Я тебя покупаю, Землянка!

- Что вы о себе возомнили? Думаете, если мы на грани, то вам можно всё?! Что мы теперь продаёмся и покупаемся? – меня захлёстывает эмоциями.

Отчаянием. Несогласием. И возмущением несовместимым с реалиями, в которых мы живем.

Человечество на краю вымирания. А Межгалактический киберсиндикат, возглавляемый инопланетными Альфами, требует за наше спасение беспрекословного подчинения.

Но есть предписания, которые я не в силах выполнить! И потому я здесь. Перед Ним. Главой Синдиката Доминум. Он восседает в своем личном модуле на высокотехнологической космической станции, повисшей прямо над бывшей столицей нашего угасающего мира.

Меня бьет крупной дрожью под непроницаемым взглядом альфы Андреана. Самого опасного и безжалостно инопланетного лидера.

Понимаю, что перехожу дозволенные границы. Так с альфами не говорят. На них даже смотреть так открыто боятся.

Но мужчина, бесстрастно взирающий на мою эксцентричную порывистость, спокоен, как гранитный утёс. Большой. С широким разлетом плеч, массивной мускулатурой и с совершенными линиями прямого носа и губ, что сомкнуты в тонкую линию.

Он лениво откинулся в инновационном кресле, при малейшем движении трансформирующимся под его комфорт. И наблюдает за мной, как за любопытной букашкой, внезапно обрётшей дар речи.

И, может, это сам инстинктивный страх, вызываемый его тяжелой аурой, так действует на меня. Однако, как бы там ни было, внутренняя дрожь перед этим хищником в человеческом обличье только усиливает моё состояние аффекта.

И толкает меня говорить.

- Вы отчего-то решили, что можете купить нас, - стараюсь, чтобы голос не дрожал, но, кажется, звучит он не так убежденно, как хотелось бы.

- А у тебя есть какие-то сомнения на этот счет? – наконец, слышу я и его голос.

Глубокий, ровный. С низкими хриплыми нотками, проникающими под наэлектризовавшуюся вмиг кожу.

В продолжение всего моего эмоционального монолога он хранил равнодушное молчание. Даже когда я красочно расписывала всю наглость и недостойное поведение его подвида. Когда, рискуя собственной невредимостью, обвиняла его подчиненных в злоупотреблении властью, этот невозмутимый представитель наших так называемых спасителей, оставался безучастным.

А сейчас в нем вдруг мелькнула заинтересованность. Альфа Андреан не поменял позу и не изменился в лице. Но на дне темных, как бездна, зрачков полыхнуло… предвкушение.

И это испугало меня больше, чем все варианты кары, которыми грозили мне его подданные.

- Мы не подкупны, - уже тише выдавила я из себя, стараясь храбриться.

- Разве? – он чуть наклонил голову и прошелся по мне оценивающим взглядом.

Волнующим. Почти осязаемым.

- А что, если я предложу цену, которая тебя устроит? – хриплым голосом, проникающим в сознание, спросил меня Андреан, и в его серых радужках полыхнул интерес.

Совершенно не тот, которого я добивалась!

Меня заметили, наконец. Однако не как личность, что достойна внимания и уважительного отношения к своей проблеме. А как… женщину. Или, если отбросив ханжество, скажем прямо, то как самку, попавшую в поле зрения хищника.

Озарение пришло запоздало. Я же сама спровоцировала это его решение! Пусть вся цель моего пламенного монолога и была совсем в другом!

- Нет такой цены! – претенциозно вскрикнула я. – Вы ничего обо мне не знаете!

Хотя внутри всё сжалось от необъяснимого ужаса. Предчувствие неминуемого хлестало меня незримыми щупальцами, утягивая в обморок.

Но я каким-то чудом продолжала держаться на ногах. И смотреть. Беспрерывно смотреть в темнеющую глубину его пугающих глаз.

Альфа межгалактического кибер-синдиката Доминум впился в меня взглядом. Так, будто уже успел купить. И это всего лишь вопрос времени, когда ему наскучит слушать мой трёп. И он решит развернуть упаковку своего приобретения.

- Алида Вебер из подземного сектора с правом работать донором нейроклеток, яйцеклеток и частично кибернезированной куклой на всяческого рода увеселительных мероприятиях. А также обладает правом подрабатывать дважды в неделю низшим обслуживающим персоналом. Безусловно, лишь в случае твоего предварительного согласия на внедрение наноботов в мозг, регулируемых пультом управления, - до зловещего бесчувственным голосом перечислил он весь, уготованный мне кошмар.

- Нет, - еле слышно выдавила из себя.

Горло сдавило надвигающейся катастрофой, перекрыв доступ кислороду.

Это всё Жалида виновата. Наша старшая сестрица. Сначала она связалась с каким-то головорезом, воровавшим запчасти из фабрик по изготовлению кибер-людей. Причем он называл это отработанным мусором, который на деле оказался засекреченными дорогостоящими деталями!

А после Жалида исчезла. Оставив меня разгребать всё, что они с ее парнем наворотили.

И я гребла, как умела.

Платила штрафы, покрывала кредиты, которые для этого приходилось брать. Налоги, которыми нас обложили, словно датчиками в восстановительных капсулах. Вкалывала и вкалывала. Продала всё, что только смогла выдернуть из нашего захудалого модуля проживания. Платила по долгам, счетам. Платила, платила, платила… пока мы не очутились в самом жутком и пропащем районе.

А когда меня уволили с последней более-менее терпимой работы за то, что моя сестра числится в бегах по статье «Нанесение вреда Синдикату Доминум», я пришла сюда. К главе всего этого захватнического инопланетного царства, притворяющегося нашим спасением. А на деле стремящегося лишь выкачивать последние крохи оставшихся у землян ресурсов. Их жизненные силы…

- Вы не понимаете…- голосовые связки плохо слушаются меня, когда я делаю слабую попытка объяснить, что с нами произошло в действительности.

- Отчего же? Я прекрасно разбираюсь в градациях низшего сословия, - усмехается тип, но в его холодных глазах при этом нет ни тени улыбки, - Знаешь ли я достаточно компетентен для того, чтобы проанализировать твою ситуацию. На твоем иждивении двое несовершеннолетних детенышей человека.

При последних словах меня передергивает. Как он может так говорить про Дилана и Нолу ?!!

Они же люди!

«Вот именно, что люди», - осекаюсь я.

Для космического представительства оборотней мы являемся чем-то до того примитивным, что нас с трудом отличают от управляемых роботов.

Но в этом есть и наша вина. Многие люди ведут себя с вервольфами так, что их сложно отдифференцировать от кибер-существ. Иногда раболепство моих сопланетников доходит до того, что альфы, наверняка, задаются вопросом – а зачем в человека вообще внедрять дорогостоящие чипы? Большинство же и так радо услужить более сильному подвиду. За ради мизерных благ под туманным солнцем.

- Не надо так морщить своё миленькое личико, - пока я размышляла, принимал голос альфы всё более проникновенные и обманчиво-мягкие интонации. – Человеческая кожа быстро изнашивается. И тебе стоит беречь то, что может хоть как-то прокормить твою многоловую семью, - продолжает он сравнивать нас с животными, хотя из нас двоих в этом помещении больше зверь он, а не я!

- А вот так уже лучше, - бархатом проходится по мне похвала альфы, вызывая иррациональное желание порадоваться ей. – Злость делает тебя притягательнее. Горячее, - продолжает он усмиряюще ласкать меня глухими вибрациями тона. – Хотя покорность такой малышке была бы больше к лицу. Однако этим я займусь позже, - резко обрывает он сладкую пытку, которой я неожиданно подверглась благодаря этой игре интонаций. – А пока что скажи-ка мне, крошка, на что ты готова пойти ради того, чтобы твои близкие выжили? Вдобавок были бы обеспечены пищей без необходимости продавать друг друга на органы для новых кибер-солдат?

На всё.

Я была готова на... Почти на всё…

Но знать этому самодовольному типу об этом не следовало.

Ведь у меня еще оставалась слабая надежда, что мне удастся забрать свой чип-док с трудовыми данными у миздера Энига и устроиться хоть куда-то работать.

Просто для этого мне необходимо было стереть из базы данных ложь о том, что Жалида будто бы участвовала в Сопротивлении. Из-за чего нас и выселили в Нижний сектор, лишив права работать в цивильных местах.

- Вот, - протянула я флеш-карту с собранными мною уликами, чему немало поспособствовали последние друзья, не отвернувшиеся от нашей семьи. – Здесь вся правда о моей сестре. Она, конечно, воровка, но не предательница Кибер-Синдиката.

- О, нет, она гораздо хуже, - блеснули глаза напротив хищной чернотой. И альфа развернул ко мне экран плазменного монитора, по которому он время от времени скучающе водил пальцами, что-то перелистывая. – Твоя сестра пару часов назад была арестована и обвинена в покушении на альфу Акселя.

Застыла. Меня будто бетонным прессом придавило к полу.

Конец.

Нам всем конец.

Если только… если только я не соглашусь на любые условия, которые предложит мне сейчас альфа Андреан…

Меня ведет в сторону. Прикрываю глаза, вцепившись пальцами в край футуристического стола.

Правда, так мы раньше называли всё, что было необычным и ассоциировалось с будущим. А теперь оно здесь это самое будущее, в реальности. Вломилось в наш дом со всей вселенской неодолимостью.

Еще до «Доминума» вервольфов.

Начали всё не они. А совершенно другое космическое войско.

Они пришли с планеты Терракот. Ничего не требовали. Их беспринципные террамёбы с лазерными бластерами в хитиновых конечностях просто рушили всё на своем пути. И не брали плененных.

На нас напали. Нас истребляли. Пока однажды их не вытеснила более необоримая сила.

И на смену нажравшимся террамёбам пришли вервольфы.

На ультрасовременных космических челноках. С модернизированием, кибернезированием и прочим отымезированием…

И вот этот последний вариант существования мне и предлагается сегодня одним из этих пресыщенных альф, с ленцой ощупывающим меня глазами.

Жду.

Не буду первой возвращать разговор к моей себестоимости.

- Упрямая. Другая уже давно бы упала в ноги и принялась просить. Умоляла бы, чтобы я сделал с ней всё, что угодно, только бы одарил своим покровительством. Молчишь? Очаровательно, - хмыкает вервольф, безошибочно разгадав, какая буря противоречий мучает меня изнутри. - А ведь я могу выставить тебя с этой станции. И пойдешь подыхать на руинах своего мира, - произносит он страшные вещи, но я не шевелюсь. Просто не слышу угрозы в его голосе. И оказываюсь права. – Итак, торг начинаю я? – спрашивает Андреан, а я сильнее сжимаю пальцы, впивающиеся в край столешницы.

Только бы не выдать сейчас своего торжества!

Ведь, возможно, я обманываюсь, но это же моя маленькая победа! Он только что уступил мне. В такой мелочи, но уступил же, верно?

Сам начал говорить об условиях сделки, спустив мне моё безмолвие.

Не стал ломать. Хотя стоило ему сделать вид, что собирается вышвырнуть меня вон, как я бы сдалась. Я бы умоляла!

Или, может, моё перевоспитание оставили на потом? И альфа решил ломать меня постепенно и со смаком?..

- Тебе выделят апартаменты в одном из сохранившихся многоэтажных «ульев», где живут твои сородичи. Сможешь поселиться там со всей семьей. Из ваших личных файлов будет удалена запись «предатели Синдиката», - перечислил альфа всё то, о чем я мечтала, когда с грохочущим за грудиной сердцем шла к нему.

Однако тогда я не готовилась к предложению, которое мне намеревались выдвинуть взамен.

Я и сейчас сомневалась, что альфа всерьез собирается выкупить меня. Зачем?

В его распоряжении любая красотка. Только руку протяни! И каждая дива с модельной внешностью будет счастлива скрасить досуг самого Андреана Доминум. Наши женщины без ума от таких, как он. Властных, жестоких… богатых…

- А взамен? – сглатываю ком, вставший поперек горла.

- Ну, ты же уже большая девочка. Предложи нечто такое, что мне понравится брать взамен, - отвечает он, выделяя слово «брать» так, что смысл сказанного не оставляет сомнений.

Крылья его носа оттопырены. И я улавливаю, как они трепыхаются время от времени, втягивая сбалансированно ионизированный воздух в закрытом модуле.

Альфа подается вперед, опустив крупные руки на стол.

Еле сдерживаюсь, чтобы не отскочить.

Теперь эта гладкая поверхность служит проводником между нами. Мы оба касаемся ее. И мне мерещится, что доминирующая энергетика альфы Андреана перетекает по этой твердой массе ко мне, как электричество. Задевая. Пробуждая что-то доселе неопознанное внутри меня.

Ловлю ртом остатки кислорода, что не успел поглотить суровый мужчина напротив. Мне чудится, что Андреан отнимает у меня даже это. Крошечные объемы воздуха, необходимые для того, чтобы самостоятельно дышать.

Он просто прессует меня всем своим существом. Не позволяя даже отшатнуться.

- Вы хотите, чтобы я… Чтобы мы… Мы же постель сейчас обсуждаем? – не говорю. Сиплю. Сама с трудом различая, что сказала.

- Постель? – разливается по его губам чистая похоть, когда они скалятся в полуулыбке. – Необязательно. Есть много других привлекательных в этом плане поверхностей. Диван, - указывает он на мягкую мебель перед округлым иллюминатором. – Стол, моё кресло, - слегка отстранившись, недвусмысленно дает мне рассмотреть свою расслабленную позу. И мои щеки начинают пылать от вида его приглашающе раздвинутых, крепких ног. А когда он хлопают себя по колену массивной ладонью, я подпрыгиваю на месте и всё же отпускаю, наконец, эту треклятую столешницу!

Хочется развернуться и броситься к выходу.

Сбежать от неминуемого попрания и срама, что мне здесь уготованы. Я не хочу так! Не хочу ложиться с мужчиной против своих желаний. Не по собственному выбору. Это противно! Меня скребет отвращение к самой себе. Не могу позволить, чтобы этот самодовольный тип касался меня. Не хочу чувствовать вблизи его терпкий мужской запах с нотками сандала, который уже сейчас норовит забить мне легкие и лишить остатков воли.

Андреан пугает меня. И не только своей продавливающей аурой. Со мной творится нечто невообразимое сейчас. Ведь он одновременно пробуждает во мне нечто такое, что я не готова признавать за собой.

Мне надо бежать, пока еще можно.

Но я не двигаюсь.

И дело не в его цепком взгляде хозяина жизни. Ему не удержать меня здесь, если я сама не соглашусь отдаться на его волю.

Однако и себе самой я не принадлежу. И уже давно.

Ведь я добровольно взяла на себя обязательства, которые твердо намерена исполнять!

- Но вернемся к еще более приятному, - едва ли не облизнувшись, приоткрывает он твердые губы и торопит меня: - Так, что ты хотела мне сказать, Землянка?

- Да, к приятному точно! – прекращаю я бегать глазами по холодным стенам модуля в поисках спасения. Его там нет. И у меня есть только я сама. – Я согласна договориться, - сообщаю быстро. Перебивая саму себя, чтоб не передумать. - Итак. Исправления в наших личных файлах будут же включать в себя и разрешение на «неанатомическую» работу?

Так со временем обозначили все виды профессий и сервисов, при выполнении которых не нужно было сдавать свои клетки, кровь, оказывать интимные услуги итд., выступать экспериментальной особью в каких-то опытах и прочее.

То есть, когда тебя обеспечивали нормальной работой. Такой, какая была у человека до всего этого хаоса и разрушения.

- Работа? – выгибается его резко очерченная бровь в изумлении.

Безусловно, вервольф не таких «приятностей» от меня ожидал, когда передавал мне слово.

- Зачем тебе работа?

«Он и в самом деле не понимает? - размышляю с секунду, прежде чем ответить. – Или насмехается, основываясь на своей предвзятости в отношении человеческих девушек?»

Вглядываюсь в непроницаемое лицо альфы. Но не нахожу там подсказок.

Приходится раскрыть цель своего желания беспросветно вкалывать и дальше.

- Чтобы зарабатывать, - произношу очевидное. – Иметь денежный баланс на счету, - продолжаю говорить, всё ощутимее осознавая, как это нелепо -объяснять само собой разумеющееся. – Обеспечивать себя и брата с сестренкой.

При упоминании близнецов на душе теплеет.

Я справлюсь. Обязана справиться ради них. Что бы ни подстерегало впереди…

Вервольф смотрит изучающе. Слегка склонив голову на бок и прищурившись.

Словно впервые слышит о том, что человеку нужны деньги на еду, одежду и прочие необходимые вещи.

Не ворочай они миллиардами наших денежных единиц, впору было бы поверить, что на родной планете оборотней знать не знают про капитал.

- То есть ты не допускаешь мысли, что пока будешь со мной, именно я буду оплачивать твои расходы? – спрашивает Андреан так, будто сам не верит в то, что говорит.

Растерялась.

- Э-э..

«А так можно было? Включить в договор еще и мое полное обеспечение?» - хотелось спросить, но я вовремя захлопнула рот.

Пришло понимание подвоха.

- Пока я с вами? – нахмурилась, повторив использованный им оборот речи. Не то, что бы я мечтала оставаться в этой унизительной и пугающей меня роли надолго, но что будет после?

- Ага, ты ж не надеялась, что Андреан тебя навсегда прикарманивает! – вздрогнула от звуков незнакомого смеха, раздавшегося у выходного шлюза. Оттуда на меня с нескрываемой иронией смотрел жгучий брюнет с необыкновенной бирюзовостью глаз.

Тоже высокий и плотный, как и альфа, с которым мне пришлось вести этот жуткий торг за свою жизнь. И так же, как и Андреан, по всем параметрам необыкновенно-привлекательный мужчина. Если бы не одно «но».

Оба они были пугающими. В их плавных, но выверенных жестах, мимике, да и во всем образе проскальзывало что-то опасное. Настораживающее. И чувство, что я загнанный в клетку зверек, только усилилось от беззвучного появления нового действующего лица в моем унизительном способе выбить себе место под угасающей Звездой нашей планетарной системы.

- Да и не выдержишь ты долго его необузданных фантазий, - откровенно рассматривая меня, вывернул новоприбывший из-за специального выступа стул для себя и бесцеремонно уселся.

- Не помню, чтоб приглашал тебя присесть, Аксель, - зазвучал металл в голосе Андреана.

А я почувствовала, как мороз прошелся вдоль позвоночника. Аксель!

Это же тот самый альфа, на жизнь которого якобы покушалась сегодня моя сестра!

- Твои манеры всегда хромали, кузен, - не остался Аксель в долгу. – Вот и сейчас. Помимо приглашения, ты еще и сообщение мне забыл послать.

- Какое? – в изогнутых бровях Андреана появились новые изломы, когда они приблизились друг к другу.

Больше ничем альфа своей хмурости внешне не выдал. Однако атмосфера между двумя оборотнями чуть ли не искрить начала от напряжения.

Андреану явно претило наглое поведение второго альфы. Который еще и объявиться посмел на чужой территории без предварительной договоренности.

Но выставлять Акселя он не спешил.

Он же не человек какой-то.

Наверное, у них были какие-то свои правила общения, которые не допускали откровенного пренебрежения в отношении друг друга.

- К тебе в лапы добровольно заплыла прямая родственница моей убийцы, - еще раз смерил меня Аксель бирюзовыми сканера. Только на этот раз, вдобавок к любопытству и насмешке, я распознала в них голод. От которого окончательно стало не по себе.

- Несостоявшейся убийцы, - поправил его Андреан.

Ему всё больше не нравилось, куда ведет незваный гость. И я всей поверхностью кожи чувствовала, что от альфы Андреана исходят недобрые волны. Они веяли с промежутками. Предупреждающими порциями. Но с каждым разом становясь ощутимее.

- Конечно, - расползлась по губам Акселя ядовитая улыбка, - иначе меня не было бы здесь. И я б не засёк, какую крошку ты собираешься прибрать к рукам. Ты же не планировал делиться? Или я ошибаюсь? – спросил он, а через меня словно высоковольтное электричество пустили.

Во взоре брюнета мелькнула бездна. С каждым его словом она становилась шире. И я догадывалась, что под конец она готовится проглотить меня целиком.

Захотелось обогнуть стол и вжаться в могучий корпус Андреана. Меня топило в собственной слабости. Иррациональное желание искать защиты у сильнейшего мешало прислушиваться к их дискуссии. И искать реальный выход для маленькой себя.

- Она пришла ко мне, - отрезал Андреан. – Просит покровительства.

- И ты еще думаешь? – вскинул второй вервольф темные брови, наигранно изображая изумление. – Не томи бедняжку. Скажу тебе по секрету, - заговорщически обратился он ко мне, - от крошек с таким ароматом, как твой, альфы не отказываются. НИ ОДИН НЕ ОТКАЖЕТСЯ, - отчеканил он, буравя меня всё более темнеющим взором.

Перевела вопросительный взгляд на Андреана. По его мужественному лицу сейчас ползли тени. Я их почти видела. На каком-то подсознательном уровне. Но при этом внешне он сохранял абсолютную беспечность.

Потер мощный подбородок большим и указательным пальцами. Сощурился.

- Хочешь заявить на нее права? – открыто уточнил он у Акселя.

И тот будто засиял от довольства.

Казалось, вот-вот подпрыгнет вместе со своим стулом и воскликнет:

«А можно?? Пожалуйста, давай, я заберу ее себе!»

Я словно наяву услышала эти слова. Где-то во чреве, у самого пупка. Желудок от такой перспективы смялся и упал ниже. Потянуло прижать к себе руки, чтобы унять подступающую тошноту.

«Нет-нет, прошу! Ты же не отдашь меня ему?!» - спросили мои глаза, устремившиеся к Андреану прежде, чем я обнаружила, что творю!

Я делаю то, что пару минут назад клялась не допускать никогда. Умоляю альфу Андреана взять меня под своё крыло!

Но было уже поздно.

В уголки янтарных глаз врезались крошечные лучи скрытой улыбки. Андреан поймал меня с поличным. Вот теперь я бесповоротно пропала. Потому что в эту секунду в ответ на мою интуитивную мольбу в радужках Андреана сверкнуло обещание.

- Хочешь, чтобы мы сцепились из-за человеческой особи? - задумчиво выдает он. - Зачем тебе это?

- Скучно, - ухмыляется Аксель. - Достало бодаться с тупыми бетами, ради усиления скучившимися в коалиции. Хочется чего-то настоящего, - вздыхает этот лукавый с виду альфа, действительно, перекатывая свой небесный взгляд, подернувшийся тоской, к просторам космоса за иллюминатором. - Там, на Варгее мы могли размяться на поединках. Или на живой охоте, - похрустывает он шеей, вынуждая меня сглотнуть от понимания его дикой силы. - А тут всё под запретом. Из-за этого грёбаного кодекса, который мы закрепили кровью!

- Он был необходимым, чтобы мы не выпотрошили друг друга на радость противникам, - серьезно пресекает Андреан болтовню своего сородича.

- То есть, если я заявлю на нее права, ты отступишь? - воодушевляется Аксель, а я ломаю мозг над тем, за что во все это влипла. - Или всё же разукрасим друг другу морды?

- Отступишь ты, - звенит сталь в голосе Андреана, от которой у меня мурашки поднимают голову. Только не испуганные, как в начале нашей с ним встречи. А нелогично… чванливые, что ли. Как-будто я прям сильно-сильно горжусь выбранным мною альфой.

Что за хрень со мной происходит вообще??..

- Веселье всё же ожидается, - загорелись глаза Акселя огнем подстрекательства. – Но для начала посмотрим-ка, кто у нас тут, - нажал он на свои массивные наручные часы, которые, судя по интерфейсу, стоили минимум, как годовая зарплата среднего жителя планеты. И из них выскочило голографическое подобие интерактивного экрана. С моими данными.

Только немного другими. Отбросив робость, сделала пару шажков к альфе и заглянула через его внушительную спину в свой файл.

Так и есть. Сюда я приходила с иным личным делом. Жалида теперь обозначена как моя сводная сестра. Не единокровная. Для оборотней это важный пункт. Они много внимания отводят именно крови. А так как мы с ней обе совершеннолетние, то и ответственности друг за друга, получается, не несем.

Это что же получается, я свободна?

Как так?..

- Ты подсуетился? – мрачнеет Аксель, зло зыркнув на своего приятеля.

Очевидно, он подумал так же, как и я. Что Андреан успел подкорректировать мою анкету. И тем самым оградил меня от посягательств брюнета.

- Не понимаю, - побормотал Андреан. И я впервые за сегодняшний разговор с изумлением увидела в этом грозном мужчине отголоски растерянности.

Он размашисто провел рукой по собственному сенсорному монитору, устроенному на столе, и тоже нахмурился.

- Не притворяйся, что ты не в курсе! – появились рычащие нотки в речи брюнета. – Когда я пришел, ты не отрицал, что девчонка – родственница Жалиды.

- Я и сейчас не отрицаю, - в отличие от своего кузена, Андреан мгновенно вернул себе уравновешенное состояние духа. – За минуту до твоего прихода в глобальной сети они числились родными сёстрами. Как бы, по-твоему, я успел что-то предпринять? Мне даже не доложили о твоем внеплановом визите. Кстати, не забыть бы свернуть шеи охранникам. И если это не ты, и не я, то у нас гости.

- Взлом? – недоверчиво переспросил альфа Аксель.

- Выходит, что так, - несмотря на нестандартность ситуации, продолжал Андреан сохранять спокойствие. – Разберемся.

- А ее куда? – вскочил брюнет, с безысходностью повернувшись ко мне, резво отскочившей к стене.

- Отпустим пока, - с легкой досадой цокнул Андреан. - До выяснения. Не удерживать же ее здесь незаконно. Мы ж не звери какие-то, - скалится, сверкнув на меня янтарем в глазах, - чтоб присваить ее себе насильно, - и столько предвкушения в расширившихся зрачках, что сразу ясно, в чем именно то насилие выражалось бы.

Акселю эта идея отчего-то понравилась. В голубизне его опасных омутов засиял азарт. И алчно осмотрев меня напоследок, он покинул модуль.

- Велю своим парням прошерстить всё. Кто бы там ни постарался, мои его достанут, - сказал он перед этим.

- Если их не опередят мои спецы, - оставил Андреан за собой последнее слово.

Мы с ним вновь оказались одни в тесном помещении кабинета.

И меня по новой начали обуревать взаимоисключающие чувства. Вот только что я истошно кричала в душе, чтоб Аксель ушел со своими притязаниями. А сейчас подрагиваю от ужаса, что никто не укроет меня от Андреана.

Он поднялся.

Неторопливо обошел стол и двинулся ко мне.

Каждое движение – игра силы и мускулов, вырисовывающихся через пластичную ткань модернизированного пиджака. Постаралась сосредоточиться на этом. Ткань. Это новый сорт спандекса. Обтягивает тело, как вторая кожа… Своя кожа у Андреана со светло-бронзовым отливом. Ровный загар, который мало кто может приобрести под нашим слабеющим солнцем.

Ворот его белоснежной рубашки расстегнут, и я могу любоваться бархатом этих золотистых оттенков, обволакивающих мощную шею. Опускающихся к выглядывающим в вырез грудным мышцам. Они вздымаются рельефными пластами в такт тяжелому дыханию альфы. Он уже совсем близко.

Не дышу.

- Ты была умничкой сегодня, - бесстыдно ласкает меня его сиплый тембр. И я млею от его похвалы. – Мне понравилось, как ты просила у меня защиты.

- Я… не просила, - мои слова звучат глухо. Но я стараюсь. Глаза уже опустились. Не могу выдерживать блеск в волчьих радужках. Он туманит мне разум. Однако голос всё еще слушается. Пусть и дрожит.

- Просила. Просила, малышка, - сильные пальцы сжимают мой подбородок, вынуждая поднять взгляд. – Пока только этими глазками большими. Но скоро я научу тебя просить иначе. Эффективнее, - и похоть золотом заливает его радужки, когда альфа приближает свой рот к моему.

Не целует.

Только слегка касается своими раскрытыми губами моих, заставляя открыть рот пошире. Пытаюсь дышать, глотая его запах, смешанный с жаром. Он будто пьет меня. Пробует. Изучает.

Обжигающие руки Альфы тоже не спешат. Они медленно продвигаются вдоль моего подрагивающего в незнакомый истоме тела. Очерчивают округлости. Трогают, знакомятся неторопливо томно.

Не сразу смекаю, что он не удерживает меня. Лишь давит своей близостью. Преграждает мне путь к отступлению не только внушительным торсом, но и всей своей властной харизмой.

Поднимаю руки, кажущиеся ватными, и пытаюсь оттолкнуть его от себя.

Но это только в моём воображение является отпором. На деле же я сумела лишь устроить ладони на выпуклых мышцах плеч, при каждом движении перекатывающихся под моими руками.

- Не надо, - сиплю, понимая, что мне нечего противопоставить этому огромному мужчине. – Не надо, пожалуйста.

Ответа нет.

Оборотень шумно дышит, продолжая поглаживать мой полуоткрытый рот своими твёрдыми губами. Смещается к подбородку, прикусывает его еле ощутимо, возвращается ко рту. И эта разнузданная игра начинается вновь. Щеки, шея, подбородок и снова губы.

В какой-то момент большая, горячая ладонь накрывает моё лоно.

Я в брюках. Но меня это не спасает. Между ног пылает так, словно я голая перед ним. А тьма, затопившая его золотистые радужки и пожирающая меня с каждой секундой, только усиливает ощущение бессилия перед его волей.

Замираю. Время останавливается, продолжаясь лишь пульсацией внизу моего живота.

Рвано дышу. Пробую сжать бедра, обтянутые в гладкую ткань брюк, но делаю только хуже. Ощущения становятся острее, простреливая меня навылет.

- Вы обещали, что отпустите меня, - единственное, что мне удается выговорить захваченными в плен губами.

- Так и есть. Я всегда держу слово, - приглушенно сообщает альфа, глубоко втягивая воздух где-то в районе моего виска. - Сегодня ты сможешь вернуться в то место, которое называешь домом. Но я не обещал, что не попробую тебя сначала.

Его ладонь приходит в движение, пробуждая нечто дикое во мне. Широко распахиваю глаза, не веря, что лава, стекающая к моим трусикам, исходит от меня. Нет-нет! Этого не может быть со мной. Это не я.

Начинаю вырываться. Хриплю и трепыхаюсь, как жертва, угодившая в капкан. Он даже не чувствует моих ударов. Будто каменная скала, которой всё равно, что мучает его добычу.

И внезапно всё прекращается.

Холод.

Это первое, что заливает меня, как только альфа отступает. Обида. Но не на то, что он собирался сделать, а… потому что не сделал?..

Поражаюсь этой иррациональной эмоции. А через миг меня топит стыд. Краснею и отвожу взгляд. Как-будто это я домогалась альфу, а не он меня.

- Можешь идти, - слышу холодное чрез толщу унижения и конфуза. – Больше не приходи сюда, если не будешь уверена.

- Я… - поднимаю глаза к его и забываю, что хотела сказать. Там лёд. Мороз и стужа. – Прощайте, - бросаюсь к выходу, пока он не передумал.

- До свидания, - летит мне в спину, пробивая позвоночник неоспоримой предрешенностью.

Но я уже не здесь…

***

Приземляется космобиль мягко.

И по возбужденным нервам сразу же ударяет разница между тем комфортом, что сопутствовал мне во время этого морально-изнурительного полёта, и тем, что встречает меня на Земле

Руины. Развороченная почва. Торчащие отовсюду металлические каркасы сломанной техники. Сумрак, пропитанный вонью давно неиспользуемого топлива и еще раньше забытых надежд.

Поочередно приподнимаю ноги и сдвигаю микро-рычажки на ботинках. Они со скрежетом, присущим поношенный обуви, трансформируется в оллтеррейны. Вездеходы в общем. Или в везде-кроссы.

Новый вид обуви, что можно носить в таком заброшенном месте, как подступы к человеческой столице.

У этого гигантского города нет больше названия. Мы зовём его просто Мегаполис. Обезличенный и серый, как и всё сохранившееся на некогда зелёный планете.

Мегаполис образовался в первые месяцы космического нашествия. Когда со всех точек планеты сюда, в относительно защищенные территории, начали стекаться выжившие люди.

Если повезёт, то меня подберёт монс-такс.

Они что-то вроде легковых машин с огромными колесами. То есть старые монстер-траки, немного модернизированные под изменившийся рельеф. Что, конечно, выглядит допотопно. Особенно по сравнению с аэромобилями пришельцев. Но человек не может позволить себе такую роскошь, как летающая тачка. А тем более личный мобиль. Приходится довольствоваться тем, что есть.

В конце концов, мне улыбается удача, и в пятидесяти шагах от меня притормаживает желанная машина. Доезжаю до Мегаполиса уже вечером. Хотя и день сейчас мало чем отличается от ночи. Атмосфера настолько загрязнена, что густой смог искусственно создает ощущение сумерек.

Поэтому большая часть наших жизней теперь протекает в закрытых помещениях. Это бывших крупные торговые центры, оборудованные в целые жилые районы и улицы. Между ними на скорую руку были возведены мосты, туннели, подземные переходы. Наспех сколоченная команда архитекторов создала проекты ещё новых гигантских зданий. И сегодня в них бурлит жизнь. Здесь рождаются, работают знакомятся и расстаются, предают и дружат затасканные обитатели Мегаполиса. Последнего оплота человечества.

Расплачиваюсь за Монс-Такс и захожу в большое бесцветное здание. Да бесцветное, невзирая на многочисленные диодные лампы всех доступных на Земле цветов.

Плохо освещенные коридоры - достаточно широкие, с очень высокими потолками; холодное фойе; снова коридоры… Они заменили нам улицы.

То там, то здесь можно встретить нищего, просящего милостыню, обжимающуюся парочку за углом, продавщицу так называемый домашней выпечки (не знаю, где теперь такое пекут, если и дома-то, как такового, ни у кого больше нет). У многих теперь только комната или несколько комнат, переходящих одна в другую. Но все они выходят в общее помещение, которое могло бы служить подъездом, если бы там тоже кто-то ни жил. Люди селятся, где только могут. Но, по сути, это здание – что-то вроде гипер-отеля.

По пути к себе ко мне периодически подбегают подростки, пытающиеся всучить рекламные диски с мелькающими на них трейлерами, предлагающими товар.

«Перманентное окрашивание радужки глаз в выбранный вами оттенок. Широкий спектр от светло-лилового до тёмно- бордового».

«Пересадка стволовых клеток любого выбранного вами животного. С гарантированным приобретением физиологических навыков этого био-донора».

«Трансплантация нейроботов, отвечающих за умение, на выбор:

дышать под водой;

видеть в темноте;

понимать сказанное на 125 инопланетных и бонусом на 3-х иногалактических языках Вселенной».

Отмахиваюсь от девчонки, предлагающей дорого выкупить у меня яйцеклетки, и подхожу к лифтам.

Привычно заматываю кулак в вытянутый мною рукав пуловера, чтобы не ударило током через выпотрошенную кнопку элеватора. Оттуда торчат провода, и никто даже не думает чинить. Ну хоть сам лифт работает исправно. Стеклянные панели его цилиндрического каркаса выбиты в нескольких местах. И при быстром подъеме вверх воздух хлестко задувает внутрь, создавая фальшивое впечатление ветерка.

Прикрываю глаза, позволяю себе обмануться. Щеки щекочет развевающимися волосами, и я понемногу отпускаю ситуацию.

Когда отпираю дверь в свою каморку, в меня с разбегу врезается два счастливо хохочущих чуда.

Близнецам, как всегда, всё нипочём. Они безумно рады меня видеть. И им всё равно, что происходит за стенами нашего ветхого убежища.

- Я приготовила поесть, - гордо сообщает Нола.

- Молодец, - улыбаюсь сестрёнке, в шутку взъерошивая волосы Дилану.

Им скоро по десять. Весёлые, неунывающие, совсем не такие, как я…

Правда, если задуматься, когда-то я тоже была жизнерадостной. До исчезновения Жалиды.

Но это и понятно. В те годы она была за взрослую в семье. И проблем, как и обязанностей, у меня было не так много. А по сравнению с нынешним положением – их не было вообще.

Да и у Лиды тоже не то, чтобы много забот было.

Жилище было получше, чем сегодняшнее. Кое-какие сбережения от родителей у нас все ещё оставались. Их самих мы не помним. Жалида мало, что нам рассказывала о маме и папе. Только и говорила о том дне, когда видела их в последний раз. Когда они отдалли ей новорожденных близнецов. Жалида видела наших родителей тогда! А я... а я - нет...

Сестра старше меня на двенадцать лет. Не так много по нынешним меркам. Ведь вокруг только и делают, что выпускают все новые и новые средства, замедляющие старение. И плевать всем на то, что при этом они ускоряют изнашивание других жизненно важных функций организма. Приводят к скорой смерти.

Но для таких случаев есть и другие чудотворные таблетки - те, что продлевают жизнь.

Так что многие только на то и копят, чтобы омолаживаться и жить как можно дольше.

Наша Лида тоже откладывала на это деньги. А ещё щедро спускала заработанное на разного рода вечеринках, для посещения которых ей приходилось покупать недешёвые наряды, шпильки и косметику. Иначе с ней не захотели бы тусоваться те, из «алмазной молодёжи». Золото больше не в моде. Этот некогда драгоценный металл полностью себя изжил. Зато на ближайших к Млечному пути планетах обнаружились неисчерпаемые залежи алмазов.

Кто-то из людей даже успел на этом разбогатеть до наступившего армагеддона.

Не знаю, какими правдами-неправдами этим миллиардерами удалось сберечь хотя бы часть сколоченного вовремя состояния. Но они все ещё есть. И даже пытаются вести дела с пришельцами-вервольфами.

М-да… Жалида всегда мечтала, чтобы её заметил кто-нибудь из наделённых властью оборотней. Поэтому и пропадала ночами на всевозможных тусовках. Однако, насколько знаю, её мечта так и не сбылась.

Я не просила сестру тратить больше на меня и тогда ещё младенцев Дилана и Нолу. Понимала, что если в основном зарабатывает она, то имеет право выскрести что-то для своего личного пользования. Оказалось, такая привилегия бывает не у всех кормильцев семьи. У меня вон сейчас её нет…

***

Кого же наша землянка встретит в Клубе?

Альфу Акселя с пробирающим взглядом?

Или всё же подчиняющего волю Альфу Андреана?

Два дня проходят относительно тихо. Только в голове всё никак не замолкают голоса, выдвигающие все новые и новые теории происходящего. Кто-то же мне помог? Кем и для чего был переделан мой личный файл в глобальный сети??..

Или это все же сделал сам альфа Андреан. Но тогда почему он не пошёл до конца? Я не смогла бы сопротивляться ему. У меня и права такого не было. Стоило ему слегка надавить, и мне пришлось бы уступить. Даже в тот момент, испугавшись собственных ощущений, я оттолкнула его, зная, что мне есть, куда бежать.

Однако оставайся мой личный файл с пометкой «предатель синдиката», у меня бы такой возможности не было. Мне оставалось бы лишь принять свою судьбу. Принять его волю. Принять Его…- глаза сами по себе закрываются, и перед ними начинают мелькать жаркие, пошлые картинки того, что могло бы происходить со мной дальше.

И снова меня утягивает в этот бесстыдный омут чужих прикосновений и запаха. Густого, зыбучего, с тонкими нотками древесины. Наверно, это и делает альфу настолько притягательным, несмотря на веющую от него опасность…

Дерево. Многие из нас уже и не помнят, как оно пахнет. Мне посчастливилось - я видела деревья. Настоящие, живые, несокрушимые. И большие, как альфа, преграждавший мне путь. Меня вновь чуть не уносит в яркие воспоминания его близости.

Вырываюсь оттуда рывком, цепляясь за спасительную трель телефона.

- Привет, подруга! - перекрикивая какой-то сторонний шум, голосит в трубку Зара. - Ну как прошла твоя волчья авантюра? Тебя ещё не сожрали? - хохочет она на том конце связи. Её задорный смех сливается с грохотом музыки И затихает, перекатываясь в разговор с кем-то, помимо меня.

- Ты там скоро, Зара?! - кричит ей кто-то. И я тороплюсь успеть со своим рассказом. Но только начав говорить, осекаюсь, потому что не всё из произошедшего я хочу произносить вслух. Почти ничего не хочу. Даже близкой подруге сложно всё это пересказывать. Той, которая очень мне помогла и продолжает приходить на выручку. Но в любом случае это всё не телефонный разговор. Верхушке ничего не будет стоить прослушать запись нашего с Зарой общения. А я не уверена, что у меня не будет новых проблем, узнай ещё кто-то из вервольфов подробности моего визита к Андреану.

- В целом прошло неважно. Но на данный момент я все ещё имею право на нормальную работу и жильё. И это главное. Остальное расскажу при встрече, - выдаю я короткими фразами суть.

- Вот и отлично! - кричит мне в ухо подруга. - Подтягивайся в клуб. Жду тебя здесь. У меня как раз тоже есть к тебе интересный разговор.

И вешает трубку, прежде чем я успеваю сказать, что зареклась ходить в подобные местечки.

Меряю шагами комнату. Кусаю губы, уже зная, что пойду. Последние два дня я только и делаю, что каждые 3-4 часа топаю в заведение миздера Энига в надежде, что меня, наконец, примут.

Но каждый раз возвращаюсь ни с чем. Мой трудовой файл всё ещё у этого скользкого гада. И другой работы всё так же нет.

Если сегодня Зара вновь предложит мне подрабатывать прислужницей в ночном клубе, куда устроилась она сама, мне, наверное, придётся соглашаться.

Кидаю взгляд на Дилана и Нолу, которые по единственному в доме гаджету вместе просматривают обучающие ролики. Они давно заменили нам школы. Так уж вышло, что у детей долго не было возможности посещать учебные заведения. Это было просто-напросто опасно для жизни. И со временем онлайн обучение перешло на новый уровень. Теперь достаточно перевести нужную сумму денег на счёт школы, откуда тебе будут высылаться видеоуроки с поэтапным обучением разным предметам. Да и детям компьютеризированного целиком и полностью Мегаполиса так легче схватывать информацию. В цветных картинках. Причём в приложениях открывается сразу несколько окон. И, помимо основного урока, на фоне мелькают другие запоминающиеся таблицы и данные, которые откладываются на подкорке благодаря тайным алгоритмам. Не уверена, что это полезна. Но иного не дано.

Есть, разумеется, и другой более доступный, ну и дорогостоящий способ накачать себя нужной информацией. Просто провести процедуру чипирования. И заполучить для себя наноботы, содержащие все необходимые данные для освоения той или иной профессии.

Однако, даже будь у меня на это лишние деньги, я бы не решилась поступить так с близнецами. Ведь кто знает, что ещё за дрянь исподтишка вплетут в мозг моим малявкам вместе с заказанным пакетом знаний.

В клуб собираюсь нехотя. Напяливаю первое попавшееся подходящее платье. Короткое, на бретелях, струящееся серебром и пурпуром. Одно из тех, что оставила после себя Жалида. В общем всё как полагается охотнице за богатым мужиком. Хватаю её же туфли и сую их в рюкзак. На таких каблуках я до клуба не дойду.

«Ничего, - решаю, на скорую руку нанося макияж, - надену туфли у самого входа в клуб».

***

Секьюрити. Это качок-оборотень двухметрового роста. Облачённый в смесь футуристической военной формы вервольфов и наших кожаных косух. Он проходится по мне своим липким взглядом, прежде чем пропустить в клуб. Будто нужен его личный фейс-контроль и мало того, что пропуск вбит уже через нейросеть в мой штрих-код на запястье. Их отпечатывают всем новорожденным в подкожные ткани в первые дни жизни.

- Работать, говоришь, пришла? - подмигивает, провожая меня алчными глазами. - Если не примут, скажи, что ты от Тедди. А потом возвращайся сюда, перетрём.

Поджимаю губы, поняв, как именно он размечтался потереться.

Раньше я не замечала, что вызываю такой сильный интерес у вервольфов. Но с недавних пор это чуть ли не начало входить в норму. И я то и дело чувствую на себе-то похотливое внимание голодных инопланетных самцов.

Вот и сейчас этот охранник смотрит на меня, как изголодавшееся животное на кусок сочного мяса. Не понимаю, откуда это взялось. Может, я себе внушаю?..

Ни слово не ответив, захожу в зал. Большой, набитый до отказа телами, дёргающимися в экстазе под однообразные ритмы сменяющих друг друга песен.

Расталкивая людей и оборотней низкого ранга, пробиваюсь к служебным помещениям. Еще неясно, буду ли действительно тут работать. Есть вероятность, что срок предложения подруги истёк.

Неприятно, жарко и влажно от искусственного тумана и ароматизаторов, которыми щедро заполнили здешний и без того сжатый воздух. Остается радоваться, что аэродинамические функции новомодных тканей отлично регулируют температуру тела, спасая от излишней потливости. Иначе всё провоняло бы, несмотря на налаженную работу вентиляции.

Заворачиваю за арочный выход из диско-зала. Коридор с туалетами и простыми кабинками-биорециклерами. Лестница вверх, на круговой балкон со столиками, откуда, как с амфитеатра, можно видеть весь дискотечный зал, как на ладони.

Дальше идут Вип-кабинки. Эксклюзивные помещения, в которых посетители могут отдохнуть в более интимной обстановке. А благодаря звукоизоляционным технологиям, регулируемым сенсорным касанием к стенам, изнутри можно управлять громкостью проникающей сюда музыки и шумов.

Для чего это было нужно? Если достаточно запереть дверь и регулировать звуки через установленные прежде динамики? Все дело в том, что дверей как таковых здесь больше нет.

Эти так называемые комнаты, в которых клиенты зачастую не только едят и пьют, но и предаются всякого рода разврату, лишены уединённости. Они расположены по кругу балконного амфитеатра и наиболее удобны для отдыха и одновременного любования на всю разворачивающуюся внизу светодиодную оргию танца.

Здесь же, позади ВИП- кабинок находятся служебные помещения. Очень практично. Ведь обслуживаются в основном богатые клиенты, выбирающие именно эту часть клуба. Внизу официантки почти не появляются. Там, правда, есть бар, где полулюди с бионическими протезами с невероятной скоростью и умением готовят изысканные коктейли. И подают закуски и прочие напитки на любой вкус. А также на нижнем ярусе имеется сцена, на которой выступают танцовщицы в максимально вульгарных нарядах. И тоже двигаются так искусно и часто противоестесственно, что становится ясно - кибертехнологии не обошли стороной и их. Ведь исключительно обнаженкой удивить кого-нибудь сейчас очень сложно. Даже по нашим закрытым улицам часто ходят в более откровенных одежках, чем на этой стрип-сцене. Разве что голографических нашивок и OLED-дисплеев на уличной одежде больше.

Толкаю одну из дверей, но там кухня. Самая обычная. Шумная, пропахшая едой и криками недовольных шеф-коков, орущих что-то своим кибер-помощникам. Последние то и дело зависают, вяло выполняя приказы. И, очевидно, слегка заржавев от клубящегося вокруг пара.

Следующая дверь оказывается подсобкой. Я здесь была всего раз или два, когда приходилось искать сестру. Да, бывало, Жалида пропадала на несколько дней, и мы с Зарой пускались на её поиски. Находили её в основном не здесь.

Во-первых, будь сестрица тут, друзья Зары сразу бы нам об этом сообщили. А, во-вторых, это слишком фешенебельный для неё клуб. Сюда не всех пускают. А тем более не пускают тех, кто уже успел зарекомендовать себя, как отработанный товар. В этом мне призналась однажды сама сестрёнка. По её словам, она не сумела угодить альфам, что заглядывают сюда.

Помню, как меня перекосило от того, как она обозвала саму себя «товаром». Я не стала спрашивать, было ли у неё что-то с кем-то из вервольфов. Наверное, боялась услышать правду. Что было, и что она пришлась не по вкусу этим пресытившимся мудакам…

Иду дальше. Но, проходя мимо одной неплотно закрытой двери, застываю. По спине бегут знакомые мурашки, холодом скапливающиеся на затылке. Голос. Это Его голос. Безапелляционный и жёсткий.

Не соображу, какого демона это делаю, но возвращаюсь и заглядываю внутрь небольшого помещения. Это тоже кабинет, по типу тех бездверных випок.

Я и не знала, что здесь есть и закрывающиеся.

Правда, эта дверь не заперта. Она полуоткрыта, и я вижу точёное тело девушки, что томно опускается на колени перед внушительной фигурой мужчины.

Он стоит вполоборота. Я фактически только со спины Его вижу. В поле моего зрения лишь часть профиля. Но этот широкий разворот плеч, мощную шею, а главное голос я теперь узнаю из тысячи.

Андреан.

Из десятка кабинок, обустроенных в этом огромном помещении, мои ноги привели меня именно в то, где Он собирается развлекаться со своей девицей! И мне б бежать отсюда без оглядки. Но отчего-то я приросла к полу и продолжаю смотреть.

- Позвольте сделать вам приятно, - жеманно причмокивая, просит девушка.

- Приступай, - врывается в моё сознание густой тембр, чей приказ незамедлительно сопровождается звуком расстегнувшейся ширинки.

Завороженно слежу за тем, что происходит дальше.

В голове пустота. Только одна невтемная мысль о том, что этот альфа со звериной энергетикой зачем-то носит костюмы в стиле человеческих бизнесменов. Наши представительные мужчины и сами редко уже такое надевают. Им просто некуда. А Андреан, будто нарочно, даже одеждой показывает, что всё у них отнял…

Когда вижу огромных размеров мужское достоинство, понимаю, что не дышу. Что если оборотень учует меня? Заставит встать на колени и заменить брюнетку?? Ароматические пары, клубящиеся повсюду в этом здании, на то и рассчитаны, что мешают вервольфам пользоваться своим природным сверх-обонянием. Точнее, помогают им не раздражаться от излишнего количества запахов и спокойно отдыхать.

Но что, если Андреан всё же заметит меня?

Однако и это опасение растворяется в взбудораженном разуме, когда красивая брюнетка тянется к брюкам оборотня и сама припускает их.

С расширившимися глазами смотрю на то, как девушка умудряется заглотить его мгновенно набухший мужской орган. Такого размера вообще бывают?!

- Шире рот открой, - хрипло командует оборотень.

И незваные мурашки пробуждаются от этого брутального голоса, толпой устремляясь вниз. К животу. Еще ниже. И пылают там, не давая мне уйти.

После слышно лишь ее мычание, сопровождаемое ритмичными и резкими покачиваниями Андреана. Как она дышит?? Он крепко держит девушку за волосы, поднятые к самому затылку, не позволяя сделать лишнее движение. Она зафиксирована и действует лишь так, как угодно ему.

- Я показал, как люблю, - на секунду ослабляет оборотень хватку на ее затылке, - дальше сама, - бьёт меня током от этого требования.

Она что, должна теперь самостоятельно производить над собой это издевательство?!

Но девушка не возражает. У нее просто нет такого шанса. Пара судорожных вдохов, смешанных со стонами, и крупные руки альфы вновь ложатся на ее голову. На этот раз чуть мягче, отчего моё тело простреливает не совсем еще оформившимся чувством. С ужасом ловлю себя на том, что оно похоже на… зависть?!!

Мне отвратительно. Страшно. И вовсе не тянет оказаться на месте этой девицы. Но что-то внутри меня тихо завидует тому, что альфа ею доволен. Его жест похож на похвалу и на грубое поглаживание по головке. И я ненавижу эту незнакомую девушку за это! Хотя только что искренне жалела ее.

Жесть какая-то! Но отрезвляющая.

Пячусь назад. Ускоряю шаг. Почти бегу, с трудом переводя дыхание. Под лопатками горит, как будто меня сверлят чистым огнем со спины. Инстинктивно оборачиваюсь, но в коридоре никого.

Выдыхаю. И толкаю дверь, перед которой не помню, как очутилась.

И она та самая! Смежная между кухней и помещениями для персонала. Людей тут полно. Все суетятся, спешат куда-то. Сюда по механизированной ленте, как в больших супермаркетах, доставляются подносы с заказанной едой. А официантки выхватывают их и несут к столикам посетителей.

Вервольфы предпочитают, чтоб их обслуживали человеческие девушки, а не роботы, как это модно в наших кафе и захудалых ресторанчиках. И после увиденного несколько минут назад, я понимаю, почему эти похотливые звери любят окружать себя девушками. Так удобнее. Поел, оприходовал мимо проходящую официантку, попил, послушал музыку…

Сжимаюсь от нахлынувшего опять жаркого возбуждения, смешанного со страхом. Где-то рядом полуобнаженный Андреан. И мне мерещится, что я всё еще слышу его довольный рык.

- Алида! – подлетает ко мне светящаяся радостью Зара. – А вот и ты!

- А вот и я, - бормочу, всё еще пребывая в прострации.