, словно нашептывал какие-то старинные тайны. Вдруг стало тревожно, закололо в груди, там где была рана от французской сабли.

"Ох, плохой признак, - поежилась ехидна, - как бы чего не вышло плохого".

Я вернулась в дом, все еще чувствуя тревогу, но тут из гостиной вышли голова к голове рыжее кошачье величество и черное пушистое облако вызвав невольную улыбку.

-Ты посмотри на них, Малыш, какие милые создания, как будто и не они утром перевернули кадку с фикусом, содрали портьеру в кабинете и сожрали половину курицы, вытащив ее из супницы и оставив нас без обеда.

Малыш облизнулся. Да, вся лапша и оставшаяся половина курицы досталась ему. И, в отличие от нас, он котам, по-моему, был искренне благодарен. Вообще-то коты обычно вели себя вполне прилично, и если и носились друг за другом, то ничего не разбивали и уж тем более не драли и не воровали, но сегодня на них что-то нашло и они натворили безобразий на год вперед.

"Это все рыжая морда, - поддакнула ехидна, - мы его подобрали, отмыли, а он теперь у нас обеды ворует".

Тень громко заурчал, а Рыжик мявкнул и они дружно развернулись и помахали вам хвостами.

-Еще что-то задумали, бармалеи, - проворчала я, снимая ботинки и окунаясь в тепло и уют нашего дома.

Ночью у меня разболелись все старые раны, уснуть не получалось и я потихоньку вылезла из постели и ушла в кабинет. Малыш, тяжело вздохнув, поплелся за мной. За окном снег блестел в свете луны и было так тихо и красиво, как в сказке. А на душе тревога. Взяла новый выпуск журнала "Отечественные записки", где еще с января начала публиковаться повесть Федора Достоевского "Неточка Незванова" , которую он в предыдущем году с успехом читал в кружке петрашевцев. Публикация велась порциями - по моде. Книга еще не была закончена, Достоевский ее надеялся дописать в течение года. Но не успел, поскольку был арестован. Я с сожалением отложила журнал и взяла книгу, которую Фейт прислали из Англии. "Ланкаширские ведьмы" Уильяма Эйнсворта.

-Посвящено реальным процессам над ведьмами Пендла в Англии в 1612 году, - прочитала я, и передернула плечами, - бр-р-р, жуть какая-то.

Я почитала немного Диккенса "Дэвид Копперфильд" и уснула на диване, накрывшись пледом.

-Никушка, душа моя, что случилось? - Илья озабоченно посмотрел на меня.

-Не стоит беспокойства, просто не спалось, - улыбнулась я, - но Диккенс меня усыпил.

-Так бери книгу в спальню, - муж поцеловал меня в висок, - не уходи от меня.

Я обняла Илью за шею и шепнула.

-Не дождешься, мой корнет.

Несколько дней прошли спокойно, я и Настя активно знакомили Генриетту и мисс Кейт с Санкт-Петербургом, водили их на прогулки, по вечерам в сопровождении Дмитрия посещали театр и кофейни.

А потом Дмитрий по служебным делам отбыл в командировку в Москву. Там творились какие-то странные дела - появился загадочный серый экипаж, который дежурил у игорных домов, предлагал игрокам дешёвую поездку домой. Тех, кто соглашался, больше никто никогда не видел. С ним уехал и состоявший на должности консультанта шестого отделения тайной полиции Джон, то есть Джек Рассел.

Однако мое чувство тревоги с каждым днем только росло и вот на второй день после отъезда Дмитрия, когда Илья отбыл на службу из поместья Ланевских-младших прискакал посыльный. По тону короткой записки от Анастасии я поняла, что случилось что-то экстраординарное, она просила приехать меня как можно скорее. Буквы в записке расплывались, как будто Анси плакала, когда писала.

Медлить я не стала. Попросила Демьяна оседлать Звездочку. Конечно, ездить верхом по улицам столицы даме одной было против приличий. Но моей репутации уже вряд ли что-то могло повредить. Слава о графине Кожуховой, как об отважной путешественнице, пренебрегающей правилами поведения аристократов была достаточно обширной.

В доме Ланевских стояла подозрительная тишина. Выскочивший конюх принял у меня лошадь, а дворецкий забрал плащ и шляпу, мокрые от снега.

-Прошу вас, Ваше Сиятельство, княгиня с англичанкой в малой гостиной вас дожидаются.

Когда я вошла Анли шумно выдохнула и воскликнула.

-Господи, ты здесь Ники, ты здесь, - и залилась слезами.

Вид у мисс Кейт был полубезумный, она в отличие от Анастасии не плакала, но глаза у нее светились таким испугом, как будто она только что черта увидела.

Я села на диван напротив женщин.

-А теперь рассказывайте, - проговорила как можно спокойнее, хотя под ложечкой засосало.

-Генриетту похитили, - прошептала Настя.

-Твою ж дивизию..., - пробормотала я себе под нос и спросила уже в голос. - Где и как это произошло? Соберитесь, дамы, важна каждая деталь, и время дорого.

Да где там, одна ревет, другая лупает голубыми глазками и молчит как рыба об лед.

-Мисс Кейт, - рявкнула я, теряя терпение, - а ну, отчитайтесь, куда подевалась мисс Слимен!

-Она пропала, - встряхнулась англичанка и начала говорить. - Мы пошли к службе...

-В Англиканскую церковь, что на Английской набережной Невы, - вставила Анси, прекращая наконец рыдать.

-Пешком?

-Да тут же совсем рядом, - со вздохом ответила Анси, - и десяти минул ходу нет.

- Понятно. Так, дальше, вы пошли к службе вдвоем? - хмурясь спросила я.

-Как можно! В чужом городе, в чужой стране, - возмутилась компаньонка. - Нас сопровождал слуга.

-Тихон, старший лакей, - добавила Настя, - послать за ним?

Я кивнула.

-Произошла ошибка, я была уверена, что служба начнется в 6 утра, как это было принято у нас в Гвалиоре и мы вышли очень рано, на улице было еще темно и горели фонари, - уже более осмысленно стала рассказывать англичанка. - Но оказалось, что здесь служба начинается в 7 часов. В церкви еще никого не было, мы заняли места на скамейке и молились в ожидании викария. Вдруг я услышала скрип, открылась дверь и оттуда подул холодный ветер. Я подумала, что это пришли еще прихожане и даже не оглянулась. Я смотрела в молитвенник и не заметила, как сзади кто-то подошел, накинул мне мешок на голову. Очень плотный мешок. Меня схватили и крепко держали. Я вырывалась и пыталась кричать, но воздуха не хватало и сознание мое начало меркнуть. Дальше я не ничего не могу сказать. Меня привел в чувство викарий. Когда я пришла в себя, то Генриетты рядом не было.

В дверь постучали и вошел Тихон, представительный мужчина около 50 лет с лицом полным достоинства, темными с проседью волосами, серыми глазами и величественной осанкой. Я знала его как вполне ответственного и серьезного человека. В доме Ланевских он служил уже без малого двадцать лет.

-Здравствуй, Тихон, - кивнула я старшему лакею, - что ты видел, слышал. Не пропускай ни одной детали.

-Прошу прощения, Ваше Сиятельство, но я барышень до церкви довел и зашел в особняк графа Мурашова, там мой деверь служит дворецким. Мороз на улице, два часа мерзнуть не хотелось, а в ихнюю церковь не пристало православному заходить. Кто же думал, что в церкви такое непотребство может случиться. Все у этих англичан не как у людей.

-Тихон, а скажи, никаких экипажей рядом не было? Кто входил или выходил из церкви видел? - продолжала я расспрашивать мужчину.

-Так, - мужчина сосредоточенно нахмурил брови, - экипаж один проехал, но то была карета графа Воронцова, я вензель на дверце рассмотрел. Да он и не останавливался. В церковь вошло две женщины..., - Тихон вдруг замолчал, его глаза с удивлением расширились, а брови взлетели вверх. - Ох, а ведь я еще тогда подумал, какие же эти англичанки нескладные, не в обиду будет сказано, - он слегка поклонился в сторону мисс Кейт, - длинные как шест, а форм вовсе не имеют-с.

-Ты хочешь сказать, что две дамы, вошедшие в церковь, были высокими и без пышных юбок? - уточнила я.

-Точно так, Акулина Савельевна, точно так, - закивал Тихон. - И шли они так размашисто, дамы так не ходят. И капоры на самый нос надвинуты были. Вот крест, - лакей перекрестился, - эти были мужчины. Но из церкви они не выходили. Только вот эта барышня и выскочила, ну, а уж я за ней...

Тут дверь в гостиную с шумом распахнулась и в комнату влетел весь в снегу генерал от кавалерии Вася Дизель.

"Ох, хорошо, что хоть не коне въехал", - вздохнула ехидна.

-Настя, что? - бросился он к жене. - С кем беда? - тут он увидел меня. - Акула? Ты чего здесь? С Ильей что-то?

-Василий Павлович, - вскрикнула Анси, - да ты хоть бы снег стряхнул. Тихон, помоги князю.

Старший лакей бросился к генералу, принял у него плащ и папаху.

-И чаю вели подать, - добавила Настя.

-Коньяк к чаю не забудь, - приказал Вася. - Вы скажете наконец, что случилось?

Пришлось мне рассказывать, потому что Настя опять залилась слезами, а мисс Кейт впала в прострацию.

-Я сейчас полк подыму, - Вася вскочил с дивана и принялся расхаживать по комнате, - да мои молодцы весь Петербург вверх дном! Да я...

"Вот уж в этом сомнения нет, - хмыкнула ехидна, - там, где наш Васенька, там всегда всё вверх тормашками".

-Сядь! - гаркнула я. - Мы еще до конца не выслушали мисс Кейт. Анси, я так понимаю, полицию не вызывали? Или викарий вызвал? - повернулась я к англичанке.

-Нет, викарий привел меня в чувство, побрызгав в лицо водой, - очнувшись, заговорила компаньонка, - он что-то спрашивал, но я бросилась бежать в поместье, надеясь, что Грета уже здесь. Простите меня.

-Я без тебя никаких шагов не предпринимала, только за Василием послала, - промокая уже опухшие и покрасневшие глаза проговорила Настя. - Это же такой удар по репутации! - она заломила руки. - И нашей, и девицы.

Честно говоря, про репутацию я не думала, мне было на нее откровенно наплевать. Но все это похищение не укладывалось в моей голове. Кто? Зачем?

Вдруг встрепенулась мисс Кейт, она вздрогнула, прикрыла глаза и выдала:

-Он сказал:"Все услышат о "Душителях Бомбея", а генерал-собака умоется кровавыми слезами". Я немного понимаю хинди-урду, но сознание мое уже было мутным, мне могло и послышаться.

-Твою ж дивизию, - прошипела я, сердце заныло так, что я вынуждена была схватиться за грудь.

В гостиной на мгновение стало очень тихо, а потом все как-то разом заговорили. Анси, Дизель и мисс Кейт, да еще и Тихон вернулся с подносом на котором был и чай, и коньяк, и маленькие канапе, и дольки лимона и тоже что-то спрашивал.

-Тихо, - цыкнула я, останавливая бестолковщину. - Тихон, поставь поднос и сядь, ты можешь еще понадобится. Анастасия, пошли за Дубельтом, Леонтием Васильевичем. Вася, поднимай свой полк, перекройте все заставы на выезде из города. Останавливать всех! Это не похищение с целью получить выкуп, как я подумала сначала, это - месть. Как только глава тайной полиции прибудет, он отдаст приказ останавливать и досматривать всех, я об этом позабочусь, и тебе в казармы его привезут.

-Сделаю! - гаркнул Дизель. - Но, слушай Акулина, обрисуй хоть в двух словах, кто это такие, душители-то?

-Господи! Ники, действительно, объясни хоть что-то, - Настя взяла колокольчик и в комнату вбежала служанка. - Перо и бумагу!

-Объясню, Анси, но сначала отправь посыльного на Фонтанку, и в особняк Дубельта, вдруг он еще на службу не явился.

Когда посыльные были отправлены, причем и Вася отправил записку сыну Петру с приказом готовить полк в выходу, а сам решил на пару минут задержаться.

Я вздохнула и начала вспоминать.

-Как вы знаете, во время путешествия в Китай наша "Бегущая по волнам" столкнулись с пиратами. Мы приняли бой и благодаря находчивости и смелости Дмитрия спасли двух английских леди — жену и дочь генерала Уильяма Слимана, человека в Индии знаменитого. Слиман известен как борец с бандами тайного общества. Это скрытная преступная организация, где членство нередко передается по наследству...

-Да как же такое может быть? - ужаснулась Настя. - Преступники по наследству?

-Возможно, моя дорогая, - кивнула я. - Тайное ремесло передается там в семье от поколения к поколению. Наследуются и связи с кланами тугов по всей Индии — с ними объединяются силы для особо крупных предприятий, из них предпочитают брать женихов и невест.

-О! - вклинилась мисс Кейт. - Это страшные люди, они совершают жестокие убийства путников, и душат их перед ограблением. Один из них, Бахрам признался, что задушил своим тюрбаном почти почти тысячу человек. Генерал Слимен безжалостно боролся и продолжает бороться с этими бандами. На него было совершенно множество покушений. Но он бесстрашный человек, мужчина беспримерной отваги.

-И нашу Генриетту похитили эти ужасные бандиты? - Настя закрыла лицо руками. - Бедная девочка. Что они с ней сделают? Ужас! Ужас!

Моя дорогая подруга готова была упасть в обморок, но я быстро подала ей нюхательную соль и попыталась успокоить.

-Будем надеяться на лучшее. Но получается, что за вами следили, мисс Кейт, они вели вас от самого Гвалиора. Но, видимо, что-то им мешало осуществить свой план, а как только представилась возможность, они его осуществили. Мисс Кейт, вы долго прожили в Индии, что скажете? - обратилась я к англичанке. - Чего можно ожидать от похитителей дальше.

Компаньонка подобралась, нахмурила белесые брови и четко начала излагать свои соображения.

-Теперь, когда вы, леди Акульина, сказали про слежку я вспомнила двух очень странных женщин и мужчину, которые ни с кем не общались на пароходе, лица женщин были постоянно закрыты, а мужчина был хоть и одет по-европейски, и цвет лица был светлым, но явно был пенджабцем.

-Короче, я все понял, - Дизель поднялся и посмотрел на меня. - Ищем двух высоких женщин, и мужика-индийца. Ну, и девушку, понятное дело.

-Василий, ищем и задерживаем всех подозрительных, они может и переодеться в мужскую одежду. И судя по тому, как они следили за нашими гостьями, это осторожные и хитрые преступники.

-Я понял, учту. Ни одна крыса из Петербурга не выскочит, - коротко бросил генерал, хлопнул половину стакана коньяка, крякнул и быстро вышел из гостиной.

-Я думаю, - продолжила мисс Кейт, - что они повезут леди Генриетту в Индию, чтобы как можно больше досадить генералу Слимену. А может и обменять его дочь на кого-нибудь из своих главарей, которых немало сидят в тюрьме. А может будут угрожать сэру Слимену и требовать его жизнь за жизнь дочери.

-Да, согласна, - кивнула я, - им нет резона держать Генриетту здесь, и делать они с ней тоже пока ничего не будут. Наша задача - найти и обезвредить бандитов. Значит так, Анастасия, как только приедет Дубельт, все подробно ему расскажете. Пусть приказ подготовит о проверке всех выезжающих из города. Пошлет своих тайных агентов по гостиницам и трактирам, по постоялым дворам, обязательно в порт, проверить - не покупал ли кто билеты на ближайшие пароходы, в любую сторону. Все понятно? И пригрози международным скандалом, пусть бегом исполняют, но с соблюдением секретности.

-Понятно, - вздохнула Анси.

-Теперь вы, мисс Кейт, вспоминайте, все детали вспоминайте, может что-то важное всплывет из вашего путешествия.

Англичанка кивнула.

-Тихон, закладывай экипаж, мы с тобой вернемся за Малышом на Черную речку и поедем в англиканскую церковь. Надо там все осмотреть, да и викарием поговорить. Раз ты говоришь, что из парадного входа никто не выходил, значит есть и другой выход. Звездочка пока пусть у вас постоит.

Пока мы ехали в наше скромное поместье я смотрела на заснеженные улицы Санкт-Петербурга и думала, замешан ди викарий? А может эти "душители" подкупили кого-то из слуг Ланевских? Я перевела взгляд на старшего лакея и он аж дернулся.

"А кто бы не дернулся, - ожила, притихшая до этого ехидна, - от твоего взгляда начальники цехов по струнке вытягивались, гризли от греха подальше смылся, индейцы строем ходили, а тут простой слуга. Ты погляди, у него случаем штаны-то не намокли?"

-Не преувеличивай, - проворчала я себе под нос.

-Ваше Сиятельство, Акулина Савельевна, я уж и сам себя виню. Ежели бы я барышень-то одних не оставил, то может и обошлось бы все. Но я ж такого даже подумать не мог, чтобы в церкви.

-Если бы, да кабы, - махнула я рукой, - ударили бы тебя тупым предметом по голове и мешок на голову, как мисс Кейт нахлобучили. Я удивляюсь, как они англичанку на месте не придушили. Кто-то помешал? Вопрос - кто?

-Не устаю вам поражаться, Ваше Сиятельство, - покачал головой Тихон. - Не похожи вы на всех других дам. Они бы уже от одного такого рассказа в обмороке были бы, а вы рассуждаете. Да и вот меня в катеру усадили, виданное ли дело. Графине с лакеем вместе ехать.

-Тихон, первое - прекрати сиятельствовать, достаточно имени-отчества, второе - мы с тобой на ближайшее время не господа-слуги, а товарищи по розыску пропавшей девицы. Вопросы?

Вопросов не было. Я быстро переоделась в любимые штаны, благо под меховым плащом не видно, и удобные сапоги. За пояс - пистолет, за голенище - индейский нож. Неизвестно, что нас ждет дальше, нужно быть готовыми ко всему.

Малыш легко запрыгнул в экипаж, обнюхал Тихона, и посмотрел на меня, как будто спрашивал, что ему делать - сторожить мужчину или он свой.

-Свой, Малыш, свой, - погладила я многомудрую голову пса. - А нас надо след взять. Вот я и перчатки Генриетты прихватила.

Старший лаке только головой покачал. Откуда ему знать, что Малыш прекрасно понимает человеческую речь.

В церкви к нашему приезду служба уже закончилась и прихожане дружно из нее выходили.

-Ты смотри, - покачала я головой, - а немало у нас англичан-то.

-И не говорите, - кивнул Тихон, - понаехали тут всякие.

Я усмехнулась и вышла из кареты, Тихон и маламут остались внутри. Заходить в церковь с Малышом сразу я не стала, решила поговорить сначала с викарием, объяснить ситуацию.

Внутри было тепло, с двух сторон от широкого прохода стояли скамьи, у алтаря собирал свои принадлежности сам викарий. Молодой человек с рыжими волосами, довольно высокий и худощавый. Он с удивлением смотрел на меня.

-Здравствуйте, преподобный..., - я сделала паузу, дожидаясь, когда он назовет свое имя.

-Болдуин, - он склонил голову, - Генри Болдуин.

-Очень приятно, преподобный Болдуин, я графиня Кожухова и у меня есть к вам несколько вопросов и просьба. Поясню сразу, в вашей церкви сегодня ранним утром была похищена невеста нашего воспитанника, леди Генриетта Слимен. Её компаньонку вы приводили в чувство. Скажите, преподобный Болдуин, вы кого-нибудь видели, слышали?

-Так вот в чем дело, - кивнул викарий, и показал рукой на первую скамейку- давайте присядем, леди Кожухофф.

Мы сели, мой плащ немного распахнулся и стали видны сапоги и штаны, преподобный слегка закашлялся. Я тоже кашлянула.

-Я ничего не могу вам сказать. Когда я вошел в церковь из своей квартиры, то увидел женщину, лежащую на скамье в обмороке. Я подбежал и попытался привести ее в чувство, похлопав по щекам. Но это не помогла. Тогда я набрал воды и побрызгал ей на лицо. Женщина пришла в себя, вскочила, закричала :"Грета!Грета", и выскочила из церкви.

-А ваша квартира расположена где-то рядом?

-Да, в этом же доме, за органом видите дверь? - я кивнула. - Вот за ней коридор, он ведет в мою и другие квартиры.

-Других выходов из церкви нет?

-Есть еще боковой выход, он ведет во двор, - викарий показал на неприметную дверь слева.

-А кто-то еще мог быть здесь раньше вас? Вам никто ничего не говорил?

-Моя служанка и помощница Маргарет всегда приходит сюда передо мной, зажечь свечи, открыть дверь и проверить все. Но она мне ничего не говорила, - пожала он плечами.

-Я могу с ней поговорить?

-Да, конечно, - как-то несколько растерянно ответил викарий и бросив на меня напряженный взгляд, осторожно спросил. - Наверное здесь скоро будет полиции и журналисты?

-Пока мы попробуем обойтись своими силами, но, - я смотрела прямо в светлые, почти прозрачные глаза священника, - я попрошу вас об услуге, моя собака должна обнюхать место преступления. Поверьте, это важно и от этого зависит жизнь девушки.

Викарий моргнул, еще раз моргнул и еще раз, открыл и закрыл рот, опять открыл и наконец сказал.

-Если от этого зависит жизнь человека, то думаю, Господь простит мне это богохульство.

-Вот и договорились. Я за Малышом, а вы позовите Маргарет.

Малыш зашел в церковь осторожно принюхиваясь. Еще бы, здесь только что была куча народа. Я наклонилась к самому уху пса и тихо попросила.

-Постарайся, Малыш, Генриетта хорошая девушка, я видела как она тебе ветчину со стола припрятывала, скажешь нет? - пес вздохнул и уткнул нос в протянутые мной перчатки.

Тихон что-то проворчал, стоя позади меня. Я обернулась и вопросительно подняла бровь.

-Это я говорю, что вы с собакой, как с человеком говорите, нешто он понимает?

"Ха, поживи с наше с этой неугомонной, не только понимать - разговаривать начнешь по-человечески", - хмыкнула ехидна.

-Понимает, Тихон, еще как понимает.

И тут маламут рыкнул, я подошла к скамейке, возле которой остановился пес, а он через секунду положил у моих ног мешок, черный и действительно очень плотный.

-Твою ж дивизию, - я потрепала Малыша по холке. - Ищи, мой хороший, ищи.

Малыш пошел к боковой двери, она оказалась открыта и мы вышли в заснеженный внутренний двор-колодец, из которого был выхода через арку на параллельную улицу, а так же черный ход в соседний особняк и доходный дом, выходящий фасадом на Галерную. Маламут рванул в арку, но там остановился и виновато посмотрел на меня.

-Конечно, здесь их ждал экипаж, - я посмотрела на дорогу, по которой в обе стороны ехали кареты, коляски, верхами скакали военные, проезжали и сани.

Понятное дело, что в такой толчее след взять не получится. Мы вернулись в церковь, где нас смирно дожидался викарий и рядом с ним сидела девушка лет двадцати, не больше.

-Маргарет, расскажи все, что ты видела леди Кожухофф, - с нажимом сказал преподобный Болдуин, посматривая на Малыша.

-Здравствуй, Маргарет, - улыбнулась я, присаживаясь рядом на скамью.

Девушка кивнула, прерывиста выдохнула, вдохнула, поправила чепчик и только тогда заговорила.

-Я как всегда проснулась в 5 утра, протерла скамьи, подмела пол, расставила цветы. Потом открыла дверь и зажгла свечи.

-А ты всегда так рано открываешь двери церкви? - спросила я. - И боковую дверь тоже?

- Да, некоторые прихожане любят приходить задолго до службы. А через боковую дверь я выношу мусор, поэтому открываю и ее.

Девушка замолчала и я попросила ее продолжить рассказ.

- Я убирала за клиросной стеной, когда услышала как открылась дверь, выглянула и увидела двух леди - молодую и постарше. Немного погодя дверь опять скрипнула, а потом..., - Маргарет замолчала, подняла испуганные глаза на викария, он одобрительно кивнул, - я услышала слабый крик и опять выглянула. Высокий человек в женском капоре и плаще нес молодую леди с мешком на голове к боковой двери, а другой человек держал пожилую женщину, у которой тоже был мешок на голове. Я очень испугалась и уронила подсвечник, который протирала перед этим. Человек бросил пожилую леди и убежал вслед за первым к боковой двери.

-Ты говоришь - человек, - уточнила я, - это были мужчины?

-Думаю, да. Это были мужчины, просто одетые в женские вещи.

-Почему ты никого не позвала на помощь? - нахмурился викарий. - Почему не кричала, не пыталась помешать?

-Я очень испугалась, - у глазах девушки заблестели слезы. - И кого я должна была звать? Вы еще не пришли, а больше в церкви никого не было.

-Маргарет, если бы сразу рассказала, то преподобный Болдуин мог хотя бы заметить на каком экипаже увезли девушку, - с горечью проговорила я.

-Что мне теперь будет? - Маргарет проигнорировала мое замечание и встревоженно смотрела на викария.

-Ничего, Маргарет, молись, чтобы с девушкой ничего не случилось.

"М-да, ты бы тем подсвечником ухандокала бы этих похитителей, - проворчала ехидна, - но не все же такие как ты. Есть и нормальные девушки".

Я встала со скамейки. Вопросов в моей голове было множество, но здесь я на них ответы не получу, это точно.

-Возвращаемся к Ланевским, - сказала я Тихону и направилась к выходу. Малыш шел рядом.

-Простите, леди Кожуховв, - викарий решил нас проводить. - Но мне очень не хотелось бы огласки. Мои прихожане, как бы это сказать...

-Не трудитесь, преподобный Болдуин, я все понимаю, но ничего обещать не могу.

На этих словах мы вышли из церкви, а когда сели в карету Тихон покачал головой.

-Он даже не спросил кого похитили, главное, что бы до прихожан меньше не стало. Прохвост, как и все эти англичане и немцы.

-Тихон, - усмехнулась я, - не суди. Все люди как люди. Всяких хватает во всех нациях. Ты уж мне поверь. Вот лучше давай с тобой пока порассуждаем.

-Давайте, Акулина Савельевна.

-Значит, что мы имеем. За нашими леди следили от самого Гвалиора. Но на пароходе совершать похищение было бессмысленно. Наши дамы на берег не сходили, вынести из в бессознательном состоянии мимо матросов явно не получилось бы. В Марселе, где они пересаживались на пароход, идущий в Санкт-Петербург, может и был шанс, но видимо, не удалось. Здесь Генриетта и мисс Кейт постоянно были с кем-то из нас или мужчин. И только в церковь они решили пойти вдвоем.

-В моем сопровождении, - горестно добавил Тихон.

-И вот первый вопрос, они такие опытные шпики? Индийцы в России? Как они тут не обморозились-то, вообще. Не зная города, не зная языка, выследить так точно наших англичанок. Да ладно. Вывод?

-С ними был еще кто-то, кто знает и язык и Санкт-Петербург? - осторожно спросил старший лакей.

-В точку! И я имею некоторые предположения, кто бы это мог быть.

-Кто? - Тихон аж подался вперед.

-Поминаешь какое дело, Тихон, среди тех пиратов, которых мы когда-то захватили в Индийском океане были русские моряки, сосланные на каторгу после декабря 1825 года. Они содержались в тюрьме, и я так думаю, что могли там познакомиться с "душителями". Некоторых, как сказала мне Генриетта помиловали и они служили у самого генерала Слимена и других англичан.

-Получается, что трое их, и один - русский.

-Скорее всего. Теперь следующий вопрос, что дальше? Что они будут делать дальше?

-А вот я подумал, раз с ними русский матрос был, то мог и с кем-то из слуг в нашем доме сговориться. Выспросить, ведь барышни свои планы с Анастасией Петровной обсуждали, да и своим служанкам могли сказать. Но уж это я вызнаю. Всю душу из каждого лично вытрясу, - погрозил он кулаком неизвестному болтуну.

В доме Ланевских прямо с порога чувствовалось напряжение. На лицах служанок и лакеев не было приветливых улыбок, все разговаривали шепотом.

У меня приняли плащ и капор, и проводили в гостиную, где как прошептал по дороге дворецкий, учинял допрос англичанке сам начальник тайной полиции.

"Бедная мисс Кейт, - вздохнула ехидна, - ты вот что хочешь говори, но противный он все-таки тип, сатрап и гонитель!"

Я усмехнулась и сказала, чтобы Тихон шел со мной.

-Да как же можно-то, Ваше Сиятельство? - возмутился дворецкий.

-Оставь, Николай Фомич, не до церемоний сейчас. Тихон мне нужен. Вопросы?

Вопросов больше не было.

Мое появление в гостиной казалось разрезало повисшую там вязкую как кисель, гнетущую тишину. На разных диванах сидели дамы и господин Дубельт.

Леонтий Михайлович был человеком оригинальным, но без сомнения умным и проницательным. Он был наверное, умнее всего своего Третьего отделения Собственной канцелярии его Величества вместе взятого. Исхудалое лицо его, оттенённое длинными светлыми усами, усталый взгляд, впалые щеки ясно говорили, что работал он намного больше, чем отдыхал.

Мы не были тесно знакомы, но все-таки пересекались не единожды и во много сходились во взглядах. Он категорически не любил ничего западного, говорил:" Мы же русские, такими и быть должны, а не заражаться бессмыслием Запада — это же гадкая, помойная яма, от которой, кроме смрада, ничего не услышите. Не верьте западным мудрствованиям; они ни вас, и никого к добру не приведут".

Он был храбрым офицером, сражался при Бородино, прошел заграничный поход. Был ранен неоднократно. И все это заслуживало уважения. Но вот не любил Дубельт и наших писателей, считал, что занялись они на западный манер сатирой против правительства, и всякие революционные взгляды в своих произведениях проталкивают.

-Я лягать Родину никому не позволю, и пусть этот сатирик в Вятке остынет, - и отправил Салтыкова-Щедрина в ссылку.

И Достоевского на каторгу, и Тургенева в ссылку - это все Дубельт.

-Акулина Савельевна, мое почтение, - генерал покосился на мой наряд, но ручку поцеловал и к диванчику проводил.

Я поздоровалась и сказала Тихону, чтобы сел рядом. Анси только вздохнула и еле заметно махнула платочком.

-Ваши меры я счел разумными, - начал Леонтий Васильевич, - приказ отправлен по всем заставам. В порт отправлены люди и на почтовые дворы тоже. Все приказы засекречены, сведения приказано доставлять сюда.

-Спасибо Леонтий Васильевич, а мы вот с Тихоном и Малышом небольшое расследование провели и вот, - я показала черный мешок, мисс Кейт при этом охнула и закрыла рот рукой. - Нашли в церкви.

-Так может этих англичанишек допросить по всей форме? Может они причастны?

-Да полно вам, генерал, - улыбнулась я своей фирменной улыбкой, больше похожей на оскал. - Викарий точно не при чем. Знаю я вас, Леонтий Васильевич, у вас завсегда иностранцы во всем виноваты.

-А то скажете - нет, Акулина Савельевна? Иностранцы — это гады, которых Россия отогревает своим солнышком, а как отогреет, то они выползут и ее же и кусают. Но сейчас не об этом речь. Девицу надобно сыскать и никакого чтобы скандала. Нам сейчас с Англией скандалы никак не нужны. И так отношение напряженные из-за противоречий в Восточном вопросе. Ваши соображения, госпожа Кожухова? - перешел он на деловой тон.

Я изложила все свои рассуждения, рассказала все, что знала о русских каторжниках, подавшихся в пираты за Борькой Вискарем, о генерале Слимене и его борьбе с "душителями". Не успела я закончить последнюю фразу, как в гостиную вошел Вася, а за ним и мой муж Илья, а там и старший сын Ланевских Петр.

"Во! Совет в Филях, не меньше", - курлыкнула ехидна, а я вот прямо в это мгновение почувствовала, очередного путешествия нам не избежать.

С появлением Дизеля и моего мужа опять опять началась суета. Анси, как гостеприимная хозяйка, принялась раздавать приказа - накрыть чай, подать пироги, Вася уточнил по поводу коньяка и ветчины, мой муж сразу сел рядом, и внимательно посмотрел на меня, ожидая объяснений.

Пришлось еще раз все рассказывать, привлекая Тихона. Мужчина сначала смущался, но потом, увидев, что все его внимательно слушают стал говорить уверенно.

-Я думаю, надо всех слуг опросить, но не наскоком, а вроде как исподволь, может и поймем кого нам искать надобно.

-Молодец, Тихон, - хлопнул старшего лакея по плечу Вася. - Давай выпьем, и действуй.

-Благодарствую, барин, но я уж лучше на светлую голову, - Тихон встал, и посмотрел на меня, я кивнула и ободряюще ему улыбнулась.

-Вот чудак, - хмыкнул наш генерал, - да от коньяка в голове только светлее делается. Ну, да воля твоя.

Настя укоризненно посмотрела на мужа, но ничего не сказала.

На какое-то время в комнате воцарилась тишина, все погрузились в свои мысли, и поэтому когда в дверь получали, то дамы аж вскрикнули.

"Кроме тебя, конечно, - хмыкнула ехидна, - ты бы хоть вид сделала, охнула бы для приличия".

Вошел слуга с подносом, на котором лежали несколько записок. Он сразу направился к начальнику тайной полиции. Дубельт прочитал и сообщил нейтральным тоном.

-Пароходы из порта не отходили и в ближайшую неделю не предвидятся.

-Это хорошо или плохо? - спросила Настя.

-Это как посмотреть, - отозвалась я. - С одной стороны, "душители" могут затаиться и ожидать пароход. Но думаю, они не такие дураки, если смогли так ловко проследить за нашими леди и быстро организовать похищение и понимают, что уж морские пути будут проверяться.

-Ох, Ники, не могла бы ты не говорить это страшное слово, - вздохнула Анси.

-Какое? - не поняла я.

"Вот ты балда, - покрутила лапкой у головы ехидна, - "душители", конечно. Неужели не видишь, как княгиня бледнеет?".

Настя укоризненно посмотрела на меня.

-Хорошо, я поняла, Анси, постараюсь.

Не успела я договорить, как в дверь опять постучали.

-Ваше Сиятельство, - дворецкий обратился к Василию, - там к господину Дубельту человек пришел.

-Так веди его сюда, - коротко бросил Дизель и посмотрел на начальника 3 отделения, тот кивнул.

Через минуту в комнату вошел неприметный мужчина, в темном сюртуке, с серыми волосами и какими-то размытыми чертами лица. Он тихо поздоровался, слегка поклонившись и замер.

-Докладывай, - жестко приказал Леонтий Васильевич.

-Получив приказ я отправился по почтовым станциям и в первую очередь отправился в отделение почтовых карет и брик, что на Мойке. Там у меня есть свой человек, не болтливый, понимающий. Он сегодня отправлял дилижанс на Москву и снаряжал экипаж. И наниматель ему уж больно странным показался. По виду - дворянин, одет богато и по последней моде, а говорит странно, как простолюдин, и лицом такой загорелый, прямо негра какая-то. Это где же среди зимы так загореть-то можно?

-Так-так, - потер руки Дубельт, - продолжай.

-Так вот этот господин назвался Николаем Козловым, из Астраханской губернии. И документы на это имя предъявил. Подорожную до Астрахани исправил и просил как можно все ускорить.

-Да не тяни ты! - рыкнул Дизель.

-Карету ему предоставили, документы оформили и отправили экипаж к подъезду дома для приезжающих, тому что фасадом на Большую Морскую улицу выходит. Я, конечно, бегом туда, но опоздал. Указанный господин Козлов действительно занимал нумер 3 на первом этаже, но выехал еще и семи утра не было.

-Твою ж дивизию, - прошипела я, глядя на часы, стоящие в углу гостиной, время неумолимо близилось к обеду. - Получается, выехали они уже из города. Если, конечно, это они были. Вы расспросили служащих в этом доме для приезжих?

-Само собой, госпожа графиня, - мужчина посмотрел в мою сторону, видимо моя личность ему была знакома, а потом перевел взгляд на своего начальника. Дубельт в очередной раз кивнул. - Престраннейшие были постояльцы, так мне их там отрекомендовали. Заселял их консьерж как дворянина Козлова с тетушками. А горничная видела в нумере множество мужских вещей и ни панталон, простите, ни корсетов. Да и тетушки эти лица все время прятали и еду исключительно в номер заказывали.

"Козлов этот козел безрогий, предатель и пособник, - бухтела ехидна, - вот так вот твое милосердие всегда боком выходит. Потопили бы тогда всех пиратов, и, как говорится, концы в воду. А теперь что?"

А теперь надо собираться в дорогу. Сомнений у меня практически не осталось, мы вышли на след похитителей. А отсутствие письма с требованием выкупа подтверждало мои опасения, что дело тут именно в мести или предъявлении требований именно к генералу Слимену.

-А еще горничная заметила, что обувь тетушки не выставляли для чистки, а когда она убирала, то увидела странные кожаные башмаки на наши не похожие. И коридорный в один из вечеров столкнулся с тетушками и, по его словам, чуть со страху не обмер, такие они были страшные - сами черные, глаза черные, носы здоровые, крючком. После этого я сразу поспешил доложить. Вот их подорожная, я списал в почтовом отделении, - он передал листок бумаги начальнику тайной полиции.

-Благодарю за службу, - сказал Дубельт и отпустил своего сотрудника. - Полагаю, можно тотальный досмотр отменять?

-Давайте до конца для подождем, хотя я считаю, их нет уже в городе, - пожала я плечами. - Надо снаряжать погоню, другого пути нет. Но какого черта их в Астрахань-то понесло? Не проще ли было куда-нибудь в Марсель рвануть?

-Не проще, - ответил Леонтий Васильевич, - Франция-то нынче со всеми их революциями визы установила. А где этим бандитам их получить?

-Понятно. Значит так, я поеду следом..., - не успела я закончить фразу, как поднялся всеобщий галдеж.

"О, началось в колхозе утро, - взвыла ехидна, затыкая лапками ушки. - Ты смотри, как много желающих-то сопровождать твою сиятельную особу".

-Никушка, я еду с тобой, - заявил Илья.

-И я! - крикнул Дизель. - От меня никакие бандиты не уйдут, будь они хоть трижды индейцами.

-Индийцами, Василий, они из Индии, значит - индийцы, - не могла я сдержать улыбки, посмотрев на Дизеля.

-О! Я тоже должна ехать! - воскликнула англичанка, которой Настя потихоньку все переводила. - Грета была поручена генералом Слименом лично мне. Я должна вернуть ее, чего бы это мне не стоило.

-Господа, господа, - вступил Дубельт, - мое отделение справится без вас. Я пошлю в погоню лучших своих агентов. В их смекалке и ловкости вы только что смогли убедиться.

Только я собралась ему возразить, что это и наше дело, так опять постучали.

"Проходной двор! - проворчала ехидна. - Кого еще принесло?".

А принесло жандармского офицера с вытаращенными глазами, который заорал на весь особняк.

-Ваше Высокопревосходительство, - гаркнул он, - вас немедленно требует к себе Его Величество, Государь Император. Убит английский дипломат. Труп обнаружен на берегу Невы.

Дубельт вскочил как ошпаренный. Велел офицеру ожидать его за дверью и быстро отчеканил.

-Простите, господа, но это дело государственной безопасности. Не до девиц мне теперь. Но кого-нибудь все же могу выделить...

-Не надо, Леонтий Васильевич, - сказала я за всех, - поверьте, мы справимся сами. А у вас действительно сейчас будет много своих забот.

Начальник тайной полиции поклонился и быстрым шагом, немного, правда, прихрамывая, покинул гостиную. Целую минуту было тихо, а потом опять - все хотели ехать в погоню, кроме Анастасии, конечно.

Я молчала и мысленно пыталась проходить путь до Лахнау, где сейчас служил генерал Слимен.

Вернулся Тихон с явно смущенным видом, я показала ему на место рядом со мной и спросила.

-Тебе удалось что-то узнать?

-Удалось. Я прежде всего с Марией Ивановной поговорил, экономкой нашей, так она мне и сказала, что горничная Дуняша, которая в служанки в барышням была определена, в последнее время сама не своя. Все время куда-то отпрашивается. Платок у нее новый появился, колечко. Ну, я Дуняшу и расспросил, издалека зашел, а не собирается ли она замуж, вон и колечко у нее на пальчике, а не надо ли нам новую горничную подыскивать. Девица раскраснелась и говорит, что все-то вы знаете, мол, Тихон Митрофанович, но про замужество пока рано говорить, а вот кавалер из благородных у нее появился, дворянин, из Астрахани приехал, Козлов фамилия.

-Все сходится, - кивнула я. - Так, время терять не будем. Анастасия, пусть наш дормез готовят. Лошадей на ближайшей станции оставим, там же и подорожную выправим. Вели еще продуктов собрать, и к нам на Черную речку. А мы поедем собираться. Малыш, ты со мной?

Спокойно лежавший у моих ног маламут встрепенулся и гавкнул. Несчастная мисс Кейт подпрыгнула, а Настя только рукой махнула.

Отговаривать мужа от поездки не имело смысла, я уже пробовала, когда в Австралию собирались. Да и Дизель мне явно помехой не будет. Но англичанка?

-Простите, мисс Кейт, но вы останетесь в Санкт-Петербурге. Это путешествие не для женщин.

-Простите, леди Акульина, но вы тоже женщина, однако не просто едете, а руководите экспедицией. Никто из вас не говорит на хинди, кроме меня, а вдруг нам придется вести переговоры с похитителями?

И все это было проговорено с такой твердостью, что у меня брови подпрыгнули от удивления.

-Я тоже могу сопровождать вас, - подал голос Петр Ланевский.

Опять поднялся гвалт.

"Ты уж определись мать-командирша, - подсказала мне ехидна, - а то, может, так всем табором и поедем?"

Табором ехать не хотелось. Я могла бы возразить мисс Кейт, что с ними есть русский и переводчик нам не понадобится. И догнать я собиралась их раньше, чем они до Индии доберутся. Но что-то меня остановило.

Илья как-то резко повернулся к Васе и вдруг вскрикнул, схватившись за спину. В последнее время мой муж страдал приступами радикулита, сказывалось сидение в холодных реках при наведении переправ в войне 1812 года и Заграничном походе, да и служба на Аляске не прошла даром.

-Дорогой, прости, но ты немедленно ляжешь в кровать, а Анси пошлет за доктором.

-Душа моя, но как же ты одна? - муж скривился от боли.

-Я не одна, Илюшенька. Со мной Василий Павлович поедет, Тихон, - старший лаке подскочил от неожиданности и его глазах зажегся азартный огонек, - и Малыш.

-И я! - встала и гордо вздернула подбородок англичанка.

"Вот тебе и "английская роза", - хихикнула ехидна, - кактус получается."

-Я согласна даже надеть штаны! - воскликнула англичанка, краснея.

"Вот это я понимаю, - захлопала в ладошки ехидна, - вот это подвиг! Мощно! Придется брать".

Спорить и убеждать времени не было, если шпик Дубельта все верно изложил, а я в этом не сомневалась, то получается что похитители в пути уже не меньше шести часов. Надо было торопиться. Еще на сборы уйдет часа два не меньше. Было бы лето, я бы с Дизелем уже верхами неслась, но зимой, да еще такой морозной - это практически нереально. Можно, конечно, без седла ехать, так и всаднику и лошадке теплее, но в рысь или галоп все равно не пошлешь. Так что смысла нет шагом тащиться. Иное дело четверка в дормезе. Хотя, и них четверка в карету запряжена.

-Василий Павлович, жду вас в нашем имении в полном сборе через два часа. Малыш с вами, я на Звездочке домой.

-Слушаюсь, командир, - гаркнул Дизель и принялся раздавать уже свои приказы. - Тихон, провизия, спирт, коньяк - на тебе. Петр - оружие. Настенька - теплые вещи и гардеробчик мужской из Мишиных вещей для англичанки собери.

Я подошла к Илье, которого до прихода доктора уложили на диван.

-Дорогой, - я взяла руку мужу и слегка сжала ее, - ты главное поправляйся, с нами все будет хорошо, не в первый же раз.

-Я обещал, что мы никогда не будем расставаться и подвел тебя, - грустно улыбнулся Илья. - Душа моя, я не буду просить тебя быть осторожной, знаю что ты скажешь...

-Я всегда осторожна, - я поцеловала мужа в лоб.

-Вот-вот, но возвращайся поскорее, пожалуйста.

К нам подошла Анастасия.

-Илья Владимирович останется у нас до полного выздоровления, - сказала она и обняла меня, - а ты там за Василием Павловичем присмотри. И чтобы к Рождеству дома были! - пригрозила мне Анси напоследок.

Я примчалась на Черную речку и бросив Фролу поводья, принялась собираться. Аксинья охнула и запричитала, когда я вкратце рассказала про Генриетту.

-Как же это, барыня? Это же Митенька вернется из Москвы и что я ему скажу? Невесту твою мы не уберегли...

-Аксинья, прекрати. Отправишь его к Ланевским, Илья Владимирович пока в их доме будет. Он все сам и объяснит.

Коты крутились у меня под ногами, пока я укладывала в баул свои вещи, пистолеты, собственного производства фонарики, патроны. Взяла большую карту, атлас, сунула еще парочку книг. Тень прыгнул на баул сверху.

-Ты не едешь, - строго сказала я.

Кот долго на меня смотрел желтыми глазами, не мигая, фыркнул, распушил хвост и вышел из комнаты.

-Ой-ё-ёй, какие мы обидчивые, - пробормотала я, погладила Рыжика и пошла вниз, где Аксинья уже накрыла мне обед

Ровно в назначенное время к воротам нашего поместья подкатил дормез, поставленный на "полозки" спереди и сзади, этакие приспособления, похожие на укороченные санки.

-Отряд к походу готов! - весело крикнул Вася, выскакивая на снег.

-Слушай, а у тебя на службе проблем не будет?

-Нет, Дубельт посодействовал. Типа особое поручение у меня и у Петра от 3 отделения. А на полку Павел остался.

Я посмотрела на место для возницы, оттуда их огромных тулупов мне улыбались Тихон и Петр Ланевский.

Внутри сидела мисс Кейт, действительно в штанах, теплом кафтане и меховых сапогах. Я помахала Аксинье и Фролу и забралась в экипаж.

-Поехали, - крикнул Дизель и закрыл дверь.

Я разложила карту и принялась на ней рисовать маршрут до Астрахани. Вася тоже склонился над картой.

-Вот, смотри, что получается - через Коломну, Зарайск, Скопин, Ряжск, Козлов, Тамбов на Новохоперскую крепость, далее казачьими станицами на Царицын, а потом по правому берегу Волги на Астрахань. Только я вот сообразить не могу, что им в Астрахани-то делать? Куда дальше?

-Ай, - отмахнулся генерал, - мы их до Астрахани догоним.

-Да-то Бог, но мне просто интересно, как они собираются в Индию пробираться. Лакхнау, где сейчас служит генерал Слимен находится на севере страны, в предгорьях Тибета.

-А чего непонятного-то, - Вася повернул к себе карту, - по Каспию, через Туркестан, или через Персию.

Мисс Кейт сидела прямо и, естественно, не принимала участия в нашем разговоре. Вот зачем, спрашивается, мы ее с собой взяли? М-да, что-то я с возрастом хватку теряю. Раньше и взгляда хватало, чтобы людям истину донести, а теперь вот тебе, пожалуйста, "английская роза" меня не слушается.

Из корзинки, которую в последний момент засунула в дормез Аксинья раздалось странное урчание. Я откинула крышку и просто картина маслом - Тень приканчивал кусок ветчины.

-И как это понимать? - свела я брови.

Малыш под ногами заворчал, а черный нахал выбрался из корзины, не выпуская кусок ветчины и любезно положил его рядом с Малышом. Пес поднял на меня взгляд.

-Ешь уже, - проворчала я.

Вася хохотал, я злилась. Меня уже и коты не слушаются. Что дальше?

Англичанка тоже пыталась сдержать смех, наблюдая за Тенью и Малышом.

-Мисс Кейт, - обратилась я к ней, - у нас как-то не было времени поговорить. Расскажите немного о себе. Как вы попали в Индию? Как стали компаньонкой леди Генриетты?

-Если вам интересно, я могу рассказать, но это печальная история, леди Акульина, - вздохнула англичанка. - Я родилась в грозовую ночь в семье эсквайра, мирового судьи Лестершира Джозефа Доусона. Моя мать была склонна к мистике, верила в предсказания и в день родов пригласила в дом местную гадалку, которую в деревне больше называли ведьмой. Она сказала моей матери, что несмотря на то, что я родилась в непогоду, именно грозы мне и надо опасаться. А еще она сказала полнейшую глупость, что только в далекой стране, я найду свою судьбу. Эту историю с гаданием мне рассказала моя кормилица, когда мне исполнилось 16 лет и ко мне посватался Питер Секвил, четвертый в очереди на титул графа. Это была большая честь и удача. Он был идеален во всем и джентльмен до мельчайших мелочей, даже без намека на недостатки. Мы были помолвлены и уже почти женаты, но мой жених не позволял себе никаких лишних жестов или действий, даже ни разу не поцеловал. А я мечтала... , - мисс Кейт смутилась, бросила взгляд на Васю, который спал, устроившись на диване, - представляла, как коснется губ, тепло обнимет, что-то нежно будет шептать...

Тут Дизель так захрапел, что мирно спавшие животные вскочили как по команде. Я толкнула его в бок. Генерал пожевал губами, перевернулся и выдал еще одну трель и наконец прекратил храпеть.

-В ту ночь была страшная гроза, от раскатов грома дрожали стекла, а ливень хлестал с бешеной силой. К нашему дому подъехали несколько путников, это были аристократы. Отец, конечно же, не мог отказать им в пристанище. Мой отец хоть и не был знатным, но зато был очень состоятельным человеком. У нас было большое поместье, слуги и я получила благородное образование. Джентльменов накормили и разместили в комнатах. Ночью я услышала мяуканье моего котенка, зажгла свечу и вышла в коридор...

Мисс Кейт замолчала, а я поняла, что сейчас услышу что-то нехорошее, неправильное. Но дослушать рассказ компаньонки не удалось. Мы подъехали с почтовой станции и надо было расспросить о похитителях и лошадей поменять. Мы собирались ехать и ночью, благо наш дормез это вполне позволял. Печка топилась, еда была, спать можно было на двух диванах, а мужчины и на полу на меховых шкурах могли лечь. Мощные фонари, в которые мы заливали масло, хорошо освещали дорогу. Так что препятствий не было. Теоретически.

А практически все получалось не так, все вопреки нашим планам. Лошадей на замену не нашлось. А наши лошади устали. Поэтому пришлось нам оставаться на ночь. Одно было неплохо, что те, за кем мы гнались, были здесь.

-Странные люди, - покачал головой станционный смотритель. - Обычно, пока лошадок меняют, путники либо у нас туточки чай пьют, либо на постоялом обедают-перекусывают. А тут - один господин документы оформил и велел корзинку с едой и самовар в карету принесть. Это не по-правильному. Ноги размять, поговорить с другими путниками, новости узнать, письма какие отправить - это в обычае, а в холод такой в карете сидеть, виданное дело?

Я покачала головой, всем видом показывая солидарность со смотрителем.

-Так вот половой с постоялого-то понес самовар, да и заглянул, а там две, два, он и не знал как назвать страшилищ. Рожи черные, бандитские, а одеты в женское, и девушка с ними, молодая, спала она на диванчике, шубой укрытая. Вот такие дела, сударыня. Вы вот хоть и мужском платье, да сразу видно - свои люди, благородные. Вот и обед по всей форме заказали, и самовар, и постели. За лошадок будьте в покое, обиходим, накормим.

На постоялом дворе, который был расположен рядом со станцией, было на удивление чисто. Столы накрыты белыми скатертями, посуда блестела и запахи были вкусными. Наш отряд, понятное дело, вызвал дивой интерес среди публики. Еще бы - двухметровый лысый Василий с черным котом в корзинке, не менее здоровый Петр, мы с англичанкой в штанах, а рядом со мной еще и Малыш на поводке. Только Тихон из нас всех выглядел обычно. Он все еще стеснялся и никак не хотел садиться за общий стол, пока Вася на него не прикрикнул.

Я написала письма Анастасии и мужу, Василий договорился со смотрителем, что наших лошадей отправят в имении Ланевских в Санкт-Петербург. И мы не то чтобы со спокойной совестью, но пошли спать. А куда деваться-то.

"Все как в книгах писали, - загрустила ехидна, - вечная проблема со сменой лошадей".

Утром мы получили свежих, отдохнувших лошадок, напились чаю и уже собрались отправляться, когда к нашему дормезу подошел смотритель.

-Вы осторожны будьте, господа, дорога через лес идет, а там у нас разбойники завелись. Витька Чуркин орудует. Его окаянного ужо который раз в каторгу отправляют, а он сбегает и опять за свое.

-Разберемся, - грохнул Дизель. - Но тебе спасибо за предупреждение.

Генерал щедро наградил служителя и тот кланялся до тех пор, пока наш дормез не выехал за ворота почтовой станции.

Василий решил пересесть вперед на козлы, сказав, что уж больно жарко стало. И это было действительно так - Тихон не жалел угля и печка топилась исправно. В дормезе было уютно, а ехать по зимнику сплошное удовольствие, на кочках не подбрасывает, не трясет. Мы с мисс Кейт сидели у окошка за столиком и пили кофе, который я сама сварила, чему англичанка изрядно удивилась. Я попросила ее продолжить рассказ.

-Так вот, я вышла в коридор в ночной рубашке, не думая о том, что могу кого-то встретить ночью. Но все оказалась не так..., - компаньонка тяжело вздохнула, замолчала.

Я не торопила, всегда считала, что надо человеку дать возможность самому рассказывать.

-Мне навстречу шел мужчину, он засмеялся и сказал:"О, да ты уже и разделась, куколка!" Я отшатнулась, но он крепко меня схватил и затащил в соседнюю комнату, которую, очевидно, ему отвели. Я пыталась объяснить, что я дочь хозяина и он ошибся, но мужчина только хохотал и говорил, что я вру. Что дочь хозяина не будет ходить в рубашке ночью и ему нравится такая игра. Дальше все было как в тумане, я помню только боль и стыд. Как пришла в свою комнату я не помнила. Утром служанка Мари нашла меня сидящей на полу возле стены. Она ужаснулась, и я плача рассказала ей все, что произошло ночью. Мари помогла мне вымыться, причесала волосы, уложила в постель и сказала, что аристократы уехали еще на рассвете. И еще она добавила, что надо немедленно рассказать все моему отцу, а уж он догонит и заставит обидчика исполнить долг и взять меня в жены. Я пришла в ужас от одной этой мысли. У отца было слабое сердце и это могло его убить. Поэтому я запретила Мари кому бы то ни было рассказывать о моем позоре.

"Эх, что за нравы, - возмутилась ехидна, - это позор этого так называемого аристократа, животное позорное он, а не джентльмен".

Я была полностью согласна с моей ехидной. Моя б воля, кастрировала бы таких уродов. А мисс Кейт продолжала свой действительно печальный рассказ.

- Тогда Мари решила научить меня, как сделать так, чтобы мой жених ничего не заподозрил, но я считала это крайне нечестным по отношению к Питеру и решила рассказать ему все. Мы встретились этим же днем, он как всегда говорил мне комплименты, смотрел с нежностью и я решилась. "О, это все так ужасно, Кейт, но теперь твое приданное должно быть удвоено, иначе я откажусь от испорченного товара". Я была шокирована.

-Представляю, - проговорила я. - Вы ожидали понимания, сочувствия, а получается, что вашего жениха интересовали только деньги.

-Да, так и было. Никаких чувств ко мне у него не было. Когда я попросила его никому не говорить и отказаться от свадьбы под любым другим предлогом, он только рассмеялся и пошел к моему отцу. Как описать мой стыд и смятение? Но это не главное. У моего отца случился удар и он скончался. Мать отвернулась от меня и сказала Питеру, что ничего не даст. И мой бывший жених объявил, что отказался от меня потому, что я потеряла свою честь до свадьбы. Что было делать? Надежды выйти замуж не осталось. И тут наш дальний родственник по маминой линии, ее троюродный брат, получил назначение в Индию. Он был сотрудником Ост-Индийской компании. Уезжал он с семьей и его двум малолетним дочерям нужна была гувернантка. Вот так в 17 лет я стала гувернанткой и уехала в Индию. А когда дядя собрался возвращаться в Англию он порекомендовал меня генералу Слимену, тот как раз искал компаньонку для своей дочери. Последние пять лет я жила в их семье.

-Простите за такой вопрос, а что же стало с вашей матерью?

-Она вышла замуж за отставного полковника, родила ему сына и они живут по сей день в нашем поместье, - спокойно ответила англичанка.

Это было несправедливо, ведь и мисс Кейт имела право на наследство. Но я плохо разбиралась в английских законах, решила посоветоваться с Коллинзом, то есть Расселом, когда вернемся.

-Простите еще раз за мою бестактность, а сколько вам лет, мисс Кейт?

-О, мне уже исполнилось 32 года, старая дева, - горько улыбнулась компаньонка.

"Офигеть, - выдала ехидна, - а я думала ей 40".

Я тоже думала, что англичанке под 40. Наверное, совсем нелегкая у нее была жизнь, раз так рано погас огонь в глазах, и совсем не осталось надежды на собственное счастье. Может именно поэтому она и ослушалась приказа генерала плыть в Англию и позволила Генриетте встретится с любимым.

Я посмотрела в окно, вокруг был лес, лапы огромных елей задевали крышу нашего дормеза, и на меня накатила тревога.

Вдруг насторожился Тень. Он стек со спины Малыша и громко заурчав прыгнул к двери, которая вела на козлы. И тут дормез остановился. Все внутри меня напряглось. Я вскочила, дернула дверь и увидела впереди поваленное дерево. Гаркнула, не задумываясь.

-Быстро сюда! Не рассуждать!

Василий и Петр без слов перебрались в дормез и закрыли дверь на засов. Тихон, занятый в задней части обедом, замер.

-Сидим, ждем. Оружие наготове, - приказала я.

Вася кивнул, мгновенно в его руках оказалось два пистолета. Петр в точности повторил действия отца. Я тоже достала пистолет, Тихон вытащил винтовку. Малыш напрягся, шерсть на его загривке встала дыбом, Тень урчал и весь как-то так распушился, что больше стал похож на чернобурку, чем на обычного кота.

Боковая дверь открылась и появилась ухмыляющаяся физиономия, которая мгновенно получила сапогом в лоб от Дизеля. Вася выскочил из дормеза вслед за отлетевшим на несколько метров разбойником, который по ходу полета сбил еще двоих мужиков.

-Не сцы, Маруся, я Дубровский! - выдал наш генерал уж совсем неожиданное и выстрелил в воздух. - Бросить оружие, руки в гору, мордой в пол!

Следом за ним выскочил и Петр, тоже наставив на разбойников пистолеты. Малыш оскалился и зарычал. Бросив Тихону, чтобы охранял мисс Кейт, выбралась и я.

Не смотря на остроту ситуации, а на нас все-таки напали разбойники, меня разбирал смех. Фраза Дизеля не выходила из головы, а тут еще и десять мужиков с не самыми дружелюбными рожами, растеряно крутили головами.

"Гору высматривают, и пол, куда мордой уткнуться, - хохотала ехидна, - Интересно, а на войне Вася как командует?"

-Руки подняли, оружие отбросили от себя, и на колени, - спокойно отдала я приказ, - если кто дернется, стреляем без предупреждения. Вы все на прицеле, в дормезе охотники с винтовками. Витька Чуркин есть среди вас? Выходи вперед.

Разбойники ошалели настолько, что выполнили все требования, на снег отлетели два обреза, несколько ножей и дубинок. Все встали на колени, кроме одного. Он стоял, уставившись на нас темными глазами, и ухмылялся.

-Ну, я Витька Чуркин, - развязно сказал он и сплюнул.

-Разбойничаешь, значит? - я лихорадочно соображала, что делать дальше. Времени возиться с бандитами у нас не было, но и оставлять их без наказания нельзя было.

До ближайшего города еще ехать и ехать. Но не убивать же их.

-Есть немного, - отозвался тем временем разбойник, - но мы честные, мы до нитки не обираем, людишек жизни не лишаем.

-Ты смотри, Акула, прямо Робин Гуд местный, а? - жег дальше Дизель.

-А ты господин Дубровский и сам такой, чистый разбойник, - огрызнулся Чуркин. - И не надо всякими гудами ругаться.

Я не выдержала и засмеялась.

Остальные бандиты, честно говоря, какие-то нестрашные и неказистые впали в прострацию. Их глаза уже вылезли на лоб, и смотрели они на нас с нескрываемым ужасом.

-А скажи-ка мне, Витька Чуркин, ты тут всех останавливаешь?- спросила я. В голове никак не появлялась ни одна дельная мысль.

-Ха, - он опять сплюнул, - я ж не дурной, только богатых господ грабим, как должон кто побогаче ехать, мы засеку мастерим. Кто ж знал, что вы такие, - он изобразил что-то такое руками, намекающее, что мы бандиты, - с виду-то порядочные же господа. Чаевых целковый оставили...

Все стало ясно, на постоялом дворе у Витьке был осведомитель, который и сообщал банде о богатых путниках. Получается наши похитители проехали беспрепятственно, а мы опять застряли.

Мимо меня пролетела черная молния и прозвучал выстрел, резко разорвавший тишину зимнего леса.

Я увидела четырех человек выбегавших из леса с оружием. Один из них пытался выстрелить, наверняка в кого-то из нас, но Тень помешал, впившись ему в лицо. Пуля ушла в небо. На раздумья времени не было. Я выстрелила, следом прозвучали еще три, нет четыре выстрела. Потом еще один и еще. Гром выстрелов, крики и разбойников, бешеный вопль Дизеля, все слилось в общую какофонию. Малыш прижал к земле дернувшегося сбежать главаря Витьку Чуркина.

-Стоять, мать вашу! Лежать! - орал Вася вскочившим на ноги мужикам, которых мы "захватили" раньше. - Я вас, су...и, научу Родину любить!

На самой кромке леса лежали два тела, раскинувшись на снегу, Тень гордо сидел на третьем теле. Четвертый человек, выскочивший из леса упал неподалеку, прижимая к себе руку. Тень фыркнул, спрыгнул в глубокий снег и поднимая лапы пошел к нам среди разбойников, которые мелко крестились, поглядывая на кота.

-Ты, сволота поганая, ждал своих, да? - накинулся Дизель на Витьку Чуркина. - Не убиваете, значит, гады? Я вот вас тоже сейчас убивать не буду, просто покалечу! - ревел генерал и сдабривал все такими выражениями, что я про себя порадовалась, что англичанка не знает русского языка.

"М-да, этого уже и не требуется, - прокомментировала ехидна слова генерала, - от одного Васиного выражения личика и метких высказываний многие точно получили косоглазие, заикание и медвежью болезнь. Чувствуешь, как пованивает?"

Насчет пованивая я ничего не чувствовала, но вид у разбойников был не на шутку испуганный. Тень, отряхнув лапки, запрыгнул в дормез. Я отозвала Малыша, и бледный, практически белый как тот снег разбойник с трудом поднялся.

Мыслей в моей голове о том, что делать дальше так и не появилось.

А Дизель продолжал бушевать.

-Прострелю всем руки, нет лучше колени, а лучше и то и другое...

-Не губи, отец родной, - взвыл один из разбойников, - мы не будем больше, мы по домам пойдем, вот те крест!

Завыли и другие, перебивая друг друга стали говорить, что разойдутся по деревням-городам и разбойничать оставят. Верила ли я им? Да ни одному слову. Но и терять время мы не могли. Гнать их до Зарайска? Еще и кормить-поить, на ночлег устраивать? Увольте. Наши "душители" и так уже оторвались от нас как минимум на день.

-Значит так! Мы сейчас спешим, но скоро поедем назад и тогда времени у нас будет вдоволь. Если узнаю, что с сего дня хоть один разбой учинен был, я вас всех найду и разделаюсь так, как вам генерал Ланевский обещал, без суда и следствия! - гаркнула я, максимально добавив стали в голос и оскалившись не хуже Малыша. - Вопросы?

Вопросов не было. Разбойники мрачно молчали.

- Тихон, оружие в мешок собери. А вы быстро дерево с дороги убрали! Петр, Василий Павлович, мы уезжаем.

Мужики споро оттащили огромную ель с дороги. Только Витька Чуркин стоял и сплевывал на снег, криво ухмыляясь.

Когда дормез тронулся, я наконец посмотрела на мисс Кейт. Англичанка была бледна, но крепко держала в руках чугунную сковороду.

-Барышня у меня оружие просила, - оправдывался Тихон, - на винтовку мою все показывала, а потом в кухню рванулась и сковородь схватила.

-О, я бы дорого продала свою жизнь, - вскинула подбородок компаньонка, - не сомневайтесь.

-Не сомневаюсь, - улыбнулась я, забирая у нее непревзойденный предмет обороны.

Дальше мы ехали и ехали, на каждой станции узнавали, что да, были такие люди, в точности соответствующие по описанию похитителям, но отбыли.

После Царицына начались степи, и чем ближе мы подъезжали к Астрахани по берегу Волги, тем больше чувствовали насколько далеко мы уже от России. Кругом тянулись татарские деревни и возвышались острые и узкие крыши или шпили мечетей. Лесов не было, но почти около каждого домика росли пирамидальные тополя. Редко нам навстречу попадалась русская телега, зато встречались двухколесные тележки с калмыками, татарами, киргизами, грузинами, армянами, персиянами. Эти деревни сопровождали наш путь вплоть до Астрахани.

Астрахань была совсем не похожа на прочие губернские города, в которых мы побывали: она больше их и имеет свой самобытный характер. Почти опоясанная водою — Волгой и Кутумом, издали она какая-то пестрая, очень много домов, церквей, кирх, мечетей, и целый лес мачт. В общем Астрахань произвела на нас приятное впечатление. Правда, улицы были не мощенные, много сломанных заборов, пустырей, грязи и спокойно прогуливающейся скотины, но много и прекрасных каменных зданий, старинных, оригинальной архитектуры церквей, и к довершению Кремль, копия Московского.

И тут след оборвался. Нам удалось узнать, что господин Козлов сдал экипаж на почтовой станции Астрахани в целости, а куда дальше он отбыл со своими тетушками и племянницей смотрителю не ведомо.

Мы сняли два номера в гостинице "Сапожников и сын" и решили идти в порт, потому что другого пути кроме как по Каспию в Индию отсюда не было. В Астрахани было намного теплее, пришлось снять свои меховые плащи, заменив их на более легкие. Мы с мисс Кейт заняли один номер, переоделись в платья и пообедав, мы с Васей отправились в порт.

-Слушай, у меня такое чувство, что мы и не в России вовсе, как будто в Стамбуле каком, - пробормотал Вася.

-Да и у меня тоже, - согласилась я.

Путь наш проходил через огромный рынок и я по пути интересовалась ценами, потому что в Санкт-Петербурге товары с востока были чрезвычайно дороги. И я думала, что уж в Астрахани-то они подешевле. Ну, да. Персидские ковры по 30 рублей! Да квалифицированный рабочий на заводе получал 50 руб в месяц.

А порту был такой хаос, что мы немного растерялись.

-Твою ж дивизию, - выдохнула я, - никакого порядка. И к кому тут идти? Как узнать про наших друзей.

Но, как говорится, язык куда хочешь доведет.

-А скажи-ка, любезный, - Вася остановил приличного на вид мужика, - кто у вас тут портом управляет.

-Так, известно кто - Григорий Гаврилович Басаргин, сударь, контр-адмирал! - мужик важно поднял указательный палец

-И где же нам его найти? - спросила и я в свою очередь.

-Так известно где - в доме на набережной Волги. Со львами.

-Постой, это какой Басаргин? - прищурился Дизель. - Гришка-татарин?

-Да может и татарин, - спокойно пожал плечами мужик, - вот этого наверняка не скажу.

Вася щедро отблагодарил мужика, и потирая руки сказал.

-Это точно Гришка, мы с ним в Персидском походе вместе воевали, в 26 году. Он тогда бригом "Баку" командовал и сильно при блокаде Астрабадского залива помог. Пошли его дом искать. Он уж точно поможет!

Мы увидели бричку и за полтинник с комфортом доехали до дома контр-адмирала. Как и предполагал Василий Басаргин оказался его боевым товарищем. Встреча друх друзей была бурной, с объятиями и восклицаниями. Когда волнение немного улеглось, мы вкратце изложили наши приключения и попросили помочь с поисками.

-Это мы организуем, - обнадежил нас адмирал. - Я же тут еще и военный губернатор. Так что пошлю людей, опросят всех до последнего человечка в порту. А уж тогда и решим как действовать. Вы где остановились?

Узнав, что мы сняли номера в гостинице, а наш дормез оставили на хранение на почтовой станции Басаргин сказал, что он этого не допустит и распорядился послать за нашими спутниками в гостиницу, а нас велел тут же разместить в доме.

Адмирал был видным мужчиной, высоким, с пышными усами и бакенбардами, правильными чертами лица и темными, какими-то веселыми с искорками глазами.

-Пойдемте в жилую часть, я вас с Анной Карловной, супругой моей познакомлю.

----------------------------

Возник вопрос по Персии, так вот Персия в 1849 году включала в себя Иран, Афганистан, часть Ирака, Кувейта, Пакистана, Турции и Аравии.

Дорогие мои друзья, не скупитесь на звездочки в конце главы, для вас - секунда, а для меня радость и улыбка на весь день!