Всевидящая для империи

“Как же он омерзителен!” – думала я, глядя на красивого молодого человека, сидящего за столом напротив.  

Тут и даром обладать не надо, по одному только сальному взгляду понятно, о чём думает, а то, как он подмигивает и как закусывает нижнюю губу... фу. Явно считает себя неотразимым.  

– Почему Эвелин ничего не ест? – сверкнув белыми зубами, спросил неприятный мужчина. – Обед потрясающий! 

– Да, повар у нас один из лучших, – ответил молодой мужчина лет тридцати – мой брат. То есть, брат той, в чьём теле я нахожусь. Зовут его Рик и он, с укоризной посмотрев на меня, добавил: – Эвелин бережёт фигуру. Правда сестрёнка?  

Опустив взгляд в свою тарелку, я промолчала. Не знаю, как себя вести в этом обществе. Меня никто и никогда не учил дворцовому этикету и пользоваться правильно приборами я не умела. Боюсь опозориться. Хозяйка тела настоятельно рекомендовала беречь её репутацию, вот и стараюсь, как могу. Хотя, есть и правда не хочется. После того, как я проснулась в чужом теле, прошло не слишком много времени, пока не привыкла. Надеюсь к вечеру аппетит появится.   

Как я поняла, молодого лорда Джеймса де Клера – так его представили – Рик пригласил для знакомства с сестрой, то есть теперь – со мной. Матушка Де Клер тоже здесь, сидит рядом с моей тётушкой и любезно всем улыбается. Только улыбка эта не искренняя, чувствуется фальшь. Может это дар хозяйки тела начал себя проявлять? 

Эвелин, в чьё тело я угодила, была на попечении старшего брата и тётушки по материнской линии. В последний год они только и делают, что пытаются выдать ее замуж. И после каждого отказа очередному претенденту оба несколько дней с ней не разговаривают. А отказывает она по нескольким причинам: первая – не хочет идти под венец без любви, вторая – в силу своего дара видит всех женихов насквозь и знает, что у всех только корыстные мотивы и третья, самая важная – хочет быть самостоятельной. 

К сожалению в этом обществе незамужняя девушка не может быть свободной, если есть родственники. Без их согласия она не имеет права учиться, работать и выйти замуж по своему усмотрению. То есть за того, кто мил сердцу. И заставить насильно её тоже не могут. В итоге мучаются все!  

Это всё я узнала из очередной записки от Эвелин. С тех пор, как она самовольно обменялась со мной оболочкой и местом пребывания, я периодически нахожу от неё письма с подсказками, чтобы ненароком себя не выдать, а точнее - её. Ведь то, что она совершила и дар, каким обладает – считается колдовством. 

– Давайте включим музыку! – вскочила Грейс и подошла к музыкальному проигрывателю.  

В зале раздались приятные звуки танцевальной мелодии. Меган – жена Рика - с нежностью посмотрела на мужа. Он ответил ей улыбкой и, отодвинув свой стул, поднимаясь, произнёс:  

– Думаю, подошло время для танцев, – и, сцапав жёнушку за руку, повёл в середину залы и закружил в танце.  

– Прекрасная идея, – проговорил Джеймс, глядя на меня и играя бровями.  

Фу. С трудом сдержалась, чтобы демонстративно не подняться и не уйти. Но прекрасно понимая, что поставлю в неловкое положение семью, я опять промолчала и послушно положила свою руку в его. Тут же меня окатила волна негодования: оказывается он ещё хуже, чем показался вначале. Все его похотливые мысли теперь я видела своим внутренним взором. Словно отдельные застывшие кадры возникали один за другим. Что он только не представлял с моим участием! А ведь мы едва знакомы! Как же это отвратительно. Теперь понимаю, каково было хозяйке тела. Это просто пытка – видеть мысли других, тем более такие грязные. 

Джеймс в танце прижал меня к себе непозволительно близко, отчего стало ещё противней. Посмотрев на брата, я хотела найти в нём поддержку, но тот как будто ничего не замечал, танцуя с женой. Тётушка же о чём-то мило ворковала с Аделаиз Де Клер, тоже не обращая на нас внимания. Джеймс дыхнул мне в лицо парами виски. Я невольно сморщилась, что явно ему не понравилось. 

– Что-то не так, милая Эвелин?  

– Не рано ли вы назвали меня милой?   

Молодой человек самодовольно улыбнулся и ответил, склонившись к моему уху:  

– Мне нравятся кобылки с норовом, люблю их укрощать.  

То, что меня сравнили с кобылой, я уже стерпеть не смогла. Ступив на носок его туфли, я постаралась как можно сильнее надавить. Его улыбка стала вымученной. Джеймс резко остановился и прижал меня к себе так крепко, как будто хотел выдавить все внутренности. При этом смотрел с такой ненавистью, что я хорошо ощутила, что ждёт меня за такой поступок, как только он получит все права. И ведь почему-то уверен, что обязательно их получит! Интересно. Неужели ему никогда не отказывали?  

Да, внешне он привлекателен: сероглазый блондин с правильными чертами лица. Ещё то, как он себя преподносит: дерзкий взгляд, горделивая осанка... – может и прибавляет шарма в глазах других девиц, но только не в моих. И да, ему никогда не отказывали. Зря он так близко меня подпустил, теперь вижу его насквозь. Даже смогла лицезреть тех бедных девушек, что он обманул: обещая жениться, обольщал, использовал, а затем бросал, нисколько не беспокоясь об их дальнейшей судьбе. А судьба у некоторых закончилась печально.  

– Ты ужасен, – не выдержала я и сказала ему это в лицо.  

– Что? – не понял он.  

– Моральный урод, – шёпотом проговорила я, пытаясь отцепить его руки с моей талии.  

Красивое лицо лорда исказила презрительная гримаса.  

– Да как ты смеешь, – со злостью прошипел он. – Ты за это ответишь. Умолять будешь о прощении, а я ещё подумаю...  

– О! Как вы хорошо смотритесь вместе! – не дала ему договорить Грейс.   

Она наверняка заметила нашу ссору и решила всё исправить по-своему. Заломив в умилении руки, смотрела на нас и рассыпала громкие комплименты:  

– Уже воркуете! Вы просто созданы друг для друга!   

Мать лорда стояла чуть поодаль и смотрела на нас с таким же восхищением. Рик и Меган, судя по их лицам, тоже были довольны лицезреть такую пару, какой мы казались со стороны. Джеймс опять наигранно улыбался, продолжая крепко держать меня.  

Я же одна из всей компании не хотела притворяться, да и не умею этого делать. Тихо сквозь зубы, так, чтобы слышал только он, проговорила:  

– Отпусти, урод, иначе ударю при всех.  

*** 

После того, как Джеймс, испугавшись угроз, всё же меня отпустил, я объявила, что не желаю иметь ничего общего с этим человеком. Пока все стояли в шоковом состоянии, раскрыв рты, я демонстративно ушла. Как уж брат с тётушкой отдувались за меня перед этим семейством – не хочу знать. Главное, я выполнила волю хозяйки тела – не дала согласия на замужество. Теперь я больше прониклась к ней и, похоже начала прощать её поступок. 

– Хочешь повторить мою судьбу?! – срываясь на визг, кричала тётушка, бегая возле моей кровати, где я лежала в позе трупа и вспоминала свой первый день, когда оказалась здесь. 

“Меня зовут Эвелин и ты в моём теле. Знаю, что будешь злиться, но со временем поймёшь и простишь. Это не навсегда. Ровно через год в этот же день по календарю и час – поменяемся обратно. Относись к этому, как к приключению. И ещё: ты находишься в другом мире, где есть магия, но она – под строжайшим запретом. Если в тебе вдруг проявится мой дар – скрывай! Инквизиция не дремлет. Сразу обвинят в колдовстве, осудят и сожгут. В этом случае ты погибнешь вместе с моим телом, а я – навсегда останусь в твоём.” – именно это письмо я увидела рядом, когда обнаружила себя в этой комнате.  

Да, я злилась и очень сильно. хотелось всё рвать и метать. Думаю на моём месте так чувствовал бы себя любой человек. Потом на меня напала депрессия. Хоть я и оказалась в теле довольно симпатичной девушки – голубоглазой шатенки – но это не моё тело! И кстати, сама я тоже не дурнушка и у меня есть любимые родители и парень, который наверно сейчас в шоке от моей резкой перемены. Потому что позже я нашла ещё одно письмо от Эвелин: 

“Настоятельно рекомендую беречь мою девичью честь, замуж не выходи! А я в свою очередь – сберегу твою. Так что тот парень, что за тобой ухаживает, как у вас говорят – обломится, думаю скажешь мне за это спасибо.”  – вот как мне к этому относиться? 

В итоге от переживаний я слегла и провалялась в кровати целую неделю. Родные Эвелин думали, что я больна, приглашали ко мне врачей, заставляли пить горькие микстуры... Пока сегодня утром Грейс силком не подняла меня и не заставила одеться. При этом объявила, что в гости придёт завидный жених и если  я не явлюсь на обед, то отдаст меня в монастырь.  

– Пройдёт ещё пара лет и тебя перестанут приглашать в высший свет! Тогда вовсе можешь забыть об удачной партии! – продолжала кричать тётушка, раскрасневшись, как варёный рак. – В итоге выйдешь за первого встречного! Или всю жизнь будешь тащить на себе ярлык старой девы! Ты этого хочешь?  

– Разве это плохо – быть старой девой?  

– Что-о-о? – выпучила глаза Грейс. – Как можно такое говорить? Как будто ты в другом мире родилась! Это ужасно! Не выйти замуж для девушки из высшего общества – это позор! 

– В чём позор-то? – повернулась я на бок и оперлась на руку. 

Теперь на лице Грейс стали появляться белые пятна – кровь резко отхлынула от лица. Взявшись за сердце, она пошатнулась. Я резко поднялась и подхватив женщину под локоть, усадила на кровать. 

– Может воды? – участливо спросила я. 

Она мотнула головой и, прикрыв глаза, улеглась на перину. 

– Тётушка, может врача вызвать?  

Я не на шутку забеспокоилась. Не хотелось бы быть виноватой в смерти этой дамочки. 

–  Просила же, зови меня по имени, – едва слышно проговорила она. – Я поняла, ты хочешь избавиться от меня. 

– Ну что за глупости, Грейс? Я просто не хочу замуж. 

Женщина опять схватилась одной рукой за сердце, а другой прикрыла глаза и громко застонала. На секунду я растерялась, затем выбежала в коридор, крикнула, что требуется помощь и, вернувшись, подошла к столику, чтобы налить ей воды. Как только взяла графин, увидела очередную записку, тут же её прочитала:  

“Не верь тёте. Она здорова, как молодая ездовая лошадь. И прекрасная актриса – имитирует приступ так, что даже врачи верят.” 

Ах, вот, значит, как! Спасибо Эвелин, могла бы раньше предупредить. 

В комнату вбежали несколько слуг и Рик. 

– Что случилось? Снова приступ? – обеспокоился брат, подойдя к тёте и одарив меня презрительным взглядом. 

– Твоя сестра неблагодарная, – высказалась Грейс, мотая головой на подушке. 

– Значит, пора ей в монастырь, – спокойно произнёс Рик. 

Сделав глубокий вдох-выдох, я проговорила: 

– Согласна. 

– Что?! – хором спросили родственники. 

Тётушка даже про свой приступ забыла, приподняв голову, уставилась на меня во все глаза. Слуги тоже застыли в оцепенении. 

– В смысле… согласна… в монастырь, – неуверенно подтвердила я. – Если уж вы так хотите от меня избавиться. 

Ну а что? Если мой дар, то есть дар этого тела, начнёт проявлять себя сильнее, то я хотела бы оказаться в куда более спокойном месте. Почему бы не пожить пока в монастыре, вдали от злых людских мыслей? 

– Ты это серьёзно? – спросил Рик. – Мы всего лишь хотим, чтобы ты удачно устроила свою жизнь. 

– Но мне и так хорошо. Не хочу пока замуж. 

– А когда захочешь? – не унимался брат. 

– Ну, не знаю, дайте мне хотя бы год, а там посмотрим. 

Тётушка вскочив с кровати, громко воскликнула: 

– Да за год всех лучших женихов разберут! Одно отребье останется! 

Пожав плечами, я спокойно ответила: 

– Значит не судьба. 

Слуги, видя, что с хозяйкой всё в порядке, незаметно удалились.  

– Что с тобой такое? Раньше ты никогда так не разговаривала. Тебя как будто подменили! – громко высказался Рик. 

– Вполне может быть, – равнодушно произнесла я, потупив глаза в пол и шаркая ножкой. 

В дверь деликатно постучались. 

– Кто там ещё? – недовольно спросил брат, но, как только увидел свою жену, тут же подобрел. – Входи, дорогая. 

Глядя на эту пару, мне было понятно, что их связывают искренние чувства. Можно сказать, что этим двоим повезло. Но почему тогда братец не хочет, чтобы сестрёнка была так же счастлива? Меган – миловидная брюнетка, с немного округлившимся животиком, улыбнулась всем присутствующим. И, подойдя ко мне, приобняла за плечи. И тут дар снова дал о себе знать. Я увидела её мысли: она вовсе не так проста, как кажется! Да, Рика любит, но меня – нет. Почему-то считает меня соперницей, что я отнимаю внимание её мужа. И она очень хочет, чтобы я поскорей ушла из этого дома. 

Но вслух эта притворщица сказала: 

– Я понимаю Эвелин. Любая девушка мечтает о принце. А все претенденты, что до этого были – далеко не королевских кровей. 

– Но и мы, на минуточку, не принадлежим к монаршим особам, – возразил братец. 

– Но это не значит, что принц не может обратить внимания на девушку, пусть не из королевской, но из благородной семьи. Дайте ей шанс. Я только что прочитала новость в газете: в столицу прибыл дальний родственник нашего короля и он, кстати, принц Северных земель. Не женат! – сделала особый акцент на этом слове. – В его честь состоится бал через три дня. Многие семьи уже подали прошения, чтобы именно их дочерей пригласили во дворец. Все хотят попытать счастье. Будут там и высокопоставленные чиновники со своими отпрысками, чтобы пристроить сыновей на хорошую службу. Да и принц наверняка будет со своей свитой, в которой тоже не последние люди. Так что, если не удастся завладеть вниманием такого высокого гостя, то хотя бы кто-то из молодой людей уж должен приглянуться нашей красавице. 

Меган мило улыбнулась мне. А Грейс с алчно горящими глазами обратилась к племяннику: 

– Ты должен прислать прошение во дворец! Сейчас же! – затем подбежала ко мне и, схватив за руку, выпалила: – Идём покупать ткань на новое платье. И не смей возражать! Если из дворца ты выйдешь без жениха – ты мне никто! 

Я даже ойкнуть не успела, как она чуть ли не волоком вытащила меня в коридор, а затем – бегом по лестнице. Пару раз я споткнулась и чудом не упала, а то вместо магазинов, попала бы в больницу. 

Пока ехали в карете, тётушка, непонятно откуда достала две шляпки с вуалью: одну водрузила на меня, а вторую - естественно, на себя. И проследила, чтобы наши лица были полностью прикрыты. 

– Зачем это? – я хотела приподнять эту полупрозрачную ткань, но Грейс стукнула по руке. 

– Надо! – гаркнула она, затем более спокойно объяснила: – Едем на чёрный рынок, там ткани дешевле и качеством ничуть не хуже, чем в дорогих магазинах. 

Не сдержавшись, я рассмеялась. 

– Что смешного? – оскорбилась тётя и недовольно скривила губы. 

– Разве мы бедные? 

– Не мы, дорогая, а Рик. Львиная доля наследства от ваших родителей досталась ему. И вообще, когда есть возможность сэкономить, глупо этого не сделать. К тому же мы тратим деньги твоего брата. Не факт, что ты ему их возвратишь. Если всё-таки не выйдешь замуж, так и будешь всю жизнь сидеть на его попечении. 

Грейс обиженно поджала губы, наверняка снова вспомнила свою печальную судьбу. 

– Почему ты не вышла замуж? – решилась спросить я. – Ты недурна собой и происхождение обязывает. 

Не знаю, почему я это спросила. Может, Эвелин уже говорила с ней на эту тему, а может и нет. Просто мне стало интересно: как так получилось, что она не замужем? Дар мой молчит, хоть и сижу рядом, так пусть сама расскажет.  

Тётушка тяжело вздохнула и ответила: 

– Потому что была, как ты. Упрямилась, отвергала всех... Ждала человека по сердцу, но так и не дождалась. А теперь даже вдовцы не предлагают мне руку, потому что я уже не молода. 

– Но разве тебе плохо живётся? 

Женщина посмотрела на меня, как на дурочку. 

– А что хорошего? У меня нет ни собственного дома, ни своей семьи. Всю жизнь я вынуждена быть в няньках у собственных племянников, потом у внучатых племянников и так далее, пока совсем не состарюсь и меня не отправят в пансион для... 

Грейс не смогла договорить, её подбородок затрясся и, отвернувшись, она начала всхлипывать. Мне стало искренне жаль эту благородную даму. Следуя порыву, я обняла её и дар проснулся. Увидела самую сокровенную тайну: когда-то давно она была влюблена в юношу сословием ниже. Родители бы никогда не одобрили их брак. Молодые люди даже хотели сбежать и тайно пожениться, но их план был раскрыт... В итоге несостоявшегося жениха сослали куда-то очень далеко, служить родине, где он погиб, а Грейс долго держали взаперти, не позволяя ни с кем общаться, даже с сестрой. 

Выпустили с условием, что она примет руку и сердце престарелого лорда. К сожалению, слух о несостоявшемся побеге уже просочился в общество и оброс сплетнями. Одна из версий была, что девушка беременна, вот и решилась на столь низкий поступок. Чтобы замять скандал, родители сосватали дочь тому, кто сам вызвался прикрыть их позор, а заодно приобрести молодую, красивую и благородного происхождения жену. Но перед самой свадьбой немолодой жених скончался, видимо, от счастья. С тех пор больше претендентов на руку и сердце у девушки не было. Несмотря на то, что слухи о беременности не подтвердились. 

Как же сложно живётся в этом мире женщинам! Теперь я ещё больше понимаю Эвелин, почему ей захотелось свободы. 

Грейс достала свой платок и громко высморкалась, затем зачем-то отдала его мне. Брезгливо взяв сей кусок ткани двумя пальцами, я положила его на сидение подальше от себя. 

Как только подъехали к рынку, тётушка преобразилась. Как будто это не она плакала буквально пять минут назад. Глаза её сияли даже из-под вуали. Казалось, она обладает соколиным взором, либо уже хорошо знает, что где продаётся, так как посещала это место многократно. Крепко держа меня за руку, видимо, чтобы не сбежала, Грейс ходила от прилавка к прилавку, разглядывая ткани, ленты, пуговицы…  

Я же чувствовала здесь себя крайне некомфортно и вовсе не из-за шума, производимого множеством людей, а из-за самих людей. Почему-то именно здесь дар Эвелин стал проявлять себя наиболее ощутимо. Мысли некоторых  были настолько тяжёлые, что я едва сдерживалась, чтобы не сорваться и не убежать. 

– Прошу сюда, барышни! Только у меня всё самое лучшее! Парча, шёлк, бархат! Всё, что угодно на ваш изысканный вкус!  

Тётушка сразу побежала именно к этому усатому торговцу тканями. Мужчина, видя, что смог зацепить покупателей, оживился ещё сильней и суетливо начал  доставать и разворачивать перед нами рулоны. 

– Сколько стоит этот шёлк? – поинтересовалась Грейс, взявшись рукой за краешек тонкой, почти прозрачной ткани. 

– О! У вас великолепный вкус! Это самый тончайший и лёгкий шёлк из Восточных земель. Я сам лично ездил за ним. Хотел продать в два раза дороже, ведь сами понимаете – путь туда неблизкий и небезопасный. Но! – поднял палец вверх и, широко улыбаясь, продолжил: – Для таких прекрасных дам, так уж и быть, немного уступлю. 

Он назвал сумму, от которой у тёти расширились глаза. Тут же придав себе невозмутимый вид и приблизившись ко мне, она шёпотом спросила: 

– Ну, что скажешь? 

Я видела, что мужчина лукавит, но как об этом сказать Грейс? Ведь я должна скрывать дар. Глядя на её лицо, почувствовала, что она ждёт, чтобы я сказала "нет". 

– Мне кажется, это подделка, – тоже шёпотом ответила я. 

Тётя сморщила нос и, откинув от себя этот рулон, произнесла: 

– Ни стыда, ни совести. 

Пока торговец стоял с вытянутым от удивления лицом, тётушка, снова взяв меня за руку, пошла к противоположному ряду. 

Тут моё внимание привлёк странный мужчина, стоявший возле прилавка со сладостями и пристально за нами наблюдавший. Почему странный? Потому что одет не как все и внешностью отличается: белые как снег волосы и брови, яркие голубые глаза. Видно, что не местный и, похоже, не из этой страны. 

Тётушка отвлекла меня на шляпки, показывая и спрашивая мнения. Я отвечала ей, а сама продолжала ощущать взгляд этого мужчины. И когда он вдруг оказался рядом, чуть не вскрикнула от неожиданности. Уставилась на него во все глаза и пыталась понять, что ему нужно. Забыв про осторожность, я прикоснулась к его плечу рукой в надежде, что через физический контакт хоть немного узнаю про этого человека. Опять ничего! Дар снова решил молчать. Что ж... Опомнившись, я убрала руку и тихонько извинилась. Он благосклонно улыбнулся. А улыбка у него приятная. Ох, о чём это я? 

Грейс, совершенно поглощённая разглядыванием одной шляпки, вдруг вспомнила про меня и, повернувшись, тоже увидела этого мужчину. Оценивающе оглядела с головы до ног и остановила взгляд на его руках: на пальцах красовались перстни из благородного металла с большими драгоценными камнями. 

Тётушка сразу разулыбалась, показывая тем самым своё хорошее расположение к этому человеку. Мужчина улыбнулся в ответ и, слегка склонив голову, поздоровался. Грейс учтиво подала руку, которую он аккуратно взял за кончики пальцев и поцеловал. Так-так, с местными манерами знаком, значит не совсем иностранец или достаточно долго живёт в этой стране. Мужчина представился нам, назвав своё необычное длинное имя, которое я никогда не решусь повторить. 

Грейс тоже в свою очередь назвала наши имена и, снова внимательно его оглядев, спросила: 

– Вы, наверное из свиты принца с Северных земель? 

Мужчина загадочно улыбнулся и ответил: 

– Вы очень проницательны.  

У тётушки снова алчно загорелись глаза, как будто увидела долгожданный подарок. 

– Тогда почему такой благородный человек ходит в таком людном месте, – посмотрела по сторонам и опять на него, –  без охраны? 

– Охрана здесь, – ответил он и, подняв руку, показал какой-то знак пальцами. 

Со всех сторон начали подтягиваться люди, одетые почти так же, как он, только чуть скромнее. Возле нас образовалась толпа мужчин. Я и тётушка начали растерянно озираться. Карим – только эту часть имени смогла запомнить - снова показал какой-то знак и все разошлись. И на улицах рынка теперь стали бродить только покупатели и случайные прохожие. 

– Впечатляет, – проговорила моя спутница. – Но что такому человеку понадобилось на простом рынке? 

– Не слишком ли ты любопытна, Грейс? – осекла я её шёпотом. 

–  А что такого? Может я смогу помочь, – обиженно ответила мне тётушка и тут же вновь заулыбалась, глядя на мужчину. 

Он тоже ответил ей улыбкой и поведал, что ищет один важный предмет, который потерял сегодня утром. Ему рассказали, что здесь должна быть особая лавка, куда относят найденные вещи, где владельцы могут их выкупить. 

– Да! Есть здесь такая лавка! – просияла Грейс. – Могу вас проводить. 

– Буду несказанно признателен, – ответил мужчина и жестом показал, что пропускает её вперёд. 

Тётя посмотрела на него с ещё большим восхищением и, совсем забыв про меня, с королевским видом пошла вдоль прилавков. 

– Вы идёте? – спросил мужчина, подставив мне локоть. 

Я, пребывая немного в недоумении, ответила: 

– Да, конечно. 

Надеялась, что хоть так – соприкоснувшись с его рукой ещё раз, пробудить мой дар, но нет – опять ничего. Пока шла, успела заметить, что несколько его людей передвигаются среди толпы покупателей с такой же скоростью, как мы. И рассредоточены они повсюду, даже за нами идут. Чувствуется, что специально этому обучены. То есть хозяину не мешают, так скажем – не путаются под ногами, но и в поле своего зрения его держат постоянно, находясь неподалёку, готовые в любую секунду броситься на помощь. 

Тётушка остановилась у небольшого помещения с вывеской “Бюро находок”. Так вот, что за лавка! Ну-ну. Не удивлюсь, если воришки здесь зарабатывают, принося краденое. Будто бы нашли! Умно. 

– Благодарю вас, – сказал ей Карим, слегка склонив голову. Затем обратился ко мне, протягивая карточку: – У меня есть одно приглашение во дворец, Буду очень рад увидеть вас там. 

Я приняла сей предмет, ответив: 

– Спасибо. 

Тётушка подошла ко мне и, толкнув в бок, тихо, почти не шевеля губами, проговорила: 

– Кланяйся. 

Но я не смогла этого сделать. Не воспитывали меня подобным образом, чтобы кланяться людям. Сама же Грейс сделала реверанс, но получилось это у неё немного неуклюже. 

Мужчина сам слегка поклонился нам и скрылся в лавке. За ним прошмыгнули пара охранников и ещё трое остались снаружи. 

Схватив меня за рукав, тётя отвела в сторонку и хорошенько отругала за то, что  не поклонилась такому благородному человеку. Затем повела дальше, искать ткань на платье. Теперь, когда есть приглашение во дворец, она точно не оставит меня в покое.
 

Пожилой и грузный немолодой мужчина в льняной пижаме свободного кроя с великим трудом передвигается по длинным коридорам огромного дворца. Идёт очень медленно, периодически останавливаясь, чтобы унять одышку и успокоить участившееся сердцебиение. Встречающиеся на пути слуги кланяются ему и пытаются помочь, но он отказывается. Давно признался себе, что былое здоровье не вернуть, но не хочет, чтобы  подданные считали его немощным. Наконец ему удалось дойти до заветной цели. Отворил дверь в комнату, где царил полумрак. Лишь несколько магических огоньков, висящих в воздухе подобно ночным светлякам, не давали тьме полностью властвовать здесь. 

Упав на тахту, которая стояла прямо у входа, мужчина взялся за грудь и перевёл дыхание. 

– Неужели ты настолько немощна, чтобы не прийти на зов к своему повелителю? – прищурившись, задал он вопрос, глядя в самую тёмную часть комнаты. 

Из густого мрака послышалось кашлянье, затем скрипучий старушечий голос проговорил: 

– Да, я очень слаба. И ещё не хочу, чтобы ты видел мои морщины. Хоть я и старая, но всё-таки женщина, – в комнате раздался хриплый смех, – да и ни к чему мне слышать одни и те же вопросы, что задаёшь в последние годы. 

– Если бы ты нормально отвечала на них, а не загадками, как всегда делала, то я бы лишний раз тебя не беспокоил. 

– Твои вопросы о будущем, а оно многогранно. Поэтому не могу дать тебе прямых ответов. 

– Это я уже слышал много раз. Может ты видишь что-то плохое, чего нельзя поменять? Поэтому увиливаешь от ответов? – лицо мужчины стало беспокойным. 

– Плохие грани есть всегда, в любом будущем, как и множество хороших. Но вот какую из них выберет тот или иной человек – не могу сказать. 

Мужчина усмехнулся. Другого ответа от этой женщины он и не ждал, но всё же надеялся. 

– Скажи хотя бы, как долго будут мои сыновья искать твою преемницу? И найдут ли вообще? Ты ведь наверняка тоже им загадок наговорила. Хоть на эти вопросы можешь мне ответить? 

– Неужели ты сомневаешься в них? 

– Не сомневаюсь, просто хочу ясности и спокойствия. Их долго нет и я, как отец, волнуюсь... Снова взявшись за сердце, добавил: – Хоть вы с докторами не говорите мне, но я-то знаю, что недолго осталось. Боюсь, не доживу до возвращения детей. И ты до сих пор так и не дала понять, кому из двоих наследников оставить империю. 

– Будущее многогранно… 

– Да хватит уже! – рявкнул правитель и закашлялся. Успокоившись, проговорил: – Заладила как попугай одно, да потому... Лучше скажи прямо, кто должен занять трон? 

– Оба твоих сына достойны. 

– Сам знаю! – опять прервал он её и снова начал кашлять. Уняв приступ, продолжил: – В этом и проблема – родились в один день, в один час, вплоть до минуты и оба ни разу не посрамили меня. Ну не посадить же на трон двоих! Не должно быть в империи два правителя! 

– Я предлагала тебе вариант, но ты сразу отверг. 

– Потому что такого не допущу никогда! Мои предки не для того завоевывали и осваивали огромные Северные земли, чтобы их потом делить!  

– В таком случае жди, когда судьба сама решит. 

– Да в том-то и дело, что нет времени ждать! – загрустив, произнёс: – Может зря я дал им задание, чтобы нашли новую всевидящую. Но ведь ты скоро покинешь нас или, может, передумаешь? 

– Моё тело состарилось: тяжело двигаться, дышать, думать… 

– Я слышал, что всевидящие могут переселяться в другие тела. Так выбери себе новое, молодое.
В комнате вновь раздался хриплый смех. 

– У тебя искажённая информация. Да, могу переселиться и иногда делала это для пользы дела, чтобы найти пропавшего человека, если он жив, или беглого преступника. Но, душа того, в кого вселяюсь – переходит в моё, иначе тело погибнет. Ведь только наличие души заставляет сердце биться. И ещё один нюанс: в новом теле я почти полностью теряю дар. Остаётся лишь чуток, чтобы смогла вернуться назад. Только заново родившись, я могу полностью сохранить свои способности. 

– Вот как. Хм, ну хотя бы скажи, где тебя потом искать? На случай, если принцы не смогут найти другую всевидящую. 

– Нееееет, – протяжно ответила она. – Я достаточно долго служила этой империи. Теперь хочу свободы и покоя. 

Старик усмехнулся: 

– Говоришь так, как будто с тобой плохо обращались. Тебя почитали как богиню, слушали твои советы, выполняли любые прихоти. 

– У меня не было самого главного – собственной жизни. 

– Всевидящим для того и даётся дар, чтобы служить людям. Разве не… так, – с трудом выговорил последнее слово, так как новый приступ кашля начал душить его. Растянув ворот пижамы, мужчина попытался облегчить себе вдох, но лучше не становилось. – Я умираю, – прохрипел он, вытаращив от страха глаза и схватившись за грудь, повалился на тахту. 

– Нет, – спокойно ответил женский голос из темноты. –  Сейчас ты не умрёшь. У тебя всего лишь первый серьёзный приступ, до этого были лишь предвестники. 

– Что? – еле выговорил он синими губами и ещё сильнее выпучил глаза. Промучившись пару минут, он наконец-то смог нормально дышать, но часто бьющееся сердце не получилось унять. Полежав какое-то время он, продолжая держаться за грудь, поднялся и, вновь вглядевшись в темноту, спросил: – Скажи, дождусь я сыновей, или нет? 

– Будущее многогранно... 

– Тьфу, – с досадой сплюнул старик и, шатаясь, ушёл не прощаясь. 

“Надеюсь, всевидящую найдут молодую, а то чем старше эта карга, тем сложнее с ней общаться.”– думал повелитель, направляясь в свои покои. – “Только бы дождаться сыновей, хочу лично увидеть, кто первым выполнит задание.”
 

*** 

На мои доводы – зачем нужна эта морока с пошивом платья, когда можно купить готовое – Грейс ответила, что самые лучшие уже раскупили и на поиски потратим больше времени. На заказ же лучше пошить такое, какое надо. А нужно нам – самое шикарное! 

– Ты должна всех затмить во дворце! – приговаривала она, когда в ателье с меня снимали мерки. – Что за постное лицо? Радуйся! Такая удача не каждой девушке выпадает. Я видела, как этот благородный человек на тебя смотрел, уверена, что понравилась. 

– Я была под вуалью. 

– Ну и что! Мужчина с хорошим зрением и под вуалью хорошенькое личико разглядит, – она звонко рассмеялась, её поддержал закройщик. 

Мне же было не до смеха. Не нужно сейчас ничьё внимание, тем более мужское. Как к этому хозяйка тела отнесётся? 

Видя моё кислое выражение, Грейс строго произнесла: 

– Только не вздумай что-нибудь снова выкинуть в своём духе! Иначе отдам в монастырь! 

Я тяжко вздохнула, продолжая думать, как можно выкрутиться из этой ситуации. А почему я, собственно, переживаю раньше времени? Не факт, что этот мужчина мной заинтересовался. Может просто из благодарности приглашение дал. Да, смотрел с интересом, но так все мужчины смотрят на красивых девушек – это нормально. Так что надо расслабиться и просто жить. Пусть тётушка делает, что хочет. Посещу я этот дворец, может даже потанцую… ой, а ведь я не умею танцевать! Вот же позору-то будет! 

Посмотрев на Грейс, я решилась спросить: 

– Танцевать на балу обязательно? 

В этот момент она разглядывала журнал с модными в этом сезоне фасонами платьев и очень была недовольна, что я отвлекла. 

– Конечно обязательно, что за глупый вопрос? 

– Тогда, может на всякий случай посетим школу танцев? Вдруг я что-то забыла. 

Грейс злобно сверкнула глазами: 

– Как можно забыть то, чему учили много лет? – отбросила журнал и резко сменив тон, улыбнувшись, заговорила со мной ласково: – Дорогая, ты просто волнуешься перед самым важным в твоей жизни событием. Все девушки твоего возраста впечатлительны, – видя мою неподдельную растерянность, добавила: – Хорошо, пока шьют платье, у нас будет немного времени. Пригласим учителя танцев. Надеюсь, одного дня занятий хватит, чтобы ты могла чувствовать себя уверенной на балу. 

– Спасибо. 

Улыбка с лица Грейс тут же сошла, чуть отвернувшись, она проворчала: 

– Опять предстоят дополнительные расходы, – снова взглянув на меня, –  столько денег в тебя вложили! Только попробуй потом не рассчитаться сполна! 

Я лишь благосклонно улыбнулась, потому что знаю истинные мотивы этой женщины: с помощью племянницы хочет исправить свою ошибку, допущенную в молодости. Ну что ж, пусть старается, кто ей может это запретить? 

– И ещё, – добавила я. Тётушка заметно напряглась, готовая выслушать новую просьбу. – Уроки этикета бы мне, тоже, на всякий случай. Вдруг появились новые правила поведения, к примеру? 

***
Весь день мы с тётушкой провели в школе хороших манер. Грейс снова решила сэкономить, “убить нескольких зайцев” – так скажем. Зачем отдельно нанимать учителя танцев? Когда можно заплатить за одно занятие по правилам этикета, куда входят танцы тоже. Правда, учить отдельно только меня не будут. Собралась группа из десяти девушек и всего один учитель. Молодой мужчина, больше похожий на женщину из-за наличия косметики и парика, с равнодушным лицом, как бы давая понять мол, кто понял – хорошо, кто не понял – ваши проблемы, всё нам рассказывал и показывал: как подавать руку кавалеру, делать реверанс, поддерживать беседу… Из всего этого я усвоила, что надо внимательно слушать мужчину, желательно сделать при этом восторженное лицо, смеяться над его шутками, даже если не смешные, больше молчать, томно вздыхать, мило улыбаться и строить глазки. Хм, сразу представила себя этакой пустоголовой, расфуфыренной куклой с хлопающими глазами – такое точно не по мне. 

Зато наконец-то узнала, как называются столовые приборы и как ими правильно пользоваться – это оказалось для меня полезным. И я была права: появились пара новых вилок для вторых блюд, буквально недавно, так что о них знают не все. Вот для чего нужны такие школы и почему все молодые люди из высшего общества сюда стремятся. 

В танцах тоже появились несколько новых па, но я так их и не запомнила. Одно дело видеть, другое дело – повторить. К сожалению, занятие подходило к концу. Сделав пару комплиментов учителю, отчего тот сразу расцвёл, я, под дружескую поддержку других девочек, попросила его показать ещё раз. Мужчина согласился и поставил меня напротив себя. Повторил все элементы, из чего состоит популярный в этом мире танец и заставил меня сделать то же самое. Ура! Получилось! Наверное, зря я переживала, тело Эвелин помнит все движения, поэтому мне с лёгкостью всё удалось.
 

Сегодня с самого утра – суета сует, так как идут приготовления Эвелин к балу. 

Слуги нагрели воды и искупали меня в ванне с ароматическими маслами. Потом приглашённый косметолог долго колдовал над моим лицом, хотя считаю, что это не обязательно, Эвелин и так хороша: кожа чистая, подтянутая, черты приятные. Зачем-то визажист нарастила ресницы, отчего я и правда стала похожа на куклу. Ещё в моём мире очень не нравилось, как многие девушки перебарщивают с ресницами. Ну ладно, чуть-чуть ты их нарастила, чтобы выразительней смотрелись глаза, но зачем делать опахала? Выражение лица от этого становится глупым! И когда разговариваешь с такой девушкой, невольно смотришь только на её ресницы. 

Тётушка вся разнервничалась, так как до сих пор не привезли платье. Уже досталось некоторым слугам, которые невзначай попались ей под руку. 

– Всех уволю! – кричала она сгоряча. 

Уволить она конечно же никого не сможет, так как не является владелицей этого дома. Рик не вмешивается в самоуправство тёти, многое позволяет, так как когда-то Грейс заменила ему мать. Когда она вне себя, он просто закрывается в своём кабинете, вот как сегодня, чтобы не видеть этого кошмара. 

Такие подробности мне снова поведала хозяйка тела, в очередной записке. Интересно, до каких пор я буду их находить? В течении всего года? 

Меган тоже сидела в своей комнате и не показывалась. У неё теперь постоянно болит голова, с тех самых пор, как узнала, что меня пригласили на бал. Странная она всё-таки и мне её жаль. Наверняка тяжело испытывать противоречивые чувства: с одной стороны она рада, что, возможно, я скоро уеду из этого дома, с другой – ужасно завидует. 

Что касается меня, то мне всё равно. Точнее нет, я рада, что смогу побывать в настоящем дворце и может даже потанцую со знатными кавалерами, но не думаю, что кто-то серьёзно мной заинтересуется. Ведь кроме меня там будет множество других знатных девушек и среди них тоже найдутся красавицы. К тому же, не в моих интересах, чтобы мечты тётушки сбылись – Эвелин это не одобрит. 

Глядя на весь этот дурдом, я стала скучать по собственной спокойной жизни. По своим родителям, которых и так нечасто видела, так как живём в разных городах. Я училась в универе в областном центре, а сама родом из маленького городка. У родителей собственный небольшой бизнес, доход не ахти какой, но всё же смогли накопить мне на однокомнатную квартиру в новостройке, чтобы я не мыкалась по съёмным или  общежитиям. За два года самостоятельной жизни у меня появился парень, мой однокурсник. Начиналось у нас с дружбы и взаимной помощи по учёбе, а потом появились чувства. Поцелуи уже были, но до близости пока не дошло. Я ещё не готова и он, к счастью, не настаивает. Тоже по нему скучаю. А он, интересно, как воспринял то, что я резко изменила своё отношение к нему? Переживает? Или теперь пытается завладеть моим вниманием заново? А если Эвелин влюбится в него и не захочет обратно меняться телами? Схватившись за голову, я готова была завыть. 

– Что с тобой, дорогая?  – обеспокоилась тётушка. – Переволновалась? – вышла в коридор и громко крикнула: – Заварите чай с мелиссой и принесите в комнату Эвелин! – войдя обратно, достала из кармана небольшую серебряную фляжку и, открыв крышку, глотнула. Видя мой хмурый взгляд, пояснила: – Это всего лишь настойка валерианы, если бы не она, я бы свихнулась от переживаний. Ведь сегодня решается судьба моей любимой племянницы! 

В комнату заглянула служанка и сообщила, что привезли платье. Грейс подпрыгнула и взвизгнула так, как будто её кто-то уколол шпагой в пятую точку. Даже фляжку выронила. 

– Неси его сюда! Скорей! 

Как только меня нарядили, по лицу тётушки было не понять, довольна ли она результатом. Как-то равнодушно смотрит. Неужели не нравится? Сама же фасон выбирала и ткани к нему. Лично мне платье очень нравится: небесно-голубого цвета, с открытыми плечами, лиф с искусной вышивкой, многослойная юбка и рукава из лёгкого шёлка. 

– Чего-то не хватает, – проговорила Грейс, задумчиво взявшись за подбородок. 

– Может, красивой причёски? – решилась подать голос одна из служанок, что помогала мне одеваться.
Действительно, с утра мне голову помыли, причесали, а о прическе как-то не побеспокоились. 

– Да это само собой, – махнула рукой тётя, – скоро парикмахер должен прийти. Я о другом, – тут она вдруг стукнула себя по лбу, радостно воскликнув: – Вспомнила! Видела на рынке пару украшений, которые точно подойдут к этому платью! 

– Ты про бижутерию? 

– Да Бог с тобой! – воскликнула Грейс. –  Я ещё не выжила из ума, чтобы отправлять племянницу на такое серьёзное мероприятие в дешёвых побрякушках! Наденешь настоящие бриллианты, которые носила твоя матушка. А вот к платью надо бы какую-нибудь изысканную деталь, – немного помолчала и выпалила: – Накинь плащ, быстро съездим и примерим что-нибудь. 

– Прямо сейчас? 

– А когда? Бал только вечером, успеем. 

*** 

Тётушка снова привезла меня на чёрный рынок, предварительно нацепив шляпку с вуалью и прямиком привела в лавку с украшениями. Я была не права, здесь не только бижутерия, но и довольно дорогие ювелирные изделия, которые находятся отдельно от всех и закрыты плотным стеклом. Раньше я даже представить такого не могла, чтобы в одном магазине были товары для разных сословий. 

Видимо на этом и держатся торговцы в этом мире, стараясь угодить каждому покупателю, невзирая на его происхождение и капитал. 

С порога оценив наш внешний вид, (к тому же из-под плаща у меня выглядывало дорогое платье), продавец расплылся в улыбке и сразу начал предлагать нам именно дорогой товар. Грейс стянула с меня верхнюю одежду и начала примерять на меня то, что мужчина услужливо приносил. 

– Не то... Всё не то, – недовольствовала тётушка, чуть не плача  и тут её внимание привлекли заколки для волос. Взяла одну - с голубыми лепестками в обрамлении мелких сверкающих камушков, приложила к моим волосам. 

– Потрясающе! – с восхищением воскликнул продавец. – Очень вам подходит! 

– Да, это именно то, что надо, – довольно произнесла тётя и приложила к моей голове вторую такую же. 

– Вы, наверно, в курсе, что три дня назад в столицу прибыли гости из Северных земель, – зачем-то начал рассказывать мужчина. – С ними пришли и торговцы. Так вот, мы обменялись некоторыми товарами. Эти заколки именно от них. 

– Так это судьба! – взвизгнула тётушка. 

Продавец от неожиданности вздрогнул и разулыбался. А я уже привыкла с такой бурной реакции Грейс, даже не моргнула и спокойно проговорила: 

– Я так не думаю. 

Тётя вмиг переменилась в лице: 

– Ты мне это брось. Только попробуй всё испортить, – прошипела она, подобно змее, приблизившись ко мне.  

Мне стало жутко и даже продавец испугался, неуверенным голосом спросил: 

– Так вы будете брать? 

– Конечно, будем! – ответила тётя, не отрывая от меня злого взгляда. 

Что-то не нравится мне её одержимость по поводу этого бала. Как бы не тронулась умом в случае неудачи. 

Тут же опять резко сменив настроение, Грейс оплатила покупку. 

***
Когда вышли из лавки, я вдруг почувствовала небольшую опасность по отношению к моей тёте, а точнее - к её сумке, где находятся деньги. Увидев паренька лет десяти в простой и грязной одежде, по его хитрому взгляду сразу поняла его нехорошие намерения. 

– Осторожно, воришка справа, – шёпотом предупредила я. 

Тётушка остановилась и перекинула свою сумку на другое плечо, при этом строго посмотрела на этого мальчугана. Тот сразу сделал вид, что нас не замечает, а просто идёт мимо и в этот момент я отчётливо ощутила его голод. 

– Мальчик! – окликнула его. 

Тот сразу обернулся и, сияя улыбкой, мгновенно оказался возле нас. 

Тётушка предусмотрительно плотнее прижала к себе сумку и, почти не шевеля губами, с тихой укоризной проговорила: 

– Что ты творишь? 

Сделав вид, что не услышала её,  я спросила мальчугана: 

– Хочешь есть? 

– Да, – ещё сильней просиял он и протянул руку, – дай четвертак. 

Тётя рассмеялась, а я почувствовала грусть исходящую от него и кое-что поняла: на самом деле четвертак не спасёт, так как сразу отберут старшие и он всё равно останется голодным. 

Посмотрев на прилавок с выпечкой, я, улыбнувшись, произнесла:  

– Давай лучше купим тебе сладкую булочку. 

– Что? – возмутилась тётя. – Не забывай, ты тратишь деньги брата. 

– Думаю, он не будет против. 

Дикий поток радости блеснул в глазах голодного ребёнка. Такая реакция окатила меня, словно тёплый, приятный душ. 

– С шоколадом, – добавил он.  

– Хорошо, идём. 

Взяв его за руку, я ещё больше узнала этого мальчика: увидела немного прошлого и настоящего. У него нет ни отца, ни матери – все давно умерли. Взял к себе на воспитание родной дядя, который страшно пил и шпынял бедного родственника. Однажды ребёнок не выдержал и сбежал. Побирался и спал на улице, пока его не подобрала воровская шайка, где ему тоже несладко, но зато есть кров, одежда и хоть какая-то ежедневная еда. 

Тётушка с недовольным видом шла рядом, не переставая ворчать: 

– Что за наказание мне досталось от сестры… Купим ему еду и сразу домой, скоро должен прийти парикмахер. 

Я с умилением смотрела, как жадно мальчуган поглощает булочку, покрытую шоколадной глазурью и не сразу заметила, как возле нас собралась кучка таких же голодных ребят. 

– Я тоже есть хочу… и я… я тоже…– жалобно говорили они, перебивая друг друга. 

Естественно, моё сердце сжалось и, несмотря на грозный взгляд Грейс, я забрала у неё сумку и скупила все сладкие булочки, что были у пекаря. Ребятня радостно щебетала и разбирала их. 

– Эвелин! Что ты себе позволяешь? – возмущалась тётя, когда я, подхватив её под руку, повела на выход. А то ещё немного и она меня прибьёт прямо здесь. 

– Мы сделали доброе дело. Будет плюсик в нашу карму. 

– Куда плюсик? – не поняла она. 

Фу ты, на мгновение я и забыла, что нахожусь не дома. Пришлось пояснить: 

– Судьбу мы себе улучшили. 

– Где ты наслушалась этих бредней? 

Вдруг у самых ворот нам преградил путь запыхавшийся мальчик, которого мы первого накормили. 

– Тётеньки, возьмите меня к себе, – говорил он со слезами на глазах. – Я буду выполнять любую работу. 

– Для бездомных есть приюты, – сказала ему Грейс. 

– Не хочу в приют! Уже был, там ужасно! Хуже, чем на улице! 

Он смотрел на меня с такой надеждой… Хотела бы сказать, что могу взять к себе. А что? Будет расти в тепле, сытости, оформим его в школу, получит образование. Чтобы оправдаться перед моим братом – выполнял бы для нас несложную работу: почту доставлять, в магазин по мелочам бегать, помогать  на кухне повару, думаю, тот не откажется от помощника. Но, посмотрев по сторонам, я заметила ещё несколько парней более старшего возраста, за нами наблюдающих. Наверняка ребята из его шайки. Они так просто от него не отстанут – это ясно и без моего дара. Уже представила, как они подкарауливают его и требуют, чтобы тот вынес из богатого дома, в котором живёт, самые ценные вещи. Он, конечно же, будет против, я вижу и чувствую в нём искренность, но эти подростки знают, как его запугать. В моей голове тут же родился план выхода для этого мальчишки и для нас. 

– Я бы с радостью, – ответила ему. – Но боюсь, что это усугубит твою жизнь. 

В глазах ребёнка промелькнула обида. Чтобы больше не видеть его печальным, я быстро добавила: 

– Мы можем определить тебя в военное училище. Там ты постоянно будешь под хорошим присмотром, твои “друзья” не достанут. Я чувствовала, как Грейс буквально онемела, услышав от меня такое предложение беспризорному мальчишке. Да, в городе есть такое престижное училище, но в нём могут учиться только отпрыски из богатых семей. Мы ведь можем представить его, как нашего дальнего родственника и, естественно, придётся платить за обучение. Зато по окончании этого заведения у парня будут большие перспективы. 

Мальчуган замер, затем, поозиравшись по сторонам, тихо произнес: 

– Ты, – посмотрев на недовольное лицо Грейс, сразу осёкся, – то есть, вы, правду говорите? 

– Конечно. 

Не сдержав эмоции, мальчик расплакался и крепко обнял меня. Я почувствовала, как одна его рука плавно заползла в карман моего плаща. Быстро ухватила за неё и строго высказала:  

– А вот с этим - завязывай. Если тебя поймают на воровстве, то сильно подставишь нас и сам уже никогда не сможешь изменить свою жизнь к лучшему. 

Мальчуган отпрянул и начал бить себя по рукам. 

– Это не я, это по привычке, я не виноват, я больше не буду, правда! – тараторил он, при этом жалобно глядя то на меня, то на тётю. 

– Вот видишь, – оживилась Грейс. – Горбатого могила исправит. Бросай его, и так времени много потеряли. 

– Нет-нет! Я правду говорю! – закричал мальчик, схватив мою руку и прижав к груди. – Тётеньки, не бросайте меня. Я правда больше не буду! 

– Как же, не будешь, – язвила Грейс. 

– Я ему верю, – твёрдо ответила ей. 

– Этого вора в нашем доме не будет, – сквозь зубы произнесла она. – Хочешь нас разорить? 

– Тогда не пойду на бал! – скрестив руки на груди, я пошла  ва-банк, понимая, что очень рискую. Жаль парнишку. И, наверно опять же благодаря дару, знаю, что он принесёт много пользы. 

Тётушка какое-то время молчала, прищурившись, пристально смотрела на меня. Может, взглядом убить хочет? Так для меня - что для того слона из поговорки. Я и не в такие гляделки выигрывала в своём мире 

– Хорошо, – заговорила она, прищурившись. – Заключим сделку: ты идёшь на бал и завладеешь вниманием принца. Если не станешь его невестой, то этот мальчишка отправится в приют вместо училища. 

Вот как, значит! Теперь получается – у меня нет выбора? Я заметила, как мальчик напрягся, стоит, скрестив пальцы, как делают в нашем мире - на удачу. Даже дышит через раз - ведь сейчас решается его судьба. 

– Неравноценные условия ставишь, Грейс. Где я, и где принц. Может, кого-то другого в женихи мне найти? 

– Нет, только принц. 

Похоже,  эту упрямицу не переубедить. Я подняла вуаль и, немного наклонившись к пареньку, спросила: 

– Как тебя зовут? 

– Тим. 

– Надеюсь, ты не будешь в обиде на меня, Тим, если не смогу стать невестой принца и ты окажешься в приюте? 

– Станешь, обязательно! Ты красивая! – с горящими глазами произнёс он, глядя мне в лицо. 

– Да не в этом дело, – вздохнув, выпрямилась и обратившись к тётушке, произнесла: – Идёт, только если это будет не принц, обещай, что найдёшь Тиму самый лучший приют и будешь приглядывать за ним. 

Довольно улыбнувшись, тётя ответила: 

– Получше приют найду, но приглядывать не буду, – зло добавив, – своих племянников хватило.  

*** 

Рик, конечно, был не в восторге, когда к нему привели хоть и отмытого, переодетого, но уличного мальчишку. Попросили разрешения, чтобы пожил у нас некоторое время, конечно же, в крыле для прислуги. И ещё брат был удивлён нашим с тётей пари. 

– Если Эвелин станет женой принца, все твои затраты окупятся, – произнесла она, явно довольная собой. 

Рик внимательно оглядел меня, как бы оценивая внешние данные. 

– Это аргумент, – ответил он и дал добро на пребывания мальчика в своём доме. 

Тима тут же увели с глаз долой и продолжили готовить меня к балу. У Грейс опять испортилось настроение, когда ей сообщили, что парикмахер уже был, но не стал нас дожидаться, так как у него ещё полно заказов. 

Тётушка, конечно же, упрекнула меня в этом: 

– Если бы ты не задержала нас из-за этого беспризорника... Ну и что теперь делать?  Где я найду тебе другого парикмахера? Сейчас все, даже самые захудалые цирюльники заняты! 

К счастью, у одной из служанок оказались золотые руки. Она сделала мне простую, но красивую причёску и купленные сегодня заколки пригодились. Главное, что Грейс осталась довольна. 

Одев на меня дорогие украшения с бриллиантами, что бережно хранила, по её словам – специально для этого случая – с восхищением всплеснула руками. И тут же сделавшись очень строгой, произнесла: 

– Не вздумай потерять, вовек не рассчитаешься, даже если за принца выйдешь. 

Я на это лишь тяжко вздохнула. 

*** 

Сопровождали меня во дворец Рик и тётушка. Меган тоже хотела поехать, но ей запретили, сославшись на её положение. Она обиженно поджала губы и убежала в свою комнату. Даже не вышла нас проводить и пожелать мне удачи. 

Всю дорогу Грейс жужжала над ухом, лишний раз напоминая, что в моих интересах выйти из дворца с будущим женихом, а именно – с принцем под руку. Я, закатив глаза, слушала и молчала. Рик тоже не вмешивался. Он вообще, похоже, никогда не вникает в дела тётушки. Интересно, жену ему тоже она выбирала? 

Возле дворца мы увидели лакеев в голубых камзолах, которые встречали вновь прибывших и помогали дамам выйти из кареты. Нам тоже помогли: первой вышла тётушка, затем я. Народу здесь очень много и все хотят попасть во дворец. Некоторые, у которых, видимо, нет официального приглашения, ругаются с дворецким и охраной. Почти всё, как в нашем мире, когда народ пытается проникнуть в крутые клубы, не хватает только папарацци с их фото- и видеокамерами, чтобы заснять знаменитостей. 

Нам удалось протиснуться сквозь толпу, что оказалось для меня пыткой, так как пришлось соприкасаться с некоторыми личностями, чьи мысли были об убийстве этих бедных служащих. Грейс показала приглашение дворецкому, меня пропустили, а её – нет. Естественно, она начала возмущаться и выяснять причину: почему не может пойти вместе с племянницей? На что ей доходчиво объяснили, что по одному приглашению не могут пройти два человека. Рик остался в сторонке, даже не пытался пойти с нами, но увидев, как разбушевалась тётушка, которая кричала, что не отпустит меня одну, был вынужден тоже протискиваться сквозь толпу и уводить её отсюда за руку. 

Жестом он дал мне знак, чтобы скорее уходила из виду, а то Грейс не успокоится. Что с её нервами? Не иначе побочное действие настойки, что сегодня пила. 

Развернувшись, я пошла по направлению к высоким ступеням, ведущими к главному входу дворца. Здесь меня встретили другие лакеи, раскрыв передо мной двери и низко поклонившись. Даже жаль их стало, это же сколько за вечер им так поклониться придётся? Не иначе - часто меняются. О чём я думаю вообще? Надо принца искать! Может, удастся просто с ним поговорить, а ещё лучше – потанцевать. Тогда до тётушки обязательно дойдут слухи и она удостоверится, что я действительно пыталась завладеть его вниманием. И тогда, надеюсь, сжалится над бедным Тимом и не отдаст его в приют. 

Хорошо хоть здесь не так много народу, как снаружи. Расфуфыренные молодые барышни смотрятся в большие зеркала в холле и некоторые юноши от них не отстают, тоже любуясь на себя в отражении. Со стороны это выглядит как подготовка к кастингу в модельное агентство, или нет – к пробам на участие в историческом фильме. Да! Именно так всё и выглядит. Я сразу затосковала по дому и по своей спокойной, размеренной жизни. 

Наконец-то двери в главную залу открылись и молодые люди начали входить туда по объявлению церемониймейстера. Первыми называли самых знатных. Очередь дошла и до меня, Грейс написала моё имя на пригласительной карточке, что дал мне Карим из свиты принца, поэтому я не удивилась, откуда его знают. 

Красота залы поразила моё воображение. Даже не думала, что здесь настолько восхитительно! Высокий потолок украшает фреска с портретами правителей разных времён и лепнина с позолотой. Большие арочные окна, зеркала и колонны. В до блеска натёртом паркете отражаются люстры с горящими свечами и яркие платья девушек, столпившихся по обе стороны от центра. Я постаралась встать так, чтобы ни с кем не соприкасаться, а то мало ли кто о чём думает, не нужно мне об этом знать. Все говорили вполголоса и ждали появления монарха с его женой и свитой, а также главного виновника торжества – почётного гостя. 

И вот настал кульминационный момент: церемониймейстер объявил о появлении короля и королевы. Под торжественную музыку, в сопровождении лакеев, вошли мужчина в возрасте и женщина, тоже немолодая. Одеты они оказались гораздо скромнее всех присутствующих, видимо им не нужно производить впечатление на дальнего родственника. А вот, кстати, и он: появился молодой человек – блондин с яркими голубыми глазами. Я сразу узнала в нём того, кого  мы с тётушкой встретили на рынке и обомлев, открыла рот. В тёмно-красном камзоле с белой вышивкой он смотрится очень даже великолепно и необычно. Объявили его длинное имя, которое я снова не запомнила, и основную цель визита монаршей особы в нашу страну: установление товарно-рыночных отношений. 

Затем он начал говорить сам, сцепив за спиной руки и гордо подняв голову: 

– Теперь я расскажу вам немного о своей стране. За несколько дней  пребывания в вашей я услышал немало слухов и легенд. Некоторые из них - полный вымысел, а некоторые имеют реальную основу. Во - первых, в наших землях нет злобных орков, которые поедают людей. Были когда-то, но их давно выдворили, всех до одного. Во-вторых, в моей стране действительно почти постоянно зима, но жители многомиллионного населения не мёрзнут и не собираются уходить в поисках места проживания потеплей. 

– Как же вы отапливаете дома? – вмешался король. – Насколько я знаю, в вашей мерзлоте практически нет лесов, одни лишь горы. 

– Мы используем защитные купола над городами и сёлами, под которыми всегда тепло, – ответил принц. 

В зале воцарилась тишина, казалось будет слышно даже комара, если пролетит. 

– Вы используете магию?! – громко спросил король. 

Его голос отразился эхом от высокого потолка. По толпе прокатился ропот. У всех были удивлённые и, я бы даже сказала – испуганные лица. 

– Да, если она в мирных целях. И у нас есть академии, где обучают молодых, одарённых магов.
Ропот стал сильнее, слышались отдельные фразы, такие как: 

– Да как можно?... Возмутительно… Куда смотрят инквизиторы? 

Лица короля и королевы были растерянными. Видно было, что они не знают, как себя вести: с одной стороны – по нашим законам этого человека должны бы сейчас арестовать, а с другой – у родственника дипломатическая неприкосновенность.
Сам же принц выглядит абсолютно спокойным, как будто знает, что поступает правильно, сказав правду и знает, что за это ему ничего не будет. 

– А как насчёт инквизиции? – спросил король, судя по тону, явно не ожидая положительного ответа. 

– Она у нас есть. 

Все вновь замолчали, не веря услышанному. 

Принц продолжил: 

– Только занимаются они выслеживанием и поимкой чёрных магов, которые вредят людям и государству. 

Молчание затянулось. И тут король, смягчив выражение лица, попытался улыбнуться, при этом спросил: 

– Надеюсь, сюда вы не привезли кого-нибудь из магов? 

– Ну что вы! Мы чтим законы и традиции других стран. 

В зале послышались вздохи облегчения и слова одобрения. Король, удовлетворенно кивнув, поднялся с кресла и объявил во всеуслышание: 

– Окажем нашему почётному гостю радушный приём! Любое слово или действие против него буду воспринимать как оскорбление лично мне! А теперь – танцы! 

Заиграла красивая мелодичная музыка и король, пригласив свою королеву, первым вышел в середину залы. Постепенно начали пристраиваться и другие парочки, а некоторые девушки, выстроившись в ряд, ждали приглашения принца. Я тоже собралась было присоединиться к ним, ведь за этим сюда и пришла, как вдруг почувствовала неприятную волну агрессии. Начала оглядываться, чтобы найти его источник и тут кто-то сильно схватил меня за запястье. Даже не надо поворачивать головы, чтобы понять, кто это. Джеймс Де Клер! И он здесь! Увидев меня, не смог сдержаться, чтобы вновь не выказать своё презрение. 

– Идём танцевать, красавица, – прошептал он, приблизившись ко мне сзади и крепко взяв за талию. 

– Отпусти, – проговорила я. 

Но он, как будто не слыша, повёл меня в танце. Подкатила тошнота, как только увидела его мысли. Я даже порадовалась тому, что практически ничего не ела перед балом, а то мог бы случиться конфуз. 

– Отпусти, – снова произнесла я, пытаясь оттолкнуть его. 

– Я уже говорил, что люблю кобылок с норовом, – зло улыбнулся он. – Но никто и никогда не смел меня оскорблять. Я обещал, что ты ответишь за это и время настало. 

Он, делая танцевальные движения под звуки музыки, начал активно двигаться вместе со мной к выходу. То, что он задумал со мной сделать, пробежало в  сознании ускоренной кинолентой: запланировал похитить и… Затем, выставить эту ситуацию перед моими родными так, что я сама захотела. Естественно, они ему не поверят, но, чтобы скрыть позор, будут уговаривать жениться. Стало противно и страшно, я ещё сильней начала упираться. Хотела пнуть его в пах, но почему-то не смогла этого сделать, тело меня не слушалось! Что происходит? Остается только кричать, но я как онемела. Возник резкий упадок сил, даже показалось, что вот-вот потеряю сознание. 

Джеймсу уже удалось подтянуть меня к выходу, одним рывком он подхватил меня и вынес в открытые двери. 

– Помогите, – очень тихо и с великим трудом прохрипела я, протягивая руку к одному из лакеев у входа, но тот сделал вид, что не заметил. Наверно служащим во дворце не привыкать видеть подобные сцены, они считают, что таким образом молодёжь развлекается. 

Неся меня на руках, довольный своей удачей, лорд побежал к лестнице и неожиданно резко остановился, как будто наткнулся на внезапно возникшее препятствие. 

– Куда так спешим? – услышала я знакомый голос. 

С трудом повернув голову и сфокусировав взгляд, я узнала принца и тоже попыталась сказать: – Помогите, – но даже рта не смогла раскрыть. Зато хорошо ощутила, как испугался Джеймс и у меня появилась надежда, что он отпустит.  

Лорд поставил меня на ноги, при этом продолжая прижимать к себе, бессовестно солгал: 

– Я и моя невеста спешим уйти отсюда. 

Я опять не смогла возразить, хотя пыталась, даже удалось открыть рот, но не произнесла и звука. 

– Вот как? Но ведь праздник только начался. 

– Неважно, мы хотим побыть наедине, – с трудом скрывая раздражение, ответил  Джеймс. 

– Судя по несчастному лицу девушки, она этого не хочет, – сказал принц, не отрывая от меня взгляда. 

– Вы ошибаетесь! – громко возразил лорд, потеряв терпение. Затем, взяв моё лицо за подбородок, повернул к себе и с наигранной улыбкой спросил: – Правда, дорогая? 

Мне захотелось плюнуть в его наглую рожу, но опять же не смогла. От бессилия из моих глаз потекли слёзы. 

– Хватит ломать комедию, отпусти девушку! – строгим тоном проговорил принц. 

Джеймс нехотя убрал руку с талии и как только усилием воли я смогла сделать шаг от него в сторону – меня тут же отпустило! Стало так легко и свободно! Даже задышала легче. С негодованием я посмотрела на этого гада и хотела наброситься с кулаками, но предпочла не делать этого, иначе опять придётся приблизиться. 

Джеймс скривил недовольную гримасу от того, что план провалился, и я снова ощутила волну презрения, исходящую от него. По его взгляду стало ясно, что это не конец, он ещё будет пытаться мне отомстить. Я стала для него чем-то вроде идеи фикс – целью, которую он будет маниакально преследовать. 

Дальше произошло следующее: почётный гость одной рукой схватил лорда за ворот сюртука, а другой - вытащил и снял с его шеи какой-то медальон на золотой цепочке. Затем отпустил его и, продемонстрировав ему этот предмет, произнёс: 

– А вот за это в вашей стране сжигают на костре. Не так ли? 

Джеймс стал бледным подобно привидению, попытался улыбнуться и начал оправдываться: 

– О чём вы? Это просто украшение. 

– Я из Северных земель, хорошо вижу и чувствую магию. 

– Вы не докажете, –  осклабился Джеймс. 

Сейчас он пытается казаться храбрым и уверенным, но я-то чувствую его страх и желание выкрутиться. 

– У меня есть свидетель, – посмотрев на меня, ответил принц. 

Я согласно кивнула, а у Джеймса нервно задёргалась щека, - либо он снова пытается улыбнуться? Заикаясь, проговорил: 

– Дав-в-вайте заб-б-будем это нед-д-доразу-мение. 

– Забудем, если извинишься. 

Лицо лорда задёргалось сильнее, я даже испугалась, что сейчас с ним произойдет приступ эпилепсии. Он сделал шаг в моём направлении, а я инстинктивно отпрянула и выпалила: 

– Не нужны мне твои извинения! Убирайся! И больше никогда не попадайся на глаза! 

Джеймс замер и вопрошающе посмотрел на гостя. Принц ответил: 

– Ты слышал пожелание дамы. Выполняй. 

На прямых ногах, подобно роботу, лорд направился к лестнице и как только ступил на первую ступеньку, побежал быстро вниз, споткнулся и, упав, прокатился до самого конца. Покряхтывая, как старик, поднялся, обернулся на нас и поковылял прочь. 

– Спасибо, – обратилась я к принцу. – Если бы не вы... – закрыв лицо руками, я принялась плакать. 

Почувствовав его руки на своих плечах и перестав реветь, я посмотрела на него, пытаясь понять: почему не вижу его мысли? 

– Не переживайте, всё позади. В любом случае эта вещь, – отпустив меня, показал медальон, что отобрал у Джеймса, – не смогла бы подавлять вашу волю долго. Работа слабого мага, так что действия бы её хватило только минут на десять, не более. За это время он бы даже из дворца выйти не успел. К тому же у главных ворот дежурит ваша тётушка, уж она бы точно вас не пропустила. 

Я нисколько не удивилась, услышав новость про тётю. Она, если придётся, будет караулить меня до самого утра. 

– Но здесь наверняка есть и другие выходы, – посмела я возразить. 

– Есть, но возле них дежурят мои люди. 

Я невольно улыбнулась, он ответил мне тем же. Послышались звуки медленной мелодии. Принц подставил мне локоть и вежливо произнёс: 

– Надеюсь, не откажете мне в танце, – видя мою нерешительность, добавил, –  хотя бы в знак благодарности. 

К этому моменту я уже окончательно успокоилась и стала чувствовать себя гораздо лучше. Взявшись за его локоть, ответила: 

– С большим удовольствием, Ваше Высочество.