Ягода малинка -1

В школе непривычно тихо. У младших классов начались каникулы, а выпускные сдают последний экзамен, ЕГЭ. Сегодня английский язык и я сижу, смотрю в окно, где вовсю цветет сирень, закрывая почти весь обзор на улицу. Я знаю все вопросы по тесту, но почему-то медлю отвечать, возможно, начало лета на меня так влияет. Мысли уползают упорно в другую сторону и не хочется думать о поступлении, учебе, экзаменах. Хочется к бабушке, в деревню, там уже отцвели первые тюльпаны и нарциссы, скоро пойдет ягода. Спелая, сочная, сладкая земляника, а потом малина. Я люблю малину, все равно какую, красную, черную. Могу залезть в самую глубь бабушкиного сада и не вылезать оттуда часами, лопать эту малину горстями. Потом бывает болит живот, но через пару дней снова лезу туда.

— Дите, — качает головой мама.

— Пусть ест ребенок, витамины, — злится бабушка, — Всю зиму дышит непонятно чем в вашем городе.

Бабушка страшный последователь ЗОЖ и в ее 75 лет, я даже не удивляюсь ничему. Пробежкам в пять утра по утренней росе, когда дышать так легко, полуночным прогулкам. Мне иногда кажется, что бабушка вообще не спит, этакое зомби деревенского образа жизни.

— Псс, псс, — шипит позади меня Граф, а точнее графин, как я его называю. Остальные так и зовут Граф, одна я вечно выпендриваюсь, но мне можно, я знаю этого хулигана почти с садика. Вообще, его имя Андрей, но фамилия Графский, вот угораздило беднягу. Хотя моя не лучше, я — Княжинская. Это сейчас шутки на эту тему всем уже надоели, а раньше в младших классах сильно доставало, пока Андрейка не подрос и не выбил пару зубов. Тогда нас и перестали дразнить.

Это ладно, моей подруге досталось еще больше, чем нам, ее фамилия Служкина. Вот подобралась у нас компания, что все, кто слышал первый раз, не то, чтобы улыбались, а натуральным образом ржали как кони. Граф, княгиня и их служанка, смешно, очень. В нашей школьной компании еще был мальчик Стас, но с ним все просто, он Федоров, никакого креатива.

— Чего тебе? — огрызаюсь, не отрывая взгляда от окна, но прикрыв ладошкой рот, чтобы не видели.

— Третье задание, — то ли хрипит, то ли чихнул Андрей, — Подскажи, Нэл.

Нэл — это уже моя кличка, помимо княжны. Родители долго не думали, я так понимаю, назвали меня первым именем, что пришло в голову, Нинель. Почему именно это имя, мне никто объяснить не смог. Лишь бабушка выдвинула версию, что ее маму звали Нина, поэтому я — Нинель, очаровательно просто. Ниной меня, слава Богу, никто называет, сократили до мелкого Нэл, так мне больше нравится, княгиня Нэл, круто.

— А сам? — шиплю в ответ графину, тот что-то огрызается, сразу понятно, что мне потом выскажет. Ладно, подсказываю ему пару моментов, дальше пусть сам и так на меня уже косится наша директриса со своего поста за широким столом. Все-таки ЕГЭ, а не какая-то контрольная, уважать-то должны сам процесс или нет?

Наконец, возвращаюсь к своему тесту, делаю оставшиеся задания, сдаю и выхожу в коридор.

— Ну что? — подскакивает ко мне Юлька, моя подруга с первого класса, та самая Служкина.

— Да вроде нормально, а ты?

— Два задания, мне кажется, неправильно сделала, — печально качает головой Юлька.

— Давай, заранее не будем расстраиваться, все равно по балам мы в МГУ с тобой не пройдем, а остальное уже не важно.

— Фрр, МГУ, — ворчит Юлька, у которой аттестат пестрит тройками и четверками, — Я туда и не собиралась.

— Тогда, завтра в деревню? — улыбаюсь ей.

— Я только на неделю смогу, — вдруг выдает подруга.

— Как на неделю? — останавливаюсь посреди коридора, оглядывая печальную мордочку подруги. Юлька очень симпатичная, я бы даже сказала красотка. Натуральная блондинка, стройная, высокая, нос чуть курносый, но ее не портит. Все забирают на себя очень красивые губы: они немного полные, четко очерченные, одним словом, парни на эти губы просто зависают, отвал башки, как говорит подруга. Если прибавить сюда стройные длинные ноги, дорогие шмотки — то весь набор, просто атомная бомба.

— Мама путевки в Турцию купила на три недели. Отель такой классный, дорогой, как я не поеду, — ноет подруга.

— Зашибись, — сокрушенно вздыхаю, — Мы с тобой договорились, что едем на все лето к моей бабушке.

— Нэл, я приеду и сразу к тебе, у нас еще неделя до отъезда есть, — пытается успокоить меня подруга.

— А что я, там буду одна три недели делать?

— Вернешься в город.

— Ну уж нет, буду ждать тебя там. В жару, в Москве — это пытка еще та.

— Может и вы куда-нибудь поедете?

— Смеешься? — удивляюсь я, — Отец снова без работы, а мама каждую копейку за ипотеку отдает. Им год осталось за квартиру заплатить, вот она и старается отдать больше и быстрее. Какой тут отпуск.

— Понимаю, — тянет Юлька, — Парней будем ждать? В Шоколадницу собирались.

— Да, сейчас они выйдут, графин уже предупредил меня, чтобы не уходили, — соглашаюсь, ныряю в свою сумочку, чтобы достать телефон и позвонить маме.

Пока делаю звонок, на школьное крыльцо выходят Андрей и Стас. Парни направляются к нам о чем-то бурно спорят, размахивая руками. Андрей высокий, накачанный, занимается боксом. Темные волосы коротко острижены, красивый. Стас коренастый чуть выше меня, тоже довольно симпатичный. По Андрею вообще все девчонки сохнут в классе, кроме меня. Я его воспринимаю, как брата, хотя он и не против был бы перейти на другие отношения, но нет. Сейчас, они почти год встречаются с Юлькой и у них как бы, все серьезно. Я же птица свободного полета, не встречаюсь ни с кем, за что меня за глаза называют рыжей стервой. Да, я рыжая, с копной непослушных кудряшек, чуть ниже плеч и первая красавица в нашем классе. Так получилось, я не виновата. Но вот не нашлось для меня принца на белом мерседесе, как говорит Юлька, уж слишком я разборчива. Никто мне не нравится, совсем.

Нинель

В Шоколаднице полно людей, отмечают или просто отдыхают, суббота, все с детьми. С трудом находим приткнувшийся в углу столик и рассаживаемся, сталкиваясь коленками и локтями. Стас с Андреем отправляются сделать заказ, они уже знают, что мы обычно берем с Юлькой, а мы ныряем в телефоны. Юлька выбирает наряд на выпускной, я бы тоже, но с деньгами совсем глухо. Хотела летом поработать где-нибудь в кафе, но бабушка нашла мне что-то у себя в деревне. Там у нее, как у бывшей учительницы полно знакомых. Что за работа пока не сказала, надеюсь не коров доить, но это я, конечно, шучу. Деревня недалеко от Москвы и довольно большая, какие там коровы.

— Вот, смотри, — тычет рукой в свое яблоко Юлька, — Сиреневое, с серебристой отделкой, как тебе?

— Ничего так, а не сильно короткое? — вглядываюсь в красивое платье на экране гаджета, замечаю цену, — Сколько?! С ума можно сойти!

— Мама сказала лучшее выбрать, предел не указала, — хихикает Юлька, — А ты пойдешь в своем, то, что заказали?

— Ну да, мне всегда все платья, блузки и юбки шьет подруга мамы, ты же знаешь, — отвечаю неохотно. Доход Юлькиной семьи и моей в данный момент, как небо и земля. У нашей даже чуть ниже уровни земли.

— Жаль, но знаешь, твоя портниха очень хорошо шьет, ну и что, пусть не бренд, но зато качественно и красиво, — успокаивает меня подруга.

К нам возвращаются парни и следующий час мы сидим, болтаем, пьем капучино и едим чизкейк. Ценник в кафе зашкаливает, но сегодня нас угощают Андрей и Стас, мы же девочки. Были бы вдвоем пошли бы с Юлькой в другое кафе, через дорогу, там правда чебуреки и гамбургеры, кофе из пакетика, но посидеть можно, обстановка располагает.

— Нэл, а ты, когда в деревню? — спрашивает Андрей и я пожимаю плечами.

— Точно не скажу, но сразу после выпускного.

— Я тоже еду с родителями, хочешь возьмем тебя, что будешь трястись на своей электричке? — предлагает Андрей.

— Почему нет, а ты надолго? — интересуюсь охотно, мы каждое лето проводили в деревне с Андреем и другими друзьями. У семьи Андрея там огромный коттедж, не сравнить с нашим бабушкиным домиком.

— Как получится, ко мне брат должен приехать, — морщиться парень.

— А что с ним не так? — спрашивает Юлька, видя реакцию Андрея.

— Да нормально с ним все, Марк интересный, даже слишком, — смеется друг, — Тока ты, если, когда приедешь, смотри, не строй там ему глазки, — машет перед Юлькиным носом указательным пальцем.

— Больно нужно, — фыркает подруга, — Что в нем такого особенного, что такая реакция?

— Ну, во-первых, Марк мой двоюродный брат, во-вторых, старше на два года и уже учится в РАНХИ, а в-третьих, все девчонки на него западают так, что потом трусами не отмахнешься.

— Ой, да ладно, — смеется Юлька, — Что мы парней не видели.

— Короче, я тебя предупредил, — хмурится Андрей.

— Заинтриговал, как приеду из Турции сразу к вам, посмотрю, что там за чудо такое, — улыбается довольная Юлька. Ей нравится, что Андрей ее ревнует.

Смотрю на них и посмеиваюсь, вот парочка. Мне не завидно, нет, просто интересно наблюдать. У них отношения на вечных подколках друг друга, не обидных, просто своеобразных. То Андрей выводит Юльку, то она его, любовь, наверное, такая, я не знаю.

— А меня на все лето в Москве оставляют, — вздыхает Стас, — Отец хочет, чтобы я у него в офисе сидел и вникал в дело.

— Это тоже нужно, раз ты решил адвокатом стать, как папа, — успокаиваю друга, — Как хорошо, что мы все знаем, куда хотим.

— Это да, осталось только поступить, — кивает подруга, — У меня с моими баллами выбор не такой большой, все равно на бюджет не пролезу.

— А мне обязательно нужно на бюджет иначе только на следующий год, — печально вздыхаю я.

— Ничего, не поступишь, я тебя к нам в фирму устрою, отец разрешит, — тут же предлагает Стас.

— Ты же знаешь, что я хочу в медицину, зачем мне адвокатура.

— Где-то работать надо, это лучше, чем официанткой в клубе бегать, — намекает Юлька на мое последнее место работы, откуда я ушла незадолго до экзаменов, иначе не сдала бы.

— Ты права, буду надеяться, что поступлю, — соглашаюсь с ней.

Выходим из кафе, сразу окунаемся в жару. Печет в Москве уже неделю просто невыносимо, кажется, что плавится сам асфальт.

— Поехали на ВДНХ? — вдруг предлагает Юлька, — У фонтанов побродим.

— По такой жаре? — возмущается Андрей, но тут же останавливает такси, договаривается.

— Нэл, ты с нами?

— Нет, мне нужно на последнюю примерку и домой, обещала маме помочь, собирать вещи.

— Успеешь собрать, — куксится подруга, — Еще целая неделя.

— Нет, Юля, вы поезжайте, я домой, — твердо отвечаю ей, и они залезают в машину, которая скоро исчезает за поворотом.

Бреду домой, вся радость куда-то испарилась. Да, мне нужно на примерку, но я могла бы и отложить ее на завтра. Но все дело в том, что после ВДНХ друзья наверняка направятся в какой-нибудь клуб, чтобы отметить окончание экзаменов, а у меня денег кот наплакал. У нас немного разный уровень и с каждым годом становится все сложнее не обращать на это внимание. Нет, меня никто не задирает и не обижает, ребята стараются входить в мое положение, но иногда просто забывают кто я и, кто они. Ничего, я привыкла, мне хватает того, что у меня есть. Главное, сейчас поступить, выучиться и начать работать, а там жизнь должна измениться. По крайней мере я так думаю. Юлька правда говорит, что с моими внешними данными я запросто могу найти себе какого-нибудь богатого мажора и женить его на себе, остальную жизнь кататься как сыр в масле. Но я так не хочу, хочу сама всего добиться. Только сама.

— Мама, мне не пятнадцать лет, чтобы ехать с вами в Турцию почти на месяц, — говорю с матерью по телефону, когда сажусь в матово — черную свою спортивную тачку, Порше, и тупо сижу, вдыхая прохладный воздух кондиционера.

Пока ходил в аптеку по такой жаре, белая футболка успела прилипнуть к телу обрисовывая мои бицепсы. Глянул в зеркало заднего вида, поправляя длинную светлую челку.

— Но Маркуша, я так хотела, чтобы ты поехал с нами, — продолжает мама, а я вздыхаю.

Как ей объяснить, что парень двадцати лет должен уже отдыхать без родителей? Да еще это имя из детства, Маркуша, чтоб его.

— Я уже тебе сказал — нет, это лето я хочу отдохнуть без вас.

— А с кем? С девочкой? — улыбается в трубку мама.

— С мальчиком, — огрызаюсь я, — Короче, ма, не доставай меня, через неделю я уезжаю к Андрею, он меня пригласил к себе в деревню.

— Но сынок, ты там и трех дней не выдержишь? — удивляется мама, а я переключаюсь на громкую связь и с ревом трогаю тачку с места, — Там нет привычных тебе клубов, ресторанов, поехали с нами, мы такой отель присмотрели с отцом, шикарный просто.

— Нет, все, ма, у меня дела, — отключаю звонок и выезжаю на Невский проспект. Везде толпы туристов, город, как обычно, похож на муравейник. Уже не удивляюсь, откуда столько людей в летний сезон. Я родился и живу в Санкт-Петербурге и это самый крутой город, кто бы что ни говорил. Проезжаю Московский вокзал и встаю в пробку на площади Восстания. Рядом останавливается белая Ауди, за рулем блондинка, на ней белая маечка и брендовые очки в пол лица. Красит губы, глядя в откидное зеркало, затем убирает помаду и оглядывается со скучающим взглядом вокруг. Замечает меня и полные губы в розовом зеркальном блеске растягиваются в улыбке. Кивает мне, посылает воздушный поцелуй. Вот чудила, усмехаюсь в ответ. Делает знак, опустить стекло. Опускаю, складывая руки на дверце машины, упираясь подбородком.

— Привет, — томно выдыхает она, надувая губки.

— Привет, красавица, — поддерживаю игру, пока еще эта пробка сдвинется с места.

— Марина, — тянет мне руку через пассажирское сидение.

В ответ вытягиваю свою, почти вылезая из машины. Пожимаю тонкие пальчики, которые вкладывают в мою ладонь визитку. Белая с золотыми вензелями и номером телефона.

— Позвони, замутим тусейшен, — растягивает слова девчонка.

Снова смотрю на нее, приподняв солнцезащитные очки на лоб, разглядываю красивое лицо, словно оцениваю. Достойна ли она идти со мной на вечеринку. Вроде ничего так.

— Позвоню, Марина, — специально тяну ее имя, словно ласкаю ее, — Марк.

— Оо, — выдыхает она, — Какое сексуальное имя.

— Да что ты говоришь, — смеюсь в ответ и нас прерывают возмущенные сигналы машин, стоящих позади, — Увидимся.

Марина кивает, стекло медленно ползет вверх, и я облегченно вдыхаю прохладный воздух в салоне. На улице невозможная вонь от горячего асфальта и выхлопов машин. И как только люди ходят там, передвигаются на такой жаре.

Выруливаю по кольцу, оставляя машину Марины далеко позади и прибавляю скорость, с ревом мчусь по улицам родного города. Дорогу я знаю, как свои пять пальцев, могу с закрытыми глазами ехать. Сейчас направляюсь домой, нужно предстать перед очами Бати. Два дня не был дома, зависал у своей подруги, с которой решили очень кстати расстаться. Причем ни с того ни с сего. Просто, видимо перетрахались за эти два дня. Весь запас презервативов из тачки использовали. Ну и, как водится, под конец разругались, даже вспомнить не могу из-за чего.

Отец будет недоволен, у него были свои планы на Риту. Дочь президента компании «Домстрой», такая партия, а я все просрал. Мы и столкнулись с ней на вечеринке, куда пригласили наше семейство: официанты, шатер, шампанское, бриллианты. Рита меня зацепила сразу, такая стройная, высокая, прямые черные волосы до талии. Алое платье с открытыми плечами и рубины на шее. Увлекся, что скрывать, прямо тем вечером и затащил ее в одну из спален, легко добившись того, что хотел. Может это и сыграло свою роль, такая доступность.

Потом два месяца встречались, я часто оставался в ее квартире с видом на Неву. Но что-то пошло не так. То ли надоели друг другу, то ли она мне. Скорее второе, так как инициатором расставания был я, впрочем, как всегда. Особенно, когда Рита узнала, что я уезжаю в деревню, почти на месяц.

— Ты с ума сошел? — открыла Рита в удивлении свой прелестный ротик.

Стоит передо мной в коротких белых шортах и топике, который открывает загорелый животик с колечком пирсинга в пупке. Маленький бриллиантик сверкает, завлекая, но я уже не реагирую, объелся.

— А что такого? — удивляюсь, отпивая кофе, которое сварил себе сам и сейчас сидел, развалясь в белом кожаном кресле на кухне. Хотя, назвать это огромное помещение с панорамными окнами в пол — кухней, язык не поворачивался.

— Фу, деревня, — морщит хорошенький носик Рита, — Что ты там будешь делать? Там же нет ничего, ни клуба, ни магазина.

— Речка есть, — ухмыляюсь я, — Лес, на мотоцикле можно погонять по полям.

— Ты ненормальный, Марк? — кривится Рита, — Мы могли бы с тобой улететь на месяц куда-нибудь на Сейшелы, острова. А ты выбираешь деревню?

— Можешь поехать со мной, — предлагаю ей, но тут же пугаюсь такой перспективы. Рита в деревне со мной, целый месяц? Упаси, Боже, — Меня брат попросил. Ему поступать этим летом, нужна моя помощь.

— Ты, зовешь меня в какую-то сраную деревню?! — Рита заводится с пол оборота.

Начинается какая-то идиотская истерика, от которой я сбегаю, хлопнув дверью. Вслед мне летят вопли, какой я хороший и тп. Короче, расстались. По крайней мере, я так думаю.

Марк

— Эй, Нэл, — слышу со стороны забора голос Андрея.

Оглядываюсь, убирая рыжую челку с глаз. Бабушка говорила мне надеть панамку или платок, но я, как всегда, вышла без головного убора. Теперь волосы лезут в глаза, свисая мокрыми прядями на лицо. На улице очень жарко, душно, скорее всего к вечеру начнется дождь. После такой жары бывает с громом и молниями, я люблю такую погоду, а вот жару не переношу совсем.

Граф сидит на каменном заборе и подзывает меня ближе. Наши участки граничат, и друг часто так наведывается в гости. Бабуля ругается, что он топчет и ломает малину с нашей стороны, но кто бы запретил этому мажору поступать, как ему нравится. Встаю с колен, отряхивая землю и поправляю короткие серые шорты, обрезанные старые джинсы. Верх у меня от купальника, голубой обычный, без каких-либо заморочек.

Бабуля просила проредить морковку и теперь я в ее огородном рабстве почти на все лето. Я не жалуюсь, но не люблю этим заниматься. Потом приходится долго отмывать руки со щеткой, избавляясь от земли под короткими ногтями. Однако, помочь бабуле больше некому.

— Чего тебе? — спрашиваю недовольно у парня, который сверкает своей белозубой улыбкой. Еще бы ему не сверкать, у них там всем занимается прислуга, да и огорода нет. Участок Графских один сплошной газон и ландшафтный дизайн.

— Иди сюда, че скажу, — скалится Граф и я с обреченным вздохом пробираюсь через заросли любимой малины. Некоторые ягоды уже начинают созревать, и хватаю парочку, засовывая себе в рот. Еще кислая и твердая, рано.

— Родаки свалили, — довольно потирает руки Андрей, — Укатили рано утром в свою Турцию. Завтра хочу организовать вечеринку, придешь?

— Даже не знаю, — делаю скучающее лицо, хотя чем еще мне заниматься в деревне?

— Ой, да ладно, можно подумать у тебя тут все дни расписаны, — возмущается Андрей.

— Я вообще-то на работу завтра выхожу, — фыркаю в ответ. Куда уж этим мажорам понять, зачем мне работать в каникулы.

— И куда? — Андрей легко спрыгивает на мою сторону, а я с завистью смотрю на его мокрые плавки и капли воды на теле.

У Графских огромный коттедж, во дворе бассейн, в котором можно свободно плавать, размеры позволяют. Я бы сейчас с удовольствием нырнула туда или в речку. Но до самой реки еще нужно дойти и вода в ней всегда ледяная, так как она течет с высокого холма, с ревом спускаясь в долину. Вода не успевает нагреваться, но, конечно, нас это не останавливает, чтобы искупаться. Особенно в такую жару.

— Бабуля договорилась с нашим медпунктом и меня приняли на лето. Буду работать три раза в неделю по полдня.

— Ты согласилась? Не лучше отдохнуть летом? Тем более к поступлению не нужно готовиться, у тебя же нет дополнительных экзаменов.

— Нет, но я сама захотела. Хочу понять, правильный выбор я сделала или нет, что иду в медицину.

— Жаль, я думал нормально оттянемся, — тоскливо тянет Граф, — Марк приедет завтра.

— Уже? Мне казалось, твой двоюродный брат не захочет ехать в какую-то деревню, — шутливо толкаю Андрея в бок.

— Он здесь был, правда давно, лет пять назад. Сам не знаю, зачем едет сюда. Хотя, я его просил помочь с документами в университет.

— До сих пор не знаешь, куда подавать? — смеюсь я, зная, какой нерешительный Андрей в этом плане. Привык, что за него все решает отец, а тут надо и самому голову включать.

— Дело не в этом, — чешет затылок друг, — Отец хочет, чтобы я поехал учиться в Санкт-Петербург, а это значит...

— Вы расстанетесь с Юлькой, — заканчиваю за него.

— Да, все говорят, что отношения на расстоянии... Короче, сама понимаешь.

— Я думала, что вы этот вопрос решили еще на выпускном или ошибаюсь? — складываю руки на груди, строго посматривая на Графа.

— Да как я мог решить? — взрывается друг, — Я только заикнулся Юльке, что уеду, та сразу начала кричать: «Мы расстаемся», «Я — скотина» и все в том же духе. Даже слушать не стала.

— Правильно сделала, с твоими баллами ты мог бы поступить и учиться в Москве, — нисколько не собираюсь оправдывать Андрея.

— Мог бы, но отец сам учился в РАНХИ и меня туда же толкает. А я не хочу быть «международником».

— Это твоя жизнь Андрей, твой выбор, — иду снова к своей морковке, опускаясь на колени перед грядкой.

— Мой, — садится прямо на землю рядом со мной Андрей, — На фига ты ее дергаешь? — разглядывает, как я выдираю мелкие пучки, оставляя расстояние между кустиками.

— Чтобы крупной росла.

— Сажаешь, а потом выдергиваешь? Бредятина какая, — возмущается он.

— Ой, много ты понимаешь, — кидаю в него зеленый пучок, смеемся.

— Пойдешь к нам в бассейн? Я заднюю калитку открою, — голосом соблазнителя, обещает Андрей, — Предков нет, да и тебе не запрещал никто купаться у нас.

— Пойду, только закончу, — соглашаюсь, предвкушая купание в кристально чистой воде.

— Помочь? — из вежливости предлагает друг, хотя в его голосе нет особого желания.

— Сиди уж, а то вместо моркови сорняки одни оставишь, — фыркаю я.

— А ты, уже подала документы? — спрашивает Граф.

— Пока нет, на этой неделе отправлю. После выпускного все не было времени, да и выбирать приходится слишком вдумчиво. Я не могу прогадать, если не поступлю на бюджет, то только на следующий год. Куда мне хотелось бы, вряд ли попаду, слишком мало мест на бесплатное обучение.

— Хочешь, я отца попрошу, у него есть знакомые в медицине, — предлагает Андрей, все-таки дергая маленький пучок моркови. Легонько стукаю его по рукам, чтобы не лез.

— Не нужно, я хочу сама.

— Все и всегда ты хочешь сама, упрямая. Что плохого в том, если тебе помогут? — возмущается друг.

— Не хочу быть обязанной.

— Все-таки какая ты противная, рыжая, — жалуется мне Андрей, — И как только я тебя столько лет терплю.

— Любишь, потому что, — показываю ему язык, смеюсь над его недовольной моськой.