Вы не прошли собеседование

Он спал в моей постели. Даже не верилось как-то.

Суровое лицо, легкая небритость, дорогие часы на руке, что лежала возле подушки. Загорелая кожа, резко контрастирующая с белизной одеяла, приятный глазу рельеф плеч, спины.

Кто он вообще?

Я сглотнула, отвернулась к окну. Потянула горячее какао и покачала свешенной с подоконника ногой. Надо же было так напиться, чтобы потом проснуться рядом с незнакомцем. Дожилась, Евгения! Чтоб я еще хоть каплю алкоголя в рот взяла. Да не в жизнь! Отметила, называется, университетский выпускной и диплом экономиста.

Мужчина пошевелился. Я вытянулась в струнку в ожидании пробуждения. Закусила почему-то губу, надеясь, что он обворожительно улыбнется и скажет что-нибудь приятное в стиле «эта ночь была хороша, детка». Все-таки я впервые оказалась в подобной ситуации. Немного неуютно сейчас.

Незнакомец открыл глаза. Первым делом проверил время, резко поднялся, заставив меня залиться румянцем и отвернуться. Голый! Даже там голый! Ох, у нас точно что-то было…

– Ты, – прохрипел он, поморщился и прокашлялся в кулак.

– Я, – не нашла другого ответа и вопросительно посмотрела на него, стараясь не опускать глаза. Там все в активном состоянии. Готово к бою… Он ведь не станет набрасываться, повторение предлагать?

Жар с новой силой прилил к щекам. Стало неловко от понимания, что ничего не помню, что даже не знаю имени его. А между тем привела в свою квартиру, переспала с ним… Какого он теперь обо мнения?!

– Двойной эспрессо без сахара да побыстрее, – щелкнул мужчина пальцами и начал одеваться. – Здесь душ есть? – он окинул взглядом мою скромную комнату. Да, не предел мечтаний, однако я сняла эту квартиру за очень кусачую цену, влезла в долг – все потому, что маме будет проще ездить на процедуры, а то уже ходит с трудом, и будущая работа недалеко. Зато мой незнакомец не оценил, поморщился. – Впрочем, как-нибудь без душа. Чего сидим?

– А-а, – не нашла я слов и протянула ему свою кружку. С какао.

– Считаешь, я буду пить эту жижу? За кого ты меня принимаешь, девочка?

– Ну-у.

– Беги в ближайший кафетерий и неси мой кофе. Желательно поживее, я уже опаздываю.

– Сами бегите, – прижала я к груди свое любимое какао. Сам он жижа! Вкусно ведь.

– Вчера ты была сговорчивее, – уже застегивал он пуговицы на рукавах, поправлял часы. – И покорнее. Хотя я смутно помню. У нас точно что-то было? Хотя не отвечай, не особо важно.

Не особо важно…

Что-то со звоном ломалось, рушилось за моей спиной, в моей голове, внутри. Я не понимала, не хотела ничего понимать. Он ведь не серьезно сейчас?

Мужчина наклонился за штанами, натянул на подтянутые ягодицы, заправил в них голубую рубашку. Завязал черный галстук, набросил пиджак. И все под моим ошарашенным взглядом и с усиливающимся ощущением, что надо мной посмеялись, в грязь втоптали.

Но ведь нельзя молчать. Нужно ответить, отстоять свое достоинство. Я не какая-то… У меня подобного, чтобы с незнакомцем и сразу в постель – такое вообще впервые. А он, а я…

Я спрыгнула с подоконника, одернула бесформенную майку, достающую мне до середины бедра и из-за большого выреза открывающую правое плечо. По дороге поставила на компьютерный стол какао. Распахнула входную дверь, пнула черную обувь и произнесла:

– Буду рада, если больше не увидимся. Если забеременею – сообщу.

– На последнее не надейся, девочка, – усмехнулся незнакомец, быстро обуваясь, и без малейшей заминки вышел, а я…

Козел!

Смахнув непрошеные слезы, отправилась в душ. Долго стояла под упругими струями воды и дула губы. Неприятно-то как. Мерзко! Словно потоптались по душе и выбросили ее на помойку. За что он со мной так? Разве я что-то плохое сделала?

Да, не следовало ждать от незнакомца ничего хорошего, тем более от такого, переспавшего непонятно с кем и непонятно где. Но я ведь понимала, кто я, что я и даже где я. И от этого становилось еще обиднее.

Докатилась, Евгения!

В таком самокопании прошли сборы. Я привела себя в порядок, надела строгий бежевый костюм, обула туфли-лодочки и остановилась перед зеркалом.

– Женюсь, – в этот момент позвонила подруга, – как ты? Как тот красавчик, с которым вы вчера уехали из клуба? У вас все получилось?

– Уля, он козел вообще!

– Обидел чем-то? – резкий голос в трубке. – Если он тебе что-то наговорил или сделал, мы же его выследим. Отомстим за мою ранимую подруженцию. Узнаем через того друга, с которым за столиком сидел. Я его видела раньше, без проблем отыщу, достану информацию. Колясика подключу. Не боись, все решим, уладим…

– Не надо, Уль. Не до него сейчас. Просто забуду, будто ничего не было, и все.

– Уверена?

– Мне пора, не хочу на собеседование опоздать, – потрогала я воротник с завязками, придирчиво осмотрела короткие волосы цвета горького шоколада, поправила прическу, чтобы нигде ничего не торчало.

– Удачи, Женюсь! Я к тебе вечером тогда заскочу, подробнее все обсудим.

– Спасибо.

– Ты только смотри не кисни.

– Не буду, – улыбнулась своему отражению я и завершила вызов.

Расправили плечи, гордо вздернули подбородок. Нет причин для расстройств. Подумаешь, козел какой-то... А по поводу собеседования даже волноваться не стоило. Они уже приняли меня на работу, осталось обсудить какие-то нюансы, подписать договор. Все будет!

С таким боевым настроем я добралась до высотки, где обосновался офис самой престижной в стране компании по производству мебели. Бодро зашла в распахнувшиеся передо мной стеклянные двери, которые привели меня в просторный белый холл. Достала временный пропуск, показала его охраннику. Доехала на лифте до десятого этажа.

Меня ждали. Улыбчивая блондинка на ресепшене попросила следовать за ней. Она зацокала тонкими каблучками в сторону переговорного зала – там со мной в прошлый раз беседовала Анна, специалист по подбору персонала. Пригласила войти.

Я сделала всего пару шагов, а потом увидела сидевшего во главе длинного стола человека и развернулась. Дверь закрылась как раз перед моим носом. Сердце ухнуло к пяткам. Внутри все заледенело.

Он!

– Евгения, что-то случилось? – подала голос Анна. – Проходите, садитесь.

Бежать! Уносить отсюда ноги, чтобы не видеть мужчину, который оскорбил меня этим утром. Не хотелось даже просто находиться с ним в одном помещении. Это шутка какая-то, да?

Правда, растерянность быстро сменилась злостью. Я сжала кулаки. Напомнила себе, что мне очень нужно это место. Я уже подобрала квартиру неподалеку, нашла жильцов в нашу с мамой однушку на окраине, задаток у них взяла. Планировала сегодня помочь ей с переездом. Все сделала! И теперь должна отступить из-за какого-то козла?

Я решительно развернулась.

– Доброе утро, простите, – приблизилась к столу и заняла свободный стул напротив Анны.

Ничего необычного. Простое собеседование, которое, кстати, я уже прошла. Остались нюансы.

Мужчина оторвался от бумаг, удивленно выгнул брови. Видимо, тоже не ожидал меня увидеть. Отбросил на стол папку, сцепил пальцы в замок.  Беззастенчиво прошелся по мне взглядом, явно недоумевая, что я, такая непослушная, здесь забыла.

– Кирилл Константинович, вот девушка, о которой я вам говорила.

– Не подходит, – с ходу заявил он.

– Но она достаточно способная, проходила практику в «Инбисе» – сам Роман Игнатьевич ее рекомендовал. Легко обучается, имеет нестандартный подход к решению проблемы, молодая кровь – все, как вы хотели. Безусловно, первое время девушке будет непросто на новом месте, но…

– Анна, я сказал: она нам не подходит! – повысил голос начальник. Он ведь начальник, да?

– Простите, а вы не можете объяснить, чем я вам как сотрудник не угодила? – спросила я, сжав под столом край юбки.

Спокойно, только спокойно. Он просто козел, не повезло, бывает…

– Мы солидная компания, – многозначительно усмехнулся мужчина, этой емкой фразой подразумевая, что распутным девкам, которые приводят домой не пойми кого, здесь не место.

– Кирилл Константинович, мы уже составили договор, – еще раз попытала удачу его подчиненная.

– Нам нужен хороший специалист, а не это бесформенное нечто! – махнул на меня рукой начальник. – Найди кого-нибудь другого, уверен, ты справишься, Анна.

Бесформенное нечто?!

– Кирилл Константинович, – заглянула в кабинет блондинка с ресепшена, – там ваша супруга.

Если бы я не сжимала зубы от бурлящего во мне чувства несправедливости, то у меня точно отвисла бы челюсть. Я глянула на его руку, обнаружила там кольцо, которого сегодня утром не было.

Нет, не козел. Кобелина!

– Работай, Анна, лучше работай, – произнес мужчина и направился к выходу.

– То есть вы определяете, хороший ли специалист, по одному лишь внешнему виду? – развернулась я на стуле. Уже понимала, что здесь меня не возьмут, а квартира, долг… Плевать, разберусь как-нибудь! – Тогда спасибо, Кирилл Константинович! Не хочу работать в компании, где умственные способности ценятся меньше, чем большой размер груди.

Он не ответил. Мазнул по мне недовольным взглядом и вышел, громко хлопнув за собою дверью.

– Извините, Евгения, но, сами понимаете, вы не прошли собеседование.

Эх, почему же мне попался такой козел?

Три года спустя…

Голова болела нещадно. Дневной свет проникал прямо через веки и резал глаза. Я пыталась отвернуться, отмахнуться, хоть как-то отделаться от неприятных ощущений, но они лишь усиливались. И во рту поселилась пустыня.

Я потянулась к прикроватной полке. Там всегда стоял стакан. Правда, не обнаружила его, приподнялась на локте, пошарила рукой. Да что за напасть?!

Пришлось открывать один глаз.

А где я?

Просторная белая комната без дверей, окна в пол. Низкая кровать в центре, мое черное платье на спинке стула – неуместная клякса в этом царстве дорогущей чистоты.

Неужели снова?!

Я застонала в голос, откинулась на подушку и повернула голову. А там…

Мне отчаянно захотелось закричать. Потом подскочить, бросить в Кирилла любым подвернувшимся под руку предметом, подхватить свои вещи и сбежать. Почему он? Почему я с ним?!

– Проснулась, куколка, – расплылся в улыбке этот козлина. Красивой такой, белоснежной.

Нет, определенно следовало закричать. Так было бы проще. Тогда не пришлось бы разговаривать, что-то внятное отвечать, придавать лицу безмятежность.

Может, не узнал? Вполне логично. Такой кобель явно многих перепробовал, вряд ли запомнил каждую. А я… случайно попалась. Снова!

Второй раз вляпалась в подобную историю и опять с ним.

Черт, черт, черт!

– Доброе утро, – отзеркалила его улыбку и, потянув на себя одеяло, встала на ноги. – Ванной могу воспользоваться, где она?

– Там, – указал он на неприметную дверь справа.

Я снова улыбнулась, хотя тошно было от этого цирка, подхватила попавшийся на глаза телефон, побежала в ванную.

Бросила одеяло на пол, перешагнула и взглянула на себя в зеркало. Ну и видок! Помятая, с потрепанными волосами, с размазанной тушью. Красота неописуемая.

– Куколка, – нервно хохотнула я и набрала Улю.

– Подруга? – хрипло выдала она. Спала еще, видимо. Ничего, разбудим.

– Это как понимать?

– Не кричи ты.

– Я вообще-то тихо говорю, – злобно шептала я.

– Да? А ощущение, будто орешь над ухом. М-м-м, башка трещит. Ох, много же мы с тобой вчера выпили.

– Я тебе говорила, что после того случая с тобой в клуб не пойду?

– Ой, ладно тебе…

– Говорила, что пить не буду?

– Ну, мы же по чуть-чуть за твое возвращение, – бормотала она, явно засыпая.

– Уля!

– А? Не кричи так, ладно? Оглохну.

– Уля, как я оказалась у этого козла?

– Которого, у меня их много, – промычала она. – Погоди, у твоего козла, который кобелина? Того, что не взял тебя на работу, на которую тебя уже взяли? Из-за которого тебе пришлось впахивать в две смены, чтобы с долгами расплатиться?

– Да, именно про этого козлину говорю.

– У-у, подруга, ты жжешь!

– Тебе смешно, а я не знаю, что теперь делать. Как я вообще оказалась здесь? Что ты за коктейли такие заказывала?

– Обычные. Колясик приносил. Он любит мудрить порой… Колясик! Отбой, подруга, сейчас все выясню и перезвоню.

Я положила телефон. Снова посмотрела в отражение. Ничего, все нормально. Подумаешь, переспала с мужчиной из прошлого, из-за которого долго не могла отделаться от чувства гадливости и с трудом подняла со дна свою самооценку. Случилось, бывает… Сейчас выйду, оденусь и покину его (или не его?) жилище.

Включила воду, умылась. Поправила волосы, почистила зубы пальцем. Придирчиво осмотрела себя. Нашла плотный халат на вешалке, укуталась в него и, не забыв подобрать одеяло, вышла из временного убежища.

Ступала медленно, осторожно, будто кралась куда. Уловила яркий запах кофе. Не обнаружила никого в кровати.

Выдохнула.

Бросила одеяло, подхватила свои вещи, но так и застыла с ними в руках. Как раз в этот момент вернулся Кирилл, одетый в одни домашние штаны. У-у, какой пресс! Правда, не до него сейчас, тут беда случилась.

– Кофе будешь?

– Это что? – потрясла я своими трусиками. То есть их остатками. Потом подняла в другой руке платье, находящееся в не менее плачевном состоянии – порванное на спине. – Нормально раздевать девушку не умеем? Это как называется?

– Ты сама просила, торопила меня, – ухмыльнулся Кирилл.

– Просила, значит, – едва не застонала я, рассматривая ниточки вместо белья.

И как мне теперь в этом домой ехать? Как из квартиры вообще выйти?

Завибрировал телефон.

– Да!

– Женюсь, это все мутки Колясика. Признался, что хотел меня споить, а я ведь ни в какую. Тебя зато получилось быстро. В отрыв ушла.

Я недовольно хмыкнула, подняла глаза на стоявшего в проходе мужчину, который чего-то ждал, сложив руки на груди – широкой, крепкой. В прошлый раз не таким был, кажется.

– Потом ты в уборную убежала и пропала. Когда он тебя нашел, ты целовалась с каким-то солидным мужиком на танцполе, и лезть не стал.

– Ясно, – вздохнула я и отключила вызов.

– Ты не ответила: кофе будешь? Или молочную жижу до сих пор предпочитаешь?

Надежды треснули, со звоном рухнули к моим ногам. Узнал! Накатило чувство гадливости, то самое, старое, от которого долго отмывалась я. В горле даже запекло.

– Спасибо, откажусь. У меня дела, – глянула я на часы и мысленно выругалась.

Почему все сразу?!

Встреча скоро, а на нее опаздывать нельзя. Я вернулась в родной город только ради нее, чтобы подменить на пару дней внезапно заболевшую сотрудницу, которая курировала крупный проект. Все в спешке, в бегах. Вчера едва к маме заскочила, потом согласилась встретиться с подругой, пошла с ней в клуб на часик… Дура!

А теперь у меня в руках порванное платье, ниточки вместо белья и богатенький козел, невесть откуда взявшийся на мою голову и напомнивший, какой сопливой размазней я раньше была. Ведь потом долго плакала, горевала.

Задел, ранил душонку мою, сильно ранил.

– Я воспользуюсь, – подхватила его белую рубашку с пола, отвернулась, сбросила халат.

Не до церемоний, времени совсем не осталось.

– Уже убегаешь, куколка?

Застегнула бюстгальтер. Натянула черное платье – хорошо, хоть нижняя часть цела была. Завязала рукава на поясе и спрятала все лишнее под ними – получилась своеобразная юбка. Набросила рубашку.

– А вы хотели поговорить по душам? – развернулась я. – Увольте.

– Уже, разве не помнишь?

Я справилась с последними пуговицами, подхватила его пояс, затянула на талии.

– К сожалению… – быстро скользила я взглядом по комнате в поиске своих вещей. Где сумочка? – Или к счастью, но вы не были моим начальником. Поэтому чисто технически не уволили тогда.

Я обнаружила искомый предмет за кроватью. Выпрямилась, посмотрела мужчине в глаза.

– Было приятно с вами… пообщаться. Рубашку и пояс верну через посыльного. Прощайте!

– Может, до свидания?

Меня даже передернуло от мягкости его тона и шутливой интонации. А еще от перспективы снова встретиться с ним. Нет, внешне он был хорош, даже слишком. Высокий, подтянутый. В спортзал ходил регулярно, следил за собой. Но в остальном – мрак!

– Надеюсь, что больше не увидимся. Тем более у вас тут где-то жена… – ехидно улыбнулась я, проходя мимо него в поисках выхода.

– Нет ее больше.

– Неужели? – выгнула я брови и даже остановилась. – Надеюсь, не из-за меня?

Кирилл рассмеялся. Громко, с бархатной хрипотцой. Вот только меня будто хлестнуло этим звуком. Пришлось срочно отвернуться, мысленно отругать себя за собственную наивность. Конечно, кто я вообще такая, чтобы семьи разрушать? Из-за «бесформенных нечто» из семьи не уходят! С особым усердием принялась искать обувь. Одна туфля валялась возле самой двери. Вторая запропастилась куда-то.

– Ответить честно или побаловать твое самолюбие?

– Спасибо, уже ничего не надо, – подняла я руку и обнаружила потеряшку за высокой черно-белой вазой с пышным цветком. – Было приятно… – начала я в привычной манере, снова с уважением, будто оправдываясь. – Да что я вру? Не помню я ничего, ясно? Ни в первый, ни во второй раз. Так что ничего не приятно. Очень надеюсь, больше не встретимся, вы не понравились мне!

Я выпорхнула из квартиры и лишь заметила, как быстро стало мрачным породистое лицо. А что он думал, молчать снова буду?

Козел!