Я НЕ БОЮСЬ тебя

Золотистые волосы рассыпаны по плечам, тоненькая фигурка обнимает себя за плечи – сейчас она выглядела как ангелочек, который оказался в этом жутком месте по страшной ошибке. Если бы я не знал её раньше, не был уверен, что она пережила нечто более ужасное, то ни за что не позволил бы ей увидеть то, что видела сейчас.

Она сжала тонкие ладони в кулачки и подняла голову, через решётку всматриваясь в лицо своему страху. Зверь набычился и оскалился, хватаясь за прутья и пытаясь разогнуть их, чтобы добраться до неё. Его взгляд был безумным и одержимым. Даже думать не стоит, что случится, если она окажется внутри. Понятно и так...

- Я войду к нему, - тихо прошептала она дорожащим голосом, и её светлые локоны качнулись волной, когда вздрогнула от звука собственного голоса.

А ещё «к нему» собирается...

Я шумно сглотнул. Сейчас мне решать её судьбу. Я здесь главный. И она тоже должна делать то, что скажу я. Но от этого осознания вовсе не уверенность разливалась за грудиной, а досада. Потому что как бы я не утешал себя, всё равно сомнения оставались. Может пожертвовать ею – не такая большая цена, чтобы спасти того, кому я обязан так многим? Как он когда-то пожертвовал другой ради меня…

Хотя что я несу? Какая небольшая цена?! Бред!

- Нет, - отрезал, едва удерживая внутри несогласное рычание зверя.

Ирбис считал, что я неправ. Что мне не стоит опекать её. Что это не моя воля. И не моё право. Он желал толкнуть её к нему. И в отличие от меня думал, что после этого мы все заживём спокойно. Заставлял вставать перед глазами воспоминания того, как другая девушка оказывается внутри камеры с другим чудовищем…

У наших зверей всё проще. Но иногда они ошибаются. А расплачиваться за ошибки будет их человеческая половина. Вот только за такую ошибку мне оторвут дома голову. Да я и сам жить не смогу потом. Но и не делать ничего – не выход.

Она отшатнулась от меня, будто чувствуя настроение моего зверя. И теперь я встретился с её огромными грустными глазами:

- Ему же я нужна... Я войду к нему. Пусти.

К горлу подступила горечь. Она говорила тихо и обречённо. Не кричала, не плакала, не билась в истерике, как совсем недавно, когда мы лгали ей, чтобы спасти. Я был уверен, что лучше та самая ложь, но не вот такая правда.

Невольно шагнул к ней, хотел успокоить, обнять что ли – чисто интуитивно, как часто делал со своей дочерью. Только забыл, что она другая. И что за нами наблюдают.

Громкий рёв сотряс полутёмное помещение. Решётка заходила ходуном, когда он, просунув через неё ручищу с когтями, попытался достать её. Она не отшатнулась. Не побежала прочь, хотя я ощутил от неё стойкий запах ужаса. Отчаянный, горький, обречённый...

Вот как я могу пустить её туда?!

- Я нужна ему, - повторила, опустив голову вниз и глядя себе под ноги.

Наверняка, чтобы не смотреть на чудовище, что жаждало её в своей клетке. Что скучало по ней настолько, что стоит ей даже подойти поближе, и он проломит стену, лишь бы прижать её к себе и...

Я громко выдохнул.

- Это не вариант, - старался говорить уверенно.

Жить не смогу же, если допущу такое. Она и так держится на честном слове. А теперь приносит себя в жертву ради... А собственно ради чего?!

Я не верил, что она и правда способна на любовь в том смысле, в котором её испытывал я. Для меня любовь - это слепое доверие, страсть, переходящая в безумие, жажда обладать, касаться, потеря разума рядом с любимой или от её отсутствия рядом... А для неё?

Она по-прежнему сторонится всех нас. Не доверяет до конца никому на свете. Многих откровенно ненавидит и не пытается это как-то особенно скрыть. Но сейчас жертвует собой... Зачем?! К тому же, эта жертва может и не оправдаться... И что тогда?

Гарантий, что это поможет, просто нет. Да и способна ли она принять в полной мере того, кого я думаю, до сих пор считает виновником своих бед? Нет, иногда я видел её будто робкую улыбку, её ожидание одобрения, когда смотрела на него... Но сейчас он другой! Он - зверь. Уж кому как не мне знать, что внутри него в данный момент?

И это страшно. Любое её сопротивление, вскрик ужаса - и всё. Это будет последним, что она сделает. Он использует её и выбросит. Нам не позволит войти и забрать даже. Будет ходить рядом, не понимая, почему она не поднимается. А потом, когда поймёт, что она больше не встанет и никогда не заговорит, сам себе вынесет приговор...

А мне с этим жить.

Она покачала головой, словно сбрасывая оцепенение.

Я же говорил! Сама не верит в то, что всё будет хорошо! Уже понимает, что обратно скорее всего не выйдет! Но продолжает смотреть на меня и ждать вердикта. Разве я чудовище, чтобы выносить его? Разве я палач? Тем более для неё.

Столько лет прошло, а я всё ещё не могу толком смотреть в её глаза. Вижу в них отголоски пережитого ею прошлого. И меня, огромного, взрослого мужика, оборотня, это пугает. И мне даже не стыдно признаться в этом. Потому что это действительно сущий ад.

И теперь именно я должен решить её судьбу? Я?

- Пожалуйста, - прошептала она и покачнулась, машинально схватившись за моё запястье, чтобы не упасть, и тут же отдёрнула руку, будто обжёгшись.

Зверь в клетке заревел опять, глядя на меня с жаждой моей мучительной смерти. Лишь за это касание. А я ещё обнять её хотел… Камикадзе.

- Так же надо... Правда?

Не правда! НЕТ! Нельзя жертвовать кем-то одним ради многих! Если бы мне самому нужно было принести эту жертву, я бы сделал! Но не её. Не так. Не после всего.

- Я... не буду кричать, - в её глазах показались сдерживаемые слёзы. - Тебе не придётся меня… спасать. Или, наоборот, запирать там. Я сама.

Она не хотела показать мне, что ей страшно. Не хотела, чтобы потом, когда она испугается ещё больше, и передумает (а это точно случиться, стоит мне открыть дверцу, уверен), мне пришлось бы запирать замок. Ведь если я толкну её к нему, а потом заберу, он не успокоится пока не пробьёт башкой стену. Или пока сам не убьётся. Вот и убеждает меня, что не проронит ни звука, что дойдёт до конца и мне не придётся выполнять роль палача. Но я уже её выполняю.

Уже.

Я же оборотень, я чую это. Меня не обмануть. И его тоже. И её страх только больше его разгорячит…

Конечно, она не будет кричать. Потому что просто не успеет! И я сжал в кулаке ключ от камеры.

- Пусти... - она отвела взгляд от меня, глядя снова на него.

Он замер, прищурившись и жадно вдыхая.

Они оба ждали моего решения.

Дорогие читатели, приветствую Вас в небольшом продолжении историй циклов  и ♡ Думаю, что вполне можно читать эту книгу до предыдущих, потому что сюжет здесь самостоятельный, а прошлое героев будет схематично обрисовано, но наверное интереснее это делать тем, кто с героями уже знаком по прежним книгам)

За пару недель до

Эмин

- Лисичка! – позвал ласково, но квартира ответила тишиной.

Ни привычного радостного от моего возвращения визга, ни горячих объятий, ни страстных тебе поцелуев – ничего из того, к чему привык, возвращаясь домой.

- Эли? – разочарованно прошёл внутрь, рассчитывая совсем на другое.

Отправив сына к брату с невесткой, думал, что у нас начнётся второй медовый месяц. Так-то, если быть честным, он уже и начался. Просто мне хотелось продолжения, а моя жена куда-то запропастилась.

- Элиии-наааа, - специально назвал её полным именем, которое терпеть не может, чтобы точно отреагировала.

Но в отличие от меня звериного слуха Эли не имела, поэтому если была чем-то увлечена, то кричи-не кричи, ответа не дождёшься. Ладно. Принюхался, ощущая её медовый аромат откуда-то ближе к нашей спальне. Очень хорошее местоположение…

На ходу расстёгивая рубашку, покрался к ней. Сейчас наконец получу то, что мне причитается, чем бы она не была заня… Стоп.

Первое, что я увидел – упругая аккуратная попка моей жены в коротеньких светлых шортиках, которая была задрана выше головы. К слову, о голове… Именно она сейчас находилась практически на полу, высматривая что-то под шкафом. Нужно отметить, что поза довольно эффектная для встречи мужа с тяжёлой работы…

Пост альфы занимал всё моё свободное время. Хотя о чём я? Какое ещё свободное? Если я не был в стае, значит, был в семье, но всё равно решал проблемы стаи. Так что покой нам только снится. Но это не помешало моему телу отреагировать на вид Эли сзади как полагается.

Потянувшись вперёд рукой так, что её попка поднялась ещё выше, а вид стал более провокационным, она радостно пискнула что-то вроде «Нашла!» и подскочила, впечатываюсь спиной в мою грудь, а попкой прямо в пах…

Низкое рычание зверя сорвалось с губ, а ладони сами сцапали её, прижимая ближе.

- Ой, - обернулась она с огромными глазами.

- Вот тебе и ой, - уткнулся носом в её шею, глубоко вдыхая. – Даже знать не хочу, что ты там искала… - проурчал, широко лизнув её сладкую кожу.

- Серёжку, - всё равно ответила она, демонстрирую последнюю мне на ладони.

- Плевать на серёжку, - резко развернул её и услышал тихий звонкий стук.

- Эмин! Снова упала! Потеряется же! – возмутилась жена, отказываясь замечать часть моего тела, которая стремилась к ней поближе и уже подрагивала от нетерпения.

- А ты поищи её снова вниз головой, - подсказал хриплым от возбуждения голосом. – А я помогу…

Не удержавшись, всё же толкнул её выпирающей эрекцией, наконец, обратив на себя внимание.

- Ммм, - загорелись пониманием её глаза. – Потом поищу тогда… - и с готовностью она обвила мою шею руками, а торс – ногами.

Подхватив свою горячую лисичку под попу, шагнул ближе к подоконнику, усаживая на него и принимаясь сдирать с неё тоненькую маечку. Эли помогала мне со всей страстью, уже позабыв про потерянную серёжку. Уж в этом-то плане у нас с ней было полное взаимопонимание. Теперь. И представить не могу, как она сдерживалась, когда я постоянно её отталкивал раньше. Сам вот не могу сейчас. Ну и она всегда идёт навстречу, позабыв о моём прошлом поведении.

Её проворные руки уже расстегнули ремень и занимались ширинкой, пока я, добравшись до того, что прежде было скрыто маечкой, наконец дал себе волю, сжимая в ладонях нежные холмики и покрывая поцелуями её шею. С губ Эли сорвался нетерпеливый стон, когда молния не поддалась на её манипуляции. Тогда выпустив когти, она разорвала джинсы прямо на мне.

- Осторожнее! – едва не отскочил от неё, спасаясь от огромных острых когтей, но она упёрлась пяточкой в мою пятую точку, не позволяя отойти.

- Я осторожно, - промурчала, жадно оглядывая мой уже обнажённый торс. – Разве я могу лишить себя самого сладкого? – хитро облизала губы.

Да уж. С ней не заскучаешь… Избавившись от того, что осталось от моей одежды, я снова накрыл её собой, заставляя выгнуться в спине и немного откинуться. На пол полетела хрустальная ваза, разлетаясь осколками по комнате.

- Не отвлекайся, потом уберёшь, - шепнула она мне, заставив подавиться смешком.

В этом вся Эли. Страстная, горячая, забавная, моя…

Её ручка в уже вполне себе человеческом формате ласкала меня, то сжимая, то начиная ласково поглаживать, а второй рукой она тянула меня к себе за шею, недвусмысленно тыкая носом прямо в метку. Решив ей ни в чём не отказывать, я таки впился в неё зубами, заставив пару громко застонать.

- Давай же, Эмин, - прохныкала, разводя ножки шире.

И я уже готов был «дать», но тут раздался телефонный звонок.

- Позже ответишь, - она вновь требовательно двинулась на меня так, что я ощутил её сладкую влагу на своём животе. Как же хотелось опуститься на колени перед ней и впиться губами в нежное местечко, заставив её срывать голос от крика…

Но интуиция зашептала неприятное. Волк навострил уши будто в ожидании беды. Что-то точно шло не так.

- Там может быть что-то срочное, - замер, прислушиваясь к себе.

Эли зарычала:

- Я даже знаю, кто нам мешает. Он всегда это делает! Продолжай! - приказала.

Нет, не так. ПРИКАЗАЛА.

Силой альфы, с которой я едва мог бы бороться. И конечно она права, ведь в такие «подходящие» моменты нас всегда прерывал только один оборотень. Каждый раз только один.

Правда, это не давало мне право просто отмахнуться и продолжить. Но и Эли оставлять неудовлетворённой после того, как сам же её и завёл, было неправильно. Поэтому, не теряя времени даром, одним сильным толчком заполнил её всю, одновременно стискивая зубы на метке, а подушечками пальцев массируя её клитор так, как ей нравилось больше всего.

Её громкий вскрик стал подтверждением того, что действую правильно. Мысленно посылая ей горячие волны своего возбуждения и врываясь в желанное тело быстро и рвано, удерживал её свободной ладонью за горло, позволяя зверю во мне низко рычать. Знаю, что её это возбуждает. И не прошло и нескольких минут, как мои познания принесли результат. Эли задрожала в моих объятиях, сильно прижимаясь ко мне и оставляя глубокие царапины на моей спине.

Парой сильных толчков я кончил сам и, подняв её на руки, чтобы не оставлять сразу одну, подбрёл искать телефон, не обращая внимания на дрожащие ноги. Как обезьянка обняв меня руками и ногами, она уложила голову мне на плечо и сыто, но недовольно сделала замечание:

- Ты сегодня быстро, Эмин.

- Я исправлюсь, лисичка, обещаю, - чмокнул её в макушку, наконец, находя пропажу и перезванивая.

- Эмин, помощь нужна. У нас ЧП, - тут же раздался тревожный голос в трубке, пропустив приветствие.

- Что-то серьёзное? – Эли приподняла голову, ёрзая на мне. А с учётом того, что я всё ещё был в ней, это спокойствия не прибавляло.

- Привет, лисичка, - голос Эрдана потеплел и, несмотря на обеспокоенность, он нашёл в себе силы поддеть меня, ведь я ему запрещаю так её называть. - Приезжайте оба. И ещё несколько волков посильнее с собой возьмите. Серьёзное, - тут же сбросил.

Мы с Эли переглянулись и синхронно бросились в душ, ради чего она даже слезла с моих рук и не только. В последнее время в стае и в прайде снежных барсов было тихо, но видимо, нашему спокойствию пришёл конец, потому что просто так нас звать бы не стали. И хотя Эрдан мастер шуток, так пошутить ему бы и в голову не пришло, а значит, стряслось что-то действительно важное.

Поэтому спустя всего минут пять мы уже ехали вместе в прайд. Эли держала мою руку и смотрела вперёд.

- Всё будет хорошо, лисичка, - решил успокоить её, и она ответила грустной улыбкой, видимо, ощущая беспокойство моего волка.

Эрдан

Я метался по гостиной главы прайда как раненный зверь. Дочка мирно посапывала в комнате его пары под надзором их собаки. Но кажется этот пёс сейчас единственный, кому я мог доверить своего ребёнка. И ни капли не сомневался в том, что если она обернётся во сне в кошечку, он её не тронет. Удивительно дело, когда в прайде ирбисов доверять можешь только собаке…

Мой собственный зверь внутри метался, требуя крови. Хоть чьей-то уже.

Мне хотелось убить кого-нибудь. И желательно начать с похитителя моей пары, а продолжить всеми его прихвостнями. Всё самое страшное и чёрное, что только было во мне, поднималось изнутри вверх. Окутывало разум. Кажется, я снова приближался к той грани, на которой уже был однажды. Даже приказ главы прайда не смог меня успокоить надолго.

Да и какой приказ? Брошенный наспех, отданный лишь для галочки, пока он сам ещё не свихнулся? Этот? Другого не было.

Я хотел не находиться здесь, а идти по следу. Хотел выследить ублюдков, что покусились на мою семью. Хотел…

- Эрдан? – у входа появился альфа серых волков со своей лисичкой.

Последнюю я называл так только в шутку, и то редко. Но именно сейчас мне было совсем не до шуток. Чтобы не перейти в полутрансформацию и не позволить зверю утолить жажду крови, уходили все силы.

Последние годы я был счастлив. Бывает так, что за всю твою никчёмную, никому не нужную жизнь, за все испытания, что довелось перенести некто свыше награждает тебя чем-то. Или кем-то.

Меня, нелюбимого сына и внука, оставленного в живых собственным отцом и дедом только чтобы было кому передать власть в прайде, наградили вот тогда, когда совсем не ждал. Моей наградой стала самая лучшая в мире женщина. Которая не оставила меня сгинуть одного в глухом лесу, озверевшего, одичавшего, свихнувшегося, а вытащила и в прямом смысле слова сделала вновь человеком. Даже человечнее, чем я был до неё.

И я настолько сильно радовался своему счастью, что забыл, кто мы и кто нас окружает. Не имел права, но забыл. И не уберёг свою пару…

Оборотни ведь не люди. У нас не бывает спокойно. Всё время кто-то борется за власть, за территорию, ещё хрен знает за что. Я вырос среди них всех, но не понимал. Просто не хотел понимать.

И в результате вот этой бессмысленной для меня борьбы моя пара оказалась в руках врагов. Моя беременная пара… Двойней.

И это моя вина.

Я, а не она, должен был думать о её безопасности. Я должен был не спускать с неё глаз, а не позволять ей разгуливать под надзором какой-то там охраны, которой наверняка и в живых-то уже нет. И теперь моя девочка, моя любимая, родная – там. Где с ней может произойти что угодно. А я здесь. Связанный по рукам и ногам беспокойством о ней.

Потому что просто не знаю, где её искать! Как слепой котёнок носился по торговому центру, откуда она исчезла. Едва ли землю носом не рыл. Обнюхал каждый угол, просмотрел все камеры, опросил каждого, кого встретил. И ничего не выяснил. Ничего не нашёл.

И плевать, что даже предположить было нельзя, что кто-то посмеет напасть на беременную самку. Что это противоречит всем существующим законам оборотней. Даже самых отбитых.

Но я должен был почувствовать. Понять. Предвидеть в конце концов. Заранее. И уберечь её от этого. Не позволить ей оказаться в окружении шакалов, жаждущих чужих страданий и боли.

И сейчас сказал бы, что хуже и быть не может.

Вот только хуже быть могло.

Вместе с моей женщиной эти твари прихватили ещё одну, фактически обезглавив прайд снежных барсов. Мы были раздавлены. Разбиты. В бешенстве. И чтобы не поддаться панике, держались уже из последних сил.

Резко обернувшись к приехавшим волкам, выдохнул, стараясь говорить нормально, а не орать во всё горло. Во-первых, ором делу не поможешь. Во-вторых, моя дочь может испугаться, если увидит или услышит меня таким.

- Мию и Элиссу похитили. Эрнард проверяет мозги всех членов прайда. По очереди. Те ребята, что были с ними, тоже пропали. Не понятно, предатели или нет. Скоро узнаем, - изложил коротко суть.

Эли замерла на месте, глядя на Эмина с ужасом. Тот тоже посерел. Прямо под цвет своей шерсти в полном обороте стал. Уж кто-кто, а эти двое точно знали, что обе наши истинные были в положении. И если их забрали…

- Поедем к чёрным? – предложил Эмин, нахмурившись.

Я покачал головой. Хотя хотел отправиться к ним. И убивать. Убивать их всех.

- Мы не знаем, куда ехать. Чокнутый альфа скрывается. Те чёрные волки, которых мы поймали, ничего не знали, но передали, что если нападём, то…

Я даже мысленно повторить не смог те слова, что озвучили эти твари в последние мгновения своей жизни…

На этом моменте входная дверь разлетелась на куски (благо, волки успели уже войти внутрь и стояли не так близко) . А на пороге возник взбешённый Эрнард в пропитанной кровью одежде.

В другой ситуации я бы сказал, что его появление было фееричным. Особенно для тех, кто приехал вместе с Эмином и ждал во дворе. Бедняги-волки сбились в кучку, чтобы случайно не попасть под его горячую лапу. И уж если меня слегка придавило его силой, то представляю, что там происходит с остальным прайдом сейчас. Он же бессознательно раздавит нас всех, сплющит просто силой главы…

Я шагнул навстречу, желая сказать что-то успокаивающее. Но меня остановил полный ярости взгляд. Дядя отбросил с лица слипшиеся волосы и вошёл внутрь, усаживаясь прямо на белоснежный плед, покрывающий его диван в гостиной.

И вот, казалось бы, это я должен был придумать что-то, чтобы угомонить его. Напомнить о его долге перед прайдом, и перед Элиссой, которой он будет нужен адекватный, а не свихнувшийся от звериной злости. Но ситуацию поправил волк. Как и всегда.

- Дочка в порядке? – спросил меня, присаживаясь рядом с Эрнардом.

На душе стало чуть спокойнее. Как становится каждый раз, когда думаю о малышке.

- Да, она со мной была. Уложил её в спальне под присмотром… эээ… - не называть же пса кличкой при том, в честь кого он был назван. - Собаки.

- Мы сына раньше отправили к семье брата. Удачно вышло… Давно спит?

- С час уже, - я вздохнул.

- Наверное проснётся скоро. Спустится… - он с намёком посмотрел на Эрнарда.

И тот оглядев себя, чертыхнулся. Потом мотнул головой и тяжело поднялся, зашагав молча в свою комнату. Видимо, мыться и переодеваться.

Он обожал нашу с Мией дочь. Как только она немного подросла и стало не так страшно сломать ей что-то, он частенько носил её на руках, тискал всё время, фыркал, когда называла его дедушкой, но исправлял не каждый раз. И конечно не хотел пугать своим видом. Кажется, моя малышка сейчас – единственное, что удерживало нас обоих от того, чтобы окончательно потерять рассудок и человеческий разум.

Эмин тоже встал.

- С ними всё будет хорошо. Хотели бы убить или… навредить, сделали бы сразу. Мы все знаем, чего хочет альфа. Мою стаю. Господство над вашей территорией. Для этого они обе нужны ему живые. И здоровые. Потому что если это будет не так, он хоть и отмороженный, но не идиот совсем, понимает, что вы его найдёте и убьёте, где бы не прятался.

Я скрипнул зубами. Сам себя этим утешал. И Эрнарду говорил. Но тот вообще мало что понимает сейчас. Он едва не убил того охранника, который ему всё это сообщил. И это при том, что его там вообще не было. Ему позвонили тоже… Повезло в общем, что я рядом оказался. Хотя первой реакцией тоже было кого-нибудь убить…

- Он скоро объявится, - Эмин приобнял Эли и что-то шепнул ей на ушко.

Та кивнула и тут же отправилась наверх. Видимо, к моей дочери. И правильно. Не стоит ей тут быть. Пусть лучше посидит с ребёнком. Тем более, что они вполне себе знакомы и ладят. Да и опыт общения с детьми у неё есть, свой наследник растёт.

- Всё будет хорошо, - повторил волк.

- Эрнарду так не говори, он взбесится, - вздохнул я, плюхаясь в кресло. - Это состояние беспомощности… - и замолчал.

- Понимаю, - Эмин подошёл ближе. - Но если и ты потеряешь голову, прайду вообще конец. Держись. Ты должен.

Я всю жизнь был должен. Меня растили для этого. Хотя я не хотел управлять прайдом. НЕ ХОТЕЛ! Делал, да. Куда было деваться. Когда Эрнард разбирался со своей маленькой парой – принял решение всех вопросов на себя. Это претило мне. Хотелось уехать подальше с Мией, с нашими детьми. И жить спокойно, не ввязываясь в борьбу оборотней за территорию. Но я был вынужден оставаться здесь. Ради блага других. Отказавшись от своего.

И всё же на слова альфы кивнул. Он прав. Как всегда. Рассудительный даже в такой ситуации. Спокойный. Правильный… Не то, что я. Внутри словно вулкан клокочет, мешая размышлять здраво. И снова хочется крови…

- КАКОГО… - громогласный мат донёсся со второго этажа.

И мы с волком кинулись туда. Очевидно, похитители вышли на связь. Уже переодетый в чистое Эрнард орал в трубку телефона посреди коридора, сжимая её так, что та скрипела. Он посыпал проклятьями и угрозами того, кто был на той стороне. И не стеснялся в выражениях. А когда собеседник отключился, раскрошил телефон прямо в руке. В той, на которой уже выступили когти.

Я сделал шаг к нему, собираясь успокаивать, как тут между моих ног нырнула крошечная фигурка, встав впереди. Видимо, Эли не удержала.

- Дедушка злится? – дочь подняла свои голубые огромные глаза на меня.

- Эээ… - я подбирал слова, чтобы объяснить, но Эрнард сел напротив неё сам.

- Прости, Ладушка. Я расстроился. Больше не злюсь, - прохрипел ей, стараясь говорить ласково.

И моя девочка тут же потянулась к нему, обнимая за шею. Если честно, мне очень хотелось вырвать дочь из его лап и спрятать за спину. Когти у него так и не сошли. Сожмёт сильнее – и всё. Приехали.

Но аккуратно, как пушинку, Эрнард поднял её на руки и уткнулся носом в светлую макушку. А я увидел, как под его ресницами мелькнула слезинка. Удивительно, но пока моя дочь была похожа на Элиссу больше, чем на нас с Мией. И видимо, его потому так и торкнуло сейчас. Мы с Эмином и Эли сразу отвели глаза.

Я не помнил другой ситуации, когда Эрнард плакал и был настолько раздавлен.

Эрнард

Мой страшный сон сбывался наяву.

Я клялся ей. Давал слово, что никто больше не причинит ей вреда. Что смогу защитить её от всех вокруг. Убеждал, что ей нечего бояться, даже если меня нет рядом – так хотел, чтобы она жила обычной, а не жизнью затворницы. Обещал ей всё это, твердил по нескольку раз.

Но не сделал. Не уследил. Не уберёг. Обманул, выходит.

И сейчас моё едва зажившее сердце с затянувшимися тонкой кожицей ранами разрывалось снова.

Я не мог без содрогания вспоминать то, что моя пара пережила прежде в лаборатории моего ублюдочного отца. То, что она прошла до нашей встречи одна, и как тяжело нам обоим было прийти навстречу друг к другу. Я говорил ей, что смогу забыть это всё. Но не смог. И одновременно не мог помнить.

Потому что это было невыносимо.

Любая её боль для меня – в тысячу раз больнее, чем если бы меня самого резали на живую и снимали лоскуты кожи без анестезии. Потому что только её улыбка – моё обезболивающее. Её любовь – моё счастье. Она сама – мой смысл жизни.

Который украли у меня из-под носа…

А она ведь только-только ожила.

Стала сама собой. Повзрослела даже как-то, и не боялась больше меня до ужаса. Начала мне доверять. Рассказывать о своих чувствах. О своих мыслях, хотя и считала, что для меня неважны «её глупости». А мне всё было важно. Всё!

Каждый раз, замечая новый её шажок мне навстречу после пяти лет моих усилий, ощущал себя счастливым. Порой казалось, что меня разорвёт от радости, когда она была особенно откровенна или нежна со мной… Может на неё так действовало её новое положение, конечно, но я надеялся, что так останется и после рождения ребёнка.

И пока я не мог поверить своему счастью (ведь когда впервые привёз её сюда вообще не рассчитывал, что у нас может получиться семья), она начинала учиться любить. У меня. Хотя я не был уверен, что сам люблю правильно и не нужно ли делать это как-то иначе. Но по-другому не умел. А ей тоже неоткуда было взять другие варианты, да и вряд ли они подошли бы нам. Вот мы и старались.

Вместе.

Но именно тогда, когда мне казалось, что всё в порядке насколько это вообще возможно, она снова оказалась в лапах тех уродов, что уже однажды покалечили её жизнь, превратив в подопытную. Без гарантий, что это не случится снова.

И то, что я научил Элиссу обращаться в кошечку ирбиса, сейчас вряд ли могло ей помочь. Полная трансформация бесполезна даже для меня, если окажусь один против целой стаи волков. А тут девочка же совсем… Одна среди чужаков.

Точнее, не одна. С Мией. С глубоко беременной Мией... И я не хочу даже думать, что случится, если их с Эрданом сыновья решат появиться на свет чуть раньше... А ведь мы с Элиссой так и не успели узнать пол нашего малыша или малышки…

Отчаяние накрывало меня. Чувство вины душило. И я бы жизнь отдал за то, чтобы это сейчас происходило не с ней. Со мной. Но как и в прошлый раз, это было не в моих силах. И снова все испытания выпали на её долю. Как же несправедливо!

Всё, что я мог – проверить каждого, но найти предателей в своём прайде. И выведав у них максимум того, что знали, убить. Жестоко. Однако это не только не успокоило меня, а наоборот заставило обостриться инстинкты хищника – теперь меня тянуло убивать и дальше. Всех, в ком я не был уверен на все двести процентов.

И если бы поддался этому желанию, то кроме Эрдана, его дочери, Эмина с парой и нашей с Элиссой собаки, не осталось бы в живых никого в этом городе. И я сдерживался. Едва.

В основном потому, что как глава прайда чувствовал боль племянника. И понимал, что нужно держаться хоть за что-то, чтобы не свихнуться и не совершить ошибку. Я не имел на неё права. Не сейчас.

В голове выстраивались сложные логические схемы, я продумывал разные варианты развития событий, и то, что альфа потребует стаю Эмина, не стало сюрпризом. Но помимо этих требований он дал мне услышать голос моей пары… Голос, который не умолял о пощаде, как раньше, не кричал от страха, а срываясь от волнения и сдерживаемой паники, шептал, что всё будет хорошо. Хотя она сама в это не верила. Я точно знал.

А затем, судя по звукам, он, кажется, ударил её. И я потерял разум, выплеснув всё, что рвалось наружу. И если бы не дочь Эрдана, не известно, чем бы всё закончилось.

Но я даже смог стереть с лица ярость, чтобы не пугать её. Эта крошечная девочка действовала на меня как убойный транквилизатор. Первая наша наследница, для которой я дедушка...

У неё не было силы главы прайда, естественно (ведь была девочкой), но зато был характер. И хотя я не ощущал себя дедом и сам только собирался впервые стать отцом, не исправлял её больше. Пусть называет так, раз родного дедушки нет в живых. Я буду её дедом за погибшего брата. А Элисса пусть и дальше дразнит меня так, лишь бы только вернулась живая и здоровая. Такая, какой её забрали.

Потому что если она вновь начнёт бояться меня и всех вокруг, я больше не выдержу. Не смогу вновь пройти те круги ада, что уже прошёл, доказывая ей, что мне можно верить… Или смогу…

Ведь ради своей маленькой пары я готов на что угодно.

Даже заставить альфу серых волков поступиться стаей. Даже отказаться от всей территории прайда… Отдать ему все данные моего исследовательского центра во главе с Эррин. Отдать вообще всё. На время.

Пока не подберусь ближе к этой мрази и не сделаю из него и всех его родственников мелкий фарш…

- В общий дом их отправь. Да. Не компостируй мне мозг сейчас! Сами не можете разобраться?! Покажи её нашим в клинике! Да, чёрт возьми, вместе с ребёнком! – теперь Эрдан с кем-то ругался по телефону.

- И папа злится? - малышка на моих руках склонила голову вбок, пристально рассматривая меня. - Потому что мама не приехала, да?

Она же совсем ещё маленькая, а уже ничего не скрыть. Не только своим человеческим сердечком, но и звериной интуицией чувствует. Я вздохнул.

- Верно, Ладушка. Но скоро она приедет. Я тебе обещаю.

- И Лисса пусть тоже приедет, - попросила, наматывая на пальчик прядь своих светлых совершенно волосиков. Если бы у нас с Элиссой была дочь, то, наверное, они с Ладой выглядели бы как близняшки.

Я прислушался к метке. Мне её пара так и не поставила, сказала, не может меня укусить, но и так наша связь была очень крепкой. И сейчас я не ощущал её ужаса и боли. Она напугана, это понятно. Но по крайней мере её не пытают. А это уже хорошо, и моё сердце хоть немного переставало кипеть от этих мыслей.

- Обязательно, - заверил крошку. – И Элисса тоже приедет. А пока посиди с тётей Эли, хорошо?

Молодая волчица в этот раз лишь носик наморщила, не став спорить, что называю её «тётей». Обычно на такое нас ждала длинная тирада, как мы не правы, что так называем её. А что? Если я дедушка, то она пусть будет тётей.

Хотя вот Элиссу моя внучатая племянница звала только по имени, да и вообще относилась к ней почти как к ровне, игрушки ей свой показывала, дарила даже какие-то. Будто с подружкой. И меня удивляло, что Элисса искренне этому всему радуется. Не так, как делают взрослые – напоказ, намеренно показывая наигранный восторг, а потом откладывая подарок в дальний ящик, а радуясь на самом деле и выставляя все эти подношения на самой большой полке в своей мастерской…

- Да что не понятного?! Я за него! Я тебе говорю решить эту проблему. Ещё один вопрос – и твою семью будет так же пристраивать кто-то другой!

Я передал ребёнка Элине, а сам нахмурился, глядя на племянника. Он раздражённо отмахнулся от меня.

- Дебилы одни в этом прайде, Эрнард, не могут элементарные выводы сделать. На всё нужны приказы.

- О чём ты?

Обычно все дела прайда решал я, но порой, когда был особенно не в духе, звонили ему. Только вот не учли, что он взвинчен не меньше.

- Неважно, - как-то поспешно отвернулся.

Я ухватил его за плечо.

- Всё, что касается моего прайда, важно, - заглянул в его глаза. Зрачок в них сужался и расширился до человеческого, выдавая внутреннее состояние.

- У нескольких убитых тобой сегодня остались семьи. И идиоты из охраны спрашивали, что с ними делать. Как-будто могут быть варианты!

Я вздохнул.

Убивать мне не в первой. Да и предатели, готовые поставить на кон ради денег или других обещаний чёрных волков, своих сородичей – заслужили. Потому не жалел. Но всё равно чувство вины перед парами тех, кто сегодня благодаря мне отошёл в мир иной, всколыхнулось.

- Мы не оставим их. Пожизненно останутся на нашем обеспечении.

- Мне-то можешь не говорить, - вздохнул Эрдан. - Я так и распорядился. Тебе боятся звонить. Думают, я спокойнее…

- Зря, - выдохнули мы синхронно и так же синхронно горько усмехнулись.

- Метка молчит, - сообщил ему.

- И у Мии, - он кивнул на мой телефон. – Что они хотят?

- Ничего нового. Всё то же. Стаю серых, - тут усмехнулся уже Эмин. - Наш центр. Ну и фирму прайда.

- И?

- Мы отдадим им всё, - я сжал зубы, прямо глядя в глаза серому волку.

Думал, мне придётся объяснять ему свой план - выиграть немного времени, выяснить, где они и забрать, а потом уже… Но волк и глазом не моргнул, согласно кивнув головой. Не зря я считал его почти уже семьёй. Настолько был признателен сейчас. И за прошлое.

- Если бы Эли там была, я знаю, ты бы тоже помог, - он протянул мне свой мобильный. - Перезвони. Пусть скажут, когда мы сможем забрать их.

- Ты должен позвонить, - вздохнул я. - Одно из условий.

Эмин фыркнул, осознавая, что чёрные хотят его унижений. А потом решительно набрал номер.

- Ну так дадим им то, что им нужно, - произнёс до того, как альфа чёрных волков принял звонок.

Не дожидаясь его разговора (всё равно ничего нового я там не услышу), отправился инструктировать прибывших вместе с Эмином волков, а заодно тех своих барсов, что созвал из прайда. Все они косились друг на друга недоброжелательно, стоя во дворе моего дома. Точнее, нашего с Элиссой. Да. Теперь он точно наш. По-настоящему.

Ирбисы и серые волки, хотя и не враждовали особо раньше, всё равно на генетическом уровне друг друга недолюбливали. А тут мы вынуждали их не только в мирное время сосуществовать, но и биться ради наших общих целей плечом к плечу.

Да, как глава, я не имел права ставить прайд под угрозу лишь ради своей пары. Однако, если бы вопрос стоял именно так, то всё равно воспользовался бы что называется служебным положением.

Но сейчас угроза была над всеми нами на самом деле. Давно уже следовало решить этот вопрос… И я, и Эмин не действовали решительно по разным причинам. Я понимал, что обезглавленной жестокой стае понадобится крепкая рука нового альфы, которым я не мог бы быть (как минимум потому что не волк), а просто уничтожив старого альфу, оставил бы неуправляемых больных на голову волков вообще неуправляемыми (о их беспринципности разве что легенды не слагали, но каждый раз они переходили ещё более тонкую грань). А Эмин, помимо этого, ещё и был связан семейными узами с этим ублюдком.

Кто бы мог вообще подумать, что у такого урода может быть нормальная дочь. Зато сынок пошёл по стопам папаши, похитив родственницу Эмина – и тот был вынужден тормозить с принятием серьёзного решения тоже из-за этого всего.* Мы оба понимали, что прежде чем брать контроль над стаей чёрных, нужно навести порядок у себя, заставить наших смириться с таким соседством и приятельством, а ещё разобраться со своими проблемами. Хотя прямо сейчас я уже жалел, что не прикончил альфу чёрных ещё тогда, когда его старший придурочный сынок едва не загрыз Элиссу. *

Но теперь все получат по заслугам. Только вот заберём у него наших женщин. А потом уничтожим.

Эрдан

Мы все понимали, что едем в ловушку. Но у каждого из нас была причина для этого. У меня их было даже две – одна сейчас в руках наших врагов, другая – крошечная ещё совсем крепко обняла меня на прощанье и осталась с Элиной. И ради своей семьи я был готов на всё.

- Ты позвонил брату? – вынырнул из задумчивости дядя.

Эмин утвердительно кивнул. Я скрипнул зубами.

Этот вариант с планом «Б» я даже не рассматривал. Но то я. А вот Эрнард – глава нашего прайда. И он обязан подумать обо всём и обо всех. Даже в случае, если всё закончится плохо.

Он уже назначил главным в своё отсутствие одного из самых сильных ирбисов из своей охраны. Оставил его там, с прайдом, а не забрал с собой на подмогу, потому что если мы не вернёмся, кто-то должен будет взять управление на себя. Вот и Эмина заставил предупредить его брата, чтобы ожидал новостей. Любых. И был готов. К любому исходу.

- Мы веррнёмся, - рык вырвался из меня сам.

Я не был готов даже думать о таком. Потому что это означает, что обратно не вернутся и Мия с Элиссой. И наши дети. Это невозможно! Я не позволю такому случиться.

- Обязательно, - сжал моё предплечье волк, будто бы пытаясь поделиться своей верой в это.

А Эрнард только вздохнул.

Чёрт! Я знал, что он прав. Что он тысячу раз на дню принимает непростые решения. Что последние почти шесть лет его жизни заставили бы сыграть в ящик любого, но он выдержал. Однако не мог сейчас здраво оценивать ситуацию. Не мог поддерживать его в этом. Впрочем, именно сейчас он и не просил моей поддержки. Лишь молча делал, что нужно. Пытаясь запереть свой ужас внутри. Кто же знал, что ужас ещё впереди…

Прибыв на место втроём в одном авто, мы подали незаметный знак тем, кто должен был окружать нас, оставаясь невидимыми для противника. Устроили засаду. Прекрасно понимая, что и для нас подготовлена такая же. Вопрос только в том, кто окажется хитрее. Или беспринципнее. Но что чёрные волки будут играть грязно, было ясно и без того.

А уж когда в одной из пяти подъехавших машин показалась моя Мия с совершенно круглым животиком, но со связанными руками, я едва не испортил всё, дёрнувшись вперёд. Эрнард своей силой заставил меня остаться на месте, хотя когти и клыки уже полезли. Последними я до крови закусывал губу, чтобы не нарушить приказ. Ещё не хватало в это нелёгкое время выйти из-под главенства Эрнарда, разделив прайд надвое.

Немного облегчало мою участь то, что Мия хоть и была заплаканная, но никаких повреждений на ней я не видел и не чуял. И прямо сейчас моя храбрая девочка упрямо смотрела перед собой, всем видом показывая, что не боится. Хотя конечно же боялась… Очень боялась…

А ведь её бывший-волк ещё тогда, в самом начале предупреждал нас, что они дадут нам лишь небольшую передышку, но обязательно нападут. Как мы могли забыть об этом?!

Если бы я не знал наверняка, что тот наглый волчара сейчас был далеко отсюда и явно не при делах, то в первую очередь бросился бы искать и потрошить именно его. Но к счастью или к сожалению, его было не за что. Разве что для профилактики в подарочек мерзкому альфе… Правда, вряд ли того хоть как-то тронет гибель сына. Ублюдок.

- Подпиши, - кинул он на землю документы для Эрнарда без лишних предисловий и кивнул тому, кто был ближе к Мие, чтобы подтолкнул её к нам.

Я зарычал, когда он коснулся её. Альфа усмехнулся довольно.

- Не можешь приструнить своего племянника, Эрнард? Как же ты прайд держишь? Может и его мне подаришь?

- Пошёл ты, - огрызнулся дядя, поднимая с земли листы и ставя на них свою размашистую подпись.

Плевать, что он пытается нас унизить и вывести. Важнее – другое.

- Где Элисса? – он сжал в руке подписанную стопку.

- В душе не чаю о ком ты, блохастый, - оскалился альфа.

- Вторая девушка, - внешне он выглядел как скала. И только я сейчас чувствовал, что внутри него назревает ураган.

- А, та блондиночка? В подвале сидит. На случай если вы решите играть со мной в игры.

Синхронно с Эрнардом мы впились взглядами в Мию, и она изо всех сил попыталась хоть немного улыбнуться, показывая, что с Элиссой тоже не произошло ничего страшного. Пока…

- Вот бумаги. Стая серых готова принять тебя. Отдай нам наших женщин.

Альфа расхохотался.

- Принимаете меня за идиота? Ай-яй-яй. Нашли дурака. Будто я не знаю, что вы нарушили слово и притащили сюда своих. А уговор был – приезжать одним.

- Ты тоже не один приехал.

- Так не вы и диктуете правила, - напомнил он. - И чтобы некому было ставить мне палки в колёса, вы пока поедете со мной. Зато проведёте время в тихом семейном кругу…

- Об этом не было уговора! – вышел вперёд я.

- А я это только вот придумал. Чтобы не убивать вас. Сразу.

- Угомонись, альфа. Ты хотел фирму и центр – ты получил его. Ты хотел стаю – тебе готовы её отдать, так выполни свою часть…

- Зачем, если я могу получить гораздо больше?

Мерзкий волк предвкушающе улыбнулся, а затем кивнул кому-то, чтобы открыли двери ближайшей машины. И когда оттуда вышла напряжённая до предела Эли вместе с тем, кого Эрнард оставил за главного в прайде…

Эмин зарычал, переходя в полутрансформацию.

- Двинешься, и её голова окажется на земле отдельно от тела, - прищурился альфа.

Я же похолодел. ГДЕ МОЯ ДОЧЬ?! Её не было видно. И в машине я её не чуял. Перед глазами помутилось, прежде чем я поймал острожный взгляд Эли, и она чуть качнула головой отрицательно. Ведь это значит, что её не поймали?! Правда?!

Этот предатель готов идти на мировую с чёрным волком и выдать ему кого угодно, лишь бы избавиться от Эрнарда и занять его место… И как только Эрнард не почуял этого?! Неужели плоды новых исследований стаи чёрных? Хотя сейчас это не так важно.

Где-то там моя дочь совсем одна. Мия стоит связанная. А от нас требуется ехать не пойми куда с неизвестным исходом всего этого… Как же мы так попали-то?!

- Ну что? Поедете сами или побежите за машиной, в которой мои ребята будут развлекаться по дороге с вашими девочками?

- УБИТЬ! – вспыхнуло перед моими глазами командой внутреннего зверя, который огрызался и метался внутри.

- Там Элисса, - шепнул Эрнард, заставляя меня остыть.

Этот урод продумал всё. Слишком хорошо, чтобы мы могли играть так же подло. А самое главное – его просто нечем шантажировать. В отличие от нас он не дорожит никем и сердца у него нет вовсе.

Из минусов – мы были в полной заднице.

Из плюсов – меня усадили в ту же машину, в которой была Мия.

Она же и прижалась ко мне, крепко сжимая мою ладонь. Я знал, что делает так, когда сильно волнуется. Вот и сейчас моя любимая самочка боялась. И успокоить её я мог пока лишь словами.

- Всё будет хорошо, - шепнул ей на ушко и погладил по животику, одним взмахом когтей разрывая на ней верёвки.

Они были скорее показательными, чем действительно её держали – в её нынешнем положении вряд ли вообще возможно было бы далеко убежать. Я всё чаще на руках её носил, чем сама ходила… Вот и носил бы! А не отпускал гулять одну!

Эх… Досталось ей. На меня вот никаких верёвок не накручивали. Правильно, зачем меня связывать, когда у них в руках ещё и Элисса, и потому мы все будем послушными оленями до тех пор, пока не убедимся, что она в порядке?

Именно парнокопытным я сейчас себя и ощущал в полной мере. Как додик какой-то сижу тут вместо того, чтобы…

- Я бы на твоём месте языком не трепал лишний раз, зачем врёшь паре? – усмехнулся на мою успокаивающую фразу один из волков, что сидел впереди.

- Договоришься, - огрызнулся я.

- Ни хрена ты не сделаешь, - оскалился он, намеренно оглядывая Мию пошло и оценивающе. Я едва сдержал нецензурную фразу.

Когда пара забеременела во второй раз, дал ей слово, что буду при детях самым приличным оборотнем в мире. Вот. Стараюсь соответствовать.

Благо, рядом со мной она сама уже немного расслабилась. Верила, что не дам её в обиду… И это ощущение действовало на меня как убойный допинг. Я сам начинал успокаиваться, проникаясь её верой в меня и мои силы.

- Думаешь, альфа расстроится, если раскрою тебе череп? Да ему на всех вас… - начал было, намереваясь всё же привести в действие свои угрозы, если он не заткнётся и не отвернётся.

Но Мия сжала теперь обеими ладошками мою руку. И я замолк.

Меряться яйцами будем потом (а что? Думать нецензурно мне никто не запрещал же!). Когда наши девочки будут в безопасности. И тогда посмотрим, как запоёт этот урод.

- Где наша дочь? – это было первое, что я услышал от неё.

И посмурнел, прижимая к своей груди её голову, вроде как обнимая, чтобы не видела моего выражения лица. Хорошо, что в отличие от меня по метке она не поймёт ложь.

- Дома у горничной, - соврал как мог естественно.

Не говорить же ей, что я понятия не имею, что значат сигналы Эли, которые она подавала мне у машины.

- Зачем ты её там оставил? – всё равно ужаснулась Мия.

Ещё бы. Наверное считает меня безответственным отцом. Но лучше уж так.

- Там безопаснее, чем здесь, - прошептал ей, поглаживая по волосам.

Очень надеюсь, что там, где наша девочка сейчас, действительно безопасно.

Она ведь малышка совсем, даже не сообразит толком, куда уйти. Надеюсь, обратилась хотя бы. Кошечка на инстинктах более сообразительна, чем двухгодовалый ребёнок. Да и вообще самостоятельнее. Мой ирбис с гордостью обучал дочь премудростям жизни оборотней в зверином обличье. Вот, кажется, и пригодится…

- Ты уверен? – Мия всё же подняла на меня напряжённый взгляд.

Она всегда чувствовала меня так, будто и на мне есть её метка, хотя это невозможно по определению. Она – человек. И пусть не раз пыталась меня кусать ради эксперимента, следы её зубов заживали. Но видимо время, когда ей приходилось понимать меня лишь по одному взгляду без возможности поговорить, давало о себе знать и теперь*. Спустя столько времени.

- Разумеется, - натянуто улыбнулся и обнял её покрепче снова.

Привычно подумал, что получу от неё за эту ложь чуть позже – Мия не стеснялась меня воспитывать временами, заставляя умиляться тому, как эта хрупкая молоденькая женщина держит в страхе моего зверя. Он в струнку вытягивался, если она была чем-то недовольна. Всё старается угодить своей самочке. Но лучше пусть она вновь отчитает меня и в наказание отлучит от тела на пару-тройку дней, пока на стену не полезу от того, как сильно хочу её, лишь бы всё это закончилось благополучно.

Я бы не боялся за себя. Если бы не моя семья. Теперь же отвечал не только перед собой и прайдом, но и перед своей любимой, перед нашими детьми, которым я нужен. Живой и здоровый.

Поэтому, когда мы остановились совсем скоро у каких-то заброшенных ангаров на пустыре, а я в багажнике одной из машин заметил несколько инъекций в шприцах, осознал, насколько всё паршиво буквально за мгновения.

Если Небо позволит нам выбраться, я лично уничтожу всех причастных к этому волков. И плевать на приказы главы прайда.

*Начало истории Эрдана и Мии – Посмотри на меня. В плену у зверя*