Встреча выпускников магической академии

«Эвелин Беккер!

С радостью сообщаем вам, что в эту пятницу, тридцать первого мая, состоится встреча выпускников магической академии имени Артура Прозорливого, первого мага континента. Встреча состоится в полседьмого вечера в зале для торжеств. С нетерпением ждем вас!

PS. Вход строго по приглашениям, не забудьте свое! В противном случае магический контур вас не пропустит.

С уважением,

ректор академии

Айрис Дансон».

— Айрис Дансон? — пробормотала я и нахмурилась. В памяти всплыл образ строгой преподавательницы по защите от магического воздействия. — Айрис Синий Чулок? Она осталась в академии после того нашумевшего скандала? Да у нее стальные канаты вместо нервов!

Пикси, скучающая на подоконнике, решила, что обращаются к ней и тонко заверещала. По комнате пронеслась волна ультразвука. Это сразу заставило вспомнить, почему пикси перестали использовать в качестве разносчиков писем. Я торопливо прикрыла уши руками, а вот хрустальному графину с водой повезло меньше: стекло опасно завибрировало. Казалось, еще чуть-чуть, и оно покроется трещинами.

— Тихо-тихо! — взмолилась я. — Пожалуйста, сбавь тон!

Обаятельная пикси, размером с ладошку, надулась, но послушно замолчала. В ее ярких лавандовых глазах вспыхнуло недовольство. Скрестив руки на груди, она гордо задрала подбородок к потолку и отвернулась от меня. Сиреневые длинные волосы свободной волной мотнулись из стороны в сторону и рассыпались по худенькой спине, прикрывая собой тонкие стрекозиные крылья.

Я с опаской пробежала взглядом по комнате. Квартира была съемной, а ее хозяйка – настоящей ведьмой, без всякой привязки к магическому классу. Меньше всего мне хотелось бы что-то сломать в чужом, излишне старомодном  интерьере. За это с меня точно сдерут три шкуры! И хорошо, если в переносном смысле, а не в прямом…

Пикси, не оборачиваясь, выставила руку и демонстративно пошевелила пальцами, как будто намекая на свою пустую ладошку.

— Да-да, сейчас напишу ответ, — пообещала я и, не сдержав любопытства, спросила: — Айрис замужем?

За десять лет, минувшие с выпускного, я ни разу не вспомнила об Айрис Дансон. Наверное, потому что всеми силами стремилась стереть из памяти шесть лет учебы, принесшие мне столько боли и страданий. Получив в двадцать лет диплом, я навсегда вычеркнула из памяти и записной книжки всех одногруппников и преподавателей. 

Я сменила не только город, но и имя! Теперь я не Эви Хоуп, глупенькая, наивная девочка, над которой однажды жестоко пошутили. Уже много лет меня зовут Эвелин Беккер! И, несмотря на все последние десять лет, сильно отличавшиеся от студенческой жизни, приглашение на встречу выпускников как будто разблокировало воспоминания. Они снежной лавиной хлынули в голову. Одно из них — звук хлесткой пощечины.

Настолько громкий, что заставил меня, спешившую на выпускной, обернуться и приглядеться к парочке у деревьев. Подслеповато прищурившись (без очков было непривычно!), я тогда узнала нашу преподавательницу по защите от магического воздействия, мисс Дансон, и тренера команды по виверноболу. На скуле у нашего тренера разливалось ярко-красное пятно. Позже, прячась в лазарете от насмешек преследовавшей меня своры одногруппников, я узнала о том отвратительном инциденте, о котором уже долго шумела академия.

Пикси обернулась через плечо. Стрекозиные прозрачные крылья нетерпеливо встрепенулись, а ладошка еще более выразительно сжалась и разжалась.

Я закатила глаза и потянулась к пачке шоколадного печенья, лежавшей на прикроватной тумбочке рядом с недочитанной книгой. Лишь когда печенье, по размеру мало уступающее ей самой, оказалось в лапках пикси, она довольно хмыкнула и соизволила разомкнуть плотно сжатые губы:

— А вот приходи и узнаешь!

Голос у нее оказался ожидаемо низким. Это только верещали пикси ультразвуком, пуляясь им, как боевой гранатой, а в жизни разговаривали вполне себе басом.

Прежде чем я успела отреагировать на эту наглость, маленькая сладкоежка весело рассмеялась и взмыла в воздух. Ее сиреневый силуэт почти моментально растаял в синеве весеннего чистого неба.

— Эй! — крикнула я вдогонку. — А ответ забрать?

Дверь в комнату распахнулась с таким треском, что я вздрогнула. Майли переступила порог и, сжимая в руках уже знакомый мне коричневый конверт со сломанной сургучной печатью, без всякого стеснения расположилась на моей постели. Поджав одну ногу, она вытянула вторую и подняла на меня задумчивый взгляд.

— О, ты тоже получила приглашение? — хмыкнула моя соседка и тряхнула ярко-рыжими волосами, подстриженными под дерзкое каре. — И как они тебя нашли? Ты же никому не даешь номер своей магической шкатулки для писем.

Ее пухлые губы, яркие и без всякой помады, изогнулись в насмешливой улыбке. Судя по спортивной форме, выгодно обтянувшей ее подтянутую фигуру, Майли либо собиралась на тренировку, либо только вернулась с нее. Работа детским тренером была довольно изматывающей, но гибкий график компенсировал это неудобство. Вот только зарплаты у нас обеих все еще оставляли желать лучшего, поэтому идея снять одну квартиру на двоих оказалась крайне удачной.

Майли — единственный человек из прошлого, которого я взяла в свою новую жизнь. Из того самого прошлого, о котором мне удалось забыть на целых десять лет.

— Они прислали пикси, — поморщившись, сказала я. — Ты же знаешь, у этих маленьких прохвостов нюх, как у ищеек.

— Ага, и гонор хлеще, чем у нашего бывшего ректора магической академии, — хмыкнула Майли и помахала письмом в воздухе. — Видела? Синий чулок Айрис стала новым ректором! Как тебе такое?

Я пожала плечами. Перипетии жизни Айрис Дансон вызывали любопытство, но куда больше меня заботила совсем другая вещь…

Я подошла к зеркалу, висящему на стене, и задумчиво всмотрелась в свое лицо, выискивая в нем недостатки. За прошедшие года лет я кое-чему научилась. Глаза, которые больше не скрывали стекла массивных очков, теперь казались ярче и больше. Благодаря волшебным зельям, которые я чаще всего сама же и создавала, моя кожа преобразилась: исчезли ненавистные прыщи, так портившиеся мне жизнь все шесть лет учебы. Без них лицо выглядело свежим и здоровым. Исчез и мышиный цвет волос, за который меня дразнили. 

Мыслимо ли, русые волосы в ярком магическом мире, где каждый второй может похвастаться необычным цветом шевелюры! Но даже в этом мире теперь я выделялась, как тропическая яркая птица среди хмурых ворон. Теперь мои волосы меняют цвет каждый час, вызывая восторженные вздохи окружающих. Этого зелья еще даже нет в продаже — новый образец, придуманный нашей командой совсем недавно. Я первая, кто тестирует на себе этот образец. Сама вызвалась, настолько заворожила меня эта задумка. К счастью, пока побочных эффектов совсем мало…

Отражение в зеркало вызвало у меня чувство удовлетворение. Пожалуй, ради этого стоило тратить большую часть своей зарплаты на волшебные зелья и новинки бьюти-индустрии, в которой я работала. Возможно, если бы я экономила, мне не пришлось бы снимать квартиру с соседкой и довольствоваться одной комнатой. Представив эту жизнь, где собственные комплексы не толкали бы меня на постоянные эксперименты с внешностью, я недоверчиво хмыкнула: нет, такое невозможно!

— Ты пойдешь? — спросила я, глядя на Майли через зеркало. Поймав ее вопросительный взгляд, нетерпеливо пояснила: — На встречу выпускников.

С ее губ слетел смешок.

— Нет, конечно. Что я там забыла?

Я ответила довольно уклончиво:

— Там может быть весело.

— Ну да. Сочувствующие вздохи, напоминание о загубленной спортивной карьере, вопросы про детишек и замужество — ты точно знаешь, что такое веселье?

Майли обладала острым языком, но за время нашего соседства я успела привыкнуть к нему, поэтому ее выпад не задел меня.

— Ну ты же за словом в карман не полезешь. Спорим, будет весело наблюдать за их вытянувшимися лицами?

Она равнодушно пожала плечами, в комнате повисло молчание. Я накрутила на палец прядь волос, сделавшихся ярко-розового цвета, и вновь задумчиво посмотрела в зеркало. Наверняка он придет. Уж он, с его жаждой внимания и желанием покрасоваться, обязательно явится на встречу выпускников. Интересно, он действительно стал кем-то, как ему пророчили, или его смазливая внешность ничего ему не принесла, кроме короткого успеха среди учениц академии?

— Ты решила проредить прическу?

Я моргнула и с недоумением уставилась в зеркало, снова ловя взгляд Майли.

— Что?

— Ну ты того и гляди вырвешь себе прядь волос.

Я с запозданием поняла, что и правда так сильно тяну за волосы, будто хочу выдернуть клок. Тихо выругавшись, я ослабила хватку и заставила себя сосредоточиться на настоящем. Грызшие душу сомнения исчезли, стоило открыть письмо. Я точно знала чего хочу.

— А как звали того парня? — вдруг спросила я. В голосе невольно прорезались хищные нотки. — Ну того, который сидел с тобой за одной партой. Он еще алхимией увлекался.

— Артефактологией, — буркнула Майли. Ее обычно беспечный тон уступил место легкому волнению. — А что?

— Да так, — с обманчивым безразличием ответила я. — Просто стало любопытно, что с ним теперь. Вы же не переписываетесь?

— Нет.

На лицо Майли набежала тень, а лаконичный ответ был не в ее стиле. Я постаралась скрыть улыбку. Кажется, и я могу бить прямиком в цель, когда действительного того хочу.

Главное, выждать и не подсекать улов раньше времени.

Мысли снова вернулись к встрече выпускников. Я обязана всех поразить! Платье я могу взять из последней коллекции дизайнеров (все равно работают через стенку от меня), вместо обычного макияжа навести заговоренный, чтобы не потек и не испортился. Конечно, это будет непросто, придется просить коллег о помощи, но результат будет того стоить!

В памяти снова промелькнуло красивое мужское лицо, от которого в студенческие годы захватывало дух, да и сейчас сердце предательски пропустило удар. Бег лихорадочных мыслей прервал взволнованный вопрос Майли:

— А ты сама пойдешь?

Я вскинула голову, как гордая королева, которую отправили к палачу. Рука сжала письмо, сминая и комкая его. Но голос не дрогнул:

— Конечно. Почему нет?

Майли долго, очень долго изучала мое отражение в зеркале, а затем фыркнула:

— Тьма и свет с тобой! Ладно, идем вместе. Пожалуй, это и правда будет весело.

Я вопросительно изогнула бровь, и Майли добавила:

— Ни за что не пропущу представление, где ты раскатаешь в лепешку этого напыщенного сноба Дилана Норка!

Мы с ней понимающе переглянулись. 

Джастин Миран

Совсем молодой зеленоволосый паренек — работник пункта стационарного телепорта — испуганно переминался с ноги на ногу, избегая смотреть на меня.

— Все случилось час назад, — пробормотал он. — Пассажирка попросила отправить ее в Лакрусу, и я все настройки трижды перепроверил. Но до второго пункта телепорта она так и не добралась, а из портальной трубы вдруг хлынула слизь!

Присмотревшись к парню, я разглядел его имя, нашитое на лацкане кармана форменной оранжевой рубашки — Джеффри. Он с порога признался, что работает здесь всего третий день и сокрушался, что не пройдет испытательный срок.

Вполне возможно!

Я со вздохом обвел глазами заляпанную кабину телепорта — зеленая слизь была повсюду: она лужицами собралась на полу, обильно запачкала стены. Даже на потолке повисло несколько мутных капель. Пахла она также отвратительно, как и выглядела.

— Как только я понял, что произошло, сразу же вызвал вас, — закончил рассказ Джеффри и с надеждой уставился на меня.

Срочные случаи с пропажей пассажиров были моей основной специализацией, но, Тьма, как же невовремя! Вызов застал меня в дверях, и я почти поддался искушению сделать вид, будто не получал никакого сообщения. Этот вечер я планировал провести совсем иначе. Внизу меня уже ждал наемный экипаж, которым и пришлось воспользоваться, чтобы добраться до ближайшего телепорта, что мог доставить меня в этот всеми забытый городок. В итоге я уже опаздывал на полчаса, а еще предстояло разобраться с поломкой.

К счастью, слизь казалась знакомой — за мою почти десятилетнюю практику я встречал и не такое.

— Пассажирка везла с собой какие-то продукты домашнего приготовления?

— Д-да, — кивнул Джеффри — У нее была корзинка-холодильный артефакт с домашней едой — пирожками, котлетами и, кажется, соленьями.

Соленьями? Я не удивлен! Давно пора запретить их к перевозке. Фактически они мало чем отличались от других продуктов, но телепортационные заклинания почему-то сбоили.

— Вы проверили ее багаж?

Джеффри смутился:

— Рамка-артефакт не работает уже две недели. Наш мастер с починкой не справился, а столичный обещал приехать только на следующей неделе. Сначала я отказал пассажирке, как и положено по инструкции, попросил оставить корзину с продуктами дома, но… Она устроила ужасный скандал! — Уши Джеффри вспыхнули алым. — Сказала, что ей непременно нужно быть на дне рождения внука и обязательно с гостинцами. Тогда я провел визуальный осмотр, изучил продукты на предмет магических излучений и все-таки допустил ее к перемещению…

Сейчас он явно жалел о своей доброте. Настройка телепорта в его работе — самое простое, куда сложнее научиться общаться с проблемными пассажирами.

Я подошел к кабине и окинул взглядом энергетические узлы, отыскивая поломку. Ну конечно, в нижнем левом углу всю основную цепь вырубило. Это легко исправить, но первым делом нужно вернуть пассажирку.

Встав в центре кабины, я размял кисти рук и погрузился в работу. Ага, вот и следы чужой ауры! Как следует настроившись на них, я принялся медленно вытягивать пассажирку в реальность. Она увязла достаточно глубоко, так что нити заклинаний я перебирал с особой осторожностью.

К сожалению, на день рождения внука она сегодня не попадет.

У расщепленного в пространстве человека имелось не больше трех часов, чтобы обойтись без последствий. Если промедлить, то после возвращения можно не досчитаться руки или ноги.

Спустя минут пятнадцать, когда я уже порядком выдохся, а лоб покрылся испариной, портальная труба наконец ожила. Послышался далекий гул, и через несколько секунд на пол кабины приземлилась пожилая женщина с взъерошенными седыми волосам. Она ошарашенно взглянула на меня и прижала объемную, набитую под завязку сумку к груди.

Я провел короткую диагностику и облегченно выдохнул — успел!

— Я в Лакрусе? — с надеждой уточнила она.

— Все еще в Загруме, — развел руками я. — Вас расщепило, но вы в полном порядке. В ближайший месяц перемещения телепортами для вас под запретом. И на всякий случай покажитесь целителю.

Джеффри подскочил к ней и помог подняться.

— Спасибо, — поблагодарил он. — Дальше я сам. Отчет о происшествии оформлю вечером и пришлю на подпись.

— Договорились, — кивнул я, аккуратно перешагнув лужу слизи. — Отправишь меня в Марану, столицу? В ближайший пункт к академии Артура Прозорливого. Я опаздываю на встречу выпускников.

Джеффри усадил все еще пребывающую в шоке пассажирку на стул и склонился над кубом управления. Я встал возле портальной трубы, молясь всем светлым богам о том, чтобы на меня не попала слизь — с бытовыми заклинаниями у меня всегда было не очень.

Руны по периметру кабины загорелись предупреждающими знаками, и я на всякий случай проверил координаты, которые ввел Джеффри. У него сегодня не лучший день, а мне бы не хотелось самому очутиться в Лакрусе. В кармане моего пиджака лежало приглашение, в котором меня, Джастина Мирана, ждали на встрече выпускников Академии.

Я выпустился десять лет назад и с тех пор большую часть однокурсников ни разу не видел. Даже Эви, с которой мы дружили все шесть курсов.

Дружили? Я хмыкнул. И кого я обманываю? Я влюбился в Эви, едва увидев ее возле доски с расписанием. В ее трогательные русые волосы, что на кончиках сворачивались колечками, в ее синее с воротничком платье, которое она почему-то носила по понедельникам. Оно навечно запечатлелось в моей памяти — вместе с ее белоснежной, слегка застенчивой улыбкой и внимательным взглядом из-под длинных черных ресниц.

Наше расписание во многом совпадало, и вскоре мы сблизились — вместе делали уроки, ходили в столовую или сбегали в город. Да просто валялись под нашим любимым дубом во время «окон» между занятиями.

Сердце царапнула грусть. После выпуска мы с Эви практически не виделись. Я устроился в королевскую сеть телепортов. Сперва простым магтехником — настраивал и чинил магические сетки в самых отдаленных городах страны. Работы было столько, что я неделями не показывался в столице, и в конце концов мы с Эви отдалились друг от друга. Кажется, я не видел ее лет семь, не меньше.

Поймав наемный экипаж и приказав ему мчать в Академию, я нервно посмотрел на часы. Теперь я опаздывал на целый час! Интересно, придет ли Эви? Любопытно посмотреть, какой она стала.

Впрочем, я в любом случае заслужил вечер отдыха!  

Выбравшись из кареты, я остановился и взглянул на нависшую надо мной черную громадину Академии. Невольно сглотнул, вспомнив себя сопливым подростком, впервые переступившим ее порог. Я так боялся, что у меня в прямом смысле тряслись коленки.

Покачав головой, я усмехнулся и двинулся вперед. Если верить приглашению, сама встреча выпускников проходила в зале для торжеств, а до него еще минут десять шагать! Проходя сквозь ворота замка, я мысленно поздоровался с каменной статуей горгульи, что сидела на крыльце.

Надо же, десять лет прошло, а привычка не исчезла!

В холле меня встретил дежурный преподаватель, и я вручил ему свое приглашение. Стоило ему взять его в руки, как лист бумаги вспыхнул зеленым, и я получил вежливый кивок и разрешение войти.

Внутри академия почти не изменилась: все те же мрачноватые коридоры с узкими арочными окнами, летающие над головами пикси и неповторимое сочетание запахов — книжной пыли, столовской еды и… дыма. Похоже, тренировочные залы магов-боевиков по-прежнему располагались в Северном крыле.

Вдруг кто-то хлопнул меня по плечу, и со мной поравнялся мужчина, в котором я узнал своего однокурсника Тео. Он здорово раздался в плечах, но все также предпочитал носить светлые костюмы, а изумрудного цвета кудряшки торчали во все стороны. 

— Привет, Джастин! — усмехнулся он. — Опаздываешь?

Я кивнул.

— Задержался на работе. А ты все также не умеешь приходить вовремя?

Я не помнил ни одной лекции, на которую Тео бы не опоздал. Он был легендой нашего курса — стоило профессору начать объяснять тему, как в дверь стучали. Сперва преподаватели пытались перевоспитать его: не пускали на лекции, наказывали внеочередным дежурством, но вскоре бросили попытки. К тому же опоздания не помешали Тео стать одним из лучших студентов на курсе.

Тео как-то скованно пожал плечами:

— Да я вообще не хотел приезжать — в последний момент передумал. Кэсси наверняка явится, с чего это я должен жертвовать собой и пропускать встречу?

В его голосе прозвучали горькие нотки, я нахмурился. Кэсси тоже училась с нами, и они с Тео начали встречаться, когда им было лет по пятнадцать. Все ждали, что они разбегутся уже через семестр, но нет. Они встречались все шесть курсов и поженились сразу после выпускного.

Неужели между ними что-то случилось?

— Вы поссорились? — осторожно спросил я, сворачивая в коридор, ведущий в спортивный зал.

— Мы развелись, — мрачно ответил Тео и продемонстрировал мне руку с бледной полоской кожи на месте обручального кольца.

Мое настроение мгновенно испортилось.

Все эти годы Тео и Кэсси служили для меня примером идеальной пары. Сначала еще в Академии, когда на последнем курсе случилось скандальное расставание пары преподавателей — мистера Джейсона Элфорда и мисс Айрис Дансон. А ведь они уже назначили день свадьбы! Их роман разворачивался прямо у всех на глазах, так что, когда они разошлись, академия погрузилась в настоящий траур.

Да и сам я за эти десять лет, нет-нет, да и вспоминал Тео с Кэсси. Когда разбегался с очередной подружкой, с которой у нас не заладилось, или проводил одинокие вечера в компании кактуса. Только он сумел выдержать мой сумасшедший график работы.

Если не вышло у Тео и Кэсси, которые, казалось, безупречно подходили друг другу, на что надеяться остальным? Я уже не рассчитывал найти идеальную пару, все мои знакомства рано или поздно заканчивались очередным разочарованием. Возможно, потому что каждую свою девушку я невольно сравнивал с Эви… И Эви неизбежно выигрывала.

Тео замолчал. Он мрачно шагал рядом, заложив руки в карманы, и не спешил рассказывать о причине развода. Я не лез с вопросами, хотя и не представлял, что могло поссорить этих двоих. Их отношения пережили даже «Практическую демонологию», которую преподавал сам ректор. Он отправил Тео и Кэсси в разные практические группы и пообещал, что только лучшая из них получит оценку без сдачи экзамена. Наш курс в Академии надолго запомнили — мы истребили больше всех демонов за всю историю предмета.

Вскоре перед нами с Тео появились ворота зала для торжеств. Уже на подходе послышался шум множества голосов, и я невольно выдохнул. Что ж, если мы и опоздали, то не критично.

Оказавшись внутри, я слегка опешил от обрушившегося на меня гвалта. По всему залу были расставлены столы, за которым сидели выпускники. Я и забыл, когда в последний раз видел так много людей в одном месте. Играла негромкая музыка, и некоторые пары танцевали.

— Мне надо выпить, — бросил Тео и протиснулся сквозь толпу к барной стойке.

Я остановился, пытаясь отыскать взглядом Эви. Будет досадно, если она все же не пришла.

— Джастин?! — вдруг раздалось поблизости.

Обернувшись, я заметил Кевина — он махал рукой, приглашая к своему столу, за которым оставалось несколько пустых мест. Ничего себе, какую он себе гриву отрастил! Я улыбнулся ему в ответ и занял один из стульев.

Вокруг загалдели, и я невольно хмыкнул. Популярным студентом я не был, на нашем курсе звездой был Дилан. Зато я всегда давал списывать домашку и не закладывал соседей коменданту общежития. Очевидно, этого было достаточно, чтобы сейчас вполне искренне улыбаться мне.

Вдруг двери зала торжеств грохнули об стены, и все разом замолчали. Кевин, который только что рассказывал о рождении второго сына, и вовсе поперхнулся воздухом и выпучил глаза.

Я развернулся к выходу и дернулся, будто меня ударили под дых — на пороге стояла умопомрачительно красивая девушка.