Я всё ещё человек. Часть 2

Давайте, грёбаные ноги, слушайтесь!

Длинная рука заражённого дёрнула на себя, и я отшатнулась.

Останавливаться было нельзя, но при первой же попытке подняться, меня снова повалило вниз, а тело от страха намертво окаменело.

Закрыв голову, я начала пятиться по холодной земле, пока с размаху не упёрлась спиной в дерево.

— Тшшш…тшшш… — зашипела стая, демонстрируя уже красные от моей крови зубы.

Один из них встряхнул за плечи, и я инстинктивно выставила ладонь вперёд, чтобы не дать существу добраться до шеи.

— Очнись!

Я распахнула глаза.

Кто это сказал?

Вокруг страшная темень, и всё просто кишит заражёнными. Если здесь есть кто-то ещё, он уже труп. Или вот-вот им станет.

Надо предупредить. Надо…

— Приди в себя!

Снова этот голос.

Я моргнула, не сразу понимая, что именно изменилось.

Заражённый всё ещё был передо мной. Он дёрнулся сильнее, вынуждая надавить в ответ, и в этом усилии взгляд сам собой соскользнул вниз, к собственной руке.

Буквально секунду назад я чувствовала, как земля забивается под ногти, чувствовала от почвы сырость и холод, а теперь... проведя ладонью, нашла вместо травы гладкую поверхность.

На мгновение замерла, пытаясь понять, какое из ощущений правдиво.

Картинка тут же разошлась с телом и начала расплываться по краям. Пальцы теперь не впивались в липкую от крови кожу существа, а сжимали тёплую ткань чьей-то футболки.

Снова моргнула.

Я сидела на полу у стены, пока Макс, держа меня за плечи, пытается что-то сказать.
Слова дошли сквозь остатки наваждения не сразу, но всё же наконец-то удалось разобрать:

— Всё хорошо, мы дома…дома, — повторял он, проводя ладонью по моей спине.

Я посмотрела в сторону. И правда. Комната Кристины... Только её само́й не было.

Воспоминания ворвались в голову безжалостно и, распахнув глаза, я тут же вцепилась в руки Макса.

— К-кр-… К-кр... — меня так накрыло образами из леса и памятью о боли, что даже имя сестры не выходило выговорить.

— Она в порядке, — успокоил меня Макс и осторожно обхватил руками. — И пальцем не успели тронуть.

Облегчение от услышанного напрочь сорвало остатки самообладания. Я начала рывками вдыхать воздух и мычать, сдавливая в горле истерику. А когда обняла Макса в ответ и окончательно закатилась плачем. Мне до сих пор было страшно до одури.

Даже с закрытыми глазами образы не уходили — наоборот, становились чётче, ярче.

Помню слишком хорошо: как бегу по лесу, как зубы заражённых врезаются в кожу, как больно получать удары и как я боюсь, что Кристина или Макс пострадают.

Тело отзывалось тупой болью: ломило каждую мышцу, руки поднимались с трудом, что случилось с ногами, вообще думать не хотелось.
Какое-то время я так и сидела, пытаясь унять истерику и хоть как-то удержаться в настоящем.
Постепенно в голове стало тише. Сначала ушёл звон в ушах, потом дыхание перестало срываться, и только тогда я смогла отстраниться и откинуться спиной на стену.

Поймав мой взгляд, Макс молча протянул кружку.

В ней — трубочка, с прицепленной пёстрой бумажкой в виде дольки апельсина. Вроде мелочь. Но даже такая незначительная деталь настолько не вязалась с происходящим, что, зацепившись за неё взглядом, на секунду снова усомнилась, не сплю ли.

— Нравится? — тихо спросил Макс, заметив моё застывшее внимание. — Выбрал для тебя…повеселее.

Кивнула.
Господи, меня так легко отвлечь какой-то ерундой.

Вода оказалась как нельзя кстати, но прийти в себя сегодня оказалось намного сложнее, чем после провала сознания в прошлый раз.

— Будешь ещё? — шепнул Макс, забирая из моих рук кружку.

Снова кивнула. Хотела ответить, но не получилось. Делала вдох, и всё. Дальше не шло.

Когда он вышел, глаза сами начали исследовать комнату.
Дверь, снесённая с петель, сейчас просто опиралась на косяк, кровать вся заляпана бурыми пятнами, вокруг — бедлам.

Качнув головой в сторону, почувствовала странное. Что-то с ней было не так. С трудом поднесла ладони к затылку и запустила пальцы в волосы.

Добраться к коже оказалось не так просто, настолько всё было склеено, но почти сразу...оцепенела.

Что за чёрт?

Последнее, что помню: как одно из существ схватило за шею и ударяло о стену, пока мир не отключился.

Я обернулась. На стене, прямо за спиной, чётко был виден потемневший кровавый след от моей головы, и траектория, — как мазок широкой кистью, — по которой я сползла вниз.

В моём затылке была глубокая вмятина.

Лёгкие без приказа стали разгонять воздух, подливая масла в панику.

А дальше? Что произошло потом?

— Анна, не надо. — Макс, каким-то образом оказавшийся рядом, отвернул моё лицо от стены на себя. — Постарайся успокоиться.

Проще сказать, чем сделать. Я снова и снова прощупывала пальцами углубление в черепе и никак не могла остановиться.

— Хочу положить тебя на кровать, — мягко взяв за кисть, Макс отнял руку от моей головы и заглянул в глаза. — Попробуем?

Сейчас было как-то плевать на комфорт. Хотелось разобраться во всём, но сознание почему-то становилось ватным, чего не мог уже исправить даже страх вперемешку с паникой.

В любом случае, расспросить подробности можно было и не на полу.

В знак согласия я протянула к Максу руки. После того, как он осторожно переместил меня на кровать, сам присел напротив на пол, чтобы мне не нужно было поднимать голову. Потом негромко спросил:

— Не можешь говорить? Не получается?

Отрицательно мотнула головой и сразу отвела взгляд, чтобы сморгнуть вновь подступившие слёзы. Меня и саму это начинало беспокоить.

— Не торопись. Ты очнулась в этот раз очень быстро. Сейчас только шесть утра. Нужно время, чтобы восстановиться… — он сделал короткую паузу. — Давай поставлю вкусную капельницу и поспишь ещё немного?

Почему-то машинально заглянула к нему за спину, в дверной проём. Макс, кажется, сразу догадался, кого я ищу глазами, и продолжил.

— Крис ночевала в кабинете. Можно сказать, ночь прошла спокойно, — перевёл взгляд на моё лицо, — но ты заставила меня крепко понервничать, лобовой стратег.

Я громко цокнула и закатила глаза.

Согласна, план был так себе — на это недвусмысленно намекала дыра в черепушке. Но все целы, и утро для меня всё-таки наступило. А это уже сильно больше, чем я рассчитывала получить.

Макс на такую реакцию сначала будто подавился смешком, а потом всё-таки расхохотался.

Мне всегда нравилось, как он смеётся. Но стоило поднять на его лицо взгляд, как моя едва появившаяся улыбка тут же сошла на нет.

Клыки.

Проклятье. Всё-таки нагнало.

— Я уже говорил: с такой мимикой можно и без слов понимать, о чём ты думаешь… — он проследил за моим взглядом и сразу кивнул. — Да. Сегодня ночью появились. Наконец-то собрал премиум-комплект… Команда енотов!

Последнее он добавил с нарочитым воодушевлением, чуть сжав кулаки, будто объявлял набор в элитный боевой кружок.

Всё-таки улыбнулась.
Даже сейчас новый енот умудрялся вытаскивать меня из нулевого настроения. Как и всегда, впрочем.

— Когда проснёшься, сделаю тёплую ванну, — продолжил он мягче. — Что скажешь? Может, даже с пеной…

В ответ, медленно моргая, я согласно кивнула, позволяя мыслям утекать куда-то и погружаться в темноту.

— Договорились, — раздался будто издалека голос Макса. — Засыпай. Я прилягу рядом через пару минут.

***

Сон пришёл быстро, словно мозг выключили кнопкой.

Показалось, что спала минут десять, не больше, на деле — проснулась уже в разгар обеда.

Когда открыла глаза, Макс сидел рядом и строчил что-то на ноутбуке.
Забавно. У нас стихийно выстроилась своеобразная вахта: работает с NGM тот, кто находится в сознании.
Увидев, как я приподнимаюсь на кровати, он отложил компьютер и негромко спросил.

— Проснулась? Как себя чувствуешь?

Проведя ладонью по лицу, я сглотнула. В горле опять зудела какая-то дикая жажда.

— Лучше, — получилось ответить чуть погодя.

— Ещё и говоришь. За такое и жёлтую уточку для ванной придётся искать.

Улыбнулась и, сдвинувшись к краю, спустила ноги, что почему-то заставило Макса сорваться с места.

— Погоди, отнесу тебя вниз.

— Не надо, я… — начала говорить и буквально на первом шагу полетела на пол.

Сначала показалось, самочувствие прекрасное, но как только встала в полный рост, мышцы в молчаливом протесте в мгновение отказали, голову повело, а во рту из-за тошноты собралась слюна.

— Вот скажи, что за тяга к саботажу моих слов? Не ударилась? — заворчал Макс, поднимая меня на руки, и направился к двери.

Внизу, в отличие от комнаты с наглухо зашторенными окнами, оказалось ярко.
Глаза резало не по-детски. Настолько, что пока мы спускались по лестнице и шли по первому этажу, приходилось делать небольшие перерывы и прикрывать их для передышки.

Оказавшись на месте, я всё же разомкнула веки и увидела, как из распахнутой двери кухни били солнечные лучи, обрисовывая силуэт Кристины.
Несмотря на боль, я не зажмурилась и не отвела от сестры взгляд.

Крис дома. И она в порядке. Какое счастье.

Подбежав к нам, сестра сразу звонко защебетала что-то по пути, пока Макс не усадил меня за стол.

— Ты…— Кристина провела по мне глазами, — так похудела... Я испекла пирог, твой любимый…Ещё есть бульон и картошка с мясом. Что будешь?

— Столько всего… — прошептала я.

Есть почему-то совсем не хотелось, но сейчас волновало не это.

Я знаю Крис с момента её появления на свет. Для меня очевидно, она закрывает тревогу готовкой...или извиняется за что-то. А может, и всё сразу. Я ведь ничего не помню.

— Давайте начнём с бульона. Сейчас жёсткая еда может пойти трудновато, — вклинился Макс, подмигнул Кристине и, щедро проведя по моему носу вонючей мазью, отправился в ванную.

Крис кивнула и сразу развернулась к столешнице.
Миска, половник, короткое движение запястьем — и передо мной уже стояла небольшая порция бульона.

Я было потянулась к ложке, но рука не слушалась. Пальцы сжимались медленно, с запозданием, будто сигнал до них доходил не сразу.

Крис заметила это раньше, чем я успела что-то сказать. Подскочив к ящику, она порылась в содержимом и через секунду положила рядом закрученную ярко-зелёную трубочку. На сгибе — бумажная фигурка ананаса в солнечных очках.

Улыбнулась.

— Не подашь очки Макса? — попросила я, уже не в силах выносить яркий свет.

Она сбе́гала в комнату и, оценив мой более чем странный образ для распития бульона, продолжила болтать.

— Когда тебе станет лучше, снова организуем посиделки. Надо обновить платье.

— Что за платье? — скрипуче спросила я. Голос возвращался очень неохотно.

— Тоже ты купила. Жёлтое платье.

— Короткое?

— Очень.

Интонация показалась издевательской. Скорее всего, мелкая просто дразнилась.

— Не терпится его увидеть… — подыграла я, делая фразу максимально красноречивой.

Пока мы говорили, я всё яснее замечала, как держится Крис. Её напускное спокойствие уже трещало по швам и вовсю фонило вчерашним днём через мечущийся взгляд, нервные смешки и дёрганные движения.

Оборвав меня на середине новой фразы, она внезапно спросила.

— Тебе больно?

Я выпустила из пальцев трубочку и, чуть подумав, ответила:

— Уже нет.

Казалось, Крис растерялась. Несколько раз быстро моргнула и спросила, как показалось, уже более раздражённо.

— Зачем ты так сделала?

— Как?

— Ломанулась как дура…одна. Я могла помочь

Кристина старалась держать тон ровным, но всё же от слов зафонило злостью.

— Ты позвала Макса…а он принёс топор. Вроде лучше не придумать… — ответ сестру точно не устроил, поэтому после небольшой паузы я спросила. — Злишься?

— Злюсь.

— На меня?

— Не знаю. Просто злюсь… — Крис забегала взглядом по полу, явно пытаясь фильтровать то, что проговаривала в голове. — А впрочем…ты так складно стелешь, потому что уходить легче, чем оставаться. Что бы я делала, если ты не вернулась бы, а?

— Жила…В этом и был весь смысл — чтобы ты жила.

Кристина ошарашенно моргнула и тут же взорвалась:

— Да сколько можно?! Перестань! Перестань говорить так, будто ТЫ вообще ничего не значишь!

— Крис… Не знаю, как к такому вообще можно быть готовым. Но в решениях, которые приняла вчера, я не сомневаюсь. И то, что сейчас ты сидишь напротив, такая злая на меня и невредимая, даёт повод верить, что всё было правильно…

Кристина, явно не ожидавшая от компромиссной меня слов, на которые у той не было ответа, откинулась на стуле и засопела от злости. Выражение лица такое, будто в её голове шла какая-то борьба. А значит, сейчас её лучше было не трогать.

Мы частенько спорили, пока жили в одной комнате, и за это время я успела научиться, как именно следует решать вопросы с мини-версией мамы без лишнего шума.

Видимо, до чего-то додумавшись, глубоко вздохнув и скорчив ледяную мину, сестра, наконец, буркнула:

— Если бы ты не была вся в этой стрёмной крови, треснула бы…за то, что умничаешь…Тресну после…

Я через улыбку хмыкнула. С уст Крис это означало «ничью», что вполне устраивало.

— Кстати, ванная для рок-звезды уже готова… — весело вмешался Макс, который, похоже, всё это время стоял за дверью, терпеливо выжидая момент.

Если подумать, в очках и со скворечником на голове я действительно немного походила на одну из тех отвязных певиц, что папарацци ловят утром после похмелья.

Чтобы не оставлять разговор подвешенным, кинула взгляд на Крис, улыбнулась и сказала:

— Мы договорим. Обещаю.

— Ладно, ладно. Уходи уже.

Кристина сделала вид, что ей всё равно, лениво отмахнувшись рукой, но я точно знала — это перемирие.

***

Макс не включал свет. Только положил телефон с включённым фонариком на раковину и предложил посидеть рядом.

«Чтобы твою голову не примагнитило к какой-нибудь жёсткой поверхности». Справедливое опасение. Даже не спорила.

Сначала он помог снять повязки, а после, пока я не без труда раздевалась, сидел ко мне спиной.

Без одежды Макс видел меня во всех подробностях, но к откровенности ситуация сейчас не располагала.
Хотелось привести себя в порядок, побыть наедине с потрёпанными конечностями и не задумываться при этом, как я выгляжу. Спасибо, человек напротив это понимал.
Когда я окончательно расположилась в воде, Макс стянул с крючков на стене два тёмно-коричневых замшевых халата, соорудил себе что-то вроде подушки и лёг вдоль ванной, задрав ноги на стену.

Погрузив голову, я начала промывала волосы от сгустков крови и не переставала ужасаться. Чёрт побери, сколько же её вытекло?

Как закончила, подложила под щеку полотенце и свесила одну руку из ванной, чтобы видеть Макса. Смотря в потолок, он о чём-то размышлял, а поймав мой взгляд, спросил:

— Как себя чувствуешь?

— Уже лучше, — ответила я и повела плечом, проверяя, насколько это правда. — Поговорим обо всём?

Он едва заметно нахмурился.

— Уверена? Может, отложим хотя бы до завтра?

— Вчерашнее лишний раз доказывает, что события будут происходить вне зависимости от моего самочувствия.

Пауза. Макс медленно кивнул, будто соглашаясь не со мной, а с какой-то своей мыслью.

— Ладно… С чего хочешь начать?

Я на секунду прикрыла глаза, набираясь смелости, и, наконец, спросила главное:

— Как вчера всё закончилось?

— Очевидно, мы сработали слаженнее, чем твари, — с невероятной лёгкостью ответил Макс.

— Да, твой топор оказался как нельзя кстати.

Он едва заметно покачал головой.

— Спас нас совсем не топор.

Я вопросительно уставилась на него, ожидая пояснений.

— Когда тебя выключил последний, я перестал думать головой и начал ошибаться… — он говорил ровно, но челюсть у него при этом сжималась. — Попытался попасть в сердце, как ты сказала… А нож просто сломался. Под кожей было что-то очень твёрдое.

Он сделал паузу и поднял глаза на потолок.

— Короче, гадёныш сломал мне обе руки и повалил на спину. Там уже было без шансов.

Я слушала, чувствуя, как внутри медленно стягивается холод. Макс лежал в полуметре, живой, целый — а в голове всё равно закипала тревога.

— А потом? — тихо спросила я, сама заранее сжимаясь от ответа.

Он перевёл на меня взгляд.

— Потом его снесла ты… И убила… Голыми руками.

— Ничего не понимаю… — Я нахмурилась, машинально сжав край ванной пальцами. — Как это возможно?

— Снова только теории и домыслы… — он устало выдохнул. — Думаю, вмешался вирус. Когда ты оказалась на грани — он перехватил командование и разобрался с опасностью радикально.

Слышать об ужасах, что не помню — страшно, но догадка, что я напала на него или Крис — была просто невыносимой.

— Макс… я сделала что-то…тебе, да?

Он приподнялся, сел прямо напротив. Потом положил руку на мою голову и через улыбку мягко ответил:

— Ничего.

— Честно?

— Как и всегда.

— Но…это же опасно…Вирус мог заставить напасть и на тебя?

— Ты меня узнала. В этот раз уверен. Вчера социального отклика было больше. Ты практически общалась со мной.

— Что? Правда?

— Вот об этом и хочу поговорить. Помнишь, что помогло убить тварей, помимо топора? Ты говорила, куда нужно бить. Как?..

Точно. Воспоминания как-то кусками накрывали, когда Макс рассказывал мне о событиях.

— Это… — я постаралась подобрать слова. — Просто возникло — чувство.

— Пожалуйста, попробуй вспомнить. Такие знания…они сейчас чуть ли не важнее всего, до чего смогли додуматься в NGM.

На секунду задумалась, но сразу кивнула.

— Поможешь мне встать? Нужно попробовать сделать это ещё раз. И…сними футболку.
Я обернулась в полотенце и, сидя на полу, обхватила Макса руками, который явно не понимал, что происходит. Я, если честно, тоже.

— Вчера, когда на меня накинулась та мелкая, пришло какое-то… озарение, — сказала я, на секунду замедлив движение ладони по коже Макса. — Я держала её за шею и искала спасение…Потом вдруг чётко почувствовала, где именно в этом теле находится… что-то. И поняла, что это важно. Не менее важно, чем мозг и сердце. А может, и важнее.

На секунду замолчала, собирая мысль, и повела рукой выше, вдоль его спины.

— Как бы это объяснить…— я нахмурилась. — А, вот…Представь, что отключились зрение и слух. Перед тобой на столе вибрирует телефон. Ты точно знаешь, что он там, но не видишь и не слышишь. Найти можно, только коснувшись столешницы и почувствовав вибрацию кожей.

Моя ладонь, скользнув от поясницы к лопаткам, поднялась выше и остановилась на его плече, чуть сместившись к ключице.
Не знаю, почему так. Просто поймала знакомое ощущение и уже за ним довела движение до конца.

Дыхание Макса заметно ускорилось.

— Здесь, — тихо сказала я. — Но ты это уже знаешь, да?

Почему-то была уверенность: он ждал, что рука остановится именно там.

— Да, — Макс коротко кивнул. — Ты сказала об этом в ночь перед клыками. Тогда подумал, твоё сознание просто кипит от температуры.

Он чуть повёл плечом под моей рукой, будто проверяя ощущение.

— А вчера, когда осматривал тела, понял, что это не бред… Ты чувствуешь синарх…И каждая тварь подохла от попадания в него.

Моё лицо вытянулось от шока.

— Подожди… У нас тоже…?

Макс без тени сомнения кивнул.

— Где же тогда… — начала я, машинально коснувшись кожи бедра ладонями.

Мысль о лишнем органе в собственном теле сначала отозвалась холодом, а следом — почти раздражающим интересом.

— Ты не сказала. Не чувствуешь его?

Покачала головой.

— Не-а. Ничего такого.

Макс придвинулся чуть вперёд.

— Научи меня. Вдруг получится.

Я коротко усмехнулась.

— Как объяснить, что сама толком не умею…

Он ничего не сказал, но продолжил смотреть с такой надеждой и упрямством, что я сдалась. Сделав глубокий вдох, на секунду закрыла глаза, в попытке хоть как-то разложить это ощущение на шаги и слепить их в понятную методику.

— Ладно…— продолжила я, — Прозвучит странно, но начни с того, что…что хочешь узнать меня. Отключи все другие чувства и мысли. Медленно проводи ладонями и словно слушай кожей. Чем площадь соприкосновения больше — тем легче. Но главное — мотивация. Если настроишься правильно, то достаточно и лёгкого касания.

Распустила полотенце, чтобы оголить спину. Макс положил тёплые руки на мою влажную кожу и прижал к себе. Не знаю, о чём он там думал, но от накативших чувств по телу пронёсся конкретный табун мурашек. А вот через минуту, Макс действительно стал серьёзен и сконцентрировался.

Сначала провёл по бедру, потом по талии и дальше на спину. Поднявшись, стал двигать ладонь медленнее, а после остановился. На спине, у верхнего угла правой лопатки. Потом немного сдвинул, но сразу вернулся.

— Нашёл, — сказал он, улыбаясь и быстро дыша от восторга.

— Как ты понял?

— Ну, пока сам не почувствуешь, и правда не объяснить, — он тихо усмехнулся. — Но пример с вибрацией телефона очень хорош. Тебе бы людей этому учить.

— Спасибо, конечно, но зубастые студенты не моя тема.

Он провёл пальцами по тому же месту, словно проверяя себя, и чуть нахмурился.

— Как ты делала это за пару секунд, да ещё и в драке?.. Хотя… — он коротко выдохнул, — скажу в своё оправдание, сейчас сконцентрироваться было сложно.

Последние слова он проговорил еле слышно, сместившись ближе и коснувшись губами моей шеи.

— Стой… — Я резко втянула воздух и отстранилась. — Макс, остановись. Меня искусали.

— Знаю. Я не боюсь.

Покачала головой.

— Заражённые отличались. Значит, либо это наше будущее, либо какой-то кривой штамм, который теперь пляшет по моей крови.

Макс тяжело вздохнул, опустил голову мне на плечо и обнял, уже без попытки спорить.

— Мне жаль, что это случилось. Если бы мог поменяться местами с тобой или Чарли, даже не раздумывал бы.

— Пообещай кое-что, ладно? — спросила я, поглаживая его спину.

— Мне уже не нравится начало…

— Если встанет выбор между мной и Кристиной, — на секунду запнулась, — выбери её…И сделай всё, что потребуется. Даже если это будет грозить мне топором.

Тишина.
Макс ничего не ответил, только сжал руки немного сильнее и уткнулся лбом в ключицу.

— Пожалуйста… — вновь прошептала я, чтобы не дать шанса оставить просьбу без ответа.

Он чуть отстранился, посмотрел на меня — долго, будто пытался найти вариант, в котором можно не соглашаться. Через несколько мгновений Макс вернул голову ко мне на плечо и еле слышно сказал: «Обещаю».

Закрыла глаза.

Какое-то время мы просто сидели так, не двигаясь. Я медленно продолжала водить ладонью по его спине и еле сдерживала тысячный за сегодня порыв разрыдаться.

Сама ситуация раздражала. Мы так долго продержались, столько увидели и выяснили, но этого до сих пор недостаточно.

А будет ли вообще достаточно? Вирус-то никуда не уйдёт. В конце концов, останется только ждать своей участи и надеяться, что всё закончится не слишком болезненно.

— Ужасная просьба, знаю. Прости, что приходится постоянно меня выручать.

— Выручать…? — чуть возмутился Макс. — Только благодаря тебе все еноты в этом доме остались живы.

Он посмотрел на меня, заправил за ухо влажный после воды локон и продолжил более серьёзно.

— Я правда так думаю… Ещё думаю, что надо как-то сообщить это NGM. То, что ты выяснила, может спасти много людей.

Пожала плечами.

— Давай просто позвоним Кларку? Ну, правда… Зачем выдумывать сложные пути?

— И как расскажешь? Что сражалась на палках с кровожадными заражёнными?

— Не прям так, — я слегка улыбнулась от абсурдной формулировки. — Продолжим сыпать от тебя и Чарли информацией, чтобы подтверждать слова. Но скажем ему… как есть, сегодня. Без подробностей о том, где мы…

Было видно, Макс сомневается, поэтому поспешила добавить.

— Сам понимаешь, без вирусной силы, мы бы не справились. Здоровый человек даже с оружием обречён. Пусть знают, к чему готовиться, — на секунду замолчала, готовясь сказать главное. — Даже если говорить правду опасно…Помочь людям — наш долг.

***

Через полчаса мы стояли на поляне. Ну как «стояли»…Макс стоял, а я сидела рядом с кучкой трупов.

Тело до сих пор отказывалось подчиняться, особенно ноги.

Поэтому, уже по классике, с повышенным комфортом добралась на руках у Макса. Так и привыкнуть недолго.

От увиденного подступала тошнота. При свете дня существа выглядели ещё страшнее, а странный запах не перебивала даже мазь.

Не мерзкий…Именно странный. Хотелось как-то вникнуть в него, разобраться…что только лишний раз напоминало о наших собственных изменениях.

— Какого хрена случилось с его башкой?! — спросила я, удивлённо разглядывая одно из тел напротив.

— Если кратко: с ним случилась ты, — ответил Макс и достал телефон из кармана.

Подняла бровь, но ничего не ответила. До сих пор казалось, что он подшучивает.

Я наклонилась, подобрала с земли тонкую веточку и, чуть помедлив, ткнула ею в ближайшую тушу, отодвигая кусок разорванной ткани.
Рука двигалась осторожно, но уже без прежнего отвращения. Без необходимости отбиваться или бежать, появилась возможность рассмотреть всё спокойно.

Кожа у всех была серой, почти пепельной. Я провела веткой вдоль плеча, задержалась у разрыва — там цвет уходил в более тёмный, практически чернильный цвет.

Пока Макс делал снимки и видео, размышляла, а в какой-то момент начала говорить вслух.

— …и ткани заражённых животных пронизаны тончайшими нитями… — проговорила я, прищурившись, и чуть наклонила вбок голову, словно это помогало лучше видеть суть.

— Ммм… да. Это так, — отозвался Макс, не отрываясь от съёмки.

Я ткнула веткой глубже, раздвигая края раны, и задержала там взгляд.

— Думаю, в нитях-то и дело. Они прорастают через всё тело, разносят команды нового шефа… — я машинально провела ладонью по собственному предплечью. — И поиск синарха через осязание теперь выглядит логичнее — под кожей ведь целая сеть.

Бедро неприятно потянуло. Я коротко поморщилась и сменила позу, упёршись ладонью в землю.

— Сначала думала, что мышцы болят от перенапряжения. Но, похоже, вирус потерял надежду на мою адекватность и запустил больше нитей, для контроля. У ребят на земле, скорее всего, их немерено.

— Хм. Хорошая теория… Интересно, почему в телах погибших нашли чёрную жидкость, но не синарх?

С усилием потёрла лоб и снова вперилась глазами в трупы.

— Если подумать, — начала я озвучивать догадку, — … то у всех пятерых, эта штука располагается рядом с большими узлами нервов. Даже у нас с тобой. Может момент кризиса — это попытка синарха прикрепиться к нервной системе? Сначала подготавливает себе почву: проращивает нити, множит чёрную жижу, формируется, а уже после пытается прикрепиться.

— Вот только иногда делает это настолько агрессивно, что носитель просто не выдерживает, — дополнил Макс и присел рядом. — Как же эти уродцы пережили такое? Любой после подобного помчался бы в больницу.

Он забрал у меня палочку и, перехватив её ближе к концу, начал тыкать в тело, словно указкой, без особого стеснения в движениях.

— У этого голова так изменилась, что речь точно не про пару недель… — он наклонился ниже, повёл веткой вдоль туловища, — да и руки эти… По одежде непонятно, как давно он отдыхает на свежем воздухе. Может, был одет теплее, но со временем просто всё растерял.

Я проследила за движением палочки, затем перевела взгляд на кисти — задержалась на пальцах, на коже, на суставах, как будто сверяла его слова с тем, что вижу сама.

— Как думаешь, мы тоже станем такими через время?

«Мы» прозвучало ровно, хотя внутри автоматически сместилось в «я».

Всё же огромной удачей станет расклад, в котором серым ребятам на земле всего лишь не повезло со штаммом, а мне не повезло быть ими укушенной. Тогда вылечусь топором, а Макс и Крис оставят за собой шанс побороться.

— Не знаю… — на выдохе ответил Макс, — но если твари начинали, как мы, то что-то не очень сходится. Неужели ни один не пришёл в сознание и не попытался попросить о помощи?..

Мы замолчали. Вопросов, как всегда, больше, чем ответов.

Тем временем стремительно вечерело. Мы собрались без лишних обсуждений. Решение, по сути, уже было принято.

Макс поднял меня на руки, донёс до машины, усадил на сиденье.
Пока он коротко бросал указания Кристине, я откинулась на спинку и на секунду закрыла глаза, давая голове переключиться с тел на другую задачу — связь.

Со своим телефоном я не заморачивалась. Тот, что был со мной, отследить могли от силы человек десять, не больше. Запасной же, который я таскала для вида, сейчас, скорее всего, рассекал по городу, в кармане какого-то бодрого бомжа или примотанный к пузу рейсового автобуса.

Можно было бы и из дома позвонить. Но сообщать лаборатории, которая находится под военными, о саблезубых заражённых хотелось с запасом осторожности.

В городе вышки дают слишком точную привязку. Здесь, в лесу, картина размывается, и, если кто-то вдруг решит нас искать, им понадобятся кофейная гуща и хрустальный шар, не меньше.

Поэтому для надёжности решили отъехать дальше, зацепиться за соседнюю вышку и немного сместиться из привычной зоны обитания.
Через минут десять мы заехали на небольшую возвышенность, с которой открывался прекрасный вид на соседние горы, покрытые лесами.
Я прикинула наше расположение, заверила, что место подходящее. Макс после этого вручил какой-то телефон и попросил набрать номер Кларка.

— Давай позвоню сама? — я прокрутила телефон в пальцах, не включая экран. — Лучше, если ты и образ Чарли останетесь для NGM в связке. Будто вы вообще не в курсе. Тогда не придётся ничего объяснять. А мне, в худшем случае, просто скажут, что крыша поехала.

Макс не ответил сразу. Коротко посмотрел на меня, задержав взгляд чуть дольше обычного, потом согласно кивнул.

— Логично.

После того как показал, где находятся фото, Макс вышел из машины, отошёл на несколько шагов и остановился, уставившись куда-то в сторону гор.

Я перевела взгляд на зеркало заднего вида. На секунду задержалась на своём лице, машинально отмечая глаза, кожу, линию челюсти.
Вроде ничего нового. Пока что.

Из телефона потянулись гудки. Решила набрать личный номер — так выше шанс, что Кларк ответит.
Через пару мгновений я уставилась на таймер, отсчитывающий секунды, и поймала себя на том, что начинаю считать вместе с ним. Пять… шесть… семь…

Слишком долго.

Уже практически решила сбросить и попробовать позже, когда в динамике резко раздался голос:

— Да, кто это?

Я дёрнулась от испуга, едва не выронила телефон и тут же затараторила.

— Хэй, Алекс, привет. Это… — вышло не непринуждённо, как планировала, а как-то даже глуповато.

— Анна? — Удивился Кларк. — Что… почему с другого номера?

На секунду отвела взгляд в сторону, собирая формулировку.

— Мне нужно кое-что рассказать.

— Я же…

— Это важно, — перебила я, стараясь выжать из голоса строгость.

— Ладно… — ответил он после небольшой паузы. — Слушаю.

Я снова глянула в зеркало.

— Речь про вирус. Всё зашло дальше, чем вы думаете. Не все заражённые погибают. И… — я на секунду сжала губы, — если организм выживает, начинаются изменения.

— …подожди. Что за чёрт? Как ты...

— Выслушай меня. Вопросы потом.

В трубке стало тихо.

Я чуть наклонилась вперёд и продолжила уже увереннее.

— То, что вы видели с волком, происходит и с людьми. В лесу… я не знаю, сколько их.

На секунду отвела взгляд в сторону деревьев.

— Самые явные изменения: вытянутое тело, длинные цепкие руки, заострившиеся зубы и… голова. Лоб становится очень крепким. Глаза…могут двигаться независимо друг от друга.

Перехватила телефон поудобнее.

— И ещё звук… который больше похож на женский крик. Так они общаются. Заражённые не в своём уме…Если увидите такого — держите дистанцию. Лучше сбивать им обоняние… — я выдохнула, — и готовьтесь к тому, что они нападают. Их очень сложно убить…

— Остановись. — Строго оборвал Алекс. — Ты сейчас про убийство людей?

Я на секунду зажмурилась, сжимая телефон крепче.

— Посмотри то, что я отправила. И скажи… люди ли это.

В трубке стало тихо. Слышала только слабый фон и редкие щелчки — видимо, он открывал сообщения. Секунды тянулись медленно, и я поймала себя на том, что снова смотрю на экран, будто там мог появиться ответ раньше, чем Кларк его скажет.

— Это… твою ж мать… какого хрена?..

Я выдохнула через нос, коротко кивнув само́й себе.

— Теперь слушай. Очень внимательно. Такие заражённые безумно сильные. Поймают — не жилец. Если бить как обычного человека, существо не умрёт. Нужно уничтожить синарх. Он, скорее всего, рядом с крупными нервными узлами. Конкретного места нет, всё индивидуально.

Сделала паузу и сглотнула.

— После — сердце. И, если есть возможность, мозг. Чтобы наверняка. Вы же можете дать рекомендации армии…

— Кто фотографировал? — резко перебил Алекс.

— Что? — Я сбилась с мысли и нахмурилась. — Это не важно.

— Где ты сейчас и кто с тобой?

Машинально подняла взгляд на Макса.

— Это тоже неважно. Скажи лучше, что веришь мне и не махнёшь рукой на всё, что узнал.

Снова пауза. От волнения я непроизвольно сжала челюсть.

— Верю… — наконец сказал он, тише. — Ты используешь слово, которое знать не можешь. Значит, обсуждала с кем-то, кто в курсе… Да и эти фото…

Он замялся, потом продолжил уже мягче:

— Пожалуйста. Просто скажи, где ты. Неважно, что произошло. Мы всё уладим… я всё улажу.

Снова посмотрела на Макса и, громко выдохнув, продолжила:

— …Хочешь спросить что-то ещё про существ?

— …обещаю, что размещу у нас всех, кто с тобой.

Я коротко качнула головой, хотя он этого не видел.

— Мне нужно остаться. Возможно, получится узнать что-то ещё.

— Ты в опасности? — Вдруг быстро спросил Кларк.

— Нет.

— Позвонишь снова? — опять очень быстро.

— Конечно.

— Хоть раз за разговор ты сказала неправду?

— Да.

От собственной тупости ловлю ступор.

— Ты в опасности? — тут же спросил Алекс, и я замолкла.

Этот блиц только что выбил из меня слова, которые не стоило говорить вслух.

— Мне пора, — отдышавшись, ответила я. — Спасибо, что пытаешься помочь. Будь осторожен, ладно?

— Постарайся позвонить завтра?

Снаружи Макс сменил позу, на секунду обернулся в сторону машины и снова отвернулся.

— Хорошо. Постараюсь.

— Мне тебя не хватает.

— И мне тебя.

Быстро закрыла рот рукой. Что сегодня вытворяет мой язык?
Я сжала губы, мысленно выругавшись за это «и мне тебя», и, не давая себе времени прокрутить разговор заново, нажала на экране отбой.

Открыла окно, высунулась чуть наружу:

— Эй! Не подкинешь?

Макс повернулся и, на моё удивление, выглядел достаточно умиротворённо. Просто за последнее время успела привыкнуть к его приходящей холодной реакции на Кларка, а тут — ничего.

Пока шёл, пригляделась — изменился. Почему-то с утра не сразу не заметила, но стал как-то…крепче, что ли.

— Может, подышим воздухом? Красиво у вас тут, — внезапно предложил он, глянув в сторону гор.

Я на секунду замялась, потом всё-таки кивнула:

— Давай… Думаю, десять минут у нас ещё есть.

Макс подогнал машину чуть ближе к месту, где стоял до этого, заглушил двигатель и вышел.
Потом без комментариев усадил меня на капот. Сам встал напротив, опершись на него руками, чуть наклонился вперёд и спросил:

— Как прошло?

Отвела взгляд в сторону.

— Сказала всё, что нужно. Вот только… Кларк догадался, что я с кем-то из вас.

Макс приподнял бровь.

— Как?

— «Ты оперируешь словом, которое знать не можешь».

Он тихо хмыкнул.

— Какой внимательный Хорёк… — Макс на секунду замолчал и провёл ладонью по затылку. — Да похрену. Нашу часть дела мы выполнили.

Я кивнула, но почти сразу нахмурилась:

— Как думаешь, сколько их в лесу?

Макс отвёл взгляд в сторону деревьев, будто прикидывая.

— Много. Скорее всего, уходят вглубь, где добычи больше.

Он снова посмотрел на меня.

— Даже не знаю, кого сто́ит бояться больше — этих мразей или заражённых животных…

Не ответила.

Он, заметив моё смятение, нахмурился и сразу спросил:

— Что? Что такое?

Я провела пальцами по краю капота, соскребая ногтем невидимую грязь, и подняла на него взгляд:

— Как-то неправильно называть их мразями, не думаешь? В этом нет их вины… Мы же тоже не виноваты, что заразились.

Макс явно удивился такому вопросу и пояснил:

— Они уже не люди. Стоит ли так сильно подбирать слова…

Задержала на нём взгляд.

— А мы?.. Я всё ещё человек?

Он на секунду замялся, будто проверяя, серьёзно ли я это спрашиваю.

— Конечно, — сказал, наконец. — Один из лучших, вообще-то.

Мы опять замолчали.
Когда Макс положил руки мне на бёдра, я, немного успокоившись, снова принялась его разглядывать.

Он всегда был крепкий, с хорошей мужской слаженностью, но теперь…Ширина плеч прибавилась, грудная клетка стала глубже, руки выглядели более рельефными, с проступающими венами. Даже шея и та, кажется, изменилась, став немного шире.

Мой изучающий взгляд, как обычно, был сразу замечен.

— Что ты там уже придумала? — усмехнулся Макс, пытаясь прочитать на моём лбу причину такой внезапной заинтересованности.

— А можно спросить… какого хрена ты так хорошо выглядишь?

Он мгновенно засмеялся, на секунду оголив клыки, что в совокупности с растрёпанными волосами и этим его обезоруживающим цепким взглядом, выглядело весьма привлекательно.

— Как это вообще пришло в твою голову? — сквозь смех спросил Макс. — Это же не меня хитрый Хорёк постоянно пытается выкрасть.

— Я серьёзно. Где справедливость? Меня словно асфальтоукладчик переехал, а тебя, кажется, всю ночь готовили…Не знаю к чему…но ты готов. Да и вообще зачем звать на помощь армию, когда твои студентки всех монстров на фарш перекрутят?

— Чёрт…обожаю тебя, — внезапно бросил он через улыбку и положил ладонь на мою щёку.

Слова сработали как вспышка, и я, забывшись, мгновенно подалась вперёд.

Всё могло закончиться печально, если бы здравый смысл не вмешался за секунду «до».
А вот Макс не шелохнулся. Даже не пытался отстраниться от потенциально заразного поцелуя. Напротив, словно хотел, чтобы это случилось. Что странно.
Уверена, мою просьбу он помнил, но, видимо, собирался придерживаться каких-то своих методов.

— Сколько ещё предстоит уборки, — переводя тему, протянула я и опустила глаза куда-то в сторону, — займусь сегодня, чтобы Крис не ютилась в кабинете.

— Справимся, — ответил Макс и еле заметно улыбнулся, будто принимая новый поворот разговора.

— Всё никак не спрошу, а владелец дома…Как ты с ним договорился? Комнату-то отмоем, но пол… Там такой раритетный паркет, что легко починить не получится. Хотя-я-я…куда мы вообще съедем…карантин и…

— Хозяин не переживает за пол, — отрезал Макс и перевёл взгляд на лес.

— Я бы переживала.

— Это мой дом.

Брови подлетели вверх, прежде чем я успела их остановить.

— Ну точно… тайный миллионер…

— Да брось. Думал, что до смерти остался один понедельник. На что беречь деньги? Дом вышел ещё бюджетно, относительно других. Тут же мороки с генераторами и всё такое, но, редкий случай, когда в комплекте шла вся начинка. Дом вроде сдавали раньше.

— А как так быстро…?

— Тони. Он и не такое может, поверь.

— Но что, если NGM озадачится твоим поиском? Нас быстро найдёт…э-э-э…как ты его называешь? Грызун?

Ай, ну меня-то, куда понесло с прозвищами?

Макс коротко засмеялся, но быстро вернулся на серьёзный тон:

— Ну, пусть попробуют. Выбить что-то из моего старшего…очень сомневаюсь. По крайней мере, не быстро. Когда просил помочь, дал понять, что крепко вляпался. Значит, Тони постарался.

***

Когда находишься на полпути от сна, попадаешь в какое-то интересное состояние. Размышляешь о чём-то, чувствуешь всё иначе.

Пару раз открывала глаза от сдержанного смеха Макса.
Спокойствие и счастье. Прям по коже расходилось.

Потом снова засыпала. Даже вроде что-то начало сниться.

В какой-то момент подкатила тревога…или скорее...страх. Да...мне стало страшно.
Дёрнувшись, я резко вдохнула и проснулась.

— Кошмар приснился? Давай в кровать? — негромко спросил Макс, проводя ладонью по моим волосам.

— Не, — отрицательно мотнула головой и вернула её на подушку. — Хочу побыть с вами…

— Ладно. Мы включили то, что Крис выбрала. Почти досмотрели.

После того как мы вернулись домой, потратили остаток дня на уборку, а после уселись смотреть фильм.
Ожидаемо я отключилась где-то на середине, и сейчас, пялясь на экран, пыталась понять, что вообще происходит в сюжете.

— Вот эти ребята оказались, где не надо, теперь удирают от паранормальной хрени, — пояснила Крис, видимо, заметившая мой бегающий по экрану взгляд.

— Вам острых ощущений не хватает? — риторически буркнула я, вытягивая ноги и упираясь пятками в диван.

Потом положила свои ладони на руку Макса, лежащей на моём животе, и начала сонно созерцать происходящее.

Максу фильм абсолютно точно не нравился, даже раздражал, и тот просто составлял компанию Кристине.
На одной из сцен он, вроде, немного оживился, наблюдая за забавной перепалкой персонажей, потом снова заскучал, ровно до момента, пока не началась очередная погоня.

Может, на вчерашнем адреналине, но Макс как-то ответственно впечатлялся. Физически это почти не проявлялось, вот только последний накат его страха был таким сильным, что меня саму начало потряхивать.

Следом опешила. А как я это вообще поняла, что ему страшно если не вижу его лица?

Резко повернулась. Макс мгновенно посмотрел на меня, но я успела увидеть, что его взгляд не был направлен на фильм. До этого он смотрел в открытую дверь нашей комнаты.

Взглянула туда же, пытаясь понять, что его напугало — пусто. Мгновенно заметив мою реакцию, Макс затревожился, но ничего не сказал и снова поднял глаза на телевизор.

***

— Хочу кое-что спросить, — сказала я Максу, когда тот вернулся из ванной. — Только не спрашивай зачем, ладно? Дай руку.

Он одобрительно кивнул и протянул мне ладонь. Волнуется.

— Можешь вспомнить самый счастливый момент, связанный со мной? Если такой есть, конечно.

— Как скромно… — Макс тепло улыбнулся. — Их немало за год набралось.

— Вспомни хорошенько, что происходило, и какие тогда были чувства?

Он поднял взгляд куда-то наверх, видимо, перебирая воспоминания.

— Начало зимы, валит снегопад. Мы с Чарли сидим в баре. Ты сказала, что не сможешь, а мне тогда так паршиво было. Вслух не говорил, но очень хотел, тебя увидеть. И вот, в какой-то момент — заходишь. Вся такая растрёпанная, в огромном шарфе, подпирающим щёки. Уселась за стол, брякнула: «Ну всё, вытирайте слёзы» и опрокинула бокал пива. Я так смеялся.

От накатившей краски, закрыла лицо свободной рукой.

— Господи, я сейчас со стыда сгорю.

— Ты что?..Это же так классно было.

И правда, классно. Не ожидала, что Макс вспомнит именно тот день. Да и вообще не догадывалась, что он хотел меня увидеть.

— Гхм, ладно. А ещё? — продолжила я, отгоняя личное любопытство ради дела.

— Как смотрел на тебя в доме моих родителей, как мы сидели у камина после свадьбы…Много всего… — вопросительно поднял брови. — А что мы всё-таки делаем?

После воспоминаний Макс был спокоен и расслаблен. Меня саму так согрели его слова, что продолжать задуманное дальше абсолютно не хотелось.

— Сегодня Кларк сказал, что разместит всех, кто со мной в лаборатории.

Макс, поглаживающий большими пальцами мою кисть, резко вскинул глаза. Молчал, но вспыхнул, как спичка. Его сейчас просто распирало от смятения и злости.

Я, смотря на него, немного замялась. Не хотела заканчивать мысль, но, собравшись с духом и добавив голосу холода, сухо сказала:

— Завтра утром я уезжаю в NGM.

Эти слова сработали как удар током.

— …что? — Еле слышно спросил Макс и испуганно распахнул глаза.

— Всё решено. Договорилась по телефону, пока ты не слышал. Я заберу одно из тел и позволю сделать с собой всё, что потребуется, ради…

Фраза оборвалась. Дальше — никак.

Макс метался взглядом по комнате, не цепляясь ни за что. Резко вскочил, закрыл глаза ладонью, будто в попытке собраться, и через пару секунд обернулся.

— Не надо, — сказал он тихо. — Прошу тебя.

— Вернись на кровать, дослушай…

— Пожалуйста… Анна, пожалуйста. — Макс окончательно перешёл на шёпот.

Знала, что его расстроят мои слова, но никак не ожидала, паники.
Переборщила, идиотка.

Без промедлений встала, чтобы успокоить, но без его помощи смогла пройти от силы пару шагов.

— Иди ко мне… — позвала я, вытянув руку вперёд.

Макс меня словно не слышал, поэтому позвала вновь, но уже громче.

Он приблизился, словно ватный и прислонился, как и я, к стене.

— Это была неправда, — осторожно взяла его за руку. — Прости меня.

Макс поднял голову и с раздражением и злобой процедил:

— Издеваешься?

— Нужно было проверить кое-что важное. Если бы предупредила, могло не получиться, поэтому...

— Скажи, что не уедешь, — непривычно твёрдо оборвал Макс и посмотрел мне в глаза.

Я улыбнулась.

— Только если сам меня выгонишь.

— Пообещай, — настаивал Макс, ни на мгновение не отвлекаясь на мою вялую попытку пошутить.

— Обещаю.

Он чуть помедлил. С силой потёр глаза, провёл ладонью по лицу, словно приходя в себя.

— Не делай так больше… — Макс притянул меня ближе и обхватил руками. — Мы же договорились говорить честно.

— Прости…Стоило придумать другой способ…

— Чтобы…?

— Чтобы понять, что теперь я могу ощущать твои эмоции.