Я загадала не его!

Людей на Старом озере было видимо-невидимо. В водной глади отражалось чернильное небо, полное звёзд - хороший знак для праздника. Считай, прямо богам своё желание посылаешь. Юноша, стоящий в темноте, только ухмыльнулся. Про желания знали, кажется, все окрестные собаки. Это было красиво - молодые парни и девицы, их клятвы в вечной любви. Обещания друг другу.

Что останется от тех клятв на следующий день, месяц, год?.. А если именно ошибочную твою клятву услышат боги наверху?..

Ай-ай, как неловко вышло.

Магия купальской ночи - она особенная. Манит, чарует, завораживает, даруя флёр хмельного мёда. По берегам озера распускаются лунные цветы, воздух, раскалённый солнцем, медленно остывает, а с ветром играют домра и дудочка. Волшебное время. Легко увлечься и забыть обо всём.

О чесности. О верности. О словах, сказанных с таким горячим сердцем, что хотелось им поверить.

Он не поверил - и оказался прав. На купальских гуляниях его невеста вовсю целовалась с другим. Немного пьяная, одуревшая от запахов и свободы, она кружилась в танце с ведуном и млела от сладких слов. Парень опёрся на ствол мощного дуба, что укрывал его своей кроной. Лишь бы в кусты с ведуном не пошла - Хват не женится на залетевшей дурёхе. Но подружки Миланы были настороже, хмуро поглядывая в её сторону. Впрочем, без осуждения. Никому и в голову не пришло бы осуждать девицу.

Гулять с тем, кто водит мёртвых - то ещё испытание. Ни любви, ни тепла, ни молодецкой удали с него не взять. Одни лишь мертвяки вокруг, чудные народцы да погань всякая. Для нормальной цветущей девки такая судьба - тоска смертная.

Но у него была сила, перед которой склонялись даже высокие бояре. Сила, которая забрала нормальную жизнь, но сулила ему богатство и почёт. Да и он смирился. В конце концов, это она клялась, что труповодов можно любить.

- Пусть идёт с миром, - тихо произнёс парень в темноту, - не нужна мне её клятва. Если вы слышите, конечно, - он вновь скривился. Вряд ли они слышали. Нет им дела до простого холопа.

- Держи! - в грудь ему неожиданно пихнули клубок из цветов. Присмотревшись, парень разглядел в этом ужасе веночек. - Коли ты явился, будем следовать традиции! Скоро ворожейка объявит главное купальское гадание!

- Ты с какой могилы венок стащил?! - он не сдержался и принюхался - да нет, елью вроде не пахнет.

- Типун тебе на язык, труповод, - зафыркал Озар, его единственный приятель, - сестрёшка сплела вчера! Для нас обоих, между прочим! Но пока венки в школе лежали, пока я дотащил... Эх, надо было на солнце оставить - высохли бы и ладно. Ну ты силушкой его оживи!

- Своей?!

Но поразмыслив, он потянулся к венку. Высушенные цветы перестали цепляться друг за друга, застыли, словно покрытые инеем, и превратились наконец в венок. Парень покрутил его так и эдак - а неплохо получилось. Ему всегда нравились ароматные букеты-сухоцветы, которые развешивала бабушка по избе.

- Ну ты молодец! - одобрил Озар, подбрасывая свой оживший веночек. - Пойдём! Как говорит моя мамка: "мы все родились, чтоб испортить чью-то жизнь"! И труповод должен кому-нибудь выпасть! Миланку с Хватом видел?..

- Видел, - коротко ответил он, и приятель, даром, что отъявленный болтун, понимающе замолчал.

Не оборачиваться. Не слушать шептков. Не вестись на собственное имя, которое повторяют за спиной. Словно ты не среди людей на Старом озере, а в страшной бабушкиной сказке. Но даже у труповодов есть сердце. И сердце тянуло его, как влюблённого дятла, к чудному озеру со звёздами.

...Наутро все кумушки судачил, что разошлись венки по берегам, да только один на середину поплыл. Как ни старалась ведунка, не смогла его хозяину вернуть. Венок замер в центре озера, покачался на волнах и... ухнул в мутную воду.

Ох, не видать молодцу семьи да тепла, знамение ему выпало дурное. Сгинет, как пить дать, сгинет...

Аврора

Я сильная и независимая женщина. Я плачу только из-за котиков и собачек в интернете. Ладно, иногда бывают грустные фильмы. Ладно, нынешние ставки по ипотеке тоже пробивают на слезу! Ладно, вчера я заплакала из-за слишком грустного дерева, но у меня имеется оправдание - ПМС! Как известно, эта зараза проходит либо с годами, либо с гадами, а мне ничего подобного в ближайшем будущем не светило.

Сегодня я заплакала после сна. Лицо молодого паренька, будто принявшего свою скорую гибель, добило мою и без того шаткую нервную систему. Может, пора к врачу?.. Слёзы изо дня в день - это наверняка какой-то диагноз!

Итак, я сильная, независимая, и я не плачу. Даже над зарплатой, котиками и когда мама спрашивает про замужество.

- Тебе нужен муж! - негодовала она, стуча тарелками об столешницу. - Все твои сёстры давно при семьях, а ты!..

У мамы было пять дочек, муж - капитан дальнего уплывания, а попросту - вахтовик, и сто забот. В принципе, я её понимала. Но столько девок в квартире - это почти шабаш, а по закону - ещё и неорганизованный митинг. Воистину, решения наших родителей неисповедимы!

Я родилась в середине, по залёту от материнский тоски с первого развода. Отец растворился во мраке ночи, как профессиональный вампир, но оставил мне в наследство крепкую бабулю. К бабуле я и сбегала по мере необходимости, благо, та души во мне не чаяла. Её простецкий дом в деревне буквально спас мою детскую психику.

Осознав истину, что любить сложных людей лучше на расстоянии, я рано начала снимать квартиру. С работой тоже повезло, но... не с людьми на ней.

- Аврора! Ты меня слышишь?! Тебе нужен муж!

- А можно мне деньгами, мам?.. - не сдержалась я, мысленно подсчитывая расходы. Подруги тянули на базу отдыха и "языческий", прости, господи, фестиваль. На фестиваль не хотелось, но солнышко этим летом жарило неимоверно. Моя потеющая душа мечтала об отдыхе, перезагрузке и прохладе.

Но цена... Я поморщилась. Ехать или не ехать?.. Ведь мне нужен муж!

Как будто без мужа проблем в жизни мало!

- О! - выдала мама, услышав про поездку. - А на твоём фестивале будут мужчины?!

- Это ж не выгул монастыря, мам, - улыбнулась я, - будут, конечно. Но мы собираемся только девочками...

- Поезжай! - аки полководец велела матушка. - Нечего в четырёх стенах сидеть! Знаю тебя, опять на работу свою пойдёшь!

- У меня на работе тоже есть мужчины, - ехидно сообщила я, но сбить маму с толку было не так-то просто:

- Линочка сказала, что на работе тебя уже боятся! Значит, надо искать там, где мало знакомых!

Ну-у, это было не лишено логики, особенно в случае со мной. Матушка, родившая пятерых дочерей, умела держать руку на пульсе. А Линка - стерлядь! Просила же не говорить про мои "высокие" отношения с коллективом!

До фирмы я несколько лет занималась графическим дизайном. Работала сама на себя, вполне успешно, но нестабильно. На аренду хватало далеко не всегда - как результат, приходилось занимать и выкручиваться. В итоге, когда мне предложили хорошее место, я согласилась, не раздумывая. Владелица фирмы была замечательной женщиной, мы быстро поладили, но... её сын. Избалованный мальчик, который лез ко мне, получил отказ и обиделся. Мол, смотрите-ка, какая львица-царица!

Угу, видел бы он эту "львицу" в студенческие годы!

Но настроить против меня коллег ему удалось. Кому-то я не нравилась внешне, кому-то - за острый язык, а остальные не хотели терять тёплое местечко. Не морщились вслед, но и не поддерживали. Впрочем, я часто работала из дома, а пары адекватных девушек было достаточно, чтобы пережить время в офисе. Тем более, что пыжистый Платончик тоже любовью коллег не пользовался - я старалась.

Как говорится, не рой другому яму.

К сожалению, мамы - владелицы фирмы, у меня не имелось, и в нашем счёте вёл сыночка-корзиночка. Но я утешала себя тем, что для угнетаемого класса ещё неплохо держусь!

Ой, не стоит не вспоминать беса всуе!

- Дам я тебе денежек, - вдруг огорошила мама, спустив с носа очки, - но только на поездку! Не смей тратиться на курсы, я тебя знаю! Мне в старости нужна смена, внуки, а не дочь с кучей высших, прости, господи, образований!

Было, грешна, каюсь.

- Слушаюсь, мамочка, - захихикала я, вспоминая матерь своей подружки. Та настаивала, что жить нужно на работе, питаться работой и трудиться на благо родины до конца дней своих! На дочь, которая выскочила замуж и вела блог - да-да, про медитацию, привороты на деньги и женскую энергию - она смотрела с презрением. Однажды психанув, подружка в сердцах предложила нам поменяться.

Я обещала подумать.

- К бабке своей полоумной заедь, - закатила глаза маман, когда я чмокнула её в щёку, - сиделка говорит, совсем плоха старушка.

Ха! Старушка, по-моему, просто троллила сиделку, которая рассчитывала на процент от наследства. Хотя бы на во-о-он тот сервиз или аэрогриль. Сервиз был раритетом, с царских времён, а аэрогриль - подарок соседки - новым и навороченным. Так что глазомер сиделку не подводил!

Пообещав, что навещу бабулю, я выпорхнула из родительского дома.

* * *

На фестиваль мы отправились в пятницу. Загрузившись после работы в автобус, погнали навстречу прохладному вечеру. Сегодня по расписанию были венки в реке, квест по поиску папоротника и дискотека. Девчонки ухитрялись наводить марафет прямо в автобусе, а я усиленно искала своё настроение. Увы, после рабочей недели, Платончика и бабушки веселье приказало долго жить.

Вот от бабушки я такой подставы не ожидала!

- Скоро мы с тобой расстанемся, - вздохнула она, поглаживая меня по волосам - таким же длинным и иссиня-чёрным, как и её собственные. Бабушка почти не поседела с годами, и я надеялась на эту генетику в наследство!

- Ты что, собираешься умирать? - фыркнула я. - Как по Агате Кристи, застала сиделку с баночкой цианида?..

- Бог с тобой, Аврора! Мы же не в Англиях ваших! Клофелин, аспирин, снотворное, на худой конец! Завязывай с забугорными дамочками!

Слушать такие рассуждения от женщины семидесяти пяти лет было забавно.

- Да-да, бабуль, на Руси тоже есть чем отравиться, - хихикнула я, - но с цианидом и стрихнином более... куражно, что ли!

Разумеется, я получила подзатыльник. Нет, ну правда же!..

- Никто не собирается умирать, - строго отчитала меня бабуля, - просто ты в силу женскую входишь, дорогая моя. Все девки в нашем роду на вес золота. Скоро чей-то зов и до тебя дотянется. Хоть запускай веночек в воду, хоть не запускай.

На венках я слегка зависла. Что до женской силы, то бабушка часто про неё повторяла. Собственно, и соседи, и матушка считали её слегка сумасшедшей. Я почему-то не считала. Бабушка родилась уже после войны, но её семья была родом из другого времени. Из времени, где наговоры и привороты были ещё нормой. Так чему удивляться?..

- Мама звонила тебе? - уточнила я. - Откуда ты знаешь про день Ивана Купалы? Мы с подружками едем на фестиваль! Будем гадать на венках - связь поколений, традиции, гуляния. Ничего забугорного, сплошь чистая Русь!

- Ой, болтлива ты не в меру! - с укором глянула на меня бабуля. - Значит, веночки пускать будете... Что ж, как судьбе угодно. Непросто тебе придётся, конечно, но ты девка сильная, справишься. Опять же, язык как бритва, до Киева доведёт!

- Ну, я бы не обобщала, - зловредно хихикнула, - говорят, Лермонтова язык довёл до дуэли и бесславной гибели во цвете лет!

- Аврора! Мне уже не внучку жалко, а её будущего суженого!

- Бабушка! - Я упёрла руки в бока. - Ты у меня не бабушка, а натуральная Шехерезада со сказками! Давай без мрачных пророчеств, а?! Ей-богу, не отбирай хлеб у людей, которые пишут новости!

Меня лишь погладили по голове, перекрестили и отпустили с миром.

...Ближе к позднему вечеру стало немного легче. Мы выпили, сходили в поле и вернулись пусть с кривыми, но душистым венками. Запах трав щекотал нос, после вина тянуло на дурацкий смех, а молодые парни поглядывали на нас с интересом. Ну ещё бы не поглядывать на девиц в ночнушках (иногда очень коротких) на голое тело. Ладно бы девицы, но к высокому купальскому костру подходили и вполне курпулентные дамы без белья! И да, на них тоже просматривали!

Я не раздевалась, но внимания мне хватало. В момент бросания венков рядом как по-волшебству оказались трое парней. Только веночек пошёл в хозяйку - обогнав претендентов, он гордо поплыл вниз по течению. Делать нечего, пришлось бежать за прохвостом.

Далеко бежать.

Когда вокруг остался тёмный лес, я сбавила шаг. Венок качался на воде в гордом одиночестве, умиляя меня, как младенец. Ну весь в мамочку, поганец! Завёл в какую-то глушь и бросил. Без компании на вечер, подружек и позднего ужина.

- Мне что, в лесу ночевать?.. - с наездом спросила я у веночка. - Давай, разворачивайся, и плыви обратно!

Венок в самом деле поплыл - я вытаращила глаза - к другому венку! К потрясающе красивому венку из сухих цветов, кистей ягод и колосьев. Ух ты!.. Я забралась в воду по щиколотку и выловила эту странную парочку.

- Чудеса, - пробормотала, надевая чужой веночек на голову и... камнем рухнула в речную воду. Глаза закрылись сами собой - я даже подумать ничего не успела.

- У неё часом не падучая? - сварливо уточнил скрипучий женский голос. - Если болезная, то даром нам девку не надо!

- Болезная - не болезная, а ворожей назвал её имя! - мстительно ответила вторая дамочка. - Аврора! Аврора, корова ты этакая, чего разлеглась?! Вставай!

Ух! По щеке прилетело чей-то тяжёлой дланью. Чуть слезу не выбило, честное слово! В горле стоял противный ком, а голове плавала муть, похожая на болотную тину. Я никогда в жизни не напивалась и не испытывала похмелья, но сейчас... Деревянное тело, тошнота, слабость - я будто пропустила солидный кусок времени!

- Воды, - прошептала, поднимаясь на локтях. Руки и ноги слушались плохо - меня что, гвоздями к полу прибили?!.. Каждое движение давалось с одышкой и пульсом в ушах.

Воду мне дали. Вылили из кружки на лицо. Но какие-то капли в рот попали - и тошнота немного отступила. Да-а, сервис на этой базе отдыха так себе...

- Вы чего творите?! - я села и гневно уставилась на двух тёток, наблюдающих за мной. - Неужели нельзя просто дать воды?!

- О, живая! - недовольно скривилась одна из дамочек, разряжённая, как цыганка с рынка. - Даже не померла!

"А очень хотелось" - звучало в контексте.

Нет, это определённо не база отдыха. Скорее всего, меня унесло течением в ближайшую деревню. Но что за убогие наряды?.. Какие-то пёстрые сарафанчики под старину, бусы из крупных горошин, узорчатые платки с пуговкой у горла. Лица дамочек были забелены и подкрашены, но совсем уж топорно. Ладно-ладно, в целом, выглядело не убого. Может, дамочки - артистки с фестиваля?.. Бегали же с нами девицы в сарафанах!

- Ну, Аврорка, ну погоди у меня! - погрозила мне пальцем вторая тётка, помоложе. - От радости великой помереть решила, дурёха?!

Аврорка? Дурёха? Такое чувство, что она говорит с ребёнком, а не со взрослой женщиной. В свои двадцать девять на девочку я никак не тянула.

- Простите, с какой радости? - медленно произнесла, ибо язык слушался плохо. - Откуда вы вообще меня знаете?!

Дамочки задумчиво покосились друг на друга. Та, которая постраше - с торжеством, а вторая с видом: "хрен тебе"!

- От счастья у неё в голове помутилось, вот и несёт околесицу! Аврора! Ворожей назвал тебя суженой нашего царевича! Прямо на площади твоё имя выкрикнул! Вон, уже сваха пришла царская!

Думаю, моё лицо сейчас было достойно любого мема!

- То есть, веночек тот царевичу принадлежал? - может, у нас нынче такие фестивали?.. С полным погружением в историю! - Подождите, а ворожей откуда взялся?!

- Всё-таки тронулась! - зловредно припечатала "сваха", и мы глянули на неё с раздражением.

- Да нормальная я! - не выдержала. - Могу на память рассказать заговор на понос, хотите?!

Заговор срабатывал всегда - дамочки синхронно отшатнулись. Эх, ничего на Руси не меняется! Бабуля шутила, что ещё в детстве парней этим отгоняла! Главное, взгляд исподлобья сделать и зашептать какую-нибудь присказку пострашнее! Хулиганы улепётывали, только пятки сверкали!

Вторая тётка попыталась залепить мне подзатыльник, но я увернулась. Ой! Вместо лёгкого уворота меня почему-то отнесло к стене - словно я весила целую тонну!

- Нет у падчерицы моей никаких сил! - рявкнула тётка свахе. - Али не видишь, худо ей после вестей знатных! Завтра приходи! А ты, корова, тихо сиди! Позоришь меня только!

Да почему я корова?! Что за колхоз, простите за мой советский?! Я запыхтела, огляделась и... уставилась на свои руки! Свои?!

Господи, прости, я слоник!!! Меня раздуло, кажется, до размера шестидесятого, если не больше!!! Я бы побегала по кругу и поорала, но габариты не позволяли!

Так, стоп!

А что на мне за тряпки?..

Тётка со свахой ушли, и задавать вопросы было некому. По-хорошему, мне нужно обратно в обморок - клин клином вышибать. Мало ли что в голове перемкнуло!.. Минус на минус даст мне привычную картинку!

Но когда в жизни я падала в обморок?.. Сильная и независимая, блин. Царица-львица. Это прекрасным нежным ромашкам можно в обморок, а мне - нельзя!

Плюс своей новой фигуры я нашла сразу - широкой ладошкой удобнее подпирать подбородок. Ну, или держать падающую от жизни такой челюсть.

Комнату мне выделили, кстати, вполне себе приличную. Дощатый пол и стены, кружевные ленты на гвоздиках, широкая кровать с периной - ну милейшая деревенская пастораль. Деревянные резные сундуки вместо шкафов, лавки, накрытые вязаными накидками и столик с вазочкой. Всё чинно-мирно и допотопно. Ни зеркала, ни телефона, ни розеток с проводами.

Со стола на меня издевательски посматривал фонарь со свечкой.

Я прикусила губу... и сплюнула, почувствов горечь на языке. Фу! Ладонь тоже окрасилась, когда я отняла её от лица. Слой "штукатурки" был такой, что пришлось соскребать его ногтем. То есть, меня переодели, покрыли липкой белой краской и раздули до надцатого размера. Ах да, ещё и назвали невестой местного царевича.

Страшно представить, какие вкусы у этого "царевича"!

Но если одежда и краска вопросов не вызвали (кроме одного: на какие шиши я буду восстановливать кожу?!), то фигура пугала. Как можно растолстеть за... А за сколько?.. Сколько я была без сознания?..

Кажется, пора мне выходить в люди!

* * *

Половицы натужно скрипели под моим весом. Не спасал даже тоненький палас - меня слышал, кажется, весь дом. Народ сбегался посмотреть на "диво-дивное": живую хозяйскую дочку! Девицы в сарафанах и войлочных тапках с ожиданием глядели на меня, закусив губу. Парни в простецких рубахах подначивали их, мол: "ну упырица же вылитая, за чьей-то душой пришла!". Дело заканчивалось либо визгом девушек, либо явлением суровой бабки, которая разгоняла толпу. На меня бабка зыркала строго, но каждый раз молча проходила мимо.

Интрига была в том, что со мной никто не говорил. Абсолютно. Парни и девицы сбивались в стайки и шептались между собой. Но в узких коридорах с высокими потолками я прекрасно разбирала слова. Обсужали, конечно же, живую упырицу в моём лице. Может, зубами пощёлкать и повыть?.. Надоели хуже горькой редьки, честно!

- Опять вы собрались! - рявкнула бабуля, появляясь в дверном проёме. В руках она держала полотенце, которым с силой щёлкнула по косяку. - А ну марш с хозяйской половины!!! Сейчас хозяйка вернётся с улицы да за хворостину возьмётся! Получить хотите, бездельники?! Быстро за работу!

Пофыркивая, ребята неохотно разошлись, а я не выдержала:

- Подождите! - крикнула бабуле. - Скажите, чей это дом и как мне выбраться?!

Глаза у женщины поползли на лоб.

- Дом купца Снежного, отца твоего, сударыня, - осторожно сообщила она и вдруг тяжело вздохнула, - ох, дотянулись-таки проклятием до девки! Она без того не большого ума, а уж после чар тёмных... Давай я тебя в комнату уведу, сударушка! Полежи-отдохни, скоро батюшка твой с оберегами вернётся!

- А можно мне лучше на улицу? - взмолилась я густым сиплым голосочком. Божечки, сама вздрогнула от ужаса! - Подышать хочется свежим воздухом...

Да-а, только Аленушкой с прокуренным басом я ещё не была!

Но бабуля даже бровью не повела, словно мой голос не напоминал ей Волка из "Ну, погоди!". Подцепив меня за локоть, она действительно куда-то повела. Пока мы шли по деревянному терему, бабуля немного рассказала мне... обо мне.

Точнее, об Аврорке Снежной, приёмной дочери купца Снежного. Девятнадцать лет назад в лавку его отца подбросили младенчика. Это была щуплая замёрзшая девочка, и купец отнёс бедняжку домой, накормил, обогрел! Поначалу хотели родителей у девочки найти, да поиски ничего не дали. Вот и осталась маленькая Аврора в доме купца, как дочка его меньшая. Девица выросла скромной, румяной, фигуристой (я бы сказала, слишком!), звёзд с небес не хватала, но ей и не нужно - батюшка-то купец солидный, с хорошим заработком! В общем, жила девица себе спокойно... Пока ворожей не назвал её суженой молодого царевича.

Я уже не могла воспринимать эту сказку всерьёз.

- А что с ней дальше будет? - спросила, а потом спохватилась. - Ну, то есть, со мной!

Мы вышли на высокое крыльцо с резными бортиками. Бабуля боязливо оглянулась и понизила голос:

- Другое имя должно было прозвучать! В будущие царицы многие барышни метели, но одна уж совсем близко подобралась! А батюшка у девицы боярин и колдун знатный, за проклятием страшным в карман не полезет! Силы тёмные вокруг него роятся! Но ничего, сударушка, отец твой тоже не робкого десятка! За помощью в сам орден обратится!

Я с подозрением покосилась на бабулю. Глаза у неё были на мокром месте. Погладив меня по плечу, она быстро умчалась в дом. Хороша сказочка - сразу с проклятия начинается! Нет бы с женихов и богатства!

Хотя... царевича-то мне нагадали. Только вам его не дадут, потому что у вас папенька купец, а у конкурентки - целый боярин и колдун!

- Опять ты в угнетаемом классе, Аврора, - хихикнула я и... изумлённо вскинула голову. Сверху, будто издеваясь, упал пожелтевший кленовый лист. Яблони во дворе ломились от наливных плодов, а разноцветые листья корабликами плавали в лужах.

Осень?!

Когда я успела проспать лето?!

Под крыльцом ещё не успела высохнуть лужа - и едва ли не кубарем я скатилась с лестницы. В воде отражалась толстая щекастая девушка с о-очень вытаращенными глазами. Её лицо ровным слоем покрывала белая краска с тёмной обводкой глаз и розовыми блестящими губами. На голове дурацкий алый кокошник, волосы короткие, длиною до плеч, а ниже - шиньон в виде косы! Моя необъятная фигура была запихана в клинообразный пёстрый сарафан и вышитую узорами рубаху. Сапоги с низким каблуком на босу ногу и полное отсутствие белья - я и смотрелась, и ощущала себя каким-то чудом в перьях!

Вернее, не я.

Можно растолстеть или потерять память, но у этой Авроры не было моих родинок. Не было шрама на коленках. Отличались по форме ногти, а мочки ушей обвисли от тяжёлых серёжек - при условии, что уши я никогда не прокалывала. Да и бабуля сказала, что этой Авроре девятнадцать. То есть, она почти на десять лет младше меня.

Я не любила бояться. На смену страху я призывала чёрный юмор, иронию, фантазию - лишь бы не дрожать, не орать, не сходить с ума. Но сейчас меня медленно накрывала жуткая и кусачая, словно хмыкающая в спину, паника.

А что если жизнь Авроры - реальность?.. Не кино, не сценарий фестиваля, не розыгрыш. Что я буду с этим делать?!..

Я стремительно бросилась за ворота. У частокола стояли два крупных бородатых мужика в кафтанах, которые проводили меня очумелыми взглядами. Но ловить не стали, спасибо и на том. Я обогнула забор, привалилась к берёзе и... узрела город за рекой. Без домов-свечек, проводов и неоновой рекламы.

Ни-че-го.

- Куда несёшься, сударыня? - услышала я приятный мужской голос за спиной.