Я (не) стану твоей - читать бесплатно онлайн полную версию книги автора Рианнон Шейл (самиздат)

Первая книга название кликабельно
РАНЕЕ Руслан (Арес Астархов)
Сев на заднее сиденье, я пытался отдышаться, уткнувшись в свои ладони, грубость которых могла с минуту назад ранить нежное девичье тело.

Я встретил ее, свою пару. Только какого-то черта это человек. Девчонка. На ощупь совсем миниатюрная и… голая. Почему она была голая? Кого-то ждала? Эскортница? Блять… От этой мысли кровь закипает. Хочется вернуться и убить ее. Нет, украсть, потом убить. И убить всех, кто ранее ее касался. Я чуть не трахнул ее в туалете. Да что на меня нашло. Нет, не так…

Какого хрена остановился?

Немного придя в себя ловлю в зеркале взгляд Тагира. Он ждал от меня поручения, а я медлил. Мне бы гнать быстрее отсюда, пока я не передумал и не взял девку прямо там, в этом отеле.

Человек… ну как же так?

Ударяю кулаком в кресло и свирепо ору.

Черт, черт, черт.

Мать скажет, что яблоко от яблони… надо позвонить отцу. Его истинная тоже человек. Интересно, можно ли от этого избавиться? Точнее, от нее…Но сейчас надо гнать из города на всех четырех, еще лучше свалить в Италию и остыть. С девчонкой же ничего не случится? Найму охрану, пусть следят за ней. Надо узнать о ней все. Когда придет время, заберу ее, захочет она этого или нет. Хотя, конечно же, захочет. Еще бы шлюха не захотела быть с Альфой. Она забудет все ночи, проведенные с другими мужчинами. Я заставлю забыть, заставлю стонать и кричать подо мной. Каждый день, каждую ночь, каждый раз, когда захочу ее взять. В ее голове буду только я. Только я, как она сейчас в моей голове.

С минуты назад думал, возможно ли от нее избавиться, а теперь что? Что, черт возьми, происходит со мной?

– Арес, куда ты собрался? – Виктор влез в машину. Навеселе. Сука, набухался уже. Смотрит сквозь меня и нагло ржет. Знал бы он только…

– Я видел ее.

– Кого ее?

– Свою пару. Блять.

– Погоди.

Словно сразу же отрезвев, Виктор стал серьезным как на собрании акционеров. Махнул водиле ехать. Куда? Да черт его знает. Мне было все равно куда. Запах девки засел в легких. Я чувствовал его даже на Викторе будто и он обтирался с ней в туалете. А потом я подсел к нему ближе и, черт побери, да он благоухал как моя истинная. Схватив его за воротник пиджака, я рыкнул так, что водила ускорил движение машины подальше от города. Виктор же в страхе попытался отстраниться, но меня уже было не остановить.

– Ты касался ее.

– Черт тебя подери, Рус, о ком ты?

– Моей пары!

– Прекрати! Кому я сегодня только не пожимал руку, но клянусь, ничего более! Кто она? Как выглядела?

– Я не знаю.

– В смысле ты не знаешь, как выглядит твоя истинная?

Отсев от друга, откинул голову и попытался сосредоточиться. Но ни хрена. Открыл окно, чтобы пустить прохладу и ощутить запах города – не помогло. Везде она.

– Я почувствовал ее в зале, а потом… потом наткнулся на нее в туалете.

– Прости, не понял. Она была в мужском туалете или ты пошел за ней?

– За ней пошел. А там еще и света не было, а она, блять, голая стоит, сука. Я чуть не трахнул ее. У меня в голове каша, а в штанах пожар уже. Не всеку никак, что со мной?! И хренова и хорошо, словно наркоты нанюхался и кайф и отходняк. Все сразу. Что за пиздец? Разве оно так и случается?

– Ну так пара же, – пожимает плечами. – А чего не трахнул? – смеется и я ему чуть челюсть не вправил за это, но потом сам задумался, отчего же не взял ее сразу? Обычно оборотни так и делают. Мы не славимся выдержкой. А там сам бог велел. Она еще и голая была. Так и не понял почему. Может, кто-то был до меня с ней в том туалете? Нет… я бы ощутил. Или же настолько спятил, что ощущаю только ее запах.

– С кем ты разговаривал?

– Руслан, думаешь, я всех помню? Кажется, что со всеми!

– Кто был последний? Ну? – заорал в нетерпении.

– С Натали. Та, что просит твоей финансовой помощи. Твоя бывшая.

– Бывшая?

– Бывшая, очень бывшая.

– Блять, всем от меня что-то надо. Особенно бывшим – прибывшим.

– Она оборотень.

– Да хоть енот! Не она! Кто еще?

– С ней была ассистентка, Виктория, кажется. Блондинка в серебряном платье. Очень такая.

– Какая? – я зарычал на него. Он словно специально тянул, испытывая меня на прочность.

– Ну-у-у, человечная, – тут же проглатывает сказанное и оттягивает галстук, на котором я готов был его повесить.

– Продолжай!

– Словно кукла, с этими своими белыми волосами. Красивая, маленькая, миленькая короче, ну правда! Как увидела меня, вмазала так по-мужски, и как рука дотянулась? Наденут же свои каблуки и чествуют себя королевами. – я слушал Виктора и смотрела на него неотрывно. Тот потер свою щеку, оказавшись мыслями в недавних событиях. И вот воспоминания исчерпали себя, и Витя взглянул на меня.

– И-и-и?

– И все. Взял документы и ушел. Вот.

Хватаю папку из рук и подношу к носу. Делаю глубокий вдох и чувствую этот аромат. Его ни с чем не спутать. Эти бумажки держала девчонка. Моя девчонка. Моя пара, невеста, выбранная Луной, будущая жена и мать моих детей. И с ней мне встречать старость и жить до конца своих дней и последнего вздоха. Охуеть, блять, приплыли, расписал уже всю жизнь да разложил по полочкам.

– Я хочу, чтобы ты связался с охраной отеля. Мне нужна запись с камер. Хочу видеть ее. Девчонку, что тебя ударила. Ту, что последняя зашла в женский туалет. Хочу знать о ней все.

– Как скажешь босс.

Меньше чем через два часа вся съемка и досье на девчонку были у меня. Я смотрел на нее и охреневал. И вправду, маленькая, и очень даже миленькая. Восемнадцати не дал бы. Папик, блять, и малолетняя шлюха. Или все-таки не шлюха?

Мысли, почему она была голая в туалете, покидать меня не собирались…

Кожа, запах, волосы, дыхание. Я даже помню частоту сердцебиения.

В папке увидел данные Натальи Владиславовны Корч. Ну, раз она так рьяно желает быть со мной в одной лодке, значит, обязана подсобить. Что-то ни одного воспоминания с ней в постели.

А девчонка вполне себе стоит моих вложений. Считай, выкупаю, а Наташка найдет себе другую ассистентку. Отдам свою секретаршу в случае чего.

– Наташа.

– Да, кто это?

– Астархов. Знакома фамилия?

Тишина на проводе начинает нервировать. Никак подумала, что разыгрывают?

– Неужели забыла мой голос?

Словно я её помнил.

– Мой Альфа.

Мой Альфа… нравится же им ко мне так обращаться, что ж. Буду пользоваться своим положением.

– Кажется, ты хотела, чтобы я вложился в ваш новый ресторан. Могла бы просто позвонить.

– Просто позвонить? Ты серьезно? Мы не виделись десять лет, – тогда ясно, чего я не помню ее. А Виктор, блять, помнит? Ну дела.

– Тем более рестораны – моя страсть. Особенно хорошие. Чего бы не помочь. Скажем так по старой дружбе.

– Я была бы очень рада.

– Но…

– Но?

– Конечно же, не за просто так.

– Конечно. Проценты, прибыль, совладение, торговля наркотиками?

– Ната, побойся Лунную, еда и наркотики. Я думал, ты хочешь приличное заведение открыть. Или ты думаешь, я на крыше плантацию хочу?

– Да, но ты же…

– Впариваю белый по клубам? А также шлюхи и оружие идут в комплекции?

– В разве нет?

Тупая типичная сука.

– Ты знаешь моих конкурентов? – решил поиздеваться, чтобы время не терять даром.

– Если нужна информация взамен на помощь по открытию, то я рада буду посодействовать. Да и нас связывает прошлое.

Прошлое? Какое, на хер, прошлое? Я обдолбался Викой, в голове только она. И нет больше прошлого, только сейчас, только завтра и только Вика.

– Сама понимаешь, информация, которую я и без тебя могу с легкостью раздобыть, и инвестирование такой крупной суммы, что ты указала, это не равноценно. Что если информация будет просто бонусом к тому, что меня действительно интересует?

– А что тебя интересует, Руслан?

– Девчонка, что была с тобой на вечере.

– Она малость перебрала и ударила Виктора. Перепутала с кем-то. Ты же звонишь мне не для того, чтобы убрать её? – резко высказала и замолчала.

– Ничего себе ты за малявку человечью вступилась. Как так то? А гордость волчья?

– Она хороший сотрудник. Грохнуть ее не дам, она мне еще нужна, – смеется зараза. – Может, чуть позже, когда налажает.

– А трахнуть дашь? – тоже смеюсь в трубку, в ответ тишина. – Наташенька, мне нужна твоя девочка.

– На долго? – выдыхает печально. Эта сучка ревнует, что ли?

– К утру верну. Сейчас хочу ее видеть. Запала в душу, засела в яйцах. Сама понимаешь.

– Она очень строптивая девчонка. Гордая.

– На каждую строптивую найдется управа. Я хочу видеть ее… сегодня, – немного погодя добавил. – А лучше сейчас, в своем пентхаусе.

– Но я не думаю…

– Не думай, просто делай. Адрес вышлю.

По прошествии трех часов ничего не изменилось. Девчонки не было. Звонка Натали тоже. Значит, не особо нужны деньги. Но часом позже она позвонила и огорошила меня мягким отказом.

– Ну что ж вы так не убедительно, Наталья Владиславовна. Волчицей еще зовешься. Не оправдываешь. Не знаешь, как надавить на собственную сотрудницу? Пряник пообещай ей или же кнут. Или ты цену бьешь?

– Какая-то девчонка… Астархов, зачем она тебе? – опять молчит. – Прости, лезу не в свое дело, – вот именно, и какого черта я еще говорю с ней? – Данные о конкурентах я тебе уже выслала. С Викой переговорю. Она согласится. Не сегодня так завтра.

– Из-за денег?

– Из-за своего будущего.

Отлично. Я убедился, что у меня продажная пара. Просто за-и-бись.

Луна, ты вообще так за что со мной?

Стою у окна, курю, пью виски и смотрю на потухший сити. Вдалеке уже солнце. Я не бритый и не мытый, как из притона, сонный и злой как черт. До утра грезил девкой. В итоге ни хрена мне не перепало. Ни привета, ни минета. Девка-то не приехала. А я чего сам не поехал? Ну конечно, чтобы я еще поехал за ней. Может сразу цветы и вино прихватить, на колено перед ней, всучив кольцо с бриллиантом?

Руслан Арес Астархов тронулся головой. И все дела ушли на второй план и про Наташку забыл. Забыл про Виктора, который ждал меня в холле и так и не дождался.

Виктория…

Битый час вторю ее имя, а у самого мурашки по телу как у вчерашнего школьника, что собирается на первый трах и стояк горит, дымится. За день стал одержим ею в такой степени, что голос её засел в голове. Хотя я его не слышал вообще ни разу. Кроме, ее стона мне в губы, кроме громкого сердцебиения. Теперь я, кажется, найду её в толпе мегаполиса лишь по биению сердца, которое теперь мне по праву принадлежит. А возникает ощущение, что все наоборот.

Вечерело. Ливень разразился на город, а я ломанулся в офис, где работала девчонка. Так и не смог покинуть город, зная, что на этой земле ходит истинная, что была рождена для меня. Я совсем не думал, что она человек, только вот еще ни одной спокойной минуты не прошло, чтобы я не представил, как трахаю ее везде где только можно. Даже в сраном туалете отеля.

Сегодня я был без Тагира. Мой водила, моя охрана, надежное крепкое плечо, которое резко запросил выходной впервые за пять лет. И кто меня будет сдерживать, если я наброшусь на эту мелкую? Правильно, никто. И Тагир бы не стал. Не по братскому. Оборотни так не делают.

Дорога почти пустая, я изредка посматривал в телефон, таращась на фотки Вики. Нашел инстаграм.

Работа, работа, работа, учеба и снова работа.

А где родители? Друзья? Парень? Есть ли он у нее? Точнее, был … в любом случае. Ей все придется оставить в прошлом. Жду с минуты на минуту полное досье да блондинку. Виктор что-то затух. Вот ему работу подкинул, словно компании мало. Крепись друг, скоро у меня свадьба. Гульнем, как в последний раз. Бля, а ведь так и будет. Потом дети, пеленки, соски, и снова дети. Коляски всякие. И вообще, детей должно быть много. Вчера я о них не думал, сегодня уже мимо детского мира прогнал и загляделся. Загляделся, блять, так, что сквозь засраный Московский туман на дороге фигуру не заметил.

Резко торможу. Двести двадцать вольт по сердцу. Молния в меня шарахнула или то был инфаркт? Ты ни хрена не поймешь, пока не испытаешь. Собственноручно чуть не убил ее, свою истинную.

Спасибо, что присоединились к чтению:) Для меня важна ваша активность) Буду рада лайку, комментариям и вашей подписке:)Всем желаю света, мира и любви.

Я замираю на секунду, похоже, впервые побывав в состоянии шока. Луна дает быстрый пинок. Вылетаю из машины, ни черта не вижу. Туман по всей улице, и ливень в морду хреначит нещадно. Лишь бы была жива.

Отлегло как вторичный инфаркт.

Испуганная девчонка распласталась на мокром асфальте и, дрожа, смотрела вперед на машину. Глаза на мокром месте, то ли слезы, то ли дождь. Да нет, все вместе.

Кажется, я впервые так испугался. Самолично чуть не убил свою пару.

Сдох бы с ней прямо на месте. Такая, кажется, у Альфы связь с его истиной.

– Ты что ненормальная? Чего бежишь под колеса? – ору, перекрикивая дождь и проезжающие мимо машины, протягиваю ей руку, но та отказывается.

– Глаза разуй, кретин! Здесь пешеходка! – вот тебе и девчонка. На вид как крыска мокрая.

Откровенно начал улыбаться, еле сдерживался, чтобы не заржать. Ни хрена это не радость. Я раздосадован до психической нестабильности. Пока еще не ясно причину. Та еле встает, но ноги, видимо, не держат. Не знаю, как так быстро я успел ее подхватить, прежде чем осознал, что она собирается упасть. Какие-то неизведанные еще для меня инстинкты знать будущее наперед?

– Понакупите права и мотаетесь, никого и ничего не замечая, словно вам все с рук сойдет! – пнула колесо моей машины еще и пытается меня оттолкнуть. А я как по команде «не отпускать» еще сильнее прижимаю ее к себе.

Да ты ж моя девочка… Сейчас бы тебя сожрать в машине или до дома доедем? Ну что за аромат? Так бы и трахнул!

– Больно же! Отпустите мою руку!

И меня снова бьет в грудь. Звук и тембр ее голоса и есть та самая молния, что шарахает с периодичностью частоты ее сердцебиения.

– Сильно ушиблась? – беру за руку и смотрю, словно дохрена понимаю в медицине. Вижу кровавые ладони, изодранный локоть. Гневное лицо Вики.

Ей подходит это имя.

– Аааааааай! Больно же! Ты с ума сошел хватать меня?

Сразу же отпускаю недотрогу. Ей, видите ли, больно. А мне какого?

– Это ты чокнутая. По сторонам не учили смотреть?

– Так пешеходная здесь!

– Да мало ли придурков на дороге?

Молодца Астархов, так держать. Теряешься уже перед девкой. Это тоже нонсенс.

– Вот уж действительно!

Так и состоялось наше неэтическое знакомство. Пока еще не понял, как реагировать, но определено точно вести в больницу и… заботиться?

Что, погодите, заботиться? Это я-то, блять, заботиться собрался? Похоже, и мне лечиться надо.

Уже, вот прямо сейчас, бегу и спотыкаюсь…

Но в больницу все-таки свозил, и лекарства купил и в квартиру проводил. Не пустила, сучка. А может, и не такая уж и сучка. Правильная, что ли? Может, все-таки целка? Дал ей время. И себе, чтобы привыкнуть к мыслям или свыкнуться с происходящем. А потом заказал ей цветы. Кажется, все-таки лечиться надо мне. Чтобы оборотень свою истинную добивался? Кто узнает – не поверит. Впрочем, если и узнает, пристрелю на хрен.

Никогда не дарил цветы девкам, с которыми спал. Но это же вроде истинная. Типа подарок от Луны. Тут, наверное, и в пятки придется ее целовать? Я хрен знает, что теперь от себя ожидать. Цветы уже подарил? Завтра, сука, точно сдамся и буду на ногах просить руки и сердца. Да кого я обманываю, если бы ни ее «ай больно» отодрал бы прям на заднем сиденье. Прежде чем сказать, что я Альфа, а она моя пара и мы будем жить вместе. И пусть готовит паспорт для смены фамилии тем более у меня она такая необычная до неприличия.

Виктория Де ля Россо Астархова. Блять, звучит-то как. Сама аристократия.

Вика... Виктория. Она – моя маленькая победа. Победа для Ареса, бога войны. Правда, с кем мне предстоит воевать, это еще предстоит узнать. Ну не с ней же?

Как же природа все предусмотрела и похер, что человек. Меньше будет рот открывать и пищать в мою сторону. Волчицы это любят, они не признают быть в тени своего Альфы, ибо истинная на ровне с самым сильным. А эта не будет мне мыть мозги. Будет делать все, что я захочу. А главное, рот открывать, когда я захочу.

Получаю полное досье на Вику. Охреневаю. Одна одинёшенька в этом мире. Ни родителей, ни родственников. Кто-то по седьмому колену из какой-то Караганды пра-пратетка и та уже ногами вперед. Получается, у нее никого нет. Никого кроме меня. И стало её даже жаль. Моя девчонка ждала меня всю свою жизнь. А я ее чуть не убил.

Приглашаю в ресторан. В свой. Отмывать грехи, так сказать, а еда для того лучшее средство. Вика неохотно, но соглашается. Слушаю ее, взгляд не могу отвести. Слюну прям на брюки пускаю. Посматриваю на травмированную руку. Вроде не перевязана, но вижу, как временами лицо морщит явно от боли, у самого словно по сердцу ножом. Как будто чувствую эту самую боль.

Чтобы сделать для нее? Как вину еще загладить?

Сидит передо мной скованная, скромная, а бедному Витьке по морде надавала. Смогла бы и мне влетело тогда, вечером, когда чуть не раздавил. А сейчас сама на себя не похожа. Таки дружелюбная и скромная особа. Был ли у нее кто-то? Десять раз думал, что да и столько же забирал свои мысли обратно. Ни хрена не понятно.

Вино пьет, расслабилась. Граница стерта. Бизнесмена во мне не видим. Отлично. Злого дядьку тоже, что хорошо. Уже друг. Почти что близкий. Ай да Фабио. Пришел, разрядил обстановку. Как пить дать все-то он понял. Сейчас вся Москва узнает. Астархов на свидании с парой. Убью его, если проболтается, и могилку засыплю его же спагетти с морепродуктами вместо цветов.

И вдруг нежданная новость. Девчонка ненавидит оборотней так же сильно, как я порошок, бухого Виктора и всех своих бывших. Всех, кого когда-либо трахал. Все вдруг стали омерзительны, когда увидел свою девчонку. Она такая невинная, пока рот не отроет. Иногда такое говорит, сразу хочется заткнуть ее порочный ротик жарким поцелуем. Не стоит, значит, говорить кто я. Жизнь не задалась по всем фронтам у нее, и моя резко и кардинально решила поменяться. Но я-то уже смерился. Вот уже сейчас готов под венец и в ложе. А она? Она хер пойми о чем мечтает. Работа, путешествия. Впрочем. В ее-то возрасте да. Рано еще вся эта семейная блажь, да и мне не сорок. Только не может Альфа так гнуть долго и пренебрегать навязанными традициями предков. Будь они не ладны. Пусть перевернуться… блять, покоятся… ну ладно, так уж и быть. С миром.

А мне срочно уезжать на целый месяц. Месяц без Вики? Не выдержу. Нет.

– Я бы мог взять тебя на работу. Что насчет того, чтобы стать моей помощницей?

По лицу девчонки понятно, что предложение неожиданное. Ага, ну да, взяла она и согласилась. Кто я такой? Чуть не трахнул ее и чуть не убил. Вот какую картину она гоняет сейчас у себя в голове? Явно что-то пошлое. Сердце стучит очень сильно, щеки порозовели. Расслабься, девочка моя. А то я не выдержу и трахну прямо на этом столе. Разве я хоть раз в жизни, хоть с кем-то так церемонился как с ней? Нет.

Луна, дай сил вытерпеть эту романтическую хрень.

– Вижу, ты хорошо подкована во многих рабочих процессах начиная с бухгалтерии, заканчивая дизайнерским проектом светящихся вывесок.

– Простите, я не могу.

Это было ожидаемо. Но все же…

– Почему?

– Я собираюсь уехать из города. Пресытилась столицей. Достали меня офисы и встречи. Рука вот только заживет и я сразу за руль.

– Работа в моем доме, месяц, может, чуть больше, а может, меньше. Это будет очень далеко за городом. Успеешь соскучиться по Москве. Мне нужен ассистент. Мой ассистент, а точнее секретарь не может покинуть город на такой долгий период. У всех личная жизнь, знаешь ли. Искать кого-то времени нет. А ты мне кажешься способной. Во всяком случае, сама себя так зарекомендовала. Ты ведь и так занималась офисной работой у Биг-босса. Проживание и питание все беру на себя. Два выходных. Но работы будет много. Я бы даже сказал очень.

– А ты ведь так и не сказал, кем работаешь.

– О, ты наконец-то сказала «Ты».

– Простите.

– Да хватит уже. Я не какой-то старик. Мне тридцать три. Созрел на такие близкие отношения, когда ко мне на «Ты» обращаются.– Я не один живу, если вдруг ты что-то успела накрутить в своей голове. У меня есть младшая сестра и мать, которая была вынуждена срочно уехать в другую страну и оставить Нику. А Ника – немного своеобразный ребенок. Ей нельзя оставаться без присмотра.

– А сколько ей?

– Семнадцать.

– Не такой уж и ребенок. Я приехала в незнакомый город учиться, когда мне было шестнадцать.

– Она не ходит, передвигается на коляске. Подросток, характер скромной сучки.

– Как ты можешь так говорить про родную сестру, которая еще и не ходит?

– О-о-о, поверь. Сучка это еще сказано любя. Если бы ты ее знала, ты бы назвала ее похлеще. Поэтому оставить ее на сиделок просто нельзя. Когда мать уезжает, я вынужден ехать домой, захватив с собой всю работу. Просто так вышло, что поездка у нее на целый месяц запланировалась, чего ранее не было. Ника – тяжелый ребенок. Ни с кем не дружит, всех ненавидит, кроме меня, конечно же. Ну и мать для нее вообще не авторитет сейчас.

– А отец?

– Отец… – надо бы ему набрать и рассказать о происходящем. Он как раз сказал, как найду жену, так сразу на меня перепишет свои акции. Задрал уже в тени руководить холдингом, словно сына нет. Чего, спрашивается, назначал директором?

– Извини, я лезу не в свое дело.

– У отца другая семья, – лицо Вики резко траурное, условно умереть готова, а ее состояние передается мне. Пытаюсь выдавить улыбку, тормошу волосы. Мол, ничего такого, с кем не бывает? Чьи отцы не находят истинную пару и не бросают своих детей? А что было с ее отцом? Своя смерть или убил кто? Надеюсь не оборотни. А то вся ее ненависть вполне себе объясняема. – Он с нами видится, только редко. С отцом, кстати, Ника ладит, но забрать ее в Россию он не может. – Вика снова хмурится, слушает внимательно, словно на совещании обсуждает важный проект. Деловая какая мадам мне досталась. На моем столе она смотрелась бы шикарно с разведенными ногами, облаченные в черные чулки. Соберись, Астархов, будет еще… – Может, тебе удастся найти с ней общий язык. У вас не шибко большая разница в возрасте. Если получится с ней подружиться, заплачу вдвойне. А то мы уже столько персонала сменили.

– В том то и дело, что за дружбу не платят. Может быть, поэтому у нее со всеми проблемы? Не стоит ей подпихивать продажных друзей.

– Ну вот. Все-то ты понимаешь. Ладно, я все-таки хотел тебя нанять для себя, но, если, подружишься с сестрой, я буду тебе…

– Должен?

– Я-то уж было решил, что благодарности хватит. Ну, так что?

– Извини, Руслан, но я все же решила уехать, – приплыли. – Мне так нужно.

Нужно ей. Мне тоже кое-что от тебя нужно.

Оба молчим. Та смотрит на пиццу, словно она важнее, чем я. А мне ничего не остается, кроме, как взять бокал, сделать глоток и посмотреть на часы.

– Отвезу тебя домой.

– Алло, Руслан.

– Какой приятный звонок, – говорю совсем неласковым голосом. – Чего хотела?

– Ну так что насчет того, чтобы инвестировать в мой новый ресторан?

– Этим Аверин занимается и, как я понял, ему не нравится твой бизнес-план.

– Это из-за девчонки?

– Не грубовато ли ты дала Вике намек о моей заинтересованности к ее персоне?

– Ты хотел ее трахнуть, разве нет? Я так и передала. Или я должна была сказать, что ее хотят усыпать лепестками роз и одарить бриллиантами?

– Должна была, если бы это подтолкнуло прийти её ко мне.

– В чем проблема, Руслан? Заехал, забрал ее и увез, а наутро выкинул. Зачем мое вмешательство? Она уволилась, из-за тебя, кстати. Ты мне теперь должен.

– Не надо на меня все грехи сбрасывать, – выдыхаю дым и смотрю на неспящий ночной город. Не знаю, зачем взял трубку. От скуки, видимо, но надо было что-то придумать, чтобы девчонка отправилась в «Римские каникулы» по доброй воле.

– Так что не так с моим бизнесом.

– Например, то, что ты хотела открыть ресторан за счет тела этой девчонки. Наверное, ты запланировала это намного раньше, подложить ее под какого-нибудь инвестора. Она у тебя для этого работает, скажи честно? Твое тело не так молодо для использования, ты мелкую девку подкладываешь под старые члены и висящие яйца?

Сам не заметил, как перешел на рык. Меньше всего сейчас нужно показывать кому-то свои эмоции по отношению к человечке. А если ее правда перетрахали все, кто работает с Наташей? Блять.

– Нет, – выдыхает. Видать, утомилась, бедная, разговаривая со мной. – С моим телом все отлично, могу хоть сейчас приехать и продемонстрировать.

– Ты меня не интересуешь.

Представил, как Наташа сжимает телефон в руках от злости, и смыкает челюсти до искр из глаз. Начинал понемногу ее вспоминать. Была очень эффектная, а сейчас… да какая, на хрен, разница. Похрен на всех. В голове одна Вика. Перед глазами Вика. В носу, в сердце, в душе. В паху зудит уже от воздержания, и яйца горят, когда произношу мысленно ее имя.

Надеюсь, это наваждение закончится, как только я ее трахну. Эту Вику. Свою Вику.

– Вика с радостью запрыгнет на тот член, который ее интересует.

От ее слов ярость и злость загораются во мне, достигнув апогея. Я кладу трубку. Секунду погодя мобила летит в стену и разлетается на мелкие кусочки. И только после того, как я остыл, звоню с городского своему Тагиру. Молчаливый, сука. Но дохера знает. Охранник, водитель, психолог и как гребаная нянька еще и батька номер два. Ток нежнее временами. Чуть старше, страшнее, на вид, а там хрен его знает. Непробиваемый. Я про себя тоже так думал, но появилась Вика и сделала во мне пробоину, Сука, да как на Титанике. Нет спасения рядом. Чувствую, как захлебываюсь каждую секунду, пока Вика хер знает где, но не рядом со мной.

– Тагир.

– Да, босс.

– Не спишь, значит.

– Нет, босс.

– Давай не спать вместе, – усмехаюсь в трубку и чую, тот улыбается. – Зайди ко мне. Дело есть.

Идиот я, ничего лучше не придумал, как напугать Вику руками Тагира. Точнее, голосом. Был уверен на все сто, что позвонит и согласится на поездку. Спецом не спал перед вылетом. Ждал мелкую. А вот и звоночек. Солнце мое ясное.

Блять… пошли ласковые названия.

Отлично. А я потом кто буду? Верный пёсель, зайка плюшевая, волчонок лохмательний?

Надо побриться… Вылетаем же скоро.

Встречаю Вику. Такая смешная. От счастья светиться. Растерянная, раскрасневшаяся, сердце снова грохочет. Не сразу понял, что в такт с моим. Любуюсь, охреневаю. Короткие шорты, футболка потерта. Так модно или старая? Хрен разберешь.

Обалдевает от размера самолета… еще бы… надеюсь, так же радостно будет обалдевать и от других размеров. Самолет не единственное мое достоинство. Или как там, в женском мозгу? Большое, значит, явно компенсирует свой недостаток. Не дай Бог ляпнет сию херню, мой достаток окажется в ней без промедления. И согласие не нужно будет.

Докатился, мать вашу. Согласия жду.

Что, блять, дальше-то будет? Марш Мендельсона, срущие с неба голуби и лепестки роз на наши головы? Кто бы знал, как я хотел на это срать. Впрочем, оборотням все это чуждо. А девка наверняка захочет. Что ж, любой каприз за вашу пиз… звезду.

Звезданусь скоро. С этой Викой.

Прилетаем быстро. Блондиночка почти весь полет спала, я работал. Точнее, делал вид. Сам скрупулезно читал ее посты в контакте с начала его возникновения, потом в инсте. Ебанулся со всем. Ну с кем не бывает, когда хочешь знать о девушке то, что она сама от всех скрывает, при этом выставляет на всеобщее обозрение правда. Тут надо быть гением, чтобы понять ее думки. Завуалировать смыслы может. Сложная баба, значит.

Писательница. Ей бы романы строчить. Драму причем. А после меня фантазия всколыхнется и пойдет эротическое фэнтези мля. Во дела.

Вот думал, ну чего я еще о ней не знаю, а тут открываются новые врата. Оказывается, это о себе я не знаю дохрена. Как себя вести, что делать дальше? Новая жизнь с истиной. Пока что до чертей в глазах интересно, но очень хочется одно. Жаль быстро прилетели. Секс в самолете штука прикольная. Но ничего, налетаемся. Наверстаем.

Садимся в машину. Едем домой. Вика совсем близко и пахнет сладко. Тагир посматривает на меня в зеркало. Немного притормаживает своим присутствием мои хотелки. На вид весь такой злой, а мне говорит перед вылетом: «Не спеши, добивайся по-человечески». Да чтобы Тагир такое сказал – должен снег летом высыпать. А может он того… влюблен… в человечку? Так ведь молчит, гад, хоть душу из него вытряси. Не поделится.

Смотрю на свои руки и ощущаю невидимые оковы. Лысый, в очках поглядывает на меня, знаю.

Вот же звездец. В собственной машине с будущей женой не потрахаться. Ладно, будем, млять… как там? По-человечески, короче.

Пытаюсь вздремнуть. Закрываю глаза, а чувства обостряются. Такое ощущение, что знаю с какой скоростью бежит Викина кровь по венам. Слышу удары, частоту дыхание. Сколько раз улыбнулась, зевнула, поморгала. Сам горю, в прямом смысле. Сгораю. Остановиться? Выгнать Тагира? К херам все это человеческое! Все равно идет все к одному. День-два и она моя. Ну и какого хрена тянуть? Стерпится – слюбится. А может, без «стерпится», сразу слюбится.

Открываю глаза и резко подсаживаюсь к ней. От неожиданности девчонка растерялась, а отодвинуться некуда, разве что прыгать из машины. А дверь заблокирована? Да, отлично. Ну все бежать ей некуда.

Смотрю на ее губы как бешеный, вожделение бьет по голове и не только, а Вика, краса моя ненаглядная, улыбается, краснеть не перестает. Да что же это.

– Вика, прекрати на меня так смотреть.

Да сам смотрю сейчас так, что ни трахнуть, так съесть с потрохами. Вылезать всю и везде. До скрежета, до стонов. До мольбы не останавливаться.

– Как так?

– Так как ты смотрела на меня минуту назад. Я уснуть не могу под твоим взглядом.

Яйца горят уже. Пришлось папку с документами на член положить. Как радар реагирует на нее. Луна, дай терпения, потом я так отыграюсь на ней, неделю ходить не сможет. Лишь бы до дома добраться.

– Я не смотрела, тебе показалось. И вообще, твои глаза были закрыты. Как ты можешь знать, что я смотрела на тебя.

– Спящие всегда это чувствуют, – прижимаю ее к сиденью, почти касаюсь губами ее уха и шепчу. Она улыбается, я как осел непроизвольно повторяю, понимая, что ее эмоции – мои эмоции. Жаль не наоборот. – Обязательно посетим Венецию после работы, если, конечно, ты надумаешь задержаться, как моя…

– Как твоя?

– Гостья.

Гостья. С огроооомными привилегиями.

– Алло.

– Отец. Здравствуй.

– Ну здравствуй. Что-то с Никой?

– Нет. Я в Италии. Мать, как всегда улетела. Мне надо кое-что тебе сказать…

Слышу по ту сторону трубки «привет» от Ленки и плач ребенка.

– Мы Сашку купаем. Пытаемся. Ты редко звонишь. Обычно только по работе. Что случилось?

– Я кое-кого встретил, – тишина с обеих сторон. – Истинную свою.

– О-о-о, – протянул торжественно отец. – Ленок, разговор важный, заканчивайте без меня, – говорит ласково, слащаво своей истиной супруге. Я аж охренел. И сразу же включает грозного папашу. – Слушаю. Рассказывай. Кто, откуда?

– Присядь.

Но почему-то присел я, еще и с бокалом виски. Делаю глоток. Ну что, поехали…

– Все так страшно? Дочь наших заклятых врагов? Да ну похер. Будем жить дружно. Лишь бы не Китай.

– Какой Китай, отец? Хотя, погоди, чем тебя Китай обидел?

– Нет, ничем. Просто представь, как будет выглядеть наше древо. Твой дядя нашел пару в Африке. Чернокожий Африканец Астарховый теперь в нашей родовой ветке, – хотелось заржать, но что-то не к месту. – Ну, ничего не поделать, ну так?

– Человек она.

– Даже так.

– Что-то эмоциональности меньше, чем на «Китае». Чувствуется, ты не рад. Ты не забыл, что Лена тоже человек?

– Радоваться должен ты. У меня Ленок есть. Но… сочувствую тебе.

– Ты издеваешься? – выпиваю залпом и наливаю еще порцию.

– Нет, просто готовься к жопе.

– Я традиционно предпочитаю, но и жопа подойдет, – усмехаюсь. Порция выпита. В ход пошла сигарета. Ну какая меня может ждать еще жопа, когда я несколько дней никого не трахаю. Жопа уж точно мне не светит, если к звезде не подпускают. – Ну а если серьезно, у тебя что, все так плохо было?

– Что было, то было. Надеюсь, ты не наделаешь моих ошибок.

– Словно ты когда-то ими делился. Пришло, видимо, время. Может, поделишься? Отцовское наставление там, совет?

– Что ж, – слышу сквозь трубку, как отец затягивается и выдыхает. – Запихни свой характер в задницу, сын мой. Иначе однажды, проснувшись, ты рискуешь обнаружить отсутствие своей истиной.

– Спасибо, очень помог.

Отец года, блять.

– Я серьезно.

– Я тоже. Инструкций не прилагалось, как использовать истинную, если она человек. Ты ж с Ленкой счастлив. Уже троих настрогали. Значит, есть секс в вашей жизни.

И в моей он тоже должен быть, но пока что им не пахнет.

– Когда Лена сбежала от меня впервые, я чуть не сдох.

Знакомое ощущение, когда я чуть не сбил Вику. Мышцы болезненно напряглись от воспоминаний.

– Ты же нашел ее.

– Ха, – усмехается старик. – Поймал. Три раза ловил. На четвертый она сама пришла. Потом снова ушла. Думаю, продолжать не стоит. И так знаешь. Я привык. А она тормознула, лишь когда поняла, что беременна. А куда ей было идти? У нее только я.

И у Вики только я. Вот же странное совпадение.

– То есть мне надо поскорее обрюхатить Вику?

– Г*ндон ты, Руслан Арес де ля Россо Астархов. Ни такого сына я растил, чтобы он свою истинную брюхатил. Зачать надо в любви. При чем любовь должна быть с двух сторон.

– И это говоришь мне ты.

– А ты не лезь в нашу с Леной спальню. У нас все по взаимосогласию. Было, есть и будет.

– Повторюсь, отец, советчик из тебя ну просто херов бизнес-тренер на миллион.

– Батька плохого не посоветует. Придержи своего коня, пока наездница сама не решит прокатиться.

– Отлично. Теперь придется седло снимать. А я-то уже понадеялся! – шумно оба выдыхаем и помалкиваем. – Что мне делать все это время?

– Бегай. Бег, знаешь ли, закаляет, потому что отныне ты никогда не сможешь посмотреть на другую женщину, не то, что возжелать. А вот… Вика. Вика, да? Вика сможет смотреть на других мужчин и будет! Не приручай эту женщину. Это ее работа.

– Приручиться?

– Приручить тебя. Дай ей почувствовать власть над тобой, над оборотнем. Над Альфой. А потом оно как-то само сгладится, когда найдете компромисс в нужной позе. И будет у тебя в будущем не только пара и любимая, но еще и верный соратник, друг и вообще крутой партнёр по бизнесу.

– Поддаться, значит.

– Не переусердствуй только. Иначе поймет, раскусит. Доверие заработать не так-то просто, а вот если ты его получил, но все же не оправдал, вернуться в исходную намного тяжелее. Никакие подарки, шубы, бриллианты и Мальдивы, ни нежные слова, ни ласковые прикосновения, ничего! Она хрупкая. По натуре, по природе. Потому что человек. Сломаешь ее – сломаешься сам, потому что отныне и навсегда твоя жизнь в ее руках. Хрупких, маленьких и нежных. И связь ваша односторонняя и инстинктов у нее нет таких, как у тебя и привычек тоже.

– Отец, ты все разжёвываешь, как для младенца. Надо будет подластиться – сделаю.

– Ага, – добавляет саркастично. – До встречи с той самой оборотень умеет делать с женщиной только одно вне зависимости от возраста.

– Да не трогал я ее!

– Не спеши, но и тянуть не стоит. Главное, не стоит врать кто ты. Она знает, что ты Альфа?

– Она даже не знает, что я оборотень.

– Да ты долбоеб, как я погляжу.

– Вика унесет свои ножки от меня сразу же. Или же ее каблук окажется в моей ноге, а может, и не только в ноге. Она ненавидит оборотней.

– Ей надо познакомиться с Леной.

– Надо, – быстро соглашаюсь я. Если найдется способ, чтобы Вика быстро согласилась по своему желанию стать моей без принуждения, то я за любые предложения.

– Как девчонка до сих пор не поняла, что ты оборотень? Кто не знает про Астарховых?

– Я назвал фамилию матери.

– Удобно в данной ситуации, умно, но глупо. Если она ненавидит оборотней, думает, что ты человек, но узнает, кто ты на самом деле – жди беды. Это я тебе точно говорю. Потом ищи свищи её. Запомни, истинная – это Бог. Все о нем говорят, но никто никогда не видел. А нам повезло. Только еще она – это и дар, и проклятье. Оборотень нуждается в паре, с которой будет наисильнейшая связь и понимание. Только больше всего такая пара нужна Альфе, чтобы быть сильным вожаком. Девушка не просто поддержит статус Альфы, но еще и дух, твою внутреннюю суть. Она делает тебя неуязвимым. И я скажу тебе, что неважно, кто она, волчица или человек. Важно, чтобы она была рядом и была счастлива. А если это не так, то ты быстро переквалифицируешься в вурдалака или пожирателя. И мне придется тебя убить.

– Пф, тоже мне Тарас Бульба. Не рассказывай сказки. Оборотни не превращаются в пожирателей и тем более в вурдалаков. Их не существует.

– Сказка сказке рознь.
Дорогие читатели, очень буду благодарна за ваши лайки и подписки. Я новый автор на этом портале. Очень нужна поддержка!

Первый день Вика вела себя как немного дерганная психопатка. Либо она подозревала, что угодила в лапы волка. От мысли, что могу ее потерять, мигрень разыгрывалась. Мне было все равно, какой херней будет заниматься Вика главное, чтобы она сидела рядом и просто своим присутствием делала мой день ярче. Раз пока трахать нельзя, хочу смотреть на нее и представлять в каких позах ее можно ставить. Например, на этом столе. Нагнуть, уложить грудью на стекло и ногу задрать, а потом врезаться в ее мокрую дырочку. Сжимаю зубы, пальцы в кулак до хруста. Еще и укусил себя за костяшки, чтобы хоть немного отрезветь. Это все равно что дразнить голодного пса свежим стейком.

Девчонка что-то скрупулезно исправляет ручкой в распечатанном документе. Снова смотрит в экран. На меня ноль внимания. Подбросил фиктивные дела. И ловлю кайф от того, как она хмурит брови, грызет ручку и зевает время от времени. Как к ней приблизиться, ума не приложу. Романтик из меня как из Ники лыжник. Бросил бы все да показал бы Италию, но сестрену не на кого оставит. С ума сведет прислугу, да и я ей обещал свое присутствие. День рождения ведь скоро.

Захожу в комнату Вики. Не обнаруживаю девчонку в кровати, но отчетливо слышу, как из душевой доносится пение. А поет красиво. И задница у нее что надо. Так и просится, чтобы я за нее ухватился обеими руками.

Покидаю комнату, как только истинная замолкает. Выжидаю. Ночной жор на нее не напал. Видимо, легла спать. Застукиваю рыжую, что бесшумно въезжает в комнату Вики. Наблюдаю, чего эта мелочь собирается сделать. Пусть делает. Интересно же.

– Ты чего?

– Напугал! – шипит девчонка.

– Телефончик Вики зачем тебе?

– Это мой.

– Николетта. Положи туда, где взяла и, чтобы этого не было больше.

Наблюдаю. Не положила, маленькая сучка. Будильник перестроила на шесть вечера. Решил ничего не менять. Посмотрим, придет ли Вика вовремя.

Утром, конечно же, блондинки не видать на месте. Зато Кай вовремя приезжает. Итальянский брат. Учились с ним в Лондоне. Знает плюс один язык благодаря мне. То есть русский. А в Россию все никак. Я ему доверяю, как самому себе... ну почти.

– Да ты гонишь, истинная? В туалете нашел? Сколько раз бывал там – не встречал истинных. Или это исключительно в России? Напомни, где твой отец встретил Елену?

– Приезжай в гости. Найдем и тебе истинную, не переживай. Только держи свою пасть закрытую, не сверкай клыками. Ненавидит она оборотней как ты манную кашу.

– Манную что?

– Забудь.

Чую запах своей человечки. Становится все ближе и ближе и вдруг замирает. Стоит за дверью, подслушивает?

– Вик, заходи. Чего стоишь в дверях?

Вот бы сейчас прихлопнуть челюсть Кая. Знаю, что он неравнодушен к блондинкам еще, и таким. Вика как фарфоровая кукла. А у этого вшивого слабость к таким. У меня, кажется, тоже. Слабость от своей истинной. А Вику женщиной назвать язык не повернется, все равно что ярлык старости повесить . Без косметики, в шортах, футболке и кедах. Ну ребенок. Ей-богу.

И вот я в компании голубоглазых блондинов словно ревнивый идиот. Закипаю от злости, когда лучший друг целует руку моей истинной. Обнимаю Вику. Собственничество разыгралось. Кай все понимает, от того глаза его ржут надо мной. Хотя откуда ему понимать, что я теперь чувствую двадцать четыре на семь. Я ни разу не подумал о том, что хочу выпустить пар с другой. В голове одна Вика. А должно быть наоборот. Не Вика во мне, а я в ней. А по факту на члене пока только рука, к несчастью моя, что скоро сотрется до мозолей.

День проходит почти что зря. Объятий больше не предвиделось. Пора бы переходить к поцелуям, иначе до секса мы дойдем таким образом к моей старости. И выдается охренительный момент прижаться к ней и потрогать без ее там всяких: «фу-у-у, извращенец». Как же вовремя заглючил комп, а девчонка, куда не тыркает все не то. Подхожу и наклоняюсь к ней со спины. Прижимаюсь так близко насколько позволяет совесть. Понятия не имею, куда щелкаю, просто как на автопилоте, зато растворяюсь полностью в ее запахе. Сколько нюхаю – никак не нанюхаюсь. Интересно, закончится ли это наваждение.

Вика дрожит подо мной, а интерес моего внутреннего пёселя только разыгрывается и именно пёселя, а не оборотня. Потому что просто млею от того, как она скромно отводит взгляд и сжимается от моих объятий. Заканчиваю исправлять работы по компу. Одновременно поворачиваемся. Губы почти соприкоснулись. Ну что мне мешает впиться в нее?

Отстраняюсь, осознавая, что могу вот-вот потерять контроль. Да, видать я сам не готов к поцелуям, а вот она как раз таки в ожидании, судя по тому, как она держит губы приоткрытыми или периодически облизывает их когда я рядом.

Как-то во время заходит Ника.

Что там говорил отец? Бег помогает? Никогда не снимал возбуждение бегом. Обычно мне в этом помогали женщины. Что делать, если в этом случае некая женщина не подозревает, что может помочь нам обоим? Оборотень рвется наружу, ломает кости и заставляет бежать. Далеко бежать. Я живу лишь мыслями о том, что нас будет ждать дальше с Викой. Ни хрена не думаю о банальности. В голове реально ничего кроме пошлости. Остаться с ней наедите все равно, что сыграть в игру «Убеги, если сможешь ».

Сорвусь… затрахаю до смерти.

Хорошо, что Ника дома. Плохо, что Тагир свалил к своим родственникам. В случае чего он единственный в Италии кто смог бы меня заломать. А наломать дров с истинной я не хочу. Решил, что все будет по-человечески, значит, будет. Потерплю. В конце концов, она однажды будет беременная и я вспомню про левую и правую.

Скажем так, сейчас репетиция.

Улыбаюсь как дебил, представляя Вику с пузиком. Самому не верится. Но факт. Мир меняется с приходом истинной.

Набежал сотню километров, иду себе, никого не трогаю и вот, пожалуйста. Какого хера она стоит и пялится на меня. Голая! Снова! В открытую, не стесняясь, даже не прячется за шторку. Ну ни хрена себе интерес у нее ко мне. Я что-то упустил? Может пока уже переходить на следующий этап отношений под названием «Секс?»

Ничто так не выбешивает оборотня, как отсутствие инициативы его пары. Моя же пара не то, что не подозревает, что бывает инициатива. Она даже не знает, что у нее есть я. Запакованный наилучшим образом. Богатый, молодой, здоровый Альфа с которым она будет как за каменной стеной.

Но мне хочется сделать ее счастливой.

Я видел, как страдает мать. Еще задолго до появления Елены в жизни отца. Их любовь потухла быстро. И я понимал, что любовь Вики мне придется поддерживать всю жизнь. Осталось понять как?

– Ну и как долго твоя белобрысая курица будет у нас дома?

– Ника, тебе придется смериться. Эта белобрысая курица скоро станет моей женой.

– Ты че заболел? – выдает сестра на полном серьезе. – Она же человек! Нагнись, я твой лоб потрогаю. У тебя, наверное, температура. Брат, скажи, что пошутил. Пожалуйста! У Альфы не может быть жены человека!

– Может, только в том случае, если она является истинной.

Глаза Ники вспыхнули светом от счастья, и она чуть не встала на ноги. И рада она была куда больше чем я, когда узнал, что у меня есть истинная.

– Истинная? Правда? – схватила меня за руку и, открыв рот, смотрела с восхищением. – Но почему ты ее не представил, как положено? А мама знает? А папа? Ой, а я над ней еще издеваюсь и грублю. Надеюсь, она простит мне эту гадость. В смысле, меня простит?

– Начнем с того, что никто не знает. Пока не время. Никому не говори.

– Ты выглядишь несчастно, я бы даже сказала измученно. Потому что она человек? Луна дала такую возможность, как истинная, а ты чопорный как кирпич!

– Я не чопорный.

– А-а-а, так она тебе не дает, – стерва нагло лыбится.

– Чтобы ты в этом понимала, дурочка, – потрепал ее рыжие волосы. – Я счастлив, просто она ненавидит оборотней.

– Погоди, так она не знает? Но мы не можем от нее вечно скрывать это!

– Знаю, просто мне нужно время, чтобы она привыкла.

– Руслан, ты хоть любишь ее?

– Она выбрана Луной, я ею дорожу.

– Ты безнадежен, – драматично ударяет себя по лицу, изображая знаменитый эмодзи «Рука-лицо». Если могла, изобразила бы «Головой об кирпичную стену. – Позвони отцу. Если уж кто-то и может рассказать о любви с человеком, то только он.

– Подружись с ней. Она, кстати, хорошая. Не такая злючка, как ты.

– Гад, – кидает в меня подушку, но я подхватываю. – Не похоже, что у вас идиллия. А где объятья и поцелуи?

Да если бы ты еще не появлялась «Вовремя», все бы уже было.

– Не идет что-то. Мне нужен один из твоих змеюк.

– Это еще зачем?

Закатываю глаза и развожу руки.

– Вику напугать. Прибегу ее спасать, а-ля рыцарь, не покрытый шерстью. Может, растает?

– Господи. Тридцать лет, а ума нет. Возьми Гришу. Он как раз полинял. Теперь он черный. И не голодный.

– Гриша, значит, – фу, какой скользкий тип. Еще и воняет.

– Аккуратнее! – вопит сестренка. – Он нежный!

Усмехаюсь. Кажется, вот кто её истинная любовь.

– Пойдет.

Это будет эпично.

Ну что сказать, скользкий Гриша сделал свое скользкое дело как надо и заслужил еще одну мышь, только вот Вика на целые сутки замкнулась в себе, потому что позволила «Боссу» поцеловать себя. Этот лед крушить будет сложнее, чем я себе расписывал в голове. К счастью, в одну прекрасную ночь я застукал свою девочку, подкрадывающуюся к кухню. Впервые вижу на ее лице такой испуг. Словно на чем-то постыдном застукали. Без труда вытаскиваю Вику подышать на свежий воздух. Одному уже скучно, да и зачем, когда рядом без пяти минут невеста.

Наглею со второй секунды. Ложусь и кладу голову на её ножки. Такие маленькие, но мягкие. Вика немного в шоке, но разве боссу откажешь? Нет. Вот пусть привыкает. Понимаю, что дико невмоготу и беру романтику в свои руки. Точнее, выждав момент, когда она слегка нагнется, обхватываю рукой ее шею. Она упирается, но не сильно. И этого достаточно, чтобы случайно прикоснуться к нежным на ощупь губам. Смотрит ошарашенно. Едва дышит, а потом обнимает мою голову в ответ. Не дожидаясь инициативы действую первым. Губы слились как две реки, впадающие в океан. Я понял, что значит фраза «Да что б ты в ад провалился». Я горел там ровно столько, сколько целовал ее.

О, мой Бог, какая же она сладкая девочка. Податливая, нежна и мягкая. Чертова фея, держащая мои яйца в узде. И инициатива все-таки проснулась. Её руки оказались шаловливыми настолько, что если мои яйца и были в узде, то член мог сию минуту быть сжатым в девичей ладошке.

Она распахивает глаза и смотрит ошеломленно. Нет, детка ты сейчас сама меня трогала. Я даже не напрягался. Не старался и не принуждал. Перехватываю ее руку и не даю ей сбежать. По глазам видно тонну страха. Будто Фаберже стеклянными были, а она их разбила.

Ветер резко приносит запах чужака. Я реагирую молниеносно. Отправляю Вику в дом и как только понимаю, что девчонка скрылась бегу со всех ног в сторону леса. Внутренний оборотень не дремлет, ломает кости, вырывается наружу. Кто-то чужой был на моей территории. Не заблудился. Нарочно вторгся. Догнать не успел, добежал до реки, а там и след простыл.

Следующим днем отправляемся с Каем и Тагиром прочесывать территорию.

Чужаки так просто не вторгаются. Если бы кто-то и затерялся, то не убежал бы. Не по-волчьи это. Значит, что-то вынюхивал. Так никого и не обнаружив, возвращаемся. Только вот дома никого не обнаружить это уже как обухом по голове. Даже сигнализация не включена, а может быть выключена? Зато угнана тачка и девчонок нет. Сперва решил, что похищение. Но камеры показали другое.

Ебануться просто! Вот же сучки! Спелись, блять!

Когда одной говорил подружиться – я не имел в виду украсть тачку матери и мою сестру. Когда сестре говорил подружиться – я не имел в виду смываться из дома, как только выдалась возможность. Знает же – опасно!

Телефон блондинки отключен, сестра тоже недоступна. Прочесываем территорию с Каем пока Тагир дома на страже. Вечереет, а меня рвет изнутри, что Вика в опасности. Хотя именно Ника, в отличие от нее точно не сможет о себе позаботиться. Но эти инстинкты истинных не дают мне думать ни о чем кроме моей девчонки.

Недалеко от дома находим этих двоих. Одна Луна знала, как меня сейчас рвало на части. Боялся, что зашибу обеих. Ее больше охреневаю, когда застаю Никколету в руках какого-то амбала. Готов был поклясться, это его запах я ощутил вчера. Не знаю, кто он и что здесь делает. Иностранец, но точно оборотень. Говорит, проезжал мимо, решил помочь. Не комментирую. Молча расползаемся. Сам закипаю от злости. Запоминаю номера. Пробьем. Все выясним.

Это он смотрел за нами с Викой точно. Враги могут взять себе это на руку, что у Альфа истинная – человек. Еще и не меченная. Надо это срочно исправлять. Срочно, блять!

Истинная и сила, и слабость. В моем случае Вика сейчас мой посмертный молот. Оказавшись в руках оборотня, она не сможет защититься, а ее милая мордашка сыграет против нее.

Алкоголь сближает. Это я понял на свой выпускной. Единственного оборотня в классе боялись все. Пятнадцать лет назад я еще был белой вороной среди людей. И несмотря на то, что отец подвозит до школы на крутой черной тачке, друзей у меня не было вот вплоть до выпускного, пока не ужрался со всеми вместе.

Человечки, что только окончили школу, оказались слабы. Но было весело. Я стал своим. Правда, только на один день, но и этого хватило, чтобы трахнуть школьную диву. Она не была у меня первой, да и я, как оказалось, у нее тоже не стал первооткрывателем.

Не успел оклематься от пьянки, отец отправляет в деревню к бабке. Помогать. Принял как должное. Любил Калужскую область. Много места, где разбежаться. А потом появился Витька. Такой же отшельник, как и я, только человек. И жил по соседству. Я называл его Дрыщом. Правда, за лето я его подкачал. Так и дружим. Потом меня отправили в Италию. И там уже появился Кай… И учеба в Лондоне.

Смотрю на пьяную Вику и ничего кроме умиления. Я все думал, когда ж она какую-нибудь неведомую херню подкинет. Пьяные люди могут – я знаю. Но нет. Текила ее не сломала. А вот я да. Сломался. Потому как девчонка уперлась своей головой в мой пылающий член, было последней каплей. Столько меня не морила ни одна женская особь, а это поглумилась на всю жизнь вперед сама того не зная. Или же, как раз таки зная?

Немного пьяненькая, мне даже на руку. А иначе с ней никак. Совсем девка не умеет расслабляться. Сама серьезность. Забываю про защиту. Забеременеет ну и отлично. Меньше волокиты с бабской ненавистью. Пристраиваюсь между ног, целую, поглощаю залпами. Не терпится уже врезаться в нее, и от этой мысли закипаю так, что чувствую, как оборотень рвется наружу, чтобы наконец-то забрать свой лакомый кусочек. Сделать ее своей. Но что-то не так. То ли Викин чрезмерный напряг, появившийся из ниоткуда, то ли то, что я, просунув палец в ее влажную щелку понял, что девочка моя реально девочка. Целочка. И ни хрена это не к добру, потому что в планах было трахать ее долго и сильно, но уже не получится никак. Знаю, что не сдержусь. Наврежу размером, размахом и напором, нетерпением. Войду в нее и накроет с головой эта девственная волна, страсть этой непорочной девчонки, что свела меня с ума. Затрахаю до обморока.

Нет, так нельзя. С ней нельзя.

Как ни странно, лютый оборотень во мне не дергается. Набрасываться на девчонку не спешит. Позволяет думать, взвешивать…выбирать. И я выбрал, что не сейчас. Кому скажи – не поверят. Так ведь уже который раз!

А мне сразу так радостно от мысли, что у нее никого не было до меня. Чиста, как луна в полнолуние и священна, словно библия.

Я буду первым. Первым и последним. Единственный на всю жизнь.

Такая необычная, красивая и вся моя. Только моя. Терпел две недели, еще потерплю. Особенно сейчас, когда знаю, что ее целостность бесценна. И мне не хочется для нее быть мудаком. Пусть первый раз будет особенным и настоящим. Чтобы она помнила всегда, чтобы знала, кому принадлежит, чтобы любила до последнего вздоха. Чтобы никогда не подумала о том, что с кем-то иным могло было быть иначе.

Три месяца спустя.Настоящее время.

Олимпик Энтерпрайз – холдинг, включающий в себя несколько компаний, занимающиеся разной отраслью, в том числе и ресторанным бизнесом. Когда отец ушел в тень, я стал полноправным руководителем, хотя, за мной не числилось даже половины акций, но я вложил в Олимпик десять лет, только вот был уверен, что отец обладает теневым бизнесом, о котором не знает никто, кроме его личного помощника. И оттого, что я – единственный сын, не знаю, что там у него за «игры», разыгрывался довольно-таки серьезный интерес наравне с тревогой. Я не хотел иметь ничего общего с разного рода контрабандой, которой ранее занимался отец. Но больше всего я не хотел подвергать свою пару опасности.

Однажды в холдинге произошёл переворот. Только срать я хотел на масштабные изменения. Ведь мои были куда серьезнее, а именно появление Вики в моей жизни. Как появилась, так и пропала, и отец убедил меня в том, чтобы я не тратил время и силы на ее поиски, ведь она сама придет тогда, когда я совсем не буду этого ожидать. А ведь так и происходило. Я не знал ее, и истинная свалилась в мою жизнь, пытался удержать – она упорхнула.

Я надеялся на второй шанс.

Минус был один. Она все еще не была моей. Право Луны никто не отменял, но ей ничего не мешает заводить отношения и заниматься тем, чем ее телу угодно. А я был вынужден ждать. Как преданный и верный пес… оборотень. Один хер! С таким смериться было крайне тяжело. Нет, недопустимо!

В тот момент, когда мой хер не встает ни на одну женщину, но реагирует на мысли связанные с истинной, эта самая истинная будет с кем-то иным? Да черта с два. А мои постоянные попытки скинуть неудовлетворенность в зале с тяжелым весом и бесконечной беготней обернулись набором веса в виде мышечной массы. За три месяца я стал как Тагир. Броненосный танк. Не хватало только лишиться волос на голове.

Возвращаясь к главным событиям в холдинге, я не мог не думать, что отец наконец-то передаст остальной пакет акций мне и уйдет на покой. То есть, погрузится окончательно в свою семейную жизнь или в свой теневой бизнес.

– Сегодня отметим? – улыбается Виктор. – Ты дождался свои кровные. Займемся вещами посерьезней. Сеть отелей может на берегу моря? Может Бали?

– Может.

Только вот я не был воодушевлен. Хотя отец сказал: «Тебе понравится, будь уверен» – я уже мысленно подписал договор, что стал владельцем Олимпика, но отчего-то тригерило. Какой-то червь ел изнутри мои кишки и подбрасывал немыслимое. И все, потому что рядом не было Вики.

Я пытался о ней не думать, но чем больше я это делал, тем хуже мне становилось.

Одно все знали точно, волк не может быть долго вдали от своей избранной. Альфа подавно. И хотя связь была тонкой, она и резала меня как самое острое и тонкое лезвие. Я хотел её жадно, до сумасшествия. И, кажется, сумасшествие меня накрыло слишком неожиданно.

– Глаза снова красные, – заявляет Виктор с опаской.

В последние дни часто накрывало. От недостатка Вики, словно гипоксия. Продержусь собрание и укачу в лес на пробежку. Встретить свою истинную и не пометить, не сделать своей – вот главная проблема для оборотня. Он начинает непросто сходить с ума, а звереет. И хотя прошло четыре месяца с момента нашей первой встречи, одичавший зверь крушил внутреннюю клетку с небывалой скоростью. Я намеренно не хотел узнавать, где Вика. Хотя был уверен, Тагир все уже выяснил, да и отец не упустит момента приставить охрану к девчонке, ведь она скоро войдет в нашу семью. Никто в этом не сомневался, но горящим яйцам и внутреннему зверю не объяснить. И если с первыми можно справиться, то со вторым разговор давно не строился.

– Не могу больше. Я уже чувствую Вику даже в этом зале.

– Дыши глубже. Скоро станет легче.

Я взглянул на него как на дебила. Ну да, откуда ему знать, как мне хреново из-за отсутствия самого главного человека в моей жизни. И меня уже самого брала ненависть за то, что я не в силах контролировать происходящее со мной.

– А вот и твой отец.

Прежний Альфа прошел и сел на свое место. Его лицо было, как всегда, сурово и неприступно. Ни одной эмоции. Ни улыбки. Решительность, твердость, бесстрашие.

– Приветствую, дорогие партнеры холдинга. Я собрал вас здесь, чтобы объявить одну важную новость. Сегодня наш партнерский ряд пополнится.

И вот это стало для меня сюрпризом номер один…

С хера ли наш ряд решил пополниться, когда он должен был, наоборот, поредеть?!

Сюрпризом номер два стали уверенные шаги, звук которых раздавался не только по коридору, но и в моем мозгу.

Стук шпилек стремительно приближался к залу переговоров, а сладкий запах ядом проникал в мои легкие и ртутью травил меня изнутри, в тугой узел сворачивал все сосуды.

– Позвольте представить вам нового партнера Холдинга, Воронцова Виктория Сергеевна.
Начала читать одну чудесную историю на данном литпортале. Вот решила и вам порекомендовать:)
Автора зовут Любовь Юрк
Прикольная такая история по мотивам Алисы в стране чудес :)

Алеся верила в чудеса. Но они не спешили в ее жизнь, пока однажды, накануне Нового года, в хранилище библиотеки среди всякого хлама, она не нашла старинную книгу «Гримуар Мерлина». Так и получилось, что волею случая, одного отчаявшегося мага и слишком самонадеянного кролика она оказалась в другом мире. Теперь ей предстоит разгадать тайны и помочь тем, кто в этом больше всего нуждается. И, конечно же, найти свою любовь.