Вспышка космического адмирала

— Представляем вашему вниманию красоток с Земли! — громогласный голос ведущего межпланетного аукциона невест прокатывается по амфитеатру с множеством мужчин.

Красивое название, да только скрывается за ним то, что нас даже не спросив сюда забрали. И если девушки в группе со мной и правда к этому готовились, то я-то хотела простой жизни! Любящего мужа, семью…

Места распроданы. Нас по очереди вызывают пройтись по подиуму, когда начинаются торги.

Я была уверена, что меня взяли лишь для количества, ведь я не похожа на остальных.

Похудеешь, изменишься, может волосы покрасишь в яркий цвет и тогда любой на межгалактическом аукционе невест не сможет пройти мимо, – говорили мне окружающие.

А я не хочу! Я, Лиана Мирная, являюсь отражением своей фамилии. Не собираюсь бороться ни за чьё внимание, а уж тем более не желаю, чтобы меня покупали себе в невесты!

— Номер один! Горячая красавица с розовыми волосами…

Я даже слушать не хочу. Я была уверена в том, что вернусь домой после этого кошмарного события, но в голове пеленой застилают слова одной из девушек:

“Не повезут её одну никуда, не зря же каждый год забирают именно двадцать девушек. Никто не возвращался.”

Я пытаюсь убедить себя в том, что никто не возвращался только потому, что девушки были все как на подбор и обычно пытались соответствовать стандартам местной красоты. С помощью изменений в генном коде меняли цвет волос, даже ногтей и глаз.

Я же, родившаяся голубоглазой блондинкой совершенно не желала ставить на себе экспериментов.

— Номер два… — вонзается голос в мой разум. Я двадцатая и это похоже на казнь. Медленную, неоспоримую казнь, словно ты стоишь перед снежной лавиной, которая вот-вот накроет тебя с головой.

Что ждёт меня, если не пройду аукцион? Или, что хуже, пройду?

Как быть дальше? Вдруг и правда не отправят на родную планету?

Предательская дрожь пронзает всё тело, к горлу подкатывает тошнотворный ком из-за нервов. Я пытаюсь дышать, настроится. Пытаюсь уверить себя в том, что она просто не знала о чём говорит.

Время тянется неумолимо медленно. Чем ближе я к сцене, тем отчётливее слышу торги за этих блистающих красоток с разным цветом волос и фигурой кукол.

И только когда оказываюсь единственной за кулисами, ко мне подходит наблюдающий и тихим голосом произносит:

— Будь милой и тебя купят. Обратный рейс домой только через год, но мы не убежище, ненужный товар у себя не держим.

Сердце пропускает пару ударов, кровь приливает в виски и я едва держусь на ногах, как в сознание врывается голос ведущего:

— И сегодня напоследок у нас необычный лот. Номер двадцать, девушка экзотических земных стандартов. Кто желает приобрести себе в качестве бонуса к прежним покупкам?

Бонуса?

Земля уходит из-под ног, я не могу сделать и шага, но меня буквально выталкивают наружу под ослепительные огни прожекторов. Я не вижу покупателей. Не вижу ничего. Теряюсь, совершенно не понимая что делать.

Иду к краю сцены, потерянная в пространстве. На краю свет кажется тусклее, но от того становится только хуже. Такие разные мужчины. У кого-то синяя кожа, у кого-то огромные ужасные клыки, кто-то просто настоящие гиганты.

Есть даже странные люди с кристаллами на голове вместо волос и серым оттенком кожи.

Но во всём этом многообразии ужасающего мой скромный разум я встречаюсь взглядом с единственным естественным на вид мужчиной. Он определённо больше и выше всех тех, кого я знаю, но он похож на человека.

И в этот миг я понимаю, что под светом софитов я свечусь.

Глупо хлопаю глазами, осматриваясь по сторонам. Меня словно блестящей пудрой с головы до ног обсыпали, или лампочку какую внутри включили.

Мужчина передо мной поднимает руку.

— Но вы не можете её купить, так как не приобрели ни один лот на аукционе.

— Я не собираюсь её покупать, — громкий властный голос разрывает пространство безо всяких усилителей. — Она станет моей, снимите её с продажи.

Заминка длится слишком долго.

Сначала наступает оглушительная тишина, которую режет лишь сдавленный кашель кого-то из администраторов. А потом зал взрывается. Не криками, нет. Шепотом. Шепотом, который шипит, как змеиное гнездо, со всех сторон.

Ведущий пытается что-то сказать, но лишь беспомощно шевелит губами.

Ко мне подходит мужчина в униформе службы безопасности аукциона и хватает за локоть.

— Прошу проследовать… — но он не успевает сделать и шага.

— Убери от неё руки, — я не понимаю, как тот самый мужчина оказывается рядом и его мощный голос заставляет отпрянуть работника аукциона.

Воздух застывает. Шёпот в зале сменяется гробовой тишиной. Даже ведущий замирает, его рот приоткрыт в немом изумлении. Вся моя дрожь куда-то уходит, сменившись оглушительным гулом в ушах. Я чувствую лишь жар, идущий от его тела, стоящего так близко, что до моего плеча остаётся сантиметр или даже меньше. И моя кожа… она светилась так ярко, что, кажется, может ослепить всех в этом зале.

Он ничего не объясняет охране или ведущему. Не удостаивает их даже взглядом. Его большая, тёплая и невероятно твёрдая рука ложится мне на спину чуть выше талии, и толчок, данный ею становится настолько уверенным и непререкаемым, что мои ноги несут меня вперёд сами, будто я марионетка.

— Идём, — его приказ звучит прямо над моим ухом.

И мы идём. Вернее, он идёт своей мощной, размашистой походкой, а я почти бегу рядом, чувствуя, как его пальцы прожигают ткань платья, которое на меня с трудом натянули перед началом демонстрации. Мой свет пульсирует в такт бешено колотящемуся сердцу, отбрасывая на стены причудливые мерцающие тени. Я ловлю на себе шокированные, возмущённые взгляды, но он продолжает идти, не обращая ни на кого внимания, рассекая толпу, как ледокол рассекает лёд.

Какой-то смельчак с рогами и зелёной кожей пытается встать у нас на пути, возмущённо жестикулируя.

— Нарушение! Правила…

Мой незнакомец даже не замедляет шаг

— Правила меняются, — рычит он так, что у меня по спине пробегают мурашки от его голоса. И… о боже. Мне показалось, или от его низкого голоса дрожит хрустальная люстра под потолком? Зелёный в миг отпрянул, и мы проходим дальше, выйдя, наконец, из зала в более узкий и тихий служебный коридор.

Дверь с шипением закрывается за нами, оставив за спиной гул голосов. Наступает тишина. Только предательски громкое дыхание и стук каблуков по глянцевому полу нарушают её.

Я отшатываюсь от него, прислоняюсь спиной к прохладной металлической стене, пытаясь перевести дух. Моя грудь тяжело вздымается, и я отчаянно надеюсь, что он не смотрит.

Но незнакомец смотрит. Его глаза, цвета чернёного золота, медленно скользят по мне, по моему светящемуся, пылающему жаром телу. В них я чувствую спокойное, изучающее любопытство, от которого становится жарче.

— Я… — мой голос срывается на шепот. — Я не понимаю. Что происходит? Почему вы… я?

— Ты задаёшь слишком много вопросов, — его губ касается что-то, отдалённо напоминающее улыбку.

Незнакомец делает шаг вперёд, сокращая и без того крохотное расстояние между нами. От него пахнет тёплым камнем и чем-то мне совсем неизвестным.

— Для начала хватит и одного. Как тебя зовут?

Этот простой вопрос ввергает меня в новый ступор. После всего, что произошло, он спрашивает моё имя?

— Лиана, — выдыхаю я. — Лиана Мирная.

— Лиана, — моё имя на его языке звучит как низкий, бархатный рык. Он протягивает руку, и я инстинктивно отстраняюсь, ещё сильнее упираясь в стену, но он лишь проводит большим пальцем по моей светящейся щеке. Кожа под его прикосновением вспыхивает ещё ярче. — Приятно познакомиться. А теперь перестань дрожать. Я не верну тебя обратно.

— А что вы со мной сделаете? — шепчу я, глотая комок в горле.

Он наклоняется так близко, что его дыхание опаливает мои губы.

— Для начала, — говорит он тихо, — научу тебя не стесняться этого света.

Дорогие мои! Самые прелестные читатели мои! Представляю вам нашу Лиану:

И, конечно же, нашего Сэтарианца. Кстати, его зовут Ториан, но об этом подробнее мы узнаем чуть позже, как и про её забавную особенность светиться рядом с ним.

А пока, я напоминаю вам добавить книгу в библиотеку, если она вам пришлась по нраву, чтобы не потерять. И прошу о звёздочке (даже не с неба), для этой истории. От каждой из них мой муз просто пищит от восторга) А уж если их много… ммм.. визжать начинает) Ну вы поняли) И отдельная форма удовольствия – ваши комментарии. Я пугливая, но с радостным восторгом встречаю вашу искренность)

С любовью, ваша Тая Мару. Надеюсь, здесь будет горячо и нежно.

P.S.: обсуждать под книгой можно что угодно, главное не ругайтесь)) у нас эротика и мир во всём нашем дружном мире.

Он приподнимает моё лицо за подбородок и оказывается так близко. Неужели? Неужели это будет мой первый поцелуй?

Кажется от этих мыслей я начинаю светиться ещё ярче, сильнее, внутри всё закипает, словно неконтролируемый лесной пожар распространяется по моему телу.

— Вот видишь, — бархатный голос раздаётся прямо у моих губ. — Это просто реакция на то, что я рядом.

Сразу после этих слов он отстраняется, выпрямляясь во весь свой огромный рост. Рядом с ним, даже такая пышка как я, может показаться хрупкой нежной девушкой. Но… Неужели я и правда думала, что он меня сейчас поцелует?!

От этих мыслей становится стыдно. Я ведь сверкаю как неисправная лампочка бортового компьютера, да ещё и сияние это усиливается, как только он ближе подходит.

— А зовут то вас как? Если вы меня коснётесь не произойдёт короткого замыкания?

В ответ раздаётся тихий, бархатный смех, похожий на отдалённый раскат грома и кажется, от него вибрирует воздух. Он прокатывается по коридору, касается моей кожи вызывая толпу мурашек и на мгновение полностью стирает всю мою неловкость.

— Нет, не произойдёт, я просто боюсь ослепнуть, — отвечает он, наконец, немного задорным голосом. — Идём, провожу тебя в свою комнату, а затем нужно будет решить вопрос с твоим положением на этой планете. А зовут меня Ториан, — как бы невзначай бросает он и берёт меня за руку своей мощной ладонью.

В ней моя рука словно уменьшается, кажется совсем хрупкой, а в голову снова начинают лезть разные мысли.

Основная из них – почему я свечусь?

Вторая, конечно, что будет дальше.

Ну и третья вызывает лёгкое недоумение. Вот Ториан касается моей руки, но ослепнуть не боится. А если бы поцеловал, то что?

Едва заметно мотаю головой, прижимая кулачок к груди. Нет, не думай об этом. Он наверняка это из жалости к диковинной зверушке делает.

Всё-таки не предназначена я для таких долгих прогулок. Сеть коридоров кажется мне бесконечной. Ещё и каблуки эти… Как вообще можно ходить в такой обуви? ЛУчше бы кроссовки дали, но они, конечно, под платье, в которое меня с трудом запихали вместо моей удобной одежды, точно не подошли бы.

— Не могу… — выдыхаю я, значительно запыхавшись.

Если бы не туфли, уверена, прошла бы дальше. Но сейчас…

— Мне нужен перерыв, — строю жалобные глазки мужчине передо мной и тогда! — Что вы делаете?

— Не подумал, что хрупкой девушке будет тяжело за мной угнаться, привык, что парни из команды ходят в том же ритме, — обхватив меня крепкими ручищами и удобно прижав к своей твёрдой широкой груди произносит мужчина, отправляясь дальше по коридору.

— Лучше поставьте меня… Я ведь… Я сама могу, — язык не поворачивается сказать, что тяжёлая. В его руках, кажется, я вообще ничего не вешу.

— Просто отдыхай, — как-то совершенно естественно говорит он и я понимаю, что для этого огромного мужчины поднять и вот так нести такую, как я, совершенно легко. Кажется, даже его мышцы не так уж и напрягаются под моим весом.

Да откуда же ты такой сильный взялся на мою голову?

Ещё и свет этот странный. Плакала моя тихая жизнь на Земле, меня ж такую светящуюся теперь даже замуж не возьмут. Мало того, что непонятно как домой вернуться, так ещё и теперь совершенно не ясно, что на уме у моего странного спасителя. Или не спасителя?

Что вообще происходит?

Когда Ториан приносит меня в выделенную ему по какому-то случаю комнату в здание этого самого аукциона, я оглядываюсь и первым делом замечаю, что кровать-то одна!

— Располагайся, а я пока делами займусь. Можешь принять душ, из одежды найдёшь что-нибудь в чемодане, там всё чистое. А как вернусь, продолжим с тобой наше знакомство.