Взрывной десерт для Босса

Кондратьев

- Да! – рявкаю.

- Босс, тут какая-то девица напрыскала мне в глаза перцовым баллончиком, - докладывает мне мой человек.

Не понял!

- Ты сейчас в той дыре, которую я выиграл в карты? – недовольно цежу.

Отрывать меня от важного обеда из-за такой херни?

- Да. Тут целый бунт! Девица ментов побежала вызывать…

- Я тебе должен рассказывать, что делать? – цежу сквозь зубы.

На том конце молчание, потом следует ответ:

- Она говорит, что это забегаловка ее отца, и она так просто не сдастся… Вызовет ментов, журналистов…

Твою мать!

- Скоро буду! – рявкаю в трубку.

Через час решительным шагом вхожу в забегаловку, которую один идиот мне продул. Мне она нахер не сдалась, но место, на котором она находится, хорошо подходит для моего нового ресторана.

Останавливаюсь посередине зала. Стискиваю челюсти, медленно осматриваюсь.

Домашняя забегаловка, которую давно пора снести.

- Артем Валерьевич, - ко мне подходит мой человек.

Глаза красные. Нехило она его приложила.

- Где девица? – недовольно цежу.

- Вон, - кивает Андрей, - бегает, обслуживает столики.

Перевожу взгляд на хрупкую фигурку.

- Ты шутишь? – опасно рычу. – Не справился с этой девчонкой?

Он пытается оправдываться. Перебиваю его:

- Через пять минут приведи ее ко мне в кабинет!

Рявкаю это и мрачно ухожу в сторону служебных помещений.

Я здесь был. Идиот, который проиграл, устроил мне «экскурсию», когда переписывали эту дыру на меня.

- Кофе! – рявкаю пробегающей мимо официантке.

- Хорошо, - испуганно шарахается она и тут же убегает на кухню.

Вхожу в небольшое помещение, которое здесь называется кабинетом. Сажусь в кресло, мрачно барабаню пальцами по столу.

Через минуту дверь распахивается, и в кабинет влетает светловолосая фурия, которая устроила весь этот цирк.

Тут же замирает. Испуганно смотрит. Даже делает шаг назад.

Я сверлю ее немигающим взглядом. Бешусь, что пришлось изменить свои четкие планы и ехать сюда.

- Не стесняйся. Проходи! – рычу ей.

Девица хмурит свои изящные брови. Вижу, что пугается еще больше, но… упрямо вздергивает подбородок и выпаливает:

- Что вы здесь делаете? Это ресторан моего отца!

- Уже нет, детка. Теперь эта дыра - моя! – рычу нежной крошке, которая рискнула выступать против меня.

Мужики на это не решаются, а тут хрупкая девчонка!

Даже забавляет.

Она возмущенно открывает свой соблазнительный ротик. Даже теряет на мгновение дар речи.

- Дыра?! Это ресторан, в который я вложила душу, кучу труда и времени, и я не дам вам…

- Как сентиментально, - холодно осекаю ее. – Это дыра, которую я сегодня закрою и в течение недели снесу.

- Снесете? – в красивых серых глазах испуг. – Нет, вы не можете!

- Я не только могу, - вкрадчивым, опасным голосом говорю. – Я еще и сделаю!

Она ошарашено хлопает длинными ресницами. А я слежу за ней хищным взглядом.

Хороша! Если бы не обстоятельства, то снял бы ее на пару ночей. Может, даже на неделю. На больший срок навряд ли. Всё приедается. И эта тоже.

Хотя не спорю, дико сексуальная девочка…

Она продолжает хмуриться. Что-то явно обдумывает.

Ну отступай уже! И так удивила меня не на шутку.

Она судорожно сглатывает, быстро облизывает губы.

- Давайте договоримся… - начинает.

Я сверлю ее немигающим взглядом. Медленно прохожусь по ее лицу, задерживаюсь на красивых глазах, пухлых губах, хрупкой шейке, гибкой фигурке, которая упакована в глухую униформу. Но это не скрывает от меня всех изгибов, пышной груди, тонкой талии, округлых бедер и длинных стройных ног.

- Так бы сразу, малыш, - холодно усмехаюсь я.

Она тут же краснеет. Я ухмыляюсь. Сама невинность!

В принципе, неплохо.

Если хорошо обслужит, то без работы не останется.

- Начинай! – командую.

- Что начинать? – напряженно спрашивает.

- Свои «переговоры».

Откидываюсь на спинку кресла и хищно наблюдаю за ней.

Она хмурит свои брови, закусывает губу, а потом кивает.

- Хорошо. У меня есть кое-какие сбережения. Я вам отдам их в качестве задатка…

- Мне твои деньги не нужны, - вкрадчиво, опасно спокойно говорю. - Место, на котором стоит эта забегаловка, идеально подходит для еще одного моего ресторана. Поэтому деньгами здесь ты ничего не решишь.

- Но… Как вы хотели договариваться? – хмурится она.

Неплохо играет. Даже не раздражает.

- Для начала можешь раздеться. Красиво.

Ксюша

- Раздеться? Я?! – в ужасе выдыхаю.

Это какой-то бред!

- За кого вы меня принимаете?

Он опасно сводит брови к переносице, смотрит на меня исподлобья.

- За ту, которой очень хочется получить обратно эту забегаловку. И я тебе предлагаю пути решения, - вкрадчивым, опасным голосом рычит он.

- Пути решения? Раздеться? Это и есть пути решения?

Знаю, знаю, что надо держать себя в руках. С этим опасным, властным типом лучше не шутить! И уж точно не кричать на него. Да и мой голос сейчас больше похож на испуганный писк.

Делаю глубокий вдох-выдох и максимально твердо отвечаю:

- Нет, я не буду раздеваться ни при каких обстоятельствах! И вообще, я полицию вызвала! Они сейчас должны приехать…

- Хочешь, чтобы они тебя забрали?

- Меня? За что? – удивленно выдыхаю.

- За то, что ты моему помощнику чуть глаза не вытравила, - опасно рычит он.

- Я защищалась!

- Он тебе угрожал? – приподнимает бровь этот непробиваемый тип.

- Я защищала ресторан!

- Мой ресторан!

Поджимаю губы и готова его испепелить взглядом! Он с непроницаемым лицом мрачно рассматривает меня. И мне не по себе от его хищного взгляда.

- Давайте успокоимся… - примирительно предлагаю.

- Я спокоен.

А вот я нет! Я в панике!

Ресторанчик, который я всеми силами вытягивала со дна, хотят забрать. И кто? Вот этот властный, уверенный в себе, опасный мужчина!

- У моего отца инфаркт. Он сейчас в больнице, поэтому я даже не могу узнать у него, правду вы говорите или нет…

- Мне всё равно, - безэмоционально пожимает он плечами.

- Вы не понимаете! Мой отец не мог ничего проиграть!

- Он это сделал!

- Он никогда не играл!

Мужчина опасно прищуривается, сверлит меня тяжелым взглядом.

- У тебя сутки, чтобы освободить эту дыру, - равнодушно кидает он.

Взгляд твердый, не терпящий возражений.

- Я никуда не уйду! – упрямо говорю.

- Будешь тут жить?

- Если понадобится, то буду!

Что я несу? Сама в шоке. Но я сейчас на грани паники. Отец слег со вторым инфарктом, поэтому у него я ничего не могу спросить.

Остается только бороться и договариваться…

Медленно выдыхаю и аккуратно начинаю:

- Дайте мне время. Я всё верну… Просто не трогайте наш ресторан. И я… Я отдам вам всё до копейки!

Выпаливаю это и замираю под тяжелым, непроницаемым взглядом. Кажется, даже не дышу.

Если честно, наш небольшой, но очень уютный ресторанчик еле сводит концы с концами. Начинал это дело мой папа. Взял огромный кредит под залог нашей квартиры, а потом слег с инфарктом. Я всё взяла на себя. Год без выходных, и, казалось, всё налаживается, но тут пришел он – этот тип, который хочет всё забрать!

Он подается вперед, опираясь локтями о столешницу. Выглядит еще более мрачным и пугающим.

- Я уже говорил, что твои деньги мне не нужны! - приглушенно рычит он. – Не люблю повторять дважды. Поэтому меньше слов, детка. Свое предложение я уже озвучил. Хорошо поработаешь, сможем договориться.

- Я и так отлично работаю! Можете оценить наше меню, попробовать наши блюда…

Если честно, изо всех сил борюсь с ощущением, что все летит в бездну, и он явно намекает на какие-то мерзости.

- Без обид, но здесь я есть не буду. Перейдем сразу к делу, - холодно чеканит он. – Ты мне понравилась. Бери вещи, и поедешь со мной. После ночи решим, сколько будет стоить эта забегаловка.

Дорогие читатели! Рада видеть вас в моей книге!

Добавляйте книгу в библиотеку, пишите комментарии, ставьте сердечко «Мне нравится»!

Буду вам очень благодарна за поддержку!

Ксюша

Если бы это было возможно, то у меня уже бы из ушей пар начал валить. Стою и просто слов не нахожу.

Единственное, чего хочу, это, например, плеснуть чем-нибудь охладительным в лицо этому наглому типу! Чтобы остыл и перестал мне предлагать такие мерзости!

Красивое лицо, не спорю. Но до невозможности наглое и циничное!

Руки дрожат, но я не показываю, насколько вся эта ситуация вывела меня из равновесия. Да что там вывела? Просто выбила, выкинула из нормальной, насколько это возможно, стабильной жизни в этот ад!

В голове хаотично мечутся мысли. На мне сейчас слишком много ответственности, чтобы послать этого типа ко всем чертям! Да и страшно, если честно…

А он продолжает гипнотизировать меня немигающим взглядом. Холодный, циничный.

Вижу по его взгляду, он реально уверен, что я сейчас поеду с ним…

- Хорошо… - аккуратно говорю.

А в его глазах загорается какой-то дьявольский огонь.

Поджимаю губы, недовольно отмечая это.

Не так быстро!

- Хорошо, - опять повторяю. – Не хотите… кхм… мирно договариваться, тогда я вызову… эмм… своего юриста! Еще сейчас позвоню в полицию и узнаю, почему никто еще не приехал. Вызову журналистов! Такие варварства должны освещаться везде! В каждой газете, на телевидении, в интернете! Да, везде! И… и наш ресторан я вам не отдам!

Выпаливаю это и пулей вылетаю из кабинета, хлопая дверью.

Да, трусливо бегу, потому что боюсь его. И находиться с этим типом в замкнутом пространстве страшно!

Да и, если честно, у меня связей таких нет, чтобы привлечь сюда и телевидение, и журналистов. И юриста у меня нет. Разве что Юра с юрфака, с которым я хорошо общаюсь. Это сейчас я вынужденно нахожусь почти год в академ. отпуске, но раньше мы с ним часто общались на обеде в университетской столовой.

Вылетаю в зал, тяжело дышу. Кажется, воздуха не хватает.

Помощник этого наглого мужика смотрит на меня неодобрительно и с подозрением. Глаза красные. И мне его жаль, но он сам виноват. Не надо было меня хватать за руки. И вообще к нам в ресторан не надо было ему приходить!

- Ксюша, - подбегает ко мне Маша, одна из наших официанток.

Потом косится на мужика с красными глазами, откашливается и более официально:

- Ксения Анатольевна, там тот мужчина потребовал кофе в кабинет. Ему отнести? Или я что-то не так поняла?

Пытаюсь взять себя в руки. Делаю глубокий вдох, медленный выдох. Повторяю этот ритуал несколько раз.

Слабо помогает. Но нельзя расклеиваться и опускать руки! Никто мне не поможет. Тем более с таким непробиваемым типом! Ему даже всё равно, что мой отец в больнице с инфарктом, и я элементарно не могу выяснить, что произошло с нашим ресторанчиком.

Помощник все так же с подозрением следит за мной.

- Маша… - начинаю я, но тут же вздрагиваю от низкого властного рыка за спиной:

- Где мой кофе?

- Ой… Извините… Я... – начинает оправдываться Маша.

- Уволена! – рявкает этот тип, если не ошибаюсь, Кондратьев.

Именно такую фамилию я увидела в бумагах, которые мне показал его помощник.

Маша белеет. У нее больная мать, и они еле сводят концы с концами. Эта работа очень важна для нее и ценна!

- Вы не можете увольнять моих людей! – не выдерживаю я, резко поворачиваясь.

Теряюсь под взбешенным взглядом. Даже хочу трусливо отступить на пару шагов назад.

С кем пытаюсь тягаться? Да я и не пытаюсь, если честно. Просто не хочу отдавать то, за что я боролась целый год! Еле сводила концы с концами, но удалось выйти в плюс, с учетом внушительных ежемесячных сумм по кредиту.

- Моих людей, ты хотела сказать! – пугающе рычит Кондратьев.

Я судорожно сглатываю и продолжаю выдерживать этот тяжелый взгляд.

Очень пугающий мужчина… Никогда таких не встречала. И с радостью бы уже отсюда сбежала, подальше от него… Но сдаться просто не имею права!

- Закрывай эту дыру, Андрей! – рычит он опасно спокойно своему помощнику, продолжая прожигать меня взбешенным взглядом.

- Нет! – выкрикиваю раньше, чем успеваю подумать.

Всё внутри кричит, что я играю с огнем!

Помощник ошарашено смотрит. А сам Кондратьев готов меня задушить взглядом. По крайней мере, руки у меня трусливо дрожат.

- Нет? – рычит. – Я тут буду решать, что да, а что – нет! Уяснила?

Коротко киваю. Но продолжаю упрямо смотреть ему в глаза. Он сверлит меня немигающим взглядом. В зале повисает гробовая тишина.

И тут откуда-то появляется Маша, которая успела сбежать во время этих разборок.

- Десерт за счет заведения! – испуганно бубнит она, пытаясь, видимо, сгладить ситуацию. – Таких десертов вы точно не найдете нигде во всей Москве!

- За счет моего заведения! – рычит взбешенный Кондратьев.

Маша пугается еще больше, чуть не роняет поднос, но я беру удар на себя:

- Хорошо… Да… За счет вашего заведения. Но дайте нам сегодня принять гостей, - примирительно прошу. – Сегодня у нас отмечается день рождение сына моей знакомой… Если вы закроете наш… кхм… ваш ресторан, то мальчик останется без праздника!

Хищный прищур ничего хорошего мне не сулит.

- Мне плевать! – следует закономерный ответ.

Да, я уже поняла, что ему вообще, абсолютно, на сто процентов всё равно!

На Машу, которой эта работа нужна, как воздух.

На маленького Лешу, у которого впервые такое важное празднование, на которое впервые в его жизни придет много друзей.

И, конечно же, на меня!

- Может, - дрожащим голосом говорю я, - вы пока изучите наши отчеты, меню… В кабинете. Маша вам туда принесет кофе, десерты… Может, что-то другое, что вы заходите… Но, пожалуйста, дайте провести этот праздник…

Не хочу просить. Но еще больше – не хочу лишать праздника своего крестника. А еще я знаю, что этот праздник принесет нашему ресторанчику хорошую прибыль. Такие мероприятия у нас – огромная редкость, поэтому я борюсь за каждое.

Эта каменная скала без эмоций смотрит на меня в упор, а потом вкрадчиво рычит:

- Ты! Не Маша, а ты! Принесешь мне кофе и свои десерты. Там и обсудим, насколько ты хочешь провести этот праздник.

Разворачивается и решительным шагом уходит. А я… Ну что, еще один раунд «переговоров»? Забираю у Маши поднос и иду за ним…

Кондратьев

Мрачно иду по коридору. Стискиваю челюсти, играю желваками.

Взбесила меня девица не на шутку. Папаша ее тюфяк быстро подписал все бумаги, а дочь стоит до последнего.

Слышу за спиной быстрые легкие шаги. Идет за мной, хоть тут не спорит.

Распахиваю дверь кабинета, если его так можно назвать. Небольшое помещение со столом, креслом и шкафом.
Когда-то и я начинал с такой дыры. Рвал когти и шел наверх, напролом, снося лишнее на своем пути, убирая жалость и другие, неуместные в большом бизнесе эмоции.

Девчонка явно с этим незнакома. Кидается защищать официантку, чтобы самой попасть под раздачу.

И эту раздачу она сейчас получит.

Захлопываю дверь и поворачиваю ключ в замке. Девица резко поворачивается. Глаза на пол лица, испуганные. Но продолжает смело смотреть мне в глаза.

- Поставь поднос! – командую.

Она пятится, продолжая держать поднос перед собой.

- Что вы делаете? – испуганно спрашивает.

Мрачно надвигаюсь на нее. Она всё так же отступает, пока не упирается задницей в столешницу. Вздрагивает, судорожно сглатывает. Смотрит в сторону. Думает, как удрать?

Забираю у нее поднос и ставлю на стол за ее классной задницей. Она дергает, хочет удрать, но я ее перехватываю, упираясь ладонями в столешницу по обе стороны от ее бедер.

- Еще раз будешь общаться со мной таким тоном, пожалеешь! – рычу ей приглушенно, рассматривая ее лицо. – Уяснила?

Коротко кивает и испуганно смотрит. Вжимается задницей в стол, чуть на столешницу не залазит, чтобы от меня подальше.

Пахнет от нее, просто пиздец! Даже ведет немного. Нежный цветочный аромат. Хрупкая, нежная… Сама невинности.

В паху каменеет. Хочу ее прямо здесь, на этом столе.

Хотя давно уже не снимаю баб. Не интересно. У меня есть две постоянные любовницы-содержанки, которых я всем обеспечиваю, а они всегда доступны мне, чтобы я их трахнул. В любое время, в любом месте, в любых позах.

Еще есть невеста, которая в курсе, что она не одна у меня, и никогда единственной не будет. И с радостью приняла мои условия.

- Отпустите меня… - дрожащим голосом требует малышка.

Хрупкая, нежная, но всё продолжает сопротивляться.

- Ты знаешь, кто я? – приглушенно рычу.

Стискиваю челюсти, наблюдая за хрупкой девчонкой. Вроде и одета в глухую блузку и юбку до колен, но вставляет. Дико сексуальная.

Даже готов пересмотреть планы по поводу этой забегаловки, если согласится хорошо меня обслужить. Неделя, две, три… Пока не надоест.

- В документах написано Кондратьев. Если это ваша, конечно, фамилия.

- Моя.

Вижу, что ей похер. Мою фамилию знают везде. А она лишь равнодушно смотрит.

И испуганно, конечно. Боится меня, но смело пришла сюда решать судьбу этого дешевого банкета в честь дня рождения какого-то пацана.

- Рестораны «Люкс» знаешь?

- Знаю… - аккуратно кивает.

- Мои.

Она замирает, хлопает ресницами.

Вот и хорошо. Понимание, наконец, приходит.

- Если вы боитесь, что наш ресторанчик может составить вам конкуренцию, то не волнуйтесь. У нас не такие масштабы…

Ухмыляюсь. Такого я еще не слышал.

- Через неделю этой забегаловки не будет. Здесь я открою банкетный зал.

Она поджимает свои соблазнительные губы. Смотрит испугано, но воинственно.

- Я пойду к юристу и…

- И он ничем тебе не поможет, - обрываю этот поток слов.

Она судорожно сглатывает.

- Хочешь получить обратно эту забегаловку? – спрашиваю вкрадчивым голосом.

Она напряженно смотрит на меня и всё так же пытается от меня отодвинуться. Еще немного и залезет задницей на стол.

И мне это нравится. Забавляет. И вставляет.

Напираю сильнее. Вдавливаю ее каменным пахом в столешницу.

Она дергается, возмущенно смотрит.

- Что вы делаете?! Отпустите меня!

- У меня есть более интересное предложение, детка, - хрипло рычу ей на ее маленькое ушко. – Будешь нежной и покладистой, получишь обратно свою забегаловку.

- Нежной и покладистой? – ошарашено спрашивает.

- Да. Ты мне горячий секс, я тебе возвращаю эту дыру.

Она открывает свой соблазнительный ротик. Вставляет нехило.

- За кого вы меня принимаете? – выдыхает.

- Да или нет? – рычу. – Если да, то сейчас же приедет юрист и оформит всё, как надо. Если нет, то прощайся со своим рестораном.

Ксюша

- Предлагаете мне провести с вами ночь в обмен на наш ресторан? – ошарашено спрашиваю.

- Не одну ночь, детка. О сроках договоримся. Горячий секс. С полной отдачей. Такой, чтобы я захотел тебе отдать эту дыру, - опасным, низким голосом говорит он.

А у меня даже руки начинают дрожать.

- Принимаете меня за продажную женщину?! – неверяще переспрашиваю.

Он опасно прищуривается, играет желваками.

- Скажем так, это деловое соглашение.

- О проституции! – не выдерживаю и возмущенно восклицаю.

Чувствую, как паника накрывает. С этим типом невозможно договориться! Это я уже вижу.

- Не нужен ресторан? – рычит он.

А мне уже всё равно, что он говорит. Упираюсь ладонями в его широкие плечи. Пытаюсь оттолкнуть. Но он крупный, сильный мужчина. Стальные мышцы проступают под белоснежной рубашкой.

Что я против него?

- Отпустите! – возмущенно шиплю.

- Да или нет? – рычит он, не отпуская.

Внезапно перемещает свои большие ладони на мою попу и стискивает ягодицы. Я в ужасе дергаюсь. А он касается носом моего виска.

Каким образом я запрыгиваю попой на стол, сама не понимаю. А еще не понимаю, как решаюсь схватить чашку с полуостывшим кофе и плеснуть в наглое лицо этого типа, чтобы хоть как-то остановить его.

Он застывает и ослабляет свой захват. Вижу, как он стискивает челюсти. Как бешено раздуваются ноздри.

Быстро спрыгиваю со столешницы и оббегаю его. Пульс стучит в висках. Боюсь его до ужаса.

Быстро щелкаю замком.

- Стоять! – рявкает этот мрачный тип.

А я нет, не собираюсь оставаться с ним здесь даже на секунду. Лишь сбивчиво тарахчу дрожащим голосом:

- Да, мне нужен этот ресторан! И нет, я не буду с вами спать даже ради него!

Лечу по коридору на выход. Понимаю, что сумка осталась в кабинете. В ней ключи от квартиры и документы.

Телефон должен быть у Маши. Я ей давала его, чтобы она проконсультировала клиентов по меню.

Чуть не врезаюсь в нее. Забираю свой мобильный, сбивчиво прощаюсь.

- Подожди, Ксюш… - бежит за мной Маша. – Ты куда? Сегодня же будет празднование…

Закусываю губу, кое-как беру себя в руки и максимально спокойно, насколько это вообще возможно в данной ситуации, говорю:

- Празднования не будет. Я позвоню Лере, всё объясню…

Если честно, сердце сжимается от этой мысли. Но ничего поделать не могу.

Выбегаю из ресторанчика. Даже не оглядываюсь. Жалко, очень, что всё так ужасно.

Завтра подумаю, что делать дальше. Обращусь к юристу, проконсультируюсь…

Шумно выдыхаю, когда вспоминаю, с кем собираюсь тягаться.

Кондратьев! Собственник сети крутых ресторанов «Люкс»! Это катастрофа!

Против него у меня нет шансов. Это очевидно. А сейчас тем более, после того, как я плеснула ему в лицо кофе…

Но он не оставил мне выбора! Если бы я его не остановила, он бы…

Шумно выдыхаю, стараясь стереть из памяти всё, что было в кабинете.

Только сейчас в голове начинаю всплывать обрывки сплетен. Жесткий, циничный, акула бизнеса… Его все боятся и уважают. Ему нет равных. Он никогда не будет действовать себе в ущерб, если не видит выгоды.

Тем более странно, что он, якобы, согласен вернуть мне ресторанчик…

Вспоминаю его отвратительное предложение и расстроено морщусь. Есть границы, через которые я никогда не смогу переступить. И стараюсь сейчас не думать о людях, которые меня ждут дома, а именно о маме и бабушке. Отец в больнице. С ним я еще поговорю, когда он будет в состоянии.

Пока еду домой, пытаюсь связаться с Лерой, чтобы сообщить про отмену празднования. Она не берет трубку, и я даже подумываю поехать к ней домой, предупредить ее и извиниться.

Внезапно мой мобильный оживает. Маша…

Даже пару секунд медлю, прежде чем принять звонок.

- Да, Маш, что случилось?

- Ксюша, - жалобно говорит она, - может, ты вернешься? Тут полный хаос! Уже первые гости подъезжают, а мы ничего не успеваем!

- Маша, о чем ты? Какие гости?

- Празднование дня рождения…

- В каком смысле? – удивленно выдыхаю. – Его же не будет.

- Как не будет? Будет. Вот мы тут и бегаем в хаосе. Тебя очень сильно не хватает… - жалобно добавляет Маша.

Делаю глубокий вдох, медленный выдох, а потом аккуратно уточняю:

- А Кондратьев? Он там?

- Кондратьев? Это кто? А-а-а, тот мрачный мужик? Он уехал сразу после того, как ты сбежала.

Потом понижает голос до шепота и добавляет:

- Такой пугающий мужик! Еще и командир! Скомандовал, чтобы мы провели этот праздник. И уехал. Только оставил здесь своего помощника… Он что, новый босс, этот Кондратьев?

А у меня голова кругом. Не отменил? Не закрыл ресторан? Разрешил провести празднование? После всего, что я сделала?

Медленно выдыхаю.

- Ты уверена, Маш?

- По поводу того, что мы без тебя тут зашиваемся? Конечно!

- Ладно, сейчас вернусь!

На свой страх и риск… Главное - не столкнуться там с этим пугающим Кондратьевым! Иначе даже не знаю, что он мне сделает за кофе. И за то, что отшила его с его гнусными предложениями…

Ксюша

Праздник удался! Все дети счастливы, именинник в восторге, родители довольны.

У нас не хватает людей, поэтому я работаю на равных со всеми: бегаю с подносами, руковожу на кухне, готовлю. Это мое. Мне это очень нравится. Видимо, ведение бизнеса – это не мое. Иначе мы не были бы в таком плачевном состоянии… Хотя и не сдались, не закрылись, вышли в плюс, это уже достижение!

Принимаю еще одну благодарность от гостей. Даже присутствие хмурого Андрея, которого здесь оставил Кондратьев, уже не напрягает.

Накрывает эйфория, когда ко мне подходят уже третьи родители и берут мои контакты, чтобы тоже заказать такое празднование именно у нас.

Довольно улыбаюсь, даю свой номер телефона и бегу с подносом в сторону кухни. Но резко останавливаюсь, когда натыкаюсь на пугающий взгляд.

Кондратьев собственной персоной…

Приехал всё-таки…

Стоит, как властелин мира. Выделяется здесь, как человек из другой вселенной: богатый, властный, уверенный в себе, человек бизнеса.

Поэтому в уютной обстановке детского праздника выглядит инородно.

Взгляд пугающий, твердый. Смотрит четко на меня.

Я не трусиха, но сейчас глупо начинаю пятиться, а потом резко разворачиваюсь, чтобы сбежать, например, за грязной посудой. Да за чем угодно! Лишь бы не остаться наедине с ним. Лучше в самом эпицентре праздника!

- Стоять! – слышу за спиной низкий опасный рык.

И я останавливаюсь.

- В кабинет! Обсудим нашу дальнейшую работу.

Поворачиваюсь к нему. Натыкаюсь на твердый холодный взгляд.

- Не советую ослушаться! – приглушенно рычит. – Тебе лучше не знать, какой я в гневе.

И у меня руки начинают дрожать, но я выдерживаю его тяжелый взгляд.

Зачем приехал? Сомневаюсь, что так сильно захотел опять побывать в этой «дыре», как он неоднократно сегодня выразился.

Расплата за кофе и за мой отказ?

- Пошли! – командует.

Разворачивается и идет в сторону служебных помещений. А я еще пару секунд стою и принимаю сложное решение: остаться здесь, удрать или набраться храбрости и пойти за ним.

Делаю глубокий вдох, шумный выдох. Ставлю поднос на один из столиков и иду за ним. Ну останусь я здесь, где гарантия, что он не вернется и не утащит меня отсюда на глазах у всех? А от него и этого можно ожидать. Я так думаю…

Иду за ним, смотрю на его широкую спину и решаюсь.

- Хочу сразу сказать… - начинаю сбивчиво. – Я прошу прощения, что… что… вылила на вас кофе… Но в свое оправдание могу сказать, я знала, что он уже полуостывший. Маша слишком долго не решалась вам его отнести…

Что я несу!

Ответ никакой не поступает. Он всё так же мрачной фигурой уверенным шагом идет по коридору, а я еле за ним успеваю.

Высокий, мощный, сильный… Со стальными мышцами, как я это поняла, когда пыталась его оттолкнуть…

Может, не рисковать? Может, развернуться сейчас и сбежать? Просто смириться с тем, что этого ресторанчика скоро уже не будет…

Нет! Не хочу мириться!

Он открывает дверь и пропускает меня внутрь.

Опасливо проскальзываю мимо него, тут же щелкаю включателем и замираю недалеко от выхода. На всякий случай…

Он входит. Гипнотизирует меня мрачным взглядом.

- Для извинений как-то слабо, - вкрадчивым, опасно спокойным голосом говорит он.

Замираю.

- Слабо?

- Слишком много оправданий, детка. Попробуй еще раз.

- Еще раз извиниться?

Он коротко кивает, продолжая меня гипнотизировать немигающим взглядом. Мрачный, но при этом в глазах намек на насмешку. Или мне это кажется. Он скала! Какая может быть насмешка или намек на то, что ситуация его забавляет? Нет, мне однозначно это кажется.

- Ладно, - настороженно киваю. – Прошу прощения, что облила вас кофе. К счастью, он был не горячий…

- Иначе ты на своей красивой заднице уже сидеть бы не могла! - рычит он.

Судорожно сглатываю, испуганно смотрю на него. Слова вылетают быстрее, чем я успеваю их обдумать:

- Вы сами виноваты!

- Я? Виноват? – рычит он низким голосом.

- Да! Вы меня… трогали! Лапали! Я просила отпустить меня! Но вы не отпустили! Вы меня испугали. А когда я боюсь, то я себя не контролирую… Вы… вы просто не оставили мне другого выбора!

Выпаливаю это и в ужасе замираю. Вот это извинилась! Обвинила его во всем!

Хотя он, правда, сам виноват. Но говорить ему это именно сейчас было не обязательно. Мы здесь вдвоем, в небольшом замкнутом пространстве, и я рискую очень сильно…

В опасных синих глазах загорается что-то дьявольское.

Лучше бы я молчала. Или извинилась в записке. Или через того же Андрея, и передала бы какой-нибудь десерт в знак извинения…

Он начинает медленно на меня надвигаться, а я пячусь к двери. Сейчас же сбегу! Я уже научена прошлым опытом, поэтому лучше сбежать, чем еще больше его взбесить.

Вместо двери упираюсь спиной в стену, а попой в выключатель. Свет тут же гаснет, и я испуганно начинаю шарить ладонями по стене в поисках ручки от двери.

А потом вздрагиваю, когда попадаю в капкан из сильных мужских рук, которые упираются в стену по обе стороны от моей головы.

- Интересная стратегия, детка, - мрачно ухмыляется он.

Никаких стратегий! Сплошные импровизации…

Продолжаю шарить рукой в поисках ручки. Или лучше включить свет?

Он ухватывает двумя пальцами мой подбородок и приглушенно рычит:

- Извинения были сомнительны. Свой косяк ты точно не поняла. Поэтому за кофе я накажу тебя. В следующий раз хорошо подумаешь, прежде чем что-то подобное выкинуть.

Внутри всё переворачивается. Пульс стучит в висках, по телу дрожь.

- Накажете? – дрожащим голосом спрашиваю. – Вы не имеете права!

- Знаешь, непослушных детей наказывают, чтобы они стали послушными.

- Непослушных детей? – неверяще переспрашиваю. - Я считаю, что ребенку надо объяснить, что он делает не так, но никак не наказывать! И простить, конечно же, ему всё!

- Я других взглядов, - ухмыляется он.

- И… и я не ребенок!

- Это радует.

Судорожно придумываю, как его вразумить.

- Мне двадцать один. Я взрослый человек! И вы не…

Договорить я не успеваю, потому что твердые губы затыкают все мои слабые попытки договориться.

Жестко, настойчиво и жадно.

Я испуганно дергаюсь в его руках, пытаюсь отвертеться, но большая ладонь фиксирует мой затылок.

Сложно это всё назвать поцелуем. Больше – попытка подчинить меня и наказать. Упираюсь ладонями в широкие плечи, пытаюсь оттолкнуть, но разве эту скалу оттолкнешь?

Сжимаю зубы изо всех сил. Сопротивляюсь, как могу. И пугаюсь не шутку!

Он жадно сминает мои губы. Просто варвар! Меня никто так не целовал, если это вообще можно назвать поцелуем. Настойчивый язык яростно пытается побороть мое сопротивление, но я не сдаюсь, еще сильнее сжимаю зубы.

Какой наглый, бессовестный тип, который считает, что ему всё позволено!

Одной рукой он фиксирует мой затылок, а второй внезапно стискивает мою попу. Дергаюсь, начинаю еще сильнее возиться в его руках, чтобы вырваться. Одновременно с этим, видимо, нажимаю на включатель, и небольшое помещение заливается ярким светом.

Он прерывает свое «наказание». Смотрю на него ошалело, а он на меня - мрачно и хмуро, сводит брови к переносице. Еще и недовольный!

- Завтра на работе – как штык! – рычит он сквозь зубы. - Пошла!

Открываю рот от возмущения.

- Да что вы… что вы себе позволяете?

Замираю под опасным, предупреждающим взглядом.

- Я уверен, ты уяснила, что меня лучше не злить.

О да, уяснила! Хватаюсь за ручку двери и пулей вылетаю из кабинета.

Кондратьев

- Добрый день, босс, - нервно здоровается Борзов, мой помощник, которого я приставил присматривать за забегаловкой.

- Да! – рявкаю.

- Здесь такое дело…

- Какое?

- Девчонка не пришла, в смысле Ксения. Что делать с этим… заведением? У них тут странный режим. То ли кафе, то ли ресторан, то ли не пойми что. Куча посетителей пришли за кофе и круассанами. Продуктов не хватает, тут полный хаос. Ксения всем заведовала, налаживала процессы, занималась закупками, но она не пришла.

Твою мать! Приобрел себе головную боль.

И хотел же еще вчера закрыть. Но не закрыл.

- Пришли мне ее номер, - приглушенно рычу.

- У меня нет…

- Найди! – рявкаю.

Через минуту мне уже прилетает номер девчонки. Набираю и тут же слышу бодрое, мелодичное:

- Алло, слушаю…

- Где ты, мать твою, ходишь?

В трубке повисает молчание.

- Это вы… - выдыхает она.

- Я! – рявкаю. – Почему не на работе?

Слышу шумный вдох, а потом она серьезно начинает:

- После того, что было вчера, я с вами…

- Я так понимаю, ты приняла решение и отказываешься от этой дыры? – вкрадчивым голосом спрашиваю.

Она на секунду замолкает, но потом продолжает:

- Нет, не отказываюсь. Как раз сижу сейчас у юриста! Он…

- Дай угадаю. Он говорит, что всё чисто, и забегаловка твоего отца принадлежит мне!

- Не знаю, как вам удалось провернуть это всё…

- Если хочешь, чтобы она функционировала, дуй на работу! – рычу опасно спокойным голосом.

Опять повисает молчание.

- Вы знаете… Я вернусь лишь при одном условии. Если вы пообещаете, что меня пальцем больше не тронете! – выпаливает он.

- Даже так? – ухмыляюсь.

Такого от телки я еще не слышал.

- Если в течение часа не придешь, то до конца дня от этой дыры ничего не останется! – рычу.

- Вы… вы не посмеете!

- Я? – вкрадчивым тоном спрашиваю. – Я посмею. Можешь не сомневаться.

- Ненавижу! – шепчет еле слышно и отключается.

А я сижу в ахере.

Такого я тоже еще не слышал ни от одной бабы.

Стискиваю челюсти, играю желваками.

Горячая, взрывная малышка… Трепыхается, как мошка, которую я в секунду могу прихлопнуть.

И она это знает. Уверен, что не дура. Но продолжает сопротивляться…

Если честно, вчера она меня удивила, когда послала нахер мое предложение о возврате ей той дыры за горячий секс.

- Артем, дорогой… - мурлычет Марго, моя любовница, покрывая влажными поцелуями мой пресс и стягивая с меня простыню. – Так что, мне можно ту сумочку?

Мрачно смотрю на любовницу. Красивая, горячая и хорошо умеет вести товарно-денежные отношения. Всё просто: я ей деньги, она мне – горячий секс.

Откидываю голову на подушку и приглушенно рычу:

- Будет тебе сумка.

- Вау! Спасибо!

Через час погружаюсь в дела. Еду в свой ресторан на переговоры с бизнес-партнерами.

После – звоню Борзову.

- Девица на месте? – мрачно спрашиваю.

- Да, бегает, обслуживает посетителей.

- Хорошо, - ухмыляюсь.

- Не сама пришла. Мента притащила и еще какого-то хлюпика. С ментом я всё разрулил. Хлюпик сидит уже два часа.

Командую водителю, чтобы вез меня в эту дыру.

Что задумала, девочка? Всё не успокаивается, и этим цепляет меня.

У меня цель одна – трахнуть ее. А потом решим, что делать с этой забегаловкой. Либо ей верну, если хорошо будет меня «радовать». Либо закрою и открою там банкетный зал.

Мрачно вхожу в это подобие ресторана. Первым делом взгляд натыкается на стройную, гибкую фигурку, которая бежит с подносом к одному из столиков.

Красивая девочка…

Длинные светлые волосы собраны в высокий хвост, на лице лучезарная улыбка.

Изящная, нежная, хрупкая…

И такая заноза в заднице!

А еще дико сексуальная! Настолько, что от ее вида в области ширинки становится тесно.

Стискиваю челюсти. Пока не трахну, не успокоюсь.

И я трахну. В самое ближайшее время.

У всех есть цена. У нее тоже.

У кого-то - брендовая сумка и брюлики, у кого-то - бабки и путешествия, а у кого-то…

Сверлю ее хищным взглядом.

Узнаю обязательно, какая ее цена!

Веду взглядом по залу. Не идет ни в какое сравнение с моими ресторанами с дорогой, стильной обстановкой. Но что-то здесь есть. Напоминает бурную молодость, когда я сам начинал с чего-то похожего.

Опять фиксирую взгляд на девчонке. Она улыбается очередному клиенту, а потом разворачивается, чтобы бежать на кухню и замирает.

О да! Видит меня.

Улыбка тут же исчезает. Взгляд хмурый.

Реакция охуенная. Ни одна баба на меня так не реагирует!

Кинуться мне радостно на шею? Да. Начать облизывать меня взглядом? Да. Всеми силами проситься мне на член? Да.

Но такой реакции? Нет, не видел.

И это вставляет.

Тем более от той, которая от меня зависит. Но изо всех сил пытается сопротивляться.

Мрачно иду к ней, сверлю немигающим взглядом.

А она стойко выдерживает этот взгляд. Хоть и вижу в глазах испуг.

Красотка! Даже уважение вызывает.

- Ко мне в кабинет! – кидаю ей, гипнотизируя ее с легким прищуром.

Поговорю с ней по-другому. Пора искать точки соприкосновения и ее цену, конечно.

Он поджимает соблазнительные губки и кивает на столик возле окна:

- Только… в присутствии моего юриста! – гордо сообщает.

Перевожу взгляд на щуплого очкарика.

- Твой юрист? – усмехаюсь.

- Да…

- Нет, детка, с глазу на глаз! У меня есть для тебя предложение, от которого ты не сможешь отказаться.

Ксюша

С глазу на глаз? Не хочу! Вчера два раза поняла, что с этим наглым, опасным типом нельзя оставаться наедине.

- Нет, я только с Юрой! – упрямо повторяю.

- Юра подождет! – твердо рычит он.

- Возле… возле двери! Если я закричу, то…

Опасные синие глаза темнеют, челюсти плотно сжимаются.

- Принимаешь меня за маньяка? – опасно рычит.

Молчу, выдерживаю его взгляд. А он едва заметно усмехается.

- Идем! – командует мне.

Разворачивается и уверенным шагом идет в сторону служебных помещений. А я быстро подбегаю к Юре, вкратце объясняю ситуацию и прошу пойти со мной и подождать возле двери.

Да, я боюсь этого Кондратьева. Стыдно признавать, но боюсь.

Но и так просто сдаваться не собираюсь. Какой-то выход должен быть! Не хочу верить, что я навсегда лишилась этого ресторанчика.

Вхожу в кабинет, прикрываю за собой дверь. Кондратьев сидит в кресле, расслабленно откинувшись на спинку, и гипнотизируется меня серьезным взглядом.

- Садись, - командует.

А я не тороплюсь отходить от двери. Научена опытом.

- Я постою…

Он прищуривается, едва заметно усмехается.

- Упрямая. Мне это нравится.

А я не хочу ему нравиться!

- Своего цербера приставила к двери? – усмехается он, продолжая меня рассматривать.

Вроде обычный взгляд, но Кондратьев не умеет смотреть обычно. Кажется, дай я хоть каплю своего согласия, он уже бы сорвал с меня одежду.

- Вы про моего юриста?

- Да, про твою акулу юриспруденции, - кивает он, ухмыляясь.

- Да, Юрий… кхм… Александрович стоит возле двери и в любой момент…

Обрываю себя на полуслове. Что сделает? Ворвется в кабинет и даст отпор Кондратьеву?

Шумно выдыхаю, понимая, насколько это маловероятно.

- И в любой момент вызовет ОМОН? – продолжает ухмыляться Кондратьев.

Видно, что мой юрист больше рассмешил его, чем напугал.

- От какой фирмы твой юрист? – задает он следующий свой «неудобный» вопрос.

Во взгляде насмешливые искры. Или мне это кажется?

- Мой юрист…

Он ведь еще студент… Признаваться в этом я не собираюсь, поэтому сразу перевожу тему:

- Так о чем вы хотели со мной поговорить?

Кондратьев едва заметно усмехается, не сводя с меня цепкого взгляда.

Кажется, видит меня насквозь.

- Мне нужен сюда управляющий, - спокойно кидает он.

Взгляд становится серьезным и деловым.

- У тебя будет испытательный срок, - продолжает он.

- Вы… - удивленно замираю. – Вы не закрываете ресторан?

- Решил дать этой забегаловке пару недель. Если совсем безнадежно, закрою.

Удивленно смотрю на него. Хочет дать шанс моему ресторанчику?

Но почему?!

- Он не безнадежный. Здесь много перспектив, просто… просто из-за нехватки денег не всё получается.

- Будешь работать на меня. В зарплате не обижу. Своим людям я плачу хорошо.

Молчу, не знаю, что и сказать. Ожидала услышать всё, что угодно, но не это.

- Хотите, чтобы я здесь работала управляющей?

- А ты разве не этим здесь занималась?

- Этим. Ну и многим другим…

Если честно, из-за нехватки денег на зарплату персоналу, я здесь занималась всем: помогала официантам, поварам, занималась закупками и многим-многим другим.

Продолжаю настороженно смотреть на этого пугающего мужчину. Я таких не встречала, поэтому совсем не знаю, чего от него ожидать, и как себя с ним вести.

По небольшому опыту нашего общения понимаю, что ожидать от него можно всего, чего только угодно.

Главное – находиться от него подальше и желательно возле двери, чтобы быстро удрать.

Кондратьев продолжает меня рассматривать сканирующим взглядом. Как будто что-то хочет понять.

А я кручу в голове все мысли, стараясь быстрее осознать, что есть шанс спасти ресторанчик. Как минимум – оставить его в таком виде и с такой концепцией. И… остаться здесь самой…

Вздрагиваю, когда в дверь стучат.

- Да! – рявкает Кондратьев.

Дверь открывается, и я вижу Юру. Он хмурится, серьезно смотрит на меня. Откашливается и спрашивает:

- Ксения, у тебя всё в порядке?

- Да… Да, всё хорошо… - поспешно отвечаю.

- Я, если что здесь, за дверью.

- Да, спасибо, Юр… Юрий Александрович…

Дверь тут же закрывается. Юра молодец…

Поворачиваюсь к Кондратьеву и встречаюсь с насмешливым взглядом.

- Виду, твой телохранитель не успокаивается…

- Вы знаете, вы не оставили мне выбора, когда вчера… - осекаюсь, не договаривая.

Не хочу вспоминать то, что было вчера. И этому мужчине тоже не хочу напоминать об этом.

Он откидывается на спинку и гипнотизирует меня с легким прищуром. Не по себе от его взгляда, даже пугливые мурашки по спине.

- Если хорошо будешь себя вести, то не повторится, - кидает ровным голосом.

Замираю.

- Хорошо вести? Я всегда веду себя хорошо!

Прикусываю язык. Не самое лучшее время спорить.

В опасных синих глазах разгорается какой-то дьявольский огонь.

- Кофе в лицо своему боссу – не самое лучшее поведение, - вкрадчиво говорит он.

- Вы мне не босс.

- Уже босс! Или хочешь отказаться и передать свое сокровище тому, кто здесь всё поменяет до неузнаваемости?

- Нет, не хочу.

- Тогда подписывай, - командует он.

Толкает ко мне какие-то бумаги. А у меня в голове хаос из мыслей.

Такое чувство, что если подпишу эти бумаги, то заключу сделку с дьяволом…

Он задумчиво трет щетину и гипнотизирует меня цепким взглядом.

Медленно подхожу к столу, дрожащими руками беру договор.

- Мой юрист его изучит, - на всякий случай говорю я.

- Ну валяй, - ухмыляется Кондратьев.

А я пробегаю взглядом первую страницу и удивленно замираю.

За что такие большие деньги?

Ксюша

Поднимаю глаза на Кондратьева. Он рассматривает меня с легким прищуром. Будто хищник, который в любой момент может наброситься на свою добычу.

И мне это не нравится от слова «совсем».

- Это огромная сумма, - начинаю я.

- И?

- За что такие деньги? – с подозрением спрашиваю.

- Хочешь меньше? – приподнимает он бровь.

- Если вы думаете, что я… я за эти деньги буду… - пытаюсь подобрать правильные слова.

- Работать! – холодно припечатывает он. – Будешь пахать на меня, детка. Хочу увидеть то, что ты так красочно обещаешь. Список твоих обязанностей четко прописан.

Он кивает на бумаги в моих руках. А я закусываю губу и пробегаюсь по пунктам.

Здесь ничего критичного. В общем, всё то, что я и так делала…

Поднимаю взгляд. Натыкаюсь на твердый и холодный. По спине пробегают пугливые мурашки. Трусливо хочется отступить поближе к двери. Но я беру себя в руки.

- Не нравится сумма, поставлю другого человека, - вкрадчивым низким голосом говорит он.

Сумма нравится. Как раз хватит на ежемесячный платеж по кредиту, на лечение отца, лекарства бабушке, ну и на жизнь. Мама последний год то и делает, что крутится, как белка в колесе, ухаживая за практически лежачей бабушкой и папой, который тяжело отходил после прошлого инфаркта.

- Твой ответ! Я сейчас уезжаю, поэтому будь добра: да или нет.

- Я Юре покажу… В смысле, Юрию Александровичу…

Кондратьев благосклонно кивает, и я тут же впускаю Юру, прошу посмотреть договор.

Знаю-знаю, он не практикующий юрист, да и еще учится, но явный подвох должен же заметить.

Юра сосредоточенно читает каждый пункт, хмурится. Кондратьев командует мне принести приличный кофе.

- К кофе что-то надо? Десерты? У нас есть…

- Нет. Пока кухня не будет приведена в порядок, я здесь есть не буду.

Замираю и смотрю на него в возмущении.

Молчать, Ксюша! Лучше молчать!

Но не выдерживаю и спрашиваю:

- Боитесь отравиться?

- Скажем так, малыш, не хочу обнаружить в своей тарелке таракана или продукты, похороны которых прошли несколько месяцев назад.

- Вы на кухне даже не были! – возмущенно выпаливаю.

У меня так идеальная чистота! И продукты всегда свежие и хорошего качества, четкие маркировки! А он…

- Не волнуйся. За твою кухню я возьмусь! - предупреждающе рычит он. – И приведу ее в порядок!

Даже рот открываю от возмущения. И хочется сказать много чего!

Он едва заметно прищуривается, сверлит меня опасным взглядом.

Но я вовремя беру себя в руки, ну и конечно вспоминаю, что бывает, если его разозлить.

Поджимаю губы, молчу, гордо вздергиваю подбородок.

Он явно думает, что у нас здесь какой-то… клоповник, где в каждом блюде по таракану. Только в его идеальном «Люксе» всё идеально!

- Что-то хочешь сказать? – спрашивает он опасно спокойным тоном.

Смотрит на меня с легким прищуром, в глазах мрачное предупреждение.

- Ничего.

Разворачиваюсь и ухожу. Пусть и не есть у нас ничего! Клиентам больше достанется!

Быстро бегу по коридору. Не хочу оставлять Юру с Кондратьевым вдвоем. Боюсь, что когда вернусь, Юры и след простынет. Мало ли, как его припугнет Кондратьев.

Но к счастью, когда возвращаюсь, Юра на месте, еще более хмуро вычитывает каждый пункт.

Ставлю кофе перед боссом. Да, я уже почти решилась.

Это хороший шанс выгадать время, чтобы найти способ вернуть ресторанчик.

- Ну надо же, удивлен, - говорит Кондратьев. - Кофе можно пить.

- Я всегда слежу за качеством продуктов, в том числе и кофе заказываю хороший! – хмуро отвечаю, вздергиваю подбородок.

Ловлю его взгляд. Насмешливо смотрит. Видно, что его всё здесь забавляет.

Скользит по моему лицу. Взгляд темнеет, насмешка уходит.

Принимает равнодушный вид и переводит взгляд на Юру.

- Ну что, Юрий, зачитал договор до дыр?

Юра хмуро смотрит на него, откладывает бумаги. Менее серьезным не выглядит.

- Ради Ксении я готов зачитать и до дыр, - говорит он.

Кондратьев едва заметно усмехается уголком губ.

Решаю вмешаться:

- Ну что? – спрашиваю Юру.

- Ксюша… Ксения, - поправляет он себя, - мы можем наедине поговорить?

- Нет. Здесь! – властно командует Кондратьев.

Опять гипнотизирует меня хищным взглядом.

- Какие-то подводные камни? – начинаю я спрашивать у Юры.

- Нет. Но я не советую тебе это подписывать.

- Почему?

Опять ловлю взгляд Кондратьева. Ему реально смешно. Даже этому непробиваемому типу смешно.

- Юрий Александрович, вас напрягли какие-то пункты? – аккуратно спрашиваю.

- Нет, в договоре всё чисто… - мнется он.

- Тогда что? – продолжаю я выпытывать.

Юра косится на Кондратьева.

Всё ясно. Если ему не нравится Кондратьев, то это не значит, что мне надо бросить всё, сдаться и распрощаться с ресторанчиком.

- Подписывай, Ксения! – командует Кондратьев. – Или заведовать этой забегаловкой поставлю Андрея.

- Того, который сейчас сидит у нас в зале и распугивает своими мрачным видом всех посетителей? – удивленно выдыхаю.

- Того самого, - мрачно подтверждает он.

- Ладно.

Пора с этим покончить! Хватаю ручку и быстро расписываюсь. Только после того, как ставлю свои подписи, до меня доходит.

- Почему договор на месяц? Вы ведь сказали, что даете ресторанчику две недели испытательного срока!

- Будешь работать на меня, даже если я закрою эту дыру, - вкрадчивым голосом сообщает Кондратьев.

- Юрий, ты свободен! – командует мой «босс».

Юра мнется, кидает на меня взгляд. Я коротко киваю, но прошу, чтобы он подождал меня возле кабинета.

Только за Юрой закрывается дверь, Кондратьев встает, забирает со стола мобильный, ключи, кидает на стол несколько купюр.

- За кофе.

А потом как бы между прочим кидает властным тоном:

- Вечером заберу тебя на ужин.

Замираю, хмурюсь.

- Ужин? Это не входит в мои обязанности!

Он огибает стол и останавливается возле меня. Чувствую себя маленькой и хрупкой на фоне этого пугающего мужчины.

- Входит. Почитай внимательно, - медленно сообщает он низким голосом.

- Там нет ни одного пункта об ужине! – упрямо стою на своем.

- Изучать конкурентов, находить их слабые места… Припоминаешь?

- Вы хотите, чтобы я на ужине оценила конкурентов? Так я это могу сделать сама, и не на ужине, а, например, на обеде…

- Не конкурентов, - вкрадчиво говорит он. – Отвезу тебя в «Люкс». Посмотришь, как работают лучшие рестораны.

Ксюша

- Не понял! – чеканит Кондратьев, когда я вхожу в вип-комнату его ресторана «Люкс».

К слову вхожу не одна, а с… Машей.

Он сверлит взглядом Машу, потом меня.

Маша сразу тушуется, заметно пугается.

А Кондратьев… Ну поистине властелин этого мира! В обстановке этого шикарного, дорогого ресторана он выглядит идеально. Видно, кто хозяин этих лучших в Москве заведений.

Это в моем маленьком ресторанчике он, как человек из другого мира. А здесь – нет.

Он расслабленно откинулся на спинку кожаного дивана и сверлит меня пугающим взглядом. В нем – ничего хорошего не вижу. Мое появление с Машей ему явно не понравилось…

- Артем Валерьевич, - насколько могу, бодро говорю. – Вы сами сказали, что официантам тоже надо учиться… Это отличный шанс получить нам с Машей от вас… кхм… мастер-класс!

Выдыхаю это и замираю. Знаю, что рискованно было брать ее с собой. Но наедине с ним я не собираюсь оставаться…

Смотрю ему в глаза, взгляд не отвожу. Он рассматривает меня с хищным прищуром. В глазах – какой-то дьявольский огонь.

- Хорошо, - вкрадчиво чеканит он. – Садитесь.

Маша заметно нервничает. Если честно, дай ей хоть намек, то она тут же удерет отсюда.

Кондратьева она боится, как огня.

Я, если честно, тоже боюсь. Но беру себя в руки и стараюсь ему не показывать это. Интуитивно знаю, что «сожрет», если покажу свою слабость.

В вип-комнату сразу входит официантка. Приветливо улыбается, кидает на Кондратьева обожающие взгляды. Он, напротив, мрачный и серьезный, не замечает их. Делает заказ, командует мне, чтобы я тоже делала. Прошу только сок.

Но ему плевать, заказывает за меня.

Официантка хочет уже уходить, но он ее отстанавливает.

- Забери с собой Марию, - мрачно кивает на Машу Кондратьев. – Покажи ей, как надо работать. А потом дай денег на такси и отправь домой.

- Но… - начинаю я и осекаюсь под опасным, предупреждающим взглядом.

Фокус не удался… План с треском провалился.

Маша тут же вскакивает и несется за девушкой-официанткой. Буквально через секунду мы с Кондратьевым остаемся одни.

И вот теперь я начинаю нервничать. Руки дрожат, и я их прячу под стол.

На мне легкий белый сарафан, и я очень жалею, что утром не надела что-то более  закрытое. Например, джинсы и глухую водолазку. В жару-то…

- Неужели ты думала, что я сам буду давать мастер-класс твоей официантке? – с усмешкой спрашивает Кондратьев.

Молчу. Ну что тут скажешь? Понятно, что не он. Но и то, что он так быстро избавится от Маши, не ожидала.

- Тебе да, дам, - вкрадчивым низким голосом с хрипотцой говорит он, гипнотизируя меня хищным взглядом.

Этот взгляд… Совсем мне не нравится. Но я его игнорирую.

- Я… я, кстати, не голодная… Поэтому не против тоже приступить к делу… - сбивчиво тарахчу я. – Может… мне на кухню пройти? Я очень хочу посмотреть, как у вас всё происходит…

Если честно, я с обеда ничего не ела. До последнего бегала, обслуживала столики, разбиралась на кухне, общалась с клиентами, поставщиками.

Но при Кондратьеве кусок в горло не полезет. Да и ужинать с ним я не хочу.

- Успеешь, - спокойно кивает он. – Завтра днем тебя примет менеджер и всё тебе тут покажет.

Замираю под его хищным взглядом. Если честно, достаточно откровенно меня рассматривает. Скользит по лицу, задерживается на губах, проходится по моим открытым плечам, рассматривает грудь сквозь тонкую ткань сарафана… А у меня щеки начинают гореть от этого открытого, откровенного взгляда.

Он движется ниже, доходит до бедер, прикрытых сарафаном до колен.

- То есть вы сегодня и не собирались показывать работу вашего ресторана? – спрашиваю дрожащим голосом.

Стараюсь быть собранной и серьезной, но это слабо получается.

Строго смотрю на него. А он едва заметно усмехается.

- Сегодня у нас ужин. Я тебя об этом предупреждал, - опасно спокойным голосом говорит он.

- Деловой, - уточняю я. - Может… может перейдем к делу?

Он продолжает меня рассматривать серьезным взглядом, едва заметно усмехается.

- А может, малыш, ты будешь, наконец, покладистой и нежной?

Замираю. Хмурюсь.

- Что это значит?

- Давай начистоту. Сейчас мы поужинаем и поедем ко мне. Если будешь нежной и послушной, то мы с тобой сработаемся. Сможешь убедить меня, что в ту дыру стоит вложить деньги, я вложу. Но тебе надо будет хорошо постараться, потому что в перспективы той забегаловки я не верю.

Замираю в шоке.

- То есть, - говорю дрожащим голосом, - вы согласны вложить деньги в ваш же ресторан лишь в том случае, если я соглашусь с вами переспать?

Если честно, в голове не укладывается.

- Правильно мыслишь, малыш, - одобрительно кивает он.

Ну и козел!

- Эта забегаловка пока в подвешенном состоянии, – продолжает он. – Очень сомневаюсь, что за две недели хоть что-то поменяет мое мнение. Поэтому у тебя только один путь сохранить ту забегаловку, и иметь при этом всё, что захочешь. Это секс.

Держусь изо всех сил, чтобы не схватить стакан с водой, который стоит на столе, и не плеснуть в наглую, пусть и красивую, морду этого типа!

А он всё не успокаивается!

- Тебе крупно повезло, что я тебя хочу. Поэтому прекращай ломаться, и давай поговорим, как деловые люди. Называй свою цену. Что хочешь? Новое оборудование, хорошую рекламную поддержку, пиар, толпы клиентов? Украшения, путешествия? Красивую жизнь? Может, отца подлатать хочешь? Он ведь в больнице сейчас, так? Продул всё и слег.

Смотрю на него круглыми глазами. Семимильными шагами спускаюсь с небес на землю. Я ведь на секунду подумала, что ему по каким-то причинам понравилось мой ресторанчик. Что он реально хочет дать ему шанс!

- Назвать свою цену? – переспрашиваю дрожащим голосом.

- Да.

Серьезный, мрачный. Такое чувство, что он реально решил заключить сделку.

- Я не продаюсь! Уже говорила вам, - твердо говорю я.

Думаю, ужин окончен.

- Все продаются, детка, - усмехается он. – Кто-то за копейки, кто-то – за нормальные бабки. А кто-то вообще дешево – за обещания любви до гроба. Я же тебе предлагаю прямо сказать, что тебе надо. И ты это получишь. Я ведь тебя трахну. Это без вариантов. И поверь, тебе понравится. Будешь просить еще и еще. Только давай уберем дешевые ломания, а сразу перейдем к сути.

Кондратьев

Сверлю ее немигающим взглядом. Жду, пока до нее дойдет весь расклад.

В то, что от ее забегаловки будет толк, я не верю. А у меня опыт огромный.

Если, конечно, я денег туда не волью. И то, вложения сомнительные. Есть более выгодные точки, куда стоит вложиться.

И если эта девица хочет сохранить ту дыру, еще и получить финансирование, то ей надо очень хорошо постараться.

Она поджимает губы, метает молнии своими красивыми серыми глазами.

Уж никогда не залипал на глаза телок, но у этой реально охуенные глаза!

В ней всё охуенное. Это единственная причина, почему ее забегаловка еще работает.

Она медленно встает. А я не свожу с нее хищного взгляда.

Ну давай, детка, не томи. Этой ночью я тебя затрахаю до изнеможения.

- Значит, - говорит она дрожащим голосом, - я продамся, по вашим меркам, дешево.

Мрачно свожу брови к переносице. О чем речь?

А она упрямо вздергивает свой маленький подбородок и добавляет:

- За любовь! Но, конечно, не вам!

- О любви речи и нет! – опасно спокойно рычу.

- О да! – невесело усмехается она. – Даже если бы была, вам бы я даже за нее не продалась!

И эта заноза просто разворачивается и несется к дверям. Хрупкая, красивая и такая, блядь, упрямая!

Ни одну бабу такую не встречал. Мужчины на переговорах далеко не всегда бывают такими упрямыми и несговорчивыми.

А здесь телка!

Сверлю хрупкую фигурку. Изящная, гибкая… Длинные светлые волосы почти до задницы. И их бы намотать на кулак и подчинить ее себе! И я бы это сделал сегодня же!

Уверен, нам будет охуенно. Но она, блядь, упрямая, как сто чертей!

Готова прозябать в бедности до старости? Гребаной любовью сыта не будет. С такой внешностью, как у нее, ей стоит найти богатого покровителя, и жить на полную катушку.

А она…

Стискиваю челюсти и рявкаю:

- Стоять! Я тебя никуда не отпускал!

И она останавливается. Берется за ручку и на секунду оборачивается. Выражение лица – просто пиздец! Упрямая заноза! Таких я точно не встречал.

Сверлю ее мрачным взглядом. А эта зараза выпаливает:

- Мой ответ – нет! На все ваши гнусные, отвратительные, мерзкие предложения!

И пулей вылетает из вип-комнаты, хлопает дверью.

Твою мать!

У меня от нее стояк железный! Завела не на шутку и удрала!

Вскипаю. Даже подумываю приказать охране ее остановить и вернуть в вип-комнату, но вместо этого набираю номер любовницы. Спущу с ней пар. А девчонка… Завтра получит по своей заднице.

Будет знать, как со мной можно разговаривать, а как нельзя!

***

Ксюша

Юра вызвался сегодня опять побыть в ресторанчике, присмотреть за мной. Хотя, что он может против Кондратьева? Надо смотреть правде в глаза. Ничего!

Но я ему благодарна за его помощь. Всё-таки он не обязан, но помогает.

Наливаю кофе, несу ему вместе с эклерами.

- Всё-таки, Ксюш, - серьезно говорит он, - лучше ты бы пошла работать в пирожковую, в которую тебя звали. Там безопаснее.

- Юр, а тут, что, опасно?

Конечно, он не в курсе отвратительных предложений Кондратьева! И всё равно считает, что мне здесь лучше не работать.

- Этот Кондратьев смотрит на тебя… - он запинается, подбирая слова.

- Да, и ты смотришь на меня, - беспечно улыбаюсь. – Мне что, с тобой не общаться?

- Я на тебя так не смотрю.

Пропускаю его фразу мимо ушей. Даже не буду спрашивать, как смотрит на меня Кондратьев. Сама прекрасно знаю.

- Юр, ты лучше скажи, есть ли хоть какой-то шанс вернуть ресторан? – говорю тише, чтобы помощник Кондратьева не услышал.

- Только судиться с ним. Но толку от этого будет мало. Нужен хороший адвокат, и то шансы невелики.

Киваю и ухожу обслуживать еще клиентов. Каждый раз, как кто-то входит в ресторанчик, сердце испуганно подпрыгивает.

Но всё спокойно. Полдня прошло. Кондратьева нет. А я всё не могу унять дрожь. Даже трусливо думала не выходить сегодня на работу, но взяла себя в руки.

У меня договор. В нем – только профессиональные обязанности! И если он хочет, чтобы его кто-то ублажал, то пусть найдет более сговорчивую даму!

Домой я вчера добралась достаточно спокойно. Машу я забрала с собой. Мы заказали такси на двоих и уехали. Благо, мы живем в соседних домах.

Убегаю на кухню, а когда возвращаюсь в зал, то начинаю радостно улыбаться.

Лизка! Мы вместе учились в универе, пока я не взяла академ. отпуск.

А сегодня она мне позвонила и сказала, что хочет на свою свадьбу заказать у меня свадебный торт!

Свадьба! Когда успела-то?

Подбегаю к ней, здороваюсь, она начинает представлять мне своего мужа – высокого брюнета, чем-то напоминающего Кондратьева. А я уже ничего не слышу, потому что с ними находится и сам Кондратьев!

Пульс стучит в висках. Он прожигает меня тяжелым, мрачным взглядом. Я смотрю на него испуганно, хотя честно хочу выглядеть уверенной, но это совсем не получается.

Не забыл, что было вчера. Это очевидно.

И спускать мне с рук это не собирается. Тоже вижу по его взгляду.

Мысленно готовлюсь к отстаиванию своих границ.

- Здравствуйте, Артем Валерьевич, - здороваюсь максимально сухо.

- Добрый день, Ксения Анатольевна, - приглушенно рычит он. – Будьте добры, десерты в кабинет!

Удивленно замираю.

- Десерты? Вам? – хмурюсь. - Вы ведь говорили, что есть здесь никогда не будете.

- Говорят, Ксения Анатольевна, что у вас тут самые вкусные десерты в мире, - приглушенно рычит Кондратьев. – Несите!

А у меня даже дар речи пропадает. Неужели Лиза? И да, это точно она!

- И не только десерты! Здесь всё очень вкусно! – с улыбкой добавляет моя подруга.

Просто светится от счастья рядом с красивым мужчиной в дорогом костюме.

Макаров Дмитрий… Насколько я успела услышать…

- Даже так? – говорит Кондратьев на комментарий Лизы, продолжая сверлить меня хищным взглядом.

Лиза в этот момент начинает хмуриться, но всё же добавляет:

- Ксюш, я хочу у тебя сделать очень большой заказ: свадебный торт и дополнительно десерты. Будет двести гостей…

- Больше, - кидает ее муж.

А у меня пульс стучит в висках и от радости за такой огромный заказ, и от опасного взгляда Кондратьева.

- Я жду, Ксения! – рычит он.

Беру себя в руки. Вздергиваю подбородок, смело смотрю ему в глаза.

- Кофе тоже, Артем Валерьевич?

- Тоже! - чеканит он, едва заметно усмехаясь.

- Хорошо.

Разворачиваюсь и убегаю. Прямо чувствую между лопаток его прожигающий взгляд.

Не пойду к нему!

Быстро делаю кофе, ставлю на поднос несколько десертов.

Внутри, если честно, эйфория, которую не может перебить даже Кондратьев.

Таких огромных заказов у меня никогда не было!

Самые лучшие десерты в мире…

Это Лиза, конечно, преувеличила, но я просто порхаю от счастья.

Быстро беру поднос и вручаю его Маше. Вместо себя отправляю ее. Маше Кондратьев точно ничего не сделает. Это я точно знаю.

Через минуту Маша возвращается обратно с тем же подносом. Испуганный взгляд, руки дрожат.

- Ксюш, он требует тебя! Если честно, злой, как… - приглушает голос до шепота и добавляет, - злой, как собака.
[*] Историю любви Лизы и Дмитрия Макарова вы можете прочитать .

Ксюша

- За дверью Юра, - сообщаю максимально серьезно, когда вхожу в кабинет. – Точнее… Юрий Александрович.

- Трахаешься с ним?

От этого вопроса просто дар речи пропадает, и я начинаю возмущенно заикаться:

- Что?! Да вы… вы… Как вы вообще могли… Нет конечно! Мы друзья!

- Хорошо, - одобрительно кивает.

Взгляд серьезный и тяжелый. Не знаю, что от него ожидать. После кофе, который я тогда плеснула ему в лицо, ожидать уже могу всё, что угодно.

- У тебя есть кто-то? – приподнимает он бровь. – Парень, муж? Просто друг на пару ночей?

От его вопросов я даже не дышу. Потом только шумно выдыхаю.

- Моя личная жизнь вас не касается.

- Чего ж ты такая упрямая? – спрашивает он с опасным прищуром.

- Предпочитаю не смешивать работу и личную жизнь.

- То есть мне тебя уволить, чтобы ты стала более сговорчивой? – приподнимает он бровь.

- Если вы пытаетесь опять вернуться к вашим… кхм… отвратительным предложениям, то хоть десять раз увольте, я всё равно ни на что не соглашусь!

Кондратьев сверлит меня с хищным прищуром.

А я на всякий случай напоминаю:

- За дверью Юра… Юрий Александрович. Если вы меня хоть пальцем…

- То он вызовет ОМОН, - мрачно заканчивает за меня Кондратьев, с напускной расслабленностью откидываясь на спинку кресла. – Ты это уже говорила.

Задумчиво трет щетину, сверлит меня немигающим взглядом, а потом кивает на стол:

- Ставь свои десерты.

Я делаю несколько шагов и переставляю с подноса на стол кофе и десерты. Руки дрожат. Уверена, Кондратьев это видит.

Быстро отхожу. А он продолжает меня рассматривать хищным взглядом.

- Увела у «Люкса» жирный заказ, - с едва заметно усмешкой говорит он.

- Я не уводила. Лиза сама захотела у нас сделать заказ.

Внутри при этом воспоминании растекается радость. Такой заказ! Это просто мечта!

Жаль, конечно, что он поступил при Кондратьеве.

- Дружишь с женой Макарова? – продолжает он.

- Вы про Лизу?

- Да.

- Учились вместе, пока я… пока я не взяла академ. отпуск.

- Почему взяла? Залетела?

Почему сразу залетела?

- Взяла из-за ресторана. Отец в больницу тогда попал с первым инфарктом… - говорю это и осекаюсь.

С какой стати я решила ему хоть что-то рассказывать? С таким типом всё, что будет сказано, может быть использовано против меня. Наверно…

Он мрачно рассматривает меня.

- До того, как слег, дела здесь шли лучше?

Молчу. Не уверена, что стоит хоть что-то рассказывать. Но и злить его не хочу.

- Он… Ресторан открывала я сама. Он вложил деньги в оборудование, мебель, ремонт, а потом слег.

- Хочешь сказать, что сама тянешь это всё с открытия?

Коротко киваю. Упрямо вздергиваю подбородок, выдерживаю его тяжелый взгляд.

Знаю, что он думает. Эту «дыру» уже давно пора было закрыть или еще что-то в таком роде.

Но я другого мнения! Я уверена, что и на улице моего ресторанчика будет праздник! Уже, правда, не моего…

Он отпивает кофе. Опять рассматривает меня задумчивым, мрачным взглядом.

- У тебя кофе не хуже, чем в «Люксе».

А у меня внутри всё радостно подпрыгивает от неожиданной похвалы. Ого!

Заставляю себя не реагировать. Но это… приятно! Сам Кондратьев, пусть и наглый тип с ужасными предложениями, но одобрил мой кофе!

Он пробует Тирамису, чизкейк, штрудель…

Выражение лица нечитаемое. Но почему-то еще более мрачное. Сверлит меня задумчивым взглядом. Допивает кофе, берет мобильный, ключи и встает.

- Где научилась готовить?

- На курсах…

- На каких?

- На разных. В интернете.

Он прищуривает свои опасные синие глаза. Останавливается возле меня. Сверлит мрачным взглядом.

- Шутишь? – приглушенно рычит.

- Нет… - шепчу.

- На курсах в интернете?

Коротко киваю. Руки дрожат, и я прячу их за спину. А он продолжает меня рассматривать нечитаемым серьезным взглядом.

Ну не буду же я ему рассказывать, что готовлю чуть бы не с пеленок. Это, конечно, преувеличение. Но на кухне я на самом деле горю и творю! И увлекаюсь этим с детства. Вот только учиться меня отправили на экономиста. А я параллельно стараюсь учиться кондитерскому делу везде, где только получается.

- Рецепты мне все дашь! - командует Кондратьев.

- Не дам, - быстро выпаливаю.

И прикусываю язык. Тут же начинаю пятиться к двери. Надо бежать, от греха подальше!

- Не понял! – приглушенно рычит Кондратьев.

- Эти рецепты прилагаются вместе со мной! Если вы меня уволите или закроете этот ресторанчик, то я… - судорожно сглатываю.

- Если будешь делать мне нервы, - обрывает он меня на полуслове, - то точно закрою эту забегаловку. Глазом не успеешь моргнуть.

Замираю. Возмущенно смотрю на него.

- И заберу тебя к себе в «Люкс», - опасно рычит он.

- Не хочу на вас работать! – возмущенно выдыхаю.

- Ты уже работаешь!

- В «Люксе» не хочу работать… Здесь хочу, - тихо говорю. – В своем маленьком, уютном ресторанчике.

Он сверлит меня немигающим взглядом. Нависает надо мной, как мрачная скала.

Ну да, знаю, ресторанчик уже не мой. Но мириться с этим не хочу.

Он медленно скользит по моему лицу, опускает взгляд на мои губы… Я испуганно вжимаюсь спиной в стену.

- Я буду кричать! – шепчу.

Он едва заметно усмехается. Возвращает взгляд к моим глазам. Сверлит меня немигающим взглядом. Кажется, в синих глазах мелькает насмешка.

Глаза в глаза… Обстановка вокруг нас такая напряженная, что, кажется, можно резать ножом.

- Беги. Бери вещи, поедешь со мной, - низким голосом с хрипотцой говорит он. – Покажу тебе свой ресторан.

[*] Историю любви Лизы и Дмитрия Макарова вы можете прочитать .

Кондратьев

Мрачно слушаю своего зама. Кидаю взгляд на девчонку. Сидит напряженная, смотрит в окно. На меня – нет. Даже забавляет.

Другие бабы из кожи вон лезут, чтобы получить мое внимание, а эта упрямо делает вид, что меня здесь нет.

Красивая девочка… Фигурка – просто охуеть! Вставляет по полной. От одного вида на ее длинные стройные ножки в области ширинки становится тесно.

Даю последние распоряжения заму и отключаюсь.

Сверлю ее немигающим взглядом.

- Готовить к свадьбе будешь на кухне «Люкса», - кидаю ей.

- Но… Нет, я не согласна… - поворачивается и сразу начинает сопротивляться.

- Это не обсуждается! – предупреждающе рычу.

Она хмурит свои изящные брови, поджимает соблазнительные губы.

Молчит. Умница.

Но нет, опять не молчит:

- Я люблю свою кухню…

- Начнем с того, что все кухни – мои! – вкрадчиво чеканю.

Она замирает.

- И если ты хочешь, чтобы твоя кухня осталась, а не закрылась, то ты прекратишь со мной спорить по каждому поводу! Ясно?

- Ясно.

- Так-то лучше, - киваю, продолжая ее гипнотизировать.

Ну что ж она такая упрямая?

Прохожусь взглядом по ее лицу, останавливаюсь на обалденных губах, скольжу по хрупкой шейке, дохожу до груди, упакованной в глухую блузку. Но фантазия работает на все сто.

Какая же твоя цена, малыш?

То, что она окажется в моей постели, это точно. Ни одна еще не отказывалась от того, что я предлагаю. Да, были и такие, которые набивали цену. Но всегда сдавались.

И она сдастся. В этом я уверен.

Возвращаюсь к ее красивым глазам. А она молнии метает.

Едва заметно усмехаюсь. Горячая детка!

- Вы можете так меня не рассматривать? – тихо, но строго спрашивает.

- А как я рассматривал?

Даже забавляет.

- Непрофессионально, - выпаливает она.

- А надо профессионально? – ухмыляюсь. – Это как?

Она опять поджимает свои пухлые губки.

- Представьте, что я… эмм… мужчина… - выдыхает она.

- Какого хера мне это представлять?

- Мужчину, с которым вы имеете дела по работе, вы так бы не рассматривали.

- Скажу больше, я ни одного мужика так бы не рассматривал.

- Вот! – удовлетворенно восклицает она. – Представляйте, что я мужчина!

Гипнотизирую ее хищным взглядом. Такой херни ни одна баба мне не предлагала.

Но нравится она мне.

Протягиваю руку и выдергиваю из ее волос заколку. Шикарные светлые локоны рассыпаются по плечам и спине.

- Что вы… что вы делаете? – возмущенно шипит она.

А я ее не слушаю. Запускаю пятерню в ее шелковистые волосы, фиксирую затылок и притягиваю ее к себе.

- Отпустите! Я…

Затыкаю ей рот поцелуем. Не скажу, что люблю эти нежности, но девчонка сводит меня с ума. Хочу ее губы, раз остальное пока не дает.

Жадно сминаю, настойчиво раздвигаю языком ее вкусные губы.

И она не пускает.

Всё сопротивляется.

Колотит кулачками мне по плечам. Зубы сцепляет и не пускает.

Хочу ее до боли в паху. Давно так сильно никого не хотел, как эту дико сексуальную упрямую девочку.

Пока не получу ее, не успокоюсь.

Отпускаюсь ее сладкие губы, ловлю дикий взгляд. Бесится, а я веду губами по ее скуле к маленькому ушку и хрипло рычу:

- Больше мне такую херню не предлагай. Ты – баба. Красивая, охуенная, дико сексуальная телка, которая меня вставляет.

Отпускаю ее. Она тут же вжимается спиной в спинку сиденья. Метает в меня молнии своими красивыми глазами.

Сверлю ее немигающим взглядом. Какого хера меня так на ней повернуло? Даже злит.

Стискиваю челюсти, когда звонит будущий тесть. Принимаю звонок.

- Да! – рявкаю.

- Кондратьев, давно не заезжал. Надо обсудить предстоящую свадьбу, назначить дату…

Мрачно слушаю.

- Или найду другого подходящего жениха моей дочери…

Холодно усмехаюсь. Нашел, кому это заливать.

- Если бы хотели, уже бы нашли, - кидаю будущему тестю.

Он недовольно выдыхает и более примирительно говорит:

- Послушай, Кондратьев, моя дочь будет идеальной женой: тихая, послушная, лишнего слова тебе не скажет. Родит тебе наследников и будет спокойно жить в загородном доме, пока ты будешь и дальше строить свой бизнес, жить, как тебе хочется. Для тебя – идеальный вариант.

Кидаю взгляд на девчонку. Скольжу по стройным ножкам, острым коленкам, соблазнительным бедрам, обтянутым юбкой. Она тут же ловит мой взгляд, вспыхивает. Хмурит брови, максимально оттягивает юбку вниз и опять отворачивается.

Нервничает, вижу. При этом от каждого моего взгляда тушуется и краснеет. Даже не помню, чтобы хоть одна телка из моего окружения умела краснеть. Еще и так красиво.

А еще так испепелять меня взглядом!

Ни одна на это и не решилась бы, кроме этой занозы!

- Или передумал? – слышу в трубке мрачный вопрос.

- Завтра заеду. Сделка в силе, - холодно кидаю.

- Отлично, - слышу довольный ответ и отключаюсь.

Смотрю на девчонку. Цепляет меня.

Сексуальная девочка… Еще и упрямая. Никогда не любил, когда мне упрямятся, но эта заводит нехило.

Получу ее однозначно. Пока не трахну, не успокоюсь.

И потом не успокоюсь. Слишком она охуенная. Уверен, и в постели такая же горячая. Сниму ей квартиру, обеспечу всем. Буду трахать ее, пока не надоест. Потом дам отступные, чтобы сильно не переживала. Отдам ей ее забегаловку. Главное, чтобы перестала ломаться и начала «договариваться» со мной.

От моего взгляда она еще больше хмурится и поджимает губы.

Что ж такая несговорчивая?

- Распишешь моему шеф-повару весь объем десертов, который надо будет приготовить на свадьбу, - мрачно говорю ей.

Надо к делу переходить, а то мозги совсем ушли в другое место.

- Вашему шеф-повару? Почему?

- Он будет руководить процессом.

- Нет.

Смотрю на нее с опасным прищуром.

- Ксения! – приглушенно рычу.

- Знаете, что! Вы, может, и хотите меня запугать своими этими поцелуями, но я всё равно не отступлю! Готовить буду я, руководить процессом – тоже я! – выдыхает упрямо. – И вообще! Лиза еще и закуски хочет заказать у меня!

- На свадьбу?

- Да.

С такими темпами весь заказ из «Люкса» уйдет.

Она вздергивает подбородок и смотрит на меня… победно?

Ухмыляюсь. Гипнотизирую ее хищным взглядом.

Вчера оттрахал любовницу, но девчонку из головы не смог выкинуть.

Хочу ее.

- Приеду к тебе сегодня на ужин.

- Что?! – испуганно округляет она глаза.

- В ресторан.

- Зачем?

Подаюсь в ее сторону и хрипло рычу:

- Хочу знать, что такого особенного готовят в моем ресторане.

Она хлопает длинными ресницами, судорожно сглатывает. Уже победно не смотрит.

- Я могу вам с собой всё упаковать…

Ухмыляюсь, рассматриваю красивое лицо и испуганные серые глаза. Пухлые, соблазнительные губы… Так сильно меня еще никто не пытался отшить. Меня, в общем, никогда и не отшивали. Даже когда у меня не было больших бабок.

- Жди на ужин.

- Сегодня… кхм… сегодня у нас детский праздник, - быстро проговаривает она.

- Не отвертишься, Ксения. Я приеду.