Яга младшая. Змеевый договор.

Я несла огромный котел, в котором плескалось и жутко пахло последнее мое зелье. Кажется, оно немного отличалось от эталонного, которое показывала мне бабушка, но не сильно, в пределах допустимого, как я считала. И тут мне под ноги юркнул какой-то мелкий зверек, я было подумала, что это крыса, и тут же наступила ей на хвост. А что? На ногах резиновые полусапоги, а крыса ценный (не особо) источник некоторых ингредиентов. Но крыса оказалась выдрой, которая внимательно посмотрела мне в глаза и цапнула… Выше сапога.

Я вскрикнула, подняла ногу и упала, перевернув на себя варево из котелка. Радовало меня всего две вещи: это был лосьон от прыщей, и он был холодный. Так что теперь, кажется, прыщи меня покинут навсегда. Сидя на полу и наблюдая, как труд нескольких дней просачивается в щели, образовавшиеся в последнее время в моей избушке, я начала ругаться.

– Бабушка! Этот… этот мохнатый вредитель опять мне все портит!

От моего крика избушка взвилась и начала скакать по поляне, на которой мы сегодня сидели. Надо было травок тут набрать, да и просушить доски после вчерашнего ливня тоже не лишним было.

Из дверки во вторую крошечную комнату вышла бабушка, ей было уже лет двести или даже триста, но она все еще была бодра и обучала меня всему, что знает.

– Ягодка, вот как тебе не стыдно, это ведь твой помощник. И тебе кстати тоже Баюн. Вот почто ты ей под ноги рванул?

– Она лосьон неправильный сварила! - кляузничал успевший превратиться в большого черного кота фамильяр.

– Все я так сделала, как у бабушки в книге написано!

– Ты еще поспорь со мной! Да я… Да я еще твоей прапрапрабабке помогал зелья варить!

– Во-во, и с тех пор успел порядком все подзабыть! - я показала вредному поучателю язык.

Но забыла о том, что бабушка сейчас внимательно наблюдает за нами двоими. И конечно мы тут же получили оба. Бабушка взяла поварешку на длинной ручке и приложила по лбу для начала кота, а когда я засмеялась, то и меня.

– Да когда ж вы угомонитесь-то? - вздохнула она, - Мне скоро уходить, вас вдвоем оставлять, а вы все никак общего языка не найдете! - чуть не плача, причитала она.

– Ну, ба! Он сам первый начинает всегда.

– А ты будь умнее, тебе с ним еще не один век куковать! Пока смену не подготовишь.

– Да кому нужна эта смена! Сейчас век технологий, люди живут в человейниках и покупают все через такие небольшие плоские прямоугольнички. У них и от прыщей есть чем лечить, и от поноса, и от запора, даже вот чуму вылечили, говорят…

– Мало ли что они говорят, а твои знания бессрочные. Вот отключи вам энергию, и что ваши квадратики? Потухли и все. А еще, если и подальше в лес завести, то все считай, найдут по весне кости и то, если повезет.

– Да, а вообще, что я здесь делаю-то, объясни мне еще раз?

Я задала тот самый вопрос, которым мучаю бабушку уже не первый день и даже месяц. Когда мне исполнилось двадцать пять лет, мать позвала меня на дачу отмечать это радостное событие. А потом, когда я была уже немного навеселе, спросила:

“Хочешь бабушку свою увидеть?”. Ну а что, я хотела, и мы пошли к лесу. И тут из леса вышла избушка, да-да именно на курьих ножках. Оттуда спустилась самая настоящая Баба Яга, костяная нога, и глянув на меня, обратилась к моей матери.

“Молодец, Зоя, выполнила ты свое предназначение. Теперь можешь жить, как хочешь.”

“А если ей не понравится, если она домой вернуться захочет? “ - плача, спросила мама.

“ Если захочет от всей души, искренне, то даже я ее остановить не смогу. А теперь прощай, пора нам!” - меня неведомой силой заволокло в эту домушку-сараюшку, и та пустилась вскачь.

Я, честно, по началу хотела домой вернуться, но потом оказалось, что здесь так интересно.

Вот что у меня было там, в “реальном”, как я его называю, мире? Образование, которое я получала только потому, что туда, куда хотела, не смогла поступить. Муж, я с ним в институте познакомилась. Не, он конечно неплохой парень, но … не люблю я его. Плохо мне с ним, не в смысле, что он такой не хороший "арбузер", а в смысле, что не к душе он мне. Да и жизнь в городе мне не доставляла удовольствия. Мне постоянно казалось, что стены давят, что нечем дышать, что я там не жила, а существовала. Да даже на маминой дачке я себя намного лучше чувствовала. А уж оказавшись в лесу, поняла, что вот она моя стихия. Не собирать отчеты, не править всякое, просиживая за монитором по 8-10 часов в день, а вот так в лесу, собирать травы, варить разные зелья и эликсиры… Да да, я почувствовала, что мое детское желание стать тем самым мальчиком, получившим письмо из школы волшебства, наконец сбылось. Ну правда немного не так, как я мечтала, но как говорится: “дареному коню в зубы не смотрят”.

Вот так я оказалась у бабушки. Телефон мой через день разрядился, и я потеряла всякую связь с цивилизацией. Да и когда он был, все равно здесь не ловил…

Так, на чем я остановилась? А, да, точно, мое варево начало растекаться по полу избушки и просачиваться между досками на полу.

И тут избушка взвилась и понеслась в сторону ближайшей речки. Я уцепилась за ногу стола, а бабушка каким-то неведомым мне образом оставалась неподвижна, как будто ее ноги вросли в пол, и мир вокруг нее не несся со страшной скоростью. А вот Баюн не успел впустить когти во что-нибудь и теперь ездил по полу туда-сюда, оставляя на нем неглубокие царапины.

Закончилась наша коррида в речке, когда избушка села в нее так, что воды было почти по щиколотку. На этот случай, кстати, было рассчитано, и от пола и до высоты в полметра в избушке не хранилось ничего ценного. Кроме разве что Баюна, который решил экстренно превратиться в карася. Но глубина была не подходящая, так что плавал он на боку.

Бабушка встала на центр комнаты и как топнет ногой по полу, брызги во все стороны полетели.

– А ну вставай немедленно! - громко и страшно, аж мурашки по коже пошли, сказала она.

Избушка тут же поднялась на ноги и не спеша поплелась к ближайшей поляне, ну той на которой мы до этого сидели, в паре метрах от речушки. Где тут же села и затаилась. Ждала, когда бабушка успокоится, я такое уже видела.

Яга, кстати да, бабушку мою тоже Ягой зовут. Правда, сейчас местные называют меня Ягой-младшей, а ее Ягой-старшей. Так вот, Яга отходила долго от таких потрясений, все стращая нас, что такими фокусами мы ее раньше времени загоним на тот свет.

– Накапай мне вон той настоечки! Десять капель! - схватившись за сердце, велела бабушка.

Настойка отчетливо пахла валерьяной и еще какими-то травами. Накапав в стакан с водой, я подала его бабушке, подождала, она допьет, и забрала стакан, чтоб сразу скупнуть. Не подумайте, я не чистюля, просто здесь всего два стакана, и то один из них бабушка нашла, когда я к ней перебралась. И стакан, и тарелку, и ложку она мне выделила. И оставить грязную посуду здесь чревато тем, что можно остаться без какого-то приема пищи.

– Вот что вы черти-то какие? Неужто жить по-нормальному не можете?

– Бабушка, так зачем я здесь? Неужели без меня не могла еще лет сто пожить? - еще раз уточнила я.

– Не могла, - в очередной раз ответила бабушка и неожиданно разоткровенничалась, - Пора тебе в должность вступать, я стара уже…

– Как будто никто подмены не заметит, - фыркнула я.

– Вот как вступишь, поймешь, - пресекла мои нудные рассуждения Яга,- Сейчас твой век. Ты в людях разбираешься, ты понимаешь, как они живут. А мне пора, вот только тебе основное объясню и уйду.

– Да куда ты уйдешь-то? Неужели мы тебя с избой не отыщим в любом конце нашей необъятной родины?

– Так, не отыщите, - немного расстроенно ответила женщина. - А ты уже девка взрослая, пора бы уже и Ивана своего встретить! - подмигнула мне старушка.

– Ну, ба, какие еще Иваны? У меня муж есть, Валентин! И я за ним замужем официально.

– Неужели венчанные? - округлила глаза бабушка, сегодня она определенно разоткровенничалась.

– Я тебе уже говорила, у меня штамп в паспорте есть, мы официально женаты, без церкви и прочей ерунды.

– Вот не скажи. Эти ваши штампики на бумажках ерунда, а венчание в церкви связывает души людей навсегда.

Я поняла, что разговор уходит в другое русло, и мне надо все же попытаться узнать, что там за Иван такой, которого мне в мужья прочат.

– Баб, а Иван этот твой кто? Царевич, как в сказках?

– Раньше может и царевич мог быть, но сейчас времена царской России прошли, и нет у вас здесь ни принцев, ни царевичей. Так что Иван у вас самый обычный, “д.у.р.а.к”. Ну, других ты здесь все равно не встретишь.

– И зачем он мне такой? Может, я все-таки своего мужа позову?

– Так положено, чтоб магические способности дети не теряли. Вот родишь дочку, отправишь ее в город с отцом, учиться и жить, и можешь жить, как хочешь и с кем хочешь, но сначала надо выполнить миссию. Да и честно-то сказать, все наши прабабки обычно потом в своего Ивана влюблялись, некоторые даже жили, как муж с женой. Но давно это было, а сейчас тебе просто надо дочь в город отправить.

– Как ты мою маму?

Услышав это, я вспомнила, как моя мама в свое время злилась, даже ругалась, что вот как мать могла с ней так поступить, отправить в город с отцом, а тот ведь даже не знал как объяснить ребенку банальные вещи! А потом у нее еще и мачеха появилась и житья совсем не стало. И как-то мне не очень хотелось обрекать на все это своего ребенка. Пусть даже так нужно.

Бабушка ничего мне не ответила, лишь тихо поджала губы.

– А если я не захочу рожать? Да и что тут в лесу рожать-то? Антисанитария, никаких условий, даже врачей не вызвать!

– Так никто не запрещает, можешь здесь хоть до конца света куковать, одна.

– Дряхлой старухой? - скептически глядя на бабушку, спросила я.

Здесь кажется я перегнула палку, да и сама пожалела, что так некрасиво задала этот вопрос.

– Почему же? Будешь молодая и красивая, вот как сейчас, пока не родишь, а потом стариться начнешь, - бабушка, кажется, была расстроена моимы высказываниями, - а сейчас бери тряпки и драй полы, которые по твоей вине теперь грязные и сырые! И вон тот клок тины, что в избу засосало, не забудь выкинуть! - Яга показала на зеленый сгусток неприятного вида.

Спорить я не стала, взяла тряпку и приступила к уборке. Конечно, хотелось припрячь к заданию и усатого-волосатого, но он в людей превращаться не может, насколько мне известно, а с лапками от него мало толка в этом деле.

Через час избушка сверкала и была весьма довольна.

А вдруг задумалась, и вот почему меня не укачивает в избе? В автобусах или машинах ездить не могу, меня тошнит сильно, я даже какие-то т.а.б.л.е.т.к.и покупала в аптеке от этого, но пользы все равно не было. А здесь который день в пути, и хоть бы хны, как будто я рождена для передвижения в избушке.

Яга тоже была довольна результатом моей уборки ровно до того момента, как я к ней повернулась лицом.

– Ох, ты ж… - с трудом выговорила бабушка и плюхнулась на пятую точку, прямо на пол.

Баюн меня рассмотрел, а потом засмеялся, да так сильно, что валялся по полу, бил по нему лапамии хвостом и что-то причитал на непонятном языке.

Мне же рассмотреть мое изменившееся лицо не удавалось, с отражающими поверхностями в избе было туго, но я все же смогла посмотреться в кадке с питьевой водой. Та была прозрачной, но почти черной внутри, а еще она казалась прямо сладкой, когда пьешь. Так вот, водная гладь с радостью отразила, мое… гм… лицо, наверное. Лосьон-то конечно был от прыщей, но кажется, мой действовал совсем в противоположную сторону. Эффект от этого зелья покрыл все мое лицо, руки и наверно ноги, а может вообще ни одного чистого от мелких красных и не только прыщей места на мне и не найти теперь…

Глядя на себя, я долго не могла понять, на что именно сейчас похожа моя кожа, а потом вспомнила самый близкий аналог, малина. Вот да красные шарики, на которые нажимаешь и они лопаются. Вот именно так я сейчас и выглядела, красная, бугристая, на себя не похожая. Еще раз на меня глянув и получив от Баюна по руке, которой хотела меня потрогать, бабушка отправилась в свою комнатушку что-то искать. Я очень надеялась, что она принесет настоящий лосьон, чтоб обработать меня им от появившихся бугорков. Но я, как всегда, ошиблась.

– Во-первых, ты ведьма и на тебя такие вещи не всегда действуют,- сказала мне бабушка, - а во-вторых, учится надо на своих ошибках. Вот тебе все необходимое, занимайся, - с этими словами она протянула мне металлический маленький тазик, в котором лежали травы.

– Ну, баааа, сейчас таким никто не пользуется уже! Зачем мне эти рецепты! - снова завела я свою песню.

Да, понимаю, что как-то несолидно веду себя, но так хочется побыть маленькой девочкой у бабушки. В детстве я была лишена этой возможности, и вот сейчас иногда меня прорывает вести себя именно так.

– Ничего-ничего, все в жизни пригодится. Да и пока ты простое не освоишь, сложному тебя учить нельзя. А то наваришь чего, и вместо того, чтоб вылечить человека, на тот свет отправишь! Учись, кому говорят!

Вздохнув, я прихватила тазик и отправилась на улицу, где еще тлели угли из-под прошлого костра, на котором я варила неудачный лосьон. Баюн последовал за мной, не знаю только, мешать он будет или, наконец, помогать мне решится.

Вымыв котелок в речушке, до которой было всего пару метров от домика, я приступила к таинству. Ну не сразу конечно, для начала и сама еще ополоснулась, в надежде, что это пройдет. Но надежды оказались тщетными. Хороший лосьон ДЛЯ прыщей получился. Сосредоточиться я не могла, у меня все жутко чесалось, и то, что поначалу было маленькими прыщиками, наливалось на глазах. Белый кот, в которого обратился мой помощник(и почему не черный?), так же, как и я, нещадно драл себя лапами. Видимо и ему досталось моего зелья.

На этот раз котофей мне помогал, подсказывал, что и как добавлять, а главное, когда. Так что управились мы быстро. Сначала я себя намазала, а потом и этого вредителя вертлявого.

Бабушка выглянула, как раз когда я заканчивала, заглянула в котелок и похвалила меня. Приятно, оказывается. Потом сходила в домик, принесла склянку и аккуратно перелила мой лосьон. Закупорила крышкой и, приклеив бумажку, подписала.

– Ну вот и ладненько, - сказала она, - Пора уже и на ужин, а потом и спать собираться. Завтра рано вставать.

– Хорошо, - в один голос откликнулись мы.

Баюн увязался за бабушкой. А я вымыла котелок, залила водой из речки остатки углей и поспешила на ужин, пока этот пушистый проныра все не съел. Вот, кстати, такое уже было, когда я только у них оказалась. Он съел все, пока я что-то около дома делала, а когда я спросила, где мой ужин, ответил что-то в стиле: “в большой семье…”. Но в более приличном варианте и даже как-то вычурно, но как именно, я не смогла запомнить, хоть и пыталась.

Утром Яга разбудила нас на зорьке, и не завтракамши куда-то повела.

– Ты корзинку возьми. Вон ту, я ее специально с ночи приготовила. А ты, усатый, не отставай.

– Да мне-то чего? - обиделся котей и превратился в серого волка.

А мне в голову вдруг пришла мысль, что может тот самый Иван-царевич из сказки вовсе не на обычном волке скакал, а вот на этом самом? Но уточнить мне не дали, бабушка выглянула в окно и засуетилась.

– Поспешим, пока не опоздали!

Я всегда думала, что летом тумана в лесу нет, но видимо, ошибалась. Как только мы вышли за порог, ноги почти по колено утонули в утреннем тумане. Он был не особо густой, тропка проглядывалась, но все равно это оказалось очень некомфортно.

– Лошадка… - прошептала я и хихикнула.

– Чего? - обиделся Баюн, подумав, что я к нему обращаюсь.

– Идите уже, потом поговорите! - подгоняла нас бабушка.

Шли мы долго, наверно с полчаса. Я всю дорогу смотрела под ноги, так как в первые минут пять, когда по сторонам глазела, споткнулась и чуть не упала, получив нагоняй от Яги. Волк-Баюн трусил рядом, иногда наворачивая вокруг нас круги. А лес, кажется, не менялся, мне даже порой казалось, что мы кругами по этой тропке ходим.

Вопросом, почему кот-Баюн оказывается вовсе не кот, я уже задавалась, и даже спрашивала у более знающих людей. Но внятного ответа я так и не получила, отстав после объяснения, что он-де магический и этим все сказано.

Вышли мы на большую поляну. Красота-то какая, даже под туманом видно, что здесь такое разнотравье, что позавидуешь. Но нас, как оказалось интересовало вовсе не оно, а огромный трухлявый обрубок дерева, высотой с человека и с сухими ветками, торчащими на манер рук. Бабушка подошла к нему вплотную, а я приметила, что ствол дерева имеет небольшие зеленые листочки и даже маленькие побеги веточек, еще живых. Некоторые даже с почками были, что странно.

– Здравствуй, хозяин леса! - крикнула бабушка прямо в пень.

Тот затрещал, я аж чуть не упала на пятую точку от удивления, зашатался, открыл веки из коры и воззрился на нас немигающими дуплами глаз. И почему предупредить о таком было нельзя? Я же не то что чуть дара речи не лишилась, я подумала, что прямо там сейчас и лягу, и не встану…

– Здравствуй, Ягинишна! - проскрипел пень, - А это что за человечка с тобой? - он посмотрел на меня, да так пристально и страшно, что я икнула.

– То внучка моя! Обучаю, приемница будет! - объявила бабушка.

– Внучка? - пень склонился надо мной, - что-то она больно пугливая для внучки, да какая-то нескладная… Вот помню, когда ты к нам пожаловала, такая была… В общем, красивая и ладная. Любил я тогда за тобой смотреть, как ты травы собираешь и прочее… - мечтательно проговорил хозяин леса.

Яга кажется даже немного зарделась от этого странного комплимента. Но старалась лицо держать. Ждала продолжения речи лешего.

– Так о чем я? - отогнал воспоминания пень, - внучка, говоришь… Я и не знал, что ты решила уйти. Думал, с нами еще хоть сотню лет прогуляешь…

– Устала я. Люд не ходит, а тот, что ходит, непонятный, да какой-то весь странный. Вот и решила что пора бы мне на покой. Да, и помнишь, что тут творилось меньше ста лет назад? Я все как вспомню, так и вздрогну. До сих пор, когда эта гадость по небу летает за сердце хватаюсь! - проговорила бабушка.

– Ну добре… - пень еще немного покряхтел и превратился в маленького щупленького старичка. - Яга? - он подошел ко мне.

– Яга, а вы, простите, не представились, - с трудом выговорила я.

– Ой, как не хорошо, ВладимИр я, леший, - он протянул мне руку, и я ее машинально пожала.

Леший на мое рукопожатие одобрительно крякнул. Потом осмотрел нас и хлопнул в ладоши. Пни, коряги и корни начали сползаться со всей поляны, с треском и скрежетом, и вот на поляне стоит дверь. Просто дверь, в никуда. Это было странно и немного жутко.

– Милости прошу, но пусть младшая открыть попытается, хочу посмотреть, - становил бабушку ВладимИр, когда та уже тянула руку к двери.

Бабушка посторонилась, а я с опаской подошла к дверке, посмотрела на Баюна и Ягу, побоялась немного, чего уж греха таить, и протянула руку к ручке. Дверь по началу не поддавалась, а потом все же открылась. Сказать, что была поражена, ничего не сказать. За этой дверью была просторная зала, кажется каменная, с большими окнами, через которые дул ветер и деревья просовывали ветки. На полу был ковер из мягкого пушистого, зеленого мха. А по центру стоял резной стол, и пара табуреточек. Я не спеша зашла, даже не спросив разрешения. Ну а что, открыла, значит имею право.

– А сильна Ягуша-то твоя, – довольно проскрежетал дед, - я-то думал, как и ты, с первого раза не осилит.

– Ну ты сравнил, она-то у меня верит в сказки, а вот я тогда не верила, - рассмеялась бабушка.

За мной просочился волк, который меня немного протолкнул вперед, чтоб не стояла на пороге, а потом и бабушка с лешим подошли.

– Ну, чего стоишь? - спросила меня Яга, - Накрывай на стол, вытаскивай все из корзины-то.

– Ой, да не стоило! Мне белки уже и грибочков принесли, и ягод насобирали, могли бы и просто прийти навестить старика. - улыбнулся ВладимИр, но за появляющейся на столе снедью наблюдал с любопытством.

Бабушка расстаралась, конечно. Здесь и кувшин с компотом был, и небольшая бутылочка наливки, пироги да блины. Вот то ли меня замуж сейчас сватать будут, то ли искать протекции хозяина леса. Надеюсь, все же второе.

– Так о чем попросить-то хотела? - все же спросил леший.

– Так вот, говорю, внучка моя. Хотела попросить тебя, чтоб, когда я уйду, приглядел за ней, не тех людей близко не подпускал, да может какого Ивана ей найдешь, ежели подвернется.

– Не гони коней, может она еще и уходить не захочет, зачем ей Иван? А может она решит с нами несколько столетий провести, - тут же улыбнулся леший, - А вот на счет остального обязательно присмотрю, да и помогу, травки, какие надо, покажу. Но и она, - он глянул на меня, - да-да, ты! Не забывай про старика, заходи иногда чаю попить, с конфеткой, поговорить о делах лесных.

– Да, куда я денусь-то? - возмутилась я, - Конечно приду!

И почему он такого плохого мнения обо мне. Ведь не брошу же я одинокого старика в лесу, навещу, пирогами угощу, проверю, все ли у него хорошо, а то мало ли, что в лесу может произойти!

Пока мы тут обсуждали насущные дела, Баюн обратился медведем, сел за стол и половину пирогов умял.

– Эх, и не стыдно тебе, м.о.р.д.а усатая? Мы в гости пришли! - укорила его бабушка.

– Не стыдно, ты меня плохо кормишь! - попытался вызвать жалость Баюн.

Но вызвал он совсем не жалость, бабушка на него разозлилась, а Владимир скрипуче засмеялся.

Обсудив важный вопрос о моем присмотре, они затеяли разговор о том, много ли в этом году грибов будет, да орехов. Где лучше ягоду собирать, чтоб не с пустой корзиной уйти и прочие лесные дела. Я слушала внимательно и даже пыталась запоминать, но у них видимо свои названия для всего были, и понять мне удалось не особо много.

И вот к полудню, поблагодарив хозяина за гостеприимство, мы наконец отбыли домой. Теперь мы шли по жаре, за утро солнце прогрело воздух, и то, что было недавно туманом, испарилось и висело в воздухе, как пар в бане.

– Хороший он, - проговорила негромко бабушка, - Какая неприятность случиться, или помощь нужна будет, всегда можешь обратиться.

– Хорошо, - ответила я.

А для себя сделала пометку, чтоб записать это все в свой ежедневник, который прихватила с собой на всякий случай, думала, буду все интересное записывать.

За время, проведенное у бабушки, я познакомилась со многими местными жителями. С водяным, русалками, и вот даже одного важного царя видела.

А пошли мы с бабушкой тогда за травками разными, да углубились. Она меня хоть и предупреждала, что сегодня надо быть осторожнее и по сторонам особо не зыркать, но я ж любопытная, отстала от нее немного, ящерку, на солнышке гревшуюся, увидела. Да так и застыла. Недалеко шел, змей не змей, дракон не дракон, рассмотреть внимательно я его не успела, он за деревьями мелькал. А сделать в его сторону шаг так и не отважилась. А тут и бабушка моя подоспела, накинула мне на голову платок, так чтоб только земля под ногами видна была, и в первый же шаг я под ногами браслет золотой и увидела. Но старушка меня подхватила под руку, не дала поднять находку и потащила домой.

– Ты чего это удумала, Ягодка моя? Полоз то, змеиный царь! - сказала она так, как будто я должна была знать это.

Нет, я конечно слышала какие-то старые сказки и легенды, но от них осталось лишь воспоминание о том, что если приглянуться змеиному царю, то он сделает своей невестой. Ну, или что-то в этом роде. Но я и предположить не могла, что он существует.

– А что случилось-то? Ты мне расскажи, а то я не знаю, - попыталась я приподнять платок с глаз.

– Царь то змеиный. Рыщет по земле матушке, ищет себе новую невесту, что заберет в свое подземное царство, чтоб она света белого более не видела.

– И ты думаешь, я ему сдалась? - чуть не споткнулась я от осознания этого.

Скажу честно, я себя не особо привлекательной считала. Чуть полновата, да косметикой и раньше не особо пользовалась, а здесь, в лесу, ее и вовсе не для кого наносить. Нет, конечно, руса коса до пояса у меня была, и толстая, но это скорее отрицательный момент. Коса тяжелая, расчесать ее после мытья сложно, да и мыть часто не хочется. Когда ты час сидишь и при использовании любого средства для расчесывания пытаешься продрать свалявшиеся при мытье колтуны. Уж как я их не мыла, а все равно мелкие запутанки появлялись. Я их уже и остричь-то собиралась, да все рука никак не поднималась распрощаться с ними…

– Ягодка моя, да что ж ты говоришь-то? Ты же в самом что ни на есть вкусе! Он вот таких как ты и любит. Нет, конечно, “кровь с молоком” предпочитает больше, но вот этих современных модных да худых, да-да, худых от слова худо, одни кожа да кости в них, на дух не переносит!

– Это почему это? - не поняла я намека.

– Да потому что есть в них нечего! - уже немного раздраженно моей непонятливостью объяснила старушка.

– Как это, есть? Они же его невесты! А невесты должны стать женами, а не праздничным ужином!

– Это ты ему, супостату, скажи. А ты сейчас просто красна девица, внученька. Не стала ты еще настоящей Ягой, чтоб он на тебя смотреть перестал. А подняла бы тот браслетик, и даже я бы тебе помочь не смогла. Это бы значило, что приняла ты его предложение.

– Ээээ… Ну… Понятно… - только и смогла ответить я.

Бабушка вела меня к избушке, ругаясь на себя, что зря взяла меня с собой, надо было в комнате запереть и посадить Баюна на стражу. Ну, или хоть с собой взять этого балабола, чтоб предупредил вовремя.

И вот, когда, по моим подсчетам, мы вот-вот должны были выйти к домику, дорогу нам преградили мужские сапоги. Они были грязными, точнее, в земле, как будто их обладатель ходил по чернозему по колено. Хотя, может и полностью, но верха его тела я не видела. Из одного из сапог голову высунула маленькая черная змейка. Мне показалось, что это гадюка, но я старалась молчать и не показывать своего присутствия.

– Ты по что мою невесту увела? - прошуршал со свистом втягивая воздух незнакомец.

– Не невеста то, а внученька моя. Да и предложения твоего она не принимала, - строго ответила старушка.

И тут я заметила в платочке, что на моей голове был, небольшую прореху. Вот честно, я пожалела, что глянула в нее, через нее мне представился ужасный вид. Просто мужской вариант медузы горгоны, рядом, наверн, еще голова, а может и две были, но я только одну рассмотрела. Лицо было, можно сказать, что приятное, но меня не воодушевляют окладистые бороды. А по голове его ползали змеи, они падали с нее, обвивались вокруг шеи и так и льнули к своему царю. С перепугу я даже дыхание задержала.

– Точно не невеста? - скептически спросил он.

И тут край моего платка схватила рука, землисто серая, под ногтями чернота, вокруг запястья змейка извивается.

Чего мне стоило не рвануть оттуда, учитывая мою жуткую боязнь змей, не знает никто. Но бабушка перехватила его за запястье. отчего змейка-браслет недовольно зашипела.

– Внучка то моя, не тронь, преемницу готовлю.

Мужик хмыкнул, улыбнулся белозубой улыбкой и платок мой отпустил.

– А что не здоровается, немая что-ли?

Бабушка ткнула меня под бок, и я тут же выдавила из себя приветствие. Получилось оно так себе, от страха и задерженого дыхания. Но Полоз улыбнулся и склонил голову.

– И тебе не хворать, Яга младшая! Ну что ж, не буду тогда вам мешать.

Он сделал шаг назад и исчез в зарослях.

Как я и думала, до избушки мы добрались уже через пять минут. Видимо, он нас у самой опушке поймал для разговора.

Дома бабушка мне долго рассказывала про змеиного царя, как с ним себя вести и что говорить, если встречу.

– Но ты же говорила, что он только сегодня ходит? - немного недоумевала я.

– Ходит он все лето, а вот невесту только сегодня ищет. Но только сегодня нужная нам трава особые свойства имеет. Так что все равно приходится идти собирать.

Я согласно кивнула и сделала пометку в своем блокнотике.

Вообще, у бабушки время летело незаметно. Мне даже казалось, что из-за того, что весь день мы чем-то интересным заняты, я не успеваю заметить, как день проходит. И вот однажды ярким летним днем бабушка велела накрывать столы у избушки. Сегодня наш домик стоял у берега небольшой речушки, а вокруг была широкая поляна.

Глядя на этот домик, который постоянно мне казался разным, я каждый раз удивлялась, откуда в нем столько места, и где хранится все то, что порой мы доставали из него.

Так и сегодня, мы достали два больших складных стола и скамейки к ним. Столы соединили торцами и накрыли одной большой скатертью, как будто это был один, длинный стол. Уставили его разными блюдами, в основном квашеными дарами леса, кашами да пирогами, но и для рагу из зайца нашлось место. А дальше происходило то, что я наверно никогда не забуду.

К столу собрались все, с кем я когда либо знакомилась у бабушки. Даже Полоз прибыл собственной персоной. Русалки, леший, водяной, кикиморы болотные, в общем, за столом было шумно и весело.

Пили, закусывали, произносили тосты за мое долголетие, как будто у меня был день рождения. Плясали, я правда так и не поняла, откуда взялась музыка, но была она весёлая и разудалая, так что ноги сами в пляс неслись. Потом уже я приметила, что на окошке избушки лежали гусли-самогуды, которые и исполняли для нас музыку. А та отдавалась от краев поляны, и казалось, что идет со всех сторон.

Я уже была достаточно пьяна, хотя откровенно говоря, что мне надо, уставшей и вымотавшейся за день. Пара стопочек настойки, и я заметила, как мир вокруг становится более ярким. Да, я была в курсе, что после этого все последующие уже будут заплетать язык и путать ноги. Поэтому постаралась остановиться, отпивая по маленькому глоточку из стопки в каждый тост, чтоб не обидеть присутствующих. А вот для всех остальных бабушкина наливочка была как компотик.

Так вот, в очередной тост послышались пожелания Яге счастливой дороги и еще чего-то там. Я аж стопку выронила от испуга. Баюн стопочку поднял и аккуратно поставил передо мной, сделав вид, как-будто так и надо. А когда я на него вопросительно посмотрела, то услышала то, чего опасалась больше всего.

– Пора ей, твоя очередь на должность заступать.

– Но я еще не готова, - почти одними губами прошептала я.

– Готова-не готова, время пришло.

Ком стоял у меня в горле, когда бабушка подозвала меня к себе.

– Ну что, Ягодка моя, принимай бразды правления.

– Я не хочу, - тихо проговорила я.

– Время пришло, - с грустной улыбкой проговорила старушка, - Я, конечно, хотела бы побыть с тобой еще немного, но и своих родных я тоже хочу уже увидеть. А с тобой мы встретимся позже, когда придет твое время.

– Но… - попыталась возразить я.

Но не успела придумать отмазку. Бабушка достала из-под скамьи, на которой сидела, ступку с пестиком и метлу, а еще мешочек, кажется с травами, она раньше никогда с ним не расставалась, и ключ от дверей избушки, и протянула все это мне. Она посмотрела на меня так выразительно, что я не смогла противиться ее воле и приняла протянутое.

– Ну вот и славненько, - улыбнулась бабушка.

А все собравшиеся за столом выдохнули с облегчением. За своим волнением и нерешительностью я даже не заметила, что за столом воцарилась полная тишина в тот момент, когда мы начали свой диалог. Даже гусли затихли, стараясь не спугнуть мою решимость, которой, откровенно говоря, и не было.

– За новую Ягу! - понеслось со всех сторон.

И я не заметила, как опрокинула целый стакан, налитый и заботливо преподнесенный мне. Конечно я пожалела о том, что сделала, вот прямо сразу, но что-то менять уже не хотелось. Выпитое растеклось по мне теплом, от которого хотелось завернуться в одеяло и крепко уснуть, но я хотела еще побыть с собравшимися. Глаза мои закрывались, голова становилась пустой и легкой.

За столом еще о чем-то говорили, смеялись, потом снова были танцы, но я уже не смогла себя пересилить и заставить подняться со скамейки. Уже смеркалось, и вокруг нас летали маленькие свечи в подсвечниках, которые освещали стол и лица собравшихся. И я сама не заметила, как уснула, кажется, прямо за столом.

Проснулась я за полдень, солнце светило прямо мне в глаза через приоткрытую шторку. В доме было тихо и как-то даже холодно, не пахло бабушкиной кашей, не было слышно ее шагов по кухне.

– И че ты тут растянулась? Вставай давай, да готовь еду! - рявкнул мне прямо в ухо Баюн, когда увидел, что я приоткрыла глаза.

– А бабушка где? - опасаясь услышать ответ, спросила я.

– Так вчера же ушла, ты али забыла? Сама же ее проводила, даже в путь-дорогу ей ссобойку собрала, чтоб не проголодалась, пока добирается.

– ЧЕГО? - вот этого я точно не помню.

– А когда она вернется? - еще надеясь, спросила я.

– Никогда, оттуда не возвращаются. Но ты не переживай, иногда будет к тебе наведываться, проверять, помогать. Но не часто!

– Это что, я теперь одна здесь? - слезы сами потекли по моим щекам.

– Как это, одна? Я же с тобой! А сейчас поднимай свою пятую точку и шуруй на кухню. Каша сама себя не сварит!

Он неприятно, но не больно, спрятав когти, приложил меня мохнатой лапой по носу. Как не странно, но слезы кончились, и даже какое-то спокойствие пришло, которое и заставило меня подняться и отправиться готовить завтрак, ну или обед, судя по времени.

Выйдя из избушки я увидела страшное, ну как страшное, весьма неприятное зрелище. С ночной гулянки все так и осталось под открытым небом стоять, и если еду растащили лесные мелкие зверьки, то вот скатерка белая была весьма изгваздана, посуда валялась вокруг, как будто прошел ураган, а леший недовольно взирал на меня из леса, как впрочем и водяной из речки.

– Утра доброго! - прокричала я обоим, - я приберусь, до вечера точно!

Кажется мое объявление на них подействовало успокаивающе, так как лица их стали доброжелательнее, и кивнув, они ушли, оставив меня одну, рассматривать это безобразие.

Вздохнув, я решила, что сначала надо подкрепиться, а потом уже и за дела браться. Взяла из дровницы несколько полешек и пошла протапливать печь. Бабушкины уроки не прошли даром, и вот в печи уже трещит огонь, а по избушке, ставшей волглой за ночь, расходится тепло, которое изгоняет неприятную влажность.

Я сложила в чугунок все необходимое и уже собиралась засовывать в печь, как Баюн остановил меня.

– Обожди, сейчас прогорит немного и поставишь, а пока рано еще, дрова только прихватились.

– Но бабушка… - начала было, но усатый не дал мне закончить свою мысль.

– Бабушка не давала печи выстыть, в отличии от тебя, так что не спорь.

– Хорошо, а пока разгорается, может порядок наведем на поляне? - предложила я.

– Пойдем, - согласился Баюн.

Как только мы переступили порог, он стал большим медведем. У медведя лапы хоть и большие, но все же ими удобнее, чем кошачьими, собирать и уносить столы да скамейки. И пока он этим занимался, я сложила миски и тарелки в стопочки поближе к ручью. А рядом с ними и стаканы, чарки и стопки, из которых вчера пили, скатерку к ним же добавила и решила, что пока хватит, надо поискать чем все это мыть-стирать.

Дома печь уже прогрелась, и закинув туда еще пару поленьев для профилактики, поставила наконец чугунок. А вот чайник, стоявший на углу печи уже не просто прогрелся, а даже начал кипеть. В чайник закинула травок и поставила его на стол, а сама нашла все необходимое для мытья.

На берегу на меня посмотрел водяной, неодобрительно, но согласно кивнул и уплыл вверх по ручью. Я что-то намыла, что-то засохшее замочила. Скатерку кинула в тазик с водой и мылом, надеясь, что смогу все отстирать бабушкиным чудодейственным составом. И действительно, пока я мыла посуду, почти все пятна отошли, а те что остались, надо было лишь просто потереть руками, и они сами исчезали. Умаявшись, я взяла уже вымытую посуду и пошла в избушку.

Дома было хорошо, тепло и пахло едой. Даже какое-то смутное ощущение, что так оно и должно быть, появилось внутри. Баюн спал на подоконнике и его шкурку ласкало солнце. На столе стоял чайник с ароматным настоем, а в печке подкипала уже сварившаяся по моим прикидкам похлебка.

Ну да, я особо заморачиваться не стала, просто накрошила овощей да остатки зайца туда бросила, добавила соли и специй, залила водой и поставила тушиться.

Услышав, что я колупаюсь в печи, поднял сонную голову котей, а поняв, что я достаю для проверки котелок, тут же материализовался рядом со мной, чтоб тоже заглянуть в чугунок.

Пахло и выглядело вкусно. Я разложила по тарелкам, налила в чашки настой на травах, по привычке взяла третью тарелку с чашкой, а потом расстроилась. Как не странно, но горячая и сытная еда придала мне сил и бодрости, с которыми я отправилась наводить в чистоту оставшуюся посуду.

К моему удивлению, все стояло намытое у самой кромки воды, а скатерка висела на ветке дерева и даже успела немного подсохнуть. Не иначе как русалки помогли мне с этим нелегким делом. Я конечно поблагодарила, в пояс поклонилась, собрала свои вещи и пошла в сторону избушки, попутно думая, чем можно одарить моих помощниц, и стоит ли вообще это делать, вроде вместе за столом сидели. Но здравый смысл взял верх, и я принесла им миску с бусинками. Они были очень рады, каждая выбрала себе по три штуки, поблагодарили и уплыли.

Когда я вернулась в избушку, мне показалась, что та стала меньше, как-то тесно в ней стало. Даже Баюн на ее фоне казался огромным, но я решила, что это из-за того что бабушки нет. Походила еще по комнате, попыталась что делать, но как-то все из рук валилось, а потом и вовсе смеркаться начало.

Накрыла еще раз стол для себя и Баюна, и поужинав уже собиралась лечь спать, как поняла, что мои ноги свешиваются с кровати.

– Это как так-то? - нерешительно спросила я у усатого.

– А вот так. Не приняла ты всей душой дар, не можешь ты избушку домом своим называть и быть для нее хозяйкой, вот она и обижается, сжимается потихоньку.

– Ты мне это брось! Как же я спать буду-то?

– Вот как хочешь, так и спи! - пожал плечами усатый и свернулся клубком на подоконнике, который ему был почти впритык.

Я конечно расстроилась, попыталась с домиком поговорить, но тот лишь скрипнул ставнями и сжался еще сильнее. Повозившись на короткой и из-за того неудобной кровати, я взяла подушку, одеяло и легла на полу. Проверила, правда, перед сном угли, боялась, что опять все выстынет до утра, но в печи все было красно, и у меня была надежда, что проснусь я раньше, чем в доме начнет холодать.

На полу было жестко и неудобно, я возилась наверное часа с два, пока мне не сделал замечание Баюн, но и это не помогло мне быстрее уснуть.

Я встала, походила по комнате, которая до того сжалась, что моя голова уже касалась потолка, а потом не выдержала, пошла гулять вокруг домика, думать, что дальше делать, пока этот ящик не запечатал меня в себе.

На улице было свежо, пели сверчки и какие-то ночные птицы. Мне было легко и спокойно. У опушки леса я встретила Владимира. По началу я его не узнала, но когда он зашевелился и неуверенной походкой направился ко мне, поняла, что это он. Леший подошел близко и тихо спросил.

– Ну что, не спится? О чем таком задумалась?

– Да вот, изба меня не принимает. Сжалась так, что и поспать негде.

На мое недоумение он лишь весело рассмеялся. И улыбнулся мне, наверно.

– А ты думала, что твоя бабка вот так пришла, и все у нее прямо сразу получилось?

– Ну да, наверно, - немного опешила я от такой новости.

Я-то всегда думала, что она вот пришла, у нее все получалось, как будто она здесь всю жизнь прожила.

– Ой, не смеши! Помню я ее, как она вот так же, как ты, под открытым небом почитай дней семь спала, пока не нашла управу на избу. И готовила у костра, так как в дом войти не могла. И Баюн ее не слушался, вообще только пакостничал, так как она ему и слова сказать против не могла. Воспитание у нее такое было.

– А потом что поменялось? - не удержалась я.

– А потом она взрослее и умнее стала, поняла, что это не она его помощница, а наоборот. Да и Баюн устал долго вредничать, стал помогать ей.

– А как бы мне так сделать? Чтоб раз и все по-моему было? - вслух задумалась я.

– Принять свою истинную сущность,- со смешком сказал леший и растворился в лесу.

Вот и почему они все так любят это делать? Нет бы попрощаться по-человечески и уйти, так ведь нет, надо сделать так, чтоб у меня потом мурашки по коже побежали.

Постояв еще немного у леса, я не выдержала и вернулась к избушке. Сейчас она стояла на своих ногах, и добраться до ступеньки мне не представлялось возможным, разве что стремянку принести. Я покружила вокруг ног, потом встала между ней и речкой и громко объявила.

– Избушка-избушка, встань ко мне передом, к лесу задом! - на что домик, почти точно, кудахтнул мне в ответ.

Вот как, она еще и издевается на до мной! Ну тут конечно мои нервы не выдержали, да и на улице становилось прохладно и влажно, все ж река рядом, да болота. Даже кажется туман начал подниматься. Я хотела сначала постучать по ногам, но потом подумала, что вдруг домик испугается и свалится мне на голову. Нет, я конечно волшебная и бессмертная теперь, но быть раздавленной собственной избушкой, думаю, то еще удовольствие. А позора-то сколько будет! Про эту мою выходку наверно потом не одну сотню, а может и тысячу лет рассказывать будут. Поэтому я решила действовать хитрее.

– Избушка-избушка, - начала я, - Ты ведь понимаешь, что без хозяина развалишься. Никто не будет огонь разводить, не будет тебя кормить, и сгинешь ты в топких болотах, когда пойдешь не разбирая дороги.

Судя по кудахтанью, которое разадавалось откуда-то из недр домика, она заинтересовалась моим предложением и даже немного занервничала от представления предсказанной мной незавидной участи.

– Ну так может признаешь хозяйку, покуда не поздно? - я посмотрела на домик, в надежде, что он сейчас спустится, но чуда не произошло, - Ну и торчи здесь одна, я себе другую найду! - попыталась я угрожать ей.

Развернулась и пошла в сторону леса. Сзади недовольно переступал с ноги на ногу домик, Баюн на его крыше орал мне вслед.

– Куда собралась? Яга! Опомнись! Вернись! Заблудишься ведь!

– Зачем? - все же остановилась и посмотрела на них я, - Вы меня не принимаете, дразните, вот еще и издеваетесь. А я ведь и сама этого не хотела, а после таких ваших выкрутасов вообще домой хочу. Там моя кровать хоть не становится меньше, а мой дом имеет строго определенное количество метров! А самое главное, нет вредных говорящих котов!

Я снова развернулась и уже поравнялась с первым деревом, как вдруг за моей спиной раздалась фраза, от которой я засмеялась, хотя очень хотелось сдержать свои эмоции.

– Вернись, я все прощу! - закричал с крыши усатый.

– Не нужно мне твое прощение. Мне лишь надо, чтоб вы себя нормально вели, чтоб вот этого цирка и балагана больше не было. Я хочу просто комфортно жить с вами и выполнять свои профессиональные обязанности.

–Профси… чего? - недоумевающе посмотрел на меня Баюн.

– Ягишные обязанности, охранника границы! - разъяснила я.

– Ааа, ну так бы сразу и говорила! - обрадовался усатый, - Возвращайся давай!

– Да иду! - недовольно отозвалась я, возвращаясь к возвышающимся надо мной ногам.

Осознание пришло само. Я просто встала между куриных лап, закрыла глаза, представляя свою городскую квартиру, ну такую чистую, просторную, с ванной, душем и теплым туалетом и громко прокричала.

– Избушка-избушка, стань мне родным домом, а не домом приобретенным!

Ой, что тут началось! Избушка так прилично потолстела и разбухла, и даже плюхнулась со своих длинных ног. И как только не развалилась от удара о землю? А передо мной оказалась дверь, обычная такая. Я порылась в карманах и нашла тот самый ключ, что вчера вручила мне бабушка. Тот, кстати, тоже изменился, из амбарного превратился в привычный мне.

И вот я, не веря своим глазам, повернула ключ и открыла дверь. Сказать, что я была в шоке, это ничего не сказать. Это была квартира. Ну, почти. Стены, правда, были деревянные, но да это мелочи. Да отопление печное осталось. Я зашла, осматриваясь и дивясь увиденным. Потолки стали выше, комнаты просторнее, даже ноутбук в углу появился, не знаю правда, рабочий или просто декор.

На пороге меня догнал Баюн. Для начала он заскочил в помещение, а потом осмотрелся, плюхнулся на хвост и стал пучить глаза на окружающую обстановку.

– Ты это брось! Избушка такие хоромы не унесет! - закашлявшись, проговорил кот.

– В смысле? Я-то тут причем? Она сама! - не поняла его прозрачного намека я.

– А то, что ты хозяйка, и ты вот это все представила, и оно появилось! Умерь свои хотелки-то! Ноги-то у нее не железные, косточки не выдержат, столько нести!

– Да погодь ты! Дай осмотрюсь хоть! А потом уже и решать будем! Да и вообще, раз она такая волшебная, то может можно ее каждый раз разную делать?

– В смысле, разную? - не понял мою мысль Баюн.

– Ну смотри, сейчас я открыла, здесь комната да кухня, а вечером открыла, тут спальня да ванна, ну и прочие удобства? А надо, так и банькой можно сделать или магическим кабинетом? - пришла в голову мне “гениальная идея”.

– Никак не можно! - растерялся усатый от такой идеи.

– А как можно? - чуть не схватив его за грудки, поинтересовалась я.

– Ну, иногда, раз в месяц к примеру, или вообще в год. Об энтом только избушка знает, никому в голову раньше такие мысли безумные не приходили, - признался котей.

– Да я вот вспомнила сказку старую, там баба Яга добра молодца в баню париться отправляла. А откуда она у нее, ежели она по лесу на избе носиться и меняет место дислокации по сто раз на дню!

– Дила… чего? - не понял меня собеседник.

– Место, где избушка стоит.

– Ну, здесь она стоит.

– Ага, вот и я о том, что сегодня здесь, завтра там, послезавтра вообще может куда за Байкал отправимся!

– Зачем? - теперь уже Баюн выпучил на меня глаза.
– Что значит, зачем? За кедровыми шишками! И орешками!

– Ну, орешки, допустим, можно есть, а с шишками-то что делать будем?

Тут я призадумалась… Но потом вспомнила, что шишки, они большие, по телевизору чуть не с кулак показывали, и мне пришла в голову очередная идея.

– Раскрасим в разные цвета и на избушку повесим, гирляндой, праздника хочу!

И тут я поняла, что котофей отвлек меня от грустных мыслей, а вся эта перепалка ушла в совсем не то русло, в котором должна была течь. Очередную было начавшуюся речь я прервала, попросив дать мне времени немного подумать.

– Так о чем я… Вот. Раз бани не было, то значит добрый молодец побродил у избушки и в нее же вернулся, но только теперь избушка была баней. А потом снова стала избушкой, куда богатырь спать потом отправлялся. А это значит? - вопросительно посмотрела я на усатого.

– Что он в чужую баню ходил! - улыбнулся мне Баюн.

– А это значит, что кто-то из моих предшественниц уже проворачивал этот фокус! И вообще, ты же уже не первую сотню лет здесь при избе живешь, так что должен помнить!

– Да что я помню-то? Память-то у меня кошачья, хорошо если лет на пятьдесят назад что вспомнить смогу. Может на сто. А ты уж больно далеко спрашиваешь. У меня от тех хозяек кроме имен и лиц ничего в памяти не осталось уже.

– Ладно, помолчи, дай осмотреться немного. Хоть полюбуюсь, пока не вернула все, как было, - вздохнула я с сожалением.

– Ну можно частично оставить, - как-будто он мне разрешил, снисходительно улыбнулся мне кот.

Я хмыкнула и пошла осматриваться. Ну, что могу сказать, комнат оказалось аж три. Вот эта, в которую мы попали сразу, большая похожа на гостиную. Тут был ноутбук, там даже винда запустилась, и вроде какой-то фильм можно было посмотреть. Но судя по натужному вою, сил на все это у избушки не было. Спальня с большой кроватью и ортопедическим матрацом и комната для приготовления зелий и творения разных заклятий. Здесь было все удобно, много комодов с ящичками, все удобно разложено и подписано, красота. Ванная комната была, с большой такой ванной и душем, и прочими удобствами. А еще была кухня с обеденной зоной, там стол стоял и вокруг него стулья с вычурными спинками, на столе скатерть и расписной фарфор. Красота, в общем. А за последней дверью была каморка, где остальные бабушкины артефакты и прочее необходимое хранилось, точнее было запихнуто так, что открыв, дверь я по боялась, что сейчас все вывалится на меня.

Полюбовавшись и повздыхав, я было уже собиралась покинуть дом и открыть дверку заново, но не удержалась, открыла кран с водой, и та потекла, теплая, прозрачная…

В общем, прежде чем покинуть прекрасные палаты, я заперлась в ванной и хорошенько отлежалась в горячей воде и намылась с ароматным мылом, про себя решив, что такую комнатушку можно раз в месяц и вызывать, а в обычное время можно и душем обойтись.

Когда дверь наконец открылась, ко мне влетел Баюн, шерсть дыбом, сам весь нервный какой-то. Осмотрелся, да как заорет.

– Ты чего удумала? Ты чего творишь!? - принюхиваясь, затараторил он.

– Моюсь, могу ведь я хоть раз в год помыться? - уже я нависла над ним.

– Ты нам так избушку угробишь! - возопил усатый, - пошли скорее и ключиком волшебным дверку открой заново!

– Да иду я! - еще раз оглядевшись и тяжко повздыхав, я направилась к выходу, так не хотелось покидать такой уютный домик. Но дела были важнее.

А когда я вышла и посмотрела на домик со стороны, то поняла, о чем говорил Баюн. Избушка как-то похудела, осунулась, как будто моя ванна вытянула из нее все соки. Придя в себя после небольшого шока, я поспешила к домику, закрыла дверь, повернула ключ, вытащила его, немного подождала и открыла заново. При этом представляя старое убранство, ну, чуть измененное, все-таки ортопедический матрац я хотела оставить, да и одеяло полегче было бы неплохо. А то под этими тяжелыми мне спалось плохо, как-будто кто-то тяжелый сидел на мне.

Когда я открыла дверь, все было по-старому, ну разве за исключением небольших изменений и, кажется, немного поседевшего Баюна.