Я танцую тебе любовь

Глава 1.

Уррра! Первое сентября! Я — обычная первокурсница обычного учебного заведения в самом обычном областном городе! Поступила сама, без «помощи» моих драгоценных родителей!! Сама! Кто молодец? Я молодец!

Я — Дарья Константиновна Королева (по фамилии отца) или Дарья Нестерова (по студенческому билету).

Я шла к универу легкой походкой Человека, полностью уверенным в себе и своих возможностях! И это после 18-ти лет контроля со стороны моих родителей за тем, что делаю, с кем общаюсь, кем хочу быть. Остались в прошлом все мои соглядатаи, няньки, репетиторы. Школу закончила на отлично. По натуре я максималистка. Мне чуть-чуть не надо, все, сразу и на отлично — это мое.

Когда получила аттестат, отец вызывал к себе в кабинет и заявил, что я должна поступить в МГУ, так как ему нужна дочь очень умная и очень образованная, чтобы я смогла продолжить дело всей его жизни. Но мне постоянный контроль надоел уже во как! Пыталась убедить отца, что я уже взрослый человек и сама хочу решать, где жить, где учиться. Долго мы с ним спорили. Он упертый, я еще упертее, все лучшее от него взяла. Отец неделю стоял на своем, что буду учиться под его чутким руководством и жить под его родительским крылышком. Я тоже не сдавалась, хотелось решить по-хорошему. Потом не выдержала. И стоило только устроить грандиозный скандал с угрозами, что перестану общаться с родителями, выйду тайно замуж за первого встречного и уеду в далекие дали, в глушь, в деревню…и опачки! Даже сама не ожидала такого результата. Отец после этого посмотрел на меня тяжелым темным взглядом и сказал:

-Устал я с тобой бороться. С этого дня делай что хочешь. Учись где хочешь. Но чтобы через 5 лет принесла мне диплом с отличием. И да. Будешь жить под фамилией бабушки - Нестерова, чтобы никто не трепал мне нервы информацией о твоем «примерном» поведении, и чтобы журналюги не пронюхали про тебя. С жильем тебе помогу. Денег буду давать, но столько, чтобы хватило на проживание и еду. На клубы и тряпки заработаешь сама. Если сможешь.

Я сначала прифигела. Но потом поняла, что отец снова дает мне шанс чему-то научиться. Как в 5 лет он учил меня плавать. Подвел к бортику нашего бассейна в загородном доме. Кинул на самую середину и стоял, заложив руки за спину. Мать бегала вокруг, хотела нырнуть за мной, но отец удержал ее, отодвинул подальше. На мои крики о помощи услышала его ответ: «Не утонешь, научишься плавать». И таки да, я выплыла, плавать научилась. И во всем так — кинул в гущу и плыви. Не можешь? Утонешь.

Отец — Королев Константин Иванович у меня, конечно, крут. Характер у него тяжелый, мало сговорчивый. Не всегда даже мама может его переубедить, хотя он любит ее до сих пор. Еще со времен института они вместе. Дорожит ею, ходят вместе за ручку, прям как дети. Всегда смотрела на них и завидовала — найти бы такую любовь, чтобы раз и навсегда.

Я понимала, что отец любит меня, желает для меня лучшего, но, блин, не держать же меня — хрупкую девочку-девочку в жестких рамках, заставлять делать то, что хотят от тебя родители, следить за каждым моим шагом. В школу с охраной, из школы с ней же. Даже на тренировки меня возил личный старший охранник отца, который потом и дома занимался со мной в нашел маленьком спортзале. А мне хотелось свободы, принимать свои решения, набивать свои шишки.

Отец держал свою кампанию под тотальным контролем. Предателей не щадил, дураков увольнял, ценил тех, кто умеет держать свое слово. Не зря его кампания довольно успешная и сильно прибыльная. Наша семья могла себе позволить и частный самолет (он в фирме отца был), и яхту (отец не стал заморачиваться с таким приобретением), и покупку острова в теплом океане. Но меня никогда не баловали дорогими цацками, нарядами. Не отправляли на выходные на острова, как других детишек «богатеньких буратин». Не потакали моим капризам. Только все самое необходимое для жизни и обучения. Бренды, конечно были, но одежда всегда удобная, практичная.

Мне сразу отец разъяснил — если захочу что-то подобное — заработай. И да! Строгое воспитание — наше все!

И еще. Именно отец отправил меня на самбо. Да, да. Со словами — ты должна уметь защитить себя сама, даже если рядом буду я. А мама меня тайком от отца водила на танцы. Потом отец прознал об этом, но было уже поздно, я стала победителем конкурсов, приносила домой кубки и медали. Музыка стала для меня вторым Я. Я любила танцевать. Я вливалась в нее, жила на паркете.

Примерно так и происходило мое «становление» личности. В «почти обычной» школе, куда меня отправили учиться также под фамилией бабушки, пришлось самой отстаивать право на существование. Никаких поблажек от учителей. Драки с одноклассниками за право быть собой и не прогибаться перед кем-либо. Аттестат на «отлично» и желание стать юристом.

***

Вечером после скандала с отцом я случайно (ну почти, если не считать, что прокралась на цыпочках к двери их спальни) услышала разговор родителей. Мама как всегда упрекала отца в его слишком жестком отношении ко мне. На что услышала ответ: «Я верю в нашу дочь. Она лучшее, что у нас есть, я горжусь ею. Она выплывет. Дочь должна расти бойцом, а не рафинированной дурой». Свое желание подойти и обнять отца после этих слов я задавила на корню. Тихонько ушла в свою комнату и позволила себе немного поплакать. Ну почему он прямо мне это не сказал? Он же любит меня и гордится, ну почему хоть раз не похвалил меня прямо в лицо? А мне это так надо!

Утром перед отбытием отец вызвал меня к себе:

- Если я отпускаю тебя, то это не значит, что ты после окончания учебы не пойдешь работать в фирму. Ты у меня единственная дочь, хочу чтобы дело всей моей жизни после меня не сдохло в руках чужих людей.

- Хорошо, папа. Я вернусь, просто дай мне немного свободы сейчас.

- Не радуйся, будешь жить с бабушкой. Куплю вам квартиру. Остальное все в силе. Если захочешь излишков — заработай.

***

И вот первое сентября. Я оставила в столице все свои брендовые шмотки. Накупила себе все необходимое в обычном торговом центре, чтобы не выделяться. Вот в них и пришла на занятия.

Первая пара. Очень волнительно. Как прилежная студентка я устроилась на первом ряду нашей огромной аудитории. Кое с кем из нашего потока я успела познакомиться. Кто-то даже не стал с нами разговаривать, демонстрируя «не гоже их царским мордам смотреть на нищету под ногами». Уже сидя за партой где-то за спиной услышала голос одной такой царевишны Даны: «Смотри, Мари. Вон Макс и Дэн, я тебе о них рассказывала! Как бы я хотела, чтобы кто-то из них заметил меня!».

Я оглянулась, увидела, как Дана указывает Мари наманикюренным пальчиком через окно на кого-то. Разглядеть, кого она там увидела я не успела. Прозвенел звонок и в аудиторию вошел преподаватель.

- Добрый день, студенты! Поздравляю Вас с началом вашей учебы!…

Ура! Мы — Студенты!

Глава 2.

- Макс, может хватит уже каждый год искать себе «куклу»? Я уже наигрался. Последний курс остался. Дай спокойно доучиться и свалить наконец-то из этой богадельни. Да и надоели эти пустоголовые девицы, которые готовы поскакать на тебе за пару баксов и шубку к Новому году. Вот реально уже тошнит от них. Все как одна, все на одно лицо. Жертвы пластических хирургов, бля, - я смотрел на Макса, моего школьного друга, который вместе со мной по сей день грызет гранит юридической науки, и пытался в очередной раз угомонить его половую энергию, направленную на съем очередной красотки. Лучше бы так учился, а то иногда на грани ходит. Если бы не денежки его папаши, давно бы вылетел из универа.

- Не-не-не, Дэн. Не пойдет. - Он покачал перед моим лицом своим пальцем, скалясь своей фирменной белозубой улыбкой, от которой девки готовы пешком идти за ним за горизонт. - Ты помнишь наш уговор? Что все мы делаем вместе! А ты готов предать друга в самый последний момент?! Ну потерпи еще один годик. Потом наши пути-дороги разойдутся и делай что хочешь. - Макс состроил умилительную рожу.

- А может ты меня поддержишь и прекратишь уже трахать, все что на двух ногах и в юбке? - Не повелся я, зная все его приколы.

На это Макс растянул губы в довольной улыбке и усердно завертел своей блондинистой головой, давая понять, что на это он категорически не согласен. Прям, мужской «шлюх». Красивый такой шлюх. Девки тащатся от него — натуральный блондин, высокий, подкачанный, голубоглазая мечта с улыбкой, разящей наповал женщин от 16 до 80-ти.

И поэтому мы с Максом 1 сентября стояли перед входом в универ возле своих «танков», рассматривая первогодков. И угораздило же меня на первом курсе в шутку предложить ему найти «куклу» от скуки. Так и повелось. Каждое первое сентября мы с моим другом у входа в универ выбирали очередных куколок на год. Ну или как пойдет. У меня дольше месяца-двух никто не задерживался. Надоедали все. Никаких обещаний большой и чистой любви с моей стороны никому никогда не поступало. Отношения «товар-деньги-товар», не больше. Я как-то подсчитал, сколько денег у меня уходит на такой «товар», что мне дурно стало. За год можно и машину нормальную взять, правда с пробегом. Но и девки не целки. А кто не понимал с первого раза и продолжал устраивать мне истерики и скандалы на каждом шагу, той приходилось разъяснять более конкретно-волевым способом. Я порядком уже устал от таких отношений. Всегда вспоминалась бессмертная цитата из «ДМБ» — «Мальчики, не желаете продажной любви?» После общения с ними всегда хотелось отмыться. До чистого скрипа тела.

А к пятому курсу если что и хотелось от девчонок, так это простых чувств, доверия и любви, да-да! Обычной любви, так чтобы раз и навсегда. Иногда мужикам нужна любовь, большая и светлая. Найти бы такую и больше ничего не надо для счастья. Но пока на горизонте такой девушки нет.

***

Прозвенел звонок и из дверей повалил народ. Знакомые подходили к нам, здоровались. Новенькие обходили нашу группу стороной, поглядывали с опаской. Ну а кто не побоится двух здоровых лбов в черном возле больших черных машинок, в народе прозванных «танками»? Мы с Максом любили все черное — одежду, машины. Ну а что? Держим марку мрачных парней. Все наши фанаты тоже ходили в черном и в коже. Правда Макс был блондином, а я брюнетом. Но он повязывал черную бандану, закрывая свой блонд.

Мы еще в школе с ним носили все черное, поэтому и музыкальную группу свою назвали «Черные вороны». После школы группа распалась, а привычка и любовь к черному осталась.

Когда возле нас собралось довольно много народу знакомых и полузнакомых, из двери универа вышли две куклы. На одно лицо, с одним макияжем и, такое впечатление, одной юбкой на двоих. Это я про размеры юбок, сколько на них материала ушло. Одна из них прямым ходом заправской элитной шлюхи направилась ко мне, источая медовую улыбку во все свои отбеленные зубки.

- Привет, Дэн, я Дана! Мы прямо созданы друг для друга. - Она глупо хихикнула и протянула мне свою руку для поцелуя.

Ну че, красотка! Я сделал вид, что не понимаю ее намеков от слова «совсем», посмотрел на Макса, который пожирал Дану глазами, представляя ее во всех доступных позах. Тот понял меня с первого взгляда, перехватил ее ручку и потянул на себя:

- Ну привет, Дана! Будешь моей куколкой на этот год?

Девица немного похлопала наращенными ресничками то на меня, то на Макса, что-то прикинула в своем умишке, выдала очередную улыбку и прильнула к Максу:

- Ну привет! - и уже не противилась мужской руке, во всю гуляющей у нее под юбкой.

Вторя красотка-близнец Даны мялась рядом с нами, переступая на своих высоченных шпильках. Судя по всему, у девиц предполагалось, что Дана возьмет меня, а ей достанется Макс, но все пошло не по их плану. И она стояла рядом, не зная, что предпринять. Я знаков «внимания» ей не оказывал, а Макс был уже занят ее подругой. На ее лице читалась усиленная умственная работа, что делать, кому дать, как меня захапать в свои ручки. Но пока никаких действий не предпринимала, так и перебирала своими тощими анорексичными ножками, одновременно оттягивая вниз свою юбчонку, которая все норовила открыть ее почти не прикрытые булки.

Я мысленно перекрестился, что удалось избежать очередной нимфы, как увидел, что мимо нашей компании идет девушка. Назвать ее куколкой язык не повернулся. Среднего росточка, мне по грудь. Все на своих местах. Видно, что не сторонница диет и похудения. Лицо косметологом не обезображено. В глазах цвета стали искорки ума и понимания происходящего. Одета так, как мне бы хотелось, чтобы одевалась МОЯ девушка — скромно и со вкусом - что надо видно, что не надо прикрыто. Я даже подзавис — такое еще осталось в нашем мире? И сам собой из меня раздался свист и рука потянулась перехватить ее.

Глава 3.

Занятия пролетели быстро. На большой перемене я даже успела заскочить в столовку. По дороге туда со своей новой знакомой однокурсницей Надей обменялись своими впечатлениями о первом дне, заодно спросила у Нади, что за Дэн и Макс, о которых говорила Дана.

- Да ну, - махнула она рукой, - Все уже знают. Каждый год эти двое мажорчиков ищут себе кукол. Потом их пинком под зад с новой шубкой или колечком. И весь универ потом следит за истериками и концертами кинутых обиженок.

- А ты откуда про это знаешь?

- У меня старший брат с ними на потоке учится. Он и рассказывает.

- А он сам то почему с ними охоту на куколок не устраивает?

- Они к себе никого не берут в компанию. Прям «мажоры-мажоры», крутые дальше и выше некуда, - улыбнулась Надя, - Брат говорит, что они в группе даже ставки делают, сколько очередная куколка продержится. И у кого дольше.

- Как так можно? - спросила я, - это как себя надо не уважать, чтобы, зная об этом, идти в куклы?

- Господи, - хохотнула Надя, - ты откуда такая наивная? Да на этих куклах пробы ставить некуда.

В это время в столовку вошли Дана и Мари. Не обращая внимание на других, стали в полный голос обсуждать, как они познакомятся с Дэном и Максом, как все будет шоколадно. Бэээ. Я взяла Надю и мы быстро покинули столовку, чтобы я не сблевала от их слов.

После занятий мы с Надей задержались перед выходом, давая толпе протиснуться через двери. Увидели недалеко от крыльца два больших черных джипа, перегородивших дорогу к универу, возле которых находилось около 10-12 человек. Парни громко разговаривали и смеялись. Вообще-то машинам здесь запрещено парковаться, но судя по всему, некоторым можно все и даже больше. В толпе заметно выделялись двое парней, которые стояли, прислонившись бедрами к одному из танков. Оба здоровые лбы, демонстрирующие своим видом положение хозяев жизни. Один блондин с черной банданой на голове, своими голубыми глазами выискивающими в толпе студентов жертву. Второй брюнет с черными, как ночь глазами, со скучающим выражением лица. К этой толпе походкой элитных шлюх подошли Дана и Мари. Дана потянула свою ручонку к брюнету, предлагая припасть к ней губами. Однако он на это никак не отреагировал, продолжая излучать скуку. Блондин в это время перехватил руку Даны, притянул к себе и запустил свою руку ей под юбку. Фу-фу-фу, аж зажмурилась, чтобы не видеть это порно.

- Вон, смотри, - шепнула мне Надя, - блондин — это Макс, брюнет — Дэн.

- А остальные?

- Их фанаты. Видишь, все в черном.

- «Черное братство» прям, - хохотнула я увиденной картине.

Мари в это время металась между Дэном и Максом, не зная к кому прильнуть своим любвеобильным организмом. Выглядело немного смешно и противно.

Группа «Черного братства» практически перегораживала проход и всем приходилось их обходить. Когда мы поравнялись с ними, меня кто-то схватил за руку и дернул к себе. Мгновение и я была прижата сильными руками к большому и жаркому телу в черном. Чьи-то губы зашептали мне в ухо какую-то «милую» ерунду, что-то из разряда — я твой, ты моя навеки, поедем потрахаемся. Прямо сейчас. А голос! Это же песнь сирены, а не голос, бархат в звуке, так и хочется закивать, как дурочка, головой и побежать, теряя тапки.

Ну а я что. Я ничего. Кивнула в знак согласия головой, посмотрела парню в глаза. Дэн. Высокий. Красивый черт, правильные четкие черты лица, черные прямые брови, прямой нос, губы — это преступление такие губы иметь парню, так и тянет поцеловать. Глаза, как черные омуты в обрамлении чернющих и длиннющих ресниц. Немного подвисла. Потом взяла себя в руки, громко и четко произнесла:

- Я согласна. Девочку назовем Катей, мальчиков — Саша и Семен. Жить будем в большом особняке на Лазурном берегу. Ты будешь работать, я буду тратить твои деньги.

Руки, обнимающие меня, дрогнули и разжились, я чуть не упала, потеряв опору. Но сильная рука снова уцепила меня за рукав кофточки, не давая пасть в глазах всего сообщества. В глазах парня что-то промелькнуло — испуг? Удивление? ХЗ. Разберемся.

- Я не так тебя поняла? - сделала крайне удивленное лицо среднестатистической дурочки. И для наглядности еще пару раз хлопнула ресничками. - Ну тогда девочек Катя и Оля, а мальчика Сеня.

- Ээээ…, - ответил мне Дэн.

- Ладно, можешь не продолжать. Я согласна. Но на ускоренный вариант отношений, - продолжая усиленно разыгрывать дурочку.

- В смысле? - затупил Дэн, продолжая рассматривать меня своими чернющими ошалевшими глазами.

- В прямом. Ты мне предложил неземное счастье. А я вижу его в виде большой счастливой семьи. Я, Ты и наши множественные дети. Не меньше трех. Предлагаю опустить конфетно-букетный период, чтобы не тратить лишние деньги и время. Сделаем вид, что все это у нас было. Перейти сразу к свадьбе и покупке жилья для большой и дружной семьи. Если что — у меня денег таких нет. Так что дом на тебе, - выпалила я на одном дыхании, продолжая смотреть на Дэна, стараясь не утонуть в его омутах, не забывая хлопать ресничками. Ну красив же до чего, чертяка, в груди так и екает.

- Так. Был не прав. Вспылил, - выдал Дэн известную фразу из фильма, - Ну давай хоть познакомимся, моя будущая жена и мать моих многочисленных детей. А то уже почти женат и не знаю на ком, - отмер университетский Казанова.

- Маша. Маша Иванова! - «Ну кто же тебе свое настоящее имя то скажет, дурачок». - Очень приятно! - И протянула ему свою ладошку.

- Дэн, - ответил парень мне очаровательным бархатным голосом. Он взял мою руку и поднес к своим губам, оставил на моей коже легкий поцелуй, глядя прямо мне в глаза. А у меня мурашки размером с теннисный мяч маршируют по спине под звуки «Варшавянки».

- Просто Дэн? Отчество какое-то кривое у детей получится «Дэнович» и «Дэновна», - скривила я личико в знаке неудовольствия.

- Ну тогда Денис, раз уж так все серьезно, - кивнул он мне в ответ, - Фамилия тоже известная — Иванов. Так что тебе даже документы менять не придется, - улыбка изменила его лицо. Сделала светлее, что-ли. Обаяшка прям. Даже моложе стал выглядеть. На полгода.

- Вот и договорились. Я пошла искать свадебное платье, так и быть на свои куплю, а ты решай вопрос с рестораном и жильем - отцепила его руку, повернулась, ухватила подругу за кофту и быстрым шагом пошла с Надей в сторону остановки. Главное не оглядываться, а то вернусь и наброшусь на него с поцелуями, повисну обезьяной на его крепком таком сексуальном теле. И вряд ли снять меня с него получится. Ну красавчик, ми-ми-ми.

Глава 4.

А мне понравилась! Мелкая (по сравнению со мной), бойкая, нестандартная. Даже отпускать не хотелось. Прямо сама Судьба упала мне в руки. До сих пор чувствовал тепло ее ладошки, довольно жесткой для девушки. Красивейшие хитрые серые глаза не оставили в покое и запомнились раз и навсегда. Как она ими театрально моргала, стоя из себя «ах, какую дурочку». А губы так и хотелось поцеловать. И запах ее кожи, какой-то нежный, похожий на ландыш. Я проследил за ней взглядом, заценил вид сзади. Явно девочка знакома со спортом. Все на своем месте и идет, как танцует. Надо узнать, кто такая и поговорить.

От созерцания за попкой, вернее за девчонкой меня отвлекло прикосновение к руке. Такое холодное, мерзкое, меня аж передернуло и царапнуло. Подруга Даны, мать ее, приняла какое-то решение и пыталась привлечь мое внимание своим маникюром длиной сантиметров пять. Каждый раз удивляюсь, как девки с такими когтями-то живут? С ними даже зубы почистить проблема, не говоря уже жопу подтереть, оцарапает сама себя.

Девица смотрела на меня глубоко влюбленными глазами, значит сделала свой выбор. Кукла.

- Дэнчик, меня зовут Мари, - услышал я ее томный голос, призывно приглашающий меня к половому акту прямо на капоте моей машины. Прямо здесь и сейчас, - давай сходим куда-нибудь?

Вот если еще начнет пальчиком локон наращенных волос накручивать, просто втащу ей, не посмотрю, что девочка. Аж снова в полную силу затошнило от ее голоса.

- Слушай, ээээ….. Мари. Здесь выбираю я, а не меня. И я не люблю, когда ко мне прикасаются без моего согласия, - рыкнул я в ответ, отходя как можно подальше от этого предложения вечной любви.

Бээээ. Щаз точно стошнит. Прямо на нее. Мелькнула мысль - «И как раньше мне подобные нравились? В ней же ничего человеческого нет, сплошной силикон и черпно-коробчная пустота». Я прям так и услышал свист ветра между ее ушами.

- Не будь букой, - ответили мне надутые куриной попкой губки в ярко красной помаде, - я просто хотела с тобой познакомиться. И подбирается ко мне все ближе и ближе, стараясь слиться со мной в единое целое.

И хлоп-хлоп наращенные реснички. И глазки такие глупенькие-тупенькие. И титьками из силикона четвертого размера в меня пытаются ткнуться. И для убедительности своей неотразимости почти все пуговички то, что называется кофточкой расстегнуты. Чтобы уж точно все увидел, прямо до пупа. Бррр.

И вот что мне делать, что ей ответить? Ну за что меня опять Макс втянул в это?! А, кстати, как у него то обстоят дела? Я повернулся к нему. Он уже усаживал свою новую куклу к себе в машину, открыто лапая ее задницу. Надо будет сказать, когда домой вернется, чтобы руки с хлоркой помыл, нефиг мне в дом тащить всякую гадость.

- Все. Я в кабак, - махнул мне Макс, запрыгивая за руль.

- Презики не забудь. До завтра, - кивнул я и тоже пошел к дверце своей машины, отцепляя от себя ручонки с когтями цвета фуксии в цветочек.

Пока я возился с ремнем безопасности, который как назло сегодня никак не хотел пристегиваться, открылась дверца пассажира (ну забыл я заблокировать двери, забыл. Знаю, сам дурак!) и в салон пыталась протиснуться Мари. Я аж прихерел от неожиданности и ее наглости.

- И зачем ты сюда лезешь? - просил я, недоуменно уставившись на ее потуги поднять на подножку ногу в обтягивающей юбке, от чего стали видны ее красные прозрачные труселя на выбритой пилотке.

- Подвези меня домой, милый, - и снова мед в мои уши. Блин, точно стошнит.

- Мари, ты плохо понимаешь? Здесь я выбираю, а не меня. Не старайся, я тебя никуда не повезу. Не по пути нам. Ты мне не нравишься. Я тебя не хочу и не захочу.

- Ну-у-у Дэнчик, ты же не можешь бросить девушку? - Попытки проникнуть в салон машины не прекращались. Ничего не понимает. Бессмертная она что-ли?

Народ вокруг машины со смешками наблюдал за нами, начал делать ставки, удастся ли Машке залезть в машину или нет. Это взбесило меня еще больше. Друганы, называется. Хоть бы кто помог. Да не ей, а мне.

Я перегнулся через пассажирское сиденье, молча вытолкал проникшую в машину часть туловища Мари, вернее ногу и жопу, захлопнул дверцу и выехал со двора универа. В зеркало заднего вида увидел, как она в истеричном жесте топнула ножкой на 12-сантиметровом каблуке и что-то бурно кричала в мой адрес. Дура. Все настроение от встречи с «женой» испортила.

А народ так и стоял, бурно обсуждая, чья возьмет.