Я не царевич, детка!

     Огонь над оплавленными свечами колыхался, являя на стенах дырявого походного шатра целые истории с участием двух искривленных теней.  Свечи немилосердно трещали под шальным сквозняком и плевались мелкими искрами, на которые не обращали никакого внимания. А кому внимание обращать? Ой, не смешите порты старого степняка! В походном шатре решали важное дело те, кто б на извержение грозного Зорна сейчас уши не навострил: бывалый воин, князь Багряных лесов, Боридор и надменный король Далегорья, Крас по прозвищу Луноликий.

    Вот вопрос так вопрос: победить в войне с соседями или нет? Сохранить ли свои пограничные земли для правления детей? Хотя… у князя Боридора на данный день есть одна лишь дочка пока, Агнеса. Его любимая пышка-Агнешка пяти неполных годов. Но, теперь именно она - разменная монета на походном столе. Так сложилась судьба.

- Ее мать – из Круга пяти ведьм Багряных лесов. А ты знаешь, что это такое, Крас? Какая это сила?!

Король Далегорья знал. Для него в возрасте более двухсот лет не знать, что может дать сильная ведьма дракону – настоящий энциклопедичный позор. В многовековой истории Далегорья был лишь один случай, когда у трона дракона стояла ведьма-жена. И это был непобедимый никем дракон. Который даже не умер от старости! Где-то так и живет до сих пор со своею женой. Где-то на Ушлых островах, говорят. Потомки не имеют права вмешиваться в жизнь ушедшего мирно дракона.

- Что ты хочешь за нее? – голос драконьего короля прозвучал тихо, но почему-то заколыхались еще сильнее все стоящие свечи.

Князь закрыл глаза, будто в этот момент молился своим богам. Так и стоял, пока не выдохнул:

- Участия твоих драконов на моей стороне. Хочу восстановления прежних границ по горам и еще вот этой земли, - ткнул он пальцем в мятую карту, раскинутую на столе. Как раз в то место, где по долине неслась к безмерному океану широкая чужая река. Дракон, сощурив глаза, молча кивнул. Князь азартно провел рукой по волосам. – И еще… на подписании Мира ты будешь его ручателем. Мне это надо. И она того стоит!

- Хорошо, - буквально прошипел на это дракон. Он был согласен. Сильная ведьма! Да пусть так. Пусть драконам теперь придется караулить мир в этом едриговом захолустье. – Но, через тринадцать лет я вернусь, князь, и твою дочь заберу. Мы подпишем сейчас договор на крови.

- Да, - согласно склонил голову тот.

- И на всякий случай пропишем передачу твоего обязательства по наследству.
________________________________________________
Любимые мои читатели!
Я начинаю выкладку своей новой истории, где точно будет магия ведьм, упрямый дракон и дева, исполненная всяких достоинств (а откуда ж магия ведьм?). История изначально задумывается как легкий необрименительный анекдот про любовь, но куда выведет кривая на всю голову фееричного автора, неизвестно. Одно лишь он знает точно  - скучать не придется. Ну и ХЭ обеспечен.
Авторский моб "" уже в полном разгаре!
Читайте нас в удовольствие!

      
      Осипший к третьему дню глашатай, читающий царский указ, был так пьян, что дважды путал в тексте слова. В первый раз, запнувшись об запятую, он с поднятыми бровями отчеканил «чтоб никто не оклемался» вместо «чтоб никто не осмелился». А следом феерично вывел итог: «лишить оных чарки и бить батогами». И это в документе, приглашающем юных благородных девиц на праздничный бал!

     Мой дядя, все время сидящий молча и довольно качающий головой, сделался бледным, как общипанная курица с кухни тетки Тытили. Конечно! Ему ль не взволноваться от «батогов» - я четыре года уклоняюсь от балов для невест. Перезрела как тыква, забытая до заморозков на гряде. Двадцать лет мне уже! И ведь не то, чтобы сама туда не рвалась. Уверена – в царском дворце весело. Всё он, дядя. Вот и сейчас, едва дождавшись кривого выхода глашатая в дверной зальный проем, в тишине под гулкими сводами раздалось:

- Все во-он отсюда!.. А-агнес-са?

Да я-то причем? Батоги прописаны тем, кто на самом деле решает ехать деве на бал или не ехать. За прошедшие четыре года так и было у нас. Я, по мнению дяди: страдала панической боязнью людей, болела заразной высыпухой, подвернула обе ноги, застряла по дороге из дальних земель. Вспомнить не могу, по какой причине «застряла». Но, в этот раз страшное слово «ба-то-ги-и-и!». А почему я знаю, что его в тексте нет? Потому что слышала этот текст в том же исполнении еще днем на городской площади рядом с нашими каменными палатами. А глашатай почему именно теперь перепутал слова? Так не надо было его горло чарками заливать. Дядя сам виноват!

- А-агнеса?! – вновь, уже оставшись один без пестрой малочисленной свиты, рявкнул он, вставая из княжеского кресла.

Делать нечего. Пришлось, оттянув занавесь на задней двери, воспитанно потупиться и выходить:

- Я вас внимательно слушаю, дядюшка.

Ну подумаешь, подслушивала. В общем-то, не особо для того и хоронилась. С рождения у меня есть этот, по дядиному мнению, «дефект». Слух, как у пупырчатого жабоныра. А этот зверь, у-ух, охотников распознает еще за две версты до родного непроходимого болота. Приходится. Ведь они так и норовят содрать на модную обувь все его по-царски дорогие пупырки.

    Дядя грозно сдвинул мохнатые брови, глядя на меня:

- Ох, что ж мне делать-то с тобой? Ведь опозоришься на том балу.

Да с чего он взял?!

- Да с чего вы подобное? – недоуменно сдвинула я и свои собственные брови. Хотя, совсем не тот аргумент. А с чего ему взяться то? Не растут у светловолосой и голубоглазой девицы чернявые волосья на бледном лице. А если и появляются, так-то - происки заморской краски, что так любит использовать моя учительница по жизненным основам. О! Кстати!

- А госпожа Гюстина меня недавно хвалила за польку.

Дядю изрядно покоробило. Это случалось регулярно при упоминании моей преподавательницы. Память у наместника Драга последние восемь лет, как и всегда выше всякой похвалы. И именно с тех пор мой выдающийся слух он и обозвал «дефектом».

     В то время, восемь лет назад, под тщательным руководством госпожи Гюстины я, как будущая правительница Багряных лесов уже начала овладевать искусством литературного словосложения.

Госпожа Гюстина
Так на одной из колонн в наших каменных палатах появился банально рукописный, однако болезненно систематичный «Листок благородного вещания». В нем я писала… о делах. «Как кухарка Тытиля умело щиплет кур. Три способа», «Похвала садовнику за груши», «Считаем деньги с казначеем», «Дядя и его секретики с дворовыми девками Ушей и Лойкой»… В общем-то на этой последней статье мой опыт публичного литературного словосложения и закончился…

- Агнеса, напомни, почему я эту насурьмёную квохтуху до сих пор возле тебя терплю?

Это он госпожу Гюстину из прекрасной и развитой (по нерушимому мнению самой преподавательницы) Измории так называет. И глубоко вздыхает, раздув в страдании ноздри, обязательно глядя в это время на большой портрет моего покойного отца в золоченой толстой раме. Я тоже поглядела в ту сторону – на белую стену возле крайнего окна… Князь Боридор… Отважный и мудрый правитель здешних благословенно плодоносных земель. Победил в последней войне с соседней Адверией, расширил по ее итогу наши просторы, что мне достанутся. Статный, с темными кудрями и залихватскими усищами, за которые я, по воспоминаниям Тытили, его весёленько драла. И кто ж виноват, что вскоре после его возвращения с войны произошел тот смертельный случай на охоте?

- Наверное, потому что вы обо мне печётесь, дядюшка?

Наместник княжества Багряных лесов, так схожий с собственным старшим братом, грозный Драг из рода Юзингов, мне не ответил ничего. Он, хмуро поддернув подол своего расшитого парадного плаща, уходил…
___________________________________________________
Продолжение истории 3 июля...

      История моя началась не с выступления пьяного царского глашатая, нет, а с пасмурного утра на следующий день после этого. Конечно, уже овладев искусством литературного словосложения, я могла б описать множество историй, которые со мною случались. Да взять хоть падение с моста три года назад или давний торжественный прием царя в наших палатах. Это когда он взял меня на руки, а я уже по привычке дернула за куцый царский ус. Историй моих не сосчитать. Но, именно эта, захватив собой целиком, полностью изменила жизнь. Да и не только мою.

     Началась она, как я уже сказала, с пасмурного летнего утра. Мы с госпожой Гюстиной усиленно повторяли «курс дебютантки на царском балу». С тех самых мгновений, как я сообщила своей преподавательнице о долгожданной поездке на царский бал невест, она словно рехнулась. Будто «настал момент ее полета сквозь серую муть к яркому солнцу, где ее оценят, наконец-то и прославят по чести» - то её слова, не мои. Я вообще думаю, госпожа Гюстина… устала. И давно намекаю вопросом: ждет ли ее дома, в «прекрасной и развитой Измории», родня? По всему выходит, что хренушки. Странно как-то осознавать, что я – единственная родная душа этой сухопарой чопорной госпожи.

- Агнеса, руку прочь! Сначала салфетку, а уж потом пирожное! За столом нужно следить за чистотой своих губ и пальчиков. Уяснила?

- Ага… Ой, прошу прощения. Да.

Моя преподавательница, закатив зеленые, словно мох на старом дубе глаза, громко вздохнула. Я – тоже. Моя любимая кошка Брыська, рыжая пушистая и непреклонная в вопросе сметаны, вскинула заспанную мордочку с обвивающего хвоста.

    Когда Брыська, еще просто в то время «ой, какая раскрасавица!», неизвестно откуда взялась в наших палатах (а это было целых семь лет тому назад), все вокруг сразу начали утверждать: «То не кошка!». А кто ж она?! Ну подумаешь, слегка смахивает на лису. Так это лишь капризным и иногда склочным характером.

      Хотя мы сдружились с Брыськой не сразу. Не-ет! Она меня укусила вначале. Осторожненько так, чтоб никто не заметил. Потом облизнула острые зубки, глаза свои желтые закатила. Вела себя как дикая и пришибленная. Я недолго думая, в ответ в воспитательных целях треснула ей по голове. Так и сдружились. А сейчас с головой моей кошки снова беда.

     Она подняла настороженно мордочку, прислушалась к чему-то, шевеля большими своими ушами, а после подскочила на широком подоконнике окна учебного класса. Традиция такая у нас. Толи Брыська следит за процессом моего образования, толи ей просто нравится вид на улицу сверху, который она всегда выбирает. Там, на подоконнике даже коврик лежит. Сама его крючком когда-то вязала! А за окном рощица, камышовый тихенький пруд с утками. Ну и рыба в нем мельтешит, естественно… Да кто ж ее, кошку мою, разберет? Тут бы самой в себе разобраться: нужен мне этот бал невест или нет? Я и без него через годину стану законно созревшей и полноправной хозяйкой Багряных лесов.

- Брыська, ты куда?!

Госпожа Гюстина лишь вскинула вслед нам худую руку в модном широком рукавчике и что-то выкрикнула еще. Ну, вроде: «Занятие закончено, ты свободна!».

     А мы уже с Брыськой бежали прочь. Она от меня, вздернув хвост. Я, подхватив длинный подол платья, за ней. Преодолели долгий ветреный коридор с портретами предков Юзингов и приткнувших по ходу истории лиц. Сейчас они ничего, пока смирные. А по ночам провожают взглядами назидательно кровожадными. Потом свернули в узкий проход для слуг, и еще раз свернули. Я иногда теряла Брыську из виду. И мне как в детстве казалось, она периодически ныряет в недосягаемость: двери, стены, окна, курятник. Курятник не к месту сейчас! Мне же приходилось натужно распахивать дверные створки перед собой. И если бы не рыжий, ярко мелькающий хвост, потеряла б кошку еще на пол пути к цели. Но, в цели я уже не сомневалась нисколько.

    Семь лет назад Брыська точно так же привела меня ко входу в странное подземелье. Только, я попала туда не сразу. Сначала, трижды преследуя кошку, утыкалась лбом в монолитную, закрытую наглухо дверь. Она заканчивала собой очередной сумеречный коридор. Таких полно в наших каменных закромах. Есть здесь места, где паутина и пыль по углам старее некоторых семейных портретов. Такой была и эта закрытая дверь.

     От обиды и беспомощности я подолгу утыкала нос в ржавую скважину. Исследовательски вдыхала через нее холод и сырость с той недосягаемой стороны. Слушала, как гудят в ногах над порожной щелью загадочные сквозняки и где-то капает одиноко вода (слух то у меня, я уже говорила, прекрасный), пока не случилось радости. Кто-то забыл ключ от этой двери. Прямо в ржавой замочной скважине. И он тут же стал только моим!

     Свою кошку я тогда, семь лет назад, нашла почти сразу за бесшумно открывшейся дверью. От порога вниз уходили каменные ступени, правда тесные и только семь. А дальше через площадку, подсвеченную факелами с обеих сторон от дверных косяков и забитую слева старой поломанной мебелью, темнела кованая решетка от пола до самого потолка. Дверца в той решетке оказалась распахнутой. Внутри под аркой из рассеянной тьмы отчетливо проглядывалась объемная резная кровать с одним лишь матрасом, круглый стол и стул напротив у сухой каменной стенки, еще блёклый край гобеленовой ширмы… Брыська лежала в аккурат на середине кровати. Пригнув голову, выжидательно наблюдая за моим появлением. А потом кошка перевела взгляд желтых глаз на стену за моей спиной.

    Как же это называлось? Закусив губу, я тщательно приглядывалась к знаку, неаккуратно, даже грубо с подтёками намалеванному на стене. Мы с преподавательницей на тот момент историю края изучать не больно то поспешали. Лишь позже я узнала, да и то от Тытили – то знак ведьм из Багряных лесов. Триединство – три лика луны. Растущая слева, стареющая справа, полная в центре. Ведьмы Багряных лесов девизом считают высказывание самой древней из них: «Все вернется к нам, утроенное в размере. Добро и зло. Будьте готовы». На стене, в запрятанном за пыльными коридорами и множественными дверьми подземелье был начертан знак наших ведьм. Только нещадно перечеркнутый в середине.

      Он нисколько не изменился с тех пор. Хнырая кошка! Пришлось нестись за ключом в свои палаты на совсем другой стороне. И вот я снова, как и семь лет назад стою здесь. По обеим сторонам трещат горящие факелы. И кто их снова зажег?..

     Да, знак ведьм на стене напротив решетки нисколечко не изменился. Только дверь в ней была теперь крепко заперта. И я увидела… нет, вначале услышала прозвучавший оттуда, из дальней темени, тихий расслабленный вздох…
_____________________________________________________
Продолжение истории 4 июля...
А пока автор усердно его строчит, познакомьтесь с еще одной историей из романтичного моба  :
 - "". Ветрено и горячо!