Я купил тебя, истинная

Аннотация

Моя жизнь разрушилась в один миг: поместье уходит за долги, отец и брат пропали без вести, а “добрые” родственники грозятся продать меня в дом удовольствий, если я откажусь подчиниться их воле. Я сбежала, желая начать новую жизнь, но угодила на невольничий рынок.

Казалось, хуже уже ничего быть не может, но…

Пролог

– Дорогие господа! Самый редкий и ценный товар! Драгоценная искра ждет своего обладателя! – Выкрикивал ненавистный голос в паре шагов от меня. Я не видела, но чувствовала взгляды: сочувствующие, любопытные, пренебрежительные.

Моя поза наполнена мнимым смирением: лицо уткнулось в колени, руки безвольно висят плетьми. Светлые волосы посерели от грязи и пыли, уродливое серое платье висит балахоном, под ногтями грязь. От прежней меня не осталось ничего: ни здорового румянца на щеках, ни блеска в глазах. Ни надежды, ни стремлений, ни гордости. А ведь всего пару месяцев назад моя жизнь была совсем иной…

– Искра, говоришь? – Раздался чей-то нарочито равнодушный голос, и я изумленно вскинула голову. За неделю торгов мною заинтересовались впервые.

– Самая что ни на есть. – Лебезящим тоном отвечает работорговец, кидая алчный взгляд на увесистый кошель и богатые одеяния незнакомца. – Прекрасна аки роза, невинна, как утренняя роса. Желаете посмотреть?

Мужчина желал. Послышались шаги: торопливые, услужливые, принадлежащие “дядюшке Крейгу” и уверенные — потенциальному покупателю. Я подняла глаза, и один взгляд на лицо мужчины заставил меня замереть от ужаса. Темные волосы до плеч, пугающий взгляд темно-зеленых глаз, мощная фигура под дорогими одеждами.

Итан Теренс.

Пожалуй, нет ни одного человека в королевстве, кто его бы не знал. Опасный, жестокий, безжалостный… дракон. Королевский каратель, без чьего косвенного участия я бы не оказалась сейчас здесь.

А самое смешное, что, скорее всего, он даже моего имени не знает.

– Свиньи в нескольких рядах отсюда и то выглядят ухоженнее. – Медленно произносит он, окидывая меня оценивающим взглядом.

Честно говоря, замечание было справедливым: водными процедурами меня не баловали. Как раз после того раза, как я посчитала, что захлебнуться в корыте – участь намного более привлекательная, чем быть проданной на невольничьем рынке.

Я уже начинаю тихо надеяться, что он сейчас развернется и уйдет, но мужчина продолжает смотреть каким-то слишком пристальным взглядом, словно направленным внутрь меня. В груди разливается незнакомое, противоестественное тепло — вероятно, он каким-то образом пытается проверить наличие той самой искры. О существовании которой я даже и не догадывалась до событий недельной давности.

Искра…

Думала, моя жизнь хуже уже быть не может.

– Девушка слишком непокорна. – Продолжает лебезить работорговец перед знатным покупателем. – Но, разумеется, в вашей власти быстро познает смирение.

Мне кажется, что все это происходит не со мной. Невольничий рынок, клетка, жесткий ошейник, намечающаяся сделка…

Неужели меня и правда можно продать, как ощипанную куриную тушу или пучок вялой моркови?

Но, кажется, именно это сейчас и происходит. Закончив свой осмотр, дракон чему-то кивает и спрашивает цену. Названная сумма заставляет меня недоверчиво округлить глаза. Неужели кто-то в здравом смысле решит расстаться с такой прорвой денег?

И все ради чего?

Но мужчина даже не торгуется. На его лице четко прослеживается, что решение принято, и ничто не может его изменить. Подписанный чек ложится на деревянную стойку. Пребывая в восторге от свалившегося на него богатства, дядюшка Крейг пытается скрепить ее рукопожатием, но Итан смотрит на протянутую руку с плохо скрываемым отвращением.

Мой пленитель смущенно ее убирает, улыбаясь всеми своими пятнадцатью гнилыми зубами. Не то чтобы я считала, но их количество меньше надлежащего в пару раз.

Мою клетку открывают, а две пары рук вытаскивают меня наружу. Закрепляют тяжелую цепь на ошейнике. Протягивают конец… моему новому хозяину?

Нет, ну бред какой-то.

Я смотрю в его пронзительные зеленые глаза, ощущая, как внутри все сворачивается в тугой узел: от страха, беспомощности, неверия.

– Следуй за мной, Элайна. – Повелительным тоном говорит он. Называя по имени, которое ему так никто и не сообщил.

Дорогие читатели! Знакомимся с главным героем истории. Итан Теренс

После длительного пребывания в клетке ноги не слушаются, и я переставляю их с трудом. Неужели он узнал меня? Боги, тогда все даже ужаснее, чем я могла себе представить. В последнее время каждый мой день словно соревнуется за звание худшего, и этот — не исключение.

Моя жизнь разрушилась два месяца назад, когда отец и брат пропали без вести. Они возвращались с соседнего континента, на который отправились для поиска новых торговых связей, но в какой-то момент что-то пошло не так. Их маршрут состоял из цепочки порталов, и примерно на середине он оборвался.

Ни свидетелей, ни следов, абсолютно ничего. Как сквозь землю провалились.

Не успела я переварить эту новость, как следом обрушилась другая: семейный бизнес разорен и для уплаты долгов придется распродать все имущество, включая наш особняк. Финансовый консультант отца долго пытался объяснить мне значение строк и цифр в своих отчетах, но поглощенная горем, я даже не пыталась разобраться. А после и он исчез за горизонтом, несмотря на оплаченный контракт.

Мне казалось, что я потеряла все, но полоса неудач только набирала обороты. Явившиеся дальние родственники внесли залог за поместье и объявили себя моими опекунами — по закону имели право. Я хоть и была совершеннолетней, но замуж выйти не успела, а потому граф, на чьих землях я жила, с облегчением спихнул заботы о сиротке в “надежные” руки.

Семейство Диллан мне не понравилось сразу, а в особенности их сын. Неприятный, бегающий взгляд, ранняя лысина, потные ладони, что так и норовили забраться под мои одежды. Все мои попытки избегать его компанию провалились, а через две недели меня поставили перед фактом скорого бракосочетания.

– Либо я, либо родители продадут тебя в дом удовольствий. – Выдохнул он мне в лицо, заставляя поморщиться от зловонного запаха. К горлу подкатила тошнота, но скрепя сердце, я дала согласие.

Разумеется, выходить за него замуж не было в моих планах — мне нужна была лишь отсрочка. К счастью, я была не одинока, и добрый друг детства спас меня. Добыл фальшивые документы, помог бежать из поместья, что так и не выставили на продажу, и спустя пару недель мы вместе взошли на борт “Утренней Зари” — парохода, что обещал увезти нас в новую, счастливую жизнь под видом брата и сестры.

Оливер, а именно так звали моего спасителя, был влюблен в меня столько, сколько я себя помнила. Светловолосый, крепкий, на полголовы ниже меня, обладатель такой обаятельной улыбки, что рядом с ним я всегда чувствовала себя комфортно. В безопасности. И к его чести, за время, проведенное вместе, он даже пальцем меня не коснулся, что только добавляло ему очков моей симпатии.

Благороден настолько, что все твердил, что будет ждать ответных чувств…

Я была так преисполнена благодарностью, что для себя решила: по прибытии в далекую Каледонию соглашусь стать его женой. Буду надежной опорой и поддержкой — такой же, какой он стал для меня. Рожу ему детей и проживу спокойную жизнь вдали от всего произошедшего.

Но у судьбы были другие планы. И Оливер так и не узнал о моих намерениях.

“Утренняя Заря” пошла ко дну вместе с моими надеждами, когда ее лакированный бок пронзило пушечное ядро пиратского корабля.

Мало кто выжил. А те, кому это удалось, начали завидовать мертвым, ибо теперь их предплечья украшало уродливое рабское клеймо, а шею сдавливал ошейник. И вот, “Суровая Мэри” унесла меня обратно, к берегам Талинии – королевства, что я так стремилась покинуть.

Прямо на невольничий рынок, где судьба добила меня новым знанием. Маг-лекарь, что осматривал всех новоприбывших рабов, сообщил, что внутри меня скрывается Искра, так необходимая драконам для продолжения рода. Счастью работорговцев не было предела: такая редкая и ценная добыча стоила неимоверно дорого.

Есть ли пределы моему невезению? Сегодня мне стало казаться, что нет, ибо я попала в руки одного из самых безжалостных и влиятельных мужчин королевства. Дракона. И по совместительству того, с чьей легкой руки наш семейный бизнес оказался разрушен полгода назад.

***

Путь до поместья прошел как в тумане. Меня погрузили в карету, в которой, к счастью, не оказалось дракона. Уже позднее я узнала, что экипаж наемный – видимо, мой… хозяин побрезговал сажать в свой кого-то вроде меня.

Даже мысленно называть его “хозяин” — просто отвратительно. Я безучастно рассматривала пейзаж за окном, пытаясь понять, есть ли хоть один вырваться из этой западни.

По законам Талинии, прав у женщин чуть больше, чем у скота. Она в буквальном смысле должна принадлежать кому-то: отцу, брату, мужу, землевладельцу… и если она лишается опекуна, то выбор остается небольшой. И неизвестно, что хуже: получить рабское клеймо, податься в нескончаемые бега или же быть проданной в дом удовольствий.

С какой стороны ни посмотри, перспективы у меня нерадостные. К Дилланам я не вернусь однозначно. Хотя сомневаюсь, что новый владелец меня отпустит, даже если я подам официальное прошение. Искра — слишком редкий дар, чтобы им разбрасываться. А все потому, что только ее носительница может произвести на свет ребенка от дракона.

Но даже если предположить, что меня вернут опекунам, жадные родственники тут же выставят Искру на аукцион. Моим владельцем может стать все тот же Итан… а может и другое, столь же отвратительное чудовище.

Выбор один: бежать. Бежать как можно дальше. А для надежности заключить фиктивный брак с надежным человеком.

Хотя… смогу ли я такого найти? С носительницей Искры свяжется лишь безумец: нередки случаи, когда драконы просто убивали любого, кто стоял у них на пути. А если и свяжется, то кто гарантирует, что он не решит продать меня подороже?

Нет, мужчинам доверять нельзя. – Сделала я неутешительный вывод. Почти все они привыкли к тому, что женщина – лишь молчаливое дополнение их успешной жизни, которым можно распоряжаться по собственному усмотрению.

Получается, вся моя жизнь была заранее обречена. Уверена, если бы мой отец дожил до того момента, как у меня проснулась Искра, то первым бежал бы ставить меня на продажу. И это несмотря на то, что все эти годы я росла его «драгоценной принцессой», с которой сдували пыль все, включая слуг.

Поток мыслей остановился, когда экипаж затормозил у роскошного особняка из светлого камня. Яркий солнечный день и пение птиц никак не вязались с моим настроением. Благоухание роз кажется удушающим.

– Приехали! – Объявил очевидное извозчик и, спрыгнув с козлов, протянул мне руку, чтобы помочь вылезти. На его лице ни капли сочувствия при взгляде на рабский ошейник: наверняка со стороны мое положение кажется ему очень даже удачным.

Щедрый господин, пожалевший нищенку.

Рука кучера замерла в воздухе, когда рядом раздался голос Итана:

– Не прикасайся к ней.

Он произнес это тихо, но так повелительно, что температура вокруг понизилась на пару градусов.

– Да, милорд. Простите, милорд. – Мужчина отступил, склонив голову, и прижал к груди модный столичный чепец.

В проеме дверцы кареты показалась внушительная фигура дракона. Он окинул меня равнодушным взглядом, но даже не попытался подать руку.

Словно знал, что мое главное желание — оставить на ней смачный плевок.

– Следуй за мной, Элайна. – Велел он. В его присутствии внутри все сжималось от ужаса, и я едва ли могла сдвинуться с места. Мое неповиновение его явно разозлило. – Не заставляй меня волочить тебя по гравию на глазах всего поместья.

Вряд ли от этого мой день станет хуже, но я все равно поспешила на выход, щурясь на ярком солнце. Развернувшись, Итан направился к парадному входу, где в шеренгу выстроились три фигуры.

– С возвращением, милорд, – произнесли они таким стройным хором, словно где-то в кустах припрятался дирижер. Я наконец-то привыкла к яркому свету и теперь могла их рассмотреть.

Немного полная женщина в коричневом платье. Ее лицо испещрено набирающими силу морщинами, а в волосах устанавливает свои права седина. Ее серые глаза живо блестят, осматривая меня с нездоровым вниманием.

Мужчина примерно одного с ней возраста, но в его черных волосах ни намека на серебристый цвет. Его лицо безэмоционально, словно восковая маска. Хорошо пошитый костюм намекает, что в иерархии слуг он занимает не последнее место. Возможно, дворецкий или управляющий.

Последняя в ряду девушка молода. Волосы теплого пшеничного цвета уложены в шикарную прическу, по телу струится дорогой шелк. На шее ошейник — но не такой, как у меня, а филигранное сплетение драгоценных металлов и камней.

Она здесь рабыня. Но смотрит на меня с превосходством и ненавистью, словно заранее знает, что я покушаюсь на что-то, принадлежащее ей.

– Марта. – Обратился Итан к женщине в темном платье. – Проводи Элайну в смежные со мной покои.

Лицо последней девушки начало стремительно краснеть, словно драгоценное украшение на шее принялось ее душить.

– Позвольте, господин. – Возразила она, кидая на дракона взгляд из-под ресниц. – Полагаю, девушка предпочла бы компанию кого-то ее возраста. Обстановка ей незнакома, и я сделаю все, чтобы она чувствовала себя, как дома.

Очень в этом сомневаюсь, – подумала я.

Дракон смерил ее немигающим взглядом, и от выражения его глаз захотелось съежиться даже мне. Но блондинка выдержала его достойно, лаская взор мужчины своим покорным видом. Тем не менее решение он не изменил.

– Я сказал: Марта. – Медленно повторил он. А затем стремительно прошел в дом, словно забыв о нашем существовании.

Я непроизвольно коснулась пальцами ошейника, словно пытаясь его оттянуть. Воздуха не категорически не хватало, жаркое солнце пекло спину. По позвоночнику стекла капля пота, заставляя меня повести плечами.

Женщина в темном платье, которую Итан обозначил Мартой, посмотрела на меня без малейшего сочувствия и коротко бросила:

– За мной.

Шурша гравием под ногами, мы направились к входу в особняк. Я оглядывалась по сторонам без особого энтузиазма, пытаясь просто запомнить дорогу. Поместье, принадлежащее дракону, богатое и вычурное, но в этой роскоши нет и капли души. Этот дом — отражение своего хозяина.

Спустя несколько минут мы оказались на втором этаже. Марта распахнула двери одной из комнат, пропуская меня внутрь. Покои светлые и просторные — намного больше тех, к которым я привыкла. Из окна открывается вид на сад. Золотая клетка, в которую меня посадили, необычайно хороша, если не принимать во внимание все сопутствующие обстоятельства.

– Нам приказано привести гостью в надлежащий вид. – На пороге появились еще две служанки. Судя по всеми, сестры. На их теле нет рабских символов, поэтому на меня они смотрят с легким превосходством свободного человека. И мне хочется с них эту спесь сбить — хотя бы ради той меня, кем я когда-то являлась.

Но пока я могла лишь молчать и наблюдать за тем, как они готовят ванную, протирают между делом несуществующую пыль и тихо переговариваются между собой так. На меня они не обращали ни малейшего внимания, словно переводя в ранг мебели.

Марта ушла, оставляя меня с ними наедине. Я молча последовала указаниям: залезла в ароматную воду, не шевелилась, когда их проворные руки начали отскабливать грязь и вымывать пыль из волос, позволила нанести специальный состав, что удаляет с моего тела лишние волосы.

Процедура омовения длилась не меньше часа. А после меня завернули в длинный махровый халат и принесли поздний обед, который я поглотила за считанные минуты. В плену нас кормили такими помоями, что зачастую приходилось просто оставлять тарелку нетронутой.

– Отдыхай. – Снисходительно посоветовала одна из служанок, чье имя, кажется, было Мири. Фамильярность резанула слух. – Вечером к тебе явится господин.

Мой желудок сделал кульбит, и я почувствовала, как дивные кушанья попросились обратно. Девушки оставили меня одну: в халате на голое тело, босую и растерянную. Платье и обувь, в которых я приехала, они забрали с собой, заявив, что их остается только сжечь.

Я резво вскочила со своего места и заглянула в шкаф. Полки пустые — ни единого клочка ткани, в который я бы могла облачиться. Перевела взгляд на окно. Солнце уже начало клониться к закату, окрашивая зелень сада золотом. Я подергала оконную раму, пытаясь распахнуть створки, но те не поддались. Тщательно осмотрев их на предмет наличия замков и оных не обнаружив, я вернулась к исследованию комнаты.

Проверив каждую тумбочку, шкаф и даже заглянув под кровать, я, к сожалению, не обнаружила ничего, что могло бы мне помочь. Испытывая отчаяние, я обессиленно упала на кровать. Она радостно приняла меня в свое мягкое нутро, удерживая так крепко, что вновь принять вертикальное положение стало невозможным. Я и забыла, когда в последний раз могла отдыхать с таким комфортом…

Полежу пять минут, – решила я, устало прикрывая глаза. По внутренним ощущениям ровно столько и прошло, но когда я вновь их открыла, комната оказалась почти полностью погружена во мрак. Я различала лишь смутные силуэты мебели на фоне светлых стен.

Я приподнялась на локтях, с удивлением констатируя, что полы халата разъехались в стороны, оголяя торс. Странно, я была уверена, что крепко затянула пояс…

– Проснулась, Искра? – Раздался голос из темноты, и, обмерев от страха, я увидела два ярко светящихся зеленых глаза в метре от себя.

Резкий прилив адреналина заставил меня подскочить на кровати. Тусклый свет, внезапно разорвавший темноту, просто ослеплял. Итан сидел на кресле возле кровати, что неведомым образом переместилось туда от дальней стены, даже меня не разбудив.

В полумраке он выглядит, как зловещее божество: поза расслаблена, темная рубашка ослаблена у горла, а взгляд обжигает меня, замерев где-то на уровне моей груди. Смущение затапливает меня, когда я чувствую дуновение прохлады на обнаженной коже там, где полы халата разошлись в стороны.

Я поспешно свела их вместе, вцепившись пальцами в ткань чуть ли не у горла. Итан склонил голову набок, с интересом наблюдая за моими манипуляциями.

– Лорд Теренс. – Произнесла я, всячески забыв о своей новом положении, согласно которому мне полагалось обращаться к нему “хозяин”. – Ч-чем обязана?

Нервы напряжены до предела, но, как назло, мужчина не спешит просвещать меня о своих планах. Его взгляд останавливается на моем лице, скользит на махровую ткань, продвигается ниже – на обнаженные голени.

Ожидание неизвестности пугает меня даже больше, чем если бы дракон с ходу набросился на меня — по крайней мере, именно этого я и ожидала.

– Не помню, чтобы я представлялся. – Наконец, говорит он, запутывая меня окончательно. Я чувствую, как в груди не хватает воздуха. И что ему ответить? “Запомнила ваше имя, которым прикрывалась городская стража, арестовывая отцовское производство?” Или, например, “мой отец называл его так часто, проклиная вас, что сложно было его не запомнить?”

– Ваше имя все знают. – Пробормотала я, опуская взгляд. Разумеется, имена людей, встреч с которыми нужно избегать всеми силами, нужно запоминать с особой тщательностью. А Итан, наверно, у доброй половины королевства в этом списке.

Он понимающе кивнул. А затем атмосфера в комнате неуловимо изменилась.

– Подойди ближе, Элайна. – Повелительным тоном приказал он, заставляя меня тяжело сглотнуть. Мой бегающий взор повторно осмотрел комнату в поисках спасения. Разум затопило осознание: из этого затруднительного положения мне едва ли удастся выбраться. – Я очень не люблю повторять.

В его низком голосе появляются угрожающие нотки.

Продолжая удерживать край халата побелевшими пальцами, я придвигаюсь ближе — до тех пор не оказываюсь на самом краю кровати. Кресло стоит почти вплотную, и я невольно задеваю колени Итана своими.

– Что вы собираетесь делать? – От эмоций мой голос срывается на шепот. Мужчина слишком долго не отвечает на мой вопрос, из-за чего внутри все вновь тревожно сжимается от неизвестности.

– Я всего лишь хотел узнать тебя получше. – Вкрадчивым тоном произнес он. – Буду задавать вопросы, а ты на них отвечать. Но есть одно условие.

Я киваю, чувствуя, как острое облегчение пронизывает меня от макушки до пят.

– Условие? – Переспрашиваю, чувствуя, как зелень его глаз затягивает, гипнотизирует.

– За каждую ложь тебе придется снять один предмет одежды. – Невозмутимым тоном произносит он.

– Но на мне он всего один. – Я медленно моргнула, ощущая, как только что обретенная уверенность стремительно идет ко дну.

– Тогда в твоих интересах не лгать мне. Верно, Элайна?

Я горячо закивала головой. Звучит так просто: говорить только правду. Где же подвох?

– Как вы узнаете, что я лгу?

– Я различаю запахи эмоций. – Произносит он, и, не давая мне времени поразмыслить над сказанным, спрашивает. – Сколько тебе лет?

– Двадцать. – Он отвечает легким кивком, а затем начинает задавать один вопрос за другим: какой у меня рост, где выросла, любимое блюдо, есть ли проблемы со здоровьем…

Сначала я тщательно обдумываю каждую фразу, чтобы ни слова лжи не сорвалось с моих губ. Дракон удовлетворенно кивает на каждый ответ, а затем продолжая допрос. Спустя несколько минут мое внимание притупляется, а затем я начинаю отвечать почти не задумываясь. Факты льются из меня полноводной рекой: в своей жизни я не совершила ничего, за что испытывала бы стыд.

Я тайком рассматриваю мужчину. Его поза по-прежнему расслаблена, но глаза смотрят с неугасающим интересом. Если бы мы встретились в другой ситуации, я бы даже назвала его красивым. Правильные черты лица, темные волосы до плеч, крепкие мышцы под тонкой тканью темной рубашки. Что-то в его мимике и жестах кажется неимоверно притягательным, но я упорно давлю любые ростки приязни.

На вид он лет на десять меня старше, но загорелую кожу лица почти не тронули морщины. Говорят, драконы живут намного больше людей и дольше сохраняют молодость. Пройдет еще дюжина лет, и я начну увядать… его же это время вообще может никак не коснуться.

Его взгляд пожирает меня в ответ, и я точно знаю, что он видит: мои белые волосы вымыты и блестят, словно шелк, в свете тусклого ночника. Серые глаза расширены от волнения. Веснушки, что так ярко проступили в последние дни из-за длительного нахождения на солнце, хаотично рассыпались по всему носу.

– С тобой хорошо обошлись по прибытии в поместье? – Тем временем продолжает спрашивать он, и я, почти не задумываясь, выдаю:

– Для рабыни — да.

– А ты себя рабыней не считаешь? – Вопросил он, и нелепость этого вопроса заставила меня забыть, перед кем я сижу, и фыркнуть.

– Это… очень сложно принять. Я росла свободным человеком.

– Ты рада, что именно я купил тебя, Элайна? – Он склоняет голову набок, а в моем мозгу появляются огромные красные буквы, складывающиеся в слово “Опасность”.

– Я в принципе не рада, что меня кто-то купил. – Максимально честно отвечаю я онемевшими губами.

– Ты считаешь меня привлекательным?

– Нет! – Ответ вырывается из меня быстрее, чем я могла что-то сообразить. Итан смотрит на меня пару мгновений, а затем с шумом втягивает в себя воздух.

– Врешь.

Паника затапливает волнами, и я ощущаю себя “Утренней зарей”, которую пожрало ненасытное море после атаки пиратов. Мне хочется кричать, что врет тут именно он, но я осекаюсь в последний момент. По хищному взгляду дракона сразу понятно, что он только и ждет очередной мой промах.

Я задираю подбородок и принимаюсь дрожащими руками вытаскивать пояс халата. Как назло, тот не поддается — аксессуар вшит в боковой шов одеяния, и некоторое время я борюсь с ним. Наконец, раздается звук трескающихся ниток, и в моей руке оказывается злополучный предмет одежды.

С видом победителя я протягиваю дракону, придерживая полы халата, что так и норовят разъехаться в стороны. На лице мужчины читается насмешка.

– Продолжим? – Вкрадчивым тоном предлагает он, и я отчаянно мотаю головой.

– Думаю, вы узнали меня достаточно. – Заикаясь от стресса, пытаюсь выкрутиться я. – Почему бы вам не рассказать о себе?

Судя по виду, ему вся эта ситуация доставляет удовольствие.

– Хорошо. Спрашивай, Элайна. – Произносит он. А я вдруг каким-то шестым чувством догадываюсь, что последует дальше.

– Сколько вам лет?

– Тридцать. – Отвечает он и принимается расстегивать рубашку. Я едва удерживаюсь от того, чтобы не закрыть лицо ладонями. Упускать его из виду будет очень… очень досадным промахом.

– Что вы делаете? – Я смотрю на сильный мужской торс с четко очерченными мышцами и почему-то не могу отвести взгляд. Губы пересохли, и я инстинктивно провела по ним языком. Итан проводил это движение хищным взглядом, от которого по позвоночнику поползли мурашки.

– Я соврал. – Невозмутимо ответил он, небрежным жестом кидая рубашку на пол. – На самом деле мне тридцать пять.

И тут же принимается расстегивать ремень на штанах. Очередная ложь? Да он просто играет со мной!

– Пожалуй, вы не в настроении делиться со мной фактами своей биографии. – Я принимаюсь медленно отползать на середину кровати, стараясь не слишком светить обнаженными частями тела, то и дело норовящими показаться в прорезях халата.

– Да? – С деланным удивлением говорит он. – А мне казалось, что мы только-только нашли общий язык. Предлагаешь найти занятие поинтереснее?

Он встал с кресла и навис надо мной, поставив одно колено на кровать. Меня колотит от волнения и чего-то еще, чему я никак не могу найти определение. Я словно оголенный нерв: кожа стала слишком чувствительной, и махровая ткань неприятно натирает ее. Хочется сбросить ее, но я понимаю — это моя единственная защита.

Должно быть, служанки перестарались, отмывая меня. – Нахожу я объяснение в голове.

– Ну так что, Элайна… – вновь спрашивает Итан, и я только сейчас замечаю, что в его руке ремень, что он успел вытащить из штанов. В моей голове возникают ужасные картинки боли и надругательств. От страха меня начинает мутить. – Придумала, чем займемся?

Кажется, он замечает панику в моих глазах, и выражение его лица становится серьезным.

– Ничем не займемся. – Почти умоляюще шепчу я, не в силах отвести взгляд от его мощного тела. Он так близко, что достаточно протянуть руку и можно почувствовать горячую кожу под кончиками пальцев.

– Я так не думаю. – Хмыкает он, вдруг хватая меня за руку, что продолжает до побеления сжимать ткань на груди. Мое сопротивление он даже не ощущает, и через пару мгновений оба моих запястья оказываются плотно зафиксированы ремнем.

Халат распадается в стороны, обнажая мое тело перед драконом. Я испытываю, стыд, растерянность, страх и острое желание оказаться как можно дальше от этого места.

Значит, вот как это произойдет?

В горле нарастает ком, который не дает дышать, а тело мелко подрагивает.

Игнорируя мое состояние, дракон подтягивает мое тело выше и закрепляет запястья в изголовье кровати. Меня охватывает оцепенение, которое я отчаянно пытаюсь сбросить. У меня получается, и я начинаю биться в его руках, словно рыба, выброшенная на берег.

– Чудовище! Мерзкий насильник! – Выкрикиваю я, пытаясь пнуть его ногой. Но он перехватывает мою конечность, оценивающе рассматривая мое распластавшееся тело сверху.

– Насильник? Ты, похоже, совсем не знаешь, что это значит — быть Искрой. – Произносит он, сузив глаза.

В его словах я не вижу никакого смысла. Даже если я и обладаю какой-то чудесной способностью выращивать в своем чреве драконьих детей, разве это дает ему право так себя со мной вести?

Но, кажется, он имел в виду вовсе не это. Потому что в моей груди неожиданно возникает тот самый жар, что я почувствовала еще на невольничьем рынке. Он опаляет меня изнутри, спускаясь ниже – в живот, что вдруг сводит странной судорогой. Огонь распространяется по телу, выкручивая мой позвоночник, опаляя поясницу, оседает ломкой в конечностях.

Ощущения незнакомые, дикие, наполненные истомой и жаждой. Они пугают, подчиняют, заставляя мое сердце биться, как сумасшедшее, заставляя меня дышать хрипло и прерывисто.

– Что происходит? – Я зажмуриваюсь, кусаю губы, а мое тело непроизвольно выгибается.

– Какой сильный отклик. – Задумчиво произносит Итан, и я открываю глаза, чтобы в то же мгновение попасть в плен его пристального взгляда. Он наклоняется и втягивает запах моей кожи. – Почти как…

Фразу он не заканчивает, дотрагиваясь ладонью до моего подрагивающего живота.

Прикосновение приносит неожиданное облегчение, словно только оно способно усмирить бушующее внутри пламя. С моих пересохших губ срывается тихий всхлип.

– Пожалуйста, не надо. – Из последних сил цепляюсь за остатки разума, но стоит его руке отстраниться, как предательское тело само выгибается вслед за ней.

– Еще как надо, Элайна. – Хриплым голосом говорит Итан, вновь прикасаясь к моей коже. Подушечки пальцев обводят пупок, поднимаются выше – туда, где часто вздымается грудь. Ладонь накрывает одно полушарие, слегка сжимает. Я закусываю губу, чтобы не застонать. Пронизывающие меня ощущения не похожи ни на что, что я испытывала раньше. Я даже не знала, что мое тело способно на нечто подобное.

Он не дает мне ни секунды передышки, чтобы хотя бы попытаться сбросить это наваждение. Его рука продвигается выше, ложится на шею, скованную кожаным ремешком с металлической заклепкой.

– Какое уродство. – Произносит он почти ласково, а в следующее мгновение жесткий ошейник распадается на две части. Он вытаскивает ставший ненужным аксессуар и бросает его куда-то на пол.

На мое беззащитное горло ложится ладонь, давая вдоволь прочувствовать его безоговорочную власть. И почему-то сейчас меня это не пугает. Мое тело горит, плавится, и только его прикосновения приносят облегчение. Я словно смертельно больна, и это мое единственное лекарство.

Мое тело просит его, даже требует. Само подается навстречу. Доверчиво открывает горло. Приоткрывает рот, когда большой палец очерчивает губы, а затем проникает внутрь.

– Обхвати его. – Велит он, глядя мне прямо в глаза, а я почему-то подчиняюсь. Сжимаю палец губами, касаюсь языком, словно пробуя на вкус. Он шумно выдыхает и говорит, словно сам себе: – Не сегодня.

Слова, что должны вызывать ужас и страх, внезапно отзываются дрожью. Мое тело словно живет собственной жизнью и больше мне не принадлежит.

Хотя… разве это не так?

Его палец покидает мой рот, рука скользит на затылок, крепко сжимает волосы, не давая пошевелить головой. Сильное тело накрывает мое, придавливает к кровати. Я задыхаюсь, но вовсе не от веса, а от прикосновения его обнаженного торса к моей груди.

В приоткрытый рот вторгается его язык – жадно, нетерпеливо. Он ласкает, подчиняет, наполняет предвкушением. Пожар внутри меня разгорается, обещая испепелить без остатка.

– Откройся мне. – Доносится хриплый голос между поцелуями. Итан приподнимается, нетерпеливо разводит мои ноги в стороны, когда я бездействую, а затем вновь ложится сверху, прижимаясь бедрами.

Грубая ткань его штанов натирает нежную кожу. Я ощущаю, как нечто большое и твердое вжимается в чувствительное местечко между ног. Искры удовольствия пронзают тело, находя выход с протяжным стоном.

Я пытаюсь высвободить запястья, но кожаный ремень крепко удерживает их на месте. Настолько крепко, что, кажется, без драконьей магии там не обошлось… ну или у Итана очень богатый опыт в обездвиживании девиц.

Я не знаю, что бы сделала, если бы мне удалось снять оковы. Оттолкнула бы? Или провела ладонями по гладкой коже спины, ощущая, как под кожей перекатываются мышцы? От последней мысли кончики пальцев начинает покалывать, а собственная неволя становится невыносимой.

Я извиваюсь под горячим телом, неумело отвечаю на поцелуи, открываюсь ласкам, издаю громкие и совершенно неприличные звуки. Внизу живота закручивается тугой узел, что с каждым движением его бедер пульсирует нарастающим удовольствием. Мне кажется, что еще немного, и…

Громкий стук в дверь не сразу доходит до моего сознания.

– Господин! – Доносится встревоженный мужской голос из-за нее. – Западные поля снова горят!

Я не понимаю, что происходит. Секунду назад меня согревало тепло мужского тела, а сейчас Итан уже на ногах. Подхватывает с пола рубашку, направляется к выходу, словно напрочь забыв про мое существование. У самой двери разворачивается и возвращается, чтобы освободить мои руки.

Я дезориентирована, растеряна, а внутри все еще бушует пламя, разбуженное им. Он с явным сожалением окидывает мое тело взглядом, а после уходит прочь, громко хлопнув дверью.

Звук отрезвляет, заставляя меня осознать, что именно только что произошло.