Я, Он и Козёл

Алиса

— Это что, шутка такая? 

— Нет, Алиса, это не шутка. В ближайшие две недели тебе придётся пожить у бабушки Мани, пока в нашей квартире не закончится ремонт. 

Уставилась на мать во все глаза. Что она несёт? Что за пранк такой дикий? Но та выглядела вполне себе серьёзной. То есть, реально собралась отправить меня к чёрту на куличики?

— Да с чего вдруг?! Если вам так надо избавиться от меня, отправьте к бабушке Зое с дедушкой Поликарпом. 

— У них будем жить мы с отцом. Две комнаты — маловато на всех, сама знаешь. 

— И что? Я вполне могу поспать на полу. 

Всё лучше, чем предложенная альтернатива.

Нет, я очень люблю бабушку Маню, но жить у неё? Увольте!

— Алиса, мы с отцом всё решили: ты едешь в деревню к его маме, — не сдавалась мама.

— Но…

— Никаких “но”, Алиса. Это не обсуждается. Разговор закончен. 

Мама развернулась, чтобы уйти из моей комнаты. Ага, сейчас!

— И ничего он не закончен! Что я в этой её деревне делать, по-вашему, буду? 

Я обогнала мать в дверях и встала перед ней, не позволяя пройти дальше.

— Как минимум, помогать бабушке по дому и с огородом, — невозмутимо ответила она. 

— Вот и езжайте, помогайте, в чём проблема?

Вот, правда, почему непременно я должна туда ехать?

— В том, что у нас с отцом работа, а у тебя каникулы. 

Не, это, конечно, всё понятно и логично… Хотя нет! Ни черта мне не понятно, почему я вдруг должна так страдать!

— Вот именно, у меня каникулы, отдых, который я заслужила за то, что батрачила днями и ночами на протяжении всего учебного года в этом вашем долбанном ВУЗе. А вы меня в глухомань сослать решили за это?

— Не настолько уж там и глухо… 

Ага, конечно!

— Напомнить? Там нет водопровода, горячей воды, ванны и душа, а про туалет, отсутствующую канализацию и интернет я вообще молчу! Да там жить невозможно! 

Серьёзно, как она представляет, чтобы я там жила целых две недели! Две! Недели! Две! Это же… это… убиться просто!

— Бабушка же живет, — нахмурилась мама.

— Потому что привыкла и ей деваться некуда! В любом случае, она там по своей воле, а я туда не хочу!

— Это всего на две недели, ты и не заметишь, как они пролетят. 

— Если это так, то почему я не могу пожить у той же Лены?

Вот да. Лучшая подруга мне точно не откажет в такой мелочи. Как и её родители, с которыми у меня сложились отношения лучше, чем с собственными. У них хотя бы время на свою дочь есть, и они не ссылают её на каторгу из-за какого-то там ремонта.

— Зачем стеснять людей, если нам есть где разместиться?

— Вам! Вам с папой есть, мама, не мне, меня вы к чёрту на рога отправляете!

— Всё, Алис, разговор окончен. Ты едешь к бабушке, и точка. 

Вот и весь сказ…

И кто сказал, что в восемнадцать лет человек — это уже взрослая и самостоятельная личность? Нагло соврал! Иначе бы не стояла я сейчас на автобусной остановке, в унынии рассматривая сельскую дорогу, ведущую через пролесок в нужный мне населённый пункт. 

Вот! Даже автобусы туда не ездят, только мимо, а я иди? 

Зло выдохнув, подхватила чемодан за ручку и покатила его за собой, собирая все ухабы маленькими колёсиками. Лишь бы только не отвалились…

Господи, как люди вообще могут здесь жить? Реально край мира какой-то! Удивительно, что электричество и газ есть. Хотя едва ли мне это поможет, с учётом, что сеть на телефоне равняется двум полоскам. Мне хана! Однозначно! Уверилась в том, когда через десяток метров значок мигнул и вместо него высветилось закономерное «нет сети».

— Зашибись, — прошипела зло себе под нос, убирая телефон в боковой карман рюкзака. — Поезжай, говорили они. Отдохнёшь, обещали они. В гробу я видела такой отдых…

Так, под собственное бурчание я продвигалась всё дальше в этот кошмар. 

Шла и шла, а лес всё не заканчивался и не заканчивался. Как и ухабы на дороге. В этом районе, похоже, дождь прошёл недавно, так как в тени деревьев земля была до сих пор сырой, а кое-где и лужи встречались. Приходилось не просто идти, но и изворачиваться, чтобы не вляпаться в грязь. Пару раз — даже перепрыгнуть, потому что размытый участок не получалось обойти. И всё это с чемоданом наперевес! 

— Могли бы тогда хоть на машине довезти что ли. Родители, блин!

Вернусь, пусть только попробуют у меня попросить о чём-нибудь. Магазины, мытьё посуды, готовка, уборка — сами пусть мучаются после работы!

Как вообще можно было додуматься до такого извращения, отправив меня в это богом забытое место? Вот вам и любовь родителей. Изверги! Как жаль, что мне не семнадцать, пошла бы жалобу написала в органы опеки за издевательство над несовершеннолетним. А так, на тебе, Алисочка, отдых в Стране Чудес, сходи с ума на здоровье. 

— Арр, — топнула ногой в досаде и тут же скривилась, заметив приставшие к моим любимым летним полусапожкам комья влажной земли. 

Ещё и это! Едва ли я смогу в полной мере очистить замшу от такого месива. Ну, хоть не додумалась белые кеды надеть и то ладно, не то бы всё было ещё хуже.  Хотя куда уж хуже? Всё, прибыли в пункт назначения — последняя станция, откуда нет пути назад. И никакого света в конце тоннеля не предвидится. 

— Трэш! Просто трэш! — ужасалась каждому шагу. 

И вот кто сказал, что нет ничего лучше летнего отдыха в деревне? Наглая ложь! Я ещё до неё не дошла, а уже наотдыхалась на все годы вперёд. 

К моменту, когда впереди, наконец, показался первый дом, мой летний комбинезон успел пропитаться потом, а я сама — проклясть всё на свете. Ну, ничего, я им потом всё сполна припомню! 

Господи, ну, что за дорога?!

Вакханалия сплошная. 

И мне предстояло провести здесь целых две недели!

Две!

Убейте меня кто-нибудь, пожалуйста…

В общем, к нужному дому я подходила в самом мрачном расположении духа. 

Но Вселенная, похоже, решила этим днём окончательно меня добить, потому что не успела я подойти к калитке, как за спиной раздалось протяжное меканье.

О, нет! Только не это…

Я крепче сжала ручку чемодана, медленно обернувшись. 

Так и есть.

Это Он! Козёл! 

— Да чтоб тебя… — промямлила обречённо.

Потому что ещё хуже отсутствия бытовых нужд являлось это Исчадие Ада. Причём, именно так, с больших букв. Иначе это животное не назвать. Демон в козлином обличье, не иначе. Ну, просто не станет нормальный козёл нападать на людей! А этот уже седьмой год, в каждый мой приезд сюда, так и норовит то ли закусить мной, то ли просто забодать. Подозреваю, что всё и сразу. Сперва проткнуть своими длинными рогами, а затем обглодать до косточек. Тоже мне белое и пушистое травоядное! 

Невольно отступила назад поближе к калитке, не сводя взгляда с белоснежного чудовища с рогами. На его шее знакомо красовалась перегрызенная верёвка, прямо говоря, как он оказался на воле. И чего его до сих пор на цепь не посадили? Ах, да, других же он не трогает. Только меня. А ведь я никогда не делала ему ничего плохого. Просто однажды слишком сильно дёрнула за вымя одной из коз у него на глазах, отчего та недовольно замекала. Ну так я училась доить, мне простительно. Для всех, кроме него. 

Что сказать… хуже козла — злопамятный козёл!

Что постепенно наступал на меня, выставив перед собой свои рога. Пообломать бы их, чтоб неповадно было, да кто ж даст? Да и попробуй подойди к нему… Лично я всегда предпочитала обходить его стороной. Во избежание. 

— Хороший козлик, — пробормотала едва слышно на очередном шагу.

Спина коснулась ряда деревянных столбиков, из которых состоял бабушкин забор и калитка. Рука потянулась за спину в поиске просвета между досками и защёлки с внутренней стороны. 

— Ме-е-е, — протянул предупреждающе мой личный кошмар наяву, стукнув копытом по земле, и…

К чёрту эту калитку!

Выпустила из рук багаж и тупо дала дёру подальше от этого Исчадия Ада, что тут же погналось за мной. 

Ненавижу деревню!

Ненавижу козлов!

Один из которых почти на пятки наступал. Пришлось импровизировать. Да простят меня соседи. И хвала им, что сложили возле забора десяток брёвен для строительства. Взбежала по ним, как на крыльях взлетела, оттолкнулась от самого верхнего, зацепилась руками за край досок и подтянулась. Высокий забор под моим весом опасно зашатался, но выстоял. Я же клятвенно пообещала себе сесть на диету, если он сейчас не рухнет. Он и не рухнул. Молодец такой! В отличие от меня. Потому что этот козёл… реально козёл! За мной последовал! Понятное дело, что не допрыгнул, но за ногу чуть не цапнул. Я по инерции подтянула их на себя. Вышло не особо аккуратно, и в следующее мгновение я с визгом полетела вниз.

Мать моя, знай, если что, это ты во всём виновата!

Зажмурившись, приготовилась к боли, но удар неожиданно вышел пусть и не особо мягкий, местами и правда болезненный, но не настолько, насколько я ждала. Я на всякий случай ещё полежала, прислушиваясь к своим ощущениям. Но всё действительно было хорошо. 

Или нет…

Потому как следом раздался мат. Душевный такой. А ещё земля подо мной вдруг зашевелилась, и ногам внезапно стало мокро. Что за?..

— Вот и мне интересно, — послышалось угрюмое в затылок. 

Ох, ты ж…

Тут же поспешила слезть с того, на кого… упала?

Этого только не хватало!

Наверное, поэтому вышло не особо аккуратно, так как лежащий подо мной болезненно зашипел.

— Ос-сторожнее, — выдохнул сквозь зубы.

— Извините, — промямлила, отползая подальше от того, кто так удачно смягчил моё падение с двухметровой высоты.

Мужчина. Высокий, что было заметно даже в его лежачем положении. Лет тридцати пяти примерно. Хотя так возможно казалось из-за небольшой тёмной бородки, а на деле куда меньше. Не могла сказать точно. Волосы средней длины цвета золотистого каштана. Глаза голубые. Широкие плечи обтянула клетчатая рубашка, а длинные ноги — грязные джинсы, заправленные в резиновые сапоги. Но даже они не защитили его от воды. Рядом валялись два ведра, прямо указывающие, откуда взялась влага на моей собственной коже и обуви. Шатен до меня похоже поливал капустные грядки, что были высажены у самого забора. И которые мы при падении помяли…

Ну, упс, что ли? 

И нечего так хмуро на меня смотреть! Лучше бы сажал свою капусту не так близко к ограде! А то вот красивая девушка решила сегодня упасть к нему в руки, а он не подготовлен! 

Это я, конечно, всё несерьёзно, вышло-то и впрямь не особо хорошо, пусть я в том и не виновата. Это всё козёл. Я каждый год всё надеюсь, что он помер, а тот будто назло мне всё живёт и живёт. Вредное создание! 

— Ну, и? — поинтересовался мужчина хмуро, поднимаясь на ноги и складывая руки на груди.

Прошёлся по мне своим взглядом и заметно скривился. И я оскорбилась, честное слово. Может выглядела я после неудачного приземления и не очень, но точно не настолько плохо, чтобы кривиться. На себя бы посмотрел! 

— Что «и»? — огрызнулась на волне своего недовольства и тоже поднялась на ноги.

Упала и правда удачно. Нигде ничего особо не ушибла. Хоть что-то хорошее из всего случившегося. 

— Объясняйся, — велел мужчина.

Настала моя очередь морщиться. Просто представила, как будет выглядеть моё объяснение. 

Простите, дяденька, я просто козла испугалась.

Или: простите, дяденька, за мной козёл погнался, и я не нашла ничего лучше, чем запрыгнуть на ваш забор, а потом свалиться с него на вас. 

Ну, бред же, ну?

А “дяденька” стоял, сложив руки на груди, и давил своим взглядом.

И я не придумала ничего лучше, как соврать:

— На вас любовалась.

Да, чушь полнейшая, но ничего иного на ум не пришло. Неудивительно, что и мужик на меня, как на дуру, уставился. Но что поделать. Да и не солгала я, если так подумать. Полюбоваться здесь и правда было на что. Метр девяносто роста, не меньше. Я ему едва до плеча доставала своей светловолосой макушкой. Он ещё и руки на широкой груди сложил так, отчего бицепсы стали казаться лишь больше. Едва бы получилось обхватить каждый из них обеими ладошками. А какие глаза… Я никогда ни у кого из знакомых не видела даже близко похожих. Ни разу не голубые, как показалось в начале, — умопомрачительная бирюза. 

— Вы, правда, очень красивый, — сделала комплимент от всей души. 

Даже почти жаль, что он такой старый. И настоящий бука, судя по всему. Вон, как нахмурился от моих слов. 

— То есть, ты это серьёзно? 

— Конечно, — закивала согласным болванчиком. 

Про себя же буквально молилась, чтобы моё оправдание прокатило. Уж лучше влюблённой дурочкой прослыть, чем обиженной козлом. 

— Вот же… бабы! — выругался мой нечаянный спаситель, поведясь на мои слова. — Как вы меня все достали, кто бы знал! 

На этих словах он поочерёдно уставился на пустые теперь уже вёдра, после чего подхватил их в руки, и пошёл прочь от забора.

Эй, куда? А я?!

— А ты можешь возвращаться, как пришла, — бросил он через плечо. 

Уставилась на него во все глаза.

Как он себе это представляет?

И не полезла никуда, конечно же. За ним побежала. И вообще, мы же соседи, должны помогать друг другу. О том, как я объяснять буду, зачем мне нужно сопровождение до дома, постаралась не думать. По ходу дела разберусь.