Ядовитая ведьма и дракон без огня

На крыльце лежала дохлая жаба.

– Уси! Это твоя работа, паршивец? – строго поинтересовалась Фо.

Возникший из воздуха прямо перед её лицом фамильяр, принявший, по-видимому от обиды, образ покойного земноводного, возмущенно квакнул в ответ.

– Мальчишки, что ли, опять балуются? – задумчиво пробормотала Фо, внимательно оглядываясь по сторонам.

Следов проникновения на участок она не заметила, да и не могло их быть – защита не пропустила бы посторонних. Как и любой предмет, который попытались бы зашвырнуть внутрь из-за забора.

Мелких пакостников это, правда, не останавливало. Скорее наоборот – забавляло, что разная запускаемая в воздух гадость застревала в невидимом барьере вокруг дома Форсвы Хикс-Хунне по прозвищу Ядовитая ведьма. А потом опадала на землю, когда Фо активировала самоочищение защиты.

Как бы там ни было, в данный момент барьер работал исправно, а значит, никакие зловредные мальчишки ничего оставить на крыльце не могли.

Однако жаба была, лежала белесым брюхом кверху, растопырив лапки. И Уси, любивший, приняв облик кота, поохотится в округе на мелкую живность, не имел к этому трофею никакого отношения – если бы фамильяр соврал, Фо бы почувствовала.

Она наколдовала себе защитные перчатки из прохладного пара и осторожно подняла жабу за заднюю лапу, чтобы рассмотреть как следует.

– Однако, – хмыкнула Фо, призывая Уси разделить с ней удивление – земноводное оказалось ярко-зеленым.

Цвет был настолько насыщенным, что на него было тяжело смотреть.

– Я, конечно, не биолог, – продолжила Фо, – однако подобное точно ненормально.

– Заберешь в лабораторию? – спросил Уси, успевший перевоплотиться в маленькую лохматую собачку с задорно торчащими вверх треугольными ушами.

– Разумеется! – кивнула Фо. – Обязательно надо выяснить, что произошло с этой несчастной тварью. Яд её убил или магическое воздействие – в любом случае требуется установить причину. Иначе жабами дело может не ограничиться.

Продолжая держать трупик за лапку, Фо вернулась в дом и прошла в кладовку возле кухни, где держала не только запасы продуктов длительного хранения, но и всякий хлам, который потенциально может когда-нибудь пригодиться. Разного размера банки лежали именно там.

После недолгого размышления она выбрала тару побольше, аж на полтора стоткуса* (стоткус – примерно 900 мл), на тот случай, если на участке обнаружатся еще какие-нибудь мертвые животные, поместила жабу внутрь и завинтила крышку.

– Мне почему-то кажется, что она не умерла, а спит, – задумчиво поведал Уси.

– Кажется, или ты действительно это чувствуешь? – уточнила Фо.

Собственной силы для того, чтобы определить состояние жабы, ей не хватало – водная стихия досталась Фо в очень небольшом объеме. Настолько крошечном, что еле-еле хватило для поступления в Стихийную академию, где обучали ведьм. Да и то сперва целый год пришлось провести на подготовительном отделении, день за днем собирая энергию по капле, чтобы создать фамильяра, способного усиливать воздействие стихии.

Зато Уси вышел что надо! Вредный, конечно, как все фамильяры, но при этом умный и добрый. Правда, сначала Фо назвала свое творение, которому придала традиционный облик черного кота, Усюнли. Однако ни с этой внешностью, ни с этим именем новорожденный фамильяр существовать не пожелал, заявив, что обращаться к нему следует покороче, а мириться с постоянной формой он в принципе не собирается.

Услышав это гордое выступление, кея Хикс-Бранден, под руководством которой Фо творила своего помощника, недовольно поджала губы и посоветовала студентке Хикс-Хунне обнулить это излишне своевольное создание и использовать энергию для выращивания нового фамильяра. Но Фо не согласилась и ни разу об этом не пожалела – Уси оказался отличным помощником. И то, что у него по многим вопросам имелось особое мнение, тоже было здорово – ведь именно в споре можно наилучшим образом проверить обоснованность собственных выводов.

– Ну так что? – поторопила задумавшегося фамильяра Фо. – Она живая или нет?

– Знаю, мой ответ может показаться тебе странным, но на данный момент я уверен только в том, что она не мертвая. – Уси протяжно вздохнул.

– Значит, надо будет просто сделать больше тестов, – пожала плечами Фо и наконец-то отправилась на работу.

Путь от её дома на Клюквенной улице до Гранбюнской алхимической фабрики, расположенной в Тенистом тупичке на самой окраине города, занимал на друмобиле всего пятнадцать минут. Собственно, машину Фо приобрела не столько ради того, чтобы добираться до работы, сколько для служебных поездок. Сотруднику контрольной лаборатории приходилось довольно часто отправляться для сбора проб то в лес, то на реку, а то и на болото.

Не то чтобы ГАФ действительно загрязняла окружающую среду, но правила есть правила, поэтому пробы отбирались и исследовались регулярно. Тем более что директор по производственной безопасности, кей Ниритисен, был таким чудовищным занудой, что даже отсутствие магического дара не мешало ему заставлять соблюдать установленные регламенты абсолютно всех сотрудников фабрики, включая заведующую испытательной лабораторией Унгелисе Хикс-Малекен, хоть она и огненная ведьма.

Куда уж с ним было тягаться слабенькой воднице Фо! Да и не было в этих поездках ничего ужасного, уж защитить себя от плохой погоды всякая ведьма может, а лишний раз побывать на природе – для любой из них удовольствие.

– Что это у тебя там? – вместо приветствия поинтересовался Лигни Гайдн-Барсгульг, второй алхимик контрольной лаборатории, едва Фо вошла в помещение.

Его короткие русые волосы были привычно взлохмачены, а круглое лицо, простоватое, но милое, лучилось искренним любопытством.

– Здравствуй, Лиг, – ехидно сощурившись, пропела Фо. – У меня там жаба. Хочу всё-таки сварить зелье для обучения вежливости, вот, исходное сырье себе подобрала.

– Тебя что, Ниритисен по дороге покусал? – округлил в притворном ужасе глаза коллега. – С каких это пор ты стала поборницей формальной вежливости?

– С тех самых, как на моем крыльце обнаружилась вот эта жаба, то ли дохлая, то ли нет, – посерьезнела Фо. – Уси не смог это точно определить.

– Ну-ка, ну-ка, – заинтересовался Лиг. – Давай-ка эту загадочную тварь сюда, и величайший маг земли Гайдн-Барсгульг вмиг определит всё, что требуется!

Фо протянула ему банку, и Лиг, споро отвинтив крышку, немедленно просунул туда руку.

– А ну, поставь! – завопила Фо.

Коллега вздрогнул от неожиданности, но банку, к счастью, не уронил, а действительно аккуратно поставил на стол и только потом удивленно спросил:

– Ты чего орешь-то?

– Я, конечно, не Ниритисен, но тоже считаю, что технику безопасности следует соблюдать, – объяснила свою реакцию Фо и добавила: – Перчатки для работы с биологическими объектами надень, величайший маг земли.

Лиг страдальчески закатил глаза, но спорить не стал. Пусть он и был увлекающейся натурой, однако и здравым смыслом никогда не пренебрегал.

Предосторожность оказалась не лишней, пусть это выяснилось и не сразу. Лиг надел усиленные защитными заклинаниями резиновые перчатки, поставил на металлический лабораторный стол эмалированный поддон с низкими стенками, поместил в него жабу и начал водить вокруг руками, сплетая диагностическое заклятие.

Внезапно процесс исследования был прерван самым неожиданным образом – жаба подпрыгнула и вцепилась Лигу в указательный палец правой руки. Алхимик вскрикнул и замотал рукой, пытаясь стряхнуть взбесившееся земноводное.

– Замри! – скомандовала Фо, но это предсказуемо не сработало.

Тогда она призвала Уси, и общими усилиями они с фамильяром наслали на паникующего Лига легкую заморозку, делающую жидкости вязкими и замедляющую движения живых существ.

Фо быстро выхватила из шкафа еще одни перчатки для работы с биологическими объектами, практически мгновенно их натянула и, вцепившись в жабу обеими руками, оторвала её от коллеги. Ярко-зеленая тварь противно зашипела, широко открыв пасть, в которой обнаружились самые настоящие зубы! Четыре крошечных игольчатых клычка, которых никак не могло быть у жабы.

От удивления Фо чуть было не выпустила добычу, но Уси вовремя среагировал, обхватив её руки своим квазиматериальным тельцем, преобразившимся ради такого случая в подобие толстой змеи.

– В банку, в банку её клади! – посоветовал фамильяр. – И закрой поплотнее.

Фо так и сделала. А потом еще для надежности поместила сосуд с мутировавшей жабой внутрь вытяжного шкафа, заперев дверцу.

– Ты как? – обеспокоенно спросила она у Лига.

– Спасибо тебе! Если бы не ты, эта тварь бы меня укусила! – горячо поблагодарил тот. – И только Йоангухн* (*бог земли) знает, что бы со мной тогда стало.

– Надо сообщить в Природнадзор, пусть присылают инспектора. Даже если это воздействие какого-то яда, у нас нет допуска для работы с опасными биологическими объектами, – пригорюнилась Фо.

– Да, я бы тоже хотел исследовать эту пакость, но рисковать не стоит, – печально согласился Лиг. – И надо ведь еще Ниритисена предупредить, что мы вызываем сюда это хладнокровное чудовище, кея Драун-Кронди.

Инспектор Природнадзора в Гранбю был всего один. Зато какой! Единственный на весь город персонаж, способный превзойти в занудстве кея Ниритисена.

Вообще-то, драконы в большинстве своем были дружелюбными и обаятельными, но только не Цеддер Драун-Кронди. Этот тип всегда был сух, холоден и отстраненно-безупречен. Даже водный дар Фо, позволявший, кроме всего прочего, лучше понимать других людей, с Драун-Кронди оказывался бессилен.

К счастью, происшествия, требовавшие привлечения инспектора Природнадзора, за те три года, что Фо работала на ГАФ, случались всего дважды, но оба раза оставили неизгладимое впечатление и стойкое нежелание снова пересекаться с этим не слишком приятным субъектом.

Однако в данном случае выбора не было. Поэтому Фо немного подышала, чтобы справиться с волнением, и, достав из сумочки свой люфтлинг, связалась с Природнадзором.

Кей Драун-Кронди появился на удивление оперативно – и двадцати минут не прошло. Такая невероятная скорость реакции обычно обстоятельного и никуда не торопящегося дракона заставляла сердце сжиматься от нехорошего предчувствия.

Впрочем, вид Драун-Кронди сам по себе и при их прошлых встречах оптимизма не внушал. Инспектор и на сей раз явился в строгом черном костюме с белоснежной сорочкой и в начищенных до блеска черных ботинках. А еще на нем был галстук! Гухинвенд* (*богиня воды) струящаяся! На дворе восьмое фиамуни, весна вот-вот сменится полноценным летом, а этот тип нацепил галстук!

– Приветствую, – сухо кивнул Драун-Кронди. – Показывайте свою странную жабу.

– Фабрика ни при чем! – выпалил кей Ниритисен, уже успевший полюбоваться на мутировавшую тварь и выслушать рассказ о произошедшем и от Фо, и от Лига.

– Я никого ни в чем не обвиняю, – холодно проронил Драун-Кронди и веско добавил: – Пока.

Кей Ниритисен задохнулся от возмущения и явно собирался разразиться гневной тирадой в ответ, но Фо ему не позволила – опасное животное беспокоило её гораздо сильнее, чем безосновательные – она была в этом уверена – подозрения инспектора.

– Емкость с жабой в вытяжном шкафу, – вернула беседу в деловое русло Фо.

Драун-Кронди кивнул и направился туда. Открыл дверцу, достал банку, поднял её на уровень глаз и начал внимательно разглядывать содержимое. Жаба, сперва сидевшая к нему задом, стремительно развернулась, широко распахнула пасть и бросилась на стенку, словно пытаясь её прокусить.

– Любопытно… – задумчиво протянул инспектор, к большому разочарованию Фо, даже не вздрогнувший при этой неожиданной атаке.

– Так она живая или нет? – спросил Лиг. – А то я не успел завершить диагностику.

– А какой способ вы использовали? – заинтересовался Драун-Кронди.

– Так я только одним владею, – с долей смущения сообщил Лиг. – Базовая проверка состояния организма животного. Таким обычно вет-виталисты* (*ветеринары) пользуются.

– Значит, нам нужно определить состояние этого организма, а также установить, ядовитое это существо или нет, – подытожил Драун-Кронди. – Предлагаю следующий план: я её подержу, вы, кей Гайдн-Барсгульг проведете свою диагностику, а вы, кея Хикс-Хунне сделаете анализ выделяемой этой жабой жидкости. Полагаю, того количества, что осталось на стенках банки, будет достаточно.

– Надо еще кожные покровы проверить, – добавила Фо.

– Это уже потом, – покачал головой Драун-Кронди. – Её всё равно придется умертвить, чтобы сделать вскрытие, тогда всё и исследуете.

– Вы собираетесь все эти манипуляции здесь производить? – напрягся кей Ниритисен.

– Да, я намерен использовать эту лабораторию, – спокойно подтвердил Драун-Кронди. – Она достаточно хорошо оборудована для проведения всех необходимых исследований. Скажу вам больше – я также планирую привлечь кею Хикс-Хунне к этому расследованию в качестве эксперта, поскольку штатный алхимик нашего отделения сейчас в отпуске.

– И даже моего согласия не спросите? – усмехнулся кей Ниритисен – именно ему подчинялись сотрудники контрольной лаборатории.

– Вы прекрасно знаете, что оно мне не требуется, – отзеркалил его усмешку Драун-Кронди. – Но, безусловно, будет лучше, если вы станете сотрудничать, а не противодействовать. Дело-то серьезное.

– Да я понимаю. – Кей Ниритисен тяжело вздохнул.

Его узкое лицо с острыми чертами печально скривилось, да и вся жилистая фигура директора по производственной безопасности словно поникла от огорчения.

– Надеюсь, это ненадолго, – попыталась утешить его Фо и попросила: – Давайте уже приступать.

Драун-Кронди кивнул и начал откручивать крышку банки.

Фо хотела отпустить ехидное замечание, что негоже инспектору с такими широкими полномочиями пренебрегать техникой безопасности и хватать биологические объекты неизвестной природы голыми руками, но вовремя заметила, что дракон подстраховался – кисти его рук покрылись серебристо-серой чешуей, надежно защищающей от любых воздействий.

«Редкое умение, – подумала Фо. – Не каждый дракон способен на частичную трансформацию, для этого надо превосходно себя контролировать. Хотя о чем это я? Понятно же, что такой тип всегда и всё держит под контролем. Что, конечно, нетипично для дракона, ведущей стихией которого является воздух».

Было немного странно, что она задумалась об этом только сейчас, ведь серые глаза Драун-Кронди отчетливо свидетельствовали о преобладании в его магической структуре именно воздуха. Но, видимо, этот педантичный зануда никак не сочетался в сознании Фо с самой легкой и подвижной стихией.

Дракон тем временем уже достал жабу, а Лиг, надевший на всякий случай защитные перчатки, снова водил вокруг нее руками, проводя диагностику. Фо же, тоже натянув перчатки, но другие – для защиты от химических веществ – вооружилась пипеткой и добыла из банки несколько капель жабьих выделений.

Поместив примерно треть в хроматограф, Фо отложила пипетку в кювету, запустила прибор и напряженно уставилась на дисплей в ожидании, когда завершится анализ.

Результат оказался не то чтобы удивительным, но не слишком информативным: пищеварительные ферменты и неизвестный зоотоксин.

Выделенного хроматографом количества яда оказалось недостаточно для магического анализа, поэтому пришлось отправить в прибор всю оставшуюся жидкость и снова ждать.

Получив наконец необходимый объем, Фо сплела вокруг пробирки нужное заклинание и аккуратно направила в него силу стихии, по очереди активируя аналитические элементы. Отозвался только один, засветившись неприятным зеленым цветом, точно таким же, как шкурка мутировавшей жабы.

– Она ядовитая, – поделилась результатами Фо. – Это слабый нейротоксин. Не представляю, зачем бы он нужен был жабе, но он есть.

– Клыки жабе тоже не нужны, – хмыкнул Лиг. – Если, конечно, это существо всё еще можно называть жабой.

– Значит, она неживая? – спросила Фо.

– Я так и не понял, – вздохнул Лиг. – Все жизненные процессы идут: кровь движется, сердце сокращается, дыхание тоже в наличии, но жизненной энергии она не излучает.

– Давайте-ка я еще посмотрю, – предложил Уси, материализуясь возле жабы, которую продолжал держать Драун-Кронди.

На сей раз фамильяр решил предстать в облике маленького дракончика, облаченного в лабораторный халат.

– Я могу это расценивать как знак того, что ты рад со мной познакомиться? – улыбнулся Драун-Кронди.

Фо не расслышала, что ответил Уси, так она была потрясена этой поразительной картиной – улыбающийся инспектор совершенно не укладывался в сложившийся у нее образ.

Правильные черты лица, всегда казавшегося таким отстраненным, даже надменным, смягчились, глаза под густыми ровными бровями засияли, а гладко зачесанные темно-каштановые волосы будто бы стали лежать свободнее.

«А он, оказывается, красавчик», – с долей удивления признала Фо.

– Эта тварь существует за счет внешнего энергетического источника, – тем временем вещал Уси, расхаживавший по воздуху взад и вперед, заложив лапки за спину. – Именно поэтому она отрубилась у нас на крыльце – защита на границе участка перекрыла доступ, а имевшийся внутренний запас израсходовался.

– Почему же она очнулась только тут, в лаборатории? – поинтересовалась Фо.

– Точно сказать сложно, – ответил Уси. – Возможно, для активации ей требовалось заново накопить внутренний резерв, а возможно, имеет значение расстояние до внешнего источника.

– Получается, что убивать её пока нельзя, – заключил Драун-Кронди.

– Почему? – не поняла Фо.

– Потому что надо попытаться этот источник отыскать, – пояснил дракон. – Нам следует найти того, кто это существо сотворил, а обнаружив источник, мы получим возможность отследить и его создателя.

– Не факт, – возразил Лиг.

Как маг земли, он лучше всех разбирался в том, что касалось живых существ как животных, так и растений.

– Не факт, – согласился Драун-Кронди. – Да и непонятно пока, как этот источник искать – я не чувствую связующих потоков между ним и этой жабой.

– Я чувствую, – успокоил их Уси. – И, судя по моим ощущениям, источник от нас довольно далеко и, возможно, в лесу.

– Значит, теперь мы пойдем его искать, – подытожил Драун-Кронди.

– Все вместе? – уточнил Лиг.

– Нет, – покачал головой инспектор. – Только мы с кеей Хикс-Хунне. Я бы и её не брал – там может быть опасно, но фамильяр без ведьмы со мной не пойдет.

– Пойду! – заверил Уси. – Не хочу, чтобы моя драгоценная Фо подвергалась риску.

– Нет, не пойдешь! – возмутилась Фо. – Что вообще за дурацкая идея – разыскивать потенциально опасный объект в одиночку, да еще и в лесу?

– Я вполне способен о себе позаботиться. – Дракон недовольно поджал губы, снова превращаясь в противного инспектора-зануду.

– А давайте мы сначала сообщим в Маморбю о том, что здесь происходит, – прервал начинающуюся перепалку кей Ниритисен. – Возможно, они пришлют помощь.

– Разумно, – признал его правоту Драун-Кронди. – Я сейчас свяжусь с Центральным управлением Природнадзора, посмотрим, что они предложат.

Он достал свой люфтлинг, набрал нужный номер и начал рассказывать о происшествии с жабой какой-то сурового вида женщине средних лет, которую называл кеей Драун-Маурлин.

Ответов сотрудницы управления остальные не слышали – Драун-Кронди не стал включать громкую связь, но, судя по выражению его лица, ничего хорошего она не говорила.

– Вам придется за это ответить! – с перекошенным от ярости лицом прорычал Драун-Кронди и разорвал связь.

– Что она вам сказала? – спросила Фо.

– Они вводят карантин и установят защитный барьер вокруг всего нашего района, – сообщил дракон. – Через три часа ни один биологический объект не сможет покинуть эту местность.

– Они запрут нас здесь? – заволновался Лиг.

– Нет, не нас, – покачал головой Драун-Кронди. – Для людей будут сделаны пропускные пункты на основных магистралях. А вот животные не смогут ни попасть сюда, ни выбраться отсюда.

– И почему это так вас… – Фо замялась, подбирая слова. – Обеспокоило?

– Потому что она явно догадывается о причинах происходящего, но что-либо объяснять отказалась! – возмущенно прошипел Драун-Кронди. – Поверьте мне, я все инструкции наизусть знаю: появление клыкастых жаб со слабеньким нейротоксином никак не может быть причиной для таких мер. Тем более что нашествия подобных земноводных мы бы не пропустили. Да произойди хотя бы один случай нападения на человека, виталисты из нашей больницы уже бы меня известили.

– Думаете, они бы стали нападать на людей? – с сомнением протянула Фо.

– Практически уверен, – кивнул Драун-Кронди. – Эта особь крайне агрессивна. Полагаю, остальные, если они, конечно, есть, такие же.

– Хочешь сказать, эта тварь пробралась на наш участок, чтобы напасть на Фо? – Уси воинственно встопорщил крылья.

– Ерунда какая-то, – растерянно пробормотал Лиг. – Жабе нет никакого смысла нападать на человека – она же не может его съесть.

– Вы забываете о том, что это уже не животное, – возразил Драун-Кронди. – Это квазиживой организм, существующий за счет энергии внешнего магического источника.

– И у него могут быть совершенно другие поведенческие программы, – продолжил рассуждения дракона Лиг.

– Именно! – мрачно подтвердил Драун-Кронди.

– И вы собираетесь отправиться разыскивать источник появления этого опасного организма вместе с кеей Хикс-Хунне и без какой-либо защиты? – Кей Ниритисен одарил дракона осуждающим взглядом.

– А я уже говорил, что незачем моей драгоценной Фо рисковать собой! – поддержал директора по производственной безопасности Уси. – Мы и без нее сумеем отыскать, откуда взялась эта жаба.

– И я бы с тобой согласился, но обстоятельства изменились, – неожиданно для всех заявил Драун-Кронди.

– Это каким же образом? – насупился Уси.

– А таким, что раз у кеи Драун-Маурлин имеется представление о том, откуда взялась эта жаба, значит, где-то в окрестностях Гранбю есть тайная лаборатория. И когда я её найду, мне понадобится помощь, чтобы разобраться с тем, что в ней происходит.

– Лига возьми! – предложил Уси.

– Я не возражаю, – с готовностью откликнулся Гайдн-Барсгульг.

– А мое мнение здесь никого не интересует? – саркастически приподняла брови Фо.

– Я бы предпочел взять с собой вас, – ответил Драун-Кронди. – Не сомневаюсь в квалификации кея Гайдн-Барсгульга как алхимика, но в ядах вы разбираетесь лучше.

– Откуда вы знаете? – поразилась Фо.

– У меня есть досье на всех сотрудников ГАФ, – пояснил Драун-Кронди.

– Я понимаю, что вы действуете в пределах своих полномочий, и я не имею права что-то вам запрещать, – недовольно пробурчал кей Ниритисен. – Но как вы намерены обеспечивать защиту кеи Хикс-Хунне? Да и свою собственную, если на то пошло?

– Я всё-таки дракон, – улыбнулся Драун-Кронди с непонятной печалью. – Могу построить мобильную энергетическую защиту от любых внешних воздействий.

– И долго она продержится? – скептически скривился Уси.

– Достаточно долго, чтобы найти нужное место и вернуться обратно, – заверил Драун-Кронди. – Если мы не сумеем отыскать эту лабораторию засветло, то завтра я отправлюсь только с тобой, ну и еще с палаткой, чтобы переночевать в лесу, а за твоей хозяйкой придем уже потом.

– А почему сразу так нельзя сделать? – не сдавался Уси.

– Потому что наша цель не только найти нужное место, но и позаботиться о том, чтобы мутировавшие животные больше оттуда не появлялись. И сделать это нужно в кратчайшие сроки. Сегодня, возможно, до города добралась только одна жаба, которую мы уже обезвредили. Но что будет завтра? – Драун-Кронди обвел присутствующих вопросительным взглядом.

– Полагаете, что там засел какой-то злоумышленник, решивший наслать на нас орду изготовленных им мутантов? – недоверчиво уточнила Фо.

– Полагаю, что там случилось что-то непредвиденное, – ответил Драун-Кронди. – Результаты тайных экспериментов не должны скакать по окрестностям.

– Логично, – согласилась Фо.

– Делайте что хотите! – обреченно взмахнул лапкой Уси. – Но хотя бы подготовьтесь к походу как следует.

– Резиновые сапоги и портативная лаборатория у меня всегда в багажнике, ты же знаешь, – напомнила Фо.

– Ну хоть ты-то понимаешь, что этого недостаточно? – требовательно уставился на дракона Уси.

– А что еще надо-то? – озадачилась Фо.

– Запас еды и воды на день, – ответил Драун-Кронди.

– Как это я не сообразила? – огорченно выдохнула Фо. – Хотя я обычно только короткие вылазки для взятия образцов совершаю, на пару часов, не больше. В нашем буфете всё купим или в магазин пойдем?

– В буфете, я думаю, будет быстрее, – решил Драун-Кронди. – Но оплачивать наши припасы буду я.

– Почему это? – насупилась Фо. – Я хорошо зарабатываю, да и на обед в любом случае бы сегодня потратилась.

– Потому что я запишу эти суммы как служебные расходы и получу возмещение, – объяснил Драун-Кронди. – И за ваши реагенты тоже, если придется ими воспользоваться.

– Тогда ладно, – не стала дальше препираться Фо.

Обеспечив себя припасами, они через двадцать минут покинули территорию ГАФ, загрузившись в машину дракона. Правда, сперва Фо снова попыталась спорить, доказывая, что её друмобиль ничуть не хуже, да и расходы на топливо для служебных поездок ей возмещают, но Драун-Кронди и в этот раз настоял на своем, заявив, что у его машины проходимость выше.

– Нам нужно проехать как можно дальше, – продолжил объяснять он, когда друмобиль тронулся. – Конечно, груз у нас будет небольшой, да и рюкзаки и у вас, и у меня снабжены уменьшающими вес артефактами, но идти по лесу придется напрямик, а значит, устанем мы гораздо сильнее, чем если бы двигались по тропинкам.

– Почему вы так уверены, что нам вообще надо именно в лес? – спросила Фо. – Лабораторное оборудование же маг-электрическое. А откуда электричеству взяться в лесу?

– Ну, во-первых, существуют электрогенераторы, – заметил на это Драун-Кронди. – А во-вторых, бывают приборы, работающие на друссенсе* (*сок особого винограда, содержащий усилитель магии).

– Но это же баснословно дорого! Да и небезопасно – друссенс очень горюч.

– Зато никакого шума, который неизбежно производит генератор. А пожароопасность – вполне решаемая проблема. Мы же с вами ездим на друмобилях, а топливо в них тоже содержит друссенс.

– Какой же вы всё-таки… – Фо хотела сказать «зануда», но в последний момент сдержалась.

– Считаете меня скучным занудой? – без труда сообразил Драун-Кронди.

– Ну не то чтобы… – тут же пошла на попятный Фо.

– Считаете, я же чувствую, – грустно усмехнулся Драун-Кронди.

– Хотите сказать, что вы не такой? – не выдержала Фо.

– Ну почему же? – пожал плечами дракон. – Вы правы хотя бы отчасти: я действительно весьма педантичен. Однако я всё же полагал, что могу быть интересным собеседником. Но видимо, ошибался.

– Трудно считать интересным то, что тебе сообщают таким назидательным тоном, – хмыкнула Фо.

– То есть я еще и высокомерный, – заключил Драун-Кронди. – Да, несимпатичный наборчик, прямо скажем.

– Можно подумать, вам не всё равно, какого я о вас мнения. – Фо понимала, что не стоит продолжать этот разговор, но остановиться не сумела.

– А если всё-таки? – Драун-Кронди на мгновение повернулся к ней и пронзил внимательным взглядом. – Если мне и правда не всё равно?

– Да бросьте! – отмахнулась Фо. – Вы меня третий раз в жизни видите, какое тут может быть «не всё равно»?

Сидевший у нее на плече Уси многозначительно хмыкнул, но от комментариев воздержался. Драун-Кронди тоже промолчал, и дальше они ехали в тишине, прерываемой только указаниями державшего в лапах банку с жабой фамильяра, в какую сторону следует свернуть.

Зануда-дракон оказался прав – их путь действительно вел в лес.

Однако, к немалому удивлению Фо, когда они вышли из друмобиля, следуя инструкциям Уси, уверенно направившего их под сень довольно густо растущих деревьев, никакого «ну я же говорил» от Драун-Кронди не прозвучало.

Он даже победного взгляда в сторону спорившей с ним ведьмы не бросил. И это укрепило зарождавшееся внутри Фо ощущение, что этот дракон вовсе не такой, каким кажется на первый взгляд.

Путь по лесу оказался непростым – идти, пробираясь между деревьями, действительно было тяжело. Еще и ветки постоянно цеплялись то за рукава, то за волосы, то за рюкзак. Где-то через час уже и Драун-Кронди выглядел каким-то встрепанным, и только Уси, летевший впереди, показывая дорогу, сохранял бодрость.

Шли молча, лишь Драун-Кронди иногда направлял Фо немного в сторону, чтобы обойти какой-нибудь труднопроходимый участок. Первое время её это раздражало. Ну как так-то: этот лощеный типчик, отправившийся в чащу в костюме и при галстуке, чувствует лес лучше, чем ведьма? Но после того как Фо, из чистой вредности не послушавшись советов дракона, сначала чуть не упала, споткнувшись о заросший мхом корень, а потом едва не провалилась в какую-то нору, помощь спутника уже не казалась ей лишней.

«А ведь мог бы и не говорить ничего, – размышляла Фо, стараясь одновременно смотреть и вперед, и под ноги, и по сторонам. – Заодно и развлекся бы за мой счет. Но нет, он, значит, не такой. Интересно, это просто проявление вежливости, или он и правда хочет позаботиться конкретно обо мне?»

Да, от обсуждения отношения дракона к её мнению о нем Фо уклонилась, но перестать об этом думать не могла. Как многие женщины, лишь только заподозрив, что мужчина испытывает к ней интерес, она немедленно начинала прикидывать, что да как. А что, если она ему нравится? А что, если он лучше, чем кажется? А что, если у них что-то может получиться?

Конечно, всё это было довольно глупо, но остановить поток мыслей не получалось. Всё-таки драконами Фо никогда всерьез не интересовалась. Да и, по правде говоря, Драун-Кронди был первым из них, с кем она познакомилась лично. Остальных так – просто на улице видела или в газетах.

С другой стороны, слабенькая водная ведьма и настоящий дракон? Сомнительно как-то. Нет, себя Фо ни в коем случае не принижала – с внешностью ей повезло: и лицо симпатичное, и фигурка ладная, и даже ярко-голубые волосы, изменившие цвет под воздействием стихии, ей по-настоящему шли. И алхимик она хороший, да и человек тоже. Правда, вредная и ехидная, как подавляющее большинство ведьм. Но это и не недостаток вовсе, а пикантная особенность. Во всяком случае, именно так утверждала её здешняя лучшая подруга, та самая Унгелисе Хикс-Малекен, заведующая испытательной лабораторией ГАФ.

Размышления о возможном интересе со стороны Драун-Кронди помогали Фо хоть как-то держаться, потому что с каждым шагом ей всё сильнее и сильнее хотелось просто рухнуть на землю и заявить, что она больше с места не сдвинется. И когда она уже начала обдумывать эту идею всерьез, невзирая даже на возможные насмешки со стороны дракона, тот объявил привал.

– Давайте поедим, – сказал он, аккуратно разворачивая и укладывая на землю походную подстилку из вспененного пластика.

– А это-то у вас откуда? – поразилась Фо, с облегчением на нее опускаясь.

– Всегда с собой вожу, – пожал плечами Драун-Кронди. – Мне часто приходится уходить в лес на целый день. Это вам требуется отбирать пробы только там, куда потенциально могут попасть выбросы с фабрики.

– Которых нет! – немедленно вставила Фо.

– Которых сейчас действительно нет, – покладисто согласился Драун-Кронди. – Но, как вы знаете, так было не всегда.

– Значит, вы были инспектором в те времена, когда с ГАФ еще случались утечки? – заинтересовалась Фо – даже приблизительный возраст драконов, как и ведьм, определить на глаз было практически невозможно, разве что понять, старые они или еще нет.

– Я не настолько древний! – рассмеялся Драун-Кронди. – Последняя была двадцать девять лет назад, тогда здесь был другой инспектор, а я в те времена еще в школе учился.

– Это что же – вам еще и пятидесяти нет? – ошарашенно выдохнула Фо.

– Мне сорок три, – еще сильнее потряс её Драун-Кронди.

– Но как же так?.. – Фо всё никак не могла поверить в услышанное.

Ведьмы взрослели раньше обычных людей, маги – примерно так же, а вот драконы… Драконы психологически созревали годам к пятидесяти.

– Откровенность за откровенность, – внезапно предложил Драун-Кронди. – Я кое-что расскажу вам о себе, а вы поведаете мне, с чего вдруг очаровательную и весьма талантливую столичную ведьму занесло в нашу глухую провинцию.

– Идет! – тут же согласилась Фо, боясь, что один из них успеет передумать.

Рассказывать о себе она не любила, но узнать тайну дракона ужасно хотелось. Водные ведьмы ненамного менее любопытны, чем огненные, а любопытнее огненных ведьм нет никого на свете.

– Только вы первый рассказывайте, – на всякий случай добавила Фо.

– Договорились! – не стал спорить Драун-Кронди. – Однако давайте совместим беседу с обедом, иначе наш привал может непозволительно затянуться.

Фо с готовностью закивала и начала доставать из рюкзаков припасы, а мужчина тем временем заговорил:

– Вам, разумеется, известно, что, хотя у каждого дракона есть ведущая стихия, мы владеем всеми четырьмя?

Фо кивнула, и он продолжил:

– Но иногда, вследствие какого-то травматического события или по иной причине дракон может утратить возможность пользоваться одной из стихий, порой даже двумя.

– А тремя?

– Нет, таких случаев зафиксировано не было.

Драун-Кронди перешел на сухой, какой-то протокольный слог, но Фо чувствовала – это оттого, что говорить на эту тему ему тяжело. И тем удивительнее было, что дракон на это решился. Да еще вот так – посреди леса, с малознакомой, пусть, возможно, и симпатичной ему девушкой.

– У вас нет огня, так? – сообразила Фо.

– Да, именно его, – печально улыбнулся Драун-Кронди.

– И нет никакой возможности восстановить стихию? – Фо посмотрела на него с искренним сочувствием.

«Сильный ход, – мысленно оценила Фо. – Если я ему действительно нравлюсь, и он ощущал мою неприязнь, а он ощущал – вода-то у него на месте, подобная откровенность – кратчайший путь к тому, чтобы изменить отношение, ведь водные ведьмы в глубине души сострадательны. А от сострадания до симпатии уже гораздо ближе».

– Она однажды вернется сама. Или не вернется. Вы поймете, когда я вам всё объясню до конца.

– Значит, вы расскажете о том, как лишились доступа к огню?

Когда дракон кивнул, Фо ужасно обрадовалась. Ей было немного стыдно за свое любопытство, но, честно говоря, совсем чуть-чуть.

– В пятнадцать лет я влюбился в нашу новую учительницу математики. – Взгляд Драун-Кронди затуманился от воспоминаний. – Она казалась мне самой прекрасной из женщин: красивой, умной, доброй.

– Казалась? – переспросила Фо, изо всех сил пытаясь скрыть, что услышанное неожиданно её задело.

– Тогда мне было сложно судить объективно. Но позже, когда всё уже… случилось, я понял, что не так уж она была хороша, хотя в целом, конечно, довольно привлекательна.

– Она не отвечала вам взаимностью, да? – со смесью сочувствия и не совсем уместного в данных обстоятельствах удовлетворения спросила Фо.

– Да, – покивал Драун-Кронди. – Что только я ни делал, чтобы привлечь её внимание! Простите, перечислять не буду, мне до сих пор не слишком приятно об этом вспоминать. Наверное, если бы она просто игнорировала мои жалкие потуги, ничего подобного и не случилось бы. Не знаю… Я много об этом думал, уже потом, гораздо позже, но так и не сумел на этот счет определиться.

– Не верю, что вы выглядели жалко! – выпалила Фо и смущенно потупилась, поймав на себе безмерно удивленный взгляд дракона.

– Ну… – задумчиво протянул Драун-Кронди. – Может, вы и правы, может, всё было не так уж прискорбно. Одноклассники, во всяком случае, надо мною не смеялись. Но в глазах предмета своего обожания я выглядел именно что жалко.

– Да с чего вы взяли? – недоуменно нахмурилась Фо.

– Она сама мне сказала, – криво усмехнулся Драун-Кронди. – Когда я решился на признание. Мне почему-то казалось, что, если я откроюсь, расскажу о своих чувствах, её отношение изменится. Но она… Она просто посмеялась надо мной. Назвала нелепым мальчишкой, который слишком много о себе воображает. Сказала, что мои жалкие попытки ей понравиться вызывают только презрение.

– Но это же непедагогично! – искренне возмутилась Фо. – Учитель не имеет права так обращаться с учеником! Она ведь не могла не понимать, как сильно вас ранят эти слова.

– О! Она понимала! – заверил Драун-Кронди. – Она очень хорошо понимала, что делает, и наслаждалась каждым мгновением моего унижения.

– Но почему? Это же просто… – У Фо не хватало слов. – Просто нелепо!

– Думаю, она имела что-то против драконов, – поделился догадкой Драун-Кронди. – Ни с кем из моих родных она знакома не была, так что дело могло быть только в этом.

– Какая гадость! – Фо брезгливо поджала губы. – Надеюсь, эту ужасную женщину с позором выгнали из школы!

– С чего бы? О нашей беседе никто не узнал. К счастью для меня, свидетелей у моего позора не было. А она… Она уволилась. Сама. Но не сразу, а только после того, как я… изменился. До этого же она сполна наслаждалась моими страданиями, буквально упивалась тем, как я, держась на одной лишь гордости, упорно посещал её уроки и пытался притворяться, что мне нисколько не больно её видеть.

– И долго вы продержались?

– Почти три месяца. Но к началу весны мои силы оказались на исходе. И я решился обратиться за помощью к Фоуроу-Фе.

– Но ведь для ритуала призыва одной из главных фей требуется четверо, – озадачилась Фо. – Вы всё-таки решились посвятить кого-то в происходящее?

– Нет, – покачал головой Драун-Кронди. – Я воспользовался особой способностью драконов призывать фею, покровительствующую основной стихии. У меня это воздух, так что Весенняя Фея должна была откликнуться на мой зов.

– Вы так легко раскрываете мне драконьи тайны? – поразилась Фо.

– Не такие уж это и тайны, – бледно улыбнулся Драун-Кронди. – Пусть в Стихийной академии драконов не изучают, но книги о нас есть в свободном доступе. Даже о том, что всем Драун-Эльвоулигам, рожденным в Луккухейве, покровительствует Летняя Фея, вне зависимости от их стихии, вполне можно узнать.

– Может, и так, – пожала плечами Фо. – До последнего времени драконы меня совершенно не интересовали.

Она ожидала, что Драун-Кронди как-то прокомментирует этот недвусмысленный намек, но тот только многозначительно посмотрел на нее и продолжил свой рассказ:

– Я пришел в день весеннего равноденствия на Еловый холм, тот, что к северу от города, дождался полудня, поймал ветер и позвал.

– Поймали ветер? – не сдержала любопытства Фо.

– Настроился на стихию, – пояснил Драун-Кронди. – И Фоуроу-Фе пришла.

***

Красивая стройная женщина с зелеными волосами в платье из цветов и листьев шагнула на холм словно из ниоткуда.

– Зачем ты позвал меня, юный дракон? – спросила она.

– Я хочу всегда держать свои чувства под контролем! – выпалил Цед. – Ты ведь можешь дать мне новое качество, правда? Что ты хочешь в обмен на эту услугу?

Весенняя Фея одарила юношу снисходительной улыбкой и ответила:

– Для того чтобы добиться нужного тебе результата, следует не прибавлять, а отнимать. Пожар чувств не сдержать тисками воли. Видимость контроля ты сумеешь создать, но чтобы он был подлинным, требуется погасить чувства.

– Значит, ты мне не поможешь? – голос Цеда дрогнул.

– Я – нет, но я могу позвать Винта-Фе. Забирать умеет только она. Однако просить за тебя я не стану – у тебя нет ничего, чем бы ты мог расплатиться со мной за то, что я стану должна Зимней Фее. Поэтому тебе придется договариваться с ней самостоятельно.

– Я согласен, – решительно кивнул Цед. – Что я тебе должен за эту услугу?

– Когда почувствуешь желание посвятить свою жизнь защите природы, не противься ему и не слушай тех, кто станет тебя отговаривать, этого будет достаточно. Слово?

– Слово! – подтвердил Цед.

Фоуроу-Фе улыбнулась и исчезла. Ласковый весенний ветерок вдруг сделался пронзительно-ледяным, и на Еловом холме появилась Зимняя Фея.

На её ослепительно-белых волосах сверкали снежинки. Платье её было словно выточено изо льда, одновременно белое, голубое, серебристое, ярко-синее и бледно-зеленое, оно блестело холодными искрами, притягивая взгляд. Глаза Винта-Фе, огромные и абсолютно черные, смотрели, казалось, в самую душу. А голос её был тягучим и томным, как замерзающая вода.

– Фоуроу-Фе поведала мне, что одному из её подопечных требуется моя помощь, – сказала Зимняя Фея. – Чего же ты желаешь, мальчик?

Цеду очень хотелось заявить, что он уже взрослый, но под тяжелым взглядом Винта-Фе спорить парень не посмел.

– Я хочу погасить свои чувства, – уверенно ответил он.

– Странная просьба. – Зимняя Фея приподняла брови в сдержанном удивлении. – Зачем тебе это?

– Чтобы всегда себя контролировать.

– Да, это поможет, – медленно кивнула Винта-Фе. – Но ты изменишься. Сильно изменишься. Станешь другим.

– Именно этого я и хочу! – Цед решительно сжал губы.

– Хорошо, я отсеку твой огонь.

– Отсечешь огонь? – опешил Цед.

– Да, – подтвердила Винта-Фе. – С драконом получится только так. Ваша личность слита со стихиями, поэтому одно неотделимо от другого. Так ты согласен?

– А плата?

– Твой огонь будет моей платой. Я его одолжу, он пригодится мне в моем замке в Коонери-Фе. Но знай: я не смогу удержать его навсегда. Стоит тебе хоть немного приоткрыть свое сердце, и он вернется, на время поглотив тебя целиком.

– Не собираюсь я никому больше свое сердце открывать! – запальчиво возразил Цед. – Наоткрывался уже, хватит!

Винта-Фе рассмеялась, словно льдинки застучали о стенки стакана.

– Забавный мальчик! Любовь станет ядом для тебя, но однажды ты захочешь его принять. Сам.

– Нет! – Цед отчаянно замотал головой.

– Посмотрим, – Винта-Фе снисходительно улыбнулась и повторила: – Посмотрим. Ну так что, ты готов? Сделка?

– Да, я готов! – подтвердил Цед. – Сделка!

Зимняя Фея снова улыбнулась, на сей раз с предвкушением, и протянула левую руку, коснувшись ладонью его груди.

Пронизывающий, сводящий с ума холод заполнил каждую клеточку тела Цеда, сковал разум, заморозил чувства. А потом резко исчез. Тело оттаяло, разум очнулся, а чувства… А чувства – нет.

– Благодарю, – склонил голову Цед.

– Не за что, мальчик. – Улыбка Винта-Фе была печальной.

Зимняя Фея ушла, снова задул теплый летний ветер, а Цед стоял на Еловом холме, прислушиваясь к себе.

Разливающееся внутри ледяное спокойствие дарило ощущение безопасности. Его сложно было назвать приятным, но вот вселяющим уверенность – вполне.

***

– И вы никогда не жалели об этой сделке с Винта-Фе? – спросила Фо.

– Сожаление – это тоже чувство, – ответил Драун-Кронди.

– Но вы же переживаете за природу, значит, какие-то чувства у вас есть, – возразила Фо.

– Это, скажем так, те чувства, которые связаны с водной стихией. С моей эмпатией всё в порядке. Я ощущаю симпатию или неприязнь, у меня есть друзья, я люблю своих родных. Даже разозлиться могу. Но чувства такого рода легко контролировать, они никогда не затмят разум. А вот то, что называют страстями, мне теперь недоступно.

– Но ведь Винта-Фе сказала, что это временно. А потом всё вернется, да еще и захватит вас целиком. Мне бы было страшно, – передернула плечами Фо.

– Мне раньше тоже было. – Драун-Кронди улыбнулся. – А потом это прошло. Но что мы всё обо мне? Я рассказал свою историю, теперь ваша очередь.

– Мой случай, наверное, не такой драматичный. Хотя… – Фо вздохнула. – Когда мама была мной беременна, братишка Верг, ему тогда было шесть, устроил в квартире пожар. Никто так и не понял, как именно всё произошло, но его кровать загорелась. Верг получил сильные ожоги и потерял сознание. Чтобы его вытащить, маме пришлось выплеснуть всю доступную ей энергию стихии – она не особенно сильная ведьма. И так получилось, что она зачерпнула часть у меня. Да, наш дар просыпается не сразу, но сама магическая структура ведьмы формируется еще до рождения. Ну и она… в общем, повредилась. Поэтому я такая слабая, что пришлось фамильяра создавать.

– Надеюсь, ты не жалеешь? – Уси выпустил струйки иллюзорного дыма из ноздрей.

– Конечно, нет! – горячо воскликнула Фо. – Но ты ведь понимаешь, к чему я веду, так?

– Разумеется! – фыркнул Уси. – Я-то способен и из невидимости подслушивать, а не только притаившись за дверью. «Ах, наша бедняжечка Фо! У нее почти совсем нет способностей! Да как она будет жить? Да кто её замуж возьмет? А вдруг у нее дети родятся вообще без магии?»

Фамильяр изобразил такое преувеличенно жалостливое выражение на мордочке, что Фо не выдержала и рассмеялась.

– Неужели ваши родители говорили подобные вещи? – поразился Драун-Кронди.

– Нет! – замотала головой Фо. – Ни родители, ни Верг никогда не считали меня ущербной. Но было много других фальшивых доброжелателей как среди просто знакомых, так и среди родственников, к счастью, дальних, но, увы, тоже живущих в Маморбю. Папа постоянно порывался послать их всех куда Йоангухн не заглядывал и Люфтгухн* (*бог воздуха) не залетал, но мама…

– Мама у Фо очень добрая, – вставил Уси.

– Да, она такая. Мама постоянно повторяла, что эти люди просто глупые и ничего не понимают, а значит, на них не следует обижаться. Но я так не считала. – Фо холодно усмехнулась. – Поэтому очень рано заинтересовалась ядами.

– Вы их травили? – потрясенно уставился на нее Драун-Кронди.

– А что вас удивляет? – приподняла брови Фо. – Я всё-таки ведьма. Да и яды бывают разные. Далеко не все из них смертельны. Можно вызвать несварение, можно – головную боль или зудящую сыпь по всему телу. Со временем даже самые тупые сообразили, что между их мнимым сочувствием и проблемами со здоровьем есть связь, и стали держать язык за зубами в моем присутствии. Но за спиной…

– Да, за спиной у Фо они продолжали доставать её родителей, – добавил Уси.

– И если папа жестко пресекал подобные разговоры, то мама… – Фо тяжело вздохнула. – Мама старалась быть вежливой. Однако я всегда знала, что она встречалась с кем-то из этих. В такие дни она становилась грустной и смотрела на меня так, словно я какой-то инвалид.

– Вам было тяжело. – Драун-Кронди всё понял правильно.

– Да, – кивнула Фо. – Поэтому после окончания академии я и решила переехать туда, где меня никто не знает. Понимаете, я-то не ощущала себя неполноценной. Видела, что другие ведьмы сильнее, но не считала это проблемой. Алхимия мне действительно нравится. Я полюбила её с первого же школьного урока. Даже ту часть, которую называют просто химией, не требующую магии, я всегда воспринимала как настоящее чудо. Это преобразование элементов… То, как из двух или трех веществ получается что-то новое, или наоборот – из одного вещества два или три, стоит только его нагреть. Это же поразительно!

– Знаете, я примерно так всегда воспринимал биологию, – поделился Драун-Кронди. – Чудо жизни. То, как без всякой магии природа создает её. Как из крошечного семени вырастает мощная ель. Как птицы находят дорогу, улетая на юг, а потом возвращаясь домой. Как живые существа приспосабливаются, завоевывая пространство.

– Значит, Весенняя Фея была права: защищать природу – ваше призвание? – спросила Фо.

– Именно. – Драун-Кронди улыбнулся так легко и ясно, что Фо показалось, будто сквозь густые ветви пробился солнечный луч. – И в другом она тоже не ошиблась: не все мои близкие посчитали мой выбор достойным.

– Почему? – удивилась Фо.

– Слишком мелко, скажем так. Я ведь дракон! – Драун-Кронди сурово сдвинул брови и напустил на себя величественный вид. – Потомок славного рода, которому следует продолжать традиции… Ну вы поняли.

– Но в итоге они всё же смирились? – взволнованно поинтересовалась Фо.

– Папа – почти сразу, брат – чуть позже, а вот мама до сих пор нет-нет, да и заводит разговоры о том, что мне следует заняться чем-то другим.

– Но вы ведь не поддаетесь? – улыбнулась Фо.

– Нет! – заверил Драун-Кронди.

После обеда идти стало немного легче, зато Фо начала беспокоиться, что они не успеют ничего найти до того, как придется поворачивать назад, чтобы вернуться до темноты. Правда, с драконом она своими сомнениями не делилась – от него ведь всё равно ничего не зависело, так зачем нагнетать?

Вместо этого, чтобы унять тревогу, Фо отвлекала себя размышлениями о том, почему Зимняя Фея, имеющая сродство со стихией воды, а значит, прекрасно читающая в душах разумных, согласилась забрать огонь Драун-Кронди. Задумала проучить мальчишку, обуреваемого подростковым максимализмом? Или решила позабавиться, наблюдая, что произойдет с драконом, когда огонь вернется и поглотит его? Или ей просто захотелось заполучить частицу чуждой стихии, пусть и на время?

Ответ могла дать только сама Винта-Фе. Однако она вряд ли стала бы объяснять свои поступки кому бы то ни было. Да и вообще – логика фей была непостижима для смертных. Достоверно было известно только одно – если фея согласилась оказать услугу и назвала плату, то условия сделки она выполнит буквально. Другой вопрос, что результат мог оказаться совсем не таким, на который рассчитывал проситель. Но тут уж надо было думать заранее и формулировать условия так, чтобы их буква соответствовала духу.

Сама Фо вряд ли бы рискнула просить о чем-то фею, тем более – одну из Главных, даже Зимнюю, покровительствовавшую водным ведьмам. Разве что это был бы вопрос жизни и смерти.

Да и со своими чувствами Фо бы в любом случае разбиралась сама, ведь именно вода лучше всего позволяет управлять ими. Воздух же толкает тех, кто наделен этой стихией, на всяческие эксперименты и подсказывает нестандартные решения. По идее, он же должен и помогать прогнозировать их последствия. Но судя по всему, Драун-Кронди в свое время подобным не озадачился. А может, просто ей не рассказал. Не исключено, что дракон предчувствовал, что даже столь радикальные меры не принесут ему серьезного вреда.

Дальше мысли Фо предсказуемо свернули на отношение к ней Драун-Кронди. Ведь если она ему нравится, значит, именно ей он может открыть свое сердце, и тогда… Что будет тогда, Фо представляла себе очень смутно. Что значит «огонь поглотит целиком»? Как это будет проявляться? Чем грозит Фо и самому дракону? И не помешает ли расследованию?

Пусть Драун-Кронди до последнего времени и не вызывал у нее ни малейшей симпатии, но в его профессионализме Фо нисколько не сомневалась. И лучше бы ему держать себя в руках в достаточной степени, чтобы не пришлось его кем-нибудь заменять. Иметь дело с совершенно незнакомым человеком Фо определенно не хотелось.

– Вижу какое-то строение! – радостно завопил Уси. – Мы пришли!

«Ну наконец-то!» – облегченно выдохнула Фо.

Учитывая, что шли они часа четыре, на осмотр таинственного объекта у них было не меньше пяти часов. Вполне достаточно практически для чего угодно.

Внешне здание не впечатляло: металлическая коробка без окон, примерно шесть на шесть ленди* (*около 90 см), выкрашенная в буро-зеленый цвет. Входная дверь была приоткрыта.

– Не нравится мне это, – пробормотал Драун-Кронди. – Похоже, я был прав – тут произошло что-то нехорошее.

– И магической защиты нет? – поинтересовалась Фо.

Она, конечно, и сама могла бы это определить, но ей понадобилось бы намного больше времени и помощь Уси, чтобы проделать подобное.

– Защита есть, как и сигнализация, – отозвался Драун-Кронди. – Но при открытой двери они не активны.

– Значит, мы можем войти? – уточнила Фо.

– Можем, – подтвердил Драун-Кронди. – Только надо немного усилить защитный барьер.

Он сделал глубокий вдох, а когда выдохнул, вокруг них засияла серебристым светом большая защитная сфера.

– Вы что же, всю дорогу её держали? – недоверчиво спросила Фо.

– Конечно, – кивнул Драун-Кронди. – Я же не мог позволить, чтобы самую очаровательную девушку Гранбю укусила какая-нибудь бешеная жаба.

Фо удивленно на него покосилась, поскольку почувствовала, что дракон нисколько не преувеличивает – он и правда считает её очаровательной. Немного неожиданно, ведь большинство жителей этого славного городка относились к Ядовитой ведьме совершенно иначе, не зря же ей дали такое прозвище. И пусть вслух его осмеливались произносить только мальчишки, да и то, если находились от Фо на расстоянии, которое считали достаточно безопасным, другие гранбюнцы тоже именовали её так, просто за глаза.

«Огня у тебя, может, и нет, – подумала Фо, – но смелости хоть отбавляй».

Драун-Кронди отворил дверь пошире, и они вместе заглянули внутрь здания. Там было светло – на потолке сияли яркие лампы, такие мощные, что в помещении практически отсутствовали тени. Но ничего интересного в небольшом тамбуре не обнаружилось: только вешалка с потертой синей курткой, под которой стояли резиновые сапоги, прислоненный к стене велосипед а впереди – еще одна дверь, тоже приоткрытая.

– Я пойду первым, – тоном, не терпящим возражений, заявил Драун-Кронди.

Спорить Фо и не подумала – соваться туда, где обитают агрессивные квазиживые жабы, ей не особенно хотелось. Придется, конечно, но лучше уж это проделать за широкой спиной дракона.

Следующее помещение оказалось лабораторией: те же яркие лампы на потолке, стеллажи вдоль стен и большой металлический стол в центре с лежащим на боку прямоугольным стеклянным сосудом, имевшим в длину не меньше половины ленди.

– Похоже, наша жаба сбежала именно из этого террариума, – прокомментировал увиденное Драун-Кронди.

– Непонятно только, где работники лаборатории, – откликнулась Фо.

– Он здесь, – упавшим голосом поведал Уси, успевший подлететь к столу. – Не думаю, что моей драгоценной Фо следует на это смотреть.

– С чего это вдруг? – немедленно возмутилась ведьма. – Что я, трупов не видела, что ли?

– Где это вы их видели? – пораженно уставился на нее Драун-Кронди.

– В смысле – «где»? В академии, конечно! Всем водным ведьмам преподают основы виталистики. Вскрытий, конечно, мы сами не делали, всё-таки специализация другая, но смотреть приходилось. И ничего такого особенного, – заверила Фо. – Главное – фильтр от запахов поставить. Уси, ты уверен, что он мертв?

– Почему ты сомневаешься? – не понял фамильяр.

– Так запаха-то как раз и нет, – ответила Фо. – Учитывая расстояние, которое пришлось проделать жабе, чтобы попасть на наш участок, этот человек мертв не меньше десяти часов.

– А что, мертвецы вот прямо сразу начинают пахнуть разложением? – заинтересовался Драун-Кронди.

– Практически, – кивнула Фо. – Обычный человек ничего не почувствует, но ведьма сможет. Да и дракон, по идее, тоже должен.

– Я ничего не ощущаю, – отчитался Драун-Кронди. – Но я, по правде говоря, и не в курсе, какой именно это должен быть запах.

– Неужели никогда в жизни дохлых животных не находили? – не поверила Фо.

– А разве… – с сомнением протянул Драун-Кронди.

– Запах похожий, – подтвердила Фо.

– Тогда здесь точно ничего такого нет, – сказал Драун-Кронди. – Я еще воздух подключил. Тут пахнет земноводными и рептилиями, песком, землей, сушеными насекомыми, немного чаем, но однозначно не разложением.

– Значит, надо убедиться, что этот тип действительно умер, – заключила Фо и попыталась пройти к столу.

– Я сам! – Драун-Кронди вытянул руку, преграждая ей путь. – Виталистике меня не обучали, но определить, жив ли человек, я в состоянии.

– А почему тогда вы сами не продиагностировали жабу, а доверили это Лигу? – с подозрением прищурилась Фо.

– Чтобы потом отчет не пришлось писать, – усмехнулся Драун-Кронди.

– Драконы коварны, – понимающе покивала Фо.

Драун-Кронди тем временем обошел стол и присел на корточки. Фо, разумеется, не удержалась и последовала за ним, пусть и на некотором расстоянии.

На полу действительно лежало мертвое тело. Это был мужчина в светло-зеленом лабораторном халате, на вид довольно молодой. Черты лица с того места, где стояла Фо, было не разглядеть – голова покойного, лежавшего на животе, была повернута в другую сторону, зато затылок с темно-русыми короткими волосами было видно отлично. Как и запекшуюся кровь на нем.

– Он мертв, – констатировал Драун-Кронди, приложив правую ладонь к шее мужчины. – И судя по всему, убит.

– Вы уверены? – Фо поежилась от внезапно накатившего озноба.

– Если бы он разбил голову при падении, то рана была бы на той части головы, которая прилегает к полу. А если бы, падая, ударился об угол стола, на том осталась бы кровь, но её нет, – обосновал свои выводы Драун-Кронди.

– Откуда вы всё это знаете? – поразилась Фо.

– Обычная логика, – пожал плечами Драун-Кронди.

Он встал, вынул из внутреннего кармана пиджака люфтлинг и начал набирать номер.

– Полицию вызываете? – догадалась Фо.

Драун-Кронди кивнул, а когда над артефактом связи появилось изображение мужчины в полицейской форме, начал рассказывать об обнаружении в скрытой среди лесов лаборатории мертвого тела.

Громкую связь он опять не включил, поэтому Фо оставалось только догадываться, что дракону отвечал полицейский. Но, судя по выражению лица Драун-Кронди, представитель власти его неприятно удивил.

– Нет, ну это уже выходит за всякие разумные границы! – возмущенно выпалил дракон, закончив разговор, и тут же начал вновь набирать какой-то номер.

Однако новый абонент на связь выходить не пожелал.

– Не иначе поставила запрет на мои вызовы! – прорычал Драун-Кронди и, с ненавистью глянув на люфтлинг, попытался убрать его в карман.

Артефакт однако никак не хотел влезать в привычное вместилище, видимо, у дракона от злости слишком сильно дрожали руки.

– Ну хоть ты-то меня не беси! – яростно потребовал у непокорного прибора Драун-Кронди, и тот, словно бы вняв его словам, наконец-то уместился в кармане.

– Что случилось? – в голосе Фо сквозила совершенно не свойственная ей робость – уж больно сердитым выглядел дракон.

– Пока мы топали по лесу, эта мерзавка официально оформила передачу расследования под юрисдикцию Природнадзора и назначила меня по нему следователем! – словно до конца не веря в то, что говорит, поделился Драун-Кронди.

– Какая мерзавка? – ошалело захлопала глазами Фо.

– Кея Драун-Маурлин! – выплюнул Драун-Кронди и скривился от отвращения.

– А разве так можно? – изумилась Фо. – Это же убийство!

– Вряд ли она знала, что мы найдем здесь труп, – заметил Драун-Кронди. – Хотя я бы этого полностью не исключал. Но к сожалению для нас с вами, незабвенная руководительница нашей службы умудрилась не только издать приказ, наделяющий меня полномочиями расследовать любое преступление, связанное с появлением квазиживых существ, но и согласовать это беспрецедентное назначение с Департаментом общественной безопасности Терильда. Понимаете, да? Не просто с Гранбюнским отделением, а с руководством всей полиции страны.

– И что, мы с вами теперь будем убийство расследовать? – Фо никак не могла поверить в услышанное.

– Ну да, – Драун-Кронди беспомощно развел руками. – Получается, что больше некому.

– Погоди-ка! – встрял Уси. – А при чем здесь моя драгоценная Фо? Тебя назначили, ты и расследуй!

– А я не сказал, да? – Драун-Кронди выглядел непривычно растерянным. – Следователем-то назначили меня, а кею Хикс-Хунне – моим помощником и экспертом по делу.

– Да как так-то?! – вскипел Уси. – Эта твоя Драун-Мраун Фо не начальница!

– Кея Драун-Маурлин, – педантично поправил фамильяра новоиспеченный следователь.

– Без разницы! – отрезал Уси. – Не начальница – и всё! А значит, права не имеет нам указывать!

– Имеет. – Драун-Кронди тяжело вздохнул, и Фо вздохнула вслед за ним.

– Что, правда, имеет? – требовательно уставился на нее Уси.

– Правда, – подтвердила Фо. – При угрозе экологической безопасности у Природнадзора есть полномочия привлекать любых специалистов. Но я всё равно не могу понять, зачем это кее Драун-Маурлин.

– Она точно что-то знает об этой лаборатории, – высказался Драун-Кронди. – Знает и боится, что эта информация выйдет за пределы Природнадзора.

– В таком случае она выбрала крайне неудачные кандидатуры для этого расследования, – хмыкнула Фо.

– Да как сказать, – задумчиво протянул Драун-Кронди. – Полагаю, что поиск преступника для нее не менее важен, чем сохранение тайны. Если это и правда какой-то проект Природнадзора, значит, им нужно выяснить, связано ли убийство с проводимыми здесь исследованиями.

– Давайте уже начнем что-нибудь делать, – предложил Уси. – А то время идет, а разговоры не приближают нас к моменту, когда мы сможем покинуть это место.

– Думаешь, мы успеем тут всё осмотреть сегодня? – усомнилась Фо.

– Понятия не имею! – пожал плечами Уси. – Я вообще не представляю, что именно следует делать на месте преступления.

– Мне кея Драун-Маурлин методичку на люфтлинг сбросила, – с тяжелым вздохом поведал Драун-Кронди. – Но нам ведь нужно будет еще и что-то решать с другими подопытными, если они тут есть.

– А с телом? Неужели нам и вскрытие делать придется? – всплеснула руками Фо.

– Нет, – покачал головой Драун-Кронди. – Этим займется кей Гайдн-Фаувсун, пат-виталист, с которым сотрудничает Природнадзор.

– Так я не понял: вы всё-таки и убийства расследуете? – поразился Уси.

– Нет. – Драун-Кронди вздохнул. – До сегодняшнего дня мы имели дело только со случаями подозрительных смертей, возможно, вызванных загрязнениями природы или дикими животными.

– А зачем расследовать нападения диких животных? – не поняла Фо.

– Чтобы решить, не нужно ли выдавать разрешение на отстрел хищников, – объяснил Драун-Кронди. – Медведи-людоеды, например, не выдумка. И если такой заведется в округе, его непременно следует уничтожить, поскольку он не остановится, так и продолжит нападать именно на людей.

– А волки? – заинтересовался Уси.

– Волки специально на людей не охотятся, но когда их становится слишком много, с ними тоже приходится бороться, иначе они начнут набрасываться на всех подряд.

– Жуть какая! – передернулся Уси. – А ведь моя драгоценная Фо ходит собирать свои образцы совсем одна!

– Я могу себя защитить! – возмутилась Фо.

– Только при помощи специального артефакта, – напомнил Уси.

– Который я никогда не забываю заряжать, – парировала Фо. – Да и вообще, хватит об этом – нам надо начинать осмотр. Что там, в этой вашей методичке, написано-то?

– Не думаю, что зачитывать её вслух будет хорошей идеей, – поделился мнением Драун-Кронди. – Предлагаю просто всё делать вместе, раз криминалистов среди нас нет.

– И какой в этом смысл? – недоуменно нахмурилась Фо.

– Так больше шансов, что мы не пропустим ничего важного, – ответил Драун-Кронди.

Спорить с этим ни Фо, ни Уси не стали и вопросительно уставились на дракона в ожидании указаний.

– Осмотр следует начинать с места обнаружения тела, – сказал тот. – Сначала делаем снимки, потом осматриваем.

– У вас и снимкодел с собой? – уточнила Фо.

– Конечно, – подтвердил Драун-Кронди. – Я всегда его беру, когда в лес отправляюсь. А вы разве нет?

– Нет, – покачала головой Фо. – Я просто на карте отмечаю, где именно собираю образцы.

– Кстати, о карте, – влез Уси. – Мы можем определить местонахождение этой лаборатории?

– Безусловно! – заверил Драун-Кронди. – Пожалуй, стоит его отметить и на моей карте, и на вашей.

Он достал из рюкзака плоскую коробочку униарха* (*артефакт для хранения информации), вывел карту и, полистав её несколько секунд, нашел нужное место и поставил на нем красную точку, сопроводив надписью «Лесная лаборатория».

– Давайте свой униарх, – протянул руку Фо Драун-Кронди.

– У меня только бумажная карта, – с долей смущения откликнулась та. – Мне с ней удобнее работать.

– Значит, давайте бумажную, – улыбнулся Драун-Кронди.