Выцветшие письма

Город за окном был окрашен тёплыми красками. Красные рябины и жёлтые берёзы превратили двор в уютный парк. Октябрь выдался на удивление тёплым и солнечным, и я хотела бы, чтобы он не заканчивался. Вот и сейчас луч тёплого солнца скользнул в окно, подсветив маленькую кухоньку нашей с мамой квартиры. Я сидела за столом, поджав одну ногу под себя, жевала бутерброд, запивая горячим сладким чаем, и жмурилась от удовольствия. Выпив последний глоток, я облизнула губы и бросила взгляд на настенные часы – боже мой, сколько времени! Быстро ополоснув кружку и тарелку, я умылась, легко подкрасила брови и губы, расчесала волосы и заплела их в свободную светлую косу. Натянула чёрные брюки и свитер цвета чистого неба.

Брызнула любимые духи. Пока надевала ботинки на шнуровке, ко мне подошла кошка Тыковка. Рыжая, она потёрлась о ноги.

«Тыковка, прости. Совсем некогда с тобой обниматься, опаздываю», – я погладила её по спинке и выскользнула в коридор подъезда, заперев обе двери – железную и деревянную – на ключ.

Мои шаги гулким эхом раздавались по лестничному пролёту. Я сбежала с пятого этажа за минуту, вылетела во двор и не смогла не остановиться, чтобы вдохнуть этот запах осени. Прекрасный, чистый, пахнущий прелой листвой и грибами.

Бабушка Людмила Вячеславовна уже заканчивала свою прогулку со скандинавскими палками.

«Здравствуйте, Людмила Вячеславовна!» – крикнула я набегу.

«Здравствуй, Катенька! На учёбу бежишь?» – ответила она бодрым голоском.

«Ага, опаздываю!» – крикнула я и помчалась дальше.

На остановку я прибежала как раз вовремя – уже собралась толпа народу. Тяжело дыша, я смотрела на асфальт – у бордюра скопились жёлтые опавшие листья, и дунувший ветерок сдвинул их и закружил по дороге, вальсируя среди едущих машин.

«Вставай, уже наш едет», – услышала я краем уха голос женщины, обращённый к мальчику. Мальчика автобус не интересовал, он держал в руках гоночную машинку, водил ею в воздухе и смешно надувал губы, имитируя рёв пластикового двигателя. Я улыбнулась, а затем глянула на подъехавший 32-й автобус. Сделала глубокий вдох и стала проталкиваться внутрь.

Через сорок минут автобус выплюнул меня на остановке «Академическая» рядом с университетом, где я училась на журфаке. Я поправила одежду и рюкзак, сделала пару глубоких вдохов осеннего воздуха и улыбнулась. Хоть я и ненавидела переполненные автобусы, но портить себе из-за этого всё настроение на день не собиралась. Мама всегда учила: как день настроишь, так его и проведёшь.

В вестибюле университета уже было полно студентов, все были разбиты на свои компании, гул голосов разносился по зданию. Я прошла мимо гардеробных и направилась к лестницам. Поднялась на первый пролёт мимо целующейся парочки. Да уж, подумала я. Могли бы делать это не в стенах универа. На втором этаже по пути к кабинету я столкнулась с Раисой Павловной – моим деканом.

«Катенька, здравствуй, – защебетала она, – я как раз хотела с тобой увидеться. Сегодня после обеда будет собрание редакции университетской газеты. Ты, конечно, ещё первокурсница, но, может, захочешь поучаствовать? Это хорошее подспорье для получения оценки по нескольким предметам, а ещё отличный опыт тебе в копилку».

Я улыбалась, обдумывая. Наконец ответила: «Даже не знаю, там, наверное, одни старшекурсники… но я бы попробовала».

«Ну, подумаешь, – сказала она. – Как надумаешь – приходи в двадцатый кабинет».

Мы попрощались, и Раиса Павловна удалилась, цокая каблучками. Я задумалась и к концу последней пары решила всё-таки попробовать.

Коридоры почти опустели, когда я дошла до двадцатого кабинета. Остановилась напротив деревянной двери с золотой табличкой, на которой был номер «20». Вздохнула. Сжала маленького коричневого мишку из твёрдой резины, что висел брелком на лямке моего рюкзака из кожзама.

Постучавшись дважды, открыла дверь и зашла внутрь. Это была комната средних размеров; посередине стоял овальный стол со стульями вокруг, а по бокам – пара компьютеров.

На одном стуле раскачивался парень, уставившись в телефон. Его пальцы быстро двигались по экрану, и он даже не посмотрел на меня.

«Здравствуйте», – сказала я официально, иначе не умела.

Парень оторвал взгляд от экрана телефона и глянул на меня. Его глаза были небесно-голубыми, прямо как мой свитер. Тёмные волосы были слегка взъерошены, но стрижка была аккуратной и стильной. Он вообще выглядел опрятно и был со вкусом одет; я сразу подумала, что, должно быть, у его семьи много денег.

«Привет», – ответил он, окинув меня взглядом сверху вниз и отвернувшись к своему телефону.

Мне захотелось сбежать. Сглотнув, я подошла к столу и, повесив рюкзак на спинку стула, села.

Сцепила пальцы и, облизнув губы, спросила: «Это здесь кабинет университетской газеты? Тут пройдёт собрание?»

Парень ответил «Да», не отрываясь от телефона. Я почувствовала себя глупой и маленькой. Я и так была маленькой – рост 160, фигура тонкая, и, сидя напротив этого надменного старшекурсника, почувствовала себя школьницей.

Больше вопросов я решила не задавать. Через пару минут в комнату ввалилась шумная парочка друзей; они гоготали и толкали друг друга под рёбра.

Даже не заметив меня, двое парней подошли к человеку напротив и начали жать друг другу руки со всей силы, смеяться, устраивая шум и двигая стол в мою сторону. Я почувствовала себя лишней и уже десять раз пожалела, что пришла сюда. Как раз раздумывая, как встать и уйти незаметно (хотя на меня и так никто не обращал внимания), я поднялась со стула, и в этот же момент в дверь снова вошли. А точнее, вплыли, словно прекрасные лебеди, несколько девушек. Красивых. Они были такими, какими, наверное, и бывают будущие телеведущие: ухоженные волосы, аккуратный макияж, маникюр, приятные духи и красивая одежда. Я так и осталась стоять между стулом и столом, чувствуя себя максимально глупо. Нет, я ненавижу скопления людей. И куда меня привела Раиса Павловна? Она вообще видела эту компанию и меня?

Девушки и парни здоровались, чмокали друг друга в щёку с той небрежной легкостью, которая бывает только у своих, у тех, кто давно занимает эту территорию, а я уже надела сумку, чтобы уйти. Но к несчастью для меня (а может, и для них) в кабинет вошла Раиса Павловна. Эта энергичная женщина с седыми прядями в чёрных волосах сразу начала щебетать, чувствуя себя как рыба в воде. Она представила меня клубу журналистики. Этот голубоглазый вновь окинул меня быстрым взглядом. Двое парнишек, по характеру похожих на близнецов-опоссумов из мультфильма «Ледниковый период», улыбнулись, а рыженький мне… подмигнул. Я моргнула.

Куратор раздала листы с заданием.

«К тридцатилетию университета мы делаем конкурс на самую лучшую журналистскую историю! Ваша задача — найти интересный, яркий сюжет и сделать из него красивый рассказ или видеоэпизод. Конечно же, история будет принята только с доказательствами. Это могут быть фото, интервью, контакты, архивные видео и газетные материалы. Если берёте старую историю — обязаны внести в неё что-то новое. Например, взять свежее интервью у участников…»

В этот момент в кабинет постучали, и дверь открылась. Девушка среднего роста, азиатской внешности, просунула носик в проём.

«Простите, я опоздала. Можно?»

«Алима, дорогая, ты как раз вовремя! Проходи и присаживайся рядом с Катей. Разобьёмся на пары: один ищет архивные фото и факты, второй — берёт свежие интервью, работа в целом совместная. Пары составлю я сама».

Она посмотрела на список.

«Катя, ты новичок, тебе нужен опытный наставник. — Она обвела взглядом сидящих. — Роман, ты с ней поработаешь».

Я почему-то сразу поняла, что это за Роман такой. Мои карие глаза встретились с голубыми. Сейчас, при неестественном освещении ламп, они казались океаническим дном — тёмным и холодным. В его глазах не было ни радости, ни интереса. Он кивнул. Один раз. И снова посмотрел в телефон. У меня похолодели пальцы. Проект. Вместе. С ним.

Алиму определили в пару к рыженькому Артёму, а остальные — красивая девушка Марина с длинными чёрными волосами объединилась с одной из своих подруг Тасей. А Лена определилась с Мишей.

Пары были разбиты, встречи клуба назначены на каждую среду, но пользоваться мы могли этим кабинетом когда угодно — у Романа и Марины были копии ключа.

Сразу как Раиса Павловна ушла, наша маленькая группа снова распалась на составляющие. Марина коснулась руки Романа и что-то шепнула ему на ухо.

— Привет, — услышала я сбоку и повернулась.

Красивые чёрные глаза Алимы смотрели прямо в мои.

— Меня Алима зовут, а ты, я так понимаю, Катя? Будем дружить?

Я моргнула, кивнула. Впервые кто-то вот так просто мне предлагал дружбу. Ну как тут не согласиться? Я улыбнулась и пожала её руку.

— Идёшь на обед? — спросила она.

— Угу, — ответила я. — А ты?

— И я иду!

Мы встали, я убрала блокнот в сумку. Телефон, как всегда, держала в руке — не знаю почему, но я чувствовала себя спокойно, если могла в любое время спрятаться в маленьком экранчике.

Рыженький Тёма, по характеру напоминающий золотистого ретривера, обогнал нас и встал поперёк коридора.

— Девчонки, я что-то не понял. А номерами обмениваться будем, или как?

Мы с Алимой моргнули. Рыжий усмехнулся.

— Ты, Алима, как проект делать собралась, если номера моего нет?

— Точно! — пискнула Алима и достала телефон. — Значит так, пиши — 8992…

Тёма усмехнулся и начал вбивать номер в свой сотовый.

— Мой номер тебе тоже неплохо было бы записать, — сказал кто-то позади меня.

Я обернулась и столкнулась взглядом с Романом.

— Что? — по-дурацки переспросила, не уверенная, что вопрос был ко мне.

Он выдержал паузу, видимо, показывая этим, какая я несмышлёная.

— Я говорю, мой номер запиши. Скинешь, если найдёшь что-то полезное.

— А… да.

Я достала телефон и начала вбивать его номер, подписав как «Роман, напарник по проекту». Подняла глаза — передо мной уже никого не было.

Я почувствовала, как кровь бросилась мне в щёки. Это не было предложением помощи. Это был приказ. Приказ подчинённой, будто я его секретарь! Надо же.

— Эй, ты идёшь? Я есть хочу! — Алима потащила меня в столовую.

Домой я пошла одна… да, в общем-то, как и всегда. По пути купила любимый кофе со вкусом яблочной булочки с корицей. Воздух был свежий, на улице было светло. Слегка мокрый асфальт подсвечивался солнцем. Я улыбнулась. Пусть этот проект не то, чем я хотела бы сейчас заняться — это всё же было что-то новое. Что-то, что обещало быть интересным и эмоциональным событием.

Мы поужинали с мамой, обсудили день, и я легла спать с мыслью, что завтра я буду полна идей. Устрою себе мозговой штурм, напишу штук пять идей и представлю их напарнику. Пусть поймёт, что я не случайно на их собрание зашла. Да и посмотрю, что он за это время придумает.