Я написала своего дракона

«Автор: Луна (ударение на первую «у») Джейн, родилась в…»

Удалить, удалить, удалить! Что еще за официальный тон? Кому захочется читать книгу такой зануды? Не пойдет. Дубль два!

«Автора этого романа…»

Нет, не так.

«Автора этого бестселлера однажды ударила молния, и она выжила. Ее зовут Луна Джейн. И, уверяю, эта книга покажется вам такой же невероятной, как и ее история.»

Я самодовольно хмыкнула, торжественно отъезжая на стуле от стола с ноутбуком. Начало положено! Совсем скоро я стану самым настоящим писателем и издам свой первый роман. Нет! Бестселлер!

Осталось всего ничего. Написать сам роман.

Идея написать книгу родилась у меня спонтанно. Ровно в тот момент, когда меня со скандалом увольняли с очередной работы. Подумаешь, опоздала пару раз. Пришла же. И это при том, что вообще приходить не хотела. Кто же знал, что работа младшим менеджером в крупном офисе окажется настолько скучной. Как и все другие работы, которые я перепробовала за этот год после окончания колледжа. Кем я только не была. И официанткой, и администратором в фитнес-клубе, и продавцом в зоомагазине. И везде — везде — я чувствовала себя, будто не в своей тарелке!

Хоть Ханна и говорит, что в нашем возрасте нормально искать себя в разных сферах, но все-таки за квартиру тоже нужно чем-то платить. Я не какая-то безответственная дурочка, просто мне пока не очень везет. Да и родителей расстраивать не хочется, они ведь и так были против моего переезда в Лондон. Хотели, чтобы я осталась в нашем маленьком и уютном Крисхолле. Но нам с Ханной всегда было там тесно. Поэтому мы и уехали вдвоем при первой же возможности.

Я чувствую, я точно знаю, что в этот раз я попала точно в цель. Я стану писателем. Потому что мне точно есть что сказать. Моя фантазия настолько яркая, что я постоянно витаю в облаках. Иногда могу так задуматься, что все мои придуманные волшебные существа словно вырываются на волю. Мне может начать казаться, что у кассира в супермаркете отросли эльфийские уши, а на деле просто так забавно легли длинные волосы. Мимо меня может пролететь шустрая фея, пока я не осознаю, что в меня едва не врезалась наглая птица. А однажды я решила, будто в баре на меня пялится зеленокожий орк с клыками! С тех пор я никогда не пью больше двух коктейлей за вечер. Это была лучшая реклама здорового образа жизни, что я видела.

Возможно, таким живым воображением меня наградила та самая молния, что ударила в меня, когда мне было шесть. Я вообще списываю все странности в своей жизни на нее. А что? Многие ли могут похвастаться тем, что в них ударила молния, и они при этом остались живы? Я вот могу. И имею полное право рассказывать об этом направо и налево! Даже в своей собственной книге.

Да. Это на самом деле случилось со мной. Я просто играла во дворе нашего дома, когда начался дождь. Мама думала, что за мной присматривает отец, а он думал, что я помогаю маме на кухне… В общем, они оба до сих пор считают себя виноватыми. А что я? Я и сама тогда толком ничего не поняла. Помню, что ужасно испугалась громкого звука и как мои волосы взлетели вверх, как если бы их долго терли воздушным шариком. Мне не было больно, и вообще никаких серьезных последствий. Только вот немного отшибло память. Плохо помню свое детство до шести лет. Ну и ладно. Многие не помнят себя в таким возрасте и без молний.

Из-за бодрой музыки, играющей в колонках, я не сразу услышала, как открылась входная дверь. Ханна, услышав свою любимую песню, пустилась в пляс прямо с порога. С огромным походным рюкзаком наперевес, она как кошка крутилась вокруг меня, смеющейся над ней с компьютерного кресла.

— Ну все, ты затоптала своими грязными кроссовками весь пол! — наигранно возмутилась я, позволяя ей ухватиться за подлокотники и крутить мой стул в танце.

— Это очень грязные танцы, — резко развернувшись, она завертела у меня перед лицом своей попой.

По ее прикидкам это должно было выглядеть ужасно сексуально, только вот она не учла, что всю красоту скрывал ее огромный и пыльный походный рюкзак. Хотя, если под «грязным» она имела в виду свою одежду, тогда да, вопросов нет.

Не удержавшись, я рассмеялась и кинулась ей на шею. Я скучала по этой чокнутой. Очень.

Наконец, прервав свой ужасный танец, Ханна рассмеялась своим заразительным звонким смехом, обнимая меня в ответ. От нее пахло дорогой — бензином, пылью и едой из местных забегаловок.

— Как прошел твой поход? — поинтересовалась я, отстраняясь и вглядываясь в ее лицо. Будто за ту неделю, что ее не было могло что-то измениться. Все тот же тонкий изящный нос, усыпанный веснушками, вечно искусанные пухлые губы, невероятно яркие голубые глаза и непослушное каре из светлых волос с яркой розовой прядью у лица. Она была из тех красоток, которым для того, чтобы быть красивыми не приходилось прилагать особых усилий — природа и харизма, напоминающая несущийся в твою сторону цунами, делали все за нее.

Я не завидовала, но все же почему — почему — мои сумасшедшие, вьющиеся от природы волосы не могли вести себя так же послушно, как у нее? Где я так провинилась? Возможно, где-то внутри моей прически хранится целый склад расчесок, которые поглотили мои монстро-кудри. И я не шучу.

— Поход? — фыркнула Ханна, скидывая на пол тяжелый рюкзак с палаткой и припасами. А сама рухнула рядом с ним прямо на пол, наслаждаясь цивилизацией. — Поход, милая моя подруга, это выбраться за город и попеть песни у костра. А я пережила целое приключение! Это было обалденно. Я устала, как собака, но какой же это кайф.

Я присела рядом с ней на пол и обняла колени, с предвкушением ожидая ее рассказ. Ханна обладала удивительной способностью — находить на свою очаровательную задницу приключения.

— Автобус моей группы сломался, и я решила добираться до горы Каберн автостопом.

Я удивленно вскинула брови. Ну вот, все как я и предполагала. Без приключений эта чокнутая просто не умеет.

— А твоя группа? Они пошли искать попутку с тобой?

— Не-а. Я их бросила. В них не было духа приключений, я с ними чуть не умерла от скуки. А так я покаталась на тракторе!

— На тракторе? Где ты его нашла?

— Я решила сократить дорогу, и наткнулась на какие-то раскопки. А там этот трактор… Не важно, это было в самом начале! Потом я наткнулась на какого-то старика в лесу. Представляешь, он сам вырезал из деревьев какие-то тотемы или что-то вроде того, красил их и оставлял в лесу. А я на него наткнулась.

— Он что, вроде вызывал там каких-то… духов?

— Я тоже решила это выяснить. Старик оказался не против, что я до него докопалась. Привел меня к одному из своих тотемов. У нее был огромный рот, а внутри что-то вроде дупла. Он велел мне залезть туда и сидеть, пока он читал свои стихи. Якобы напитывал меня силами природы. Ха!

Не знай я Ханну, подумала бы, что она выдумывает. Но нет. Я выросла с ней, мы ходили в одну школу. И да, она и правда постоянно влипала в такие истории.

— Надеюсь, он не решил принести тебя в жертву тому дереву?

— Не, потом он напоил меня козьим молоком и отпустил в добрый путь, — Ханна отмахнулась и приняла сидячее положение, не в силах лежать в таком возбужденном состоянии. — Ох, Луна, а какая там была природа! Горы, поля, реки, животные… Закаты! В следующий раз ты должна будешь обязательно поехать туда со мной!

— Аминь, — подтвердила свои намерения я. И решила, что идеальнее момента сказать ей не будет. — Как раз у меня появилось больше свободного времени…

— Так! — прищурилась на меня подруга. — Варианта два. Либо ты бросила работу, либо Спенсера.

Ханна скрестила пальцы на руках и зажмурилась, делая вид, что молится, ожидая моего ответа. Я вздохнула. И чего она так взъелась на моего парня?

Со Спенсером мы начали встречаться еще в школе. Я была старшеклассницей, он чуть старше. Спенсер был популярен в школе, но вот среди взрослых считался хулиганом. Он уехал в Лондон раньше, чем я и Ханна, и уже успел найти постоянную работу. Не самую высокооплачиваемую, но на большее пока можно и не рассчитывать, ведь он так и не закончил колледж. Просто бросил его, даже не посоветовавшись со мной. Я, конечно, была не в восторге, но что поделаешь. Теперь он снимал в Лондоне комнату в общежитии, а я поселилась с Ханной. Но однажды мы со Спенсером съедемся, и мне придется оставить Ханну одну в нашей уютной квартирке. Наверное, поэтому она так бесится.

— Я бросила работу, — к разочарованию моей чокнутой подруги, ответила я. Ханна надула свои пухлые губы. — Но я уже решила, чем буду заниматься. Я напишу книгу!

Сначала Ханна покосилась на меня с сомнением. А после, когда поняла, что я не шучу, удивленно вскинула брови и звонко присвистнула.

— Ничего себе ты придумала. Круто, мне нравится! Дашь почитать?

За что я люблю Ханну, так это за то, что она готова поддержать любую мою, даже самую безумную идею.

— Я только начала. Пока пишу «слово об авторе».

Ханна на это весело хмыкнула.

— Серьезно, Луна? Ты еще не написала книгу, но уже восхваляешь ее автора? Ну ты и дурочка.

Я хотела бы возмутиться, но именно теперь, когда она это сказала, поняла, насколько сильно она права. Но не стану же я ей в этом признаваться?

— Нормально, я все равно уже все придумала. И мир такой удивительный, волшебный. И даже главного героя придумала.

— О-о, — протянула Ханна и красноречиво заиграла бровями. — Что, будешь писать от лица какого-нибудь горяченького красавчика?

— Ну, — чуть смутилась я. — Он и правда будет очень симпатичным.

— Ладно, фантазерка, — Ханна встала с пола и отряхнула свои запыленные штаны. Я старалась не заплакать, смотря на это. — Мне срочно требуется душ и еда, а иначе я впаду в кому. Сегодня вечером мы с тобой посетим какой-нибудь бар и караоке, и там подробно все обсудим. И поездку, и выдуманных красавчиков. А потом будем петь и танцевать до утра. Договорились?

— Я уже начала бояться, что ты не предложишь!

Следующие несколько часов я провела в книжном магазине на углу, изучая обложки самых популярных книг, напитываясь от них писательским вдохновением и просто наслаждаясь самым прекрасным запахом на земле. Я буквально потеряла счет времени, а после мне позвонил Спенсер. Он хотел встретиться, а я в этот момент как раз остановилась под козырьком книжного, мои ноги просто отказывались идти дальше! После уютного тепла магазина меня встретил пронизывающий осенний ветер. На лицо попало несколько капель противного накрапывающего дождя – они отскакивали от колес быстро проезжающих мимо машин. Влажный асфальт окрасился оранжевыми огнями уличным фонарей. Пока я гуляла по книжному, на улицу опустился прохладный вечер.

Ничего не поделаешь, придется идти на встречу. К тому же я уже давно не видела Спенсера и успела соскучиться. Последние несколько дней мы оба пропадали на работе. Но ничего. Все изменится, когда мы наконец съедемся.

Плотнее укутавшись в свою слишком легкую для такой погоды джинсовую куртку, я поспешила к месту встречи. Обычно мы встречались в сквере, который находился как раз между нашими домами. Но сегодня он попросил меня подойти к пабу, в котором мы часто проводили вечера субботы. Странно, ведь сегодня среда.

Спенсера я узнала издалека, легко выцепив его силуэт в толпе, даже с учетом моей легкой близорукости. Спасибо его высокому росту и необъяснимой любви к коричневым кожаным курткам в стиле восьмидесятых. Эту он носил еще в выпускном классе, и я никак не могла заставить его отнести ее на помойку. Спенсер стоял, прислонившись к старинному резному фонарному столбу и курил. Теплый свет фонаря выхватывал его расслабленную фигуру. Его и еще двух людей, которых я ну никак не ожидала увидеть рядом с ним.

— Какого черта, Спенс? — пробормотала я себе под нос, чувствуя, как внутри все начинает клокотать от гнева.

Я остановилась чуть поодаль прежде, чем подойти к ним. Вдох и выход, Луна. Вдох и выдох. Не стоит показывать всем, как сильно ты им не рада.

— Привет, котенок, — поприветствовал меня Спенсер, затушив тлеющую сигарету носком кроссовка. А после притянул меня к себе. Я незаметно поморщилась. Запах никотина все еще был слишком резким. Отстранившись, он указал рукой в сторону своей внезапной компании. — Знакомься, мои коллеги. Шарлотт и Остин.

Я приветливо — надеюсь — кивнула им и снова обернулась на Спенсера, пытаясь выразить ему свою претензию одним взглядом. Но мой дорогой парень лишь самодовольно усмехнулся. Что, если Луна не идет к горе, то ты решил притащить гору ко мне? Похоже, так и есть. Как же бесит!

В Шарлотт меня раздражало все, начиная с приторного имени. Она работала вместе со Спенсером и в последнее время я слышала о ней слишком часто. На обед – с Шарлотт, работать над очередным проектом – с Шарлотт, в супермаркет за шариками для корпоратива – тоже с Шарлотт. А в последнее время они даже созваниваться начали и подолгу трещать друг с другом, как две подружки. Ревную ли я?

Да, черт возьми, конечно, мне это не нравится!

И я не скрываю этого от Спенсера, но он упорно продолжает доказывать мне, что их не связывает ничего, кроме дружбы. Но даже, если это так, мне все равно это не нравится.

И что же делает Спенсер теперь, якобы, чтобы развеять все мои сомнения по поводу их тесных отношений? Он приводит ее знакомиться со мной! Он уже предлагал мне это, но я четко объяснила ему, что не хочу этого.

И вот теперь эта мадам на шпильках обнимает меня, словно мы какие-то подружки, а я задерживаю дыхание, чтобы не задохнуться от резкого запаха ее сладких духов. Ну хоть этот Остин ко мне не лезет. Понятия не имею, кто это такой.

— Я уже забронировал столик в пабе, так что можем заходить, — Спенсер поправил свои густые темные волосы, собранные в идеальный пробор, пострадавшие от очередного порыва ветра. Его темные глаза с белесыми ресницами скользнули по моему лицу. Неужели, пытается понять, не против ли я?

— Вообще-то, — бойко начала я, заправляя копну своих кудрей за ухо. — У меня были другие планы на этот вечер. Ханна приехала, мы идем в караоке.

— Я уже позвонил Ханне, — Спенсер коснулся моего плеча, подталкивая в сторону своих коллег. — Она не против пойти в паб с нами.

— Тогда ладно… — растерянно пролепетала я, повинуясь его настойчивым рукам.

Когда Шарлотт и Остин уже скрылись за дверью паба, стилизованную под красную телефонную будку, Спенсер наклонился к моему уху и легонько его поцеловал, шепнув:

— Я знаю, что ты злишься, котенок. Но мне пришлось это сделать. Тебе ведь не понравилось бы, если бы я пошел в паб с ней без тебя? А так тебе будет спокойнее. Сама увидишь, что между нами ничего такого нет. И мы сможем проводить вместе больше времени.

Вместе? Это вот с этой вот? Кажется, Спенсер решает проблему немного не так, как мне бы того хотелось.

Я постаралась отвлечься. Передо мной открылась дверь-телефонная будка, и в лицо ударило теплом и запахом жаренных гренок. Я любила это место. Это было чем-то средним между придорожной забегаловкой и люксовым рестораном. Тепло и уютно, с интерьером в типичном английском стиле. Это был наш собственный Central Perk, как в сериале «Друзья» — здесь часто встречались одни и те же лица, и мы постоянно занимали один и тот же столик в самом дальнем углу.

Приветливо улыбнувшись знакомому бармену, я первым делом помчалась в санузел, чтобы хоть немного привести себя в порядок после дождя. И долгожданная встреча с собственным отражением оказалась не такой приятной, как я надеялась. Копна моих русых кудрей окончательно взбунтовалась и мне пришлось принять меры — заключить их под стражу, собрать волосы в пучок на затылке. Тушь под глазами слегка растеклась. Будь рядом Ханна она подала бы мне условный сигнал, невзначай заявив, что «плачет небо». Небо — это потому, что мои глаза были синими, а плачет… ну это и так понятно.

Тяжело вздохнув, я была вынуждена признать, что сделала все, что могла. Нужно возвращаться.

Спенсер сидел за деревянным круглым столиком напротив Шарлотт, а Остин  разместился между ними. Я села рядом со Спенсером, оставив Ханне место рядом с Шарлотт. Прости уж, подружка.

В основном эти трое обсуждали свою работу, каких-то людей со своей работы, а я старалась не казаться здесь очень лишней. Скорее бы пришла Ханна, чтобы хоть немного сбалансировать эту компанию.

В конечном итоге я сдалась, подарив все свое внимание тарелке с фисташками. Может, и не плохо, что Спенсер устроил эту встречу? Зато теперь я смогла своими глазами увидеть его общение с этой девушкой. Казалось, что Шарлотт и правда не переступает черту. Может, зря я так из-за нее бесилась? В какой-то момент она даже попыталась завести тему, в которой могла бы поучаствовать и я, но эти девчачьи разговоры быстро сходили на нет, когда Остин снова вспоминал очередной случай из офиса. Вот же заладил! Живет он что ли на этой работе?

— Я придумал, как отвернуть экран компьютера так, чтобы можно было спокойно смотреть сериалы, и босс этого не заметил, — похвастался Спенсер, перекрикивая бодрую гитарную музыку, под которую некоторые умудрялись даже танцевать. — Как раз смотрю сейчас тот сериал, — Спенсер повернулся ко мне и нахмурился, пытаясь что-то вспомнить. — Как его там? Я тебе рассказывал.

Я честно задумалась, но в итоге медленно качнула головой.

— Не помню, чтобы ты говорил о сериале.

— Да точно говорил, — настаивал Спенсер.

Я пожала плечами, но тут подала голос Шарлотт:

— Там было что-то о мирах… Параллельные или волшебные.

— Точно, — щелкнул пальцами Спенсер, шумно опуская ладони на стол.

Всколыхнулись напитки. А вместе с ними и мое терпение. Такое случалось уже не впервые. Он снова забыл кому и о чем рассказывал — мне или ей. Это так глупо, ведь каждый человек мог о чем-то запамятовать. Но я не могла ничего с собой поделать, я делила с этой девушкой внимание своего парня так, будто он был моей собственностью! Как же тошно от самой себя.

В конечном итоге я заскучала. Время перевалило за полночь, а Ханна так и не пришла. Я писала ей, но сообщения так и оставались висеть непрочитанными. Может, устала и уснула?

Отлучившись в туалет, я поняла, что не хочу возвращаться назад. Я же просто теряю здесь свое время, а у меня еще столько дел, столько планов! Поэтому, оставшись в кабинке, я опустила стульчак и уселась на него верхом, доставая из рюкзака смартфон. Я могу набросать заметки по персонажам сейчас, а завтра перенести их в ноутбук. Кто же знал, что вдохновение настигнет меня в таком интересном месте?

Этот образ не выходил из моей головы весь день. Но я целенаправленно не переносила его на «бумагу», хотела продумать в малейших деталях, и, кажется, у меня получилось. Имя я пока не придумала, но этот дракон в человеческом обличии будет главным персонажем моей книги. И он будет просто идеальным мужчиной! Таким, каких в реальной жизни просто не бывает. Могу же я полюбоваться таким хотя бы в собственных фантазиях, правда? Для этого человечество и придумало литературу.

Я не нашла в своем смартфоне заметок, поэтому начала печатать сообщение Ханне. Думаю, она не будет против. Итак, его имя… Потом придумаю. Гораздо важнее то, как он будет выглядеть. Я видела его так, будто была лично знакома с эти человеком. Его образ буквально рвался из меня наружу.

Он был драконом. Ярчайшие синие глаза, глубже любого океана. Очаровательные вьющиеся русые волосы, чуть спадающие на длинные темные ресницы. Выраженные скулы, чуть пухлые губы с обаятельной кривой улыбкой, от которой на щеках выступают едва заметные ямочки. Взгляд с легким соблазнительным прищуром, пробивающим до дрожи, а тело…

На этом моменте я резко остановилась, отправляя сообщение Ханне. До тела я еще доберусь. Это было моим первым свиданием с выдуманным синеглазым красавчиком. Чтобы позволить ему ворваться в мои фантазии со своим телом, ему придется еще немного подождать.

Черт, кажется, мне не стоило начинать вторую пинту. В любом случае, пора возвращаться и активно намекать Спенсеру, чтобы проводил меня до дома.

Поднявшись, я поправила одежду и нажала на кнопку смыва, чтобы никто не подумал, что я сидела тут просто так, как дура. Подобрала с пола рюкзак и толкнула дверцу кабинки туалета, делая шаг наружу.

В лицо тут же ударил аромат леса после дождя.

Сзади послышался звук, с которым закрылась кабинка. А я ошарашенно замерла на месте, напугано прижав к груди свой рюкзак. Нет, я вовсе не запаха испугалась. А того, что это был вовсе не освежитель воздуха.

А лес. Реально лес. Настоящий, мать его, лес!

Затравленно обернувшись, я не обнаружила у себя за спиной пути отступления в виде дверцы туалетной кабинки. Позади оказалось подножие обрыва, увитого буйной растительностью, и гряда неровных валунов.

Так, это что-то новенькое. Такого со мной еще не случалось. Спокойно. Дышим. Думаем. Рассуждаем.

Какова вероятность выйти из туалетной кабинки и оказаться посреди леса? Я, конечно, не эксперт, но подозреваю, что нулевая.

Достав из рюкзака свой смартфон, я попыталась дозвониться до Спенсера, но связи не было от слова совсем. Где-то ухнула сова, и я вздрогнула, готовая вот-вот отдать свое тело и разум в полное владение панической атаке. Пусть разбирается с этим сама.

А после у меня над головой вдруг пролетел светящийся розовый шар. Миленько? Нет! Он обжег мое лицо, и я в панике бросилась назад, в противоположную от него сторону, к валунам. Неуклюже перевалившись через один из них, я больно ударилась бедром и застонала.

Да что здесь вообще происходит?!

Найдя ладонями опору в колючей лесной траве, я приподнялась, вскинув голову.

И вдруг нос к носу столкнулась с чьим-то настороженным взглядом.

Синие. Невероятной синевы глаза, глубже любого океана.

Испуганно отстранившись как можно дальше, я застыла, не в силах поверить собственным глазам. Ночная темнота не помешала мне разглядеть лицо молодого мужчины, внезапно встретившегося мне за валунами в лесу.

Это был он. Один в один. Персонаж моей будущей книги. Дракон, которого я только что написала.

Так, спокойно. Дышим. Думаем.

Я точно не сошла с ума. Я бы почувствовала, что сошла с ума, если бы сошла, да? Но я чувствую себя вполне нормальной! Этому всему определенно должно быть логическое объяснение.

Я сосредоточилась на том, что вижу вокруг. На месте, в котором я так внезапно очутилась. Лес, не очень густой, видно, что опушка не так далеко. Пахнет ночной летней свежестью, мхом и можжевельником. Летней? Но сейчас же осень! По обе стороны меня окружал влажный холодный камень — с одной стороны валуны, за которыми я скрылась от какой-то странной летающей штуки, а с другой навесная скала, уходящая куда-то высоко вверх. Я вскинула голову, пытаясь разглядеть в темноте ее конец. Но он прятался где-то в ночных тенях. Над головой лиственные кроны покачиваются на ветру, а за ними виднеются звезды… Стоп, а почему они фиолетовые? И еще раз за разом вспыхивают какие-то золотые вспышки, похожие на молнии, только вот обычно молнии прорезают небо по вертикали, а эти как будто бы по горизонтали. Сложно рассмотреть за кронами, но что-то здесь явно было не так, все ощущалось каким-то нереальным, ненастоящим.

Сон. Ну точно же, очевидно, что я просто-напросто уснула. Весь день думала о книге, и вот она мне приснилась!

А тем временем дракон, которого я сама же и придумала, без резких движений, будто я могла в любой момент на него наброситься, подполз ко мне ближе. И… принюхался? Что это он делает?

— Ты не ангел, — полушепотом изрек он свое умозаключение, нахмурив широкие светлые брови. — И, очевидно, не фея.

Я возмущенно вздернула нос. Ну да, может быть, я и выгляжу немного растрепанной после прыжков через камни, но это не значит, что ему позволено меня оскорблять, хоть и завуалированно.

— Да и у тебя крыльев за спиной не наблюдается, — фыркнула я, приняв более удобное положение, чуть привстав, чтобы помочь своим затекшим ногам. Моя макушка на мгновение опасно выглянула из-за валунов.

Яркие синие глаза парня при этом испуганно округлились, и он бросился на меня, схватив за плечи, и повалил на спину. Я растерялась настолько, что не оказала никакого сопротивления, чувствуя затылком влажную лесную траву. А прямо над собой героя моей книги. И его теплые пальцы, сомкнувшиеся на моих плечах.

— Ты что делаешь? Высунешься, и останешься без головы! Феи уже заняли позиции.

Я скептически вскинула бровь, но возражать не стала. Не стану же я объяснять несуществующему парню, что все это просто сон, плод моего воображения? И не существует на самом деле ни этого леса, ни фей, ни даже его самого. Никому такие новости не понравятся.

Хм, а что, это может быть очень даже полезно для моей книги! Я где-то читала, что Сальвадор Дали черпал идеи для своих картин из собственных снов. Да и многие творцы так делают, даже специально кладут блокнот и ручку рядом с подушкой, чтобы записать все пришедшие во сне идеи сразу, пока они не стерлись из памяти. Выходит, мой мозг сам дает мне подсказки! Надеюсь, когда проснусь, смогу все это вспомнить.

Приняв самый серьезный вид, на который была способна, я доверительно вцепилась пальцами в его предплечья, облаченные в мягкую на ощупь кожаную куртку. И тихо прошептала:

— Прости, я… просто заблудилась. А потом на меня кто-то напал. Значит, это были… феи?

Я рассчитывала на то, что он купиться на это без проблем. Но что-то явно пошло не по плану. Мой дракон как-то странно хмыкнул и подозрительно сощурился, скользнув по моему лицу взглядом.

— Просто заблудилась, говоришь… Да кто ты вообще такая?

Нагло и без спроса он сдвинул мои волосы в сторону, критично осматривая ухо. Я задохнулась от возмущения, намереваясь сбросить его с себя…

Как вдруг что-то произошло.

Странное чувство требовательно толкнуло меня в солнечное сплетение. Сердце пропустило удар, после чего ускорило свой бег. В нос ударил запах свежести — так пахнет воздух перед грозой — самый приятный запах на земле. Весь мой мир вдруг сжался до одной маленькой точки, и в ее центре осталась только я. И он. Дракон, которого я выдумала теперь смотрел на меня растерянно, удивленно, будто только что увидел впервые. Неужели, и с ним случилось то же, что и со мной? Но что это было?

Мысли путались в голове, я совсем перестала соображать. Задыхаясь и пытаясь вспомнить, как правильно дышать, я как завороженная уставилась на родинку под внешним уголком его правого глаза. Она была настолько очаровательной — словно финальный аккорд, идеальная точка в конце описания главного героя моей книги.

— Кто ты такая? — теперь уже совсем другим тоном спросил у меня он. Дракон говорил тихо, с легкой хрипотцой. Его широкая грудь и плечи тяжело вздымались и опускались. И с каждым новым выдохом, казалось, он опускается все ниже. Ко мне.

— Я Луна, — глупо ответила я, не зная, что еще сказать.

Парень нахмурился от моего ответа, а после рвано тряхнул головой. Крупные кудряшки упали ему на глаза, и теперь он смотрел на меня исподлобья. А после вдруг чуть отстранился и схватил меня за ворот футболки, беспардонно оттягивая ее ниже. Вскрикнув, я дернулась, пытаясь скинуть его руку, но он отмахнулся от меня, свободной рукой прижимая обратно к земле. Оттянув ворот моей футболки до опасной близости с лифчиком, он наклонился ниже и прищурился, пытаясь рассмотреть что-то на моей коже. Я испуганно замерла, ожидая, что же будет дальше. Но вот он отстранился и выпустил меня из плена свои рук, растерянно проведя ладонью по лицу, будто бы прогоняя наваждение.

— Какого черта ты вытворяешь? — смело рявкнула я, приподнимаясь на локтях. Теперь, когда он потерял интерес к моему декольте, я смогла позволить себе показать зубы.

— Я думал, что… — все еще растерянно начал он, но тут же взял себя в руки, выпрямляясь. — Я искал метку. Но ее нет. Я ошибся, — а после, будто опомнившись, добавил тоном, ставшим вдруг максимально официальным. — Прошу прощения за свое непозволительное поведение. Я обязательно заглажу свою вину.

— Какую еще метку? — не поняла я.

Он покосился на меня, как на полную идиотку. А вместо того, чтобы ответить, вдруг спросил:

— Кто такой «черт», о котором ты говорила?

В этот раз на него покосилась уже я.

Вдруг в ночную тишину ворвался звук, с которым крылья стаи птиц разрезают воздух. Только вот он оказался настолько громким и появился так внезапно, что я испуганно отпрянула и сжалась в комок, прижавшись плечом к холодному камню. Это заметил и парень, который, в отличии от меня, даже не моргнул. Будто только этого и ждал.

— Началось, — на его лице появилась воодушевленная, по-мальчишески озорная, улыбка. Чему тут вообще радоваться? Нашествию птиц? — Лучше бы тебе не высовываться.

Я хотела было возмутиться, мол не нуждаюсь в советах, но все-таки попридержала язык. Я не из тех, кто станет бездумно врываться в самую гущу событий. Для начала стоит оценить сложившуюся ситуацию. Да и герою моего романа было уже не до меня. Чуть привстав, он вытащил из кармана какую-то короткую палочку. Волшебная что ли? Нет, вряд ли. Как только он встряхнул рукой, палочка тут же вытянулась, удлинилась и превращаясь в тонкий посох.

А после мой сон окончательно превратился в какое-то безумие. Воздух всколыхнулся, подхватив и подбросив волосы. Над головой со свистом пролетали пернатые создания. Да только вот это определенно были не птицы. А люди. С гигантскими белоснежными крыльями. Пролетая у меня над головой, они издавали синхронный клич, окончательно разрушив тишину ночного леса. Это что, ангелы? Ангелов я не придумывала! Хотя… Почему бы и нет?

С неба, словно снег, на мою голову медленно и неспеша опускались белоснежные перья. Они усыпали все пространство у меня перед ногами, и я подобрала одно, задумчиво покрутив его между пальцев. Еще теплое. А после приподнялась и аккуратно выглянула из-за валуна, за которым пряталась.

Когда шла на встречу со Спенсером даже и предположить себе не могла, что в конце дня меня будет ждать такое представление! Ангелы, все еще прибывающие у меня из-за спины, занимали позиции на поляне, освещенной двумя фиолетовыми лунами и такого же цвета звездами. Где-то среди них я заметила главного героя моего романа. Он был высок и широкоплеч, чем сильно выделялся на фоне хрупких невысоких ангелов, облаченных в светлые… Джинсы и рубашки? Что ж, достаточно стильно. Бог им судья, как говорится.

Выделялся мой главный герой не только комплекцией, но и одеждой. Удивительно, я только сейчас заметила, что его свободная куртка не имеет собственного цвета. Как хамелеон, она менялась, подстраиваясь под окружение, делая его в движении практически незаметным. Зато на ногах самые обычные черные джинсы и кроссовки. Так, ничего, в книге я это подправлю. Придумает ему что-то более экстравагантное!

С другой стороны поляны замелькали маленькие огоньки — желтые, зеленые, розовые, оранжевые. Они хаотично перемещались между деревьев, стремительно приближаясь к ангелам, которые, как и герой моего романа, схватились за тонкие удлиняющиеся палки.

В воздухе повисло напряжение. Мгновение перед битвой.

А после от одного из маленьких огоньков оторвался огромный светящиеся розовый шар — точь в точь, как тот, что едва не врезался в мою голову! — и полетел прямиком в ангелов, которые спешно посыпались в стороны. Запахло палеными волосами. Точнее — перьями.

— Откуда у этих тварей столько магии, чтобы тратить ее на атаку? — возмутился один из ангелов, упавший в траву совсем недалеко от меня, и я смогла услышать его возмущение. Это был совсем молодой паренек с невинным, прекрасным лицом.

— Точно копили ее для этого, готовились к тому, чтобы украсть наш артефакт! — женщина-ангел постарше помогла ему встать на ноги. Как же красива она была, даже не смотря на наметившиеся морщинки на лице.

— Тогда у меня больше нет сомнений, это точно сделали они! — парень-ангел подобрал с земли свой посох и воинственно вскинул его вверх, закричав. — Вернем наш артефакт! Небо ждет нас, братья и сестры! За Единого!

Остальные ангелы отозвались на его слова одобрительными возгласами и ринулись в атаку. Герой моего романа бежал вместе с ними одним из первых. Но что он здесь забыл? Ведь он не был ангелом. Я придумала его драконом.

Ангелы и маленькие светящиеся в ночи точки-феи схлестнулись в битве. Я наблюдала за этим с живым интересом, практически забравшись на камень верхом. Это было похоже на преследование назойливых комаров, которые мешают спать ночью. Ангелы неуклюже размахивали своими палками, пытаясь сбить маленькие шустрые огоньки, но безуспешно. Я даже почти развеселилась, пока одна из точек вдруг не увеличилась в размерах, сравнившись ростом с семилетним ребенком, и со всей силы не врезалась одному из ангелов в живот. Тот уронил свою несчастную палку и повалился на землю. А милая феечка с огромными наивными глазами и алыми пухлыми губками-бантиками вдруг прокричала:

— Гаси этих ублюдков! Сдохните, свиньи белозадые! Сдохните!

И тут это «милое создание» злобно зыркнуло прямо на меня! Испуганно ойкнув, я закатилась обратно за свой валун, как вдруг он разлетелся на мелкие куски, усыпав меня каменной крошкой. Я упала на землю, прикрывая голову руками. Воздух вокруг искрился от магии, которой она шарахнула прямо в мое укрытие! Меня-то за что?

Укрытия у меня больше не было. Я поползла куда-то в сторону, совершенно ошарашенная, боясь снова подставиться. Пусть это и был сон, но кто-нибудь во сне хотя бы раз переставал бежать, когда сзади за тобой бежал злой волк? Вот и мне как-то не хочется!

Вскоре я наткнулась на лежащего на земле ангела. Тут же не задумываясь коснулась его груди, проверяя сердцебиение.

Живой.

А после одернула себя — Луна, это просто сон, никого не убивают по-настоящему!

Перестав валять дурака, я нашарила в траве посох того ангела и вскочила на ноги, готовая обороняться. Но, к счастью, та фея не стала меня преследовать. Зато другие огоньки тоже увеличились в размерах и теперь сражались с ангелами практически врукопашную, лишь изредка используя свою опасную магию. Интересно, что за артефакт они там не поделили? Обязательно нужно выяснить!

Несмотря на внешность участников битвы, сражение было явно нешуточным. С перекошенными от напряжения лицами, ангелы и феи скрещивали оружие, разгоняясь при помощи крыльев. Не смотря на свои детские размеры, феи не уступали ангелам в силе и решительности. Ангелы стискивали зубы, были сосредоточены и, казалось, сохраняли самообладание. Феи же вели себя импульсивно, атаковали безостановочно, яростно, выкрикивали самые грязные из всех возможных оскорбления. А если им не удавалось достать своими посохами до ангела, они начинали в них плеваться.

Я не знала всех тонкостей конфликта, но в итоге решила довериться герою своего романа и выбрать сторону ангелов. Неуклюже размахнувшись украденной палкой, я легонько ткнула ею одну из фей, вцепившуюся зубами ангелу в запястье. Достаточно для того, чтобы это маленькое чудовище отцепилось от несчастного парня. Но эффект оказался куда мощнее, чем я ожидала. Фея коротко дернулась и без чувств опустилась на землю, рассыпая вокруг себя голубую пыльцу.

— Спасибо. Да улыбнется тебе Единый, — поблагодарил меня ангел, чуть поклонившись. И тут же со всего размахну ткнул посохом в несущийся на него разъяренный вихрь. Едва конец посоха коснулся кожи феи, та точно так же без чувств опустилась на землю.

Теперь я взглянула на свое оружие совсем другими глазами. С уважением. Очень действенная и гуманная штука. Точно взять на заметку.

Я бы хотела научиться управлять собственным сном и ворваться в битву подобно героини, великолепной и устрашающей воительнице, легко и играючи сокрушающих врагов на поле боя. Но, увы, все, что я могла — уворачиваться и постоянно отступать, вскрикивая каждый раз, когда на меня нацеливалась очередная громко матерящаяся фея или внезапный светящийся шар, обжигающий похлеще огня. Сердце бешено билось в груди, руки подрагивали от переполняющего меня адреналина, лицо покрылось испариной. Я выдохлась, но прятаться было некуда. Разве что потихоньку продвигаться в сторону скалистого утеса, что я и делала. Там виднелись еще валуны, за которыми можно было скрыться хотя бы для того, чтобы перевести дыхание. Я отбивалась и защищалась уже из последних сил, жадно хватая ртом воздух. Неприятно кололо в боку.

В какой-то момент, отступая назад, я ощутила, что уткнулась во что-то спиной. Неужели, добралась до скалы? Оглянулась — нет, до нее еще слишком далеко. А преграда за моей спиной тем временем шевельнулась, и я испуганно заглянула через плечо, сильнее сжав посох.

— И снова ты, — весело улыбнулись мне синие глаза героя моего романа. — Говорил же, что тебе лучше не высовываться.

Мы с ним стояли спина к спине, как в лучших боевиках, медленно продвигаясь по полю битвы, прикрывая друг друга. Два незнакомца отчего-то решили довериться друг другу, хоть и ненадолго. Как глупо, да? Но я вдруг поймала себя на мысли, что рада столкнуться с ним. Что теперь мне стало немного спокойнее и я перестала затравленно оглядываться.

— А сам-то, — поддаваясь его настроению, взбудоражено заулыбалась. — Зачем влез в чужие разборки? Очевидно же, что ты никакой не ангел. И уж точно не фея.

Герой моего романа отчего-то помедлил с ответом, и в его косом взгляде через плечо в мою сторону проскользнуло что-то, чего я не смогла понять без слов.

А после вдруг обаятельно усмехнулся одним уголком рта. На его щеке прорезалась озорная ямочка.

— Просто это весело.

Мои брови удивленно поползли вверх. Какое ребячество! А на вид уже совсем взрослый. Я бы дала ему не меньше двадцати пяти.

— По-твоему это весело? Да они же тут убить друг друга готовы!

— Пока еще не готовы, — заверил меня парень, ловко крутанувшись, чтобы увести меня от прямой атаки сразу двух фей, и ловко от них отбиваясь. — Но как только они решат перейти черту, придется прекращать веселье.

Интересно, как? — хотела спросить я, как вдруг «веселье» и правда начало заканчиваться.

Совсем рядом просвистело сразу три светящихся шара — желтый, голубой и оранжевый. Меня не задело, но жар я ощутила сполна, испуганно прижав свой посох к груди. Прекрасная идея, я в безопасности!

Два шара пролетели мимо, никого не задев, а вот один из них, кажется, летел прямиком в пару ангелов. Девушка помогала мужчине идти, кажется, он подвернул ногу. Они просто не успевали увернуться, и я в панике наблюдала за этой неминуемой катастрофой, но понимала, что не могу ничего сделать. И все же изо всех сил напрягла свой разум, пытаясь управлять собственным сном. Даже руку протянула, но ничего не происходило. Черт, черт, черт!

И тут спина героя моего романа оторвалась от моей. Я обернулась, наблюдая за тем, как он играючи, словно волшебной палочкой, поводит кончиком посоха вперед и резко вверх. И — о чудо — волшебный шар, повинуясь его воле, меняет траекторию своего движения и пулей улетает вверх, к фиолетовым звездам.

Но на этом все не закончилось, напротив. Все только начиналось.

Ангелов в корне не устраивало такое положение вещей, и они решили ответить феям той же монетой. Посохи были отброшены, воздух на поляне буквально заискрился, напитавшись магией. Я точно знала, что это она, чувствовала, как по телу пробегают мурашки, как оно наполняется внезапной энергией, как волосы встают дыбом, щекоча кожу головы. Это было потрясающе!

А после все превратилось в самый яркий кошмар в моей жизни. Ангельские тела светились ослепляющим светом, крылья искрили и трещали, грозясь поджарить фей, если они подлетят слишком близко. Вокруг фей во все стороны разлетались яростные искры, они выкрикивали угрозы и грязные ругательства, бездумно швыряя во все стороны обжигающие сгустки магии.

Я поняла, что на этом моя битва окончена. Пригнувшись к земле, я обхватила голову руками, нервно дергая себя за прядки волос, пытаясь проснуться. Но все без толку! Вот и сказочке конец. Меня здесь точно убьют.

В голову забралась абсолютно неуместная мысль о том, что я так и не успела узнать у героя моего романа его имя. Я нашла его взглядом. Он бесстрашно бежал сквозь разгоряченную толпу, абсолютно не страшась, что его может задеть «шальная» магия. Его куртка-хамелеон красиво отражала в себе этот разноцветный фейерверк. Но он больше не улыбался. Его лицо было серьезным, сосредоточенным. Какая удивительная метаморфоза. Я видела перед собой будто абсолютно другого парня. Нет, не парня. Мужчину.

Добравшись до самой гущи сражения, он отмахнулся от опасного сгустка магии, как от назойливой мухи и даже бровью не повел. Расправив плечи, он чуть вскинул подбородок, с легкой досадой и твердой решимостью наблюдая за происходящим. А после в него попали. Я вскрикнула, когда его тело попало в плен ярких синих молний и невольно подалась ему навстречу. Будто готова была принять весь удар на себя. Как странно. Я одернула себя, пытаясь отвести взгляд. Но мне это никак не удавалось. И очень кстати. Ведь если бы отвернулась, никогда не узнала бы, что эти молнии не причиняли ему вреда. Ведь были созданы им самим. Он повелевал ими, и эта безграничная власть отразилась тенью на его спокойном лице.

— Это же он… — благоговейно прошептал ближайший ко мне ангел, и свет вокруг его тела тут же погас. А после он вдруг опустил голову будто бы в поклоне.

Молний вокруг напряженного тела героя моего романа стало так много, что в какой-то момент я перестала различать его силуэт. Он стал стремительно увеличиваться в размерах. А уже через мгновение над ночной лесной поляной, касаясь макушкой крон деревьев, величественно возвышался дракон цвета грозового неба. Он раскрыл крылья, будто бы предупреждая, а после снова прижал их к спине, величественно взирая на всех, кто остался внизу.

Феи и ангелы тем временем прекратили свое сражение, пораженно уставившись на дракона. И я их прекрасно понимала. От такого зрелища даже у меня — той, кто его придумала — подкашивались ноги.

— Ваше высочество, — зашептались отовсюду.

— Это Его Высочество! Принц! Он здесь!

Высочество?!

Многие уже почтительно попадали на колени, склоняя головы перед драконом, по сияющей чешуе которого скакали молнии. Но некоторые, будто увидели перед собой какую-то рок-звезду и ринулись вперед, ближе к дракону, чтобы преклонить колени прямо у его ног, коснуться его чешуйчатой кожи.

Я стояла на месте, как вкопанная, любуясь тем, как на его чешуе цвета грозового неба отражается свет фиолетовых звезд и двух лун. Чувствуя, как воздух вокруг меня наэлектризовался и буквально касался моей кожи легкими разрядами тока. И в какой-то момент огромные глубоко-синие глаза дракона уставились прямо на меня.

И именно в этот момент меня толкнули в спину обезумевшие от появления Величества ангелы. Они бежали к нему, даже не заметив, что у них на пути стояла я!

Я попыталась сохранить равновесие, но тут меня толкнули снова. Неуклюже накренившись вперед, я стала падать, выставляя руки, чтобы смягчить падение. Зажмурилась. И ощутила, как мягкая и теплая лесная земля принимает меня в свои объятия.

Стоп. Мягкая и теплая?

Открыв глаза, я едва не ослепла от дневного света. Чуть привстав на локтях, я с легкой растерянностью уставилась на свою подушку с красочным логотипом группы Nirvana. Из окна на меня светило яркое утреннее солнце. Кажется, сегодня ожидается хорошая погода.

Ну вот. Я проснулась. Только почему на мне все та же одежда? И что-то колючее запуталось в волосах…

Проведя по спутанным кудрям пальцами, я растерянно уставилась на свою находку. Это была маленькая сухая веточка. И от нее все еще пахло лесом.

Откинувшись на подушки, я задумчиво покрутила веточку между пальцев. А после отбросила ее на прикроватную тумбочку и шумно выдохнула. Какая же я дурочка. Ветка и ветка! Просто напридумывала себе всякой ерунды спросонья. Ага, из волшебного леса телепортнулась прямиком в собственную кровать. Наверняка, туда-сюда меня возил единорог-экспресс по дороге из радуги. А завтрак в постель мне принесут летающие феечки в розовых платьицах. Главное, чтобы не наплевали мне в кофе.

Вот это сон мне приснился! Таких ярких я еще никогда не видела. Главное, успеть все записать. А пытаться вспомнить, как я закончила вчерашний вечер и добралась до дома, буду уже потом.

Нашарив под подушкой свой смартфон, я разблокировала экран. Зарядки почти не осталось. Еще бы, ведь всю ночь его одолевали сообщения. Ой-ей, двенадцать пропущенных от Спенсера и целая куча сообщений. Гневных сообщений. Что я успела натворить? Не помню, чтобы выпила очень много. Точно не до такой степени, чтобы мне полностью отшибло память! Чувствую себя просто паршиво…

Если верить сообщениям Спенсера, из бара я ушла по-английски. И это ему ну очень не понравилось. Что ж, его истерику можно понять. Как же стыдно. Все, с этого дня начинаю вести здоровый образ жизни! Только никакого спорта. Терпеть это все не могу.

«Спенс, прости-прости-прости! Я проснулась, и я дома. Понятия не имею, что на меня вчера нашло, но я в порядке :) Донт пэник :3» — быстро напечатала я, лишь бегло пробежавшись по его сообщениям. Черт, он точно меня убьет. На душе все крайне неприятно переворачивалось.

«Луна, ты совсем ненормальная? Я чуть с ума не сошел, ты просто взяла и пропала! Я всю ночь не спал!» — тут же пришел ответ. Я поджала губы. Ничего и не возразить, я и правда ужасно виновата. Но не говорить же ему, что мне напрочь отшибло память. Подумает еще, что я и правда ненормальная.

«Так получилось, прости. Потом все объясню, но я в порядке, можешь не волноваться)»

«Я сейчас приеду.»

О, нет, только эмоциональных разборок мне сейчас не хватало. Пусть лучше остынет сначала. Да и у меня нет никакого желания с кем-то разговаривать сейчас. Голова просто раскалывается. Ужас.

«Ты же должен быть на работе? Увидимся вечером, ладно? Я сейчас не в лучше форме, хочу немного прийти в себя :*»

Больше Спенсер мне не писал, и я решила, что молчание – знак согласия.

Пришлось сильно постараться, чтобы заглушить чувство стыда и встать с постели. Выбрав первую попавшуюся чистую одежду, я вышла из комнаты, чтобы помыться и переодеться. Я очень надеялась, что Ханна еще спит — не хотелось говорить вообще ни с кем, голова трещала, словно ее накачали воздухом, как воздушный шарик. Но закон подлости работал безотказно.

— Выглядишь, как дерьмо, — беззлобно поздоровалась подруга. Ханна сидела на полу в одной пижаме, прислонившись спиной к дивану и выковыривала ложкой авокадо, морщась каждый раз, когда ненавистный ей фрукт оказывался во рту. Ее волосы были собраны в небрежный, уже покосившийся набок, высокий хвост.

— Чувствую себя так же, — призналась я, прижимая к груди кучку с одеждой.

— Ночка была что надо?

— Ты даже не представляешь, насколько, — многозначно хмыкнула я, а после болезненно поморщилась.

Ханна на это лишь слегка поджала губы. Но я знала ее слишком давно, чтобы заподозрить неладное. Поэтому, положив гору одежды на компьютерный стол, приблизилась к ней и села рядом, прямо на пол, прижав колени к груди.

— Ты злишься? — в лоб спросила я.

Ханна на это яростно вонзила ложку в мякоть авокадо.

— А ты как думаешь, Лу? У нас с тобой были планы на вчера! И ты меня кинула!

Я растерянно уставилась на ее сердитое лицо.

— Погоди, но Спенсер сказал, что ты решила присоединиться к нам в пабе. Я ждала тебя.

На это Ханна откровенно фыркнула.

— О, да, Спенсер позвал меня, — его имя она выделила особой интонацией, явно недружелюбной. — Да ты бы слышала, Лу, как именно он это сделал. Он очень ясно дал понять, что я могу прийти, но он и его друзья этому будут не рады.

Я не спешила с ответом, боясь раздуть этот пожар гнева и негодования еще сильнее. С Ханной всегда так. Она быстро заводилась и так же мгновенно остывала. Главное, не попасть в эпицентр бури в самый неудачный момент.

— А ты точно… все правильно поняла? Мне показалось, что Спенс тоже был уверен, что ты придешь.

Прежде чем ответить, Ханна несколько раз шумно вдохнула и выдохнула, отложив, наконец, несчастный авокадо.

— Ты помнишь, что было, когда мы с тобой в кои-то веки решили выбраться на пляж вдвоем?

— Это же было тысячу лет назад!

— А я вот помню, — с нажимом продолжила она. — Он названивал тебе каждые пол часа, как ненормальный. А потом, когда услышал голос того парня, который хотел со мной познакомиться, как чокнутый приехал туда и молча шел позади нас в сторону дома, как какой-то маньяк. А я ведь даже не стала знакомиться с тем парнем!

— Я помню, Ханна, — я устало положила голову на колени. — Иногда он бывает очень ревнивым. И ту ситуацию мы с ним обсудили, это в прошлом. Со всеми бывает.

— Да он же меня на дух не переносит! Вообще любого, кто крутится рядом с тобой. Он постоянно распугивал всех твоих школьных подруг. И даже со мной по началу запрещал общаться.

— Да. Но я же не перестала.

— Но он продолжает делать это снова, Лу. Это же ненормально.

Да, может Спенсер и был немного ревнив иногда, но Ханна сейчас явно перегибала палку. Я понимала, что она расстроена, поэтому не стала с ней спорить, просто обнимая ее за шею и зарываясь носом в ее волосы. Они пахли малиной. Иногда и я воровала этот ее потрясный шампунь.

— Я поняла тебя и готова загладить свою вину.

— Сегодня, — хмуро согласилась подруга, а после, покосившись на мое помятое лицо, сжалилась. — Ладно, завтра.

— Завтра, — подтвердила я. — Только ты, я и караоке.

На лице Ханны расцвела обворожительная улыбка. Она привычно протянула мне мизинец, и мы скрепили наш договор.

А после раздался стук в дверь.

Без лишних слов, мы с Ханной разыграли «камень, ножницы, бумагу». Проиграла я. Пришлось вставать и, ворча, плестись к двери. И кого принесло в такую рань?

— Спенсер? — мои брови непроизвольно поползли вверх. Я отступила назад, пропуская своего парня в комнату, уже ловя на себе красноречивый взгляд Ханны.

— Не знала, что мы ждем гостей, — закатив глаза, Ханна сдернула с дивана плед и укуталась в него, пряча от Спенсера свою пижаму. Тот на нее даже не взглянул. Я сразу подметила, что он был на взводе. Ну вот. Сегодня мне так и не удастся помыться.

— Я думала, что мы решили поговорить вечером, — растерянно промямлила я, чувствуя себя просто ужасно. Мне было стыдно перед Ханной за такой внезапный и явно неудобный для нее визит моего парня. И стыдно перед Спенсером за то, что ему пришлось здорово за меня поволноваться.

— А я хочу поговорить сейчас, — его тон не предвещал ничего хорошего. Спокойно, Луна. Если сейчас заведусь и я тоже, мы точно поругаемся. Поэтому придется хорошенько поискать остатки моего самообладания.

— Я пойду в свою комнату, но все равно буду подслушивать. Что б вы знали, — Ханна поднялась на ноги и сочувственно взглянула на меня, нарочито медленно скрываясь за дверью. Все это время Спенсер провожал ее таким взглядом, будто это она была повинна в моем исчезновении. Похоже, именно так он и думал.

— Послушай, я понимаю, что ты волновался, — как можно более мягко начала я, не став дожидаться, пока он заговорит первым. — Но я ведь уже написала тебе, что со мной все в порядке. И, если честно, мне сейчас не очень хочется это обсуждать. Чувствую себя паршиво. Давай ты подождешь меня, пока я схожу в душ, а потом мы вместе позавтракаем?

— У меня нет столько времени, — сухо отозвался Спенсер. — Мне пришлось уйти с работы, чтобы убедиться, что ты в порядке.

— Зачем? Тебя ведь могут уволить, — непонимающе покачала головой я. Ох, зря я это сказала. Спенсер зыркнул на меня так, будто это моя вина в том, что ему оказалось недостаточно моих сообщений. Будто бы меня мог похитить маньяк-извращенец и писать за меня. Смешно! А ведь, если его снова уволят, мы не сможем съехаться, как давно хотели. Я уже давно откладывала на это сбережения, а вот Спенс откладывать не любил.

Я прошла вглубь комнаты и села на краешек дивана. Спенсер же не стал садиться, беспокойно вышагивая по комнате передо мной. Мне снова стало стыдно, и я поднялась, пытаясь обнять его со спины и успокоить. Но он тут же резко развернулся, скидывая с себя мои руки и нависая надо мной тенью осуждения.

— Почему ты уехала и ничего не сказала? —наконец, спросил он у меня. А что я могла ему ответить? Что у меня случился легкий провал в памяти, и я не помню, как добралась домой? Это взбесит его еще сильнее!

— Я не хотела, правда. Так получилось.

— Так получилось? — его голос стал на тон тише, но было ощущение, будто он только что на меня накричал.

— Я почувствовала себя нехорошо, Спенс. И вызвала такси. Как только добралась до постели, сразу вырубилась, не было сил даже написать. Не знаю, что это было, но сейчас все в порядке, — терпеть не могу врать, но другого выхода я просто не вижу.

— Ты могла написать мне, когда ехала в такси. Могла просто пройти мимо меня к выходу и дать знать. Но ты просто ушла. Я чувствовал себя ужасным дураком перед коллегами!

Ах вот оно что. Моя бровь скептически изогнулась сама по себе. И я взорвалась.

— Ну прости, что мое самочувствие помешало твоим коллегам! Я вообще не просила тебя знакомить меня с ними! А ты просто взял и поставил меня перед фактом!

— Вот только не надо сейчас переводить стрелки, Луна. Ты опозорила меня, заставила волноваться, я не спал всю ночь, а теперь из-за тебя меня могут уволить. Ты это понимаешь?

Все. На этом моменте мое самообладание поставило жирную точку и пафосно бросило микрофон, разжав пальцы. Злость и обида клокотали внутри меня, и я едва сдерживалась, чтобы не схватить первое, что попадется под руку и не швырнуть о стену!

Вместо этого, отвернувшись от Спенсера, я сделала шаг в сторону от него. Но он схватил меня за запястье, останавливая. Я понимала, что на взводе. Что все последующие обсуждения не приведут ни к чему хорошему. Поэтому просто вырвала руку, не давая ему возможности схватить меня снова, хоть он и попытался. Быстро схватив со стола чистую одежду, я пулей метнулась в сторону ванной и влетела в нее, шумно закрывая за собой дверь.

А после присела на бортик ванной и спрятала лицо в ладонях, прерывисто выдыхая. Хотелось разрыдаться, но я не позволю себе этого сделать. Я буду глубоко дышать до тех пор, пока не смогу отнять ладони от лица и выпрямить спину. А после помоюсь, наконец, и выйду отсюда уже остывшей и все хорошенько обдумавшей.

Так я и сделала. Вдох-выдох. Убрала руки. Открыла глаза.

И со всей присущей в данной ситуации растерянностью уставилась в чью-то широкую спину. В нас ударил запах лаванды.

Что. Со мной. Происходит?!

Где я?

Так, спокойно, Луна. Дыши. Осмотрись. Думай.

Я обнаружила себя сидящей в гордом одиночестве на широкой скамье из прочного голубого стекла. Ее поверхность холодила мои ладони. Прямо передо мной и за моей спиной в ровный ряд стояло еще с десяток таких же. Только все они были заполнены людьми. Нет. Не людьми. Ангелами. И… что это? Эльфы? А те с рогами… Демоны, что ли?

Демоны в церкви? Интересно… Потому что это явно была церковь. Только вот подобных этой я никогда не видела. Еще бы. Ведь эта была плодом моего воображения. И сегодня оно явно отрывалось на полную катушку.

Весь пол был уложен красивыми отполированными камнями разных цветов и размеров. От такого разнообразия цветов ужасно захотелось сбегать в магазин и прихватить пару пачек Skittles. Прямо в центре помещения без единого угла чуть подсвечивалось круглое углубление прямо в полу, заполненное водой. По ровной глади воды неспеша скользили веточки лаванды. Так вот откуда такой сильный запах! А аккурат над этим колодцем, в куполообразном потолке светилось дневным светом отверстие, будто бы окно, за которым по синему небу неспешно проплывали кучные облака. Видимо, во время дождя именно через него колодец наполнялся водой. А весь остальной купол состоял из крупных кусков разноцветного стекла — огромная разноцветная ромашка с дырой по центру. Лучи полуденного солнца, попадая на цветастую крышу, щедро поливали внутренние убранства церкви всеми цветами радуги. У меня захватило дыхание от увиденного. Это было потрясающе красиво. Казалось, что этот невероятный свет, попадая на меня, наделяет меня волшебной силой. Еще немного, и я превращусь в фею.

Хотя нет, в кого угодно, но только не в фею! Кому тут нужно помолиться, чтобы он исполнил мое желание?

Я опустила взгляд от потолка и осмотрела пьедестал, на котором возвышался над остальными ангел-священник. У него за спиной, словно время застыло, зависли в воздухе осколки разноцветного битого стекла. А прямо под ними и под ногами священника росли пушистые кусты лаванды. М-да, понять по всем этим отличительным знакам, какому Богу мы тут поклоняемся, было невозможно. Но, к счастью, ангел как раз начал свою проповедь. Может быть, это поможет мне лучше понять выдуманный мною же мир? Или этот сон окажется одним из тех бредовых, в которых корова едет верхом на черепахе и читает при этом рэп?

— Братья и сестры, — ангел расправила крылья и раскинул в стороны руки. — Да улыбнется нам Единый!

Все, кто пришел на проповедь синхронно повторили:

— Да улыбнется нам Единый!

У меня даже мурашки по спине от всего этого поползли. Надеюсь, это не секта какая-нибудь? Посмотрим, потребуют ли с меня в конце плату.

— Сегодня мы собрались здесь все вместе, снедаемые смятением. Еще вчера наш город парил среди облаков, потому что однажды Единый даровал нам крылья. Но сегодня мы пали на землю. Вы спросите — что это? Происки старых, ложных, богов? Единый гневается на нас? Он отвернулся и больше никогда нам не улыбнется?

В зале тяжело повис напряженный шепот. Я с любопытством осмотрелась по сторонам. Поверить не могу, что еще каких-то пять минут назад я в дребезги поругалась со своим парнем. А уже сейчас сижу в какой-то странно церкви и слушаю проповедь от настоящего ангела!

Словно почувствовав что-то, я повернула голову в сторону, хотя все остальные неотрывно следили за священником, вышагивающим среди кустов лаванды.

И с каким-то благоговейным трепетом уставилась на ровный, благородный профиль героя моего романа. Конечно, он тоже был здесь. А как же иначе? Ведь это его история. Не моя.

Он чуть хмурил широкие брови, неотрывно наблюдая за священником, и то и дело кусал нижнюю губу. Он, очевидно, отличался от остальных посетителей этой церкви. Его плечи не пригибались вниз под тяжестью взора Единого, а лицо не вытягивалось от страха из-за слов проповеди. Он был будто бы немного отстранен от всего этого, словно зашел сюда по чистой случайности. Его не страшили ни какие-то старые боги, ни новый, ничего. Еще бы. Ведь он — принц. Еще и дракон.

И как ему удавалось быть одновременно и веселым улыбчивым мальчишкой, решившим «повеселиться», сражаясь против агрессивных фей при помощи палки; и в то же время таким величественно властным, внушающим трепет принцем, способным пригвоздить к месту одним своим видом со стороны?

Я невольно засмотрелась на него, как вдруг он словно почувствовал мой взгляд, оборачиваясь. А я не придумала ничего лучше, чем смущенно опустить взгляд на свои сцепленные между собой пальцы.

— Не поддавайтесь смятению, братья и сестры. Единый все еще улыбается нам, — продолжал тем временем священник. — Он посылает нам испытания, дабы испытать нашу веру! Чем тяжелее испытание, тем большая награда ждет в конце всех, кто не свернул с пути, не поддался сомнению! Да не сойдет с наших лиц светлая улыбка, да не свернем мы с пути единства, да не забудем минувшего, выжженного кровью и ложью!

В какой-то момент я поймала себя на мысли, что больше не вслушиваюсь в слова священника, не пытаюсь повторять за остальными слова молитвы, плотно скрепив обе ладони в кулак. Пусть меня осудят, но я не стану притворяться. К счастью, все были слишком заняты групповой завершающей молитвой, чтобы обращать внимание на одну заскучавшую девчонку, устало прикрывшую глаза. Может, когда я открою их, снова окажусь в своей ванной и смогу, наконец, помыться?

— Интересное совпадение, — послышался чужой шепот прямо у уха. Волосы обдало чужим дыханием, и я вздрогнула, открывая глаза. Шея покрылась мурашками. Нет, я все еще была в той церкви. А рядом со мной сидел герой моего романа. Все в той же куртке-хамелеоне, от которой пахло лесом и свежестью мгновения перед грозой. Только в этот раз в его вьющихся волосах виднелась тонкая изящная корона из темного металла. Его Высочество во всей красе. — Сначала очень подозрительная особа встречается мне в лесу, в самой гуще конфликта сразу же после похищения. А теперь она как ни в чем ни бывало сидит здесь, практически в двух шагах от места преступления. Назови мне хотя бы одну причину, по которой я не должен начать подозревать тебя в краже Артефакта ангелов.

Я растерянно покосилась на него, спешно выдумывая отговорку. Не скажу же я ему правду? Да и идти в тюрьму за кражу какого-то там артефакт мне бы совсем не хотелось. Я должна быть здесь, рядом с ним, чтобы досмотреть весь сон до конца и написать по нему книгу!

— Там в лесу много кто был, — я спешно осмотрелась, кивая ему в сторону первого попавшегося ангела, что сидел чуть впереди от нас. — Вон того я точно там видела. Да и ты тоже был там.

Герой моего романа вздернул брови, явно шокированный моей дерзостью. Да, пожалуй, не стоило обвинять в чем-то принца. Не всегда нападение — лучшая защита. И что мне теперь делать?

Но его лицо вдруг расслабилось, и он беззвучно усмехнулся, отворачиваясь в сторону священника. Но продолжил тихо говорить, обращаясь ко мне:

— Кто ты такая… Луна?

— Луна, — подтвердила я. Надо же, он запомнил мое имя. — Я просто… человек.

Его брови нахмурились. Только не говорите мне, что в этом мире есть все, кто угодно, но только не люди! И судя по его лицу, которое он снова повернул в мою сторону, так оно и было. Вот черт.

— Прости, я никогда не слышал… Человек? Это какой-то клан? Вы сами так себя называете?

— Что-то вроде того, — нервно хохотнула я, понимая, что нужно срочно менять тему, а иначе он меня раскусит. — Ты знаешь мое имя, Высочество, но я до сих пор так и не услышала твоего.

Так, я что, опять сказала что-то не то? Такими темпами меня отсюда выведет стража, чтобы вечерком сжечь на костре, как ведьму. Почему его так удивил мой вопрос?

— Из каких же далеких земель ты сюда забрела, Луна, что не знаешь имени принца Тиэрелла?

Тиэрелл? Это что, название их страны или что-то вроде того?

Я виновато опустила взгляд, решив снова сыграть роль бедной заблудившейся дурочки. Может, в этот раз сработает?

— Я и правда пришла издалека. Ужасно заблудилась и устала.

Я услышала, как он резко выдохнул. И что это еще значит? Что он злится? Что ему жаль меня? Что?

— В таком случае, я должен попросить прощения за свое невежество. Я должен был представиться тебе еще в лесу, ведь ты назвала мне свое имя. Я не хотел оскорбить тебя своей грубостью, — его тихий вкрадчивый голос вдруг превратился в официально-величественный. Я едва удержалась, чтобы не закатить глаза. — Мое имя Лемиксандриэль. И я наследный принц Тиэрелла. Добро пожаловать на Ангельскую равнину. Надеюсь, тебе понравится в этих краях. Жаль, ты застала равнину уже после падения, — и тут он слегка прищурился, уставившись на меня в упор. — Или ты успела увидеть ее парящей под облаками?

Так, кажется, меня снова в чем-то подозревали. И мне стоило бы придумать правдоподобную отговорку, убедить его в искренности моей легенды, только вот…

Я не удержалась и прыснула от смеха, запоздало прикрыв рот ладонью. Парочка прихожан бросили на меня недовольные взгляды.

— Что смешного? — вскинул брови принц.

— Прости-прости, просто… Нет, я не хочу тебя обидеть, но мне правда интересно. Лемиксандриэль?

— Мое имя кажется тебе смешным? — он высокомерно посмотрел на меня свысока своего положения.

— Нет, что ты, Высочество, отличное имя, просто… — я поджала губы. Нет бы заткнуться, но меня уже понесло, а этот поезд остановить на ходу просто невозможно. — И тебя все так называют? Типо, Лемиксандриэль, поспеши, мы опаздываем! Лемиксандриэль, осторожно, на тебя летит бешенная фея!

Ладно, это стоило того, чтобы он казнил меня прямо на месте за оскорбления его Высочества. Я уже готова была принять свою судьбу и молить о прощении, как он вдруг тихо хмыкнул и выразительно закатил свои невероятно синие глаза.

— А я еще сама тактичность, тоже подумал ведь, что имя у тебя странное какое-то, но — заметь — промолчал. Что это еще за Луна? Остальную его часть у тебя что, украли по дороге? Ну так сказала бы сразу, я, как заботливый наследник престола, помог бы тебе его поискать.

Сначала я хотела было возмутиться, но едва заметная улыбка, блуждающая у него на губах, заставила меня примирительно сказать:

— Ладно. Сойдемся на том, что я буду звать тебя просто Лем.

— Ни на чем таком мы сходиться не будем, я не давал тебе согласия, наглая ты девчонка.

Исповедь закончилась, и прихожане поднялись на ноги, потянувшись к выходу. Я рассудила, что мне тоже стоит поскорее выбраться отсюда, чтобы уйти от щекотливых вопросив принца. Для начала мне нужно придумать правдоподобную легенду, а уже после врываться в его историю, чтобы стать ее правоправным наблюдателем.

Но не тут-то было. Едва я поднялась на ноги и заспешила в сторону выхода, как меня беспардонно схватили за запястье. Я возмущенно и слегка напугано обернулась. Лем поднялся вслед за мной, но не спешил уходить, не отпуская и меня. Все, что мне оставалось — ждать объяснений, хмуро взирая на него снизу-вверх.

— Высочество? — невинно проговорила я, для пущего эффекта еще и состроив испуганное лицо.

— Не нужно, — поморщился он, чуть ослабив хватку. Но руки так и не отпустил. — Хватит этих игр. Я тебя насквозь вижу.

Внутри я будто похолодела. Но на лице старалась сохранять бесстрастную маску, молча смотря ему прямо в лицо. Между нами двумя разве что искры не летали. Кое-кто даже заинтересованно поглядывал на нас, проходя мимо. Но спешащий к выходу поток не позволял никому задержаться.

— Я же вижу, что ты тоже дракон. И что ты вовсе не потерялась.

Кто-кто я? Дракон? Высочество, у вас явно что-то со зрением. Я продолжала упрямо молчать, позволив нашим взглядам схлестнуться между собой.

— Девчонка, которая дерзнула вести свое собственное расследование параллельно с королевским, — он уважительно хмыкнул и отпустил мою руку. Я растерянно потерла запястье. — Не бойся. Я не собираюсь тебе запрещать. Не вижу ничего плохого. Артефакты — важнейшая часть нашего мира. Мне приятно, что хотя бы кто-то не стал злорадствовать и тыкать в ангелов пальцем, как другие расы. Это преступление — наша общая проблема. Согласна?

— Конечно, — тут же с жаром подтвердила я. Звучит, как легенда для меня. Ну спасибо, Высочество. — Спасибо, Лем.

От звучания своего имени на другой лад, он поморщился, но больше возражать не стал. Вместо этого спросил:

— Как ты собиралась пробраться к месту преступления? Неужели думала, что у тебя получится сделать это тайком?

— Думала, что буду импровизировать, — быстро нашлась с ответом я.

Мои слова заставили принца серьезно задуматься. Какое-то долгое мгновение он смотрел на меня, решая что-то для себя. А после будто бы сдался в борьбе с самим собой.

— Ладно. Думаю, ничего плохого не случится, если я разрешу тебе осмотреть его со мной. Пара лишних глаз и свежий взгляд никогда не помешает, — он уже начал разворачиваться, но вдруг снова обернулся. — Я же не должен говорить о том, что ты не должна там ничего трогать?

— Само собой. Это не первое мое расследование, знаешь ли.

Зачем я это сказала?!

Его взгляд вдруг скользнул ниже моего лица. Куда-то чуть ниже шеи. И я тут же вспыхнула, вспомнив, как он искал какую-то «метку» в том же месте, на которое сейчас смотрел. Захотелось закрыться от него руками, а то и вовсе отвернуться. Да что со мной такое?

А после он вдруг наклонился к колодцу в полу и достал оттуда веточку лаванды, протягивая ее мне.

— Это… мне? — смущенно пролепетала я и робко приняла цветы.

— Да. Твоя, кажется, где-то потерялась. Нельзя идти к священнику без ростков минувшего, он очень консервативен.

Лем указал мне на передний карман своей куртки. Оттуда виднелся точно такой же цветок. Прямо у сердца. Я дала себе мысленную затрещину за невнимательность и сунула цветок в передний карман своей джинсовки. Видимо, здесь этот цветок имел особое значение.

Убедившись, что я готова, герой моего романа уверенно направился в сторону главного ангела-проповедника. И когда он остановился прямо перед возвышением алтаря, священник засуетился так, будто эта церковь принадлежала Лему, а не ему. Будто не он сейчас возвышался над нами, застывшими внизу ступеньки, а Лем взирал на него с высоты куполообразного потолка. А я? А я решила воспользоваться бешенной харизмой этого Высочества и старалась особо не высовываться, остановившись за его широкоплечей спиной.

— Да улыбнется вам Единый! — поприветствовал их священник.

На вид этому ангелу было около сорока, хотя кто знает этих ангелов. Зато одет он был, как с иголочки. Никаких тебе балахонов, белых бесформенных сорочек и всего, что первым делом приходит на ум, когда представляешь себе типичного ангела. Нет. Этот молодой мужчина с легкой явно ухоженной щетиной, очевидно, знал себе цену и был чертовски хорош собой. На нем были зауженные бежевые брюки с выглаженными стрелками и стильная белая рубашка с закатанным рукавом. И, конечно, веточка лаванды в переднем кармане. Вот так ангел!

— Рад видеть, ваше Высочество, — продолжил священник. — Приятно знать, что Драконья вершина не оставила нас один на один с нашей бедой. Вдвойне приятно, что его Величество доверил такую ответственную миссию не кому-нибудь, а самому наследнику.

Я с любопытством переводила взгляд от одного мужчины на другого. Лем на слова ангела сдержанно — слегка высокомерно — кивнул. Но мне почему-то показалось, что он замешкался прежде, чем сделать это. Интересно. С чего бы это?

— Архангел Пелиэль. Как вы пережили падение? — вместо ответа на приветствие, сразу перешел к делу Лем. Отлично, а то я уже начала бояться, что мне придется выслушивать все эти дворцовые расшаркивания. — Город и ангелы не сильно пострадали?

Падение? Он же это фигурально, да?

— Приземление вышло достаточно мягким. Но многие постройки от падения все равно накренились. Было много разбитого стекла. Но мы больше сосредоточены на том, чтобы успокоить жителей. Многие очень напуганы.

Нет, похоже, не фигурально. Их город что, на самом деле… летал? А теперь упал? Почему?

— Я бы хотел осмотреть место преступления. Чем быстрее мы найдем того, кто посмел похитить вашу часть артефакта, тем лучше. И не только для ангелов. Для всех нас.

— Вы правы, ваше Высочество. Я провожу вас. Я следил за тем, чтобы там ничего не трогали, но до меня там уже побывали другие служители.

Взгляд ангела вдруг упал на меня. Пронзительный до глубины души.

— Моя помощница, — без особого интереса пояснил Лем, даже не взглянув на меня.

Священник кивнул и велел нам следовать за ним. Обернувшись, он уверенно зашагал в сторону битого стекла, зависшего в воздухе. Как только ангел приблизился к нему, осколки тут же разлетелись в стороны, открывая высокую резную арку в стене, которую до этого не было видно. А прямо за ней — широкий темный коридор. После светлого помещения общего зала церкви, оказаться в этой темноте было непривычно. Но ангел раскрыл крылья, указывая нам путь. Они слегка подсвечивались в темноте.

— Почему вы решили, что артефакт выкрали феи? Хорошо, что я случайно оказался в том лесу этой ночью. Какого же было мое удивление, когда я увидел там настоящую бойню! — заговорил Лем, следуя за ангелом.

Случайно он там оказался! Ха! Вот же хитрое Высочество.

Почувствовав мою ухмылку, Лем покосился в мою сторону. Приложив палец к губам, он задорно улыбнулся и снова отвернулся, вновь принимая величественный и серьезный вид.

— Мне очень жаль, что вам пришлось вмешаться, ваше Высочество, — ангел чуть обернулся. — Как только город упал с небес на землю, поднялась паника. Думаю, вы уже наслышаны, что у нас с феями… не самые добрые отношения.

— Как и у других рас, — подтвердил Лем, едва заметно поморщившись. Поежилась и я, вспоминая этих злобных плюющихся тварей.

— Да. Феи и раньше высказывали свое недовольство тем, что им достался артефакт барьера, а не полета, как нам. Поэтому многие ангелы сразу стали подозревать, что это сделала одна из фей, находившихся на тот момент в городе. Обвиняли и демонов, но тем хватило сдержанности, чтобы не развивать этот конфликт.

— Понимаю. А как вы сами считаете, Пелиэль? Кто мог украсть ваш артефакт?

Ангел ненадолго задумался. И ответил неоднозначно:

— Полагаю, сейчас вы и сами все увидите, ваше Высочество.

Темный коридор привел их к новой арке, которую закрывала легкая, колышущаяся на ветру белоснежная ткань. Она разлетелась в стороны, едва Пелиэль приблизился к ней. Будто ждала его визита.

За тканью оказалась широкая поляна, поросшая свежей зеленой травой и лавандой. Вокруг ее окружали белые стены без окон и дверей. А над головой — фиолетовое небо. Как и в зале церкви, сверху поляну укрывало стеклянным куполом. Только вот этот был вдребезги разбит, усыпав всю поляну осколками. Целым осталось только основание. А прямо по центру поляны высился пьедестал из голубого стекла, на котором, очевидно, должно было что-то храниться. Мне не нужно быть настоящим детективом, чтобы понять, что именно там они хранили артефакт.

— Артефакт кто-то охранял? Может, они что-то видели или слышали? — забывшись, что мне следует вести себя тихо, спросила я. Лем бросил на меня короткий взгляд, но ничего говорить не стал. А вот ангел ответил нехотя, явно относясь ко мне с легким недоверием:

— Не было никакой нужды охранять артефакт. Он находился в этом месте веками, и никому в здравом уме не могло бы прийти в голову украсть его. У каждого разумного народа есть свой артефакт, дарованный им Единым. Тот, кто пробрался сюда не только совершил акт богохульства, но и дерзнул нарушить равновесие. Это откинет нас на несколько шагов назад в нашем пути к Единому. Кому это нужно? У всех нас один путь.

Я отвернулась, делая вид, что изучаю место преступления. На самом же деле меня так и подмывало возразить этому святоше. Какая глупость держать у себя какой-то там «супер-артефакт» и не додуматься элементарно выставить у него охрану. И вот он результат, господин ангел. Аминь.

— Расскажите мне, что знаете, — попросил Лем, аккуратно продвигаясь в сторону пьедестала. — Любая деталь может оказаться полезной для расследования.

Да что тут думать? Я закатила глаза, осторожно ступая вдоль стен поляны, стараясь не наступать на осколки. Видно же, что купол кто-то разбил, а значит пробрались сюда сверху, по воздуху. А у кого помимо ангелов еще есть крылья? Правильно, у фей! У злобных, кровожадных сквернословов с обманчиво милыми мордахами. Дело раскрыто, Ватсон. Несите Дихлофос.

— Это случилось около семи вечера. Я как раз закончил вечернюю проповедь и проводил прихожан. Был в своем кабинете, когда город начала падать.

Убедившись, что меня никто не видит, я нашарила в кармане джинсовки свой смартфон и быстро сделала фотку. И уже после осознала, насколько это было глупо. Фотка ведь не может сохраниться сквозь сон. А жаль.

— Перед тем, как мы начали падать, я услышал звук разбитого стекла и испугался, что это купол в церкви. Выбежал, чтобы посмотреть, и тогда-то все и произошло.

— Кроме вас в церкви еще кто-то был?

— Нет, никого.

— На проповеди были только ангелы?

— Конечно, нет. До падения города на мои проповеди всегда приходили разные народы. Особенно те, чьи города находятся неподалеку.

— Сможете вспомнить, кто конкретно, помимо ангелов, был у вас в тот день?

Ангел задумался.

— Было много фей и эльфов. Несколько демонов, но они бывают на каждой из проповедей. Кажется, я видела парочку джинов и даже орков.

— Далеко их занесло, — задумчиво присвистнул Лем.

Пройдя немного вглубь поляны, я заметила в траве что-то белое и присела на корточки, чтобы рассмотреть получше. Это были перья — много белых перьев — усыпавших всю траву то тут, то там. Линяют что ли эти ангелы?

Заметив мой интерес, Лем медленно приблизился. Я уже готовилась сообщить ему, что здесь не на что смотреть, как вдруг увидела на одном из белых перьев что-то зеленое. А присмотревшись, поняла, что этой зеленой жидкости здесь очень много. Просто на фоне зеленой травы ее не было видно.

Я поднесла руку и хотела было потрогать жидкость пальцем, как мое запястье перехватила крепкая мужская рука.

— Я же говорил тебе ничего не трогать, — беззлобно шепнул он мне и присел рядом, рассматривая находку. — Отличная работа.

— Что это? — тихо спросила у него я. Священник стоял поодаль и не подходил ближе, поэтому не мог услышать наш разговор.

— Похоже на кровь, — пожал плечами Лем. Будто это было что-то само собой разумеющееся.

Я не удержалась и осторожно спросила.

— Зеленая?

Он поднял на меня внимательный взгляд.

— Ну, да. Орка или гоблина. Интересно. Еще что-то нашла?

Я отрицательно качнула головой.

— А у меня есть еще одна зацепка. Там, у пьедестала сильно несет духами.

Я с нетерпением ждала продолжения, но его не последовало. Видимо, я должна была догадаться сама. И когда этого не произошло, Лем слегка разочарованно выдохнул.

— Очевидно же, что это указывает на демонов. Только они поливают себя этими штуками. У них явно что-то с обонянием.

Ага, или у дракона оно слишком острое.

— И что тогда получается? — растерянно спросила я. — Выходит, что здесь побывали и феи, и орки или гоблины, и демоны? Они могли объединиться?

Лем нахмурил брови.

— Такой союз представить очень сложно. Надо это все обдумать. Рано делать выводы. Но здесь, я думаю, мы закончили.

Он первым поднялся на ноги и зашагал в сторону пьедестала. Наверное, решил снова что-то проверить. Пелиэль подошел к нему и начал что-то говорить, повернувшись ко мне спиной.

Еще раз с сомнением оглядев зеленую кровь, я начала подниматься, помогая себе руками. Одну ладонь опустила в траву, чтобы оттолкнуться от земли, как вдруг ощутила резкую боль. Напоролась на стекло и досадливо зажмурилась.

А когда открыла глаза, обнаружила себя в собственной ванной. Я полулежала на полу, облокотившись о стену. Весь пол был усыпан осколками зеркала. Из каждого осколка на меня смотрело мое собственное напуганное лицо. По ладони стекала кровь.

Самая обычная. Красная.

Сегодня в Лондоне стояла прохладная, но солнечная погода. Грех сидеть дома, пропуская, вероятнее всего, последние солнечные деньки. Поэтому я решительно вооружилась своим ноутбуком, заклеенным стикером группы Nirvana, и засела в кофейню, недалеко от дома, с видом на парк. Желтые листья еще не успели устелить траву шуршащим ковром, и мне открылся живописный вид на кроны вязов и кленов. На грубой деревянной столешнице дымился ароматный капучино с грецким орехом. По всему столу были разбросаны блокноты и цветные ручки для заметок. Чтобы ни у кого не возникло ни малейшего сомнения в том, что я здесь вообще-то работаю. И да, вы не ошиблись.

Я. Пи-са-тель.

Меня не остановило даже то, что я ужасно — ужасно — хотела спать! И даже боль в порезанной о разбитое зеркало руке. А ведь я даже не помню, как в порыве гнева разбила то зеркало. На меня это вообще не похоже, я никогда не доводила себя до такого состояния! И Спенсер ушел, даже не поинтересовавшись, жива ли я там вообще? Хотя, может он и не застал мой перформанс. Не знаю, не хочу об этом даже думать. Спасибо Ханне, которая нашла меня там, на полу, замотала руку бинтом, помогла раздеться и помыться, закинув мою окровавленную одежду в стирку. Ну, и конечно, вытерпела от меня тонну жалоб без единого предложения. Да к черту это все! Я пришла сюда не для того, чтобы снова думать о том, какой отстой моя жизнь, а для того, чтобы творить. Чтобы выплеснуть в текстовый файл все эмоции от пребывания в собственных снах. Чтобы грозовой дракон Лем, наконец, ожил в строчках моего текста.

В мыслях тут же всплыл образ героя моего романа. Очаровательная родинка под уголком глаза, вьющиеся волосы, озорная улыбка на пухлых губах. И тут же рядом образ Лема, как принца, как Высочества. Серьезного, уверенного, властного. Уф, держитесь девочки — мои будущие читательницы. Я уже иду его писать!

Сама не заметила, как начала глупо улыбаться, бодро набирая текст одной рукой. Сегодня напишу сразу три или четыре главы! Я уверена!

Ладно-ладно, возможно, я немного погорячилась. Половины первой будет достаточно на сегодня. Все-таки важнее же качество, а не количество, да? Главное, что начало положено.

Собирая свои вещи, уже понимала, что как только окажусь дома, тут же лягу спать. Ну и что, что еще даже вечер не наступил? Может, у меня получится увидеть продолжение моего сна, и тогда я совмещу приятное с полезным?

Кутаясь в кожанку от внезапно налетевшего ветра и желтой листвы, я поймала себя на том, что не перестаю думать о Спенсере. Конечно, мне было не все равно! Мы ведь столько лет вместе, столько прошли друг с другом. А тут эта глупая ссора… Неприятные мысли назойливо вертелись где-то внутри, не давая покоя. Я переживала. И в какой-то момент осознала, что даже в чем-то видела свою вину. Но это не отменяло того факта, что все еще очень сильно злилась на него. Как всегда, в такие моменты в голову лезли мысли о расставании, которые я тут же отбрасывала. Нет, мы слишком много прошли вместе. Не всегда ведь было так плохо, нас связывали и хорошие, теплые воспоминания. Да и что я буду делать, если порву с ним? Я же с ума сойду от тоски и одиночества! И не смогу я найти никого другого. Я ведь совсем не такая, как Ханна. Я очень преданна тем, кто уже успел стать мне дорог. Но заводить новые знакомства, снова начинать все сначала, пытаться кому-то понравится… Я не смогу. Да и я никакая не красотка, чтобы на меня вообще посмотрел кто-то другой.

Погрязнув в собственных мыслях, я и не заметила, как добралась до дома. Отлично, я уже начала замерзать. Да и прохожие постоянно косились на мое кислое лицо. Ну, да, человек страдает, на что тут смотреть-то?

Открыв парадную дверь, я забежала в холл, поднося замерзшие руки к губам и выдыхая в них теплый воздух. Скоро зима. Терпеть ее не могу.

Бодро взбежала по парадной лестнице…

И замерла.

На лице появилась глупая улыбка, но я ничего не могла с собой поделать. Потому что дорогу мне преградил воздушный шарик в форме сердца красного цвета. И к нему крепился конверт из бархатной черной бумаги, на котором кривым подчерком Спенсера значилось мое имя.

Я осмотрелась. Подошла к лестничному пролету и заглянула вверх. Никого. Снова вернулась к шарику и отвязала письмо. Внутри была размашисто написана лишь одна буква «Я».

Приняв правила этой игры, я рванула вверх по лестнице, натыкаясь на второй шарик — желтого цвета.

«Тебя» - значилось во второй записке. И я, улыбаясь, как дурочка, рванула искать следующие записки.

«Люблю»

«Прости»

Последнее слово было обведено несколько раз, едва не оставив в листе бумаге дыру. Мне казалось, будто у меня в груди разливается что-то теплое, приятное. Мне больше не было холодно. Вернувшись вниз за шариками и затащив их все домой, я тут же сделала с ними селфи и отправила Спенсеру. Ответ пришел мгновенно:

«Котенок, прости меня! Не знаю, что на меня нашло. У тебя все хорошо?»

Я кинула взгляд на свою раненную забинтованную руку. Но ответила лишь:

«И ты меня прости, я не должна была так реагировать :( Все отлично, особенно теперь. Шарики-и-и-и! Спасибо, что поднял мне настроение :* Только вернулась домой, писала книгу в кафе. Когда мы увидимся?»

«Хочу увидеть тебя сегодня, но у нашего босса скоро др, нужно подготовить офисную вечеринку. Давай завтра?»

И тут же от него пришло еще одно сообщение:

«Какую книгу?»

Это меня немного задело, но я не стала зацикливаться, ответив:

«Пишу тот роман, про который тебе рассказывала)) Если сильно попросишь, может, дам почитать небольшой отрывок. П.с. Сегодня вечером обещала Ханне караоке. Но ты можешь встретить меня утром, и мы погуляем?»

«Ок» - ответил он.

«Ты не против?»

Ответ приходил чуть дольше, чем предыдущие.

«У меня как раз будет выходной. Веди себя хорошо, котенок, ладно?»

Я ответила ему радостным стикером и откинула смартфон на диван, распластавшись на нем обессиленной лужей и широко зевнув. И почему даже после того, как мы со Спенсом помирились, у меня на душе все равно остался какой-то неприятный осадок? Скорее всего этой пройдет, когда я наконец его увижу. А пока…

А пока мне срочно нужен сон.

Когда моя голова коснулась прохладной подушки, я с наслаждением укуталась в плед и свернулась калачиком, подумав о том, что уже тысячу лет не ложилась спать, как нормальный человек. Как же хорошо в своей кроватке! И будет еще лучше, если я снова усну и окажусь в мире своих фантазий. Там, где принц-дракон по имени Лем (или как там его зовут на самом деле?) расследует странное похищение загадочного артефакта. И я снова смогу притвориться, будто мы с ним оба заодно.

С этими мыслями я погрузилась в долгожданный сон.

***

— Да озарит улыбка твоя мой путь, да не позволит сойти с верного пути, да поможет найти единое, целое, истинное. Да не одурманят меня старые боги, да не померкнет свет твоей истины. Не дай рассыпаться на осколки, прости грехи мои, озари их своей улыбкой, дабы тени расступились пред твоим светом.

Я стояла в затененном помещении, где слова чьей-то молитвы эхом отскакивали от стен, хоть и были с придыханием произнесены свистящим шепотом. Отчетливо пахло лавандой.

Я стояла на балкончике, что тянулся по всему периметру небольшого округлого помещения, в центре которого виднелся колодец, аккурат на который с потолка лился прицельный дневной свет. Облокотившись о перила, я могла с высоты наблюдать за молитвой худощавого темноволосого парня, который зашел в воду по колено и склонил голову, без конца обращаясь к своему Единому. Он мог бы увидеть меня, если бы поднял голову к куполообразному потолку, но он этого не делал, а я на всякий случай отошла назад, в тень.

А еще я была одета в свои пижамные штаны и рубашку. Это была еще одна причина, почему я не хотела попадаться ему на глаза.

Это была не та же церковь, что и в прошлый раз. Та была намного больше и явно предназначена для многочисленных прихожан. Здесь же не было даже куда присесть. Только колодец, а вокруг него трава, засаженная кустами лаванды. И узкий балкончик по всему периметру, ведущий либо по лестнице вниз, либо к неприметной двери чуть поодаль от меня.

Послышались шаги. Сначала гулкие, а потом приглушенные, когда ангел в стильном белом костюме и удлиненном пальто ступил на траву. Я совсем прижалась спиной к холодной мраморной стене, чтобы меня не заметили. А иначе я не смогу подслушать их разговор, а потом добавить его в свой роман.

— Вы искали меня, ваше Высочество?

Высочество? Выходит, этот худощавый парень тоже принц? Брат Лема? Или принц какого-то другого народа? Кажется, я начинаю немного разбираться в мире, который породило мое же воображение. Как бы парадоксально это не звучало.

Мужчина-ангел со светлыми — с проседью — волосами до плеч остановился за спиной у принца. Его чуть позолоченные крылья раскрылись, будто стремясь укрыть собой молящегося. А молодой принц даже не обернулся, продолжая яростно шептать свою молитву. И лишь закончив, сказал, так и не обернувшись:

— Искал, архангел Михаэль. Рад, что ты так скоро прибыл на Вершину, — мне было видно, как беспокойно парень кусал свои красивые пухлые губы. Как по его бледному лицу стекали капли воды из колодца. — Я хотел… исповедоваться.

— Полагаю, Ваша исповедь слишком сокровенна, чтобы доверять ее придворным служителям? — голос архангела Михаэля был немного низким, вкрадчивым и до мурашек на коже спокойным. Даже мне вдруг захотелось спуститься вниз и вывались на несчастного все свои проблемы.

— Я никогда не доверю свою исповедь кому-то кроме тебя. Ты не хуже меня знаешь, чем может обернуться излишняя болтливость, особенно, если это касается секретов членов правящей семьи.

Я с любопытством подкралась чуть ближе. Ого, выходит, и у ангелов есть своя иерархия. И этот архангел, похоже, был в ней какой-то крутой шишкой.

— Конечно, ваше Высочество, — Михаэль сложил крылья еще ближе к принцу, будто даря ему безмолвное обещание защиты. — Единый обратил свой взор в вашу Сторону. Его улыбка направлена прямиком в Ваше сердце, дабы очистить его от сомнений.

— Я снова сделал это, Михаэль, — с придыханием пробормотал принц. — Я поддался искушению. У меня была девушка. Обычная, не моя Истинная. Русалка. Я не смог устоять пред искушением.

Архангел Михаэль выдержал долгую паузу, прежде чем его низкий голос вновь наполнил купол храма:

— Единый послал Вам испытание, мой принц. Он проверяет, найдутся ли в Вас силы не сворачивать с прямого пути. Хватит ли в Вас веры, чтобы не рассыпаться на множество осколков, чтобы обрести, наконец, свою целостность. Он улыбается Вам. Но Вы должны сосредоточиться на поиске своей Истинной. Тем более, учитывая обстоятельства.

Принц поморщился.

— Быть может, я делаю это именно из-за моего брата? Подсознательно оттягиваю поиск Истинной? Ведь я никогда не хотел восходить на трон.

— Но Вам придется, если Лемиксандриэль так и не отыщет свою Истинную. Без нее ему не видать наследника.

Лем! Значит, все-таки тот принц – его брат.

— Я ведь тоже так и не отыскал Истинную. Может, и у меня не получится?

— У вас еще есть время. А вот время Лемиксандриэля на исходе. Поэтому Вы обязаны стать сильнее своих пороков, мой принц. Ради Тиэрелла. Ради Единого.

— Да… — как в бреду, выдохнул принц и провел по лицу влажной ладонью. — Да.

Решив, что услышала достаточно, я бесшумно попятилась в сторону неприметной двери. Не хотелось бы оказаться пойманной на подслушивании чужой исповеди. Не объяснишь же, что вообще-то не специально. Благо на мне не было обуви, и мои босые ноги практически не издавали звуков. Только дверь чуть скрипнула, но я быстро скрылась за ней, ускоряя шаг.

Я едва не ослепла, оказавшись в залитом ярким дневным светом холле с высокими окнами без стекол. Никакой безопасности! Да через них же можно запросто вывалится наружу! А падать там было куда. Опасливо приблизившись, я выглянула наружу — на густые леса далеко внизу и фиолетовое безоблачное небо. Казалось, что место, в котором я очутилась, было построено где-то на высокой горе, или вовсе парило где-то в воздухе. А что? Судя по тому, что я узнала, город ангелов был на такое способен.

Но не леса и фиолетовое небо привлекли мое внимание. А странные шары, зависшие в небе то тут, то там. Они словно были сотканы из беспокойных молний, заключенных в невидимый плен. И каждую из них друг с другом соединяла потрескивающая от напряжения наэлектризованная нить. Что это и насколько опасно проверять не хотелось. Поэтому я отошла подальше от окна.

Босым ногам было некомфортно на холодном полу из отполированного камня, и я решила продолжать движение, чтобы хоть немного согреться. По просторному холлу гулял ветер. Да только он один был гораздо больше всей моей квартирки! А толку от него никакого — одна дверь вела в часовню, слева виднелась широкая лестница, уходящая вниз, а дальше — изящные хрустальные перила. Где-то за ними раскинулось помещение еще больше этого. Второй свет. Этот обширный холл оказался еще одним балконом. Я слышала оттуда чьи-то голоса, но отсюда могла видеть только необычные огромные люстры из красного стекла, сверкающего на солнце. Подойдя ближе, я осторожно заглянула вниз.

И тут же отпрянула. Там определенно кто-то был. И стоило кому-то из них лишь поднять голову, как меня тут же заметят. Поэтому я отошла к самому краю перилл, ближе к лестнице, и снова выглянула вниз из-за угла. Отлично. Отсюда меня практически не видно.

А вот и он. Герой моего романа. Увидев его, невольно начала улыбаться.

Я видела его профиль. Лем сидел за длинным столом в помпезной зале с высокими потолками. С трех сторон залу окружали полупрозрачные стены из розоватого стекла, окрашивающего все вокруг в интересный цвет. Крыша была выложена из разноцветной стеклянной мозаики, играя с солнечными лучами в какую-то безумную игру без правил. Это было прекрасно. Архитектура этого замка своими формами напоминала готическую. Только вместо камня — стекло. Много-много стекла. Кто бы мог подумать, что это может быть настолько красиво.

Мне пришлось прижаться ближе к перилам, чтобы рассмотреть все, что происходило снизу. А посмотреть там было на что! Кажется, я попала на какой-то важный совет волшебных народов. Только вот мне представлялось, что все эти волшебные… существа? — должны выглядеть как-то более волшебно.

Первым в глаза бросился высокий — метра четыре ростом — гигант с красной кожей, рогами и суровым выражением лица. И хвост, который волочился за ним по полу недвусмысленно намекал мне на то, что это был демон. Белая рубашка на нем была выглажена, но явно мала. Казалось, что одно неверное движение, и пуговицы выстрелят шрапнелью по всем собравшимся. А на носу у него сидели очки в тонкой изящной оправе. Вот что удивило меня больше всего. Демон и очки.

Демону приходилось неловко пригибаться, чтобы сравняться ростом с белокурым эльфом в зеленых шортах по колено и официальном пиджаке того же цвета. Я хмыкнула, заметив, что у него на ногах не было обуви, как и у меня. Если что, просто прикинусь эльфом. Похоже, у них такое в моде.

Белокурый эльф сделал неуловимое для меня движение рукой и перед ним и демоном прямо в воздухе вдруг зависла полупрозрачная голографическая панель с какими-то графиками и неизвестными мне символами. Увидев ее, демон принялся что-то спешно объяснять своему собеседнику.

В самом дальнем углу, подальше ото всех, виднелся очаровательный огонек. Теперь-то я знала, что это была фея. И я знала, что никакой он не очаровательный.

У высокого окна стоял совсем молодой парень с острыми, будто бы птичьими чертами лица. Он явно скучал в этой компании. В отличии от других он выглядел немного неряшливо в обычной на вид хлопковой белой рубахе и штанах. Но раз уж он был приглашен в такое место, значит был отнюдь не так прост. И я была уверена в этом не только из-за крыльев красной пернатой птицы у него за спиной. Но и потому, что он вдруг протянул руку к небу. И к его пальцу тут же потянулась та странная электрическая нить, что я видела снаружи. Она приветливо пробежалась вокруг его руки и тут же улетела обратно.

Были и те, кого я опознала сразу. Например, вампира в помпезном блестящем наряде, будто бы сбежавшего с вечернего ток-шоу. Половину его лица закрывали солнцезащитные очки, а вокруг него сгустились тени, хотя по всем законам физики на него должно было попадать солнце. Магия?

Русалка выделялась блестящей чешуей на стройных ногах. В слегка неформальном длинном пиджаке-платье она смотрелась так, будто бы только что проснулась, а вчерашняя вечеринка удалась на славу. Вокруг нее на столе стояло уже три опустевших кувшина с водой, и один наполовину пустой.

Была там и женщина с синей кожей и строгим видом с ярко-красными губами. Она держалась особняком и постоянно поглядывала на жаркую дискуссию между демоном и эльфом. А после, не удержавшись, что-то возразила им, выразительно фыркнув.

Но кто поразил меня больше всех — так это карлик средних лет в стильной косухе с нашивками. Один висок его длинных рыжих волос был сбрит, и в том месте в его кожу были вживлены какие-то светящиеся неоном провода и, кажется, какие-то железные пластины. Когда он подошел к столу, чтобы сесть, подошва его ботинок вдруг начала увеличиваться в размерах, позволяя ему беспрепятственно достать до стула, и занять свое место с высокомерным достоинством.

А после в залу вдруг вошел тот самый ангел, которого я видела в часовне с младшим принцем. И второго с ним уже не было.

Рядом с Лемом, во главе стола, восседал Его Величество. У меня не было сомнений в том, что именно этот высокий, уверенный в себе мужчина, король. Дракон. Чуть вздернутые брови, цепкий взгляд, благородные морщины, коротко остриженная борода и корона с резными рогами. Лем был абсолютно не похож на своего отца. Но все же что-то неуловимо общее ощущалось. Его движения, где не было ничего лишнего, уверенность, превосходство. Вот, что Лему досталось от него. Интересно, а от кого ему достался озорной блеск в глазах и игривая улыбка, когда он сломя голову несется в бой просто, чтобы «повеселиться»?

Вдруг король выпрямил спину и скрестил пальцы на столе. И все разговоры вокруг тут же стихли, лица обернулись к королю. Словно до этого все только и делали вид, что занимались своими делами.

— Полагаю, что нет смысла ждать и дальше. Оборотни и орки решили не принимать наше приглашение, — голос короля звучал спокойно и будто бы даже слишком тихо. Но даже я из своего укрытия слышала его отчетливо. И у меня по спине отчего-то пробежались мурашки.

— Вы правы, ваше Величество, — демон в очках вежливо склонил голову и первым направился к своему месту за столом. В итоге незанятыми остались лишь два стула.

— Для начала я хотел бы выразить свою благодарность всем вам за то, что нашли время так быстро прибыть на Драконью вершину. Я понимаю, что многим из вас это могло доставить неудобства.

— Но только не фениксу, — скривившись, фыркнула фея, покосившись на парня с красными птичьими крыльями. Так вот кто он такой.

— Это так, — безразлично пожал плечами феникс, не обратив внимания на презрительный тон. — Я добрался сюда за шесть минут, сорок четыре секунды.

— Спасибо за уточнение, Финтаниил, — мягко, но настойчиво перебил архангел Михаэль. — Но вопрос, ради которого мы все здесь собрались, не терпит отлагательств. Полагаю, все уже слышали печальные новости из Ангельской равнины?

— Мы видели, как падал ваш город, — сочувственно протянул белокурый эльф. — Мне очень жаль.

— Я благодарен, что вы сразу же отправили к нам на помощь гуманитарный отряд. Ваши целители очень помогли нам. Особенно после… — Михаэль перевел холодный взгляд на хмурое лицо феи. От его взгляда та скривилась еще больше, — нападения фей. Не желаете ли объясниться, Айлсаксия?

— Вы получили то, что всегда заслуживали! — как и ожидалось, королева фей была весьма резка. Но стоит признать, что по сравнению со своими поданными казалась максимально сдержанной. — Сразу после падения, ангелы стали обвинять моих фей, а после выдворили из города. Вы не имели на это никакого права! Ваши обвинения — оскорбительны!

— И поэтому вы решили сразу напасть на тех, кому стоило бы помочь? — с укоризной вмешался король. Уголки губ Лема при этом едва заметно дрогнули. — Все же я прошу всех вас проявить сдержанность. Цель нашего собрания — разобраться в ситуации. И по возможности найти виновных. Мы все должны в первую очередь думать о благополучии Тиэрелла. Лишить один из союзных народов части артефакта — значит нарушить Единство. Это оттолкнет нас дальше от Единого. Мы не можем этого допустить.

— Спасибо, ваше Величество, — коротко кивнул Михаэль. — У меня есть некоторые догадки касательного подозреваемых. Но мне бы не хотелось обвинять кого-то бездоказательно. Поэтому я пришел, чтобы просить вас провести полноценное расследование. Выпустить королевский указ и привлечь виновных к крайней мере наказания.

— Почему бы нам не начать говорить прямо, архангел? Мы проделали этот долгий путь не для того, чтобы играть в учтивость, — демон откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди. У него за спиной взметнулся хвост, выражая крайнюю степень раздражения. — Вы подозреваете нас. Демонов. Всегда и во всем виноваты демоны.

— Если подумать, мотив у вас и правда есть, — вставил слово гном. — Не вы ли вечно недовольны тем, что вам выдают мало магии? Вот и решили прибрать к рукам артефакт, чтобы использовать для своих экспериментов.

— Для наших исследований требуется большое количество магии, это так. Как и для ваших безумных гномьих изобретений.

— Нам хватает ума ее зарабатывать. А не возмущаться.

— В отличии от знаний побрякушки хорошо продаются. Но те вещи, что мы изучаем в башне гораздо важнее. Просто не все могут это понять, — демон слегка неуклюже поправил на переносице очки. — Почему бы нам не обратить внимание на фей? У них тоже есть мотив. У них, как и у ангелов, есть крылья, но без их артефакта они не могут взлететь выше крон деревьев. Это вы во внимание не берете? Проще обвинить нас?

— А вам не кажется подозрительным, что орки даже не пришли? — вставил свои пять копеек вампир. — Может, они очень заняты тем, что похищают и наши артефакты тоже?

— Да! Вместе с оборотнями!

И с этого момента в зале для собраний начался балаган. Представители разных народов перекрикивали друг друга, тыкали пальцами и сыпали обвинениями. Все это превратилось в несвязный гул голосов, пока король не привлек к себе внимание, стукнув по столу кулаком.

— Довольно! — его твердый голос эхом отскочил от стен. Наступила тишина. — Так мы точно ничего не добьемся. Вы должны немедленно прекратить это. Мы не должны допускать разобщения. Не мне напоминать вам слова Единого. Или вы все хотите вернуться к темным временам?

Судя по молчанию в ответ, в темные времена никто не захотел. Поэтому король продолжил.

— Мы проведем королевское расследование, — он перевел взгляд на архангела, который в этот раз головы не склонил. — Но это не значит, что все остальные, в том числе и ангелы, должны оставаться в стороне. При всем уважении, архангел, но это была ваша часть артефакта. И ваша обязанность сохранить его в безопасности. Единый доверил его вам. Это ваша ответственность.

— Конечно, ваше Величество. Нам стоило лучше заботиться о его безопасности.

Я беззвучно фыркнула. А ведь я им то же самое сказала. Могли бы и не ехать сюда, чтобы услышать это снова.

— И я призываю всех остальных усилить охрану ваших артефактов. Я понимаю, что раньше ничего подобного не случалось, но, как видите, остались еще те, кто смеет идти вопреки словам Единого. Но будьте уверены. Те, кто дерзнул пойти на кражу, будет очень серьезно за это наказан. Драконья вершина не останется в стороне.

Слишком поздно я осознала, что подошла непозволительно близко к перилам, стремясь не пропустить ни слова. Слишком поздно было отступать назад, в тень. Ведь я уже ощущала на себе его взгляд. Бездонные синие глаза Лема уставились аккурат на меня. И как он почувствовал, что я стою здесь?

Но сейчас это было уже не важно. Важно лишь то, как именно он смотрел на меня. Немой вопрос, непонимание, а после его брови нахмурились, не предвещая ничего хорошего. В этот раз мне точно не отвертеться. Никакие глупые отговорки не помогут мне объяснить, почему я без приглашения вломилась в королевский замок, да еще и подслушивала на совете!

Я смотрела на него и не могла пошевелиться. Мне казалось, что его синие глаза стали темнее, будто небо за мгновение до того, как грянет гром. Похоже, совет неожиданно для всех остальных сегодня закончится удачей. Ведь главный подозреваемый в краже артефакта теперь…

Я.