Вспышка

Мир изменился в один миг, но не так, как предсказывали фантасты — без клыков, когтей и кровопролития. Они явились не завоёвывать, а с мольбой о просьбе.

Вампиры.

Их мир, тот самый, что веками служил пристанищем, был уничтожен силой, непостижимой даже для них. Выбора не оставалось, либо разделить участь своей гибнущей реальности, либо шагнуть в неизвестность, к нам.

Случилось это в августе 2050-го. Воздух над окраинами мегаполисов задрожал, наполнившись статическим электричеством, от которого заложило уши. Потом ослепительная, раскалённая молочно-жемчужная вспышка, разрезавшая саму ткань неба. Она не грозила слепотой, но заставляла отвернуться. Из разрыва, похожего на незаживающую рану, они и вышли. Двигались медленно, с огромной, почти болезненной осторожностью, и их глаза, привыкшие к другому освещению, щурились от яростного солнца нашего мира. Они разглядывали бетонные джунгли, смог и людей, застывших в немом ошеломлении.

Шествие было выстроено с печальной логикой обречённых. Впереди мужчины, высокие и подтянутые, с тенью былой мощи, но теперь их гордые осанки выдавали лишь готовность принять удар на себя. За ними женщины. Одни прижимали к груди завёрнутых в тёмные ткани младенцев, другие, сжав тонкие пальцы, вели детей постарше. Малыши жались к матерям, их огромные, не по-детски серьёзные глаза пугливо скользили по чуждому миру. Замыкали шествие снова мужчины — те, у кого ещё оставались силы не оглядываться на закрывающийся за их спинами проход. Когда последняя тень покинула гибнущую реальность, разрыв сомкнулся. Тишину вновь пронзила вспышка, короткая и прощальная. И они остались. Просто стояли — потерянные, напуганные, цепляющиеся взглядами друг за друга. Кучки бездомных, могущественных существ, не знающих, что делать дальше.

Люди приняли беженцев без радушия, с холодной, вымученной гуманностью. Вампирам отвели один из заброшенных городов-спутников, «зону отчуждения», где некогда кипела жизнь, а теперь царили пыль и призрачное эхо. Им предоставили видимость свободы: можно было передвигаться по городу, чьи улицы они сами же и расчищали, заниматься ремеслом, пытаться наладить подобие жизни. По ночам, когда человеческие кварталы затихали, в их кварталах зажигались тусклые огни и слышалась музыка.

Первое время люди смотрели на них с откровенной настороженностью, граничащей с суеверным страхом. Но волна отторжения, как и положено волне, схлынула, оставив после себя тягучую рутину сосуществования. Стало ясно — новых соседей не выселишь и не уничтожишь. Пришлось притираться, учиться читать оттенки эмоций на их лицах, отличать вежливую холодность от враждебной. На это ушли долгие годы совместных, неловких поначалу трудов, редких, но крепнущих контактов, тихого любопытства и запретного влечения. И в результате, медленно, но неотвратимо, вампиров признали. Не как гостей, не как угрозу, а как жителей Земли, получивших, наконец, те же права, что и их теплокровные соседи. Но в этом новом, спаянном из двух миров порядке, уже зрели новые семена будущих конфликтов, союзов и тех, кого позже назовут полукровками.

Часть первая. Вспышка

2200 год. Египет. 08:30 утра

– Давай быстрее, а то опоздаем на завтрак! – пробурчал Борис, проводя пальцами по светлым, непослушным волосам. Зеркало в прихожей отразило его недовольное лицо.

Из распахнутой двери ванной, окутанной паром, донёсся голос Алисии и сладковатый запах геля для душа с жасмином.

– Может, сегодня пропустим эту добровольную каторгу? – Она выглянула, держа в руке зубную щётку, с которой на пол упала белая капля. На ней было лишь короткое полотенце, обтянувшее влажное тело. – Мы могли бы позавтракать в том милом кафе на набережной. Свежий кофе, круассаны, а не этот отельный конвейер.

– Зачем тратить деньги, если здесь всё включено? – Борис смотрел на неё с искренним, почти детским недоумением. Для него это было аксиомой: заплатил, значит, должен выжать всё до капли.

Алисия молча пожала плечами, и снова скрылась в облаке пара. Через мгновение послышался шум душа и её сдержанное, глухое пение.

– Боря! – её голос, приглушённый водой, прорвался сквозь стеклянную дверь. – Мне надоело торчать в этой четырёхзвёздочной тюрьме и пялиться на пьяные рожи наших сограждан! Запиши нас, в конце концов, на ту самую экскурсию по Мёртвому городу!

– Ты опять за своё? – воскликнул он, распахивая дверь ванной. Воздух был густым и влажным. Сквозь матовое стекло душевой кабины проступал смутный, но соблазнительный силуэт: изгиб талии, округлость груди, когда она запрокидывала голову, подставляя лицо струям воды. – Почему тебя вечно тянет на подвиги? Нельзя просто полежать у бассейна? Прыжки с парашютом, эти бешеные гидроциклы, дайвинг бог знает где… а теперь экскурсия! Что там смотреть-то? Одни пыльные развалины да назойливые попрошайки!

– Лучше развалины, чем в сотый раз слушать пьяные байки и похабные шутки за соседним столиком! – парировала она, вытирая лицо.

– Ты меня в могилу сведёшь, я же терпеть не могу все эти «приключения»! – Борис резко дёрнул ручку, и стеклянная дверь со скрипом отъехала. Пар хлынул наружу. – Почему ты всегда думаешь только о себе? Хватит мыться! Завтрак сейчас закончится!

– Я думаю только о себе? – Алисия медленно повернулась к нему. Вода стекала по её шее, исчезая в ложбинке между грудями. Она смахнула с лица тёмные, тяжёлые от воды локоны, и её голубые глаза сверкнули обидой и гневом. – Все наши прошлые отпуска мы провели, как хотел ты! Прикованные к бару и шезлонгу. В этот раз будет, так как я хочу!

– Да? – Борис ехидно усмехнулся, нарочито медленно оглядывая её с ног до головы. – Что же, развлекайся одна. Я никуда из отеля не сдвинусь.

С чувством собственного превосходства он вышел из ванной и замер у большого зеркала, снова приглаживая волосы. Ладонь с грубым шорохом прошлась по трёхдневной щетине, и он усмехнулся, вспомнив, как ворчала Алисия: «Царапаешься, как кошка». Схватив с ближайшего стула просторную гавайскую рубашку, он накинул её на голый торс, даже не пытаясь застёгивать. Потом принял горделивую позу, играя напрягшимися бицепсами, поймал в зеркале собственный уверенный взгляд и, удовлетворённый, развернулся. Дверь номера захлопнулась, и шаги затихли в коридоре, унося Бориса к шведскому столу и его принципам.

***

Алисия дождалась, когда за Борисом закроется дверь. Разговаривать она с ним больше не хотела. Всё было решено — этот отпуск станет их последним. Отношения давно трещали по швам, а эти несколько дней в Египте окончательно всё прояснили. Сразу после возвращения домой — разговор и расставание. Да, придётся искать новое жильё, но её это не пугало. У подруги можно пожить первое время, а там… а там она найдёт квартиру. Такую, о какой всегда мечтала.

Алисия натянула светлые льняные брюки и лёгкую рубашку из мягкого хлопка. Пора рискнуть и вырваться из отельного плена.

В холле она быстро нашла гида — его выдавала кучка из пятнадцати человек с фотоаппаратами и бутылками воды.

- Запишите меня! — сказала Алисия, протискиваясь сквозь толпу и протягивая деньги.

- Уезжаем через пятнадцать минут, — чуть картавя, ответил гид.

- Я готова! — она поправила лямку рюкзака на плече.

- Хорошо, — он сделал пометку в списке. — Автобус ждёт у выхода.

Алисия пошла к выходу вместе со всеми и на пути столкнулась с Борисом. Он смотрел на неё вытаращенными глазами, словно, не веря собственному зрению. Она посмела его ослушаться!

С лёгким сердцем Алисия вошла в прохладный салон автобуса и заняла место у окна. Борис всё ещё стоял снаружи, и его лицо вытянулось от обиды и злости.

Вдруг в кармане пискнул телефон. Алисия достала его и прочла:

«Будь осторожна. Помни, мир изменился!»

Удивлённо подняв голову, она снова посмотрела на Бориса. Он прислонился к белой стене отеля и не отводил от неё взгляда.

Она прочла сообщение во второй раз, пытаясь разгадать его странный, тревожный подтекст. Обычно его «заботливые» предупреждения сводились к «не забудь солнцезащитный крем».

- Это место свободно? — раздался рядом приятный низкий голос.

- Да, конечно, — ответила она, немного растерянно. На мгновение ей захотелось выйти, но она тут же отогнала эту мысль.

- Спасибо.

Только теперь Алисия поняла, что с ней говорит мужчина. И ещё она заметила, что в автобусе, который ещё минуту назад гудел голосами, стало непривычно тихо. Она повернула голову.

- Не за что! — сказала она, наконец обратив внимание на того, кто сел рядом.

«Вампир», — была первая, мгновенная и отчётливая мысль.

Он смотрел на неё, словно ожидая, что она вот-вот попросит его уйти или закричит от страха.

- Впервые в Египте? — спросила она, нарочито расслабленно откидываясь на спинку сиденья. Его плечи чуть расслабились.

- Да, — он снял бейсболку и провёл рукой по тёмным волосам. — Выбрался, наконец, в отпуск. Хочу посмотреть на город. Вы видели пирамиды?

Алисия улыбнулась, вспомнив, как уговаривала Бориса поехать на эту экскурсию.

- Удивительно, что они вообще уцелели! — продолжил он. — После всех ураганов и землетрясений, что обрушивались на Землю за последнее столетие… Чудо, что они всё ещё стоят. Я был ребёнком, когда впервые увидел их в учебнике. Они меня поразили. Знаете, я даже мечтал стать археологом!

- Вам бы нужно было родиться лет на триста раньше, — улыбнулась она. — Сейчас уже исследовать нечего. Остаётся только ездить по уже открытым достопримечательностям, как мы с вами.

- Наверное, вы правы, — он повернулся к ней, и его плечо слегка коснулось её плеча. — Меня зовут Гелиан.

- Алисия.

Несмотря на то, что вампиры жили на Земле уже полтора века, они редко шли на открытый контакт. За всю жизнь Алисия видела так близко всего двоих, и Гелиан был третьим. А разговаривала вообще впервые. Его открытость и лёгкость были поразительны.

Она позволила себе украдкой, но внимательнее рассмотреть спутника. Гелиан, как и большинство вампиров, был темноволосым, его кожа имела лёгкий оливковый, смуглый оттенок. Ростом он был выше среднего человека. С первого взгляда его можно было принять за необычайно статного южанина, если бы не детали. По его вискам, скрываясь в волосах, и далее по шее спускались изящные, похожие на древние руны, тёмно-синие татуировки, будто светящиеся изнутри. И глаза... Глаза были яркого, пронзительного синего цвета, с вертикальными, как у кошки, зрачками, которые сейчас, в тени салона, были расширены.

- Извините, что уставилась, — смутилась Алисия. — Вы всего лишь третий вампир, которого я вижу так близко.

Гелиан легко кивнул.

- Мы предпочитаем не выделяться, — он бросил быстрый взгляд на других пассажиров. — Слишком много наших погибло…

- Погибло? — Алисия нахмурилась, пытаясь вспомнить какие-либо конфликты, помимо ежемесячных природных катаклизмов, которые разрушали города и уничтожали природу планеты.

- Не здесь! — поспешно добавил он. — В других мирах. Мы потеряли больше половины народа. Нас уничтожали просто за то, что мы вампиры.

- Я и не знала, что вы бывали в других мирах, — тихо сказала Алисия.

- Земля стала для нас третьим миром и последней надеждой, — его пальцы бессознательно провели по татуировке на запястье.

- Откуда ты всё это знаешь? — спросила Алисия. Он выглядел слишком молодым. — Это вам в школе рассказывали?

- Почти. «История Переселения» у нас обязательный предмет, — он улыбнулся, и в уголках его губ на мгновение обнажились белоснежные, идеальные и чуть более удлинённые, чем у человека, клыки. В этом не было угрозы, лишь лёгкая, почти кокетливая демонстрация своей природы.

- И когда ты окончил школу? — она наклонилась к нему чуть ближе и понизила голос. — Это я так пытаюсь узнать, сколько тебе лет!

Гелиан закатил глаза, с комичным видом пытаясь что-то сосчитать в уме.

- Мне где-то около двадцати семи, по-вашему.

- Это как? — не поняла она.

- У нас своё летоисчисление, — объяснил он. — Разве в школах не рассказывают?

- Рассказывают, но я не понимала, зачем вам это, — призналась Алисия. — Объяснишь?

- Ну… — он понизил голос, и его колено снова легко коснулось её колена. — Это не просто календарь. Он отмеряет ритмы нашего тела, внутренний метаболизм. По нему мы понимаем, когда нам необходима... пища, и когда мы готовы вступить в брак, создать семью. Это происходит на уровне инстинкта, ты просто... знаешь, что пришло время. У нас нет точного возраста, как у вас. Есть периоды: Дитя, Взрослый, Старец и... Смиренный.

- Смиренный? — переспросила Алисия.

- Тот, кто вскоре должен вернуться к праху. Последний этап жизни.

- То есть... Смиренный знает, когда умрёт? Точную дату?

- Неточную. Примерный промежуток от одной земной недели до месяца, — тихо сказал Гелиан. Его рука лежала на сиденье так близко, что их мизинцы почти соприкасались. Неожиданно его взгляд снова стал лёгким, и он добавил: — Я, если что, сейчас в периоде Взрослого.

Алисия посмотрела в его синие глаза и увидела в них весёлые искорки.

- Я тоже, — подмигнула она ему. За окном проплыли первые дома. — Кажется, мы въезжаем в город! Смотри!

Утро. 9:00 Центр по исследованию солнечных вспышек

Офис Виктора Сергеевича располагался на самом верху башни, упиравшемся в ядовито-жёлтое небо. За панорамным бронированным стеклом, защищённым многослойным энергощитом, бушевала буря третьего уровня. По современным меркам — этакий Тайфун Яга, только ставший рядовым рабочим моментом. Ветер гнал перед собой не только песок, но и обломки конструкций с окраин, с грохотом разбивавшиеся о сияющий барьер. Здесь, наверху, было тихо, как в аквариуме. Воздух пах озоном и стерильной чистотой, которую не мог перебить даже стоявший на столе чай с лимоном.

Виктор Сергеевич, крупный мужчина с лицом, измождённым вечной борьбой с реальностью, уставился в монитор. Графики солнечной активности упрямо ползли вверх.

— Ну что, опять твои «показатели» пришли? — бросил он, не отрывая взгляда от экрана. — Или опять паника из-за очередного чиха нашего светила?

Из угла кабинета, где мерцала карта с отметинами недавних катаклизмов, отделилась высокая фигура. Гладар. Он двигался бесшумно, его тёмный костюм сидел безупречно, и от этого его плавность казалась ещё более раздражающей.

— Не «мои» показатели, Виктор Сергеевич. Факты, — голос вампира был ровным, без единой эмоции. — Частота и мощность вспышек продолжают расти. Это уже не просто угроза энергосетям. Мы считаем, что текущий цикл может привести к необратимым последствиям для биосферы.

Виктор с силой откинулся в кресле, которое жалобно заскрипело.

— О Господи… Снова за своё! — он снял очки и с отчаянием потёр переносицу. — У нас тут, — он резко махнул рукой в сторону окна, за которым клубилась буря, — стабильно раз в месяц небо падает на голову, а ты опять про своё солнышко! Может, хватит? Мне есть чем заняться, кроме твоих апокалиптических прогнозов!

Гладар не моргнул. Его вертикальные зрачки сузились, поймав отсвет монитора.

— Именно потому, что небо падает, мы и должны говорить об этом. Наш мир погиб не от бурь. Он погиб от света. Сначала он стал причиной мутаций. Потом… он стал убивать. Проникая везде. Мы не нашли способа защититься. Мы бежали. И мы видим те же признаки здесь.

— И что? — Виктор язвительно ухмыльнулся. — Опять предлагаешь начать рыть норы? Слушай, Гладар, я ценю твою предусмотрительность. Но у меня бюджет расписан на восстановление того, что эти бури разносят каждый месяц! У меня нет денег на фантазии!

— Это не фантазии, — Гладар сделал шаг вперёд и положил на стол массивную папку. — Это план сети убежищ. Полные расчёты, чертежи. Ваши инженеры могут их проверить. Ваше солнце спокойнее нашего, но надеяться на «авось» — стратегия для самоубийц.

Виктор с нескрываемым раздражением швырнул очки на стол.

— Ты думаешь, я не знаю, что ты делаешь? Ты просто пытаешься выбить финансирование для своих проектов под шумок! Вечная песня!

— Я пытаюсь предотвратить гибель всего живого на этой планете, — парировал Гладар, и в его голосе впервые прозвучала сталь. — Включая вас. Потому что, если это случится, бежать будет некуда. Порталов отсюда нет.

Виктор Сергеевич тяжело вздохнул, чувствуя, как привычная головная боль снова накатывает. Этот вампир был как заноза — умный, компетентный, и от него не избавиться. Он потянулся к папке и с театральным вздохом открыл её. Прошло минут сорок, в течение которых он лишь изредка хмыкал или ворчал что-то под нос. Наконец, он захлопнул её.

— Ладно, — он выдохнул, смирившись с неизбежным. — Выложу я этот твой бред на голосование. Но ничего не обещаю! И если совещание провалится — это твои проблемы, понял?

— Понял, — Гладар слегка склонил голову. — Спасибо.

Он развернулся и бесшумно вышел, оставив Виктора Сергеевича в одиночестве. Тот с отвращением посмотрел на папку, потом на бушующую за стеклом бурю, и с силой нажал несколько клавиш на коммуникаторе.

— Всем главам секторов! Срочное виртуальное совещание через пять минут! — рявкнул он в сессию связи. — Причина? Опять этот вампир со своими солнечными вспышками! Да-да, я знаю… Всем быть!

День. 13:00 Египет

Воздух под гигантскими куполами был густым и неподвижным, пахло раскалённым камнем и консервированной древностью. Снаружи бушевал привычный ураган третьего уровня, но здесь, в этом рукотворном раю для туристов и археологов, царила вечная, знойная тишина.

Перед ними простирался ненастоящий «Город мёртвых», что остался на другом берегу Нила, а грандиозный восстановленный участок — знаменитый фиванский некрополь, собранный по крупицам после последних катаклизмов. Под сенью энергощитов теснились погребальные храмы Мединет-Абу и царицы Хатшепсут, застыли исполинские Колоссы Мемнона, угадывались входы в знаменитые Долины Царей и Цариц. И всё это в шаге от великих пирамид, создавая сюрреалистичный музейный ландшафт, где эпохи смешались в кучу ради выживания.

Гелиан замер на краю мощёной дорожки, его плечи напряглись. Он смотрел не на величественные усыпальницы фараонов, а на уродливый бетонный бункер поста охраны, встроенный в основание древней стены.

- Всё так сильно изменилось, — произнёс он тихо, и в его голосе звучала не мальчишеская досада, а глубокая, взрослая грусть. — В учебниках... всё было иначе. Более... настоящим.

Алисия наблюдала за ним украдкой. Ей было странно видеть этого мужчину из иного мира таким уязвимым и разочарованным.

- Мы же ещё не дошли до самого интересного, — мягко напомнила она, касаясь его предплечья. Кожа под её пальцами, вопреки ожиданиям, была не холодной, а тёплой, даже горячей, как песок на пляже, прокалённый долгими часами под солнцем. От неожиданности она чуть не отдёрнула руку. — Это только первая остановка, чтобы сориентироваться. Потом нас поведут вглубь, к самим гробницам.

Гелиан молча кивнул и потянулся к своей кепке, натягивая её ниже на лоб, а затем надел тёмные очки, скрывая глаза. Его пальцы нервно застёгивали манжеты на запястьях, пряча причудливые татуировки. Алисия впервые разглядела их так близко: на руках они были кроваво-алыми, живыми и почти пульсирующими, но по мере подъёма к локтю и выше, к шее, этот агрессивный красный цвет постепенно перетекал в глубокий, холодный сапфирово-синий, который она уже видела на его висках. Создавалось впечатление, что две силы борются за его тело — пламенная, яростная, стремящаяся захватить власть, и ледяная, сдерживающая её.

- Зачем ты это делаешь? — не удержалась Алисия.

Он на мгновение замер.

- О чём ты?

- Вот об этом, — она сделала лёгкий, указывающий жест в сторону его рук. — Все и так поняли, кто ты. Расслабься, наслаждайся видом.

- Я стараюсь, — его пальцы снова засуетились не слушаясь. Рукав никак не хотел оставаться на месте. — Они смотрят так пристально... будто я экспонат, а не живое существо.

Алисия обернулась. Группа из пяти туристов, их лица раскраснелись от жары, открыто пялилась на них и что-то оживлённо обсуждала, бросая в их сторону косые взгляды.

- Эй! Нашли местную достопримечательность? — резко крикнула Алисия, с трудом сдерживая раздражение. Её голос прозвучал неестественно громко в звенящей тишине.

- Алисия, не надо, — тихо, но твёрдо вмешался Гелиан. — Пусть смотрят.

Она с обидой фыркнула, но повиновалась. Повернувшись к нему спиной, она сняла рюкзак.

- Дай я, — сказала она уже мягче, отстранив его дрожащие пальцы. Её собственные руки, тёплые и уверенные, ловко расправили упрямую ткань и закатали рукава ровно и аккуратно, оставляя татуировки открытыми. Их пальцы ненадолго встретились, и контраст температур снова заставил её вздрогнуть. — Мне правда стыдно за них. Ведут себя как пещерные люди.

- Не извиняйся, — он улыбнулся, и уголки его глаз смягчились. — Спасибо.

Алисия на мгновение залюбовалась им. Искусственный свет, имитирующий солнце под куполом, играл на его смуглой коже, оттеняя причудливые узоры.

- Больно было? — спросила она, наконец отводя взгляд, чувствуя, как по щекам разливается румянец.

Они медленно пошли за группой, намерено отстав, чтобы сохранить иллюзию уединения. Гид водил их по маршруту, проложенному между макетами гробниц знати и информационными стелами, рассказывающими, как выглядел некрополь до того, как песчаные бури и землетрясения едва не стёрли его с лица земли.

- О чём ты? — не понял Гелиан.

- Татуировки, — она кивнула в сторону его шеи, где алый завиток уползал под линию волос. — Это ведь долго? И.… это как-то связано со взрослением? С твоими этапами жизни?

Гелиан остановился и пристально посмотрел на неё. А потом рассмеялся. Звучно, глубоко и настолько заразительно, что Алисия, сама того не желая, рассмеялась ему в ответ.

- Что тут смешного? — спросила она, когда смех пошёл на убыль.

- Ты что, совсем в школе не училась? — уточнил он, всё ещё улыбаясь. — Или прогуливала все уроки, посвящённые моей расе?

- Может, пару раз, — смущённо призналась она. — Я не думала, что это мне когда-нибудь пригодится. Не надеялась встретить вампира вот так... лицом к лицу.

- Обычно всё, наоборот, — пробормотал он, и его улыбка мгновенно исчезла. Он отвернулся, и его взгляд скользнул по каменным изваяниям и реконструированным фасадам с внезапным отвращением, словно это был не исторический памятник, а бесполезный хлам. Настроение испарилось, как вода на раскалённом песке. Алисия заметила, как он слегка поёжился, а его клыки, обычно скрытые, чуть выдались вперёд, заставив его тихо, по-звериному шипя, втянуть воздух. Он резко дёрнул кепку ещё ниже и, не сказав больше ни слова, ускорил шаг, догоняя группу.

- Гелиан! — позвала она, но он уже растворился в толпе туристов, делая вид, что с преувеличенным вниманием слушает гида.

«Молодец, Алисия, — с горечью подумала она. — Умудрилась обидеть вампира своим дурацким невежеством».

Оставшаяся часть экскурсии превратилась в пытку. Духота под куполом становилась невыносимой, а группа, казалось, намеренно тормозила, фотографируясь у каждого саркофага и обелиска.

Алисия стояла в тени гигантской копии статуи Рамзеса II, мечтая о прохладной воде бассейна и ледяном коктейле в баре отеля. Её взгляд случайно упал на Гелиана. Он, как и она, прятался в тени, прислонившись к стене храма. Его поза выдавала усталость. Он смотрел в сторону выхода к автобусам, и в его осанке читалось одно — бегство.

Когда гид, наконец, объявил о возвращении, Алисия вздохнула с облегчением. Набравшись последних сил, она первой двинулась к спасительному транспорту, подгоняя отстающих фотографов, которым непременно нужно было сделать «ещё один последний кадр».

Египет. 17:00

Автобус, пыхтя перегретым двигателем, медленно отполз от призрачного великолепия некрополя, оставляя за собой купола, похожие на гигантские надгробия. В салоне повисла усталая тишина, нарушаемая лишь гулом кондиционера, борющегося с наступающим вечерним зноем. Алисия ехала, откинув голову на подголовник, с закрытыми глазами, стараясь не думать о напряжении между ней и соседом. Гелиан застыл на своём сиденье, его неподвижность была неестественной, словно он превратился в изваяние.

Мышцы ныли от долгой ходьбы по раскалённым камням. Алисия попыталась найти удобное положение, резко повернулась и нечаянно толкнула Гелиана коленом.

- Прости, — на автомате выдохнула она, открывая глаза и поворачиваясь к нему. И тут же замерла. — Эй! Ты в порядке?

Она выпрямилась, вся усталость мгновенно улетучилась, сменяясь тревогой. Вампир выглядел ужасно. Его смуглая кожа приобрела сероватый, землистый оттенок, на лбу и висках выступили капли пота, словно роса. Он мелко и часто дышал, и сквозь тонкую ткань рубашки Алисия видела, как учащённо бьётся его сердце. Девушка, не раздумывая, коснулась его руки и едва сдержала вскрик. Кожа обжигала ледяным холодом, будто она прикоснулась к металлу на лютом морозе.

Гелиан медленно, с невероятным усилием приоткрыл веки. Его глаза, обычно яркие и пронзительные, были блеклыми, выцветшими, как два потускневших сапфира.

- Гелиан, — прошептала она, наклоняясь ближе. — Что с тобой? Что происходит?

- Мне… нехорошо, — он с трудом выговорил слова, его голос был хриплым и слабым. — Нужно… домой. Как можно скорее.

Алисия лихорадочно посмотрела на электронное табло с маршрутом. До отеля и его «дома» ещё добрых полтора часа пути. Она сгоряча полезла в рюкзак и достала бутылку с тёплой водой.

- Выпей, — сказала она, протягивая её. — У тебя, наверное, тепловой удар. Хотя бы глотни.

Гелиан сделал слабую попытку улыбнуться, исказившую его черты гримасой боли, но воду взял. Его пальцы дрожали, когда он сделал несколько мелких глотков.

- Ты и впрямь была… отъявленной прогульщицей, — с трудом выдавил он, возвращая бутылку. — У нас не бывает… солнечных ударов.

- Тогда что, чёрт возьми, с тобой? — настаивала Алисия, понизив голос до шёпота. — Выглядишь ты просто отвратительно.

Гелиан откинулся на спинку кресла, снова закрыв глаза, будто даже этот короткий разговор отнял у него последние силы.

- Не знаю, — прошептал он, явно уклоняясь от ответа. — Спасибо за воду. Кажется, немного лучше.

Алисия с опаской снова дотронулась до его запястья. Да, кожа больше не ледяная, а стала прохладной, почти нормальной. Гелиан приоткрыл один глаз, и она увидела, что он снова обрёл свой яркий, синий цвет и чёткий вертикальный зрачок. Он тут же снова сомкнул веки.

- Да, лучше, — согласилась она, убирая руку и с облегчением отворачиваясь к окну. Однообразный пейзаж из песка и убегающей вдаль магистрали быстро укачал, и её утянуло в сон.

Её резко разбудил сильный толчок и визг тормозов. Автобус проехал ещё несколько метров и с недовольным шипением остановился на обочине.

- Что случилось? — сонно спросила она, протирая глаза.

- Кажется, спустило колесо, — таким же заплетающимся голосом ответил Гелиан.

Пассажиры, ворча и потягиваясь, потянулись к выходу — размять ноги и посмотреть на происшествие. Вскоре в салоне остались только они двое. Неловкое молчание повисло в воздухе, становясь всё более гнетущим.

- Так, — Алисия решительно нарушила тишину, глядя в окно на сгрудившихся возле водителя людей. — Объясни. Что с тобой произошло? И не говори, что «ничего».

- Кажется… я вхожу в новую стадию, — прошептал Гелиан, и в его голосе было больше потрясения, чем страха.

- В смысле? — Алисия резко повернулась к нему. — Какую ещё «стадию»?

Вампир вдруг замолчал, его лицо исказилось спазмом. Он резко, почти грубо отстегнул ремень безопасности и поднялся, направляясь к выходу.

- Ты серьёзно?! — воскликнула Алисия и, не раздумывая, рванула за ним. Настигла она его уже на улице, в нескольких метрах от автобуса, в прохладной тени огромного колеса.

Она схватила его за руку выше локтя, чувствуя под пальцами напряжённые мышцы.

- Хватит удирать от ответов! — прошипела она, глядя ему прямо в лицо. — Я хочу понять, что происходит и чем тебе можно помочь! Гелиан, ты можешь довериться мне. Я вижу, что тебе плохо!

Гелиан смотрел куда-то вдаль, на темнеющий горизонт, где догорала багровая полоса заката.

- Помнишь, я говорил о стадиях? Ребёнок, взрослый, старец, смиренный…

- Помню, — кивнула она. — И ты сказал, что ты взрослый.

- В некрополе… я впервые почувствовал неладное. Сначала дикая боль в дёснах, будто корни зубов сдвигаются. Потом этот ледяной холод, пробирающий до костей. А в автобусе началась лихорадка. Это… это признаки перехода. Явные.

Алисия с недоверием вглядывалась в его лицо, пытаясь найти следы внезапного старения, но он выглядел также молодо.

- Я становлюсь старцем, — продолжил он, морщась от новой волны боли. — Клыки они будто выдвигаются, становятся длиннее. Этого не должно было случиться. Не сейчас! Не здесь!

В приступе отчаяния он с силой пнул небольшой камень. Тот со свистом взмыл в воздух и приземлился в двадцати метрах от них, с глухим стуком врезавшись в песок.

- И что будет дальше? — тихо спросила Алисия, чувствуя, как у неё похолодело внутри.

- Для завершения перехода… мне нужна кровь, — он выдохнул это с таким отвращением, что стало ясно — это не прихоть, а физиологическая необходимость. — Не смотри на меня так. Ты что, забыла, кто я?

- Нет… не забыла, — голос её дрогнул. Впервые за весь день она с леденящей ясностью вспомнила сообщение Бориса: «Мир изменился». — Сколько? И… откуда её взять? Мы можем её где-то достать? Купить?

- Немного. Но она должна быть свежей, — Гелиан посмотрел на неё, и в его взгляде мелькнула горькая усмешка. Потом он покачал головой, и его выражение лица смягчилось, стало отрешённым. — Забудь всё, что я сказал. Ты не сможешь мне помочь. Это не твоя забота.

19:00. Египет. Отель

Автобус, наконец, вполз в освещённую неоновым огнём туристическую зону. За окном мелькали призрачные силуэты современных отелей, похожих на гигантские стеклянные ульи, выстроившиеся в линию обороны против вечно наступающей пустыни. Улицы были заполнены людьми, пытавшимися выжать из жизни каплю радости под угрозой ежемесячного катаклизма. Город жил нервной, лихорадочной ночной жизнью, словно пытаясь забыть о завтрашнем дне.

Алисия всю дорогу слушала музыку, но мелодии разбивались о каскад мыслей о Гелиане. Через час её голова гудела от бесплодных версий. Она выключила плеер и оторвала взгляд от мелькавшего за окном калейдоскопа огней.

- Где ты остановился? — спросила она, нарушая тягостное молчание.

- Отель «Лунный причал», — ответил Гелиан и уставился на неё с удивлением. — Зачем тебе?

- Хочу знать, где тебя искать, если что, — она старалась говорить легко, но в голосе прорывалась тревога. — Я ведь не шутила, когда сказала, что беспокоюсь.

- Со мной всё в порядке! — его ответ прозвучал слишком резко.

- Твои глаза снова лишились цвета, — наклонившись к нему, прошептала Алисия. — И держу пари, если дотронусь, ты будешь холодным, как снег. Какой номер?

- 302, — он отвёл взгляд, смотря в темноту за окном. — Но я сегодня же улетаю обратно.

- Понятно.

Автобус, наконец, выдохнул, раскрыв двери перед зонтиками уличных кафе и навязчивой музыкой баров. Пассажиры густой толпой хлынули к отелю. Алисия вышла последней и сразу наткнулась на Бориса. Он стоял, как монолит, вкопанный в землю, и его взгляд мог бы прожечь бетон.

Она заставила себя улыбнуться и помахала ему, подходя ближе.

- Колесо спустило! — начала она с фальшивой бодростью. — Это было так... аутентично! А Некрополь... он прекрасен! Зря ты не поехал!

Борис с презрением закатил глаза и, не говоря ни слова, схватил её за локоть и потащил за собой в вестибюль отеля. Алисия позволила ему это, радуясь, что он не стал допытываться. Но её собственный взгляд метнулся по сторонам, выискивая в толпе высокую фигуру в кепке. На душе было тревожно.

- Заказал тебе коктейль, — Борис протянул ей бокал с ярко-зелёной, подозрительно светящейся жидкостью. — Что-то лесное, кажется.

Алисия сделала маленький глоток и едва не скривилась. Во рту расползся вкус дешёвой хвои и химии. Она отставила бокал и уставилась на танцпол, где уже отплясывала знакомая компания, те самые пятеро, что пристально разглядывали Гелиана.

- Знаешь, я умираю от усталости, — сказала она поднимаясь. — Экскурсия вымотала.

Борис опрокинул свой виски, встал, слегка пошатываясь.

- Оставайся, — кивнула она в сторону бара. — Смотри, твой Витек уже машет.

- Ты уверена? — он с сомнением посмотрел на соблазн.

- Развлекайся, — разрешила она.

- Тогда я пошёл! — Борис чмокнул её в губы, пахнущий алкоголем и сигаретами, и направился к бару.

Алисия дождалась, пока он скроется в толпе, и быстрым шагом направилась в противоположный корпус отеля. Ей нужно было убедиться. Успокоить и себя, и его.

Номер 302 она нашла быстро. Сердце колотилось где-то в горле. Вздохнув, она постучала.

За дверью послышались шаркающие шаги, щелчок замка, и он стоял на пороге, бледный, как полотно, с тёмными тенями под глазами.

- Покойники на похоронах выглядят живее! — вырвалось у неё. — Впусти меня!

Гелиан молча отступил, пропуская её. Дверь закрылась с тихим щелчком.

- Когда вылет? — спросила она, наблюдая, как он, словно подкошенный, плюхается на край кровати.

- Не сегодня, — голос его был хриплым. — Рейс только послезавтра.

- Может, есть другие варианты? С пересадкой? — она понимала, что он может не дожить.

- Есть, — он горько усмехнулся, — только для людей.

Он сидел, расстёгнутая рубашка открывала торс, и Алисия увидела, что красные татуировки, похожие на воспалённые вены, стали гуще и ярче, словно пульсировали изнутри.

- Чёрт, — выругалась она тихо.

Гелиан слабо улыбнулся, и в его улыбке блеснули удлинившиеся, острые клыки. Алисия инстинктивно обхватила себя руками, отступая на шаг. Он был похож на классического вампира из старых ужастиков: смертельная бледность, клыки... и при этом пугающе, первобытно-сексуальный.

- Я не кусаюсь, — пробормотал он и вдруг рухнул на спину, его тело скрутила судорога.

Алисия вскрикнула, но страх парализовал лишь на мгновение. Вспомнив леденящий холод, она набросила на него одеяло и только потом бросилась удерживать его, боясь, что он поранит себя. Гелиан вырывался с нечеловеческой силой, и ей пришлось прижать его своим телом, чувствуя, как мышцы напрягаются и дёргаются под ней.

Судороги прекратились так же внезапно, как начались. Алисия, тяжело дыша, отстранилась. Гелиан лежал с закрытыми глазами, его грудь высоко вздымалась. Потом его рука молниеносно метнулась к ней, пальцы впились в её плечо. Она почувствовала его горячее, прерывистое дыхание на своей шее. Затем прикосновение. Сначала ледяные губы, а потом острая, как игла, боль, когда кончик клыка лишь царапнул кожу.

- Уходи... сейчас же... — его голос был низким, звериным рыком, полным борьбы.

- Я хочу помочь, — её собственный шёпот прозвучал чуть слышно. — Просто... сделай это.

Второго приглашения не потребовалось. Он не впился, а словно вонзился в её шею. Боль была ослепляющей, пронзительной, будто по всем её нервам пустили ток. Тело парализовало, из лёгких вырвался беззвучный стон. Она чувствовала, как жизнь, тепло, сила вытягиваются из неё вместе с пульсирующей кровью. По щекам беззвучно потекли слёзы, солёные капли попали на сжатые губы.

Ей показалось, что прошла вечность, прежде чем его хватка ослабла, и он откинулся назад. Подвижность возвращалась в тело мучительной, пронзительной волной, каждая мышца горела и ныла.

- Я же... просил тебя уйти, — его голос был прерывистым, но уже не звериным.

Алисия медленно моргнула, прогоняя пелену слёз. Первое, что она увидела — его глаза. Бездонные, синие, снова полные жизни. Картинка прояснялась: его кожа вернула себе здоровый оливковый оттенок, но татуировок стало больше, и они казались ещё более живыми.

- Теперь ты расскажешь мне про них, — выдавила она, когда смогла говорить.

Гелиан смотрел на неё с немым потрясением.

- Зачем? — тихо спросил он. — Почему ты помогла мне? Я для тебя никто! Случайный попутчик!

- Ты мог умереть, — просто ответила Алисия, касаясь пальцами всё ещё пульсирующего следа на шее. — Я не могла этого допустить. Теперь с тобой всё будет хорошо?

- Да, — он ответил потерянно. — Спасибо. Я твой должник.

- Так что за история с этими татуировками? — настаивала она.

Алисия смогла, наконец, сесть, оказавшись с ним лицом к лицу. Его дыхание по-прежнему было горячим, оно обжигало её кожу. Она смотрела в синюю бездну его глаз, чувствуя странное, тягучее головокружение, смесь ужаса и необъяснимого влечения.

Гелиан первым отвёл взгляд. Он поднялся с кровати и отошёл к окну, словно ища спасения в ночном городе.

- Татуировки связаны с нашим взрослением, — начал он нехотя, и каждое слово давалось ему с трудом, будто он совершал предательство. — Чем их больше, тем ближе вампир к завершающей стадии.

- Тебе не о чем волноваться, — тихо сказала она, разглядывая новые красные завитки на его спине.

- Ты так думаешь? — он резко обернулся. — Я только что на твоих глазах перешёл в новую стадию. Я стал Старцем.

Алисия с недоумением смотрела на него. Он не выглядел ни на день старше.

- Алисия, это катастрофа! — его голос дрогнул. — Представь, ты просыпаешься двадцатилетней, а к вечеру тебе уже восемьдесят! Как бы ты себя чувствовала?

Она молча смотрела на него, всё ещё не видя изменений. Только новые узоры на коже.

- Ты не понимаешь, — он разочарованно покачал головой. — Ты должна уйти.

Он указал на дверь.

- Сейчас же! — его голос сорвался, в нём слышалась паника и отчаяние.

Алисия медленно сползла с кровати. В голове гудело, мир плыл и качался. Она не сказала больше ни слова, нашла в себе силы дойти до двери и уйти не обернувшись.

22:00. Египет. Отель

Неоновые вывески баров и ресторанов пронзали густую тропическую тьму, словно сигнальные огни тонущего корабля. Они манили к себе холодным, искусственным светом, и люди летели на этот свет, как мотыльки на огонь — ослеплённые, отчаянные. Войдя в эти ночные заведения, каждый находил своё спасение: одинокий бизнесмен — мимолётное знакомство, уставшая от жизни пара — забвение в вине, группа туристов — повод для громкого веселья. Никто не думал о завтрашнем дне, о ежемесячных катаклизмах, стиравших города с лица земли. Здесь и сейчас царил хаос — оглушающая музыка, разрывающая барабанные перепонки, ослепляющие вспышки стробоскопов, выхватывающие из темноты обрывки тел, извивающихся в танце. Воздух был густым, спёртым, пахшим дорогим парфюмом, потом и сладковатым дымом кальяна.

Алисия сидела на высоком барном стуле, её босые ноги в сандалиях бесцельно болтались в воздухе. Она пристально следила за барменом, молодым египтянином с усталыми глазами, который готовил для неё уже третий коктейль. Его движения были отточенными, почти механическими. Наконец, он с лёгким стуком поставил перед ней длинный бокал, где ярко-жёлтая жидкость соседствовала с абсурдным зонтиком и трубочкой, закрученной в спираль.

- У вас всё хорошо? — спросил он, в его голосе сквозил не столько профессиональный интерес, сколько искренняя, чуть уставшая обеспокоенность. Видимо, он видел здесь слишком много таких, как она.

- Всё прекрасно! — Алисия заставила себя широко улыбнуться и сделала долгий глоток через трубочку. Напиток был сладким, с горьковатым химическим послевкусием. — Я в отпуске, а мой парень не выдержал темпа и сейчас храпит в номере. Я чемпион.

Бармен коротко кивнул, его губы дрогнули в подобии улыбки, и он отошёл к другому клиенту. Алисия сделала ещё один глоток. Она не солгала ему. Вернувшись в номер, она застала Бориса в ступоре перед телевизором, от него разило дешёвым виски. Уложив его спать, она не смогла вынести духоты и вышла прогуляться. Магнетическая пульсация музыки из этого бара показалась ей спасением. Ей отчаянно хотелось стереть из памяти сегодняшний день — странного вампира, его бледное лицо, его холодные губы на своей шее.

Её пальцы сами потянулись к горлу, к тому месту, куда несколько часов назад впились клыки. Ни шрама, ни даже синяка. Но кожа помнила леденящее прикосновение, а тело — парализующую слабость и странное, щемящее возбуждение, которое не желало утихать.

- Эй, красавица! Одна скучаешь? — раздался у неё за спиной нарочито бодрый, уже подвыпивший голос. Очередной мачо, уверенный в своей неотразимости.

Алисия обернулась, мысленно похвалив себя за точное предчувствие. Перед ней стоял парень в расстёгнутой на груди рубашке, демонстрируя загорелую кожу и цепочку.

- Угостить чем-нибудь? — он наклонился так близко, что она почувствовала запах его одеколона, смешанный с алкоголем.

Она молча подняла свой почти допитый бокал.

- Как зовут-то такую прелесть? — не унимался он, присаживаясь на соседний стул. Его колено настойчиво упёрлось в её ногу, а губы растянулись в обаятельной, но фальшивой улыбке.

- Я ухожу, — твёрдо сказала Алисия, спрыгивая со стула. Знакомиться ей было категорически неинтересно.

- А я тебя провожу, — его тон стал неожиданно настойчивым. — Одной ночью тут ходить небезопасно.

- Мы на охраняемой территории отеля, — наставительно, словно урок ученику, ответила она. — Камеры, патрули. Это самое безопасное место во всём Египте, если ты не в курсе.

- В этом-то всё и дело, — парень снизил голос до интимного шёпота, снова приближаясь. — От людей-то защита есть. А от вампиров?

Алисия почувствовала, как по спине пробежал холодок. Сердце забилось с бешеной силой, отдаваясь глухим стуком в висках.

- При чём тут вампиры? — спросила она, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

- Мои друзья клянутся, что видели одного сегодня в отеле. Прямо здесь.

- Они не опасны, — фальшиво улыбнулась Алисия и начала пробираться к выходу, чувствуя, как её преследует навязчивая тень.

- А вот тут ты ошибаешься! — его голос стал громче, в нём зазвучали фанатичные нотки. — Вампиры — это зло! Их нужно уничтожать, как чуму!

- Ты пьян и несёшь чушь! — бросила она через плечо, выскальзывая на прохладный ночной воздух.

Она глубоко вдохнула, пытаясь очистить лёгкие от сладкого дыма и музыки.

- Они пришли сюда, чтобы захватить нашу планету! — не унимался парень, следуя за ней и прислоняясь к стене.

- Они беженцы! — устало возразила Алисия. — Их мир погиб, и у них не было выбора!

- Это они так говорят! — он ткнул пальцем в воздух. — Поверь, скоро ты сама всё поймёшь! Наши предки знали, как с ними бороться, а мы выделили им целые города и пустили в свой дом!

- Знаешь, я слишком устала для таких разговоров, — она с облегчением увидела вдали освещённую тропинку к своему корпусу. — Мне пора. Мой парень, наверное, уже проснулся.

- Так ты тут не одна? — его лицо вытянулось от разочарования.

- Нет.

- Ну тогда… пока! — мачо развернулся и быстрым шагом направился обратно к бару, словно боясь, что она передумает.

Алисия тихо рассмеялась, оставшись одна в ночной тишине, нарушаемой лишь далёкой музыкой. Она медленно пошла по дорожке, но по мере приближения к корпусу её шаги замедлялись. Возвращаться в номер, где в алкогольном забытьи лежал Борис, ей ужасно не хотелось. Она с отвращением представила его тяжёлое дыхание, беспорядок и духоту. В нерешительности она остановилась, а затем свернула к небольшой скамейке, уютно спрятанной в зарослях цветущих кустарников.

Это место оказалось идеальным пунктом для наблюдения. Отсюда открывался чёткий вид на другой корпус отеля, на ту самую дверь, за которой скрывался Гелиан. Алисия устроилась поудобнее и уставилась на тёмные окна его номера, с тайной, безумной надеждой увидеть его силуэт. Она чувствовала странное, почти физическое притяжение, исходивший из самого центра её тела. И она была уверена всему виной тот проклятый укус.

Она просидела так довольно долго. Часть декоративной подсветки погасла, погрузив территорию отеля в мягкие, интимные сумерки. Алисия, наконец, оторвала взгляд от здания и посмотрела в сторону моря. Ночью оно было чёрным и бездонным, и ровный, убаюкивающий гул прибоя доносился оттуда, напоминая о вечности. Она тяжело вздохнула и собралась с силами, чтобы, наконец, пойти в свой номер, как вдруг заметила движение у выхода из дальнего корпуса.

Сердце ёкнуло и забилось с новой, бешеной силой. Она узнала его походку — плавную, почти бесшумную, полную скрытой силы. Это был Гелиан. Не раздумывая, Алисия поднялась и пошла за ним. Она не хотела шпионить, но не могла противиться невидимой силе, что тянула её к нему, как магнитом.

Она шла за ним на почтительной дистанции, пока он не вышел за главные ворота отеля. Алисия замерла в нерешительности на краю освещённой территории, не зная, что делать: последовать за ним в тёмную, незнакомую ночь или отпустить.

- Ты следишь за мной? — раздался спокойный голос прямо у неё за спиной.

Алисия вздрогнула и едва не вскрикнула, резко обернувшись. Гелиан стоял в двух шагах, его лицо было скрыто тенью.

- Да, — выдохнула она, не в силах лгать. — Прости.

Она чувствовала себя полной идиоткой, пойманной на месте преступления.

- Куда ты собрался? — сорвалось у неё, и она тут же с силой сжала губы, чтобы не задавать больше глупых вопросов.

Гелиан сделал шаг вперёд, сократив расстояние между ними до нуля. Алисия запрокинула голову, и губы её сами собой приоткрылись в немом приглашении. Она потянулась к нему, её руки сами обвили его шею, притягивая к себе. Она прильнула к его губам, с жадностью утопающего, впиваясь в них, словно он был единственным источником кислорода в запертой комнате. Его губы были прохладными, но откликались горячо, и по её телу разлилась волна огня.

- Остановись, — мягко, но твёрдо произнёс Гелиан отстраняясь. Его дыхание было неровным. — Это пройдёт. Скоро притяжение исчезнет. Это просто… эхо.

Алисия смотрела на него широко раскрытыми глазами. В этот момент он казался ей центром вселенной, единственным смыслом. Она не понимала, как могла жить до этого и снова потянулась к нему, её пальцы вцепились в ткань его рубашки. Ей нужно было чувствовать его кожу, его тепло, его холод — всё.

- Чёрт, — сдавленно выругался Гелиан, хватая за запястья, когда её рука опустилась ниже и нащупала пряжку его ремня. — Алисия, нет.

- Почему? — голос дрожал, в нём слышались слёзы. Всё тело горело и трепетало от возбуждения, сводящего с ума. — Почему ты отталкиваешь меня?

- Завтра ты скажешь мне за это спасибо, — пробормотал он, пытаясь отвести её руки.

- Я хочу сказать тебе спасибо сегодня, — прошептала она в ответ, прижимаясь к нему всем телом.

Лёгкий ночной бриз подхватил подол её лёгкого сарафана, оголив бёдра. Прохладный воздух коснулся разгорячённой кожи, и она непроизвольно застонала от контраста.

- Тебе нужно уйти, — его просьба прозвучала почти как мольба, но его взгляд был прикован к темноте за её спиной, словно он высматривал кого-то.

- В этот раз я не послушаюсь, — агрессивно прошипела она в ответ. Ей надоело упрашивать. Она хотела этого вампира, и он должен был принадлежать ей здесь и сейчас. Собрав все силы, она резко толкнула его в грудь.

Гелиан, не ожидавший такого напора, потерял равновесие и с тихим вскриком рухнул на мягкий газон. Алисия тут же воспользовалась моментом. Она оказалась на нём сверху, её пальцы лихорадочно расстёгивали ремень, затем молнию на его брюках. Сквозь тонкую ткань боксёров она почувствовала его твёрдую, мощную эрекцию.

- Алисия… остановись! — его голос прозвучал хрипло, но в нём уже не было прежней твёрдости.

Она его не слушала. Её сознание заволокло густым, багровым туманом, сквозь который был виден только он. Он должен быть внутри неё. Иначе её тело просто разорвётся на части. Она чувствовала, как его мышцы напрягаются под ней, как он пытается сопротивляться, но с каждым её движением, с каждым поцелуем в шею, с каждым прикосновением к его обнажённой коже его воля таяла.

- Алисия… — на этот раз её имя прозвучало как стон, как капитуляция. Его большие ладони с силой сжали её бёдра, когда она, приподнявшись, нанизала себя на его член. Сопротивляться больше не было сил. Этот голод, разбуженный её кровью, можно было утолить только одним способом.

Она задвигалась на нём, сначала медленно, ощущая каждый сантиметр, каждую пульсацию внутри себя. Потом её движения стали быстрее, жаднее. Она полностью контролировала процесс, и от этого осознания своей власти возбуждение достигло пика. Багровый туман в глазах сменился ослепительными вспышками, выжигающими всё — стыд, разум, страх. Остался лишь один животный инстинкт — насытиться.

Гелиан зарычал, низко, по-звериному. Внезапно он перевернул её, поменявшись с ней местами, прижав её спиной к прохладной траве. Он попытался взять инициативу, но Алисия, опьянённая силой и желанием, не сдавалась. Она отвечала на каждый его толчок, выгибаясь, её ногти впивались в его спину, зубы до крови кусали его плечо. Она рычала и стонала, полностью отдавшись первобытному танцу, где не было победителя и побеждённого, а было только слияние. Каждое движение приближало к краю, и она на мгновение замерла, а после тело затряслось в мощном, сокрушительном оргазме, выжимающем из неё последние силы.

Туман ушёл так же внезапно, как и появился. Притяжение исчезло, оставив после себя лишь лёгкий, щемящий стыд и сладкую, ноющую боль в самых потаённых местах. Она лежала на траве, тяжело дыша, глядя в тёмное небо.

- Ты в порядке? — голос Гелиана прозвучал тихо и очень близко. Он помог ей подняться на ноги.

- Что это, чёрт возьми, было? — собственный голос показался ей сиплым. Она поправила сползший сарафан, попыталась пригладить растрёпанные волосы. — Почему я не могла себя контролировать? Я… я была как животное.

- Кровь, — просто ответил он, пристально разглядывая её лицо, словно ища ответы. — После перехода на новую стадию между вампиром и донором возникает связь. Секс — это обычное явление. Это награда для донора. Или проклятие. Смотря, как посмотреть.

Алисия выпрямила спину и уставилась на него с внезапным осознанием.

- Значит, когда ты укусил меня, а потом выгнал из номера… — она замолчала, собираясь с мыслями, и вдруг ей стало смешно. Она с трудом сдерживала смех. — Ты хотел лишить меня «награды»?

Гелиан смотрел на неё с растерянным видом, совершенно сбитый с толку её реакцией.

- Я… я заботился о тебе! — начал он оправдываться, его речь стала сбивчивой и несвязной. — Это же неправильно… ты была не в себе… ты не могла дать согласие…

Алисия опустила голову, скрывая широкую, невольную улыбку. Было до смешного трогательно видеть этого вампира таким смущённым и потерянным.

- Ладно, ладно, — перебила она его. — А куда ты шёл, когда я за тобой увязалась? — спросила она.

- Алисия, пожалуйста, просто вернись в номер, — вежливо, но настойчиво попросил он. — Это мои личные дела.

Она посмотрела на него внимательно, и смутное, холодное предчувствие беды снова кольнуло её в сердце.

- Я не отпущу тебя одного, — твёрдо заявила она. — Куда бы ты ни пошёл, я пойду с тобой.

- Ты всегда такая упрямая? — он вздохнул и настороженно посмотрел на дорогу, где остановился тёмный внедорожник с затемнёнными стёклами. — Они за мной.

- За нами, — поправила она его, переступая с ноги на ногу. — Один ты никуда не поедешь.

Машина мигнула фарами. Гелиан, не говоря ни слова, протянул ей руку. Алисия взяла её. Его ладонь была тёплой и твёрдой. Они быстрыми шагами преодолели расстояние до ворот. Гелиан остановился у машины. Алисия уже открыла рот, чтобы задать вопрос, но он поднёс палец к её губам. Наклонившись так близко, что его губы почти коснулись её уха, он прошептал так тихо, что это было похоже на дуновение ветра:

- Не отходи от меня ни на шаг. Поняла? Кивни, если поняла.

Алисия кивнула, глотая слюну. Только после этого он открыл ей дверцу, и она забралась на заднее сиденье тёмного джипа. Сам Гелиан сел спереди, рядом с безмолвным водителем, чьё лицо было скрыто в тени. Девушка прижалась к кожаному сиденью, чувствуя, как волнение и страх сжимают её горло. Опасность витала в воздухе, осязаемая и плотная.

Гелиан, словно почувствовав её взгляд, обернулся. Его глаза в полумраке салона светились ярким, неестественным синим светом.

«Опасность исходит не от него, — с внезапной ясностью поняла Алисия. — Она ждёт нас снаружи. Она в этой ночи».

Вампир едва заметно кивнул, словно прочитал её мысли, затем повернулся лицом к лобовому стеклу. Машина резко тронулась с места и помчалась по пустынной ночной трассе, оставляя за собой огни отеля — последний оплот иллюзорной безопасности. Алисия смотрела на сосредоточенный профиль вампира, на его руки, сжатые на коленях, и пыталась понять, что же она делает ночь в чужой машине, с этим существом из другого мира.

Где-то в пустыне

Машина резко затормозила на самом краю асфальта, где дорогу окончательно поглотили сыпучие пески. Пустыня в предрассветные часы казалась безжизненным, враждебным морем, а их автомобиль — крошечным кораблём, застывшим на его опасном берегу. Водитель, безмолвный до этого момента, первым вышел, оглушительно хлопнув дверью. Он достал из кармана пиджака портсигар, с щелчком открыл его, и в ночной тишине запахло табаком и озоном. Яркая точка зажжённой сигареты замерцала в его руке, как одинокий светлячок на фоне ослепительно ярких звёзд, не скрытых городской засветкой.

- Что мы тут делаем? — прошептала Алисия, наклоняясь к переднему сиденью так, что её губы почти коснулись уха Гелиана.

Вампир повернулся к ней. Алисия отпрянула, наткнувшись спиной на дверцу. Его глаза горели в полумраке сапфировым пламенем, в них плескалась нечеловеческая энергия, заставляя её кровь стынуть в жилах.

- Ты можешь поменьше задавать вопросов? — его голос был низким и раздражённым, в нём слышалось металлическое напряжение.

Алисия, почувствовав ледяную волну, исходящую от него, благоразумно отступила и прижалась к сиденью. Она наблюдала, как силуэт водителя у обочины разговаривает по телефону, его жесты были резкими, почти яростными. Наконец, он закончил разговор, швырнул окурок под ноги и раздавил его каблуком. Вернувшись в машину, он принёс с собой стойкий запах табака, от которого у Алисии невольно сжалось горло — старая привычка, от которой она давно отказалась, дала о себе знать.

Они снова поехали, теперь уже углубляясь в пустыню. Колёса с шипением вгрызались в песок. Алисия закусила губу до крови, проклиная свою легкомысленность. Переспать с вампиром — это одно. Но добровольно поехать с ним ночью в безлюдную пустыню, с незнакомым водителем? От стыда и страха щёки пылали огнём. Но странным образом, страх смешивался с другим, более мощным чувством. Воспоминания о его теле, о его руках на её коже, о том, как он заполнял её собой, вспыхнули в сознании с новой силой. Низ живота сжала знакомая, мучительная спазма нарастающего желания. Она украдкой посмотрела на его затылок, на синие татуировки, виднеющиеся под линией ворота, и её пронзила дикая, животная потребность снова обладать им.

Алисия заёрзала на сиденье. Её начало трясти. Она с силой сжала бёдра, пытаясь подавить пульсирующую волну возбуждения, её пальцы впились в кожаную обивку сиденья, оставляя на ней следы.

Гелиан шумно, по-звериному втянул воздух и резко обернулся.

- Ты серьёзно? Сейчас? — его голос прозвучал с ледяной насмешкой.

Алисия не отвечала. Её рука, будто чужая, легла на собственное колено и поползла вверх, собирая тонкую ткань платья в беспомощные складки. Она не отрывала взгляда от Гелиана, когда её прохладные пальцы нашли под тканью горячую, влажную плоть. Она коснулась себя, и её тело вздрогнуло от спазма.

Лицо Гелиана исказилось.

- Тормози! — его команда прозвучала как удар хлыста. — Немедленно!

Машина резко клюнула носом и замерла посреди песчаной пустоши.

- Иди покури, — бросил Гелиан водителю, не глядя на него.

Тот коротко, с оттенком циничного понимания, усмехнулся, снова вышел и отошёл подальше, зажигая новую сигарету.

- Что ты творишь, чёрт возьми? — прошипел Гелиан, оборачиваясь к ней. Его глаза пылали.

- Я не могу… Я хочу, чтобы это сделал ты, — её голос был хриплым шёпотом, полным отчаяния и похоти. — Сама… не получается.

- Проклятье... — это было скорее стоном, чем руганью. Он зажмурился на секунду, борясь с собой, но его тело уже приняло решение. Оно двинулось к ней с грацией хищника, который знает свою добычу. Он пересел назад одним стремительным, беззвучным движением.

Алисия тут же забралась к нему на колени, вцепившись в него, как утопающая. Его рука тут же оказалась под подолом платья, сильные пальцы без прелюдий проникли в неё, готовя, добавляя ещё один, и ещё. Она вскрикнула от боли и наслаждения. Затем он расстегнул свою ширинку, и его напряжённый, твёрдый член выпрямился между ними. Алисия, не раздумывая, опустилась на него. Она чувствовала себя победительницей, снова взявшей верх над ним, над ситуацией, над этим безумием.

- Ты мой! — восторженно прошептала она, впиваясь губами в его рот. Её зубы с силой сомкнулись на его губе, солёный, медный вкус крови заполнил её рот. В глазах взорвались золотые искры, и сознание поплыло, погружаясь в блаженный, животный мрак.

***

- С каких пор ты начал трахать людей? — грубый голос водителя выдернул Алисию из забытья. Она лежала на заднем сиденье, не двигаясь, притворяясь спящей. Между ног саднило и ныло, но безумное желание отступило, сменившись леденящим ужасом. Голова была удивительно ясной, и она жадно ловила каждое слово.

- Она помогла мне завершить переход, — ответил Гелиан, его голос был усталым. — Её кровь… а это — её награда. Эхо связи. Ты знаешь, как это работает.

- Ты стал Старцем? — в голосе водителя прозвучало неподдельное удивление.

- Да. И это произошло в самый неподходящий момент. Я не хотел втягивать её в это, — в голосе Гелиана слышались вина и раздражение. — Но теперь её желание будет только нарастать. Ей будет требоваться всё больше, пока она не насытится.

- Насытится? — водитель горько рассмеялся. — Человек не может себя контролировать. У них нет для этого силы воли. Я не знаю ни одного, кто пережил «насыщение». Результат всегда один — они сгорают. Истощение, остановка сердца. Они умирают.

Алисия затаила дыхание, отчаянно надеясь, что Гелиан станет спорить, успокоит её. Но он лишь тяжело вздохнул, и этот вздох был красноречивее любых слов.

Они снова ехали. Машину подбрасывало на ухабах, но Алисия уже не обращала внимания. Она смотрела в потолок, впиваясь взглядом в точку, пытаясь осмыслить услышанное. Ей придётся постоянно заниматься с ним сексом, чтобы не умереть? Эта мысль вызывала не возбуждение, а леденящий душу ужас. Она стала заложником собственного тела, своей крови, этого проклятого «эха».

Машина снова остановилась. Алисия поднялась и ахнула. Прямо перед ними, озарённые холодным светом звёзд и восходящей луны, высились величественные пирамиды Гизы. Ночью они казались не творениями рук человеческих, а порталами в иные миры, гигантскими кристаллами, растущими из песка.

- Выходи, — приказал Гелиан, открывая ей дверь.

Она вышла, и прохладный ночной ветерок тут же взъерошил её волосы, принося с собой запах песка и древнего камня.

- Алисия, — Гелиан подошёл к ней вплотную. — Я знаю, ты слышала наш разговор. Ты справишься. Моя кровь в тебе даст силы преодолеть зависимость.

Девушка машинально дотронулась до своих губ, вспомнив, с каким диким восторгом пила его кровь.

- Я что стану вампиром? — испуганно выдохнула она.

Гелиан с досадой покачал головой.

- Похоже, мне придётся прочитать тебе целую лекцию. Ты постоянно выдаёшь самые невероятные версии. Вампиром нужно родиться. Никакая кровь, никакой укус не сделают из человека вампира.

Алисия с облегчением вздохнула, но тревога не отпускала.

- Зачем мы здесь? — она обвела взглядом исполинские сооружения. — Решил воплотить свою детскую мечту и стать археологом посреди ночи?

Гелиан коротко рассмеялся, но в его смехе не было веселья.

- Нет. Всё гораздо прозаичнее и опаснее. Пошли, нас ждут.

Они направились к подножию Великой пирамиды. Алисия шла, чувствуя, как сердце замирает от благоговейного страха. Днём это был туристический аттракцион. Ночью же это было место силы, дышащее тайной тысячелетий. Ей чудилось, что она слышит приглушённые голоса древних строителей, скрип блоков и звон медных инструментов.

Охранников у входа не было. Они бесшумно скользнули внутрь каменного исполина. Низкие, тесные коридоры заставляли их идти согнувшись. Воздух внутри был сухим, пыльным и неподвижным. Они шли вверх, затем снова прямо, пока не оказались в камере царицы. Алисия вспомнила рассказ гида: это помещение было куда меньше и аскетичнее, чем камера фараона.

Посреди комнаты стояла пустая каменная гробница, из которой когда-то извлекли саркофаг. Алисия с облегчением выпрямилась, расправляя затёкшую спину. Мужчины не теряли времени. Они сразу направились к тому, что выглядело как грубо отёсанный каменный ящик. Любопытство пересилило страх, и Алисия подошла ближе. На дне ящика лежал круглый прибор из тёмного металла, испещрённый странными значками, непохожими на египетские иероглифы. От него исходило слабое пульсирующее жёлтое свечение.

- Что это? — прошептала она, протягивая руку.

Но тут же получила резкий шлепок по пальцам и свирепый взгляд водителя.

- Ведёшь себя как маленький ребёнок, — проворчал Гелиан, отстраняя её. — Отойди и стой у стены. Не двигайся.

Алисия, покорная, отошла в угол и прислонилась к прохладному камню. Свет их фонарей выхватывал из тьмы древние росписи. Она обняла себя, внезапно почувствовав пронизывающий озноб. Её взгляд упал на узкие вентиляционные шахты, уходящие в темноту. По легенде, через них душа фараона должна была отправиться к звёздам. Чувство надвигающейся беды вернулось, сжав её горло ледяной рукой.

Тем временем Гелиан что-то настраивал на приборе. Его пальцы летали по невидимым кнопкам, а лицо было напряжённым и сосредоточенным. Яркие всполохи света озаряли его черты, и Алисия невольно залюбовалась им — существом из другого мира, возившимся с неизвестной технологией в сердце древней гробницы. Она так увлеклась, что не заметила, как он закончил и смотрит на неё. В его глазах она увидела что-то новое — сожаление, почти нежность.

- Прости меня, — тихо, так, что она едва разобрала слова, прошептал он и отвернулся.

В следующее мгновение гробницу взорвал ослепительный свет. Он бил из прибора, врезаясь в каждый иероглиф, в каждую трещину, наполняя каменные стены сокрушительной энергией. Алисия вскрикнула и зажмурилась, но свет проникал даже сквозь веки.

***

Снаружи пирамида вспыхнула, как гигантский кристалл, в который ударила молния. Её грани засветились изнутри, мигая, переливаясь, гаснув и вспыхивая с новой силой. Свет выстраивался в сложные геометрические узоры, линии и символы, которые не принадлежали ни одной земной культуре. Затем вся накопленная энергия сконцентрировалась на вершине и с рёвом, похожим на удар гигантского колокола, вырвалась в небо — ослепительно-белым столбом чистой силы.

Он пронзил атмосферу, устремившись навстречу невидимой угрозе — смертоносной энергии солнечной вспышки, уже достигшей окраин земной сферы. Две титанические силы столкнулись в космическом вакууме. Свет пирамиды поглотил, рассеял, преобразовал губительное излучение, а затем, словно разумный луч, развернулся и рикошетом вернулся на Землю, рассыпаясь в небе сияющим заревом, видимым за сотни километров.

В ту же секунду молнии, рождённые не природой, а древней технологией, ударили в небо над Мексикой, Перу, Китаем — везде, где на поверхности планеты стояли пирамиды. В ответ вспыхнули и современные мегаполисы: шпили небоскрёбов в Шанхае и Дубае, обелиски мемориалов и самые высокие башни стали излучать тусклый, рассеянный свет, пытаясь поддержать глобальный щит. Но их мощь была лишь слабым эхом, дрожащим отзвуком.

Основная, сокрушительная энергия исходила от древних каменных исполинов. Каждая пирамида — в Гизе, Теотиуакане, на плато Наска — стала мощнейшим маяком, приёмником и передатчиком. Чистый сфокусированный свет входил в них, перерабатывался и с утроенной силой устремлялся ввысь, создавая глобальную энергетическую сеть, истинный щит, опоясавший всю планету. Процесс продолжался до тех пор, пока не активировалась и не замкнула круг последняя, самая малая и забытая пирамида, завершив цикл.

Небеса над Землёй пылали огненным фейерверком. По ним пробегали сполохи зелёного, синего и багрового света, сталкивались и гасли молнии, рождавшиеся в стратосфере. Казалось, сама планета отвечала на вызов из космоса. И затем, так же внезапно, как началось, светопреставление закончилось. Небосвод стал медленно светлеть. На востоке, по краю пустыни, занимался рассвет — первый рассвет под новым небом.