Я отдарю тебе жизнь

Над головой разнесся стремительный свистящий звук, и я мигом прижалась к земле, точнее — прямо плюхнулась в густые кусты папоротника, вдохнув запах сырой земли и неизвестных душистых растений, гордо вздымающих свои стебли к бескрайне-голубому небу. Обернулась назад и заметила блестящий метал наконечника, который плотно вошел в грубый темно-коричневый ствол исполинского дерева, с необъятно-густой бутылочно-зеленого цвета кроной, в которой лениво копошились от легкого ветра небольшие узкие листья овальной формы. Следом — еще один свист, и я с визгом закрыла голову руками. Огненно-золотые локоны с багряным отливом быстро разметались по всей талии, прикрыв мое худенькое тело, как незримый щит. Я судорожно выдохнула, пытаясь удержать трясущиеся ладони, которые, казалось, использовали мою голову, как барабан и отбивали на ней в нервной дрожи неистовый ритм.

Так, спокойно! Мне подарили еще один шанс прожить новую жизнь, и я определенно не собираюсь так быстро ее здесь заканчивать. С этой устойчивой смелой мыслью я приподнялась на локтях, смахнула тяжелую прядь волос на бок и слегка подняла голову. Передо мной тут же открылась захватывающая и одновременно ужасающая картина: с пологого обрыва виднелась колоссального размера живописная, замкнутая в окружении высоких мглистых гор, долина. В ней уютно расположилась плодовитая зажиточная деревня, состоящая сплошь из деревянных небольших домиков, обрамленных небольшими плетеными изгородями. С некоторых свисали грозди спелого винограда и неизвестных диковинных ягод, размером с кулак салатового отлива с сиреневыми косточками. Я так и не успела запомнить все виды новых растений, трав, цветов, продуктов земледелия. Слишком мало времени провела в этом новом неизвестном мире, хоть мать и пыталась восполнить пробелы в моей памяти, а на деле — обучить свою дочь с нуля ремеслу и привычкам окружающего ее мира, надеясь, что она когда-нибудь все вспомнит.

Вспомнить то, чего не было — я не могла, потому что родилась и выросла в абсолютно других, довольно комфортных и не таких старинных условиях окружающей обстановки, поэтому просто оставила все на волю случая, постепенно приноравливаясь к необычной сказочности новой реальности.

Прищурила свои крупные глаза с пушистыми светлыми ресницами и всмотрелась в даль: на всей простирающейся территории деревни шло нешуточное жестокое побоище. Люди в простых льняных одеждах с душераздирающими криками и воплями разбегались с главной площади — кто пытался укрыться в своем доме, кто прямиком стремглав направлялся в лес. Необъятная чернь в ореоле клубящейся тьмы раскинула грубые извивающиеся щупальцы и пыталась схватить убегающий с диким страхом народ. Из-за спины крупного неизвестного чудовища показались какие-то неприглядного вида существа среднего роста. На них были одеты металлические латы, прикрывающие все тело. Лица плотно закрыты серебристого отлива забралом, поэтому рассмотреть что-то большее не представлялось возможным. Правда из-под прочных шлемов выходил едва заметный черный дым, от чего тело пробирал липкий струящийся страх.

Я попыталась осмотреть еще раз разгромлявшую сознание картину и понять, как поступить дальше. Корзина с небольшой гроздью серебряных монет лежала ребром в ворохе зеленого пушистого мха, который начинал забирать лесные владения в свои мягкие пружинистые сети от первого высоченного древа, ведущего в темный прохладный лес. Страшное диковинное чудовище в сопровождении неизвестного «люда» с мечами и странными кривыми «тесаками» наперевес подняли удивительно странную тревогу внутри, и я, подхватив полы своего длинного просторного платья, медленно поползла в обратную сторону — к спасительной тени густого прохладного леса.

Сделав всего пару «шажков», тут же неуклюже бухнулась в объемистые кусты папоротника, поскольку рядом протрубил величественно и бравадно звук, исходящий словно из шофара. Я с детским писком опять прикрыла голову, поскольку из леса быстро и стремительно наступали отряды высоких подтянутых мужчин с прямо-таки одухотворенным выражением лица. Среди них выделялись в незначительном количестве светловолосые мужчины-воины, но в разы меньше темноволосых. У всех льдисто-бледная кожа, чуть суженые глаза с пламенным взглядом и решительно вздернутые острые носы. Каждый воин был непередаваемо красив и идеально «очерчен» со всех сторон. Я никогда прежде не видела таких прямо-таки божественно красивых мужчин, поэтому тут же смутилась своего незавидного положения в кустах многолетнего растения. Попыталась отползти незаметно в сторону, но в этот миг призывной звук рога так внушительно громко запел в руках крайнего воина, что я снова отчаянно уперлась руками в прохладную рыхлую землю. Последний величественно прошествовал почти вплотную с пышными кустами, впрочем плотно скрывающими мое присутствие под их листьями, и мне представилась возможность рассмотреть вблизи чудное создание: чуть искрящаяся, почти мраморная кожа, острые излишне нежные черты лица, которые добавляли какой-то несочетающейся женственности наряду с жестким ястребиным взглядом зеленых глаз, резко очерченные скулы и гордо поднятое лицо вместе с королевской осанкой. А самое главное, что слегка повергло меня прямо в панический ужас —длинные, тонкие, сужающиеся кверху уши. В памяти сверкнул обыденный рассказ моей «новой» матери и незамысловатое сказочное слово — «эльфы».

В тот миг я просто не поверила и не стала особо впитывать всю информацию, когда «мама» с большой осторожностью поведала о лесных жителях с бесконечно долгой жизнью и непревзойденной силой в сочетании с ловкостью управления оружием и высоко развитым интеллектом. А сейчас жалобно поджала губы, в страхе взирая на высокого изящного красавца с холодным твердым взглядом.

Откинув длинные золотистые пряди, эльф что-то сказал своему соседу, и все, глянув на кого-то впереди, с громкими криками кинулись в атаку. Отзвук конной езды, свист острых стрел наперевес с мечами и протяжные оглушающие крики всадников — все тут же слилось в серую пелену перед моими глазами.

Я на миг прижалась еще сильнее к земле, но, когда поляна с невысоким обрывом опустела, медленно и аккуратно поползла обратно — любопытство взяло верх!

Эльфы с безумной храбростью бросались на подступающих и крушащих все на своем пути странных существ в серебристых латах. Мне стало интересно, удастся ли увидеть, что спрятано под забралом у этих созданий, откуда уже огромными комьями валил черный дым. Рядом десяток эльфов пытались окружить черную нечисть, разительно быстро орудующую щупальцами. Впереди добрых воинов выделился один высокий темноволосый эльф, с довольно широкими плечами и внушительной мускулатурой. Холодный спокойный взгляд, заостренные изящные скулы, внушительный рост — весь его облик явно выделял в нем лидера. Наверное, это их командир. Я еще пристальнее всмотрелась в идеально сложенный облик привлекательного мужчины, который уверенно быстрой походкой выбился вперед — прямо к омерзительно-ужасающей пасти монстра. В его движениях сквозило настойчивое злое стремление уничтожить опасную тварь, уничтожающую все на своем пути.

Быстро перемахнув огромное черное щупальце, окутанное темным клубящимся дымом, он быстро развернулся вокруг себя и c удивительной меткостью вонзил длинный острый меч прямо в змеящуюся пасть. Неукротимая нечисть неистово закричала и заметалась в жуткой агонии по старинной площади, разметая вокруг себя все в мелкие щепки. А уже следом за ней быстро наползали неизвестные враги в серых латах и окутывающим их дымом. Остальные эльфы бросились навстречу жуткому противнику, не выказывая ни капли сомнения или страха. Темноволосый воитель тяжело выдохнул и развернулся в сторону подступающих неприятелей.

Неожиданно, теряющая жизнь в своем теле, жуткая тварь издала скрипящий душераздирающий крик и резко выбросила вперед мохнатое тяжелое щупальце. Темноволосый мужчина оглянулся чуть позже, чем того требовала осторожность и был моментально сжат в плотные тиски и молниеносно отброшен в густую чащу плотных высоких кустов.

Я сдавленно вскрикнула и инстинктивно зажала рот рукой, чтобы не выдать своего присутствия. Проследила за направлением упавшего «тела» и, подобрав подол, быстрыми шагами поспешила в тень раскидистых деревьев. Аккуратно раздвигая широкие глянцевые листья, больше напоминающие гигантские лопухи, я медленно подступала к лежащему. Сердце отчаянно колотилось. Мне было страшно узреть искалеченное тело или зияющие кровавые раны на теле мужчины. Глаза я держала наполовину прищуренными, чтобы не завизжать от увиденного.

В поле зрения показалось темно-зеленое одеяние с кожаными узорными вставками наперевес с тяжелым, внушительного размера мечем. Грудная клетка слабо вздымалась, от чего мне сделалось чуть легче. Отодвинув в сторону последний чарующе-салатовый мерцающий лист неизвестного кустарника, мне представился наконец полный образ поверженного воина: мужественный смелый взгляд, решительно устремленный ввысь острый подбородок, чуть суженные глаза дымчатого оттенка. Он тяжело и прерывисто дышал, не решаясь двигать своими конечностями.

На краткий миг мое дыхание убыстрилось от необычайно-величественной атмосферы, которая окутывала павшего командира. Губы мои задрожали, а ноги в миг ослабели. Мне стало от чего-то жутко страшно и при этом тоскливо, будто что-то внутри меня отчаянно протестовало и при этом одновременно жаждало выхода. Странное состояние усугублялось по мере приближения к незнакомцу. Мне почему-то хотелось убежать обратно и неимоверно тянуло вперед. Я все-таки пересилила охватившую меня тревогу и аккуратно присела рядом с прекрасным мужчиной. Тот слабо дышал, предчувствуя свою приближающуюся кончину. Глаза его на миг встретились с моими, и он гордо и молчаливо вытянулся. Тело его напряглось, будто не желало показывать слабины даже в последний миг его длинной жизни.

Я быстро бросила взгляд вниз и заметила огромный острый сверкающий шип, который вонзился упруго в тело, прошив его насквозь. Откуда взялся этот шип, я не поняла. Может, это был последний козырь в рукаве мохнатой твари, который она достала при своей погибели. Дело принимало явно очень плохой оборот, я сразу осознала неминуемую кончину темноволосого эльфа.

Мне пришло в голову, что надо бы вытащить этот ужасный отвратительный шип, зачем —
не знаю. Просто мелькнула картина, что так всегда делали в фильмах, чтобы облегчить страдания умирающему.

— Не надо, — темноволосый мужественно и твердо накрыл мою руку, которая уже опустилась на отвратительный шип. — Убегай отсюда, скорее! — лицо его в миг стало серой твердыней, вызывая суеверный страх.

Надо бы было мне прислушаться и бежать без оглядки в свой дом, оставшийся далеко позади на окраине густого темного леса. Но я не могла отвести глаз от этого необычного создания. Твердый непреклонный вид всего тела сообщал о непримиримости со своей судьбой. Я, не осознавая, что творю, прикоснулась своей ладонью к его бледной чуть мерцающей щеке, слегка погладив ее пальцами. Гордый и уверенный эльф чуть дернулся в сторону, явно возмущенный неожиданным поступком простой юной девушки; губы уже раскрылись в твердом желании осадить дерзкую девицу, которая явно не знала, кто он, иначе бы не посмела его коснуться, но я только увереннее погладила его по лбу, явно не желая оставлять перед смертью смелого воина одного.

В душе промелькнуло странное чувство свободы, как будто изнутри что-то стремилось поскорее выбраться, долго скрываясь в тени. Я мягко, но уверенно прошептала:

— Хочу, чтобы ты жил, — и тут же заметив краткий огненный всполох, вырвавшийся из-под моей ладони, моментально окунулась в непроглядную черную пустоту.

Глава 1.

Весело смеясь и шумно переговариваясь, трое ребят попеременно оглядывались назад, что повергало меня в крайнее смущение. Мои одногруппницы задорно щебетали рядом, обсуждая вполголоса свои интимные отношения, а я понуро брела рядом, уже отчаянно сожалея о том, что дала согласие Эвелине и Веронике участвовать в студенческой заварушке.
Я училась уже на втором курсе кафедры экологии Сочинского государственного университета, а друзей как таковых, так и не обрела. Иногда общалась то с одной, то с другой девочкой с факультета, но по большему счету была одиночкой. Всегда!

Так уж сложилось, что жила я с родителями, которые работали в довольно необычной и редкой профессии, а точнее являлись археологами. С детства меня таскали по всему миру, потому что бабушек и дедушек у нас, к сожалению, уже не было. Поэтому из-за постоянной смены местожительства я просто отбросила хоть какую-то цель завести себе друзей, знала, через пару месяцев мы с семьей упакуем чемоданы, сядем в наш небольшой автомобиль и помчим к следующему месту. После того, как кое-как удалось закончить школу в Екатеринбурге, родители сразу метнулись на Юг, и мне удалось поступить в Сочинский Университет.

Мама и папа, кстати, надолго задержались в этих краях, а я и вовсе решила не уезжать больше с ними никуда. Мне уже исполнилось восемнадцать, от чего появилась возможность самой распоряжаться своей жизнью. Морской влажный климат с почти круглогодичной зеленью и устойчиво теплыми температурами в районе укрепили во мне твердое желание обосноваться в этом тропическом уголке и, наконец, насладиться размеренной студенческой жизнью.

— Серышева, давай не отставай. Почти пришли, — крикнула мне Эвелина и для пущей выразительности помахала призывно тонкой ладошкой.

Я лишь протяжно вздохнула, потому что парни с веселым игривым прищуром все чаще оборачивались в мою сторону. Ну вот зачем потащилась на эту чертову канатку?! Вообще, высоты боюсь до ужаса, а тут уже и сумерки сгущаются. Как-то совсем стало не по себе.

— Кать, — растягивая слова, обратилась ко мне худосочная брюнетка Вероника, — На тебя, кажется, запал Костик, — девушка довольно грубо и некрасиво рассмеялась, а парни опять вперились в нас странным взглядом.

— Ну запал и запал, мне то что? — бросила я скомканный ответ, хотя в душе искренне обрадовалась. Давно пора было бы завести парня, все-таки на втором курсе учусь. Все девчонки уже не одну пару сменили, с приятным чувством влюбленности окунаясь каждый раз в новые отношения. А я все одна! Книги, сериалы, учебники, да еще кружок таких же повернутых на животных и растениях, как я. Нет это все было ужасно интересно — хобби и все такое… Но по факту, учась даже на втором уже курсе, так и оставалась гордой одиночкой.

На улицах раскинулась весна в полной силе, стояла середина апреля. А для Сочи это уже почти что открытый сезон туристов. Со всех сторон ярко подсвечивали уютные теплые фонари, виднелись лотки с мороженным и сладкими напитками. Мы двигались по широкой рельефной улице, заставленной густо ароматными кофейнями, пекарнями и ресторанами. Со всех сторон сновали приезжие туристы вместе с местными зеваками и такими же юными студентами.

Глянула на телефон. Время было уже около девяти вечера. Стало немного боязно приближаться к большому утесу, где уже расположился целый комплекс с оснащаемым оборудованием и билетной кассой. Над моей головой нависли легкие сумерки, в которых слышался мерный шум цикад и стрекотание местной живности.

Девчонки впереди слегка притормозили и с двух сторон обступили рядом.

— Кать, нравится тебе Костик или нет? — двусмысленно мигнула глазами Эвелина. — Он ведь специально только из-за тебя пришел.

— Не думала об этот, — равнодушно пожала я плечами. Костя Адамов учился на факультете экономики этажом ниже, но постоянно ошивался на нашем факультете, поскольку водил тесную дружбу с двумя парнишками с нашей кафедры. Светловолосый, немного нескладный, но с довольно приятной, даже немного модельной внешностью лица. Не думала я как-то, что этот Костя влюблен в меня по ушли, да и никогда не замечала.

Девчонки опять заливисто захихикали и потащили меня к ребятам.

— Мы готовы, — гордо заулыбалась кокетливая Вероника, уже вовсю прижимаясь к своему ухажеру Сашке.

— К чему готовы? — глупо спросила я, ощущая какую-то тайную игру, которую вели ребята и в правила которой не собирались меня посвящать.

— Поедем на подъемнике кататься, — выпучила на меня глаза Эвелина и с намеком подмигнула злосчастному Костику.

— У нашего Пашки брат работает здесь сегодня. Обещал прокатить всех бесплатно, — задорно прощебетала Вероника и махнула третьему парню с рыжими короткими волосами и широким прямо «примятой картофелиной» носом. Тот быстро убежал вперед — предупредить своего родственника о том, что их сия компания уже пожаловала наверх.

Вероника ухватила своего белобрысого Сашку и они, жеманно обнимаясь, побрели вперед, ни на кого больше не оглядываясь. Эвелина убежала догонять рыжего громилу, а мне пришлось присоединиться к незадачливому Костику.

Видом своим он явно пытался показать уверенную поступь рыцаря или галантного кавалера: предложил свою руки, согнутую в тонком худощавом локте, махнул длинной белой челкой, будто стремясь показать очерченнность и точеные черты его холеного лица, подмигивал своими бледно-серыми глазами с пушистыми ресницами и криво улыбался. Вообщем делал все, чтобы выказать свою неожиданную симпатию в мою сторону.

Я же, аккуратно ухватив его под руку, почему-то постоянно отворачивалась, и кидала тревожные взгляды на расположившуюся впереди ровную площадку, где любители экстрима и горных высот с затаенной радостью ожидали медленно подплывающие кабины подъемника.

Вскоре нам навстречу, весело переговариваясь, выбежали Эвелина и ее рыжий дружок, уверенно махая нам руками. Народу в вечернее время бы не так много, поэтому мы встали в очередь рядом с большой семьей, где трое ребятишек младшего возраста настырно доставали измученных родителей.

К нам подошел высокий жилистый молодой человек, с такими же огненно-рыжими волосами, как и у брата. Тот же нос «картофелиной» и водянистые глазки. Хмуро и равнодушно оглянув мельком компанию, он дождался подходящей к ним медленно и плавуче кабины фуникулера, нажал на кнопку и махнул рукой, чтобы они забегали.

Вероника со своим дружком и Эвелина с рыжим Пашкой быстро заняли места в небольшой кабинке, после чего нажали на кнопку, чтобы дверь мигом закрылась.

Я чуть было дернулась вперед, крикнув: «А как же мы?», но ребята уже весело смеялись и махали руками, уплывая в темную даль кипы лесных просторов и горных вершин.

Почувствовала, как неизвестный мягко ухватил ее за локоть. Обернулась и заметила хитрый завлекающий взгляд Костика, который весело скалился над ее недоумением.

— А для нас будет VIP-ложа, поедем одни смотреть на закат.

Лицо у меня неприятно скривилось от осознания цели всей этой поездки на фуникулер. Надо же: постарались как ради симпатии своего друга — договорились выпросить отдельную кабинку. Мне стало уже жутко противно от этой идеи. Добавилось еще мерзкое чувство предательства и какой-то изощренной игры, которые вели с ней ее одногруппницы.

Я уже хотела мягко высвободиться из «лап» хитрого Костика, но тут мигом подплыла еще одна кабинка, а дверь бесшумно открылась.

— Я не хочу, не надо, — как маленький испуганный ребенок заканючила я, но Костя уверенно ухватил меня за руку и галантным жестом подтолкнул к кабинке.

Дверь тут же закрылась, и я понеслась навстречу своим самым темным страхам.

— Как тебе вид? — парень, немедля пересел ко мне вплотную и перекинул развязно свою руку мне на плечо. Сразу поплыл резкий запах дорогого парфюма, от которого меня чуть не затошнило. Я аккуратно сбросила его наглую руку и отсела подальше.

— Кать, разве я тебе не нравлюсь? — слишком давяще и отпугивающее прошептал резвый юноша и приблизился вплотную к моим губам. Запах парфюма прямо-таки душил своей резкостью, и мне захотелось оказаться как можно дальше от этого юного Казановы.

— Так быстро? За пару секунд? Что-то не припомню, чтобы ты оказывал мне знаки внимания? — попыталась все-таки оттянуть нежеланный момент касания его губ моих.

— Так ты просто слишком неприступная, ты мне давно уже нравишься, — и он, не желая тратить больше драгоценные минуты наедине, впился своими сухими губами в меня.

Глухой звук! Это я наобум ударила незатейливого кавалера и тут же пересела на сиденье напротив. Выпучила испуганные глаза на остолбеневшего парня. Может, не ожидал от небольшой миниатюрной девчонки такой звонкой оплеухи, а может — того, что ему отказали.

— Катька, ты что творишь? — я к тебе со всей душой, а ты… Впрочем, мне нравятся и такие ролевые игры, — и он с кривой ухмылкой азартно улыбнулся.

Я мигом осмотрела всю кабинку, но в ней не было ровно ничего, что могло бы мне помочь. За прозрачными окнами мелькала чернильная темнота. Было абсолютно непонятно, где мы находимся и сколько еще ехать. А неугомонный Костик продолжал медленно приближаться в мою сторону. Видимо, реально подумал, что я с ним играю. Вот идиот несчастный!

— Не приближайся, иначе я за себя не отвечаю! — коротко выдала, держа в руке только отсвечивающий мобильник.

— Кать, ну че ты как ребенок? — уже пристроился рядом опять злосчастный парень и начал медленно укладывать свои хлипкие ладони на мои колени.

Меня охватила дрожь. Не так я себе представляла «первый раз». Непривычно смело для себя я хлопнула парня резко по ладоням и, вскочив, прижалась к двери.

— Я выпрыгну, если не отстанешь, — уже надрывно всхлипнула я, не желая сдаваться.

— Куда? Там знаешь сколько сотен метров? — парень явно решил блеснуть остротой. — И перестань строить из себя недотрогу, — он потянул ко мне свою тощую руку, а я с силой прижалась к двери. Не заметила, как уперлась согнутой ногой прямо в кнопку, а двери тут же разъехались в разные стороны.

Не удержавшись от сильного порыва ветра, я мигом канула в темную сгущающуюся бездну, в слепом отчаянии взирая на удаляющийся огонек света маленькой кабинки.

Очнулась я в кромешной темноте, лишь крохотный желтоватый огонек свечного огарка догорал на маленьком деревянном столике рядом с постелью. Первое, что жадно забросало мозг было большое количество травяных и цветочных запахов, лишь слабо оттенявшихся легкой свежестью лесного воздуха, аккуратно проникающего из приоткрытых деревянных ставен небольшого окна.

Я попыталась подняться на локтях и осмотреться вокруг: в темноте лишь проглядывали отдельные части деревянного жилища, сложенного из крупных толстых досок. Крохотный огонек отбрасывал загадочные причудливые тени каких-то подвешенных к полкам холщевых мешочков и небольших, засушливых пучков душистых трав, букетики сухоцветов, мелкие склянки с бурлящей мерцающей жидкостью и глиняные черные горшочки с неизвестным содержимым.

— Эй, кто-нибудь? — слабо окликнула я, и где-то в соседней комнате послышался шорох одеяла, а затем быстрые шаги.

— Мелисса, девочка моя! — ко мне уже быстро протянула очень худые бледные руки довольно молодая женщина с медно-рябиновым отливом волнистых жестких волос, которые слегка выбивались из-под плотной хлопковой косынки. — Не поднимайся пока, пожалуйста. Это очень опасно, — женщина тут же откупорила стеклянный флакон, больше похожий на плоскодонную колбу, которую используют обычно для опытов на уроках химии, достала плотную пробку и плеснула в большую деревянную ложку тягучую янтарную жидкость, в которой застыли, словно в желе бутоны каких-то мелких цветов-колючек сливового отлива.

— Что это? Где я? — внутри нарастал какой-то сумеречный страх, что со мной произошло что-то странное. Последнее, что я помнила – это кабинка, мерно раскачивающаяся над бездонным глубоким утесом, и настырный Костик, который пытался облапать меня или чего еще хуже в кабинке фуникулера. Черт, а девчонки все знали! Специально укатили вперед, оставив нас вдвоем. В душе проявилось жгучее чувство предательства. Наверно, из-за того, что у меня никогда толком не было друзей, я с быстрой наивностью полностью вверяла свою жизнь незнакомым людям, не умея различать тонкости и грани человеческой натуры.

Но что произошло после? Может меня подобрал кто-то из лесничих? Наверняка, внизу проживало достаточно людей в глуши убогих бедных деревушек. Может, меня обнаружили и отнесли в дом, чтобы потом вызвать скорую? Но почему эта женщина называет меня Мелиссой? Голова тяжело загудела от бесконечных вопросов, на которые мне никто не отвечал.

— Тихо-тихо, девочка! Ты дома. Пока отдыхай и ни о чем не думай. Мне повезло вытащить тебя с того света, думала, ты отдала все жизненные силы мелкому прощелыге! И как ему удалось провести тебя? Разве он стоит твоей жизни?

Странные до ужаса слова. Какие жизненные силы? Это она про Костика что-ли? Женщина выглядела очень взволнованной, даже заметила, как несколько крупных слезинок скатились из-под ее нависших век глаз.

Она намочила маленькую льняную тряпочку в рядом стоящей плошке и приложила заботливо к моему лбу. От влажной тряпицы тоже проникали дурманящие травяные запахи, слабо окутывающие сознание и уводящие его на просторы забывчивого сна. Я снова откинулась на жесткие подушки и повернула голову в сторону окна. Ставни неплотно прикрыты, из пробивающейся щели проникает мягкий струящийся желтоватый свет луны. Слышится мягкий шорох листочков, которые еще больше укачивают меня и уводят своим шелестящем танцем в полудремное состояние. Чуть передвинувшись к окну, ощущаю жуткую боль во всем теле. Кажется, каждая косточка разломилась на мелкие остовы. На руках видны слабые синяки, будто уже сходящие. Как такое возможно? Не понимаю.

Рыжеволосая женщина снова протягивает глубокую ложку уже с новым горячим отваром, от которого слабо тянется вверх легкий дымок, в котором мерцают маленькие крупинки. Как будто звездная пыль мягким потоком расстилается в безбрежном пространстве Вселенной.

Ого, наверное, у меня точно что-то с головой! Все тело изнывает от жуткой ноющей боли, какой-то старый деревянный дом, мелькающая звездная россыпь необычного снадобья… Я отхлебнула из грубо обтесанной ложки и откинулась на постель. В глазах вновь замелькали какие-то точки, вспыхнула быстрая картина падения с жутко опасной высоты, и я отключилась.

Проснулась я уже довольно поздно. Поняла это по широко раскрытым ставням и палящим жарким лучам, проникающим сквозь деревянное окно. Слух наполняли удивительно приятные и успокаивающие звуки лесной глуши. Слышались звонкие разговоры маленьких птичек, негромкий хруст веточек и пробегающих под ними неизвестной живности; неясный шорох грызунов и ползучих тварей; ритмичная трель неизвестного существа, похожая на легкое зазывание ветра. Все вокруг дышало, пело, кишело и занималось кропотливой работой.

В доме было довольно светло — сбоку виднелась еще одна открытая настежь дверь, и оттуда тоже проникал свет полуденного солнца. Я решила внимательнее осмотреть мое жилище: красиво вырезанная из светлого дерева узкая постель стояла в темном углу; с деревянной обивки стен свисали различные мешочки, туго обвязанные тонкой нитью бечевки; у изголовья кровати плотно закреплены бутонами вниз связки каких-то малознакомых растений — мне показалось, что это были чертополох и пижма. С другой стороны невысокой спинки было вырезано в ровный квадрат окно, без всякого стекла, тусклые серые ставни распахнуты настежь. Рядом с кроватью небольшой столик, на котором уместились на чистом полотенце пузатый глиняный кувшин, в котором плескалась по виду обычная вода, а рядом небольшая кружка. Жутко хотелось пить, поэтому я, не раздумывая, налила до краев чашку и жадно набросилась на студеную холодящую воду. Вкус воды разительно отличался от той, к которой я привыкла в условиях города — чувствовалось, что местные набирали воду из родника или вырывали свою скважину.

Я решительно поискала взглядом мой мобильник. Подумала, что раз добрые люди не бросили в беде, значит, и вещей точно не станут и трогать. Спустила босые ноги на незатейливый выплетенный из лоскутков ткани коврик, приподнялась и ощутила неприятную ломоту в теле. Мобильника нигде рядом не было, да и убранство комнаты мигом отвлекло на более интересные вещи. На простой деревянной лавке расположились большие тюки, точнее мешки с какими-то ароматными специями: от одних сразу становилось легче и бодрее дышать, рядом с другими казалось сознание уплывает из текущей реальности. Я быстро набросила на открытые мешки несколько полотенец, меня стало порядком пугать это жилище с необычными сухоцветами.

Сделав несколько шагов в сторону открытой настежь двери, услышала резкий прыжок за спиной и с визгом отскочила: на подоконнике вальяжно развалился огромный пушистый кот с темной, точно угольной расцветки шерсткой. Он нагло и деловито пялился в мою сторону своими зеленющими глазами, будто сканировал мои мысли.

— Киса, — быстро подошла к коту, проявив неодолимое желание почесать хвостатого зверюгу. Но лишь приблизившись к подоконнику, на котором вольготно разлегся здоровый котяра, я с искренним страхом и изумлением завизжала и тут же прикрыла тонкой ладошкой рот: жилище, в которое меня поместили находилось в прямом смысле далеко от земли, а именно — уютно и прочно уместилось на ветвях исполинского древнего дуба, коих в моих родных местах просто не существовало.

Древо росло на пологом склоне, с которого открывался захватывающий изумительно-красивый вид на бескрайные луга, попеременно заполняемые небольшим густым колком незнакомых видов деревьев сливового и бутылочного оттенков и отбрасываемых густые пурпурно-синие тени прямо под полуденным ярким светилом. Спереди виднелись несколько чистейших озерцов, в коих вода ровной гладью отсвечивала студеную лазурно-синюю воду. А за ними на полосе горизонта высились мрачные серые вершины неприступных скалистых гор.

Сдавленно сглотнула от открывшейся картины и опустила взгляд вниз. Дом располагался на высоте десяти – пятнадцати метров в «объятьях» толстых узловатых ветвей колоссального размера древа. Весь его ствол был изрядно высохшим, шершавым и узловатым; на морщинистой бурой коре разместился целый травянистый ковер из зеленого мха, словно одеялом укутывавшего древний остов исполина. Жилистые корявые корни зарылись глубоко в твердую почву, возвышаясь гордо на окраине густого заповедного леса.

— Что это? Где я нахожусь? — сказала я сама себе, но получила непроизвольный ответ.

— У себя дома, ненаглядная моя.

— Кто это… — я отскочила от окна и вперилась диким взглядом в пушистого кота, который мирно нализывал свою шерстку.

— Далеко же ты ушла, если ничего не помнишь, Мелисса. Хотя по мне, тут что-то другое, — низким голосом произнес тучный котяра, от чего я замерла на месте, боясь даже дышать. — Что-то в твоей ауре изменилось, — зверь сузил глаза, подозрительно вглядываясь в меня строгим судейским взглядом. — Вроде та же девичья юношеская поступь, та же излишняя мягкотелость и наивность, но прибавилось что-то новое… Впрочем, хозяйка разберется… — и он вернулся к своему обыденному занятию «начищения себя до блеска».

Хотела крикнуть ему: «Ты говоришь? И как?», но это было, итак, очевидно, поэтому я просто вперилась взглядом в кота и принялась деловито обдумывать случившееся. Последним, что я помню — до одури страшную панику от падения в пустоту с этого злосчастного фуникулера. Конечно, то, что я выжила, было уже само по себе странно. Я точно не рассчитывала на чудесное спасение. А теперь я стою на своих двоих ногах. Еще вчера мое тело жутко и адски изнывало от нескончаемой боли, а уже сейчас я ощущаю слабую ломоту в области спины и ключицы, а синяки и вовсе почти исчезли. Вывод один — я, наверняка, нахожусь в коме! Весь этот несуразный бред, говорящий кот, старая сколоченная хижина на исполинском древнем дубе — просто плод моего повредившегося мозга. Вот если сейчас ущипну себя больно, наверняка, ничего не почувствую — и я с силой прищипнула нежную белую кожу чуть выше запястья.

— Ай, черт! — вскрикнула неожиданно, а из глаз проступили слезы.

Кот, весело наблюдавший за моими мыслями, гаденько выдал:

— Может, тебя подменили там? Больно чудная вернулась ты. Или Элана не смогла до конца вернуть в прежнее состояние твой мозг?

— Ты кто? И что здесь делаешь? — грубо рявкнула я упитанному зверю, который был довольно остр на язык.

— О как! Не помнишь семейного фамильяра? — оскорбленно выдал темнобрюхий.

— Я ничего не помню, не понимаю, как здесь очутилась? Где я? — надрывной крик стал переходить в громкие всхлипы, и кот, серьезно нахмурившись, принял сидячую позу.

— А что ты помнишь, Мелисса? — уже настороженно и серьезно вперился в меня кот.

— Помню, что упала с большой высоты, а потом проснулась уже здесь… — меня стало накрывать ледяным осознанием, что я больше не в своем мире… Пронзительный ужас. Дикий страх. Чувство нереальности всего происходящего. Разве такое может быть? Никогда не представляла, что после смерти в своем мире, может ожидать что-то похожее. Мелисса… Та рыжеволосая женщина звала ее точно по имени, и кот… Кажется, я попала! Точнее попала в чужое тело, оставив свое бездыханное в том прежнем мире…

Слезы рекой полились из глаз, я громко и навзрыд зарыдала, опустившись прямо на тонкий плетистый коврик. Кот тихо спрыгнул с окна и аккуратно примостился у моих коленей. Потерся мохнатыми ушками, из которых в единственном месте торчал белый смешной пушок.

— Не переживай, тебе тут понравится, солнышко.

Я с видимой грустью и пережитым шоком, взглянула на ласково трущегося своей пушистой мордахой черного кота и, слабо выдохнув, едва улыбнулась.

Из створчатого окна послышался неясный шум, и я, подхватив полы простой льняной бежевой юбки, поспешила в соседнюю дверь. Здесь было что-то подобие кухни, совмещенной со столовой и прихожей. Два просторных окна, в которые также ярким росчерком проникали слепящие опаляющие лучи. Видимо, их небольшой дом был построен специально таким образом, чтобы днем в него проникало как можно больше тепла и нагревало жилище к вечеру. Между одним из окон примостился простой деревянный стол, на котором стояли пару вытянутых кувшинов и в подобие им чашки без ручек; небольшие вазочки, в которых приятно охлаждались от полуденного зноя кустики мяты и шалфея. Рядом были аккуратно приколочены несколько полок, а вот на них стояли самые разнообразные предметы: стеклянные пузатые склянки с ядовито-зеленой и янтарной жидкостью; горшки, из которых медленно поднимался сизый дымок с мерцающими песчинками, разных размеров ступы с плотно воткнутыми в их содержимое пестиками; небольшие коробы, из щелей которых пробивался легкий сиреневый цвет. А еще травы, травы, травы... В форме букетов, в смешанных взвесях в мешочках, в небольших баночках в форме мазей или желе. Все мерцало, сверкало, переливалось, искрило и даже бурлило. Неуемное любопытство на миг вытеснило все оставшиеся вопросы и загадки из головы, погрузив в волшебный мир снадобий и диковинных настоек.

Рядом прошмыгнул угольной окраски котяра, ласково задев мои лодыжки своим пышным блестящим хвостом:

— Пожалуй, тебя заинтересовали зелья и настойки Эланы, — кустисто промяукал хитрый кот у моих ног. — Верный признак, что наша Мелисса возвращается, — и он хитро подмигнул нефритового оттенка глазом.

— Кто такая Элана? — мигом вспомнила про шум снаружи.

— Твоя матушка, конечно, — довольно прорычал когтистый зверь. — А еще сильнейшая ведьма и лучшая травница в этих землях.

Я только отрывисто сглотнула. Выходит, если все, что сейчас происходит не вымысел, и я реально не поехала разумом, меня ожидает жизнь в глуши неизведанных лесов в окружении ведьмы и толстого пронырливого кота?

Кот в это момент, кстати, подозрительно щурился и вглядывался в мое лицо. Неужели мысли читает? Щеки тут же стыдливо заалели, и я отвернулась.

Прошла неспеша через все помещение по диагонали, оглядывая всевозможные детали домашнего убранства, вплоть до затейливой плотной занавески в другом конце комнаты, отделяющей от ненужных глаз небольшой уголок. Решила попозже осмотреть каждый закоулок, поскольку невооруженным глазом было видно, что здесь еще было достаточно скрытых дверей и коморок. Толкнула массивную дубовую дверь и оказалась на маленьком дощатом балконе, который окаймляли реденькие вставки грубо отесанных перил, впрочем, дельно и точно выставленных и оплетенных лозой неизвестного растения в подобие забора. Здесь в больших кадках с приятно отдающим запахом сырой рыхлой почвы высились удивительные стебли диковинных растений, пуская нежные салатного оттенка побеги прямо наперевес с балкона, где их опаляли и давали силу золоченые лучи солнца. Наряду с побегами с неизвестных растений быстро просачивались бутоны пурпурных цветов, подтягивая свои закрытые еще головки к теплому свету.

Смотрелось это очень естественно и завораживающе, а мне почему-то с приятной грустью вспомнились пары на факультете экологии. Там в университете нас обучали грамотному и рациональному природопользованию, мониторингу экологической ситуации в разных регионах, способам поддержания и сохранения ресурсов и видов живой природы. А здесь в этом самом месте ощущалась идиллическая гармония природы и человека. Все произрастало и давало плоды в удобном для их месте, не было ограждений, асфальтных дорог, бесконечного шума трасс и смога промышленных предприятий. Зеленые луга, сменялись каменистыми степями, прохладными заповедными лесами с многовековыми деревьями, а также высоченными горными грядами с такими заманчивыми неизвестными далями.

Я в миг отдалась приятным миролюбивым мыслям, которые часто настигают человека наедине с природой, но быстро была выдернула грозным женским окриком, проносящимся откуда-то снизу:

— Мелисса?! Зачем ты встала? Сейчас же вернись в постель, — кричала довольно симпатичная рыжеволосая женщина с большими карими глазами и очень тонкими губами. Хотя, возможно, она их крепко поджала от возмущения. Я уже незаметно для себя слегка перегнулась через плетеные перила, в надежде ухватить нераскрывшийся бутон и вдохнуть его незнакомый для меня аромат.

Быстро отпрянула назад, напугавшись гнева моей новоиспеченной матушки. А вдруг она мне сейчас и веником наподдаст? Быстро стушевавшись, я попятилась задом к двери и, и не удержавшись, шлепнулась прямо мягким местом на жесткий дощатый пол. Следом за мной в большом прыжке пролетел толстый котяра и мигом запрыгнул в изголовье кровати, успев притвориться в долю секунды давно спящим.

Потирая ушибленное место, я быстро засеменила обратно в свою спальню и привалилась на льняные подушки. Вскоре послышался звук шаркающих шагов, и на пороге показалась грозная стройная женщина. Я думала, что сейчас огребу по полной. Ведь судя по тому, что я оказалась аккурат в противоположном современному миру, здесь, наверняка, просто так могли наподдать своему ребенку, даже если ребенок уже – юная молодая девушка. Но мои страхи оказались напрасными — Элана быстро обхватила меня за плечи и сильно разрыдалась. Постоянно поглаживала меня по спине и волосам, водила пальцами по бледным щека и всматривалась в мои глаза. Видимо, не могла поверить единственно важному для нее счастью — увидеть свою дочь в добром здравии.

Я чувствовала за собой непривычную вину и проступок, ведь теперь я в теле ее любимой дочери Мелиссы. А значит, девушки уже действительно больше нет в живых. Смущаясь и неловко сжимая свои ладошки, я уже приготовилась рассказать жестокую, но искреннюю правду, как почувствовала нежное легкое прикосновение к спине. Оглянулась и заметила приоткрытые зеленые глаза кота, который повел своей симпатичной мордашкой из стороны в сторону и мигнул своим левым глазом.

И я вдруг растерялась. Зачем кот пытается отговорить меня сказать правду? И откуда он вообще знает, что я хочу сказать? Но зерно сомнения уже проросло, и я слегка задрожала. Наверное, не знала, как поступить правильно, но чувствовала, что от этого зависит моя дальнейшая судьба.

— Мелисса, девочка моя! Я думала, что потеряла тебя навсегда, мне кажется, я чувствовала, как твоя душа покинула это тело, — почему-то перешла на шепот загадочная ведьма. — А потом твоя душа снова вошла в него, я использовала самые сильные средства, что знаю. И теперь ты снова передо мной, — из глаз рыжеволосой травницы снова полились обильные слезы, и мне стало очень жаль женщину. Я даже сама толком не поняла, как из меня быстрым потоком вывалились непривычные слова:

— Мама, не плачь. Это я, Мелисса. Все будет хорошо, — также тихо прошептала ей в лицо, внутренне принимая на себя новую роль, которую мне придется теперь вести в этом незнакомом загадочном мире.

Кот удовлетворенно взмахнул пышным хвостом и примостился на моей подушке, продолжая на удивление легко делать вид, что он крепко спит.

Назвавшись матушке именем Мелиссы, я полностью и бесповоротно приняла новую судьбу, отчетливо осознавая безрадостную и трагичную кончину моей личности в том, теперь таком далеком мире. Не понимая в полной мере загадочных и необъяснимых причин, в силу которых я оказалась в чужом теле юной, симпатичной девицы в незнакомом странном и волшебном мире, я аккуратно развернула к себе маленькое мутное зеркальце в латунной оправе и пристально вгляделась в него: пухлые бледные щеки, выразительные глубокие глаза нефритового оттенка, выдающийся прямой подбородок, который явно выдавал волевой и упертый характер юной девушки примерно семнадцати лет. Стройная миниатюрная фигура, прочем не обделенная соблазнительными женскими формами, вьющиеся красно-рябинового отлива густые волосы, такого же цвета, как и у Эланы. Словом — редкой красоты черты лица в сочетании с идеально очерченной фигуркой и пламенно-огненными кудрями — все, как любили описывать у нас в  книгах про юных ведьмочек.

— Вижу, ты довольна своей новой личиной, — сзади послышался ехидный тягучий голос, и я моментально вскрикнула.

Пушистый темный кот вольготно уместился на простой деревянной скамье и соединил ровно перед собой передние когтистые лапки.

— Кот, почему ты разговариваешь? Кто ты? — прозвучал из моих пухлых губ тонкий испуганный возглас. Я определенно не привыкла к такому странному обстоятельству и желала поскорее вникнуть во все тонкости этого неизведанного мной мира.

— Меня зовут Гидон! — хвостатый элегантно прогнулся пушистым пузом, выпятив «пятую точку» точно по вертикали и размахивая хвостом под дощатым потолком. — Я семейный фамильяр. Точнее дух, который служит верой и правдой своей хозяйке, — деловито, словно маленькому несмышлёному ребенку расшифровывал он.

— Гидон, — повторила я необычное имя, точно пробуя его на вкус. — А разве духи не являются в полупрозрачном одеянии в человеческом обличии, просвечивая свое нутро в странном сиянии? — вспомнила все, что знала о сверхъестественных явлениях из книг и фильмов в своем мире.

Кот презрительно и раздраженно фыркнул:

— Дух и привидения — абсолютно разные личины, — Гидон гордо отвернулся и свернулся в клубочек, прикрыв свои глаза пушистым хвостом.

— Извини, не хотела тебя обидеть, — стыдливо прикусила губу. — А что ты делаешь?

— Я же пояснил: помогаю хозяйке. Чую опасность. Могу найти утерянное или украденное. Вижу то, что скрыто от других людей, — он деловито приоткрыл один глаз и задумчиво вперился им в меня.

— Значит, ты сразу догадался, что я из другого мира? — мне стало жутко интересно узнать побольше про это странное необычное существо.

— Не сразу, — угрюмо вздохнул четырехлапый.

— Так это ты нашел тут девушку, Мелиссу? Что с ней случилось? — тут же вспомнила про его способности отыскивать потерянное.

Кот недовольно повертелся вокруг себя, пристраиваясь поудобнее и продолжил:

— Отправился я ее искать в деревню, еще до заката. Элана отправила дочь закупиться провизией, она давно должна была воротиться. Я по наказу хозяйки быстро пошел по следу. В деревне правда, слегка задержался, — кот вдруг неодобрительно зашипел, вспомнив что-то отнюдь не приятное. — Потом все-таки напал на твой запах, точнее ее, быстро направился в сторону леса. Здесь в глубине есть небольшое болото. Там то тебя среди кустов и обнаружил. Тут же сообщил мысленно хозяйке, и она прибежала. Вдвоем мы тебя дотащили до дома. Но была ты уже бездыханная.

Мне тут же представилась одновременно страшная и комичная сцена: как кот, упираясь на задние лапы, прихватывает полы простой льняной юбки и царственно вышагивает по извилистым корягам и кочкам, волнуясь за молодую девицу в бессознательном состоянии. Отмахнувшись от глупых мыслей, я вновь устремила твердый взгляд на хвостатого, который не спеша продолжил страшащий и ранящий душу рассказ:

— Принесли, значит, мы тебя в дом. Уложили на постель, и тут я заметил, как смутная неясная тень отошла от твоего девичьего тела. Я сразу позвал хозяйку и рассказал об увиденном. Элана — сильная ведьма и очень одарённая травница. Похватала какие-то снадобья, да и травы, постоянно вливала тебе в горло да шептала свое. Уже далеко за полночь, я и заметил, как тень снова стоит подле тела, вроде та же юношеская чистая душа, нетронутая мужчиной, тот же светлый и честный лик, но что-то в нем было не то. Тень мягко скользнула к уже холодному телу, а потом ты очнулась, — Гидон задумчиво вертел своими пушистыми усами в разные стороны, будто считывал в воздухе какую-то информацию.

Его рассказ напугал меня до одури, не говоря о том, что я не могла принять до сих пор того момента, что умерла в своем мире. Стараясь избавиться от накатившего страха, я решила перевести тему:

— Слушай, а почему ты мне намекнул скрыть правду от ее матери? — мне казалось это очень странным теперь всю жизнь претворяться чужой дочерью.

— А какой прок от этого? — Гидон вперил в меня выразительный прямой взгляд. — Мелисса была всем для хозяйки. Не знаю, как бы она пережила мысль, что ее ребенка не стало. А теперь появилась ты. Сказала б правду, и ей было бы еще тяжелее. Она бы видела тело своей дочери, зная, что в ней сидит другая чужая душа. — Что думаешь?

— Думаю, ты прав, — чуть помедлив, ответила я, хотя история с погибшей девушкой наводила мистического страху. Кажется, здесь что-то не чисто. А может есть и еще какие-то семейные загадки и тайны… Я собралась с мыслями и уже более твердым голосом выдала:

 — Кажется, теперь меня ждет новая жизнь, — благосклонно склонила голову в сторону добродушного духа: — расскажешь мне все о вашем мире? — и с глупой надеждой, что может хоть здесь у меня сложится все лучшим образом, я аккуратно присела на коврик рядом с пушистым хвостатым, принявшись выведывать у него все мельчайшие детали нового мира.

Все утро провела в умилительной беседе с Гидоном, из уст которого получила хоть какое-то представление о здешнем миропорядке. Жила я по заверению доброго духа с матерью на краю заповедного леса, просторы которого расстилались на неисчислимое количество гектаров. Точно никто не мог определить, где заканчивались его границы. Сами лесные угодья, обширные степи и зеленые луга вплоть до мглистых дымчатых гор носили гордое название Атланных Земель. Недалеко от лесистых крон располагались небольшие, но зажиточные деревеньки, куда Элана часто отправляла свою дочь прикупить продуктов и хозяйственных товаров. Последний раз я, точнее бывшая я, за этим и отправилась в небольшое поселение, но что-то случилось непредвиденное, что и привело к роковым последствиям.

Кот таинственно отводил в сторону глаза, явно не договаривая всей правды, отчего мне сделалось довольно жутковато, и я решила впредь вести себя более осторожно. В прошлой жизни я так и не научилась различать истинную натуру людей. Сказывался одинокий образ жизни, когда все время приходилось либо торчать в квартире, либо ошиваться рядом с вечно занятыми более высокой деятельностью родителями, нежели игры и воспитание с собственным ребенком. Ввиду этого, мой характер проявлялся излишней мягкотелостью и наивностью, что было чревато в современном мире опасными последствиями.

Со слов пушистого хвостатого, земли находились во власти какого-то местного князя или короля, так я это поняла, потому что титула такого здесь не было, а властителя земельных угодий называли «Великим Крионом». Обитал он довольно далеко от здешних мест, поэтому повидать большой город и величественный замок этого властителя представлялось маловероятным.

Далее хитрый дух повел речи о местных высокородных существах, населяющих таинственный и загадочный лес, на окраине коего они проживали. Описывая детально идеально сложенную стать и божественно прекрасный лик представителей эльфийской расы, во главе которой стоял верховный правитель царства Эеборн, к коему относились все те же лесные угодья, где они скромно и прижились на окраине, я презрительно фыркнула в лицо порядком ошеломленному коту.

Ну и сказки он рассказывает! В голове опять появились незваные мысли, что я окончательно спятила. А говорящий кот — бредовая фантазия моего…? Додумать не смогла и только смолчала. Эльфы, фамильяры, матушка, которая считается одной из сильнейших ведьм в этих местах… Для меня это было слишком…

Подхватила свою льняную юбку, заправила поплотнее просторную рубашку и выбежала на балкон. Кот проводим меня презрительным взглядом, однако последовал за мной. Впрочем, про эльфов и магию он больше не заговаривал. Наверное, решил, что не стоит вываливать слишком большой поток необычной информации на юную девчонку, которая, итак, кажется, не смогла толком оправиться от всего случившегося.

— Гидон, а где матушка? С утра как встала, ее уже не было… — с дотошностью вглядывалась в дикие растения, заполонившие добрую половину балкона. Сиреневые бутоны уже распустились и превратились в огромные цветки размером чуть не треть метра и источали нежный благоухающий аромат.

— Ушла за травами. С утра она собирает нересть и шалфей на лугах. Обязательно это сделать до полуденного солнца.

— Нересть? Что это? — если название второго ей было хорошо известно, то про первое — ничего.

— Нересть — многолетнее травянистое растение с мощными корнями и крупными розовыми цветами. Его корешки Элана использует для изготовления настоек от сильных мигреней. Нигде в наших землях не найти такого чудодейственного напитка.

— Скажи, Гидон, — девушка прошлась по балкону и заметила длинную крепкую лозу, свисающую почти до земли. Если не приглядываться внимательно и не отличишь ее от буйно разросшихся побегов и крупных цветов. — А моя матушка добрая или злая ведьма? — вопрос меня изрядно беспокоил еще с первой ночи, но я не могла озвучить его вслух.

Кот тут же заливисто рассмеялся и даже повалился на землю, махая стремительно пушистым хвостом и мясистыми лапами. Кажется, вопрос оказался по детски глупым, но я все равно настойчиво вперила в него взгляд, одной рукой придерживая крепкую лозу.

— Элана очень могущественная ведьма. В деревне ее уважают и побаиваются. Но она одаренная травница, помогает за небольшую сумму денег и продает различные мази, настойки и отвары. В это и отдает всю свою энергию. Впрочем, если ее разозлить, способна на очень великие творения, — кот двусмысленно улыбнулся, а я поняла, что он опять что-то недоговаривает. Вот хитрый паразит! Чувствуется, придется мне поднапрячься, чтобы завоевать его полное доверие.

Я, больше не говоря ни слова, быстро подобралась на ладонях и залезла на потертые сухие перила, ухватилась своими тонкими ладошками за толстую зеленую лозу и, размашисто оттолкнувшись, полетела над большим склоном. Когда меня понесло вместе с толстым стеблем обратно к деревянному жилищу, я быстро стала перебирать руками, опускаясь вниз, пока не достигла конца лозы — и ловко спрыгнула на твердую землю.

— Ура! Свобода! — я быстро провертелась вокруг себя на одной ноге, будто балерина и даже слегка станцевала, придерживая края юбки. — Вот же она — свобода!

— Эй, ведьмочка, вообще-то в доме есть лестница, необязательно прыгать с тарзанки, — спрыгивая с балкона на ветку невысокого молодого дерева, неодобрительно пропищал хвостатый.

— А ты мог бы и подсказать, — заливисто рассмеялась я и, отбежав к краю пологого склона, вгляделась в живописную даль. Впереди, переливаясь всеми цветами радуги, икрились зеленые пышные луга, усеянные диковинными полевыми цветами. Захотелось упасть в это безбрежное море цветов и уснуть под приятными летними ароматами.

Я уже сделала первый шаг в направлении цветущей поляны, как надоедливый кот быстро перегородил мне дорогу.

— Пока не придет хозяйка, от дома не отходи. Ее наказ, — уверенно взмахнул хвостом Гидон, словно покачал в назидание указательным пальцем нашкодившему малышу.

— С чего бы? Я уже взрослая! — недоуменно воззрилась я на мохнатого и тут же добавила: — Кстати, а сколько мне лет?

— К концу лета исполнится девятнадцать, — кот с любопытством уставился на меня.

— Прямо как мне в прошлой жизни…

— Наверное, у вас очень похожие души, поэтому и направила тебя судьба в ее тело, — зверюга принялся как ни в чем не бывало обнюхивать какие-то желтые цветы, попеременно откусывая травинки.

Тема с прошлой жизнью опять мрачной тучей осела в груди, вновь и вновь навевая ужас от произошедшего. Мне срочно нужно было отвлечься, поэтому я стала расхаживать вдоль древнего остова исполинского дуба, осматривая свои новые владения. За массивным древом позади расположился небольшой огород, в котором спели свежие ягоды, а на грядках лежали полуспелые овощи: тыквы, огурцы, сельдерей, картофель. Остальные лишь слегка смахивали на подобие знакомых: темно-коричневые корневища грозно торчали из плодородной почвы, испуская насыщенный ядреный аромат. Я, плавно прикрыв свой миниатюрный носик, спешно перепрыгнула грядку с дурманящими корешками и проследовала к пышно разросшемуся кусту пестро-лимонного оттенка. На нем большими гроздями свисали незнакомый мне сорт ягод, по виду похожий на малину, только травянисто зеленого оттенка с фиолетовыми вкраплениями миниатюрных косточек. От ягод исходил дивный нежный запах с привкусом свежих яблок, и я уверенна сорвала крупный, размером с кулак плод.

Оглянулась на кота, но тот лишь лениво развалился в тени куста и размеренно наблюдал за моими действиями. Видя, что хвостатый никак не прореагировал, с волнующим предвкушением надкусила от спелой ягоды. Во рту разлилась сладкая сочность свежего плода с нотками персика и яблок с примесью ванили. Никогда в жизни не пробовала ничего подобного: насыщенный фруктовый сладостный вкус с оттеняющей кислинкой и большим количеством сока.

Гидон смешливо захихикал от моего блаженного вида и перекатился на другой бок.

— Что это? — помахала ему здоровенной ягодой в руках, с которой капал такого-же салатового цвета сок.

— Малента — популярная ягода в наших землях, кстати, заменяет полностью воду, если последняя отсутствует, зато часто можно найти на просторах лугов.

— Вкусно, — закинула я в рот оставшийся кусок и принялась деловито обтирать руки от сока о рядом растущие лопухи.

Прошлась дальше по огороду и рассмотрела неизвестные плоды, которые здесь давала матушка природа: много различных кореньев, от некоторых почему-то исходила мерное сиреневое сияние, пузатые плоды малиновой окраски, свисающие с темно-зеленых чашечек, похожие на наш душистый горошек, плодовые деревья с алыми яблоками и янтарными плодами груш. Много странных плодов кривой изогнутой формы, даже непонятно к какому относящиеся виду. В целом — огромное изобилие простой и полезной еды, из которой можно было приготовить незатейливый обед и утолить голод.

За огражденной плотным частоколом низеньких палок изгороди расстилались таинственные темные густые лесные владения. Плотная тень высоких древних деревьев полностью приглушала солнечный свет, от чего пробирал странный озноб и мурашки.

Перед входом в лесную обитель пышными раскидистыми кустами разросся гигантский древовидный папоротник, за которым царила трепетная нерушимая тишина. Сердце волнительно замерло, с затаенным любопытством всматриваясь в темнеющие заросли лесного покрова. Кажется, там кто-то ждет меня с завидным упрямством уже долгое время… Ощутив плавно укутывающий меня странный морок, я сделала несколько шагов в сторону неприметной петляющей тропинки, как тут же услышала сзади предостерегающий окрик:

— Мелисса, куда ты собралась?

Странное наваждение тут же пропало, и я смущенно развернулась к своей новой «матери»:

— Просто осматривала наш огород, мама, — решилась я все-таки ответить грозной на вид женщине, не зная в точности как вести себя в ее присутствии.

— Не подходи к лесу, там много чужаков и опасностей, — она махнула мне рукой, чтобы я помогла подтащить к дому огромные мешки с свежесобранными цветками. В одном из низ виднелись туго обернутые бечевкой стебли фиолетовых цветов шалфея. От него исходил пряный аромат чем-то схожий с лавандой. Стебли были аккуратно подобраны друг к другу, так чтобы ни один цветок не облетел или сломался. Во втором мешке ярко пестрели болотного цвета стебли с крупными нежно-розовыми цветками, похожие отчасти на наши розы. В глубине мешка виднелись изогнутые толстые зеленые корневища. По всей видимости, это и были «нерести», диковинные растения, коих в мое мире никогда не существовало.

Элана показала мне направление рукой, и я медленно потащила увесистый тюк следуя за крепкой рукастой женщиной. С другой стороны дуба виднелась крутая изогнутая лестница, а рядом небольшой сарайчик простой деревянной постройки. Моя матушка открыла размашисто дверь и поставила под плотную тень огромный мешок с шалфеем. Я тоже затащила свою поклажу и с интересом осмотрела внутренности пристройки. На некоторых полках стояли глиняные горшки, заполненные сыпучими веществами неизвестного происхождения, чуть пониже корзины с уже опавшими яблоками и грушами. Рядом небольшие коробы с зерном и мукой. Три огромные деревянные емкости, просмолённые изнутри, в которых плескалась вода, корзинки с сушеными грибами, орехами и бобами. Вообщем, полезный запасник с продуктами и водой.

Изучив досконально съестные запасы, я медленно перевела взгляд на «маму» и встретилась с ней пристальным взглядом. Оказывается, она давно сверлила меня своими карими выразительными глазами, но не решалась начать разговор. Мне стало до жути неловко в присутствии малознакомой женщины, для которой я была смыслом и радостью жизни, поэтому щеки смущенно подернулись розовым румянцем.

— Пойдем в дом, перекусим, — довольно порывисто позвала матушка и тут же стала взбираться по лестнице.

Кот, заслышав про перекус, быстро замельтешил пушистыми лапками в сторону лестницы и мигом исчез в приоткрытой двери. Я поплелась следом, ощущая голодное урчание в животе. Кажется, спелый плод только раззадорил мой неуемный аппетит.

Пока я раскладывала тарелки и наливала свежезаваренный травяной чай в простые кружки, Элана достала плотно завернутый котелок с едой, видимо заготовленный еще с раннего утра. Сняла теплый платок и выложила на тарелки пряное овощное рагу с добавлением крупы и бобов. Рядом разложила свежие огурцы, сельдерей, какие-то корешки и много зелени. На плоской тарелке появились также вареные яйца и домашний хлеб грубого помола.

Кот принюхивался к остывшим яйцам, и я, разломив одно на части, уложила кусочки на маленькое блюдце. Хвостатый молча уселся рядом и принялся за еду. Пища была на удивление легкой, хорошо протушенной и лишь слегка солоноватой. Честно говоря, готовила Элана очень вкусно, даже несмотря на то, что большинство продуктов было с огорода.

Матушка молчала и лишь изредка посматривала на меня, из чего я сделала вывод, что она хочет о чем-то важном переговорить, но не решается.

Закончив с теплым обедом, Элана достала банку с темно-золотистым медом и сушеные яблоки. Кот быстро примостился у меня на руках, от чего травница только презрительно хмыкнула.

— Хочешь меду? — усмехаясь в зубы, посмотрела я на дородного духа, уже нетерпеливо выставившего лапы на стол.

— Если хозяйка не против, — он двусмысленно кивнул в сторону ведьмы, а та только заливисто расхохоталась.

— Вот, хитрый зверюга! — и погрозила ему шутливо кулаком, впрочем, дав взглядом добро на угощение.

Я подчерпнула небольшую ложку тягучей массы и стряхнула в подставленное блюдце, а потом так же скромно сунула ложку и себе в рот. Почувствовала сладостный пьянящий вкус дикого лесного меда, потом окунула еще одну ложку и еще.

Элана терпеливо и довольно смотрела на дочку, не отводя взгляда. Наверное, ждала удобного момента для разговора.

— Гидон говорит, ты не помнишь, что с тобой случилось? — несколько скомкано начала разговор рыжеволосая женщина.

— Не помню, — печально покачала я головой, отводя взгляд.

— Но ты же дошла до старика Кермана? Я ходила в деревню. Он уверяет, что ты как обычно взяла в его лавке продукты, а после направилась в лес, — голос матери дрогнул на последнем слове.

Я нервно поджала губы, не зная, что сказать. Выдумывать что-то, не зная абсолютно о здешних обычаях и порядках, не говоря уже о своей бывшей личности, было бы просто глупо, поэтому я вперилась взглядом в кота. Ждала его помощи. Ведь это он меня уверил не говорить правду о гибели Мелиссы. Но тот продолжал усердно слизывать мед, не решаясь вмешаться в разговор между матерью и дочкой.

— Мелисса, открой мне правду, пожалуйста, — Элана в нервной дрожи заломила тонкие кисти, — ты использовала свой дар? Отдала часть своей жизненной силы? — этот вопрос терзал неистово душу женщины, отчего она даже боялась отчасти узнать истинную правду.

— Мама, о чем ты? — удивленно взглянула я на сильную ведьму.

Элана Статвес перевела глаза на Гидона, а тот покачал головой: «Мол, говорил же тебе».

— Что ты помнишь последнее, дочка? — опасливо и тревожно сжалась Элана.

Я немного помедлила, зная, что следующими словами нанесу глубокую рану напуганной женщине:

 — Помню только последнюю ночь, как проснулась в этом доме, а ты мне давала какой-то отвар…

На лице матери застыло страшное выражение печали и ужаса. Ей стало жутко от осознания, что ее дочь не помнит ничего из прошлой жизни, включая родную мать. Элана прижала ладони ко рту, пытаясь переварить услышанное.

— Прости меня, мама… — я горько сглотнула, а из глаз потекли крупные слезы. Наверное, все это время мне так хотелось выплакаться из-за своей безвременной кончины, потери навсегда связи с моими прежними близкими, что сейчас я утратила твердость при виде такого печального и потерянного лица рыжеволосой женщины, которая в действительности потеряла свою дочь.

— Самое главное, что ты снова со мной, — она крепко обняла меня и погладила по густым волосам. — Самое главное, что ты жива, — Элана смахнула несколько слезинок с своего лица и тихо добавила: — Ты все вспомнишь, я тебе расскажу. Заново обучу всему, что знаю, — она уверенно встала и пошла к выходу:

— Когда будешь готова, спускайся во двор. Поможешь мне перебрать травы, и шумно шмыгнув носом, твердым шагом вышла из дома.

Так потекла моя новая жизнь в этой малознакомом пока для меня мире. Я приноравливалась к довольно сложному быту на окраине лесной глуши, познавала в минимальном количестве окружающую среду, часто при помощи Гидона, который притащил неизвестно откуда несколько тяжеленных старинных фолиантов. С раннего утра отправлялась с Эланой в цветущие поля, протаптывала болотистые луга и каменистые степи. Женщина интересно рассказывала о целительных свойствах растений и кустарников, многие из которых мне были знакомы. Встречались здесь и такие полезные кустики как мята, зверобой, анис, фенхель, полынь. Пару раз мы вдвоем заступали под древние кроны многовекового леса, где собирали ягоды можжевельника и черники. Неоднократно встречались ореховые деревья, и мы набирали в маленькие коробы горсти лещины. В лесных угодьях витало самое явное волшебство. Я это чувствовала всеми фибрами души, а может это сидело в самом теле Мелиссы. За высоченными листьями зеленого папоротника, проглядывали светящиеся насекомые, издавая неестественный призрачный отблеск. Странные звуки далеких песнопений не раз отзывались в моем слухе, но я ни разу не видела их таинственных носителей.

Мама, к вящему удивлению, тоже поведала о высокородной расе благородных, но обособленно живущих созданий, коих она назвала эльфами. Она рассказала о том, что удивительно красивые и сильные существа, с человеческим ликом, считают себя хозяевами леса и называют его царством Эеборн. С людьми они обычно не конфликтуют, но почти не поддерживают общения. Считают себя более одухотворенными и развитыми, не хотят ввязываться в мелкие склоки людей. Но по ее же заверению, иногда выменивают у людей нужные им вещи, которые сами не могут воспроизводить. Сама она лишь пару раз видела представителей их мужей, когда забиралась в слишком глухие дебри таинственного леса. Последний раз, темноволосый муж помог ей и указал правильный выход к тропе, но больше она ни о чем с ним не болтала.
 

Матушка также поведала, что хотя у них нет четкого запрета пересекать людьми черту лесного полога, все же наш народ старается обходить эти места стороной, побаиваясь прямой встречи с лесными жителями. На мой вопрос: «А правда ли у них длинные острые уши и белоснежные волосы?» — мама только весело рассмеялась, но не озвучила подтверждения. Тогда я стала думать, что они с Гидоном специально придумали эти россказни про эльфов, чтобы отвадить меня от случайных прогулок по лесу. Наверняка, боялись того, что нашли мое бездыханное тело внутри непроглядной глуши и решили поумерить мое девичье любопытство.

Дома Элана показывала мне различные настойки, заставляла принюхиваться к запахам и запоминать составы и ароматы, учила как измельчать в ступе ингредиенты до необходимой консистенции и смешивать цветения в зависимости от цели использования. На самом деле, это была целая наука — тонкая и трудоемкая. Поэтому запомнить в первые недели все и сразу я конечно не могла. В голове путались представители разных незнакомых видов растений, вперемешку с известными, отчего я пару раз чуть не отравилась сорными ядовитыми листами, перепутав их с чайными и заварив с ними крепкий отвар.

В целом же, моя жизнь сузилась до крохотного куска земли на окраине густого леса с видом на живописные луга и степи с другой стороны.

Я часто спрашивала маму про свой дар, о котором она упоминала еще в первый наш серьезный разговор, но эта тема вызывала невыразимые муки у нее на лице, и я печально отворачивалась и плавно сходила с неприятных вопросов.

Гидон частенько приносил из неизвестных далей различные старинные книги, многие из которых были посвящены их королевству и его подданым. Он пытался помочь мне освоиться в этом незнакомом мире, но это уже действовало слегка угнетенно. Мне было одиноко жить в маленькой хижине на дереве, тянуло посмотреть на местный быт деревней, лавки с товарами и жителей, населявших эту плодородную землю.

Поэтому все чаще я стала упрашивать маму отправиться вместе за продуктами в близлежащее селение. Сначала она наотрез отказывалась. Женщина не любила сборища кучи людей, шум и переглядывания  ее семьи. Несмотря на то, что почти все жители ближайших деревень пользовались услугами ведьмы и травницы, выкупая у нее целебные настои, мази и даже безобидные навевающие любовный морок зелья, при встрече отрешенно и с осторожностью косились недобрыми взглядами.  Ее одновременно уважали и боялись, принимали и ненавидели. Вообщем, естественная реакция обычных людей на необъяснимые вещи.

До этого страшного момента, Элана бесстрашно отпускала Мелиссу в торговые лавки: передавала через юную дочь свои склянки, масла и мази по заранее обговоренным спискам, которые оставляли местные жители в продуктовой лавке местного фермера Тариела Кермана. Люди оставляли свои монеты, а Мелисса покупала на них яйца, молоко, мясо и мелкие хозяйственные принадлежности типа мыла, расчески, книги, ткани и нити.

Сейчас же золотоволосая женщина не торопилась возвращаться в город, а тем более отпускать туда одну свою дочь в виду случившегося.

Проснувшись в погожий солнечный летний день, я быстро умылась в небольшом тазу, который стоял за аккуратно прикрытой тканевой шторкой. Почистила зубы какой-то сухой смесью, похожей на наш зубной порошок и подвязала буйно разросшиеся волосы в две тугие косы.

Спустилась резкой походкой по шаткой лестнице и углубилась в местный сарайчик, который я про себя называла «холодильником». В коробе лишь на дне осталась небольшая горка муки, молока и яиц подавно давно не было. Повертелась на месте и пошла искать Элану.

Она уже трудолюбиво копалась в черноземной рыхлой почве, вытаскивая оранжевые корешки жгучего, как редька, овоща. Неловко присев рядом, схватилась крепко за толстые зеленые ветки и, поднатужившись, выдернула упрямый корень.

— Мама, — начала я деловито разговор, — у нас совсем не осталось припасов. Конечно, есть много продуктов с огорода, но хорошо бы прикупить муки, крупы и молочных продуктов.

Элана продолжала вытаскивать вредные коренья, которые уютно гнездились в теплой рыхлой земле и явно не желали покидать своей обители.

— Мама, пожалуйста, мы не можем теперь прятаться здесь вечно из-за случившегося. Тем более, я что я полностью здорова, — в моем голосе прорезались умоляющие нотки. Желание выйти за пределы их дома уже выплескивалось на поверхность ее сознания, так сильно ей хотелось познать новый мир.

Обратив на меня серьезный и пронизывающий взгляд, женщина все-таки сдалась:

— Пойдем завтра с утра в деревню. Все равно хотела навестить твою тетку Миранду.

— Что? У меня есть родственники? Но почему ты не говорила? — внутри промелькнула быстрая надежда, что мне не придется ограничиваться всю следующую жизнь обществом одного человека и жирного кота.

— Миранда — сестра твоего покойного отца. Она живет в деревне, поэтому я не хочу доставлять ей особых неприятностей, частенько наведываясь в гости. Но все равно давно собиралась отнести ей несколько сборов и настоек. Так что заглянем на часок в ее обитель.

Я только удовлетворенно прикрыла глаза. Неужели, завтра я увижу людей! Несмотря на то, что в прошлой жизни я большей частью была одиночкой, именно здесь, на просторах зеленых лугов, в дали от какой-либо городской среды, я впервые прочувствовала обширность и простор нашей огромной Земли. И мне очень не хватало живого общения…

На следующее утро я проснулась очень рано. Снаружи мерцало уже крупное светило, отбрасывая нежные солнечные лучи, которые аккуратно прокрадывались к нашему домику, отгоняя прочь зыбкие тени. Хрупкие тонкие бутоны душистых цветов постепенно раскрывали тонкие ажурные лепестки, сбрасывая крошечные капли прозрачной искрящейся росы. В раскидистых кустах жимолости, ровным рядом высаженных у края пологого склона копошились невидимые моему глазу мелкие зверьки, разворачивая уже во всю кипучею деятельность нового дня.

Я быстро умылась в нашей импровизированной «ванной комнате» за шторкой и выбежала босиком на теплый деревянный пол увитого растениями балкона. Подставила свое белоснежное личико мягкому утреннему солнцу и вдохнула легкий порыв свежего ветра. Сожмурила в довольной улыбке свои зеленые глаза, наслаждаясь таким умиротворяющим мигом раннего утра. Какой чудесный и прекрасный мир! С детства любила окружающую меня природу, животных — находила в этом безмятежную радость и чистое вдохновение. Поэтому в университете посещала, организованное в стенах кампуса узкое сообщество по интересам, где мы помогали бездомным животным, высаживали деревья, облагораживали местный ландшафт. Даже переехав в Сочи, не могла в полной мере окунуться в вольные просторы местной флоры и фауны, все было застроено высоченными новостройками и закупорено плотными асфальтными дорожками. Здесь же, понимала, не хватит и жизни, чтобы насладиться окружающей величественной красотой здешней природы.

Пока блаженно грелась под лучами рассветного солнца, к моим голым лодыжкам неспешно прошествовал пушистый кот, отчаянно зевая и жмурясь от золотистого света.

— Решил составить компанию и присоединиться к моей медитации?

Кот подозрительно прищурил изумрудный глаз, явно раздумывая над последним незнакомым для него словом.

— Послушай, Гидон, а как ты оказался в нашей семье? Тебя что, кто-то приставил сверху служить нам? — каждый раз, когда я видела этого мохнатого, ворох странных вопросов поднимался в моей голове.

— Так бывает, к ведьме приставляется дух-помощник, который помогает и направляет с тех пор, как у последней проявляется дар. Ну или переходит по наследству после отхождения предыдущего родственника в мир иной.

— Значит, мать Эланы тоже была ведьмой? И сколько же поколений ты сопровождаешь нашу семью? — я бесцеремонно присела на теплый дощатый пол и погладила тучного зверюгу. Тот не сопротивлялся, уместился уютно в подоле моей юбки и блаженно замурлыкал.

Я выждала некоторое время, но вредный дух не желал открывать всю правду и лишь довольно подставлял все стороны своего мягкого тельца для ласки и мягких почесываний.

— Мелисса, иди завтракать, —послышался мамин голос из кухни.

Гидон быстро очнувшись, подлетел в большом прыжке и исчез за плотными дверями. Я тоже, быстро подтянув босые ступни, проследовала в просторную кухню, где уже на столе дымилась горячая каша, приправленная ложкой сладкого меда.

Кот примостился рядом со мной на скамью, уже вовсю наминая свою порцию и не отвлекаясь на лишние разговоры. Элана выглядела сегодня довольно сдержанной и молчаливой. Видимо, переживала от предстоящего похода к местным жителям. Поэтому я не стала нагнетать лишний раз ситуацию и доставать непрестанными вопросами о жизни селян.

После сытного завтрака, мы прихватили пару корзин, в каждой уместилось приличное количество товаров на продажу, и неспешной походкой отправились вниз по крутой тропинке в сторону близлежащей деревни. Дорога по словам матери занимала не менее трех часов, поэтому я с большим удовольствием осматривала новый для меня маршрут: небольшую тенистую рощу, в которой шумел хрустально чистый ручей, обширную и ровную степь, заросшую сплошь мятликом луговым, чабрецом и другим разнотравьем, просторные зеленые луга и небольшие прохладные озера. Впереди виднелись темно-синие вершины гор, которые слегка увеличивались по мере приближения к уже видневшемуся впереди поселению.

Мы приблизились с мамой к покатому травянистому склону, внизу которого раскинулась плодородная зеленая долина, окруженная высокими горными грядами. В центре сего природного изобилия разрослась довольно большая деревушка с множеством рядом стоящих деревянных домов с бурым настилом крыш в виде небольших пластин древесины. Жилые хозяйства тянулись в несколько рядов от большой пыльной площади, на которой возвышался величественный бронзовый памятник неизвестному гордому властителю данных земель.
 

Я во все глаза жадно впитывала новые картины подступающих сельских пейзажей. Мне было жутко интересна каждая деталь представившегося быта, хозяйственного обустройства и культуры. Вдоль площади по кругу тянулись мелкие лавки с бакалеей, скобяными товарами, выпечкой и одеждой. Мне захотелось поближе рассмотреть причудливые товары, на прилавках я уже заметила замысловатые ювелирные украшения с мерцающими в лучах полуденного солнца природными камнями, щегольские изысканные наряды, обрезы богатых тканей, и самое приятное — просто непередаваемый аромат свежеиспеченной сладкой выпечки — различные пряники, конфеты, горячий хлеб и политые сладким сиропом булочки. В желудке нещадно загремело от восхитительных запахов, и я умоляющим взглядом стала указывать маме на ближайшую лавку.

Она отрицательно покачала головой и потащила меня резво по узким проулкам, петляя между толпами прохожих. Шли мы быстро, лица мелькали смешанной пеленой перед глазами, но иногда я замечала заинтересованные взгляды, бросаемые на наши головы. Видимо, Элану и ее дочь здесь хорошо знали. С нами никто не заговаривал, лишь некоторые кивали слегка головой в знак приветствия. Наверное, никто не хотел заявлять о своем близком знакомстве с ведьмой. Я лишь непонятливо вертела во все стороны своими тугими косами, стараясь запомнить маршрут, виды окружающих меня улиц, лавок, жилых домов.

Когда мы подошли к концу переулка, я заметила небольшой, но очень уютный дом с крошеным палисадником, на котором росли кусты чайной розы и жасмина. За миниатюрными оконными ставнями трепыхались на легком ветру белоснежные занавески, цепляясь за глиняные горшки с пахучей геранью. Впечатление от увиденной картины создало образ дородной и приветливой бабушки с кучей котов и сдобными сладкими булочками, поэтому я искренне понадеялась на то, что мои ожидания окажутся неоспоримой реальностью.

Мама быстро приоткрыла калитку и твердым шагом прошествовала к дому, стараясь не оглядываться по сторонам. Громко и уверенно постучала в деревянную дверь и терпеливо осталась ждать у порога. Я стояла рядом в благоговейном молчании, с интересом вперив свои изумрудные глаза в дверь.

Спустя несколько секунд послышались приглушенные быстрые шаги и дверь скромно распахнулась. На пороге стояла очень худенькая миниатюрная женщина преклонных лет с темно-русыми жиденькими волосами, собранными в плотный пучок. Глаза ее выдали тревожность и испуганность, будто она ждала каждую минуту плохих новостей. Над лбом пролегли несколько глубоких морщин, а скулы втянулись, выдавая нервное шаткое душевное состояние стоявшей перед ними женщины.

— Элана, милая моя, девочка, — она протянула свои худые бледные руки с искренней радостью к пришедшей, а я мигом выдохнула. В душе все равно стоял невольный страх, что нас могут встретить отнюдь не тепло и гостеприимно, поэтому теплые объятия худосочной женщины сняли большой груз с моей души. После этого последовала моя очередь принимать похвалы и комплименты, и я с приятным радушием обняла свою тетю. Родственников у меня никаких кроме родителей не было в том мире, поэтому мне было очень отрадно заиметь здесь хоть кого-то, кого можно было бы иногда навещать и скоротать время за приятной беседой.

Потом тетушка позвала нас в небольшую гостиную, где усадила на плетистый диван, заботливо накрытый расписным покрывалом. Убежала на несколько минут из гостиной и вернулась с подносом, на котором разместился пузатый чайник, три чашки, вазочка с вареньем и, к моему большому удовольствию, большая стопка сдобных булочек с изюмом.

Я деловито придвинула себе чашку и начала с довольной миной заглатывать вкусный чай, попеременно жуя свежие булочки и окуная ложку в варенье салатного оттенка. Наверняка, из той же чудесной ягоды, которая росла у них в маленьком саду. Мама лишь сделала пару глотков и полезла в корзинку. Начала доставать различные склянки с мерцающим содержимым и мешочки с правильно намешанными травами. Вручила их смущенной женщине, которая с радостью приняла их и горячо поблагодарила Элану.

— От вас не было очень долго вестей, —сжимая тревожно ладони, начала тетя Миранда.

Элана поджала губы, не решаясь выдать пугающую правду и так сильно ранимой женщине. Я молча кидала любопытные взгляды на маму, она это почувствовала и еще больше напряглась:

— Дело в том, что на Мелиссу напали… Точнее использовали, чтобы она проявила свой дар, — матушка не смотрела на меня, зная, что я так и сверлю ее настойчивым взглядом.

— Когда? Где это случилось? — пугливая тетушка быстро прикрыла своими бледными руками приоткрывшийся рот, грозясь тут же потерять сознание.

Мама приподняла свою юбку и, налив полную чашку крепкого обжигающего напитка, протянула уверенно его родственнице.

— Последнее, что я знаю, она встречалась со стариком Керманом в лавке. Он говорит, что она как обычно оставила у него товары и, забрав деньги, поспешила в сторону леса. Но я не вполне ему верю. Мелисса не могла просто сдав товары отправиться на лесную прогулку. Она шла за продуктами, а потом всегда возвращалась обычной тропой. С чего бы она вдруг изменила маршрут? Мне чувствуется, что старик что-то недоговаривает, но я не могу на него давить.

— Мелисса, почему ты молчишь? — в изумлении покосилась на меня тетушка.

— Потому что она ничего не помнит с той ночи, как я вместе с Гидоном нашла ее в глубине леса рядом с болотом. Я думала, — голос мамы сорвался, и она всхлипнула, — она уже ушла за грань. Я видела ее тень… — глаза у обеих подернулись пеленой слез, от чего на меня накатило опять мрачное чувство чего-то страшного, того, что сидело во мне неизвестной пугающей тайной.

— Слава небесам, ты ее вернула, — теперь уже русоволосая женщина взяла себя в руки и погладила с нежностью руку своей золовки.

Мама бросила быстрый тревожный взгляд на меня, от чего я сильно сжалась. А вдруг она знает, что я не Мелисса, не ее дочь, а чужая, так опрометчиво и незаслуженно занявшая тело ее дочери. Я медленно отложила свою булочку и потупила взгляд в пол.

— Элана, ты поступила мужественно. Ты отличная целительница и замечательная мать. Не стоит винить себя в том, что не углядела за дочерью, — Миранда по-своему поняла тревожащие мысли еще молодой женщины и, присев поближе, обняла ее крепко за плечи.

— Ходят слухи, что с той стороны гор приближается темная нечисть. Вести скудные, скорее всего не хотят пугать жителей. Но есть новости, что наш великий Крион уже отправил несколько отрядов на окраины Атланных земель, и они не вернулись, — видимо эти вести и осаждали тревогой сердце тетушки, отчего глаза полнились предчувствием неясной тревоги.

Элана сделала глубокий вдох и выпрямила еще больше спину, проявляя недюжинные способности маскировать внутренний страх. Поводила своими карими глазами из стороны в сторону, явно обдумывая последние слова золовки.

— Значит, Гидом был прав… — замерла она на полуслове, отдавшись своим тайным мыслям.

— Мам, а что знает Гидон? — мигом ухватилась я за озвученное слух предположение.

— Миранда, на следующей неделе я отправлю к тебе Мелиссу с весточкой, расскажешь ей, что происходит в городе. Наверняка, заезжие продавцы что-нибудь знают. Возьми это! — она протянула ей маленький флакон, в котором бардовым отсветом мерцала бурлящая субстанция. — Достаточно приоткрыть его незаметно рядом с человеком, и он поделится с тобой самой нужной информацией.

— Но Элана, как я…? — женщина неуверенно сжала маленькую баночку, явно не готовая к решительным действиям, водружаемым на нее снохой.

— Ты справишься, поверь! В середине седмицы к площади подъезжают заезжие торговцы. Просто прогуляйся рядом и открой флакон. Просто так они могут и не открыть всей правды. Не заходят пугать народ. А при помощи этого средства мы узнаем нужную нам правду, — она крепко сжала тонкие худощавые ладони тетушки и по-доброму ей улыбнулась. — Ты знаешь: что предопределено свыше, неотвратимо, но мы можем все равно к этому подготовиться, — она гордо вскинула голову и поднялась: — Нам пора идти. Нужно зайти в несколько лавок.

Я тут же подскочила на месте и с грустью вгляделась в испуганную тетушку:

— Не переживайте, тетя Миранда! Я навещу вас на следующей неделе, — и быстро проследовав к женщине, обняла ее нежно за плечи.

— Мелисса, милая моя, — она прижала меня на миг и коснулась слегка теплого лба.

Я аккуратно высвободилась из хрупких объятий и шагала твердой поступью вслед за мамой, оставляя в смятении и беспокойстве маленькую стройную женщину.

   Большое спасибо моей близкой подруге Катюше за огромную помощь, идеи и поддержку моего творчества! Ты - настоящий преданный друг, который вычитывает первой мои новые главы, задает уточняющие вопросы, чтобы в тексте все было логично и не было допущено ошибок, которые часто замыливаются перед глазом писателя, а часть событий ускользaет. Это очень здорово иметь такого прекрасного друга, который поддерживает тебя в твоих начинаниях! 

Выйдя из прохладной тени небольшого уютного жилища, мы с мамой окунулись в знойную духоту полуденного часа, жестоко обжигающего нежную кожу. Прикрыв плотно калитку и оставив за собой облагороженный цветущий двор, мы направились в сторону широкой площади, которая была густо заставлена открытыми лавками с разнообразным товаром на все случаи жизни.  Стояла жуткая пыль от проезжающих мимо повозок с лошадьми; из некоторых дворов, ровным рядом прикрытых деревянной изгородью, высовывались головы кур, которых не пускали на проулочные дороги. Они крикливо шумели, топчась в огородах и на тропинках. Тут и там сновали просто одетые женщины с большими корзинами, из которых проглядывали продукты или ткани. Детворы было немного, все рядом с родительницами, ошиваясь у широких просторных юбок.

Я заметила, что все жители деревни имеют в основном чернявые или темно-русые волосы, кожа слегка смуглая и загорелая. Совсем нет белокурых и бледнокожих мужчин или женщин. Теперь понятно, почему она и мама очень выделялись среди прохожих. Их бледная светлая кожа в силу каких-то причин не поддавалась палящим лучам солнца и не окрашивалась в красноватый или смуглый оттенок. Мужчины часто косились в нашу сторону, наверное, внутри истекая слюной, хотя в глазах стояло легкое презрение и неприязнь.

Мне было это ясно, как белый день: если ты чем-то отличаешься от большинства, это вызывает открытое неприятие и противоборство. Людей посещают одинаковые мысли: если я такой, и другие должны быть такими же. А если кто не следует этого негласному правилу, значит, он чудной, не от мира сего или опасен.

Элана гордо держала голову, а осанка ее была прямо-таки королевская. Она не смотрела ни на кого, только высматривала нужные ей лавки и товары, быстро продвигалась к ним и выбирала необходимые нам вещи.

Сначала мы взяли два десятка яиц и местного козьего сыра, от которого так непривычно и ядрено дурманило протухшим запахом, что я на мгновение уверилась в том, что с мамой все в порядке. Элана только слегка улыбнулась, подметив мой зажатый нос, пока она выбирала добротную головку из молочного продукта, который здесь, наверняка, просушивали после отжима скисшего молока. Я придирчиво осмотрела неприятно пахнущую пищу, сомневаясь, что мой желудок с легкостью переварит своеобразный деликатес.

Потом мы приобрели несколько кусков мыла, одно из которых отдавало душистым цветочным запахом, а второе было похоже на хозяйственное, только темного, как деготь оттенка.  У прилавка с тканями мы почти не задержались, только взяли лоскут мешковины и пару мотков нитей.

В последнюю очередь мы подошли к бакалейной лавке, где нам услужливо наложила юная помощница своего отца — темноглазая симпатичная девушка с доброй и заливистой улыбкой, пару матерчатых мешочков с просом, полбой и гречихой, а также несколько мешочков с горохом и фасолью, муку и льняное масло. Девчонка скромно и загадочно хлопала пышными ресницами что-то шепча моей матушке, а я только задумчиво вглядывалась в их слишком тихий для моих ушей разговор, в конце которого Элана достала маленький мешочек из корзины, от которого пахнуло душицей и полынью, и передала в руки несмело осматривающейся по сторонам девицы. Последняя быстро спрятала мешочек в карман просторной хлопковой юбки и благодарно кивнула.

Мама, не оборачиваясь на меня, проследовала к рядом стоящей лавке, где разливался непередаваемо дурманящий запах свежей и теплой выпечки и разрешила мне выбрать понравившееся лакомство. По выражению лица, я поняла, что Элана не часто баловала свою дочь сладостями, поэтому я не стала наглеть и просто взяла несколько пряников и сдобных булочек, после чего золотоволосая ведьма добавила к покупкам золотисто-коричневого цвета хлеб в форме каравая, и мы, нагруженные тяжелой поклажей, направились в сторону тропы, ведущей из дома.

По дороге нас окликнул упитанный дородный мужчина средних лет с темными жидкими волосами и прямо-таки алым плохо выбритым лицом. Он размеренно прошествовал к нам и, пристально вглядевшись в мои зеленые глаза, обратился довольно свободно к матушке:

— Элана, матушка, куда это ты запропастилась? — в глазах мужчины стоял дотошный изучающий взгляд, которым он осмотрел меня, впрочем, долго не задержавшись.

— Много дел, Тариел. Сейчас вторая сборка урожая, — довольно резко и пронзительно воскликнула совсем еще приятного возраста женщина с копной рассыпавшихся ярко-медных волос.

— У меня уже накопился внушительный список закупок, которые оставляют твои постоянные почитатели, — он слегка наклонил голову, будто выказывал почтение ее способностям.

— Ну так давай же, — требовательно и уверенно протянула ему ладонь Элана, а краснолицый мужик на миг скривился от такой дерзости. Порылся, однако, в больших карманах широких тонкой ткани брюк и достал небольшой темно-желтый свиток, обвязанный аккуратно бечевкой.

— Кажется, уважаемая травница сегодня не в духе? — он слегка облизал потрескавшиеся губы и подозрительно сощурил глаза. — А ведь я так стараюсь каждый раз, помогаю тебе продавать твои удивительные и имеющие силу товары.

— Не за пустые слова, твоя помощь, Тариел, — ты получаешь хорошую монету за нашу сделку, и действенные мази для своей семьи, — ведьма вперила в него вызывающий гордый лик, отчего мужчина поджал недовольно губы и неохотно выдал:

— Рад оказать услуги таким приятным дамам, — и слегка кивнув, медленно и вызывающе побрел обратно, не оборачиваясь в нашу сторону.

— Мама, кто это? — выпучив глаза, тут же спросила я. Мужчина произвёл на меня не самое приятное впечатление, скорее какое-то мерзкое отвращение и пробирающий мелкий озноб.

Элана медленно вперила в меня взгляд, будто совсем забыла о моих провалах памяти и не понимала, что за глупые предложения я складываю в такой обыденной привычной обстановке.

— Это старик Керман, — отрывисто произнесла она, уйдя в какие-то свои думы. — Это ему мы относим наши заготовки, а он за небольшую сумму собирает с местных заказы, а потом передает через тебя мне.

У меня сложилось впечатление, что этот человек не так прост и уж точно не чист на руку, но я ничего не сказала, тем более, что матушка, итак , выглядела мрачнее тучи и всю дорогу не обмолвилась и словом.

По приходу домой, я просто валилась с ног после долгой дороги и тяжелых корзин со снедью, которые мне никогда в жизни не приходилось таскать на такие длинные расстояния. Вольготно разместившись на сухих, прогретых ярким солнцем ступенях деревянной лестницы, я спустила босые ступни в прохладную траву и прикрыла глаза.

На небе уже занимался пылающий розовый закат с примесью апельсиновых росчерков, и я тут же залюбовалась окружающей меня гармонией.

Элана неутомимо ушла на кухню готовить нам еду, разрешив мне отдохнуть немного с дороги. Я слышала, как она о чем-то негромко переговаривалась с хвостатым, впрочем, в таком тоне, чтобы лишняя информация не коснулась моих ушей. А мне было и все равно! Хотелось просто отдаться легким порывам теплого ветерка и слушать приятные звуки качающихся веток и жужжание маленьких насекомых.

Со стороны леса вдруг раздался небольшой треск, будто кто-то переломил сухую лежалую ветку. Я мигом подскочила и замерла в тревожном ожидании. Напряженно вгляделась в темнеющий покров плотно растущих старинных остовов деревьев, предчувствуя, что чей-то скрытый в тени высоких кустов взгляд неотрывно наблюдает за мной. Медленно поднявшись на первую ступеньку лестницы, услышала тихое шипение, будто какой-то опасный зверь готовился к быстрому и стремительному прыжку….

— Что ты там увидела, ведьмочка? — к моим ногам незримо прошествовал толстый котяра, обмахивая своим пушистым хвостом тонкие лодыжки.

— Там что-то … кто-то… наблюдал за мной, — с бешено колотящимся сердцем очень тихо промолвила я.

Гидон сбежал легким прыжком со ступенек и вперился своими нефритового оттенка глазами в сгущающуюся от садящегося за горизонт солнца темноту лесных угодий. Я настороженно продолжала осматривать растущие у края леса разлапистые кусты папоротника, но ничего ровным счетом странного или пугающего не заметила.

Кот недовольно поводил в воздухе носом, будто пытался определить незнакомца по запаху и, фыркнув разъяренно, развернулся ко мне наглой мордахой.

— Кто… кто это был, Гидон? — уже чуть ли не хватаясь за сердце, прошептала взволнованно я.

— Ворсы, — чуть прорычал кот, уже отвернувшись от кустистых далей и присев расслабленно рядом. — Древесные земляники. Мерзкие пакостливые существа. Обычно они не подходят так близко, живут в глубине леса в корнях самых древних деревьев.

— Они очень опасны? — страх еще не спешил отходить, не зная в полной мере, насколько это страшные создания.

—Ну-у, как сказать, — эльфов и крупных животных они побаиваются, а вот человека или мелкого зверья — нет. Честно говоря, они никогда не подбирались к нашему дому. Возможно, один из них слегка заплутал или…

— Что вы там топчитесь у порога? — недовольно ропча, выглянула главная ведьма их подворья.

— Древесник был рядом, — с намеком поведал Гидом ожидающей их травнице.

— Ты уверен? — нахмурившись, переглянулась с ним Элана.

— В полной мере. Их земляной тухлый запах я бы ни с чем не перепутал.

— Довольно странно для этих землероек, — грубо высказала свое мнение матушка. — Наверно, их привлекли запахи собранной нерести. Стоит облить рядом территорию смежным отваром. Займемся этим после ужина, — и она махнула им обоим рукой, зазывая в теплый уютный дом.

На столе уже дымилась горячая пища: протушенный картофель с овощами и кореньями, рядом стоял нарезанный сыр и хлеб, а также сладкое угощение, которое я сама отобрала в лавке.

— Не бойся их, — обратила свое внимание на меня мама. — Если не углубляться далеко в лес, то ты с ними нигде и не встретишься.

— А если все-таки когда-нибудь встречусь? — я была порядком шокирована, что к странной расе эльфов, дополнились таинственные существа, которые виделись мне чуть-ли не страшными монстрами из сказки.

— Я научу тебя, как с ними справляться, — довольно спокойно произнесла ведьма. — Есть особый отвар, можно держать одну склянку при себе, его аромат моментально отпугнет этих злыдней.

— Ты дашь мне его? — я намеревалась носить с собой сразу несколько флаконов для пущей безопасности, потому что внутри было отнюдь неспокойно.

— Конечно. Но тебе нечего делать в лесу. Там много опасностей, — она скупо улыбнулась. — Со мной тебе нечего бояться, но у тебя еще нет тех сил и знаний, что у меня, тем более что… — ведьма осеклась на секунду.

— У тебя провалы в памяти, — услужливо подсказал мясистый котяра, который притронулся только к нескольким кусочкам абсолютно не аппетитно пахнущего сыра.

— Гидон, расскажи мне, кто еще обитает в этом лесу? — любопытно осведомилась я у пушистого зверюги.

— Много кто, всех и не перечислишь, — мигом спрятав глаза в тарелку, ушел от ответа кот.

Вот интересно, ему Элана запрещает рассказывать мне некоторые вещи, или же он не хочет сам, а может ему нельзя? Кто их знает, этих фамильяров… Я подозрительно скосила глаза на Гидона, но тот продолжал как ни в чем не бывало поедать сыр, делая вид, что очень занят.

После ужина мы с мамой, наполнив большой чан с разведенным в нем травяным отваром, принялись из ковшей обливать территорию, граничащую с нашим домом. От травяного взвара шел ядреный удушливый запах, от которого я сама бы сбежала на другой конец света, поэтому после кропотливой, занявшей весь остаток вечера, работы, я расслабленно и уже более спокойно накрылась легким одеялом, в полной уверенности, что ночью никто не будет наблюдать за моим крепким сном.

Следующие пять дней прошли в утомительном, но посильном труде и заботах по хозяйству. Элана продолжала обучать меня своему «авторскому» мастерству, к которому добавились уже помимо трав основы ведовской науки, где она рассказывала про основные стихии магии, которые были подвластны наделенным даром ведуньям. Из четырех действующих стихий — огонь, воздух, вода и земля их семье была подвластна последняя из представленных. Одаренная ведьма использовала эту энергию, чтобы взращивать необычайные, недоступные другим целительные и содержащие волшебные свойства растения и коренья, из которых потом делала настойки, отвары, мази, масла и даже не хитростные зелья. Мне вспомнилось, что на грядках от некоторых кореньев шло мерное сиреневое сияние, а на полках в кухонном помещении шел мерцающий дымок из горшочков. Наверное, это и есть магия, которую претворяла матушка в жизнь.

Мне стало ужасно интересно, как можно воспользоваться своими силами, а в том, что они у меня тоже были, заботливо уведомил меня хвостатый еще на второй день пребывания в этой необычной новой реальности. Но матушка в силу каких-то причин пока обходила это стороной, не говоря уже о семейном таинственном даре, в результате которого и погибла прежняя Мелисса.

Поэтому я целыми днями вышагивала вдоль грядок, знакомясь с мясистыми и причудливо изогнутыми корешками, выслушивала, как нужно за ними ухаживать и в какой период они поспевают, что значит меняющееся сияние у хвостиков, и что делать, если оно внезапно изменило цвет. Пока мы проходили мимо широкой грядки, заполненной коричневыми уродскими корневищами, наполовину торчащими из влажной прохладной почвы, и отдающими таким ядреным ароматом, что я как обычно прикрыла свой носик, но тут заметила, что черешок и наземные листья корневища поменяли цвет с пурпурно-фиолетового на землисто-серый.

— Мама, что это? — удивленно воззрилась я на листья, будто превратившиеся в одну секунду в пепел.

Элана быстро проследовала к странно увядающему коренью и приложила руки, точнее обхватила его двумя ладонями и стала попеременно что-то шептать, не поворачиваясь ко мне лицом. Вскоре пепельные листья и черешки начали медленно заполняться зеленой насыщенной окраской, будто из шприца его наполняли чернилами. А уже через минуту странный корешок опять издавал мерное пурпурное сияние вокруг изумрудных листьев.

— Такое случается, этим растениям нужна постоянная подпитка энергией. Но если быстро не прореагировать —  растение умрет.

— Так мы используем нашу силу, чтобы лечить? — упростив до самого элементарного объяснения, тихо спросила я.

— Я бы сказала: взращивать. Мы очень хорошо чувствуем все природные составляющие, которые произрастают из земли. Иногда отдаем им немного энергии для более значительного роста, а потом они нас кормят, дают силы и наделяют тело мощным крепким здоровьем.

— Мама, а сколько тебе лет? — вдруг улыбнулась и вперила в нее хитрые глаза.

— Не так много, — загадочно улыбнулась Элана и развеселилась. — На самом деле, мы познакомились с твоим папой, когда мне было шестнадцать, а ему двадцать. А ты появилась через год после нашего союза.

— Союза?  В смысле брака? Ты вышла замуж в шестнадцать лет? — поток захвативших вопросов окутал мою любознательную голову, и я приготовилась выспросить все, что хоть мало мальски поможет мне понять свое новое я.

Элана прошла до конца огорода и присела на сухую широкую лавку. Из крупных разлапистых лопухов показалась голова Гидона, немного сонная, будто он дремал под тенью зеленых кустов. Он мигом улегся рядом с хозяйкой и, поставив одну переднюю лапку под шею, совсем как человек, приготовился тоже слушать.

— Рассказывать особо нечего. Всю жизнь я прожила за пределами Атланных Земель. Правитель наш был очень жестоким и деспотичным, а сама почва, на которой и обитали деревеньки, скудная и жесткая. Выращивать на ней что-то было сложно. Поэтому мужчины больше промышляли охотой. Жили все очень бедно под неусыпным гнетом нашего правителя, который еще требовал большое количество податей. Моего отца убили свои же темной ночью, когда возвращался с добычей с охоты. Тогда всем не хватало еды, поэтому убийства и грабежи случались часто. Мама вскоре тоже ушла в другой мир, не пережив в полной мере утраты ее супруга и тяжелых условий жизни, которые, итак, подорвали шаткое здоровье.
 

— Мне было тогда четырнадцать, я осталась одна в доме. Через несколько дней за мной приехал мой дальний родственник и отвез меня к тетке по маминой линии. Там я прожила два года, пока не сбежала со знакомой семьей торговцев, направляющихся в эти земли. У тетки моей было четверо детей и так же бедно и голодно. Я решила попытать счастья в других местах. По счастью, моя подруга по деревне поведала мне, что они отправляются в другие земли продавать товар, а возможно и освоить новое ремесло. Я упросилась с ними, и так добралась до этих мест.

— Первые дни, пока их семья остановилась в той деревушке, куда мы ходили с тобой, я провела с ними. Они были добрыми людьми и не оставили меня без крова и еды. Именно тогда я и познакомилась с твоим отцом. Он был очарован моей красотой, тем более что в здешних местах я очень сильно выделялась на фоне смуглых темноволосых девушек. Он был очень добр, относился ко мне с присущим ему уважением. Мне он тоже очень понравился сразу, и я не захотела уже дальше отправляться с семьей моей подруги. Несмотря на то, что мы пробыли в деревне всего две недели, он решительно привел меня к себе домой и познакомил с Мирандой. Он знал, что мне негде жить и не желал оставлять меня одну на улице. Родители их уже умерли, а Миранда приняла меня очень тепло. Так я и осталась у них жить. Через пару месяцев твой отец Тадеос сделал мне предложение руки и сердца, а уже сразу после скрепленного союза, я узнала, что жду тебя.

Кот блаженно жмурил своими глазками, видимо наслаждаясь приятным рассказом, который вела его хозяйка. Я же трепетно хлопала своими ресницами и не отводила глаз, желая узнать, что стало дальше.

Еще нося тебя под сердцем, я призналась твоему отцу, что у нас в семье есть дар, который передается из поколения в поколение. Объяснила, что умею хорошо работать с землей, сеять и взращивать необычные растения, овощи и корнеплоды. А уже потом с помощью их собирать целительные настои, мази многое другое. Тадеос поведал мне, что его самого это абсолютно не смущает, но вот народ у них в деревне обитает разный, и не все относятся к колдовству с одобрением.

Пока я жила с ними в доме, занималась только простыми сборами трав, выращивала привычные для здешних обителей кусты и растения, из которых варила хорошие взвары и настои. Иногда угощала соседей, которые мигом прочувствовали целительную силу моих снадобий и стали постоянно выпрашивать некоторые сборы. Так и пошла молва, что в нашей деревне обитает травница. Сначала все было в порядке вещей: люди просили сборные травы от мигрени, простуды или какой хвори. Я продавала за небольшую цену, народ это устраивало.

Но так бывает всегда… Где одному улыбнулась удача, почтение, слава, тут же находятся и завистники. Кто-то разнес слух, что я могу делать не только целительные сборы, но и применяю самую черную магию, включая привороты и сглаз. Народ стал шептаться за моей спиной, обходить стороной. И однажды, Тадеос пришел домой в плохом состоянии. Потом я узнала, что он не стерпел, как кто-то из местных обливал меня грязью и вступился. Его сильно побили. Точнее толпой, хотя твой отец был смелым и сильным мужчиной.

Мы с Мирандой ухаживали за твоим отцом, но раны были очень сильные, тогда я поняла, что то, что у меня имеется в запасах абсолютно не подходит для того, чтобы полностью излечить его. И тогда я… — голос женщины оборвался, она всеми силами желала бы скрыть этот ответ от своей дочери.

— Что? Что ты сделала, мам? —  чуть не вскрикивая, произнесла я.

— Я использовала свой дар, но не так, как его можно использовать. Я отдала ему часть своей жизни…

Я потерянно выпучила глаза, не решаясь поверить в только что услышанное. Дак вот что означали слова матушки, которые я услышала в первую ночь, как очнулась в этом мире! Элана подумала, что дочь отдала свои жизненные силы… Но кому? Зачем? Может ее заставили?

 — Мама, но как ты это сделала? — требовательно напирала я, узнав жуткую правду.

— Понимаешь, Мелисса, — она слегка сжала руки, когда мы отдаем энергию растениям, цветам, плодам, овощным культурам, мы как бы заключаем взаимный обмен. Мы даем им силу для взращивания, а они потом отдают ее обратно, когда мы используем готовые плоды в пище, целительных отварах или маслах. То есть та энергия стихийной магии земли, которую мы из себя вычерпываем, прибывает в нас чуть позже с благостной руки той же почвы.  При таком гармоничном использовании дара, женщины нашего рода живут довольно долго, особенно, если проводят свой жизненной путь на плодородной, питательной земле. Моей матери не повезло, она жила в довольно суровых условиях, в силу чего дар ее быстро увядал без должного пользования последнего. Здесь же, мы можем прожить долгую жизнь, намного дольше обычных людей.. Если конечно… — она замолчала, а я решительно дополнила:

— Если, конечно, кто-то не воспользуется нашим даром…

— За твоего отца я бы отдала и жизнь, — продолжила уже сильно подернутая печалью Элана, — поэтому прикоснулась к его телу, не раздумывая… Он быстро поправился, а вот я впала в беспамятство на несколько дней… Когда используешь этот дар в отношении человека, то нарушаешь законы природы и равновесия. Земля принимает в себя часть силы, а потом отдает обратно с спелым урожаем, но человек не может обратно вернуть отданную ему энергию, поэтому часть твоих жизненных лет сокращается…

Пока я лежала в бреду, Миранда ухаживала за мной, но Тадеос пришел в ярость. Он сильно разозлился на то, что я чуть не лишилась жизни. Твой отец отправился в город выяснить отношения с тем, кто первым напал на него — Иссар Альтер. Он был здесь местным воротилой, строил свои местные порядки. Его побаивались и слушались все жители деревни. Тадеос явился к нему, полный сил и крепкого здоровья, что ужасно напугало и еще больше ожесточило негодяев. Иссар был уверен, что никто никогда не станет ему противиться, а тут нашелся мужчина, который затыкает ему рот, да еще после сильной взбучки, возвращается к нему с претензиями без единого следа раны и синяка. Иссар достал нож, рядом были его дружки, а он всегда поступал грязно… Вообщем, он убил твоего отца… А я больше не смогла ему помочь… Не успела… Ведь после того, как отдала ему силы, лежала в полном беспамятстве…

Элана крепко держала себя, не проронила ни единой слезинки. Наверное, научилась жить с этой болью уже долгое время. Меня глубоко ранила ее история, и хотя, я никогда не знала Тадеоса, мне он теперь представлялся добрым и заботливым отцом, любящим мужем и ответственным мужчиной, который опекал свою сестру, жену, ребенка и свою дочь.

 — А что случилось позже? — ощущая неприятную тяжесть в груди от еще одной страшной правды, открывшейся мне, я чуть мягче спросила Элану.

— Ну-у, Иссара, конечно, и его нескольких дружков предали закону, после чего увезли в неизвестном направлении, туда, где содержатся многие преступники. Но в городе осталось слишком темное пятно, и было оно связано со мной. Люди стали обходить меня стороной, шептаться о произошедшем, теперь я в полной мере стала для них настоящей ведьмой, а не просто травницей-целительницей. Я не хотела подставлять еще и Миранду, да и само нахождение в доме, куда больше не мог вернуться мой дорогой и любимый супруг, вызывало во мне ужасную тоску. Я перебралась сюда, подальше от людей. Здесь мне спокойно. Я больше не подневольна скрывать свой дар, наоборот, преумножаю его и чувствую себя намного лучше, чем в окружении большого количества людей.

— Но как ты сама отстроила такой большой дом? — в удивлении вгляделась я в добрые и печальные глаза своей новой матушки.

— Мне помогли, — загадочно улыбнулась ведьма и бросила теплый взгляд на Гидона. — Этот дерзкий нахал хоть и объедает прилично нас, но имеет свои незаурядные таланты. Гидон разговаривает со всем зверьем и более разумными существами. Он просил помощи у выносливых крупных животных. Они свозили сюда бурелом. А еще помогли местные духи дриады, вот с их рук срывается настоящее волшебство.

Я совсем по другому взглянула на толстого пушистого кота, о котором всегда думала лишь как о  семейном дополнении к ведьминому наследству. Оказывается, животное, действительно, старается оберегать свою хозяйку и тщательно блюдет пост по защите ее от разных опасностей.

— Мелисса, теперь ты понимаешь, что означает твой дар? Ты ни при каких обстоятельствах не должна его применять к человеку! Ты можешь погибнуть!

— Но сколько лет… — я замялась, поскольку боялась услышать ответ, — сколько лет я отдаю, если помогаю человеку?

— Никто этого не знает. Но ты не должна рисковать. Будь осторожна впредь. И не рассказывай никому о нем никогда!

Этот разговор сильным осадком осел у меня плотно в груди. Знала бы матушка, что совсем скоро ее будущие страхи опять сбудутся, и дочь решится на отчаянный шаг, не последовав ее наказу…