Я вам устрою декаданс

Мы всё уронили,

вообще всё, Наташ…

- Нет, нет и ещё раз нет!

- Ну Дима, мне очень надо!

- А при чём тут я?

- Сюжет же про банду глухонемых! Ты как раз подходишь на роль консультанта по делу.

- Да, я оториноларинголог, но позорится съёмками в твоих страшилках не буду, милая, извини.

- Я соглашусь переехать к тебе, – выкинула я последний козырь.

- Рано или поздно это всё равно случится, я хоть тебя и сильно люблю, но с шантажистами не договариваюсь.

- Где ты этого набрался?

- С кем поведёшься как говорится. Ладно, я опаздываю на работу.

Он поцеловал меня и убежал. Я прихватила чашку с кофе, и пошла на терассу своей квартиры дописывать очередной сценарий к своим страшилкам. Дело в том, что я работаю сценаристом на областном телеканале, в передаче «Криминальные хроники». Это местечковый аналог популярной программы «Криминальная Россия». Изначально продюсеры хотели создать нечто вроде аналога «Следствия вели..» с Коневским и я уже обрадовалась в возможности посоревноваться с авторами этой шикарной передачи в подводках в стиле: «Детские фломастеры мечта многих советских детей. Их можно было дешевле купить там, где продавали ширпотреб. Для каждого юного художника они несли радость и новые художественные возможности.  Именно таким фломастером в глаз был заколот рецидивист Иванов.» Даже подобрали харизматичного ведущего из актёров нашей муз драмы, но в последний момент почему-то передумали и изменили концепцию. В детстве я очень любила эту передачу. И да, трудно вырасти адекватным членом общества, когда рос на таких программах, поэтому я и пишу сценарии к ним. Сценарии основаны на реальных делах. Прокуратура нам даёт на выбор несколько интересных старых дел, я выбираю самые интересные и пишу сценарий, естественно художественно его приукрашивая. Снимаются в ней в основном те следователи, которые уже либо на пенсии, либо перешли в адвокатуру или охрану, в общем, действующие сотрудники правоохранительных органов светить свои лица не хотят, впрочем, как и криминалисты с судмедэкспертами. Я сама периодически играю роль следователя Татьяны Беловой. Нужны новые лица, вот я и упрашивала своего парня Диму поучаствовать в съёмках передачи. Там как раз идёт речь о банде глухих, которые орудовали в начале девяностых в наших краях. А Дмитрий Анатольевич у меня как раз лор. Правда детский лор, но это же можно и не уточнять.

Я уставилась в даль поверх ноутбука и мощно задумалась. Значит врача консультанта придётся из сценария убрать. Тогда добавим воспоминания пострадавших, эти всегда готовы дать интервью, даже если кого-то из них не найдём, не беда, массовка всегда готова поработать.

Так я проработала до обеда и перекусив помчалась на телеканал. Заскочив в редакторскую, я обнаружила толпу народа, хотя в кабинете восседает всего три редактора. Среди присутствующих я обнаружила режиссёра и оператора своих ужастиков и подошла к ним. Коляныч, он же Семён Николаевич, он же режиссёр, с кем-то гневно беседовал по телефону, а Толик, он же оператор стоял рядом и переминался с ноги на ногу от скуки. Коляныч бросил трубку, огляделся вокруг и вдруг остановил свой гневный взгляд на мне.

- О, Лина, ты то мне и нужна! – гаркнул он так, что все присутствующие в кабинете на меня уставились.

- Это не я! - на всякий случай предупредила моя персона.

- Что не ты?

- Всё не я. Вообще всё. Не виноватая я оно само так получилось.

- Мне конечно очень интересно что там само получилось, но ты мне нужна по другому поводу. Маринка, которая жертву играет, заболела и не пришла и даже не предупредила, а нам через пол часа на натурные съёмки в парк выезжать. Выручай, а? Там всего то ничего по парку пошататься нужно.

- А это…- с облегчением вздохнула я. – Это всегда пожалуйста.

- Тогда через полчаса собираемся у микроавтобуса, - сказал Коляныч и удалился.

- А ты чего вообще пришла-то? – спросила меня Катя - редактор нашей программы. Полная девушка с почему-то детским лицом, хотя лет ей было, как и мне, тридцать.

- Да я, собственно, к тебе. Ты новый сценарий прочитала? Правки какие-нибудь есть?

 - Только начала, - со вздохом присаживаясь за стол, сказала она. - Как прочту, обязательно тебе позвоню. Шеф работы подкинул.

- А ты на шефа сядь, ну чтобы он понял с каким крупным специалистом имеет дело, и одной проблемой станет меньше, - съюморил Женечка – оператор из новостей. Маленький, щупленький средних лет, даже при моём не бог весть каком росте сто шестьдесят сэмэ, он был ниже меня. Катюху он всегда драконил своими приколами про жирных.

- Ой пошутил, аж животики надорвали, - сказала она.

А я не выдержав спросила у него:

- Мальчик, тебе помочь найти маму? И почему ваш шеф использует детский труд, это же по закону запрещено? Малышу явно тяжело таскать камеру. Тебе помочь, Женечка?

- Да пошла ты! – гавкнул он и выбежал из кабинета.

- Ну разве можно так смеяться над недостатками человека? – попенял меня Толик.

- А над Катей можно смеяться?

- Ладно, идём что ли чайку выпьем и поедем.

Мы загрузились в телевизионный микроавтобус и поехали в городской парк культуры и отдыха. Там я до вечера прошаталась по аллеям изображая разных жертв меняя парики и шмотки. Жертв всё равно снимали сзади, не показывая их лиц, так что фиг разберёшь, что это один и тот же человек. Как назло, по парку гуляли люди. И что они там делают в будний день в рабочее время? Всю работу переделали и погулять вышли? Парочка особо бдительных граждан даже хотела меня спасти от маньяка, которым был Коляныч. Первый раз, когда он тащил меня в кусты, мужик с собакой не заметил камер и кинулся на него с кулаками. А потом нашему «маньяку» какая-то женщина угрожала полицией и ей тоже пришлось пояснить, что мы тут серьёзную программу снимаем, а не людей похищаем. В общем, бдительность граждан меня порадовала, преступники в этом парке не останутся незамеченными. Мы вернулись на телеканал, я пересела в свою машину и поехала домой. Сегодня мы с май систер решили сходить в ресторан. В половине восьмого за мной должен заехать Дима. Мне почему-то по такому незначительному поводу захотелось отлично выглядеть, и я стала перерывать свой шкаф в поисках сногсшибательного наряда. Знаю ведь, что такого у меня нет, но вдруг добрая фея мне его подкинула в качестве подарка? Шкафом в моей квартире служила гардеробная размером с комнату. Вообще, моя квартира представляла собой, по меткому высказыванию моей сестрицы Леокадии, бурную фантазию пьяного футуриста. И да, филологическое образование порою сказывается на наших высказываниях, редко, но бывает, и мы умное говорим. Так вот, моя квартира – это пентхаус. Отдельное жильё на верхнем этаже многоэтажки с выходом на террасу. А террасой служит ограждённый участок крыши и поэтому она большая. Лифт доезжает только до девятого этажа, а на мой десятый дальше приходится идти пешком. Преимущество этой квартиры не только в террасе, но и в том, что есть кухня – студия, в которой большой сектор гостиной с огромным во всю стену окном в пол с видом на город. Так же имеется небольшая спальня со скошенным из-за того, что живу я считай на чердаке, потолком в котором расположено окно прямо над моей кроватью. Ну и из спальни вход в гардеробную, в большую комнату без окон. В эту квартиру я въехала недавно, обменяв сие творение на свою трёшку. Мне эта квартира безумно нравится, на терассе отлично работается и это главная причина, по которой я всё ещё не переехала к Диме. Мы с ним встречаемся уже год и жить вместе он предлагал мне не раз. Но от меня ему далеко добираться на работу, поэтому я тяну время в попытке заставить его всё же переехать ко мне, а не наоборот.

Я скинула все свои шмотки в кучу в центре гардеробной, и сев на эту кучу сверху, закручинилась. В такой позе и застал меня Дима.

- Ты чего как Алёнушка у озера?

- Не нашла сногсшибательного наряда, - подперев одну щёку рукой сказала я.

- Нам уже выходить нужно, а ты, пардон, в неглиже. Впрочем, если пойдёшь именно так это будет сногсшибательно. Ты в любом наряде прекрасна. Ты украшаешь наряд, а не наоборот. Сколько раз можно повторять эту прописную истину.

Я тяжко вздохнула и стала надевать жёлтый брючный костюм. Накрасилась я заранее поэтому в ресторан почти не опоздаем, а то Лёля будет бубнить.

- Буду солнышком сегодня, - глянув на себя в зеркало сказала я.

- Ты и так моё солнышко, - поцеловал меня в макушку Дима.

В ресторан мы прибыли ровно в восемь. Там уже восседала май систер с умным видом листая меню.

- Чего-то мы сегодня вырядились как флаг Германии, - окинув нас взглядом прокомментировала она.

И вправду, Дима в лёгком черном джемпере, Леокадия Сергеевна в красном платье, а я в жёлтом костюме. Осталось только гимн Германии спеть.

- Будем говорить всем, что мы футбольные фанаты, болеем за Баварию, - предложила я.

Мы сделали заказ и май систер заулыбавшись сказала:

- Вашу программу, как особо популярную, дорогое руководство нашей области решило отметить наградой, а именно тебе, уважаемая Лина Александровна, вручить грамоту как сценаристу года. Ваш телеканал ещё в известность не поставили. Награждение будет проходить в рамках ежегодного мероприятия «Человек года». И в номинации масс-медиа победили ваши страшилки. Мероприятие состоится на следующей неделе. В конце этой вас оповестят. Так что я впереди планеты всей решила тебе эту новость сообщить.

- Звезда в шоке. Я конечно молодец, но кого-нибудь поприличней за что-нибудь более существенное наградить нельзя было, или это ты постаралась?

- Не поверишь, без меня решили. Я даже было пыталась выразить своё фи, но меня слушать не стали.

- Как это вас, Леокадия Сергеевна, можно не послушать? – улыбнулся Дима.

- Ну я не сильно громко фи выражала, так, намекнула, что за это премию глупо давать, и меня проигнорировали. Поэтому покупай красивое коктейльное платье и записывайся в салон красоты.

- А без этого никак? – поморщилась я.

- Ты что, чувырлой хочешь быть на мероприятии? Это не бал и не светский раут, так что вечерний наряд отменяется, всё будет в коктейльном стиле, поэтому нужно красивое платье.

- А можно костюм?

- Этот? – кивнула в мою сторону Лёля.

- Да хотя бы. У меня есть ещё такого же стиля синий и чёрный.

- А платья у тебя нет?

- Да что ты вцепилась в платье?

- Там будет много богатых бизнесменов, известных в нашей области и не только людей, поэтому ты должна превосходно выглядеть, - с нажимом сказала Леокадия, что меня удивило.

- Какое мне дело до них. Я пойду туда только с Димой, без него я принципиально не пойду и мне важно только его мнение.

- Делай как считаешь нужно, спорить с тобой как бороться со стихией, - сдалась май систер.

- Вот поэтому я с ней стараюсь и не спорить, - сказал Дима. – Я так понимаю мне теперь обязательно туда идти?

- А как же. Терпеть не могу эти пафосные мероприятия. Леокадия Сергеевна становится на них такая вся серьёзная и любезная, что аж тошнит от неё. А ты будешь единственный лучик солнца для меня в этом царстве лицемерия.

 В пятницу позвонили из областной администрации директору нашего телеканала и объявили о номинации. От нашей программы должна быть делегация и обязательно со сценаристом. Директор радостным голосом и, видимо, аж подпрыгивая на стуле, сообщил мне об этом по телефону.

И вот настал этот радостный или злополучный, вот уж не знаю, день. Надеть я решила малиновый брючный костюм, купленный на днях. От предыдущих, уже имеющихся он мало отличался, пожалуй, только цветом. Что ж, буду коллекционировать брючные костюмы. Наряд я дополнила бежевыми туфлями на высоком каблуке, вместо привычных ботинок на низкой подошве или кроссовок. А в руки взяла клатч в тон туфлям. Лёгкий макияж, укладка – локоны только что из парикмахерской, у самой руки-крюки не способные на такую красоту. Окинув себя взглядом в зеркале, я осталась довольна и поспешила выйти из дома. На улице, в машине меня уже ждал Дима. Сегодня он был одет в тёмно-синий классический костюм. Учитывая, что он высокий блондин, костюм смотрелся на нём шикарно. Я аж залюбовалась им. Димой конечно, не костюмом.

Мероприятие состояло из двух частей. Первая часть — это награждение в зале драмтеатра и вторая — это банкет. Первая естественно была скучной и вместе с награждением и выступлением творческих коллективов заняла аж два часа. Где-то в средине мероприятия мне вручили грамоту, я её получила, отфотографировалась и села дальше дремать на своё место. Грамоты за заслуги в сфере новостной деятельности СМИ и за активное участие в жизни области удостоилась и май систер. Учитывая, что именно она и контролирует все СМИ, работая в областной администрации, то как-то это интересно получается. Видимо решили поощрить Леокадию Сергеевну, только ей эти бумажки с благодарность до лампочки, она больше другие бумажки любит, поменьше, разноцветные, которыми можно в магазине расплачиваться.

Вторая же часть оказалась тоже не весёлой. Поскольку это был фуршет, то еды как всегда было мало, а вот выпивки много. Вокруг высокопоставленные лица, фальшивые улыбки и скука. На удивление здесь оказалось много знакомых у Димы. Многие из этих уважаемых людей лечили своих детей у Дмитрия Анатольевича, так как он один из лучших специалистов в городе. Леокадия Сергеевна порхала по залу раздаривая улыбки на право и на лево. Сегодня она облачилась, весьма скромно для неё, в бирюзовое облегающее платье миди, правда с серьёзным таким декольте. Но носила она его так, как будто платье было глухим под горло из-за чего мужчины издавали лёгкий вздох проходя мимо неё.

Наконец-то оказав внимание всем, кому нужно она, прихватив бокал шампанского, подошла к нам.

- Вот теперь можно и отдохнуть, - сказала Лёля.

- Впереди ещё фотосессия, - напомнила я ей.

- Чёрт, и где этот торт?

- Какой ещё торт? – удивился Дима.

- Наш местный кондитерский цех решил порадовать чинуш огромным тортом невиданной красоты. На его фоне и будем фотографироваться, чтоб так сказать цех пропиарить.

- А на сколько торт большой? – полюбопытствовала я.

- Ну с меня ростом где-то.

- А не жадные кондитеры, однако.

- Пойду им позвоню, а то опаздывают, - сказала Лёля и удалилась туда, где тише.

Я со вздохом глотнула шампанского и вдруг почувствовала движение за своей спиной.

- Здравствуйте Лина Александровна, - раздался мягкий хорошо знакомый мне мужской голос. Шампанское сразу встало поперёк горла. Я попыталась придать лицу дружелюбное выражение и таки проглотив чёртово шампанское, обернулась.

- Здравствуйте, Роман Михайлович, - улыбнулась я.  Сзади меня стоял брюнет в строгих очках и дорогущем костюме. Это был мой бывший шеф Котов. Так вот почему Леокадия настаивала на платье и полном параде, всячески намекая на высокопоставленных людей. Знала, что он здесь будет, а прямо сказать не решилась. Когда я работала у него моя работа никакого отношения к сценариям, да и к творчеству не имела. Он владелец огромного строительного бизнеса в соседней области, который уже и в нашу область перебрался.

- Знакомьтесь, это Дмитрий Анатольевич, мой жених, а это Роман Михайлович – строительный магнат всея Руси.

Котов поморщился дважды, первый раз на слове жених, во второй на слове магнат.

- Очень приятно, - сказал Дима, протягивая ему руку. Они обменялись рукопожатием.

- На счёт магната Лина Александровна преувеличила, - улыбнулся Котов. – Но бизнес действительно имеется. Прекрасно выглядите госпожа Белозёрова.

- Есть для кого стараться, - не сдержалась я.

 Тут Диму отвлёк бородатый пожилой мужчина – главврач больницы в которой он работал.

- Вы простите, но мне нужно отойти, - обратился к нам Дмитрий Анатольевич с извиняющейся улыбкой.

Мы остались с Котовым вдвоём. Вести с ним светскую беседу в стиле как прошёл день и когда зацвёл пень ни мне, не ему было неинтересно, поэтому мы молча смотрели друг на друга.

- Твой новый вид деятельности кардинально отличается от того, что ты делала раньше, - подал голос Котов. – И как тебе в новом амплуа?

- Платят, конечно не так шикарно, как у вас, но интересно быть творческой единицей. Мне нравится моя работа, она никак меня не ограничивает, я свободный художник, который работает дома, а в офис приносит только готовый результат.

- Весьма неплохой результат, судя по награде.

- Давайте без лести, Роман Михайлович, мы с вами знаем за что и почему эти награды раздают. Единственный показатель моей неплохой работы, да и работы команды в целом – это высокий рейтинг программы, и только.

- И все дела реальные?

-Реальные, правда художественно мной приукрашенные, иногда щедро приукрашенные иногда не очень, но преступления настоящие.

Повисла неловкая пауза.

- Ты как? – внезапно спросил он.

- Нормально. Теперь хорошо, - усмехнулась я, отводя взгляд в сторону. – Моя жизнь наконец-то стала нормальной.

Я заметила, что привезли торт. Двое официантов в карнавальных масках с улыбкой выкатили его в центр зала, и вдруг стали быстро удалятся от него, оглядываясь. Мне это не понравилось.

- Это замечательно, - сказал он с недоверием. Я перевела взгляд на него и почувствовала тревогу. Такое липкое чувство страха, возникающее в районе желудка.

- Я, пожалуй, пойду, - добавил он, - а то сейчас фотографироваться будут, некрасиво получится, если меня будут все ждать.

- Кот, стой! – схватив его за руку неожиданно для себя выпалила я. Тревога усиливалась, а что делать я не знала.

- Я не могу, - глядя мне в глаза и сжимая мою руку сказал Котов. – Мне правда нужно идти, меня люди ждут.

Я отпустила его и даже отшагнула назад. Но не успел он сделать и пары шагов как раздался сильный грохот. Котов повалил меня на пол прикрыв собой. Посыпались какие-то осколки, послышались крики.  Что за чертовщина творится вокруг? Через какое-то время мы поднялись и огляделись. Взорвался злополучный торт, разнеся половину зала. Близко стоящие к нему люди естественно пострадали. Остальные с криками ринулись к выходу.

- С тобой всё в порядке? – осматривая меня спросил Котов.

- Нормально, а вот у тебя кровь.

Его правая рука была окровавлена. Видимо порезался о бокал, который разбился при падении.

- Сейчас перебинтуем, - сказала я, спешно оглядываясь в поисках чего бы пустить на бинты. Не придумав ничего лучше, собралась разорвать скатерть, но куда там.

- Не суетись, - остановил меня Роман Михайлович. – Это всего лишь царапина.

Не найдя ничего лучше, я схватила льняную салфетку со стола и всё же перевязала ему руку.

- Как ты догадалась? - с опаской глядя на меня сказал Котов. – Ты часом не потомственная ведунья?

- Мне не понравились официанты, они быстро удалились и вели себя как-то нервно, - пояснила я.

Тут ко мне подскочил Дима.

- Ты как? -  спросил он, обнимая меня.

- Нормально, а ты?

- Я тоже.

- А где Лёля? – заволновалась я.

- Последний раз я видел её в коридоре.

Я немного расслабилась. Туда взрыв не достал.

- У тебя кровь, - указал на мой пиджак Дима.

- Это не моя, а его, - указала я на руку Котова.

- Пойду помогу людям, там явно нужна помощь врача.

- Я с тобой! – сказала я и ринулась вслед за Димой, однако сделав несколько шагов остановилась.

- Кот, - позвала я. Он обернулся. – Я очень сильно надеюсь, что этот взрыв не по твою душу.

И развернувшись быстро пошла вслед за Димой.

Домой мы прибыли за полночь. Усталые и опустошённые. Сначала приехали скорые, потом полиция и ещё какие-то граждане с удостоверениями. Начался много часовой допрос. Я умничать не стала и про официантов рассказала весьма сухо, без своих эмоций. Момент заноса торта видела, официанты были в масках и быстро удалились. По пути ко мне, завезли Леокадию домой. На окружающий мир я почти не реагировала и когда Дима не стал у меня оставаться ночевать скорее обрадовалась.

- Кстати, забыл тебе днём сказать, - уже в прихожей сообщил он перед уходом. -Меня пригласили на конференцию и завтра мне придётся уехать на несколько дней. Но если я тебе нужен, я могу договорится и остаться.

 - Не надо, - поцеловав его в щёку сказала я. -  Я не маленькая сама тут без тебя справлюсь. Езжай и покажи им кто там самый умный.

- Хорошо, - почему-то с грустью сказал Дима и ушёл.

А я, прихватив бутылку коньяка из шкафа, и даже не удосужившись взять стакан, вышла на веранду и плюхнувшись по средине, прямо на пол уставилась в звёздное небо.

Взрывное устройство установили в торт. И он был не из кондитерского цеха. Тот торт застрял в пробке. Что это было покушение или акт устрашения тоже не понятно. Высокопоставленных людей там было навалом, могли на любого из них покушаться. Вот на Котова, например.

Котов… Какого хрена ты опять всплыл в моей жизни. Ведь так хорошо жила без тебя. Ну как хорошо… Старалась жить хорошо. Написание страшилок мне в этом отлично помогает, погружая в интересный мир детектива и отвлекая от реальности. За год, я сумела окончательно абстрагироваться от существования на этой Земле Котова.

Но наша память самый страшный монстр на свете. Стоит только слегка затронуть что-то давно задвинутое в угол, как она сразу же это подсовывает тебе в виде воспоминаний заставляя переживать это снова. 

Вот и сейчас невольно начало всплывать прошлое…

Сплю с котом. А без кота
Ситуация не та:
Неуютно, непушисто,
Немурмурно без кота!

Давненько я не каталась на трамвае в пять утра. И какого хрена я сбежала? А что, нужно было остаться и не знать куда себя деть? Такого рода диалог я вела с собой уже в течении получаса. А сбежала я не из дома и не из тюрьмы, а из постели своего ненаглядного шефа. Путь до моего дома на трамвае занимал достаточно много времени, но спешить мне было незачем, и я выбрала трамвайчик. Людей в пять утра не густо, и никто не мешает и не раздражает, можно уткнуться макушкой в окно и заниматься самобичеванием в своё удовольствие. И так, как я докатилась до жизни такой? История стара как мир.

Я работала уже год начальником пресс службы крупного предприятия, занимающего строительством. Работу эту, я конечно же не за красивые глаза получила, и уж точно не за то, что была отменным специалистом. Моя драгоценная двоюродная сестрица подсуетилась. Лёля, она же Леокадия Сергеевна, дама с лихой короткой стрижкой и таким же характером была далеко не последним человеком в администрации соседней области. Прежнего начальника пресс службы она хорошо знала, и он взял меня на работу, несмотря на то, что опыта у меня не было, а по образованию я учитель русского языка. Предыдущего начальника я не подсиживала, он сам уволился, а так, как к тому моменту я себя неплохо зарекомендовала, то наш шеф – глава и генеральный директор строительной компании «Бест строй» Котов Роман Михайлович закрыв глаза на то, что я не так давно работаю в компании назначил меня на его место. Вот с того момента моим непосредственным начальником стал наш Чеширский кот, как мы его прозвали у себя в отделе. Улыбка, кстати, у него выше всяких похвал, прям как у кота. Просто идеальное медийное лицо, что существенно облегчало мне работу. Все стратегии, акции, имиджевую политику компании мы разрабатывали непосредственно с ним. Из-за чего довольно плотно контактировали.

Бывало и после рабочего дня задерживались в его кабинете, обложившись бумагами и пустыми чашками из-под кофе, так как днём обычно занимались текучкой. Мы как раз готовились к открытию торгового центра, который построила и полностью отделала, включая внутренний дизайн, наша компания. Естественно готовился ряд широкомасштабных статей в рамках пиар компании, но эти мелочи сугубо мои и обычно с Чеширским Котом не согласовывались. Но, кроме этого, нужно было придумать акции и мероприятия на открытие, чем мы уже битый час и занимались. Роману Михайловичу хотелось чего-то эдакого, впрочем, как и всегда, а все мои идеи по его понятию под это «эдакое» не вписывались. Вот я и генерировала новые, не отходя от кассы, так сказать. Время грозилось перевалить за полночь, а моё сердечко завопить «Моя остановочка» и выйти вон из-за количества выпитого кофе. 

- Ты куда-то спешишь? - спросил меня Роман Михайлович проследив мой взгляд, направленный на часы. Стрелки медленно подбирались к полуночи и это, мягко говоря, был странный вопрос.

- На слёт ведьм и вурдалаков опаздываю, уже полночь, а меня всё нет. Заждались мои вампирчики, – не сдержалась я.

- Ничего себе мы засиделись, – довольно искренне удивился он. – Тогда всё остальное завтра решим. Тебя подвезти?

Это что-то новенькое, раньше его доброта так далеко не распространялась.

-Нет, спасибо я на метле сегодня.

-Ты сегодня без метлы. Я видел, как ты от остановки шла, – улыбаясь сказал он.

Действительно, моя машинюшечка  была в ремонте. Завтра ее предстояло забрать. Ждать такси желания не было и я, заткнув совесть, которая что-то там лепетала про субординацию, сказала:

- ОК. Везите.

- Сейчас всё будет, – ответил он, передразнив меня.

У меня были две фразы, которые я всегда говорила шефу, «Ок. сейчас всё будет» и «любой каприз за ваши деньги». Последняя фраза поначалу ставила его в тупик, хотя означала всего лишь, что я согласна с его замечаниями.

Я сходила в свой кабинет за сумкой и мы пошли к лифту.

В машине я продолжила рожать идеи в муках, а Роман Михайлович их критиковать. Я распылялась всё больше, пока не заметила, что он посматривает на меня со смехом.

- Ты аж покраснела, – уже не скрывая улыбки, сказал он.

Да он же специально это делает, дошло до меня.

- Это из-за близости с вами, – ехидно ляпнул мой язык, опередив мыслительный процесс. – Все дамы в офисе по вам сохнут, а тут я в одной машине с вами среди ночи, романтика какая. Но вам нельзя в Бельдяжки, вы женаты. Поэтому мне остаётся только смотреть, но не трогать.

Он захохотал, а я костерила себя на чем свет стоит. Кстати дамы в офисе действительно по нему сохнут. Эталонным красавцем его не назовёшь.  Тридцать шесть лет, среднего роста, тёмные волосы, голубые глаза, которые он прячет за очками, бутафорскими кстати, как я успела заметить, но довольно дорогими, так что вещь скорее всего имиджевая, с этой целью он их и носит по всей видимости. Но его обаяние, лоск, манеры, дорогие костюмы, которые сидели на нём идеально, впрочем в джинсах его спортивная фигура тоже смотрелась отлично, в общем весь его образ не оставляли людей равнодушными. Мужики завидовали, дамы томились. А я скрипела зубами из-за очередных выдуманных историй о его похождениях, которые портили ему имидж. Он действительно был женат уже лет пять. Детей у Котова не было, но жену он очень любил, по крайней мере, когда он с ней говорил по телефону, его взгляд теплел, что было видно невооружённым глазом. Поэтому я волновалась, что он мою тупую шутку воспримет как хамство. Но слава дорогому мирозданию, мы подъехали к моему дому, и я не умудрилась ещё чего-нибудь сморозить. Попрощавшись, я быстро заскочила на свой второй этаж и захлопнув дверь квартиры, почему-то вздохнула с облегчением.

Заорал чёртов будильник. Я разлепила глаза и уставилась в потолок.

-Да когда же это кончится! - злобно пробубнила я.

-Что именно? – услышала я смутно знакомый голос рядом и от неожиданности вздрогнула. Медленно повернула распухшую от недосыпа головушку и на соседней подушке своей необъятной кровати я обнаружила сестрицу. Лёлю я нашла у себя в квартире, когда вошла в зал, она дремала на диване. У Леокадии Сергеевны дела в нашем городе, и она решила остановится у меня, так как ключи у неё имеются то она вломилась в моё жилище самостоятельно. Её дела связаны с открытием нашего торгового центра и если мне не изменяет память, то сегодня пятница, а открытие завтра. Так что выдворю я её из дома не раньше вечера воскресенья.

- Утро, – коротко ответила я ей. – Когда кончится этот кошмар, и я начну высыпаться.

- Когда перестанешь с шефом по ночам шарахаться, - хитро улыбнулась Лёля.

Я издала протяжный стон и поднялась с постели. А то она не знает, чего я с ним катаюсь, специально издевается.

Я зашла в ванную, когда услышала звонок в дверь.

- Лёля, радость моя, открой дверь пожалуйста какому-то нетерпеливому товарищу, – крикнула я из ванной.

В дверь действительно трезвонили как на пожаре. Май систер выползла из кровати и, судя по топоту ног, пошла открывать дверь. Возня у дверей была не долгой, и гость удалился.

- Кто там? - выползая из ванной, поинтересовалась я.

- Курьер, – ответила систер и ткнула пальцем в кухонный стол на котором красовался роскошный букет, состоящий из сложной композиции цветов и пончики, между прочим, шоколадные, как я люблю, а так же мой любимый капучино в стакане на вынос.

- Это ты заказывала? – перевела я взгляд на сестру. Та улыбалась от уха до уха.

- Видимо у тебя поклонник завёлся.

- Только маньяков поклонников мне и не хватало, – вздохнула я, и пошла рыться в букете в поисках сопроводительной записки. Записка нашлась тут же. Я с любопытством в неё заглянула. «Любой каприз за мои деньги» значилось в записке. Твою же ж мать за ногу! С какого хрена он мне всю эту хрень прислал?

- Это кто такие сомнительные предложения делает? – поинтересовалась Лёля, прочитав записку стоя за моей спиной.

- Придурок один с работы, – отмахнулась я. Сама она не отцепится, а сказать, что это Котов я не могу, начнётся допрос, а на многие вопросы я и сама ответить не могу. И что бы она меня не доставала я ушла в душ.

Котов мне безусловно нравился, но я никогда не позволяла себе флирта с ним. Я всегда вела себя вежливо соблюдая деловой этикет и субординацию. Да, могла себе позволить и пошутить и приколоться, но всё это не выходя за рамки. Мог ли он расценить мою вчерашнюю дурацкую шутку как флирт? Он же не идиот в самом то деле, конечно, он понял, что это просто дурацкая шутка, которая не зашла. Тогда какого лешего он делает? Этими вопросами я терзалась, стоя под душем пока в ванную не стала ломится систер с криками: «Выползай на сушу морж, на работу опоздаешь».

На работе я сразу потопала в приёмную к Чеширскому Коту. Во-первых, нужно

было всё-таки утвердить все рекламные акции, а во-вторых мне было интересно узнать, что значит сей жест с доставкой с утра. Я присела на диванчик в приёмной, но не успела расслабится и подумать, как из кабинета вышла Света – секретарь шефа и сказала мне проходить. Я прошла в кабинет и по привычке плюхнулась на стул напротив Романа Михайловича.

- Доброе утро, вот все акции, которые мы вчера согласовывали утвердите их пожалуйста, - протягивая папку Котову сказала я.

Он оторвал взгляд от монитора компьютера и сказал:

- Коротко самую суть мне выдай и я решу, мне сейчас некогда читать.

И я принялась излагать. Слушал он меня в пол уха явно витая в неведомых мне документах, последнюю акцию забраковал, остальные принял. И опять погрузился в компьютер. Ну и как тут на интересующую тему вырулить, а? Понимая, что аудиенция окончена, я поднялась и вышла из кабинета. Интриган хренов!

Когда я собиралась на обед, у меня зазвонил телефон. Звонил Котов. «Сам? Лично? Не секретарь? Чего это с ним?» - пронеслось в голове.

- Слушаю вас, - ответила я, держа трубку как ядовитую змею с опаской.

- Лина Александровна, давайте с вами пообедаем. Я буду ждать вас в 13.00 в «Старом городе».

И положил трубку, пока я не успела сказать ни слова. Хитёр бобёр. Но я тоже не мимо пробегала, когда хитроделанность раздавали. Одна из акций требовала согласования с финансовым директором, поэтому я пригласила Тамару Игоревну в ресторан, заверив что там мы в непринуждённой обстановке всё сразу с Романом Михайловичем и обсудим. Когда мы присели за столик, на лице Котова не дрогнул ни один мускул, он излучал радушие, как будто именно нас двоих и ждал. Отличный притворщик, дайте «Оскар» этому господину. Улучив момент, когда Тамара Игоревна удалилась в уборную, Котов со смешком на меня уставился и сказал:

-Ты что, меня боишься, поэтому притащила с собой страшненькую подружку? Пятый класс какой-то.

-   Утром анонимные цветочки, теперь обед, как-то это настораживает.

- Для информации, чтобы ты не думала ничего дурного, утренний презент всего лишь извинение за то, что вчера так долго продержал тебя на работе. А шутка в записке видимо не удалась. Но там всё правильно. Любой каприз за мои деньги в качестве извинения. Выходные, отгулы за мой счёт имелось в виду.

Плохо быть оленем! Возомнила блин, что он со мной флиртует, корова недоделанная. Расслабься, ты ему и даром не нужна.

Настала суббота. С самого утра драгоценный систер принялась наводить марафет. Спальня и ванна были ею полностью оккупированы, поэтому я заняла диван в гостиной и читала новости в интернете. Я суетится не любила. Брючный костюм, в котором я планировала пойти, был выглажен и ожидал меня в шкафу. С причёской я заморачиваться не стала, и просто выпрямила, и без того ровные волосы средней длинны.  Макияж самый простой немного тона, ресницы,  губы и румяна. Много времени не требует. А вот Леокадия Сергеевна, судя по ее бурной деятельности, собиралась быть неотразимой и своей внешностью сразить всех наповал. Одно её платье чего стоило. Это было платье-футляр целомудренной длинны чуть ниже колен, но с открытыми плечами, и из нежно розовой кожи.  Любая другая в таком наряде смотрелась бы как дорогая проститутка, но Лёля почему-то умудрялась выглядеть в нём достойно.

Мероприятие было на семнадцать часов. Ровно в четыре дня мы высыпались из квартиры и загрузились в такси. Предложение ехать на машине было отвергнуто так, как хотя бы по бокалу шампанского на мероприятии мы пропустим, а в таком случае за руль уже не сядешь.

Мы явились торговый центр, и я сразу же принялась искать Романа Михайловича.

В отличие от некоторых, мне предстояло для начала поработать и только потом прохлаждаться с бокалом чего-нибудь в руке.

Когда народ перешёл к фуршету я как раз освободилась и подгребла к Котову который мирно беседовал с Лёлей, их я представила друг другу часом ранее.

- Роман Михайлович, речь во время вашего выступления была воспроизведена хорошо, но….

Договорить он мне не дал.

- Давай все замечания ты мне озвучишь в понедельник, сейчас всё равно ничего не запомню. Или как любой учительнице тебе не терпится провести работу над ошибками сразу после контрольной?

Бог ты мой, да он даже помнит, что я учительница. Какая прелесть мать твою.

-Ладно, как всегда, любой каприз за ваши деньги, – сказала я и тут же пожалела потому, что Лёлины глаза округлились. До неё дошло, кто мне прислал цветы. О боги, дайте мне сил пережить её допрос, когда мы попадём домой.

Май систер вернула глаза на место и светским тоном продолжила:

- Роман Михайлович, а почему же вы без своей очаровательной супруги? -  и хлоп хлоп глазками. Я когда-нибудь её убью, но не просто так, а особо изощрённым способом, за вот эти вот самые вопросы-бомбы.

- Видите ли, Леокадия Сергеевна, моя супруга не публичный человек и ей в тягость подобного рода мероприятия, поэтому она всячески пытается от них отлынивать. По большей части моей постоянной спутницей является Лина Александровна, так как мероприятия в основном публичные и она контролирует мои выступления, что собственно и является её основными служебными обязанностями.

Пока Лёля думала, чтоб ещё такого едкого сказать и каким таким ядом плюнуть, из толпы вынырнул невысокий толстячок с добродушным лицом. Добродушного в нём и было только лицо, гад редкостный. Лёлин непосредственный начальник, первый заместитель губернатора Вишневский Павел Викторович. С Котовым они знакомы давно и даже дружны, чем Паша всегда хвастался. Вишневский тоже занимался бизнесом и довольно успешно, но свернул удила и ушёл в политику, и теперь как видим тоже не последний человек в соседней области.

- Роман Михайлович, рад тебя видеть, - с улыбкой до ушей сказал Паша, протягивая руку для приветственного рукопожатия. И только после приветствия с Котовым многоуважаемый Павел Викторович соблаговолил обратить на нас с сестрой внимание.

- Здравствует Лина, ну а с Леокадией мы сегодня уже виделись. Идёмте что-нибудь выпьем.

Мы здраво рассудили, что приглашают явно не нас, а Романа Михайловича, поэтому собирались по-тихому отделится, и немного притормозили. Но тут Чеширский Кот обернулся к нам:

- Дамы, а вы разве не с нами?

Вишневского слегка перекосило, но он взял себя в руки и сказал:

- Девушки, без вас этот вечер будет однозначно скучнее.

«Чтоб у тебя рубашка на пузе треснула и прилюдно желательно, всё равно натянута как на барабан» - пожелала я ему, правда про себя и мы с Леокадией поплыли лебёдушками в след за мужчинами.

Стоит сказать, что мы неплохо проводили время в довольно дружеской обстановке. Паша постоянно юморил, Котов не отставал, но делал это в своей элегантной манере, а я сидела и думала, что всё это так хорошо выглядит только со стороны, пока не знаешь с кем сидишь за одним столом. Параноик Паша, помешанный на врагах и предателях, распинался соловьём, чтобы не выпадать из образа добродушного толстяка, хотя я от Леокадии прекрасно знала, каким он может быть жёстким, особенно когда впадает в свою паранойю.  Котов, который прекрасно всех видел насквозь, и тоже не был уж таким милым, каким казался. Милых и добрых бизнесменов, на мой взгляд, вообще не бывает. Да, Котов построил свой бизнес благодаря своему уму, но по головам мог переть как танк. Ценил и уважал он только своих, причём не все, кто считался своими были на самом деле своими, доказавшими свою преданность. Я была из числа последних, привилегированных своих, поэтому я сидела рядом преданным псом и поддерживала весёлый настрой беседы. Из тех же побуждений балагурила и Лёля.

Взглянув на часы, Павел Викторович сказал:

- Прошу прощения, но на восемь у меня назначена встреча с инвесторами, из-за которой я собственно и приехал.

- Такси? – глядя на меня спросила систер.

- Леокадия Сергеевна, а вы поедете со мной. Немного женского очарования не повредит нашей мужской компании, тем более что наша встреча непосредственно касается вашей деятельности, и чтобы мне не быть сломанным телефоном, вам лучше поприсутствовать. 

Лёля едва слышно ругнулась, благо она сидела между мной и Котовым и до Вишневского это не долетело.

- Придётся тебе одной домой ехать, – сказала она мне.

- Не беспокойтесь, Леокадия Сергеевна, я довезу Лину до дома, – вызвался Котов.

Лёля хитро глянула на меня, а я закатила глаза, стараясь, чтобы этого никто не заметил.

Мы сели в машину и тронулись с места.

- Давай где-нибудь поужинаем? - прервал тишину Котов.

- А вы что не наелись?

- А ты можно подумать наелась? – съехидничал он.

Да, как и на любом мероприятии, посвященному открытию, открытие проводится

не в ресторане и поэтому упор делается не на закуски, а на напитки.

- Скорее напилась, – ответила я. – Давайте поужинаем, раз вам так претит есть в одиночестве.

В конце концов, у каждого своя фобия, может он действительно боится есть один, попыталась я оправдать свой опрометчивый поступок.

В зале ресторана почти никого не было, что очень странно для вечера субботы.  Мы сделали заказ и уселись поудобнее в ожидании еды.

- Судя по вам с сестрой, в вашей семье любят необычные женские имена, – сказал Котов.

- И что же необычного в имени Лина?

- Оно довольно редкое.

- Это ещё что. Мою маму зовут Евангелина. И папа хотел назвать меня так же, но мамуля воспротивилась этому, поэтому меня назвали частью её имени Лина.

- А где сейчас твои родители? Ты же из того города, где живёт твоя сестра?

- Да, здесь я живу недавно. Мама с папой развелись. Мама вышла замуж второй раз и уехала жить заграницу, а папа тоже обзавёлся семьёй и живёт в том же городе откуда я. Но, несмотря на всё это, у меня замечательные родители, которые мне всегда помогают и поддерживают. А ещё у меня есть Лёля, она старше меня всего на год, поэтому росли мы вместе.

- Мои родители, когда вышли на пенсию, переехали за город. Но большую часть времени они путешествуют, поэтому дома бывают редко. Папа преподавал в ВУЗе и постоянно был занят работой, а мама врач и тоже без своей работы жить не могла. Поэтому с отпусками у них было туго, сейчас навёрстывают упущенное.

- Да вы потомственный интеллигент, как я посмотрю, - усмехнулась я.

- Да, я такой, - с улыбкой сказал Роман Михайлович и жестом Джеймса Бонда поправил запонку на рукаве рубашки, а я заулыбалась ещё шире.

Твою мать… бабушку и дедушку, что ж это такое делается? Знаю я его довольно давно, но такое впечатление, что только сейчас рассмотрела, что передо мной красивый мужик сидит. Так, возьми себя в руки дочь самурая, намотай розовые сопли на кулак и включай мозг. Моооозг, ты где, ало! Абонент временно не доступен…

Мы довольно долго просидели в ресторане. Мы смеялись как сумасшедшие, благо вокруг нас никого не было. Мы пересказывали друг другу забавные факты из нашей жизни, обсуждали общих знакомых как две бабули на лавке. Оказалось, он тоже любит фильм «Убить Билла».  Оказалось, он слушает джаз, когда хорошее настроение и рок, когда плохое, как и я и ещё много чего оказалось.

Сидеть в ресторане надоело, и мы решили прогуляться, прихватив бутылочку вина. Ну ладно, кого я обманываю, две бутылочки. Благо в моей дамской сумочке всегда лежит штопор. И не спрашивайте меня зачем. Как выяснилось, много ситуаций возникает, когда он нужен.

Его машину мы оставили у ресторана. Людей на улице в столь поздний час практически не наблюдалась, и я подумала, что страдать в туфлях необязательно и притормозив сняла их. Оставшись стоять босиком издала стон блаженства.

- Прости, но дальше я пойду так, назад в туфли я свои ноги засунуть, увы, не смогу, - сказала я Котову.

- Отлично, - сказал он и снял свои ботинки. Я круглыми глазами уставилась на него. – Должна же наша пара сочетаться, - пояснил он.

Свои парадно-выходные туфли на высоких шпильках я несла в руках, топая босыми ногами по прохладному асфальту аллеи в парке. Благо конец мая, а это в нашем регионе уже лето. В другой руке у меня была бутылка вина. У него в одной руке бутылка, в другой пиджак и ботинки, чтобы мне не было одиноко без обуви, он тоже разулся. Мы были похожи на двух странствующих бомжей, ограбивших приличных людей. Мы нашли лавочку в укромном месте, и забравшись на неё с ногами допивали вино и продолжали болтать, а я всё никак не могла поверить кто сидит передо мной. Время неумолимо близилось к утру. Мы привели себя в порядок и вызвали такси. Уже стоя у моего подъезда он сказал:

- Давно я так безрассудно себя не вёл. А это оказывается приятно.

- Судя по всему, ты много чего приятного пропустил, будучи потомственным интеллигентом.

- Это точно, - глядя мне в глаза сказал он. А я вдруг перестала дышать.

Он сделал ровно полшага и оказался впритык ко мне. И поцеловал меня. Долгим, страстным поцелуем, а потом вдруг отстранился и сказал с улыбкой:

- Беги домой, уже очень поздно, а точнее рано. Не хватало, чтобы ты свой единственный выходной проспала.

Я как в тумане помахала ему ручкой и стрелой рванула на свой второй этаж. Он ведь мог воспользоваться моментом, но не стал. Он понимал, что я была бы не против с ним переспать, но не стал тащить меня в постель. Вот чтобы это значило?

Я захлопнула входную дверь своей квартиры и облокотившись на неё спиной прикрыла глаза. Вот за что мне всё это? Дорогое мироздание, где я накосячила? Меня терзали разные чувства, но одно распирало меня больше всех. Я влюбилась.

Лёли в квартире я не обнаружила, чему несказанно обрадовалась. Она явилась получасом позже, пьяненькая, и буркнув «Этих мужиков хрен перепьёшь», переоделась и рухнула на кровать не смывая макияж. Через несколько минут я услышала её мирное посапывание. Вот если мужиков не перепьёшь, так чего пытаться? Вопрос было адресовать некому, а у меня не было сна ни в одном глазу, я ворочалась в постели пытаясь совладать с распирающими меня эмоциями. В итоге уснула я только в районе шести утра.

Естественно проснулись мы только в обед. Май систер страдала с бодуна и грызла цитрамон, запивая его аспирином. Зачем такой коктейль я не знаю, но она была готова на всё, что угодно только бы ей полегчало.  Через два часа Лёля ожила и приступила к тому, что вчера сделать не успела, к допросу. Мы как раз сели обедать.

- Ну и как, у вас уже всё было или он пока за тобой просто приударил?

- Цветы были лишь извинением за узурпаторское отношение ко мне как к сотруднику, а фраза «Любой каприз за мои деньги» означала, что он даст мне оплачиваемый отгул.

- А то, что он тебя подвозить запрягся тоже жест доброй воли?

- Именно!

- Ну тогда трахнет он тебя в счёт квартальной премии.

Я чуть не подавилась.

- Лёля, а можно повежливее.

- Либо ты такая дура, в чём я сомневаюсь, либо ты просто игнорируешь тот факт, что ему нравишься и он тебя хочет. По нему это невооружённым глазом видно.

- Правда? – спросила я, пытаясь не улыбаться во всю моську.

- О как всё запущено, - протянула систер. – Вместо того, чтобы послать его к чёрту, ты в него втюрилась. Он женат на секундочку! И если он тебя ещё не трахнул, в чём я сомневаюсь, то, пожалуйста, не позволь этому свершится. Тебя ждут страдания, а с него как с гуся вода. И ещё ты можешь лишится работы, а она у тебя хорошая. В итоге ты останешься без всех плюшек, а он как жил, так и продолжит.

- Хорошо, хорошо, - подняла я руки вверх. – Ты права по всем пунктам. Буду изнывать от желания, но руками этот сладкий пирожочек  трогать не буду, так как он не про мою честь.

- Похоже, мои речи тебя вряд ли вразумят.  Окей, несись на грабли с бешенной скоростью. Когда получишь по башке, можешь звать меня, я всегда тебя пожалею и перебинтую твою буйную головушку.

- Вот за это я тебя и люблю, - послав воздушный поцелуй, сказала я сестрице.

Понедельник день тяжёлый, а этот так в особенности. Выходных почти не было, сестрица умотала только поздно вечером, аргументируя это тем, что ночью и машин и гаишников меньше. Котов не подавал признаков жизни, хотя я чего ожидала, любовных писем от него? Правда удалось выспаться, не знаю как, но я уснула сразу, как только моя голова коснулась подушки и никакие мысли меня не тревожили.

Придя на работу, я занервничала потому, что понятия не имела как себя вести с Котом. Но к моему величайшему счастью (или сожалению, хрен поймёшь), его на работе не оказалось, он уехал на один из объектов строящийся в километрах трёх ста от города и будет только завтра. Это дало мне возможность нормально поработать, без душевного трепета, тем более работы было полно в связи с прошедшим мероприятием.

На следующий день он вызвал меня к себе прямо с утра. Я прихватила папку с бумагами и потопала в логово Чеширского Кота. Зайдя в кабинет, я сделала всё как обычно. Поприветствовала его:

- Доброе утро, Роман Михайлович, - и села напротив  с противоположной стороны стола. – Вот медийный отчёт по прошедшему мероприятию, все статьи, где мы были упомянуты, помечены галочкой. Кстати их довольно много и заказанных нами всего половина. Не заказные выделены цветом. С ними ознакомьтесь, пожалуйста.

- Хорошо, но только не сейчас, вечером зайди ко мне, и мы со всем этим разберёмся, – глядя мне прямо в глаза сказал он. - Я, собственно, хотел поговорить о субботнем вечере, - уже менее уверенно продолжил он. Я решила ему помочь и не мучать человека, который попросту, скорее всего, не умел признавать свои ошибки, а субботний вечер безусловно ошибка, и теперь пытался мне это объяснить.

- Никаких претензий, забавное недоразумение, подобное не повторится, а про то, я уже забыла. Что там было в субботу вечером? Ах да! Вы отвезли меня домой, и я наконец-то выспалась, – идиотским жизнеутверждающим тоном проговорила я.

- Вообще-то, я не это собирался сказать, - усмехнулся Котов. – Я хотел сказать, что мы хорошо провели время и спасибо тебе за это. Поцелуй был лишним, согласен. Но всё остальное вполне вписывается в дружеские отношения, и в них ведь нет ничего криминального.

 Он ко мне в друзья набивается? Ну офигеть теперь!

- Поцелуй действительно был ошибкой, - уже гораздо мягче сказала я. – Хорошо, забудем только про него.

Дальше мы переключились на работу, и я удалилась из кабинета.

Вечером, как обычно, мы проверяли медийный отчёт, и я отчитывалась о проведённых акциях.  Всё было как всегда, поздний вечер, куча бумаг и пустых кружек из-под кофе вокруг, и мы одни во всём здание (не считая охраны и уборщиков), обсуждающие очередной проект. Привычные вещи отвлекли меня от душевного трепета перед шефом, и я вполне нормально могла с ним общаться.

- Пора закруглятся, - взглянув на часы, сказал он. – Опять засиделись. Тебя отвезти или ты на машине? – спросил Котов, поднимаясь со своего рабочего кресла. Он подошёл ко мне и начал помогать собирать бумаги.

- Я на машине, – сдавлено ответила я. От его близости мне стало не по себе. Захотелось стащить с себя костюм и запрыгнуть на него сверху как очумелой нимфоманке. Он легко коснулся моего бедра своей рукой, по всей видимости случайно задел потому, что даже не заметил этого, а меня как молнией шибануло. Я быстро схватила папку, и сказав: «До свидания, Роман Михайлович, увидимся завтра», выскочила из кабинета. Дойдя до своего кабинета, я успокоилось и прихватив сумку пошла к лифтам. Уже вызвав лифт я вдруг поняла, что забыла телефон в кабинете у Котова. Ну и чёрт с ним. К чёртовой бабушке этот телефон, завтра заберу. Пришёл лифт и гостеприимно распахнул свои двери. Я отстранённо таращилась в него и не заходила. Без телефона я как без рук при моей работе. Нужно вернутся. Ничего не случится, если я просто заберу телефон. Двери лифта закрылись, а я развернулась и пошла в кабинет Кота.

Я постучала, открыла дверь и со словами «Я у вас на столе телефон забыла», начала бодро продвигаться к столу, чтобы быстро его найти, забрать и уйти. Котов выбрался из-за стола, и пошёл мне на встречу, протягивая телефон. Мы остановились напротив друг друга.

- Спасибо – почему-то сиплым голосом сказала я.

Он положил телефон обратно на стол, притянул меня к себе и стал целовать. Сопротивляться я не могла, да и не хотела. Мысли стали меня покидать, я вцепилась в него как в спасательный круг, и даже если б сюда ввалилась толпа народу, это бы не смогло меня отрезвить. Одежда полетела на пол. На столе оказалось неудобно, и мы переместились на пол, в этот момент сознание меня покинуло окончательно, я была счастлива как никогда.

Способность мыслить вернулась, когда мы обнявшись лежали на ковре на ворохе собственной одежды.

- Спасибо уборщице, за чистый и мягкий ковёр, - пробормотала я.

- Тебе удобно? Хорошо, я выпишу ей премию, - сказал Котов, и мы дружно засмеялись.

Я понимала, что рано или поздно придётся подниматься с пола, но мне было так хорошо. Я поближе прижалась к Котову.

- У тебя ноги ледяные, ты замерзла? – спросил он.

- Неа, - беззаботно ответила я.

- Пошли, - поднимаясь сам и поднимая меня, сказал он. Я не стала спрашивать куда, мне было всё равно.

Мы оделись, сели в его машину и поехали к нему. Сам Роман Михайлович жил за городом, у него там дом. А в городе у него имелась  квартира, в которой он оставался ночевать, когда задерживался на работе. Как только мы вошли в квартиру, я сразу же оказалась в его объятьях. А потом всё повторилась. Раскиданная по полу одежда и безумное желание растворится в нём. Способность мыслить в очередной раз меня покинула.

Я проснулась как от толчка. В комнате было уже светло, а рядом спал Котов, обняв меня правой рукой. И вот что теперь делать? Меня охватила лёгкая паника. Я понятия не имела что делать, что ему говорить и как выходить из этой ситуации просто потому, что не знала, что эта ночь для него значит и как он себя поведёт дальше. Может, секс со мной это всё чего он и добивался, и теперь будет «до свидания Лина было хорошо, но это была ошибка». Я аккуратно вылезла из постели, собрав свою одежду, оделась, и схватив сумку, вышла из квартиры. Время было пять утра. Куда себя деть я не знала, поэтому потопала на трамвайную остановку. И вот теперь сижу в трамвае и занимаюсь моральным мазохизмом.

Дома я приняла душ и усевшись на кухне уставилась в чашку с чаем. Может больничный взять? Какая глупость, рано или поздно всё равно придётся с ним встретится, так зачем откладывать экзекуцию в долгий ящик? Я допила чай, и пошла собираться на работу.

С утра он меня к себе не вызвал, что подтверждало тот факт, что своего он добился и больше ему ничего не надо. А у меня самой не нашлось предлога зайти к нему. Так я и просиживала на работе, изображая бурную деятельность перед коллегами.  В районе обеда позвонила Света – секретарь Чеширского Кота и вызвала меня к нему. По какому вопросу озвучено не было, поэтому я взяла свой рабочий блокнот и пошла в приёмную.

В кабинете всё как всегда, приветствие и бултых на облюбованный мною стул. Роман Михайлович внимательно за мной наблюдал и молчал. Я тоже на него уставилась. В гляделки что ли играть будем?

- Ты почему сбежала с утра пораньше? – наконец-то произнёс он.

- Я избавила нас обоих от утренней неловкости. Если поцелуй был ошибкой, то это было большой двойной ошибкой и мне не хотелось, чтобы вам пришлось объяснятся, я всё сама прекрасно понимаю.

Он подошёл и сел рядом со мной на соседний стул.

- Почему ты всё решила за меня? Что за идиотская манера! Я хотел проснутся рядом с тобой и провести это утро вдвоём. Я не считаю то, что произошло ошибкой. Да, я женат и это явно останавливает тебя. Но я, чёрт возьми, влюбился. У меня такого никогда не было. Я не знаю что с этим делать и подозреваю ты тоже. Так давай пока не предпринимать ничего, а просто делать то, что хочется.

Влюбился? Кроме этого слова остальные до меня доходили туго. Я таращилась на него круглыми глазами и поверить не могла, что слышу это от него. Влюбился. С ума сойти можно.

Он взял меня за подбородок и нежно поцеловал в губы.

- Отбрось, пожалуйста, все свои дурные мысли на мой счёт.

И я отбросила.  И по всей видимости не только дурные, но и все остальные, а также способность мыслить адекватно. Он стал целовать меня всё настойчивее, а я с трудом от него отлепившись прошептала:

- А если кто-нибудь зайдёт?

И он, не выпуская меня из рук, нажал кнопку на селекторе и сказал:

- Светлана, мы тут на долго, так что можете уходить на обед пораньше.

- Хорошо, шеф.

Через несколько минут Котов выглянул в приёмную, сказал:

- Никого.

Закрыл дверь на замок, и мы снова оказались на ковре. Когда же он купит себе в кабинет нормальный диван, честное слово. Надо как-то ненавязчиво ему это предложить.

Я проснулась от нежного поцелуя в нос. Всегда бы так, а то обычно выковыривать себя из прекрасного царства Морфея приходилось от дикой истерики будильника. Открыв глаза, я обнаружила рядом Котова, который смотрел на меня.

- И давно ты так таращишься?

- Не могу поверить в то, что ты не дёрнула из моей квартиры как вампир перед рассветом.

- Ты б проверил, может ночью я сплю на потолке вниз головой, закутавшись в свои крылья, и ты не далёк от истины.

- Я проверял. А так же обнимал и никакие крылья мне не мешали. Впрочем, нужно проверить ещё раз, - ныряя под одеяло, сказал он.

- Мы на работу опоздаем!

- Можно подумать, ты не придумаешь убедительное оправдание для своих подопечных, почему их начальница опоздала. Если хочешь, я напишу тебе объяснительную как в школе.

-  Подопечные перебьются без объяснений, а вот мой начальник может и наказать за прогул, - сказала я игриво.

- Твой начальник сейчас тебя накажет за то, что ты болтаешь вместо того чтобы приятным делом заняться, - сказал Котов и мы перешли к более приятному делу нежели болтовня.

Прошло три недели. Всё это время я была счастлива как идиотка, напрочь забыв, что он женат. Я светилась как лампочка, всячески пытаясь это скрыть от досужих глаз  понимая, что у меня это плохо получается. На работе мы вели себя как обычно, не считая неприличных смс друг другу. Обедали вместе и даже вместе провели выходные на прошлой неделе. Я жила как в приятном сне, зная, что рано или поздно я проснусь и всё

это закончится, я окажусь в жестокой реальности.

Жестокая реальность не заставила себя ждать. Я уже битый час околачивалась в приёмной в ожидании, когда освободится Роман Михайлович. Конечно же, Света могла мене позвонить, когда он освободится, но срочных дел у меня не было, и  я предпочла работе болтовню со Светкой. Шеф уже час заседал в своём кабинете. Там происходила «сделка века». Уже несколько лет наша компания сотрудничала с заводом по изготовлению стройматериалов, директор завода Кузнецов Валерий Сергеевич за это время даже подружился с нашим Чеширским Котом. Но у завода настали трудные времена, и дело дошло до банкротства. Тогда Котов предложил Кузнецову не банкротить предприятия, а включить его в наш холдинг, то есть выкупить, при этом исполняющим директором так и останется Кузнецов. Сейчас с юристами они как раз заключали контракт. Нам это выгодно, так как теперь материалы для строительства для нашей компании  будут по цене её себестоимости, без каких либо наценок вообще.

Мы пили кофе, и Светкина история о её приключениях с подружками на базе отдыха как раз подходила к финалу, когда в приёмную вошла симпатичная женщина лет тридцати с хвостиком.

- Добрый день, а Роман Михайлович у себя, я не могу ему дозвонится, - обратилась она к Свете.

- У себя, но он сейчас очень занят, и я никак не могу его побеспокоить, но вы подождите его, он скоро освободится. Хотите кофе или чай? – добродушно поинтересовалась Светлана у визитёрши.

- Нет, спасибо, - ответила та и присела на диван. Я же сидела у Светкиного стола.

Интересно она надолго к Котову. Хотя какая разница, следовало её пропустить, а потом можно будет его утащить с работы пораньше.

- Извините, - начала я задушевно, -А вы по какому вопросу? Просто я тоже ожидаю Романа Михайловича и если у вас срочно, то я вас пропущу.

И тут же выдала ей свою обворожительную улыбку. При этом Светка почему-то заёрзала на стуле, я покосилась на неё, и она сказала:

- Это супруга Романа Михайловича, Татьяна Николаевна.

Я на секунду обомлела. Бляха от сандаликов! И тут же почувствовала себя как уж муха в сиропе. Чувство стыда и вины перед этой женщиной нахлынуло на меня, но каким-то краем сознания я понимала, что нужно обрести дар речи и сделать вид, что со мной всё в порядке.

- Оу, простите, тогда вопрос, по какому вы делу слегка не уместен. Проходите вперёд меня.

- Ну что вы, – ответила она мягким голосом – работа в первую очередь. Я это понимаю.

«Ни хрена ты не понимаешь» - подумала я, и стала подниматься чтобы уйти, но Светка мне шепнула:

- Выручай, я не знаю чем её тут развлекать и сколько шеф ещё там проторчит.

Я заскрипела зубами. Знала бы ты, дорогая Светлана, чего мне это стоит находится с ней в одном помещении. Это как на сковородке жарится. Светка жалобно посмотрела на меня и я, вместо того, чтобы уйти, пересела на диван к Татьяне.

- Вы извините, Роман Михайлович действительно неизвестно, когда освободится, может всё-таки кофе или чай. Меня кстати Лина зовут, я начальник пресс-службы, - задушевно начала я.

- А я Татьяна, - улыбнулась она уголками губ. – Я читаю ваши статьи в прессе, довольно интересно пишите, я бы сказала свежо на фоне напыщенности всех остальных. И идеи промоушена у вас интересные.  Рома не промахнулся, назначив вас на должность пресс-секретаря.

Надо же, делами мужа интересуется и судя по выражениям образование у неё соответствующее мужу. Меня нахваливает. Знала бы она кто я, забила бы меня ногами, а не нахваливала.

- Спасибо за оценку моей работы, - скромно сказала я. – Мне приятно. Но как пресс секретарь разрешите один совет. Ходите с мужем на мероприятия. Жена всегда красит мужчину и вызывает уважение у окружающих. Для его имиджа это будет полезно. Тем более если жена красива и умна.

Татьяна скромно улыбнулась. Наш обмен комплиментами пришлось прервать. Из кабинета стали выходить люди. Я быстренько поднялась с дивана. И со словами:

- Всего доброго, я зайду позже, - удалилась из приёмной.

Понимая, что мне нужно успокоится, я пошла не в свой кабинет, а в туалет. Его жена оказалась не Джаббой Хат, а вполне милой и симпатичной женщиной. И в дополнение меня угораздило с ней познакомится. Теперь она перестала быть для меня абстрактным объектом. Теперь мне есть перед кем чувствовать себя виноватой. Как мне переступить через свою совесть, да и стоит ли? Я терзала себя этим вопросом до конца рабочего дня. За полчаса до окончания рабочего дня Котов сам позвонил мне на мобильный и попросил зайти.

- Я так понимаю, ты сегодня познакомилась с моей женой, - спросил он меня, когда я молчаливо размешивала сахар в кружке с кофе.

- В общем да.

- И поэтому у тебя такой понурый вид, как у брошенного котёнка.

- Не поэтому, - вздохнула я. – А потому, что я совершенно забыла о правилах приличия, заткнула собственную совесть, пытаясь отключить ту часть сознания, которая настойчиво орёт о неправильности происходящего. Я живу в постоянном противоречии с собой. А ещё я понимаю, что будущего у нас нет и меня это пугает. Мне на столько с тобой хорошо, что я не могу представить, как я буду без тебя и живу в страхе с мыслью, когда же наступит это потом. Не хочу продлять этот мазохизм. Это не честно.

- Ты предлагаешь прекратить наши отношения?

- Отношения… Слишком громкое слово. Да. Я предлагаю именно это.

- То есть ты в очередной раз сама всё решила и за меня, и за себя, - раздражённо проговорил он. – А можно я сам буду принимать решения или ты меня усыновила как умственно отсталого и теперь за меня всё решаешь?

- Я решаю только за себя, но знаю, что так будет лучше для всех.

- Для кого всех? – уже не скрывая злости, спросил  Котов. – Я вот так просто не могу перевернуть всю свою жизнь и решить все свои проблемы чтобы тебя не грызла совесть. Нужно немного времени, но ты не хочешь подождать, ты решила и теперь не отступишь.

- Да, – коротко ответила я на его монолог.

- Тогда как в анекдоте, ты подумала, и мы решили. Пусть будет по-твоему.

Я поднялась и вышла из кабинета. Как только захлопнулась дверь я услышала звон разбитого об стену стекла и громкое «Твою мать!». Кирдык стакану или чашке, ну или чего он там в стену швырнул. У Светки сделалось перепуганным лицо, а я сделала страшные глаза и втянув шею в плечи развела руки и сказала:

- Вот так вот шефу плохие новости приносить.

За две недели с Котовым мы увиделись всего три раза. Если можно было обойтись без личной встречи, мы обходились. На отчёты я отправляла Наташу, свою сотрудницу. За эти две недели Котов извёл весь коллектив. Он был раздражён, часто срывался на подчинённых и по офису начали бродить слухи. Все пытались узнать, что же такого у него приключилось, что он так озверел.

А я… А я работала как ненормальная выполняя работу почти всего отдела сама. Мои ребята не знали чем себя занять, и я начала пораньше отпускать их домой. Я уходила с работы в районе полуночи и приходила ранним утром. Всё равно спала я плохо. Я работала так, в надежде полностью загрузить свой мозг и отвлечься от мыслей о Котове. В итоге я забывала есть, да и вовсе не хотела. Я похудела на пять килограмм за две недели. Приобрела вид тяжелого больного, судя по косым взглядам коллег. Благо из кабинета я почти не выходила, и обо мне не сплетничали. Ну, или сплетни просто до меня не доходили.

Пришло обеденное время, и все ушли на обед, кроме меня. Я писала очередной пресс-релиз, оперируя привычными фразами, особо даже не вникая в них, когда в кабинет вошёл Роман Михайлович. Он взял стул и сел рядом со мной.

- Ты когда последний раз ела? – разглядывая меня, спросил он.

- Вчера, - спокойно ответила я, хотя спокойствие давалось мне не легко, он был на расстоянии вытянутой руки от меня и от этого становилось неспокойно.

- Когда именно вчера? – усмехнулся он.

- Не помню, мне некогда вспоминать. Вы извините, Роман Михайлович, но у меня много работы.

- Может мне и бухгалтерию разогнать, будешь и за них работать, - поднимаясь и беря меня за руку, сказал он.

- Пошли.

- Куда?

- Раньше ты подобных вопросов не задавала. Бери свою сумку и пошли, это приказ руководства.

И он потащил меня за руку из кабинета, причём по офису он шёл, тоже не отпуская мою руку, благо никого не встретили. У меня не было никаких сил сопротивляться, в первую очередь физических. Хотя следовало.

Он привёз меня в ресторан.

- В сказку о том, что ты не хочешь есть я не поверю, поэтому мы отсюда не уйдём пока ты не пообедаешь, - тоном нетерпящим возражений произнёс он.

От чёрта молитвой, а от Котова и трусами не отмашешься. И я сделала заказ.

- Кто тебе обо мне настучал? – поинтересовалась я.

Меня он не видел, да и знать, что я за всех работаю не мог.

- Наташа. И она не настучала, а выразила беспокойство.

- Боюсь представить, что она наговорила.

- Судя по тебе, она сказала всё как есть. В её версии у тебя что-то случилось или ты заболела потому, как пашешь ты за весь отдел круглосуточно, не ешь и похожа на тяжелобольную.

- Я просто решила поменять образ жизни ответственней относиться к работе и немного похудеть вот и всё, – попыталась я оправдать себя, прекрасно осознавая, что это не прокатит.

- Посмотри, до чего довело твоё глупое решение. Я ору на всех, народ уже увольняться собирается, а ты изводишь себя всеми доступными тебе способами. Оно того стоило?

- Я не хочу это обсуждать, - резко сказала я.

- Ладно, упрямая зануда, пойдём прогуляемся тогда что ли.

После обеда мы, прихватив кофе на вынос из соседней кофейни, пошли прогуляться в сквер не далеко от нашего офиса. Мы шли молча, изредка друг на друга поглядывая. Остановившись Котов достав ключи, и вложил мне их в руку.

- Это ключи от моей квартиры. Я тебя буду ждать, необязательно сегодня или завтра. Я буду ждать всегда.

И пока я не успела вернуть ему ключи, развернулся и ушёл. Чудесно! Ну не буду же я его догонять. Я швырнула стакан с кофе в ближайшую урну и пошла в противоположную от той, куда удалился Котов, сторону сквера.

Ключи прожигали мне дыру в кармане. Чтобы я не думала, и чтобы я сама себе не говорила, я знала, что всё равно пойду к нему. Это притяжение я преодолеть не в силах. Еле дождавшись конца рабочего дня, я поехала к Котову, по пути пытаясь себя остановить набором житейских мудростей, но это не помогало. С бешено колотящимся сердцем я открыла дверь и вошла. В квартире никого не оказалось. Вот так да, обещали ждать и никого. Ладно, подожду сама. Стемнело. Я сидела в коридоре, облокотившись на стену спиной, не включая света, и ела мороженое из большой коробки, которое нашла в холодильнике. Мне хватало и того освещения которое падало из окон дома напротив. В двери заворочался ключ и вошёл Котов. Он не сразу меня заметил, а только когда включил свет.

Отбросил портфель и сел рядом со мной на пол. Я протянула ему вторую ложку.

- Будете, Роман Михайлович? По-моему вкусно.

Он сгрёб меня в охапку, и про мороженое пришлось забыть. У нас прям какая-то тяга к сексу на полу. Не зря это называется половой жизнью.

Жизнь снова заиграла красками. Пошло всё к чёрту, будь что будет. С ним совесть меня грызёт, но без него в миллион раз хуже.

Мы лежали в постели, Котов подгрёб меня под себя я заворочалась, а он сказал:

- Не елозь пожалуйста, твои кости на мне уже синяков наставили. Нужно тебя откормить, а то это никуда не годится.

- Тогда нужно выбираться из постели и идти на кухню.

- Ты там всё равно ничего съедобного не найдёшь, - сказал он и потянулся за телефоном.

Заказ из ресторана прибыл через полчаса. Мы сидели на кухне и ели.  Я  сидела в его рубашке, подогнув под себя ноги. Дурацкая поза, за которую меня всегда ругали родители. А он сидел напротив, без своих бутафорских дорогих очков и поглядывал на меня. Без них его лицо было гораздо жёстче, взгляд пронзительнее и обаятельным теперь его не назовёшь, скорее наоборот, он внушал подсознательное опасение. Так что то, что он надевал очки, являлось правильным решением. Но мне было всё равно, для меня он был бы самым прекрасным, даже в том случае, если бы ел младенцев по ночам.

- За что ты меня прозвала Чеширским Котом, - внезапно спросил он. – Из-за фамилии?

У меня приоткрылся рот по детской привычке.

- А ты откуда знаешь?

- Хреновые из вас конспираторы, уважаемые специалисты по связям с общественностью.

- Нет, не из-за фамилии. Из-за улыбки. Ты когда улыбаешься похож на довольного кота. Поэтому про себя я тебя порою называю просто Кот, Чеширский Кот слишком длинно.

- Кот – это моё детское прозвище. Но тогда оно было как раз из-за фамилии.

- Получается друзья детства тебя так называют.

- У меня не осталось друзей из детства, впрочем, как и из юности тоже, - отводя от меня взгляд и явно желая сменить тему сказал он.

- Тогда я буду звать тебя Котом. Это будет не ново, но эксклюзивно, потому как кроме меня называть тебя так больше некому.

- Ага, эксклюзивно для вашего отдела.

- Нет Кот, с этих пор только для меня.

Сотрудники, естественно, заметили изменения в моём поведении.

- Жить стало интересней, жить стало веселей? – поинтересовалась у меня Наташа.

- Ага, Котов сводил меня к своему психотерапевту и в группе анонимных страдальцев нам помогли, - сказала я, давая понять, что в курсе кто на меня настучал.

- Я не стучала, я просто беспокоилась о тебе, - сказала Наташа, правильно уловив мой посыл. – Делится со мной ты не хотела, а видеть, как ты таешь на глазах сил не было.

- Ладно, - сбавила я обороты. – Спасибо за заботу, правда.

- Не знаю, что там был за психотерапевт, но я, пожалуй, сама у Котова возьму его координаты, - улыбнулась она.

 Жила я на две квартиры. В будни у Котова, в выходные у себя. Естественно ничего из своих вещей к нему я перетаскивать не стала, хотя он и был не против, обзавелась только самым необходимым для меня в его квартире. Мы собирались на море. У него выдался небольшой отпуск, а у меня были отгулы. Было бы конечно странно, если бы они у меня не нашлись. Выбор, куда мы отправимся был за мной. Мудрить я не стала. Был август месяц, и я выбрала берег моря на одном из отечественных курортов. Роман Михайлович удивился моему выбору, так как сам предпочитал отдыхать заграницей, а отечественные курорты видел последний раз кучу лет назад. Но у меня был прострочен загранпаспорт, поэтому вариантов не оставалось.

Мы заселились в отель в районе обеда и остаток дня провели в номере, не до моря нам было. Утром мы всё-таки решили выползти на завтрак в ресторан, а не заказывать его в номер. Вся прелесть курорта в том, что нас там не знают и можно не шифроваться, что мы собственно и делали. Мы сели за столик и сделали заказ. В ресторан вошла девица в огромной шляпе. Шляпа была настолько впечатляющей, что не заметить её было невозможно.

- Ёсики - пёсики, - пробурчала я и прикрыла свою физиономию меню.

Котов заметив такие странности в моём поведении спросил:

- Что случилось?

- Огромный бело красный гриб-переросток видишь? Ну, девицу в огромной шляпе? Это Лёлька. И честное слово я понятия не имею, что она здесь делает.

Май систер, по всей видимости, углядев Котова, меня она за папкой с меню вряд ли разглядела, направилась к нашему столику.

- Добрый день Роман Михайлович, - поприветствовала она.

Я положила меню на стол и по-акульи ей улыбнулась.

- О! И Лина Александровна здесь, какая прелесть. У вас тут конференция или презентация, одним словом, вы здесь по делам? – присаживаясь за наш столик, светски поинтересовалась она.

- Ага, слёт председателей колхозов, решаем проблему доения коров,  - сказала я.

- Мы здесь отдыхаем, Леокадия Сергеевна, - спокойно сказал Котов, - Вдвоём. А выводы делайте уже сами, уверен, у вас получится захватывающая история.

Мда… Зря он Лёльку подначивает, её на долго не хватит. Систер начала буравить меня взглядом. Видимо промывки мозгов мне не избежать.

- Ты как здесь оказалась? – спросила я её.

- У меня отпуск, правда короткий, поэтому я и решила съездить сюда. Давай с тобой сегодня пообедаем?

- Нет, нет, нет, Леокадия Сергеевна, если вы решили, что я вас буду развлекать, вы очень сильно заблуждаетесь. Мы здесь на пять дней и все пять дней я буду делать вид, что с тобой не знакома. Я сюда не с тобой загорать приехала, тебе потом время уделю, по приезду домой, – взбунтовалась я.

- Воу, воу, полегче. Я просто предложила обед. Я не хочу тут с тобой нянчится, и в принципе твоя идея мне подходит. Мы спокойно отдыхаем и не трогаем друг друга, при встрече я машу тебе безмолвно ручкой, и мы расходимся.

В этот момент к нашему столу пришвартовался молодой человек, поздоровался, поцеловал Лёлю в щёку и сел за наш столик. Я его узнала и поняла причину Лёлиной покладистости. Это был Артём, сотрудник отдела, которым руководила май систер. Да она сама тут с подчинённым роман крутит.

- Ты меня не видела, а я тебя, - сказала Лёля.

- Это само собой разумеется, и друг другу не мешаем.

Завтрак мы провели довольно в дружеской атмосфере и разбрелись по своим делам.

Май систер нам действительно не мешала, и мы с Котовым могли вдоволь наслаждаться друг другом.

Но совсем проигнорировать её было бы странно, поэтому посовещавшись с Романом Михайловичем, мы решили позвать Лёлю с Артёмом на вечернюю прогулку на пляже.

- Только пожалуйста не подначивай Леокадию, - перед выходом из номера попросила я Котова. – Она болтать не станет о нас, а вот тебе в ответ что ни будь неприятное сказать может, а мне бы конфликтов между вами не хотелось бы.

- Если она не будет кусаться, я буду милым и приветливым, - пообещал мне Кот.

Теперь осталось молится, чтобы Лёлька вела себя не как гюрза.

Но беспокоилась я зря. Леокадия Сергеевна разнеженная лаской и заботой Артёма была как мурлыкающая кошка. Неужели я тоже такой дурацкий вид имею рядом с Котовым? Все влюблённые бабы выглядят как идиотки, и мы с систер не исключение.

Наша весёлая компания расположилась на берегу моря. Мы пили вино, играли в игры, а когда стемнело разожгли костёр. Сосисок среди ночи мы не нашли, поэтому жарили на веточках зефирки или, как их сейчас по-модному называют, маршмеллоу.

Так провели мы большую часть ночи и решили, что останемся встречать рассвет.

Мы разделились попарно, каждая пара сидела завёрнутая в свой плед и сонно переговаривались.

- Я тебя люблю, - прошептала я на ухо Котову, и не дожидаясь его реакции поднялась, и скинув с себя шорты и рубашку побежала в море.

- Ненормальая, вода же холодная! – крикнула мне в след Лёля.

Ну и хрен с ним. Мне как раз.  Мне нужно было сказать ему о своих чувствах и при этом не поставить его в неловкую ситуацию, вынуждая либо промолчать,  либо сказать то же самое. Я сказала, и не дала возможности на ответную реакцию. Нырнув, я проплыла метров сто, потом развернулась и медленно погребла к берегу.

На берегу меня поджидал Роман Михайлович с пледом, в который он меня и завернул.

- Как ребёнок, честное слово, - попеняла меня сестрица, приближаясь к нам, а я показала ей язык.

Уже в самолёте, когда мы летели обратно, он протянул мне коробочку в которой оказался кулон в виде кота. Сам он был из золота, а хвостик и глаза инкрустированы чёрными камнями. Это кулон я присмотрела в магазине при нашем отеле, но увидев его цену малость оторопела. Значит, Роман Михайлович успел заметить, что кулон мне понравился.

- Это очень дорогой подарок, - сказала я, не отрывая завороженного взгляда от кулона.

- Не дороже денег, - усмехнулся Котов. – Теперь у тебя есть свой личный кот в виде талисмана.

- Кот от Кота, какая милота, - срифмовала я.

Кстати, на моё люблю он так и не созрел мне ответить, а не откуп ли это часом от надоевшей обузы?

Но хоть заветных слов я и не услышала, но в наших отношениях ничего не поменялось.

Подкрался сентябрь. На календаре была осень, но погода стояла пока абсолютно летняя. Был понедельник, эти выходные я провела без Котова и добиралась на работу из своей квартиры. Как назло, опять сломалась машина. Я топала от остановки общественного транспорта к нашему офису и заметила машину Романа Михайловича. Он припарковался напротив центрального входа, а не заехал в подземный гараж. Так он обычно делал, когда собирался в скором времени уехать из офиса. Котов вышел из машины и тут раздались выстрелы. Он повалился на землю, а я в ужасе рванула к нему, не обращая внимания на то, что стрелять не прекращали. Перебежала дорогу, и тут у меня сломался каблук, я подвернула ногу. Благо рядом стояла машина, за которую я спряталась. Я огляделась в метрах десяти спрятавшись за свою машину был Котов. Увидев меня он рванул ко мне, выстрелы возобновились, но его это не остановило.

-Ты как? - обнимая меня и ощупывая, взволнованно спросил он. – Не ранена?

- Я нормально, а ты как? – вжимая голову в плечи, спросила я.

- Бывало и получше.

Пули попадали по машине, за которой мы находились, Котов повалил меня на землю прикрыв собой, и в тот же момент нас осыпало стеклом. Из офиса выбежала охрана, но так как они не могли понять откуда стреляют, то отстреливались наугад.

Наконец-то всё прекратилось. Котов поднялся и поднял меня.

- Ау, - завопила я. Подвёрнутая нога дала о себе знать.

- Что болит? – испуганно спросил он, шаря по мне взглядом.

- Нога, я её подвернула, когда к тебе бежала.

В далеке послышались серены, к нам подошёл начальник службы безопасности:

- Роман Михайлович, с вами всё в порядке?

- К вашему разочарованию да. С такими скоростями как у вас из меня решето могли сделать, - злобно ответил Котов, и подхватив меня на руки пошёл в офис.

По-моему, кто-то остался без работы.

Приехала полиция и мы долго и нудно давали показания. Я всё это время восседала на диване в кабинете Котова (и да, я всё-таки заставила его купить нормальный диван), с вытянутой ногой и лицом мученицы. Не то чтобы было прям так уж больно, просто вопросов у полицейских ко мне с таким лицом было меньше. Врачи из скорой от души перебинтовали ногу эластичным бинтом и выглядело это устрашающе.

Когда полицейские удалились, и мы остались вдвоём с Котовым, я вздохнула с облегчением.

- Кот, ты же понимаешь, что они тебя пугали, хотели бы убить убили, - глядя на него сказала я.

- Понимаю, - присаживаясь рядом со мной на диван и обнимая, сказал он. – А ещё я понимаю, что на этом неизвестные они не остановятся. Любопытно, какую же цель они преследуют? Ты какого чёрта под пули рванула? – резко сменил он тон беседы.

- А что я должна была делать? Стоять и смотреть как из тебя сито делают? Да и если честно подумать я не успела. Чисто инстинктивно побежала к тебе. А ты сам-то чего геройствовал?

- А вдруг бы тебя пристрелили, а я поминки до смерти не люблю, - начал кривляться он.

Тут зазвонил его мобильный который лежал на столе.

- Номер незнакомый, - сказал Роман Михайлович.

- Ставь на громкую.

 Котов ответил. Сначала было тихо, потом какой-то механический голос начал говорить.

- Это только начало. Ты мразь, которая за всё ответит. Я буду постепенно превращать твою жизнь в ад, ты сам отдашь мне все свои деньги, но для начала я заберу то, ради чего ты сдохнуть готов, я про ту суку, которая сейчас смотрит на тебя перепуганными глазами.

И пошли гудки. Как в дурацком кино.

- Бред какой-то, - пробормотала я.

- Без меня ни шагу, - металлическим голосом начал Котов. – Я приставлю к тебе хорошую охрану. Жить будешь в моей квартире, работать из дома. Всем скажем, что ты на больничном.

- Ты понимаешь, что он тебя просто запугивает. Он отвлекает твоё внимание, пока ты носишься со мной как с писаной торбой, он может сотворить реально что-то страшное.

- Сейчас в первую очередь важна твоя безопасность, - тоном, не терпящим возражений, сказал он.

 И началась другая жизнь. Я просидела взаперти в его квартире целую неделю. Квартиру охраняли ребята из охранного агентства. Единственный плюс, он всю эту неделю был со мной.

Жену на всякий случай он отправил заграницу, а родители и так были там. В безвылазном сидении я не видела смысла, и после продолжительного спора было решено, что на работу я всё-таки могу выйти, но до работы и обратно я буду добираться строго в сопровождении охраны.

Своему явлению на работу я была рада как никогда. Несколько дней я проработала

в полном угаре. Дел поднакопилось много, да и энтузиазма у меня за время отсутствия прибавилось. В районе обеда у меня зазвонил телефон. Я взяла трубку даже не посмотрев, кто звонит, потому как была полностью погружена в дела.

- Твоя сестра у нас, - послышалось в трубке.

- Ну, охренеть теперь, - автоматически ляпнула я. – Совсем там офигели что ли.

И отключилась. Потом посмотрела на телефон, номер был городской, звонили

скорее всего из автомата, но в наше время найти функционирующий телефон автомат в городе, это целый квест. Телефон зазвонил опять, я сбросила.  Я решила позвонить сестре, но она была недоступна. Я ещё несколько раз набирала её номер с тем же результатом. Потом набрала её рабочий номер.

- Пресс-служба областной администрации, меня зовут Артём, слушаю вас.

- Тёма, привет, это Лина, сестра Леокадии. Я не могу до неё дозвонится, ты не знаешь где она?

- Я сам не могу до неё дозвонится, и с утра она на работе не появлялась, - взволновано сказал Артём. - Так что ничем помочь не могу.

- Спасибо, - сказала я и положила трубку. Вот теперь подкралась тревога и беспокойство. Я занервничала. Опять зазвонил мой телефон. Звонили из автомата.

- Ещё раз бросишь трубку, и я сломаю руку твоей сестре.

- Короче, что вам надо?

- Нам нужна ты, в обмен на свою сестру. Через десять минут будет пересмена охраны на обед, и ты сможешь выскочить из здания, пройдёшь на соседнюю улицу и встанешь у гаражей. А дальше я перезвоню. И Котову не слово, а то я убью Леокадию на твоих же глазах. 

И пошли короткие гудки. Я что под наркотой, и мне мерещится дешёвый боевик? Да что ж это за фигня такая! Делать нечего, Лёльку я не брошу. Говорить Котову я ничего не стала. Взгляну на часы, я поняла, что у меня есть всего восемь минут чтобы что-нибудь придумать. Я достала из нижнего ящика стола старый кнопочный телефончик, размером с зажигалку. Им я пользовалась при организации мероприятий. Многофункциональные смартфоны крайне полезные, но не удобные в ношении, а когда у тебя их два, то это как с кирпичами в руках ходить. Поэтому, вместо второго смартфона вешаю на шею эту малютку. Батарея к моей радости была не разряжена. Я написала записку, вложила её в конверт и попросила Наташу передать её Котову через двадцать минут.

Прихватила свой смартфон и потопала к гаражам. Через охрану я с лёгкостью проскочила незамеченной. (Котов дал распоряжения меня одну не отпускать)

Я встала возле гаражей и завертела головой. Мимо проходили редкие прохожие, но они все шли по своим делам.

Мне по-прежнему никто не перезвонил, хотя я уже десять минут стояла переминаясь с ноги на ногу в ожидании чуда. Когда я уже было решила уйти, то почувствовала руку на своей шее и мои ноги оторвались от земли. Меня стали куда-то тащить, а потом я вдохнула что-то вонючее и отключилась.

Очнулась я в каком-то гараже. Руки и ноги были связаны, телефон отобран, но с другой стороны я же не надеялась, на то, что похитители кретины конченые. Хотя я вот точно кретинка.

Просидела я вот так вот на полу гаража где-то около получаса, судя по наручным часам. Послышался шум и в помещение вошёл мужчина лет сорока. Высокого роста, с начинающейся лысиной. Я его сразу узнала, это был Кузнецов Валерий Сергеевич. Моему удивлению не было придела.

- Внезапно, - прокомментировала я. – В роли злодея я и представить вас не могла. Какой неожиданный поворот в нашей истории, вы часом не писатель?

- Всё юморишь, шлюха.

- Почему сразу шлюха? – искренне заинтересовалась я. – Сплю я только с шефом, больше к нам никто не присоединяется. Он конечно женат, но чего ж так сразу меня обзывать.

- Закрой рот. Я не буду с тобой тут камеди батл устраивать.

- Ого, какие слова вы знаете. Ну, хорошо, мой господин, так какого хрена я здесь?

Вместо ответа он дал мне пощёчину.

- От того, что вы тут рукоприкладством занимаетесь милее я не стану, - сказала я, когда в голове прояснилось.

- Станешь, - уверенно сказал он, - поверь, ты будешь делать всё, что я скажу, а потом сдохнешь.

- Изумительная перспектива, интересно, а альтернатива какая-нибудь имеется? Кстати, что с моей сестрой? – перешла я к наболевшему вопросу.

- С ней всё нормально, сейчас, скорее всего, уже вышла из зала заседаний и с облегчением вздохнула. Совещания у губернатора ей явно не по нраву.

Вот я идиотка! Лёлька всегда отключает телефон на совещании, а если они там с утра заседают, то на работу она не заезжает, а сразу туда едет. С прискорбием могу констатировать, что я тупая.

- Ну, а Котов что такого тебе сделал, что ты его так ненавидишь?

- Он отобрал у меня дело всей моей жизни. И ещё насмешливо предложил остаться в роли наёмного директора.

- По-моему, он спас твоё предприятие от банкротства, - возразила я.

- А кто его довёл до банкротства, а? – возвышаясь надо мной, злобно выкрикнул Кузнецов. – Твой обожаемый Котов. Он далеко не милый благодетель, а я не первый пострадавший. Он прагматичный сукин сын. И с тобой он наиграется и выкинет. Но пока ты его любимая игрушка, можно на этом сыграть.

И он с удовольствием съездил мне по лицу ещё раз.

Возле дверей гаража послышалась возня, а потом ворота вылетели к чёртовой матери и сквозь клубы пыли в помещение ворвались люди с оружием. Впереди всех Котов и он тоже был вооружён.

К тому моменту Кузнецов рывком поднял меня и приставил пистолет к моей многострадальной головушке.

- Стой где стоишь, иначе я её пристрелю, - заорал Кузнецов.

 - Ты придурок, - со вздохом сказал Котов и выстрелил в него. Так как я значительно ниже ростом, то попасть в голову этому уроду было действительно не сложно. Этого Кузнецов не учёл. Я начала оседать под тяжестью его тела, а Котов кинулся ко мне.

- Со мной всё в порядке, - сказала я ему. – Только развяжи скорее верёвки, а то они жутко впились в кожу.

- Сейчас сделаю, - поцеловав меня, сказал он и у кого-то из прибывших с ним парней взял нож и избавил меня от пут.

Я покопалась в своём декольте и извлекла на свет божий телефон-малютку.

- Он мне надавил, зараза, однозначно он не для ношения в бюстгальтере.

Котов засмеялся, а потом сказал:

-  Он твой маленький спаситель, по которому я смог тебя отследить, не обижай его.

В записке, которую я оставляла Наташе, я написала по какому телефону Котов может меня отследить. К моему великому везению на мне этот телефон не обнаружили.

Ребята, прибывшие вместе с Котовым, оказались из охранного агентства. С помощью этого же агентства они меня и отследили.

А дальше началась морока. Вызвали полицию и бесконечные показания, показания, показания.

Выяснилось, что у Кузнецова был сообщник, по всей видимости наёмник он же и стрелял в Котова и меня похитил, но вычислить его не удалось, да собственно он и не опасен, так как заказчика нет, а без денег наёмники не работают.

Мы лежали обнявшись на кровати. На моей скуле красовался синяк от ударов Кузнецова и следы верёвки на запястьях.

- Я выгляжу как алкоголичка, которая поругалась с сожителем, - пожаловалась я Роману Михайловичу.

- Алкоголички так хорошо как ты не выглядят, не смотря на то, что ты в синяках. Я люблю тебя, - внезапно сказал он, а я уставилась на него во все глаза.

Вот оно! Наконец-то. Но в душе холодной змеёй заворочалось довольно странное чувство, которое отзывалось болью в сердце. Это было чувство безысходности. Я вдруг ясно осознала, что не хочу сделать ни в чём неповинного человека несчастным. И я про его жену. Мы с ним заслужили, мы её обманывали и предавали, а она просто ни о чём не знала. А если знала? Тогда ещё хуже.

- Я не хочу, чтобы ты разводился, - сквозь слёзы сказала я, –Татьяна хорошая, она не заслужила такого обращения с собой.

- А мы с тобой плохие?

- Да, мы подлые. И поступаем мы неправильно. Я люблю тебя, и ты это знаешь, я не знаю, как без тебя жить, но отпусти меня пожалуйста.

- Я пробовал, ты помнишь, чем это закончилось, - на удивление спокойно сказал он.

- В этот раз мы лучше постараемся. Мне нужно уволится. С глаз долой из сердца вон.

- Я люблю тебя и, как не странно, именно поэтому с тобой соглашусь. Я не хочу, чтобы ты страдала и в этом был виноват я, - прижимая меня к себе сильнее, сказал он.

Я сейчас сделала самую большую ошибку в своей жизни, но я поступила правильно.

На следующий день я написала заявление об увольнении. Котов подыскал мне хорошую работу на той же должности, только в городской администрации. Теперь мы с Леокадией Сергеевной одного поля ягоды.

Я с головой ушла в работу, чем сразу расположила к себе начальство. С Котовым мы пересекались крайне редко исключительно на городских мероприятиях среди сотен людей. В выходные я старалась либо работать, либо ездила к Лёле зализывать раны.

Мы с Леокадией Сергеевной решили в кое-то веке сходить в ресторан.  Поход был вечерним, поэтому май систер явилась миру во всей красе. Я как всегда выпендриваться не стала.

-Ты б ещё в спортивном костюме выперлась, - попеняла меня Лёля, когда мы приступили к ужину.

Я осмотрела свой пиджак и джинсы, и пожав плечами сказала:

- Не понимаю, что тебе не нравится, по-моему, не претенциозно и симпатично.

- В таком прикиде на тебя ни один мужик не клюнет, не смотря на твою симпатичную мордаху.

- А зачем мне клюющие и какие-либо ещё мужики?

- Ну не вечно же за твоим Котовым убиваться. Ты какого лешего от мужиков шарахаешься? Расставание с бывшим легче пережить, найдя нового.

- Жизненный опыт? – хитро прищурилась.

- Именно! Проверено мной, а я плохого не посоветую.

-Ну конечно ты же у нас супермозг и профессиональный психолог.

- А что, есть сомнения в моей компетенции?

- Что ты, что ты! Ты безусловно права, но только можно я тебя всё-таки ослушаюсь в этом вопросе.

- Ты меня уже ослушалась в вопросе с Котовым, и ничем хорошим это не кончилось. А я тебе говорила.

- Самая бессмысленная фраза «А я тебе говорила». Назад всё равно ничего не воротишь.

- А если был бы шанс отмотать время, как бы ты поступила? – по-птичьи склонив голову, спросила систер.

- Так же, - не раздумывая сказала я. – я первый раз в жизни полюбила. Я бы не смогла сопротивляться этому чувству не при каких обстоятельствах, увы.

- Я недавно видела твоего Кота, - как-то вяло начала Лёля.

- И что? – стараясь не выдать интерес, как можно равнодушнее спросила я.

- Он приезжал в наш город. Было мероприятие, посвящённое открытию цементного завода. Новые рабочие места и бла, бла, бла. Поэтому я как СМИ поехала туда с представителем администрации -  Вишневским. В общем, завод этот Котов отжал у местного бывшего авторитета. Как он это сделал, я понятия не имею.

- Я второй раз спрошу, и что?

- Ты что не догнала? – искренне удивилась Лёля. – Если уж такой слизняк как Кузнецов решил ему мстить, то бывший авторитет, понятное дело, может что-нибудь пожёстче сотворить. А ты его самое уязвимое место. Он так спокойно с тобой расстался, чтобы не подвергать тебя опасности. И ещё, он спрашивал меня как ты.

- И что ты ответила?

- Правду. Потому, что подозреваю, что он чувствует себя не лучше.

Прошла осень, прошла зима, подходила к концу весна. Снова настал май. Год прошёл. Из всех желаний во мне лидировало только упасть на пол и сдохнуть. Но я научилась с ним жить. Долгие месяцы оно было моим вечным спутником. Но от желания к действию я никогда не переходила. И точно знала, что не перейду.

Наш многоуважаемый мэр собирался организовать благотворительный бал для селебрити нашего города. Деньги должны были пойти на нужды детям с ограниченными возможностями. Предлог, безусловно, благородный, но мне ли не понимать, сколько на этом левого бабла отмоется. Организовывать сие мероприятие, конечно же, пришлось мне, как и освещать, впрочем, тоже. В качестве помещения я выбрала Музей-усадьбу какого-то князя проживавшего в нашем городе. Это был дворцово-парковый ансамбль конца восемнадцатого века. Усадьба была окружена небольшим, но прекрасным парком. То, что нужно для бала. Уговорить отдел культуры было сложно, но против мэра не попрёшь, а ему моя идея пришлась по душе.

Раз такое дело, я решила разодеться на мероприятия по всем правила, а не как всегда, облачится в деловой костюм. Я стояла перед зеркалом и любовалась собой. На мне было чёрное платье с пышной юбкой длинной чуть ниже щиколотки, но до пола не доставало. Платье было в ретро стиле Диты Фон Тиз, с вырезом лодочкой и рукавами три четверти. На ногах элегантные чёрные лаковые туфли на высокой шпильке. Макияж в том же стиле: стрелки и красная помада. Волосы уложены волной. Была мысль закосить под Диту по полной, и прокрасится в чёрный, но с таким цветом волос я буду смотреться как тяжело больная с бледным лицом, и без этого сходство образов было очевидным.

Я прихватила сумочку и вышла из квартиры.

Во дворе меня ждал Алексей Иванович на своей машине, заместитель мэра. Он и был моей парой на сегодняшний вечер. Ни у него, ни у меня пары не нашлось, поэтому мы решили пойти вместе.  Лёша был довольно симпатичным молодым человеком тридцати лет. Как такого милаху занесло в наше болото непонятно. Он реально работал и хотел что-то изменить. Но систему не изменить, до него это пока не доходило, и он продолжал из болота тянуть бегемота. Идейный парень. Что ж, пока шишек не набьёт, не поймёт.

Он открыл мне дверь машины и помог сесть.

- Лина Александровна, вы сегодня просто очаровательны, - сделал мне Лёша дежурный комплимент. Я в долгу не осталась:

- Вы тоже выглядите на миллион, мы будем одной из самых красивых пар.

Алексей смущённо усмехнулся. Мне нравилось его смущать. Сейчас редко встретишь людей с искренними эмоциями. Мы приехали одними из первых. Мне нужно было всё проверить и раздать последние ценные указания организаторам. И понеслось… Здравствуйте, здравствуйте, куча лживых комплиментов, фальшивые улыбки у напрочь фальшивых якобы соратников. Вот за это я и не люблю подобные мероприятия.

Но это часть моей работы и от неё никуда не деться. Народ всё прибывал и прибывал. Скоро должно состояться выступление мэра. Мы с ним несколько раз репетировали, надеюсь, он не накосячит, а то есть за ним такой грешок. С выступлениями у него имеются определённые проблемы. Ко мне подошла Машенька – сотрудница моего отдела. Ей всего двадцать, но я взяла эту девочку на работу за её острый ум, бойкое перо и нестандартный взгляд на обычные вещи. А ещё она профессиональный фотограф и это всё в двадцать лет.

- Лина Санна, выглядите потрясно, мужики из штанов выпрыгивают при виде вас, а бедный Лёшенька слюной исходит.

- Лёшенька, по-моему, слюной, исходит только по своей работе, - возразила я.

- А теперь и по вам. Представьте, на сколько вы ему нравитесь. Прям, как работа, - сказала Маша, и мы дружно засмеялись.

Тут к нам подошёл Лёша и умыкнул меня.

- Лина Александровна, Котов нарисовался, а он больше всех тут деньгами сорит, нужно подойти и выразить своё почтение, - беря меня под руку, сказал Алексей Иванович.

- Может мне сразу кинутся к нему в ноги с воплем «О Великий»?

- Лин, я понимаю, что всё это сборище сплошной фарс и мне тоже неприятно, но это часть работы.

- Ладно, не ной, пошли гражданина Котова обхаживать.

Сердце колотилось с бешенной скорость, нужно было взять себя в руки но не получалось, внутри всё дрожало. И тут я увидела его и на мгновенье запнулась, перестав дышать.

- Всё в порядке? – спросил Лёша.

- Да, просто споткнулась, - улыбнулась я.

Котов был вместе с супругой. Сам он был одет в смокинг и был хорош до зубной боли. Татьяна тоже выглядела достойно. Длинное кремовое платье из шёлка идеально подчёркивало её стройную фигуру и смотрелось очень аристократично. Я вдруг почувствовала себя нелепо в своём наряде. Котов обратил внимание на наше приближение и заулыбался.

- Добрый вечер, уважаемая администрация, - весело поприветствовал он нас. Вид он имел как всегда добродушно-располагающий, вот только в глубине его глаз таилась тревога.

- Приветствую вас, Роман Михайлович и очень рада видеть вас Татьяна Николаевна, - выдала я свою лучшую улыбку.

- Это супруга Романа Михайловича, - пояснила я Лёше, и представила его. – А это Алексей Иванович Селезнёв – заместитель мэра по социальным вопросам.

- Приятно познакомится, - сказал Роман Михайлович.

- Лина Александровна, это была ваша идея провести мероприятия в таком прекрасном месте? – поинтересовалась Татьяна.

- Настоящий бал, на мой взгляд, должен проходить во дворце, а это единственный настоящий дворец, - сказала я.

- В вас живёт принцесса из Диснеевских мультфильмов, - усмехнулся Котов.

- Ага, - согласилась я. –Люблю, знаете ли, попеть в лесу в окружении вышедших на моё пение зверушек, расколдовать пару тройку принцев, пожить с семью гномами. Это же романтика.

- Ты не меняешься, - глядя мне в глаза сказал Кот. Сердце тут же оборвалось. Зачем? Зачем ты говоришь это ТАК при всех?!

Алексей как-то странно на меня посмотрел, а Роман Михайлович ему пояснил:

- Лина Александровна работала моим пресс-секретарём, так что мы давно знакомы.

- Может быть, выпьем? – предложила я.

- С удовольствием, - ответила Татьяна, и мы прошли к столу.

Через несколько минут я удалилась под благородным предлогом проконтролировать всё ли готово к выступлению мэра. Выступление прошло хорошо, мэр запнулся только один раз, что уже является существенным прогрессом.

На мероприятие я пригласила симфонический оркестр в качестве музыкального сопровождения и сейчас наслаждалась очередным вальсом в их исполнении стараясь абстрагироваться от происходящего.  Оркестр доиграл и удалился на перерыв. Я почувствовала, что за моей спиной кто-то стоит. Не оборачиваясь, я знала кто.

- Мне нужно с тобой поговорить, - сказал Роман Михайлович.

- А мне нет, - всё также не оборачиваясь сказала я.

Он подошёл ко мне вплотную.

- Это по поводу твоей работы и это очень важно. Давай выйдем на улицу.

Я развернулась и молча пошла на улицу, а он за мной.  Мы ушли в самый укромный уголок парка, спрятавшись за фигурными кустами от досужих глаз.

- Ты сегодня потрясающе выглядишь.

- Что ты мне хотел сказать, - прервала я его.

- Тебе лучше уволится и чем скорее, тем лучше. Мэра скоро уберут с его поста, а ты можешь лишиться хорошей репутации из-за этого.

- С чего ты взял? – удивилась я.

- Ты прекрасно знаешь, какие и в каких кругах у меня знакомства.

- Хорошо, я тебя услышала.

- Да послушай же! – не выдержал он. – Твой начальник сильно проштрафился и его уберут, облив дерьмом по самое не могу. Я не хочу, чтобы тебя забрызгало! Пообещай мне, что завтра уволишься.

- Хорошо, - сдалась я. В конце концов, он никогда мне не делал гадостей, и не верить ему у меня не было повода. – Я обещаю завтра же уволиться.

- Вот и отлично, - уже спокойно сказал он.

 Я решила, что разговор окончен и пора уходить. Я уже сделала несколько шагов, но Котов схватил меня за руку, притянул к себе и поцеловал. Земля ушла из-под ног. На минуту я снова стала счастливой.  А потом он меня осторожно отпустил и сказал:

- Иди, ты первая я за тобой.

 Я как во сне добрела  до здания. Сознание вернулось ко мне только когда я вошла в зал.

- Я тебя потерял, - подходя ко мне, сказал Лёша. – Пойдём, нас мэр зовёт.

И я пошла. Мир стал привычным. Только душа треснула и осыпалась миллионами острых осколков, колющих изнутри.

В тот вечер я видела Котова в последний раз. Я, как и обещала, уволилась на следующий же день. Как и говорил Котов, мэра убрали с жутким скандалом, опозорив всю его команду. Я не стала искать себе новую работу в этом городе. Я решила вернуться в свой родной город, там у меня была своя квартира, здесь я жила в съёмной.

Леокадия предложила мне работать у неё, но я отказалась. Я решила, поработаю журналистом фрилансером. Моя квартира встретила меня стерильной чистотой. Видимо Лёлька обращалась в клининговую службу, чтобы подготовить её к моему приезду. Я поставила чайник, выпила чаю, и пошла выгружать вещи из своей машинюшечки.  Вечером ко мне явилась май систер.

- Может ты к маме съездишь, отвлечёшься, развеешься, - глядя на мой понурый вид предложила она. – Ну чего ты так переживаешь? Ты вовремя оттуда сделала ноги, с твоей репутацией всё в порядке, найдёшь себе новую хорошую работу. А чего ты, кстати, с этой дёрнула? Нет, это безусловно, правильное решение, но всё же почему?

- Котов сказал. Я его на балу встретила, он меня предупредил и взял с меня слово, что я уволюсь.

- Так вот где собака порылась, - понимающе закивала она головой, - теперь понятно, почему ты как мешком прибитая ходишь, опять у нас на повестке дня Котов.

- Я действительно лучше съезжу к маме, давно её не видела, - перевела я разговор на безопасную тему, туда, где не больно.

- Вот и ладно, - согласилась Лёля.

Я пробыла у мамы аж целый месяц, хотя планировала только неделю. По приезду я занялась работой, из дома практически не выходила, и видеть никого не желала.

Как на зло у меня сильно заболело ухо. Я попросила Лёльку найти мне хорошего врача. Систер заехала за мной в свой обеденный перерыв, и мы поехали в больницу.

- Отличный врач, он вообще-то детский лор, но периодически работает и во взрослом отделение. Сегодня как раз там дежурит, - расписывала мне его достоинства Леокадия Сергеевна. – Я всегда к нему обращаюсь. Дмитрий Анатольевич, кстати, очень симпатичный.

- Ты что, на него глаз положила? - хитро спросила я у систер.

- Нет. Пока нет. У меня пока Артём есть.

- Как-то долго он у тебя задержался. Ему пора уже надбавку к зарплате выписать, как ветерану проживания с тобой, потому как сосуществование с тобой те ещё боевые действия.

- Ой, ой, ой… - скривилась Лёля.

Врач оказался действительно симпатичным светловолосым высоким мужчиной лет тридцати пяти. По его обращению со мной сразу чувствовалось, что работать он привык с детьми, а не со взрослыми. Да и процедуры он делал гораздо осторожней и аккуратней, чем врачи, лечащие взрослых.

У меня оказался отит. Дмитрий Анатольевич выписал мне лекарства, и сказал приходить через неделю. Так я познакомилась с Димой. С Димой мы встречались сначала как друзья, я понятное дело без особого энтузиазма воспринимала его ухаживания, но он смог растопить моё ледяное сердце. Через два месяца я впервые осталась у него на ночь. Не скажу, что я его полюбила, скорее я позволяла любить себя и от осознания, что меня кто-то любит, я кому-то нужна, мне становилось легче. И за это мне тоже хотелось отплачивать чем-то приятным.

Ещё через несколько месяцев он сделал мне предложение жить вместе, но я отказалась.  Страстным романом наши отношения не назовёшь, всё тихо и размеренно. То, что мне нужно.

Покой. Вот что мне было необходимо. Котов стал всего лишь воспоминанием, которое приходило ко мне во сне. Мне удалось загнать мысли о нём глубоко в сознание, туда откуда им всё сложнее и сложнее возвращаться.