Всем вcтать

Профессор-социолог, профессор-юрист, профессор-философ и профессор-культуролог сидели на трубе.

- Однако же, сдаётся мне, – говорил социолог, – что пока одни люди запирают своё сознание в «бюро-клетке», которая, к тому же, в силу своей неадаптивности превращает его в кашу, другие с радостью отдают его в объятия «нью-эйджа». Они сильны в борьбе друг с другом, но именно их несовершенность приведёт к образованию ещё более абсурдных концепций.

- Но, позвольте, – спорил с ним юрист, – а как же тот факт, что наша практика настолько запуталась сама в себе, что теперь похожа на большой клубок, который уже не распутаешь. И нам остаётся только пинать этот клубок по полу и воображать, что могло бы случиться, будь этот клубок диаметром не десять сантиметров, а, скажем, два метра. Это было бы поистине забавно.

- Бессмысленность противостоит бессмысленности, съедает другую бессмысленность и рождает ещё одну бессмысленность. Бессмысленность на бессмысленность после бессмысленности… – бормотал себе под нос философ.

Культуролог сидел и выдувал изо рта слюнявые пузыри. Когда такой пузырь лопался, он радостно хлопал в ладоши.

- Никита, а кто это? О чём они говорят?

- Не знаю. По-моему, какие-то шизы.

- Никита, а в чём, всё-таки, смысл?

- А смысл всегда на последней странице. Такие дела, ребята.

Привет, мир. Я студент-юрист первого курса. Люблю законы, люблю постановления Правительства, и кодексы тоже очень люблю. Учусь прилежно. И очень хорошо. Жду начала своей трудовой карьеры. Там будут законы и кодексы. И будет очень хорошо. А как у вас дела?

Погода сегодня очень хорошая, солнце жёлтое, небо синее, ветер прозрачный. Моя любимая статья Уголовного кодекса 354.1, а у вас? А в Гражданском кодексе нравится статья про договор об отчуждении исключительного права на товарный знак. Хочу связать с ней жизнь. Но номер я писать не буду, он нехороший.

Сегодня мой первый день на практике в М-ском районном суде нашего города К. Суд большой, у него белые колонны и золотые вывески. И очень хорошо. А напротив торговый центр, а в торговом центре магазин, а в магазине холодильник, а в холодильнике бутылка, а в бутылке вода. Мне не терпится начать практику.

Меня посадили за компьютер. Сказали, изучать дела. И это очень хорошо. На компьютере были папки. А на папках названия. «Отложное», «Кассация», «Октябрь», «Наши», «Михайлов», «Дурка». Последняя называлась «ААААААА». Я открыл её. Там были протоколы судебных заседаний. Похоже, писал их тот, кто раньше здесь работал. И очень хорошо. Первое, что показалось странным, он зачем-то стёр везде своё имя и заменил его на «ОНС». Я почитал. Мне понравилось. Многое понял. Многое не понял. Но и это очень хорошо. Век живи, век учись. Внизу папки был файл «». Я открыл. Там было написано:

[ Я и ОН – одно и то же. Я использую ЕГО, чтобы нести в эту реальность конфликт ради собственного увеселения. Скрывающийся-в-лицах боится и ненавидит ЕГО, потому что ОН знаменует собой Последнее Противостояние. Которое или скоро начнётся, или уже началось. И тебя я тоже придумал шутки ради. СРПВО. ]

Файл немного странный. Но это не важно, потому что за окном светит солнце. И я буду учиться и трудиться. И я сохраню все эти файлы. И покажу их вам, друзья. И очень хорошо.

дело № 2-ХХХ-2024

04 марта 2024 года

город К

М-ский районный суд г. К

в составе председательствующего судьи Семёновой А.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ОНС,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Уваровой Ксении Георгиевны к Смолову Иннокентию Аркадьевичу об определении порядка наследования имущества.

Судебное заседание объявляется открытым.

Доложена явка лиц.

В суд явились:

Представитель истца – Козлова Инга Витальевна, 1983 г.р., паспорт ХХХХ, зарегистрирована по адресу ХХХ ХХХ ХХХХ.

Представитель ответчика – Вахрушев Семён Семёнович, 1997 г.р., паспорт ХХХХ, зарегистрирован по адресу ХХХ ХХХ ХХХХ.

Объявляется состав суда, лицам, участвующим в деле, разъяснено их право заявлять самоотводы и отводы.

Отводов и самоотводов не заявлено.

Разъясняются процессуальные права и обязанности.

Судья опрашивает участников процесса, имеются ли у них ходатайства.

КОЗЛОВА. Да, Уважаемый суд, да! Я собрала все документы, все справки! Николай Уваров бал нев-ме-ня-ем! Пожалуйста, приобщите их к делу.

ВАХРУШЕВ (ехидно улыбаясь). Заседание толком не началось, а она уже кричит. Уважаемый суд, мы можем, хотя бы начать, как полагается?

СУДЬЯ. Рассматривается дело об определении порядка наследования имущества, а именно, квартиры умершего Уварова Николая. Истец – Уварова Ксения Георгиевна, являющаяся сестрой матери умершего заявляет свои права на наследство. Тем не менее, в завещании умершего указан другой человек – третье лицо, гражданин Смолов Иннокентий Аркадьевич. Стороны, прошу огласить правовую позицию.

КОЗЛОВА. Правильно Вы сказали, Уважаемый суд, сестра матери умершего! Наследник третьей очереди. При том, что других родственников у него не было. Эта квартира сначала матери была, потом ему досталась. И вернётся она в семью, а не достанется какому-то аферисту!

ВАХРУШЕВ (до сих пор сидящий с ехидной ухмылкой). А не подскажете, гражданка Козлова, где сама истец Ксения Уварова? М?

КОЗЛОВА. А мы и не скрываемся! В тюрьме она, и? В колонии. Ну? Ну и что?

ВАХРУШЕВ (с нескрываемым триумфом в голосе). А за что она сидит в тюрьме? А? Молчите? А я Вам скажу, Уважаемый суд. В тюрьме истец за убийство собственной сестры, матери Уварова. Той, чья квартира изначально была. Преступница, лишившая сына матери, ай-ай-ай. И теперь на наследство его претендует. Я считаю, что в соответствии с законом, она является недостойным наследником, и мы будем добиваться этого решения.

КОЗЛОВА. И что? А мы и не скрываем этого! Да, моя доверительница совершила преступление и сейчас несёт за это ответственность. Но ведь, самому-то Уварову она ничего не сделала. По отношению к нему-то, она не недостойный наследник. Уважаемый суд, когда его мать умерла…

ВАХРУШЕВ. Уби-или! Я буду настаивать на данной формулировке.

КОЗЛОВА. Настаивайте сколько угодно. Про преступников мы ещё поговорим, когда до Вашего Смолова дойдём, ой, поговорим!

СУДЬЯ. Стороны, позиция ваша понятна. Перейдём к исследованию доказательств. Представитель истца, Вы принесли…

КОЗЛОВА. Всё здесь, Уважаемый суд, всё, до последней бумажечки. Во-первых. Николай Уваров состоял на учёте в Республиканском наркологическом диспансере с алкогольной зависимостью. Он был больным человеком, не способным руководить собственными действиями. И любое его завещание должно считаться недействительным.

ВАХРУШЕВ. Насколько мне известно, заключения суда о его невменяемости не было. К тому же, его зависимость удалось купировать, и на момент составления завещания он был абсолютно трезвым.

КОЗЛОВА. Трезвым, ага, как же! Вот тут-то и во-вторых! Гражданин Смолов втёрся в доверие к Уварову, тот выписал на Смолова доверенность, после чего тот пошёл в местную поликлинику и по этой доверенности узнал, какие проблемы со здоровьем есть у Уварова. У них запись есть, что он приходил, я её тоже приобщила. И, собственно, узнав, что уваровские органы уже наладом дышат, Смолов с радостью стал бегать каждый день в магазин и носить тому водку. Чтобы Уваров побыстрее помер. И завещание, разумеется, он ему заблаговременно подсунул.

ВАХРУШЕВ. Ну, это уже полнейшие спекуляции. Иннокентий Аркадьевич познакомился с Николаем Уваровым в самый трудный период его жизни. Один на всём белом свете – ни семьи, ни друзей. Иннокентий Аркадьевич стал для него единственным другом. Да, он действительно ходил справляться о его здоровье. Но лишь потому, что ему было не всё равно. Уваров, хотя и купировал свою тягу к алкоголю, полностью от неё избавиться не смог. И Иннокентий Аркадьевич, наоборот, следил за его состоянием. Иногда наливал, не скрою. Но ни каплей больше допустимой нормы. А что до завещания, то это была целиком инициатива Уварова. Никто его состоянием не пользовался, он просто решил, что ежели с ним что случится, то пусть лучше другу квартира достанется. Как я и сказал, родных у него не было. Кому ещё квартиру завещать? Государству? Тётке-убийце?

КОЗЛОВА (не обращая внимания на комментарии Вахрушева). И в-третьих, Уважаемый суд. Я опросила соседей, и некоторым очень хорошо известен гражданин Смолов. У него целая преступная сеть. Набивается в друзья к одиноким людям – старикам, алкоголикам без семьи, – втирается в доверие, оформляет завещание, а потом помогает им расстаться с жизнью. Кого алкоголем запоит, кого в ванну холодную спящего положит. Естественная смерть, не прикопаешься. А квартирка его.

ВАХРУШЕВ. Позвольте, но у Иннокентия Аркадьевича только одна квартира в собственности – его личная. Других нет, можем выписку ЕГРН принести.

КОЗЛОВА. Конечно! Он что, дурак, на себя всё записывать. Уваровская только на нём должна была быть, а остальные на подельничках его.

СУДЬЯ. Кстати, представитель ответчика, а от чего умер Уваров?

ВАХРУШЕВ (разводя руками). Инфаркт, Уважаемый суд. Типичная болезнь современного мужчины.

СУДЬЯ. Хорошо. Перейдём к прениям.

КОЗЛОВА. Я считаю, что доказательств более чем достаточно. Смолов – преступник и убийца. А квартира родственнику должна перейти.

ВАХРУШЕВ. Не согласен. Прошу признать Ксению Уварову недостойным наследником.

КОЗЛОВА. Это Ваш доверитель – недостойный наследник, да и Вы его не лучше. Слышала я про контору вашу юридическую. Только за таких подонков и берётесь! Весь город знает, что совершил преступление – иди вот к этим. Они так закон исковеркают, так в суде изворачиваться будут. Если и не отмажут, то время затянут уж точно. Все вы одного поля ягоды! А моя доверительница…

ВАХРУШЕВ. Вы его мать убили!

КОЗЛОВА. А вы его самого убили!

ВАХРУШЕВ. Убили! Убили!

КОЗЛОВА. УБИ-И-ИЛИ!!!

СУДЬЯ. Ай-я-я-я-я-я-яй убили негра!

ВАХРУШЕВ. …

КОЗЛОВА. …

СУДЬЯ. Взбодрились немного, стороны? Напоминаю, что у нас суд, а не балаган.

ВАХРУШЕВ. Прошу прошения, Уважаемый суд.

КОЗЛОВА. Да, простите, пожалуйста, дело очень нервное, столько мучаемся уже с ним.

СУДЬЯ. Я вам, знаете, что скажу, уважаемые представители. Так, между нами, не для протокола. Оба ваших доверителя – недобросовестные наследники. По-хорошему, мне бы эту квартиру выморочным имуществом признать, да в собственность города К нашего любимого, и передать. Ну, определю я её сейчас кому-то из вас – так второй же апелляцию писать побежит. А там не я, так следующие инстанции, вас точно ни с чем оставят.

КОЗЛОВА. И что же делать, Уважаемый суд, ведь нельзя же так…

СУДЬЯ. Есть вариант. У нас, намедни, Конституционный Суд решил новую инициативу проявить. Решил прецедентную форму права проверить у нас в России. В рамках заимствования иностранного опыта, так сказать. Но пока аккуратно, без фанатизма. Вот мы её на вас и протестируем. Только поиск дела похожего вам поручаю, кто лучше правовую позицию отыщет, в пользу того и разрешу.

Вахрушев и Козлова стали искать в интернете похожие дела. Оба они упорно скользили пальцем по экрану смартфона, пока в один момент, практически одновременно, не остановились. Представители смотрели друг на друга вытаращенными глазами.

ВАХРУШЕВ. Неужели… оно!

КОЗЛОВА. Похоже, что да… Вот это, десятилетней давности…

Вахрушев и Козлова вскочили со своих мест и приняли театральные позы.

КОЗЛОВА (наигранно крича). О, не-е-ет, он забаррикадировался в моей квартире и поменял замки-и-и!

ВАХРУШЕВ (так же наигранно). Вы не имеете пра-а-ава-а!

КОЗЛОВА. Чика!

ВАХРУШЕВ. Пака!

КОЗЛОВА. Чика!

ВАХРУШЕВ. Тана!

КОЗЛОВА. Чика-пака, чика-пака! Чика-тана, чика-тана! (Козлова дёргала руками то вправо-влево, то вверх-вниз.)

ВАХРУШЕВ. Чика-пака, чика-пака! Чика-тана, чика-тана! (Вахрушев повторял те же движения.)

СУДЬЯ. Быстрее!

КОЗЛОВА. Чика-пака, чика-пака!

ВАХРУШЕВ. Чика-тана, чика-тана!

СУДЬЯ. Быстрее!

КОЗЛОВА. Чика-пака, чика-пака!

ВАХРУШЕВ. Чика-тана, чика-тана!

СУДЬЯ. Ещё быстрее!

КОЗЛОВА. Чика-пака, чика-тана, чика-пака, чика-тана!

ВАХРУШЕВ. Чика-пака, чика-тана, чика-пака, чика-тана!

В конце концов, оба они выдохлись и стояли, держась за живот.

СУДЬЯ. Слабенько, стороны, слабенько. Придётся отложить окончательное решение.

Предварительное судебное заседание отложено. О новой дате будет сообщено участникам процесса.

Судебное заседание закрыто.

Судья: Семёнова А.А.

Секретарь судебного заседания: ОНС

дело № 2-ХХХ-2024

12 марта 2024 года

город К

М-ский районный суд г. К

в составе председательствующего судьи Семёновой А.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ОНС,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Шошиной Надежды Константиновны к Марикову Сергею Владимировичу о признании сделки недействительной.

Судебное заседание объявляется открытым.

Доложена явка лиц.

В суд явились:

Истец – Шошина Надежда Константиновна, 1954 г.р., паспорт ХХХХ, зарегистрирована по адресу ХХХ ХХХ ХХХХ.

Представитель истца – Якушева Марина Игоревна, 1979 г.р., паспорт ХХХХ, зарегистрирована по адресу ХХХ ХХХ ХХХХ.

Ответчик – Мариков Сергей Владимирович, 1992 г.р., паспорт ХХХХ, зарегистрирован по адресу ХХХ ХХХ ХХХХ.

Объявляется состав суда, лицам, участвующим в деле, разъяснено их право заявлять самоотводы и отводы.

Отводов и самоотводов не заявлено.

Разъясняются процессуальные права и обязанности.

Судья опрашивает участников процесса, имеются ли у них ходатайства.

Ходатайств нет.

СУДЬЯ. О, Господи… Мариков-Шошина. Через сколько же рук дело это прошло… И вот, вы у меня теперь…

МАРИКОВ. Четыре! Уважаемый суд, четыре! Четыре судьи пытались, пытались, и ничего сделать не смогли! Кидают друг другу моё дело, как… палку какую-то. Прошу Вас, хоть Вы что-нибудь решите!

СУДЬЯ. Да… тяжёлый случай. Ладно, ответчик, начнём с Вас. Опишите ситуацию.

МАРИКОВ. Я приобрёл у неё квартиру. (Показывает на Шошину.) Часть суммы в ипотеку оформил, плачу до сих пор. А она заявляется через пару месяцев и говорит, что находилась в изменённом состоянии во время сделки, и надо-бы квартиру назад. Но, если бы это было всё, Уважаемый суд, если бы это было всё! Нет, это только полбеды! Ведь она, в придачу, заявляет, что и денег у неё нет! Что развели её какие-то мошенники, она им все деньги передала, и что именно эти мошенники её в изменённое сознание и ввели. Я ей тогда говорю, мол, а я тут причём? Я квартиру эту честно купил, да с ипотекой ещё, что мне сейчас, тебе её вернуть, а самому с женой и двумя детьми на улицу? В итоге, в суд на меня подали, и вот мы с Вами здесь и сидим. Каково, а?

СУДЬЯ. Понимаю Ваше негодование, ответчик. Давайте истца послушаем. Надежда Константиновна, ну как же Вы умудрились-то?

ШОШИНА. Ой, здравствуйте, Ваша честь. Да, вот тут такой случай со мной… Связались со мной люди, говорят, что в общественном комитете каком-то работают. И что мой дом, говорят, под программу то ли реновации, то ли реструктуризации попал, в общем, я не совсем поняла. И что выселить меня могут и в квартиру похуже поместить. У меня моя-то – трёшка, ещё пока муж жив был, нажили. А мне такое заявляют. Ну и говорят, мол, надо её продать, а потом новую купить. Сказали, помогут. Даже квартиру новую нашли, я район посмотрела – так даже лучше прежнего. Ну, продала я, взяла деньги, пошла в банк, и на счёт ихний и перевела.

СУДЬЯ. Что, просто так взяли и перевели? Даже не заподозрили ничего? Почему они деньги на свой счёт просят, почему сразу на сделку не ведут? Вы документы хоть проверили у них?

ШОШИНА. Ох, Ваша честь, ну в этом-то и суть моего иска. Повлияли на меня психологически, застращали, что отселят меня, а я не молодая уже. Ничего почти не помню даже, как всё происходило. Как в тумане была. Помню только, в банк пошла и деньги перевела. Ну что, мне теперь, на старости лет, на улицу идти?

МАРИКОВ. Да как вообще можно было-то?! Ну, очевидный же развод! Как Вы только до своего возраста дожили с такой доверчивостью?

ШОШИНА. Я, Серёжа, в разное время жила. И многое видела. Раньше люди добрее были. Ты-то понятно, молодёжь развращённая, в каждом подвох видишь. А я доверять привыкла.

ЯКУШЕВА. Вы не нервничайте, Сергей Владимирович, с каждым могло случиться. И с Вами, и со мной. Они, знаете, как в голову влезать умеют, как давят психологически. Как гипноз настоящий.

МАРИКОВ. С каждым, да не с каждым. Мне-то что сейчас делать?

СУДЬЯ. Представитель истца, а вам, до этого, экспертизу ведь назначали? Что, действительно, имело место изменённое сознание в момент сделки?

ЯКУШЕВА. Да, Уважаемый суд, и не одну. Мы же у нескольких судей были. Один запросил психиатрическую экспертизу – она отрицательная, что не было отклонений никаких. Другой – психологическую запросил, и вот она уже, положительная. Говорят, было изменённое сознание.

СУДЬЯ. Подождите, а разве обе эти экспертизы у нас в городе не в одном центре проводятся? У них эксперты вообще что ли между собой не общаются?

ЯКУШЕВА. Не знаю, Уважаемый суд, но есть, как есть.

МАРИКОВ. Да специально они воду мутят, поймите, Уважаемый суд. Затянуть хотят. Страшно им. Понимают, что я прав, но если пожилую женщину на улицу выкинут, так такой скандал поднимется. Там вся пресса сбежится посмаковать, как наши судьи российские жизни людям ломают. И Вы сейчас о том же думаете, я уверен. Но я Вам вот что скажу! Отца с семейством выкинуть, тоже так просто не получится! Я вам такую историю устрою…

СУДЬЯ. Ответчик, держите себя в руках! Понимаю, ситуация сложная, но не надо тут угрозами кидаться. На первый раз предупреждение Вам, а если повторится, штраф за неуважение к суду будет.

МАРИКОВ. Извините…

ШОШИНА. Вы уж решите что-нибудь, Ваша честь, а то он вон, весь извёлся. Мне бы только старость где дожить…

СУДЬЯ. Представитель истца, а мошенников-то поймали?

ЯКУШЕВА. Поймали, Уважаемый суд, да толку… Все деньги они или потратили, или спрятали куда, взять с них нечего. То есть, им, конечно, в приговоре обязали всё вернуть, но возвращать-то, откуда будут? Из официального источника дохода. А он у них сейчас один – зарплата в колонии. Много ли там взять можно? Да пока они всё выплатят, то не только моя доверительница, но и господин Мариков, извините, помрёт. Вот и остаётся только как-то эту квартиру несчастную делить.

В зале повисла напряжённая тишина.

СУДЬЯ. Ответчик, есть у меня одно предложение. Не решение пока, но всё же. Предупреждаю, оно Вам не понравится, но другого, к сожалению, я не вижу. Вам придётся разменять свою квартиру, купить истцу однушку где-нибудь на окраине города, где подешевле, а себе новую.

МАРИКОВ. Да Вы с ума сошли! У меня эта-то кредитная! У меня двое детей, мы еле расширились! И сейчас мне опять ужиматься, просто потому что человека, с которым меня ничего не связывает, обманули мошенники?

СУДЬЯ. А Вы хотите что? Чтобы я на улицу кого-нибудь из вас двоих выставила? Экспертизу Вы видели. Это единственный вариант. Кстати, истец, а где Вы сейчас живёте?

ШОШИНА. В гостинице одной, Ваша честь. Я с пенсии скопила немного, на это и живу. Серёжа-то меня на порог не пускает.

СУДЬЯ. Знаете, давайте вот как. Ответчик, Вы пока не торопитесь с разменом, пустите Шошину к себе жить на время. Заседание мы перенесём, я пока подумаю, что ещё можно сделать. Но предупреждаю, ответчик, скорее всего, придётся Вам всё-таки квартиру разменивать. Как раз это и обдумаете. Все согласны?

ЯКУШЕВА. Да, Уважаемый суд.

ШОШИНА. Если Серёжа не против…

Мариков задумался на несколько секунд и нехотя кивнул.

Предварительное судебное заседание отложено. О новой дате будет сообщено участникам процесса.

19 марта 2024 года

Судебное заседание возобновлено в том же составе.

МАРИКОВ. Уважаемый суд, я так больше не могу!

СУДЬЯ. Ответчик, да что с Вами опять? Вы что-нибудь надумали?

МАРИКОВ. Да что я надумал?! Я не могу с ней больше оставаться!

СУДЬЯ. Истец, что случилось у вас там?

ШОШИНА. Ах, Ваша честь, ничего серьёзного. Молодёжь… Всегда хочет от старших, да подальше…

СУДЬЯ. Представитель истца, Вы знаете, в чём дело у них?

ЯКУШЕВА. Сама не совсем поняла, Уважаемый суд. Вот, только сейчас встретила Марикова, он всё кричал, что ребёнка замучили или что-то в этом роде…

МАРИКОВ. Уважаемый суд, я не могу… Она над моим трёхлетним сыном издевается.

СУДЬЯ. Как это – издевается? Бьёт его?

МАРИКОВ. Нет. Началось-то оно безобидно вроде. Спрашивала, можно ли его с ложечки покормить, погулять с ним. Я не особо хотел разрешать, но жена у меня, добрый человек, говорит: «Да позволь ты ей. Старая, одинокая женщина, родственников нет. Пускай понянчится. И нам с тобой отдых, и ей отрада». Согласился. Потом она его искупать захотела. Позволил, чего уж там. И вот иду я мимо ванной, а она открыта была. И вижу – она сына моего по голому животу гладит, ухо прикладывает и приговаривает: «Ах, Андрюша, скоро, скоро, Андрюша». А сына вообще Яков зовут! Ну, ладно, думаю, может помутнение какое…

ЯКУШЕВА. Что-то я впервые об этом слышу… Уважаемый суд, а он не выдумывает, чтобы на ваше решение повлиять? А то мало ли.

МАРИКОВ. Да если бы только это! Прошлой ночью я встал, пошёл на кухню – воды попить. Прохожу мимо детской, а там она – стоит прямо на Яшиной кровати, юбку задрала и мочится на него! И приговаривает: «Оши-поши, мала-рала, ясус-хо!».

СУДЬЯ. Истец… это правда?

ШОШИНА. Я искренне не понимаю, Ваша честь. Я искренне не понимаю, о каком Яше он всё время говорит. Там был только Андрюша… (Сухие губы Шошиной расплылись в нежной улыбке.)

СУДЬЯ. Что Вы имеете в виду?

ШОШИНА. Ну как же! У меня раньше, Ваша честь, дочь была. И она мне внука родила, Андрюшу. Вот только несчастье с ним приключилось, видать, порчу навёл кто. Утонул Андрюша в реке, а дочь моя спустя месяц не выдержала и повесилась. Но я когда квартиру-то продавала, и пришёл Серёжа ко мне вместе со всей своей семьёй… Увидала я, что воскрес мой Андрюша! Рядом со мной стоял – те же щёчки, те же глазки, то же личико жизнерадостное… Но душа другая была у Андрюши, чужая, инородная. Я, было, отчаялась, но потом ЕГО встретила. И ОН мне сказал, что душу Андрюшеньки с того света вернуть можно, но только для этого постараться надо… Да!.. Всё, как ОН велел… да… српво… српво… српво… (Шошина бормотала себе под нос еле уловимым шёпотом.)

СУДЬЯ. Погодите, истец, Вы сказали, что увидели его ещё «тогда», когда квартиру смотрели. А были вообще мошенники?

ШОШИНА. Да приходили одни, было дело. Удачно очень, скажу я вам. Я, может быть, и старая, но не совсем ополоумевшая. Просто так бы деньги никому не отдала. Зато теперь… (Шошина смотрела на Марикова.) Выбора-то у него нет…

СУДЬЯ. Погодите, так Вы им специально деньги отдали?

ШОШИНА. Да какая уже сейчас разница?! Денег нет, квартиры нет. На улицу старуху отправите? А? А? Ну, рискните! Скандал такой подымется, на всю страну! Головы полетят!

Мариков стоял с открытым ртом, не в силах произнести ни слова. Лицо Якушевой выражало полнейшее равнодушие. Судья сидела, задумавшись.

Суд удаляется в совещательную комнату.

Суд возвращается из совещательной комнаты.

Определение вынесено и оглашено.

Срок и порядок обжалования определения разъяснены и понятны.

Судебное заседание закрыто.

Судья: Семёнова А.А.

Секретарь судебного заседания: ОНС