За девять дней. Сборник рассказов. Мистика

Что-то странное случилось с ней в тот день. День был, в общем-то, самый обыкновенный. В тот день Олеся не пошла на пляж, потому что в саду созрела черная смородина и ее пора было собрать.

В саду она нацепила на голову панамку, села на специальную скамеечку и принялась медитировать, а на самом деле - собирать крупные черные ягоды, которыми были унизаны кусты. Олесе это все очень нравилось, мысли ее улетали куда-то, она ссыпала ягоды в ведерко, слушала одну из радиостанций и вообще наслаждалась жизнью, теплым летом и совершенно не переживала, что сегодня не удалось поплавать. В саду тоже было здорово и бывать здесь Олеся любила.

Через какое-то время песенки, льющиеся из небольшого радиоприемника, ей надоели и она выключила его, продолжая собирать смородину и вслушиваясь в тишину, которая вовсе такой и не была: стрекотал кузнечик, жужжали деловитые шмели, неподалеку в лесу каркали вечно чем-то недовольные вороны, раздавались издалека голоса людей. В общем, один из тех дней, которые так приятны в жизни.

И вдруг!

Как это случилось? Что это? Может, солнце напекло ей голову?!

Совершенно внезапно, сконцентрировавшись в долю секунды, в ее голове прозвучало это - даже не мысль, а ПОНИМАНИЕ.

"Плохой звонок. Очень плохой звонок".

И она отчетливо осознавала - что это за звонок и что стоит за ним: сообщение о том, что не стало человека, близкого человека.

Она замотала головой, просто как лошадь какая-то. Что за бредни?! Это ПОНИМАНИЕ было словно какой-то луч, который пронзил всё ее сознание, всю ее сущность. Что это за знание, которое ей дано?! Или это просто, и впрямь, солнце, палившее сегодня довольно сильно? Впрочем, как и вчера и позавчера. Август был отменно жарким.

Она постаралась как можно быстрее собрать ведерко ягод, ближе к вечеру полила цветы и почти бегом отправилась домой.

Что это мог быть за звонок? Она подумала о своих родственниках, живущих в другом городе. Это как-то связано с ними? У дяди больное сердце, это она знала.

Никаких таких звонков не было, и вообще все было нормально - как всегда. Ничего подобного не происходило и в последующие дни, и она постаралась не думать о той странности, случившейся с ней в саду.

С теми немолодыми родственниками, о которых она думала, все было вполне хорошо - она позвонила им в тот же вечер.

Но ровно через девять дней...

Этот звонок раздался ранним утром - накануне случилось непоправимое, в другом городе. С ее подругой. Они поехали с мужем на озеро и... Олеся не верила собственным ушам, такого не могло быть, потому что так не должно быть никогда!

Она не верила во всё произошедшее даже во время церемонии прощания. Этого не может быть...

И помнила про то прозрение - то ПОНИМАНИЕ. Но зачем, зачем оно было ей дано?!

Плакала в те дни очень много.

Лето заканчивалось, скоро начало учебы в университете. Ее не радовали ни прекрасная погода ни даже встреча с тем человеком, при воспоминании о котором у нее так билось сердце. Он старался ее утешить, но Олеся видела - это было несколько формальным. Ну конечно, он ведь вовсе не знал ее подругу. Та была так молода... Впрочем, все они были молоды.

Почему, почему так случилось с ней?! Виноват был другой водитель, не раз уже попадавшийся на нарушениях, а пострадала она - та, которая и за рулем-то не была! И не просто пострадала, жизнь ее была прервана так внезапно.

Сергиуш только сказал, изображая участие:

- Что ты так убиваешься? А что бы ты смогла сделать, даже если бы и знала? Это судьба.

Если бы и знала! А она ведь знала! Только не могла проникнуть в самую суть того, что ей было дано! Ее способностей попросту не хватило! А ведь кто-то надеялся, посылая этот импульс! Надеялся, что она все поймет...

Сергиуш, все же удививший ее своей безучастностью, попал в самую точку!

Она постаралась отделаться от него в тот вечер как можно быстрее, хотя Серж был совсем не против провести вместе как можно больше времени, он лишь недавно вернулся из поездки, и было видно, что соскучился.

Ну и не ездил бы один! Она не отказалась бы составить ему компанию, но ему-то, похоже, это было совсем не нужно!

Наскоро распрощавшись с явно обидевшимся на нее Сергиушом, она влетела в дом, быстро переоделась и умылась - и замерла. А куда, собственно, она торопилась? Родителей дома не было - они уехали на несколько дней к родственникам в поселок, и дом был тих и темен.

Олеся только хотела выйти на балкон и сразу же увидела Сержа около своего подъезда. Она немедленно спряталась за штору и стала наблюдать за ним. Серж смотрел на ее окна, но ее он точно не заметил в темной комнате, иначе стал бы вести себя совершенно по-другому, было видно, что надеется увидеть ее на балконе. Похоже, что Серж был намерен зайти в ее квартиру, подай она ему только знак.

Знак... Ведь это был знак - тогда, в саду, она сразу это и поняла - но не поняла, к чему может отнестись то прозрение, данное откуда-то извне.

Все еще не включая свет, Олеся уселась на диван и стала о чем-то напряженно думать. Но что, что она могла придумать теперь - когда все это уже произошло? Если бы она могла вернуться в прошлое... И что? Что она могла бы сказать? Кто ей поверил бы?

В дверь тихонько позвонили. Это явно был Серж, она сама проболталась, что родители в отъезде. Олеся постаралась не реагировать на звонок. Серж позвонил еще раз и стал осторожно и настойчиво постукивать в дверь.

И как он зашел в подъезд? Было уже довольно поздно, вряд ли кто-то выходил из подъезда или наоборот... Серж царапался в дверь как тот кот, довольно настойчиво. Что он вообще себе позволяет? Все это - его постукивания и осторожные звонки - длилось уже довольно долго, было похоже, что уходить Серж вовсе не собирался. Олесе все это изрядно надоело, но она продолжала хранить молчание. Серж стал звонить все более настойчиво.

В конце концов она не выдержала и подошла к двери:

- Серж, ты совсем обалдел, что ли?

Из-за двери донеслось:

- Пусти меня! Пойми меня, я так хочу этого, я хочу сюда!

Это был вовсе не голос Сержа! Женский голос! Голос Карины!

Дыхание у Олеси перехватило.

- Карина? - она наконец справилась с собой, спросила это, сама не веря тому, что говорит, тому, что говорит такое.

Хотелось убежать, бежать к балкону, звать Сержа, может быть, он еще не ушел!

- Да, это я, Олеся! - этот голос она не могла перепутать ни с каким другим. - Олесечка, милая, пусти меня!

Олеся почувствовала, как дрожат ее руки, она не могла говорить, хотелось только кричать от страха. Она все же тихонько отступила от двери и также тихо, сначала даже не оборачиваясь, начала пятиться в комнату. Также тихо пробралась и к балкону.

А что если Карина проникнет сюда через балкон?! Олесе стало невыразимо страшно. Она подошла к шкафчику, взяла свой крестик и с этим крестиком пошла снова к балкону, почти на цыпочках.

На всякий случай перекрестив балконный проем, она все же вышла на балкон, надеясь увидеть там Сержа и крикнуть ему, чтобы он помог ей.

Сержа там не было, наверно, он давно ушел.

Олеся осторожно закрыла балконную дверь, снова нанеся крест на нее. Звонки и посребывания не прекращались.

Она подошла к входной двери.

- Карина?

- Олеся, это я! Неужели тебе меня совсем не жалко?

- Я не могу пустить тебя, Карина, и ты это знаешь. Ты должна сейчас быть совсем в другом месте. Почему ты здесь? Ты хочешь, чтобы со мной тоже произошло несчастье?

За дверью все стихло и вдруг дверь сотряслась, как будто на нее наскочили с разбега.

- Нет! - Карина уже кричала из-за двери. - Нет! Я хочу, чтобы ты помогла мне!

- Чем я могу помочь? - голос Олеси дрожал от страха, но отойти от двери было еще страшнее.

- Олеся! Неужели ты не понимаешь?! Только ты можешь мне помочь! Пусти меня обратно, я хочу домой!!! Мне нужно вернуться, это очень важно!!!

Дверь снова сотряслась от удара. На этот раз Карине удалось ее вышибить, и дверь обрушилась прямо на Олесю. Сознание ее от этого сильнейшего удара стало меркнуть, но она успела разглядеть лицо Карины - почти такое же, какое оно было при жизни, только со следами страдания на нем. И эта ужасная травма - прямо на ее лбу...

_____________________________

Олеся очнулась утром и отчего-то в своей постели. Солнце настойчиво билось сквозь шторы. Она помнила все, что с ней произошло ночью, но совершенно не помнила, что случилось после того, как Карина вышибла дверь.

Поднялась с кровати, осмотрелась. Вокруг не было ничего необычного. Олеся встала и тут же почувствовала сильную головную боль и тошноту. Она все же пошла - прямо в прихожую.

Дверь была на месте, словно и не вылетела из косяка ночью.

Олеся прошла на кухню, ей даже удалось найти какие-то таблетки от головной боли. Через полчаса или меньше стало легче, боль почти полностью отпустила ее, и к ней вернулась способность здраво рассуждать. Что бы это ни было, это может повториться вновь, и неизвестно, чем все это закончится на следующую ночь. Почему-то вспомнился Хома Брут и его три ночи в церкви.

Если бы ему удалось сбежать после первой же ночи, он, скорее всего, уцелел бы.

Но куда бежать ей - из ее собственной квартиры? Родители должны были вернуться только через два дня. Если все это повторится, то она может их и не увидеть никогда.

Звонить им туда, в поселок? И что она скажет? Что ей являлась Карина?! Ее сочтут ненормальной, как она могла сказать такое?

Ехать к ним туда, в поселок? Но Карина давно не жила здесь, в их городе, к тому же поселок, где сейчас были родители, располагался намного ближе к тому месту, где все случилось с Каринкой, то столкновение... И если она явилась сюда, то в тот поселок ей и тем более нетрудно будет явиться. По Олесину душу!

Почему вообще Карина явилась по ее душу? Почему именно к ней?!

Олеся начала напряженно думать, у нее даже снова немного стала болеть голова, но ничего умнее того, что Карина хочет забрать ее душу, потому что она, Олеся - невинна, придумать не получилось. Глупо, конечно, но это хоть какое-то объяснение.

Серж! Она должна быть с ним! Во-первых, не так страшно - Серж все же внушал чувство безопасности, хотя бы своими габаритами. Во-вторых... Если она будет с ним, тогда Карина уже не сможет забрать ее душу, она не будет невинна!

Не зря же Серж не уходил от ее подъезда - так, как всегда бывало раньше. Он явно надеялся!

Пусть будет так!

Олеся знала, что Серж еще не приступал к работе, это было очень хорошо, что сейчас он свободен! Она уже лихорадочно тыкала пальцами в его номер в телефоне. Серж почему-то долго не отвечал, и голос его был крайне недовольный.

- Слушаю... Олеся?!

Он так удивился, словно и не вчера они расстались. А... это, наверно, потому что напрасно прождал под балконом ее появления. Серж такой... Любит, когда всё бывает по его.

- Сергиуш, мне сегодня непременно нужно снова встретиться с тобой! Прости, что я так... Серж, я прошу, пожалуйста, пожалуйста, отложи все дела, если у тебя есть, приезжай ко мне прямо сейчас!

В трубке повисла тишина. Почти тишина, только было слышно, что Серж закашлялся, явно в сторону. Потом она услышала:

- Олеська, ты очумела? Что за чушь ты несешь? Ты вообще представляешь, сколько сейчас здесь времени? Тут такое раннее утро, все спят еще! Что за шутки?!

О чем это он?!

- Серж, какое раннее утро, время уже восемь часов.

- Это у тебя - восемь часов! А здесь - шесть утра!

Олеся в недоумении замолчала. Что он городит?

- Серж, ты что? Ты так обиделся на меня, что решил разыграть?

- Олесечка, это ты, похоже, обиделась, что я не взял тебя с собой. Ревнуешь что ли? Напрасно. Я, блин, весь твой. Как только приеду домой.

- Приедешь?

- Ну, прилечу, какая разница!

Олеся отключила телефон, продолжать этот бредовый разговор явно не имело смысла.

На ее мобильном высветилась дата - пятое августа. Еще и телефон глючит!

Олеся включила телевизор, там была та же дата! Компьютер - то же самое!

Она переместилась во времени назад?! Олеська проверяла дату все утро, как только могла - да, пятое августа.

Верно, в это время Серж был еще на курорте... Но как она могла переместиться во времени назад? А родители? Где они? Ее охватила паника - родители уехали в тот поселок намного позже. А где они теперь?!

И Карина! Это с ней случилось шестого августа! Еще мама утром вышла из своей комнаты, и Олеся ей всё сказала.

А теперь - где она?! Где мама?! Где отец?!

С трудом успокоившись, Олеся наконец сообразила - родители ведь накануне того самого дня, когда это случилось с Кариной, ночевали на даче... Она выдохнула спокойнее. Да, они ночевали на даче и вернулись домой как раз вечером даже не пятого, а шестого августа. А седьмого августа утром был тот самый звонок!

Это случится завтра... Олеся тут же позвонила маме и наплела какую-то чепуху, что ей срочно нужно уехать. В этот же день она была у Карины.

Карина страшно удивилась, увидев ее:

- Олеська, так внезапно!

- Вот, выходные, решила приехать к тебе.

- Почему не предупредила?!

- Ты так занята?

- Вовсе нет! Завтра поедем на озеро! Слушай, а хорошо, что ты приехала!

Олеся смотрела на подругу и не верила своим собственным глазам - словно и не сама присутствовала на похоронах.

- Конечно, Каринка, так здорово, завтра на озеро. Это именно то, чего я и хотела.

На следующий день вечно дисциплинированная Олеся все никак не могла собраться на озеро, муж Карины бросал уже весьма недовольные взгляды на нее - все места на стоянке будут заняты, из-за этой Олеси потом неизвестно, где парковаться.

До озера они так и не доехали.

Дорога была наполовину перекрыта. Снова происшествие. Кто-то вляпался в ограждение на легковушке, еще и грузовик там... В общем, обошлось без жертв, но пробка была такая, что муж Карины сказал, что теперь-то точно не стоит ждать.

- Ну и что же, - сказала Олеся, - можно прекрасно время провести и в саду. У вас такой замечательный сад.

Муж Карины снова метнул на нее недовольный взгляд. Эта Каринкина подруга! Выпрыгнула, как черт из шкатулки. Из-за нее они даже на озеро не смогли съездить в эти выходные!

Олеся прекрасно провела время и вернулась домой в состоянии легкой эйфории.

Прошло время, но все еще был август, с Кариной они разговаривали теперь каждый день - Олеся сама звонила. У подруги всё было хорошо, и чувствовала она себя, в общем, неплохо. Карина, пока Олеся гостила у нее, призналась по секрету, что ждет маленького.

Родители Олеси уехали к родственникам в поселок.

Вернулся Серж. Они снова гуляли весь вечер, в этот раз Олеся не стала говорить, что родителей нет дома, а сказала, что они, скорее всего, уже спят.

Дома, не включая свет, она подошла к открытому балкону и, прячась за шторой, стала наблюдать за Сержем. Тот не уходил. Он выглядел немного растерянным, что было на него совершенно непохоже. Всегда такой самоуверенный...

Серж посмотрел на ее окно. Его лицо было хорошо освещено, Олеся видела - он смотрит с надеждой, что она появится.

Нет, Серж, завтра. Мысленно она послала ему поцелуй и тихонько скрылась в глубине комнаты.

Ночью, той самой ночью, что когда-то Карина рвалась в ее квартиру, ей приснился сон. Ей снилась Карина с маленьким сынишкой на руках, она была вся в голубом, ее сынишка - в синем. Оба они выглядели очень счастливыми. Карина сказала в её сне:

- Олеся... Я знаю, что ты пережила из-за меня. Я всегда буду помнить, вечно, что это ты, ты спасла меня! И его! - она показала сынишку Олесе.

- Поверь, в жизни я никогда не вспомню этого, но моя душа это знает! Тебе обязательно воздастся за все страхи, которые ты претерпела из-за меня! Ты будешь очень и очень счастлива! Я так люблю тебя, Олеся!

Олеся спала и улыбалась во сне. Все хорошо...

Прошло время, и в положенный срок у Карины появился сын.

А у самой Олеси много чего было в жизни, порой ей казалось, что она никогда не будет счастлива, и вся ее жизнь - сплошная ошибка. Но что-то хранило и уберегало ее. И помогало ей.

И еще спустя несколько лет Олеся увидела сон - Карину, снова в голубом почти воздушном платье.

- Олеся! - строго сказала Карина. - Сегодня будет очень важный день в твоей жизни! Именно сегодня ты встретишь того, кого так ждешь. И ничего не бойся. Только будь очень внимательна, Олеся, не отвернись от своего счастья! Ты меня слышишь?

Олеся улыбалась во сне и кивала. Даже не просыпаясь, она знала, что не забудет этот сон, и что именно сегодня она встретит того, кто сделает ее по-настоящему счастливой.

________________________

Рассказ из цикла "Параллельные миры"

Настя, когда еще училась в школе, привыкла гостить у бабули, в деревне под незамысловатым названием Мишино.

Мишино тогда была деревня немаленькая, но с годами не прирастала новыми жителями, а наоборот, убывала и убывала. В местной школе теперь остались лишь начальные классы, да и то - немного совсем детей в каждом классе, для дальнейшей учебы местным ребятишкам теперь приходилось ездить в соседнем селе, которое было все же побольше, чем Мишино. 

Да и больницы в Мишино теперь не было, только фельдшерский пункт, да и то говорили, что хорошо - хоть это осталось.

Настя приезжала к бабуле и когда училась в университете, но теперь уже ненадолго, хотя и нравилось ей в Мишино. 

Как тут могло не нравиться? Вид - садись и картины пиши. Речка - небольшая, но и не маленькая, купаться вполне можно, а течение ее - не так чтобы быстрое, не унесет. Люди в Мишино были добродушные, многие Насте знакомые. Только с годами стало больше пожилых, а молодых - меньше. Даже подружки Настины, с которыми она всегда проводила время летом, теперь почти все разъехались, осталась только одна, замуж вышла здесь, да и то всё время думала о том, чтобы в город переехать.

Бабушка Насти, Анна Михайловна, считалась местной знахаркой. На самом деле она была, скорее, травницей. 

Когда Настя приезжала к ней, баба Аня учила ее всяким травяным наукам, но Настя, как ей казалось, не очень запоминала, уж много премудра оказалась та наука, да и интересовало Настю совсем другое.

Настя росла у своих родителей одна, других детей в семье не было, наверно, потому что была в детстве довольно болезненным ребенком.

Татьяна Петровна не раз говорила, что если бы не мама (а Настина бабушка) - пришлось бы Настю, скорее всего, на домашнее обучение переводить, потому что дочь две недели в школу ходила, а еще неделю болела и дома сидела. Это было в первом классе. Летом Татьяна Петровна отправила дочь к бабушке - так та ее и вылечила. Болеть Настя стала гораздо реже - практически, как все дети. Баба Аня только смеясь говорила, что неуж она свою внучку не выправит, быть того не могло.

У бабы Ани было еще двое сыновей, но оба жили очень далеко: одного судьба забросила в свое время в Молдову, да так он там и остался, другой теперь жил под Петербургом. Так что ближе всех к Мишино осталась только дочь, зять да внучка. Другие внуки в Мишино не ездили, всё бабулю в гости зазывали, но сами никак время не могли найти, чтобы ехать в "глухомань".

На самом деле Мишино не было, конечно, глухоманью, от станции - всего-то пять километров, даже и пешком дойти можно, а не то что на машине доехать.

Последнее время баба Аня начала сдавать, и дочь постоянно уговаривала ее переехать в город, но бабуля - ни в какую. Помирать, сказала, на родной земле будет, и чтоб положили ее около мужа любимого. Наотрез отказывалась уезжать. 

Бабуля скончалась внезапно, все знали, что она "сдала", но никто не ожидал, что всё произойдет так быстро, хотя и возраст у Анны Михайловны был весьма солидный - Татьяна, мама Насти, была ее третьим и поздним ребенком.

Татьяна с мужем поспешно уехали в Мишино, а Настя приехала чуть позже - как раз к самим похоронам. 

После всего Татьяна и ее муж, рассуждали, что теперь с домом делать. Выходило по всему - продавать. А кому? Вариантов-то немного. Дома в Мишино покупали только дачники, да и то, если повезет еще. Настя внезапно заявила, что пока покупателей ищут, она здесь пожить хочет. У нее только-только отпуск начался, ехать куда-то на юга ей не хотелось, на душе было печально, а бабулин дом так и дышал уютом. Так здесь было когда-то хорошо с бабулей - да совсем недавно.

Татьяна засомневалась - как это Настя здесь одна будет? Но Настя сказала, что бабуля жила же одна - и ничего. С домом она управится, а найдутся покупатели, тогда и дом продадим. Отец, хотя и неохотно, но согласился. Одним из главных аргументов Насти было то, что сотовая связь в Мишино была, хотя и один оператор всего, но действовала связь хорошо, вышка находилась неподалеку от Мишино.

Оставшись одна, Настя перемыла весь дом, да и сидела себе в интернете - на удаленке, хоть и отпуск, но подработать было совсем нелишним. Купалась в реке, общалась с соседками и оставшейся еще в Мишино подругой. Было немного скучно, но наверно, не больше, чем в городе, а жить в бабулином доме было все же лучше, чем на съемной городской квартире. 

Живности никакой при доме не осталось - раньше были только куры да уток несколько штук. Куры ушли на поминки, а уток мама раздала по соседкам, одна только кошка и оставалась - мама хотела ее забрать с собой, чтобы привыкала, но потом было решено ее с Настей оставить, а то уж совсем как-то одиноко тут.

Кошка могла уйти погулять днем, но вечером всегда была дома.

Так Настя провела несколько первых дней в Мишино - теплых, грустных, расслабленных и пахнущих травами, которых в доме было немало. Настя вспомнила, что баб Аня сушила травы и в сарайке, и пошла как-то посмотреть - а что там осталось и не надо ли пошебуршить заготовки.

В сарайке было темно только сначала, а немного спустя ее глаза привыкли, почти все хорошо стало видно. Свет сюда почему-то не был проведен.

Настя увидела только, что трав здесь нет и подумала о том, что надо бы провести свет сюда да и разобрать утварь, что здесь хранилась, как услышала голоса - тоненькие, странные.

- Пришла наконец, а мы уж думали, что и не соберешься. Лентяйка какая ты...

Настя услышала голоса так отчетливо, что никак не могла соврать себе, что это ей только показалось.

- Кто здесь?! - она почти крикнула.

- Ой!!! Ой!!! Ой!!!

От ее крика произошло какое-то непонятное движение. Она осознала только, что очень напугала кого-то, да у нее и самой сердце билось так сильно...

Те, кто говорили, а теперь ойкали - понятно было, что это какие-то маленькие существа и что они наверху. Настя и не сразу сообразила кто это.

А потом поняла. Мыши! Летучие мыши!

Но не могли же они разговаривать?!

- Не кричи, не кричи так больше! - снова эти тоненькие голоса.

Настя замерла. Не могли-то не могли, но судя по всему, это именно они и разговаривали. Но как это? Ведь она и раньше когда-то заходила в эту сарайку, но никогда и никого тут не слышала. Знала только, что баба Аня вроде как разговаривает с кем-то во дворе и сарайке, но всегда думала, что с курами.

А тут... Мыши! Не бывает так, что за чудо?

Оказалось, что вполне бывает и это не чудо, только не со всеми они разговаривают. Мыши ей быстро объяснили всё - никакие они не волшебные, живут они здесь давно и с хозяйкой вполне ладили, и даже помогали ей. И пусть она, Настя, их тоже не обижает. Ведь не обидит же? Она же не чужая, а хозяйкина внучка.

Что хозяйки не стало, мыши знали и грустили об этом. Но тут же выдали Насте, что все равно всё будет хорошо, потому что Настя теперь новой хозяйкой будет - и травами заниматься и их, мышей, не обижать.

Настя вернулась в дом, сидела перед телевизором, звук которого был сильно убавлен, гладила Мурзю и думала о том, что Мурзя-то, наверно, тоже разговаривает, раз уж мыши... И много чего в бабулином доме было странного, чего Настя, может быть, и не знала.

Мурзя, однако, разговаривать отказывалась, только пела свои песни. Ох и мурлыка...

Настя почувствовала, как ее клонит и клонит в сон и решила, что завтра она точно зайдет в ту сарайку, и все ей, наверно, примерещилось.

Назавтра оказалось, что ничего не примерещилось, мыши снова разговаривали с ней. Так было почти каждый день, если Настя заходила туда. Она уже ничему особенно не удивлялась - Мишино, и впрямь, всегда ей казалась какой-то немного сказочной деревенькой, да и бабуля была человеком непростым.

Мышам она как-то сказала, что жить все равно здесь не будет и ближе к осени уедет в город, а может, даже раньше, если найдутся покупатели на дом. Мыши долго ойкали, выслушав все это, а потом заявили, что Настя здесь останется, только ей надо своих мышат завести.

"Кого?" - спросила Настя.

Оказалось, детишек. Настя только посмеялась и сказала, что для этого ей "мышь" нужен - большой, человеческий. А такого у нее нет.

Мыши обещали помышить над этим.

Чего они там могли "помышить" - Настя не знала. Она сама теперь старалась меньше думать о говорящих созданиях. Ничего волшебного, кроме этой способности, в них, и впрямь, не было - мыши как мыши.

Настя занималась своими делами и небольшим огородиком, который успела засадить бабуля - так шли дни. Мама звонила и говорила, что покупатели пока не нашлись, и интересовалась, не надоело ли Насте жить в деревне, а то она переживает - как там дочь одна.

Насте не надоедало, жизнь в бабулином доме была спокойная, размеренная, уютная, и Настя даже радовалась, что покупателей всё нет. Хоть бы пока и не было. Может, родители все же захотят оставить дом себе, а городскую дачу продать, вот это было бы как раз несложно. Здесь, в деревне, лучше, а доехать можно и на машине.

Переполох случился как-то внезапно. Шум Настя услышала прямо из дома и тут же выбежала.

Причина переполоха валялся тут же - около немного покореженного велосипеда.

Ну и рана... А кровищи-то! Настя метнулась в дом и прибежала со всем необходимым. Раны она обрабатывать умела. Только бы не перелом.

Парень пытался встать, но она запретила и велела соседкам наблюдать за ним - чтобы не двигался, пока она в дом бегала. После обработки раны она поняла, что перелома никакого нет, но парня надо как-то доставить в фельдшерский пункт. Пришлось это делать, конечно, ей, кому еще-то. Парень боялся только, что перемажет ей всю машину. Настя, чтобы подбодрить его, пошутила, что не для этого она рану бинтовала.

В пункте рану еще раз осмотрела местная сестрица и сказала, что швы не нужны - порез, хотя и длинный, но не очень глубокий, нужно только обрабатывать рану, менять повязку, ну и покой желателен на несколько дней.

Настя задумалась над тем, что придется ей парня в город отвезти. Ну надо же, детина такой, а все на "лисапеде" катается, и зачем?

Выяснилось, что парень - художник, но вовсе не живописные места подыскивал для "натуры". Искатель. Хобби у него.

- Черный копатель? - поинтересовалась Настя.

- Нет. Клады ищу, - угрюмо пояснил парень.

"Дурак, что ли", - подумала Настя, но это ее занимало сейчас меньше. Куда этого кладоискателя пристроить - вот в чем вопрос. Прямо сейчас в город везти вместе с его драндулетом? Или завтра? Тогда где его на ночь пристраивать, парень-то не местный.

Сергей, а имя он давно сказал, выразил желание остаться на какое-то время в Мишино и спросил - а не сдаст ли ему кто угол.

Ну и кто тут угол мог сдать? Таким здесь вроде не занимались.

Настя мысленно пробежалась по соседям - кто бы мог пустить его?

Сергей тем временем поинтересовался, не сдаст ли ему "угол" сама Настя, он заплатит, человек он мирный, к тому же - раненый, так что его можно не опасаться. Или муж против будет?

- Само собой, будет против, - тут же ответила Настя.

Вот только в доме ей как раз и не хватало какого-то заезжего авантюриста. Однако авантюриста пришлось везти пока к себе, не на улицу же его выбрасывать. Настя прошлась по соседям, поинтересовалась - не пустит ли кто парня к себе. Желающих не находилось.

Вернувшись домой, Настя сообщила ему, что придется в город его везти - негде тут остановиться, не пускает никто.

Сергей тут же начал изображать страшные боли и сказал, что хоть режь его - не поедет никуда.

Пришлось оставлять паразита. Настя только сказала, что если боли у Сергея внезапно ночью пройдут, а хотюнчики начнутся, тогда он наверняка завтра в больницу и попадет.

Сергей вел себя смирно и на следующий день также стал просить оставить его, и совал Насте какие-то деньги - "за постой".

Деньги Настя взяла - только на продукты, но кое-что ее заинтересовало. Сергей рассказал, что раньше был в Мишино, и делать, в общем-то, ему здесь было нечего, но накануне ему приснился странный сон, а в том сне - мыши.

- Так-так, - сказала Настя, - вот поподробнее, пожалуйста.

Сергей с удовольствием и рассказал, что во сне видел мышей - довольно милых, небольших, и те говорили: езжай, мол, Серега, в Мышино, там тебе клад будет. Хотя они так и говорили - в Мышино, Сергей понял, что они имеют в виду Мишино, потому что никакого Мышино он не знал. Вот он и приехал. А вместо клада - навернулся на скрытый в траве корень. И хорошо навернулся, мало что голову не пробил.

- Насть, не гони меня, а? Вот нога заживет - я точно клад найду. Жизнь такая будет... - Серега мечтательно закатил глаза. - Вот чувствую просто - это был вещий сон!

- А что, так-то работать совсем не хочется? - смеялась Настя. - Один раз найти клад - и сибаритствуй всю жизнь. А ты ж говорил, что художник? Или так - бездарь обыкновенный?

Серега обиделся и тут же попросил лист ватмана.

Ага, у нее же ватмана здесь - завались!

Но как ни странно, подходящий материал нашелся - старый плакат, их хранилось несколько у бабули в кладовке.

Сергей деловито разделил плакат на части, вытребовал у Насти простые карандаши - все, какие только были в доме, ему почему-то требовалось несколько - и изобразил Настин портрет.

- Вот, хозяйка, готово!

"Ну что ж, - сказала Настя, - будет вместо платы за проживание".

Когда нога поджила, Сергей какое-то время шарашился около деревни - клад всё искал, только не нашел ни шиша.

А потом сказал, что понял, это она, Настя - клад и есть.

Настя снова пообещала устроить Серегу в больницу с травмами средней и большей тяжести, да только и сама уже понимала, что Сергей тоже нравится ей.

Быстро сказка сказывается, да не скоро дело делается.

Живут в деревне Мишино Настя да Сергей, а вот не так давно родился у них сынок - новый житель Мишино. И назвали они его Михаилом.

Настя работает на удаленке, тем более что интернет неплохо ловится, да занимается травами. Вспомнила она, чему бабуля ее учила, оказывается, успела научить ой как многому. Да и интернет ей в помощь, кое-что про местную флору Настя узнала и оттуда.

А Сергей. Все еще пытается найти клад. Но в основном, работает учителем в соседнем селе и хозяйством занимается, дом-то все же хозяина требует.

Мыши живут своей жизнью и Насте с Сергеем не мешают, как и те - им. Мурзя жива-здорова и рада, что не пришлось приучаться к городскому лотку.

А подружка Насти, Вероника, вместе со своим мужем так и не переехали в город, живут пока в Мишино. А может, и совсем не переедут. Завела Вероника видеоблог и рассказывает, как хорошо в деревне жить.

А ведь, и правда, неплохо!