За тобой пойду

От нахлынувшей тоски дыхание перехватывало в груди, но девушка лишь крепче стискивала зубы.

Оставался за спиной родной дом, окруженный старыми разлапистыми елями. Еще совсем недавно, она беззаботно пряталась под  этими ветвями от строгой бабушки, что стояла у избы и сердито грозилась прутиком. Осталось позади крылечко, где она любила сидеть, провожая закатное солнце. Раскидистая сирень у тропы, каждую весну наполнявшая двор нежным ароматом. Ручей, друг детства, весело бегущий меж кустов и дальше превращающийся в полноводную спокойную Мирку.

Оставалось позади все, что она когда-то любила, лишь темные окна тоскливо смотрели ей вслед. Скоро весна окончательно уступит свои права. И своё двадцатое лето встретит она в чужих краях.

Я вернусь за тобой.

Лес будто чуял, прощался. Зацепился веткой, словно удержать пытался. Ветер пробежал по верхушкам, тронул молодую траву и ласково погладил её по щеке. Сморгнула выступившие слёзы. Провела рукой по шершавой коре старой березы, приникла лбом к стволу. Зашептала что-то, с лесом прощаясь.

Обернулась на избу, уже почти полностью скрывшуюся за густым лесом, медленно поклонилась. И развернувшись, быстрым шагом пошла прочь, больше не оглядываясь.

***

Он был красив. Высокий лоб, ровный прямой нос, волнистые тёмные  волосы, перехваченные  на лбу очельем. Широкий разворот плеч, бугристые мыщцы, которые были видны и сквозь плотную холщевую рубаху.

И взгляд. Острый, пронизывающий взгляд ярко-синих глаз. Он появился ранней весной, словно ниоткуда, замерев на краю поляны и рассматривая худенькую девушку, вышедшую из избы. Не подходил ближе, чтобы не напугать.

На его губах дрогнула улыбка.

- Здравия тебе, девица. Ищу я ведьму местную, люди знающие послали.

Склонив голову набок, девушка пристально разглядывала незнакомца. Чужак. Она всех знает в ближайших деревнях, а этот верно, из самого Дора. Да и говор не местный, такой она раз слышала у старика, с севера прибывшего. И что этот чужак забыл в глухом Велеранском лесу?

- И тебе здравия, северянин.  Зачем ведьма тебе? - прищурилась она, внимательно наблюдая за мужчиной.

- Имя мое Яровит, сын Белимира, князь земель Арконских.

- Князь? - насмешливо усмехнулась девушка, окидывая красноречивым взглядом мужчину.

Простая рубаха, видно давно ношеная, рваный плащ, такой для тепла только, да защита от непогоды. У дружинников их князя плащи и то богаче будут.  Сапоги, похожие носят мужики из деревни. Вот только рукоять меча, выглядывающий из-за спины казалась слишком богато отделанной. Девушка не особо разбиралась в оружие, но было видно, с таким мечом простые служители не ходят.

- Князь, - уязвленно вскинул подбородок Яровит, сверкнув очами.

Какие же  синие у него глаза, будто сияют.

- Не серчай, князь, -  со смешком в голосе девушка подняла ладони в примиряющем жесте. - Не часто на пороге моей избы я князей встречаю.

- Совсем в тебе страха нет, в глухом лесу в одиночку над мужчиной насмехаться, - Яровит медленно покачал головой. - Стало быть, ты и есть Верея.

Все еще улыбаясь, девушка кивнула.

- С чем пришёл? Что понадобилось?

- Думал, постарше ведьма будет,  - князь разглядывал стоящую перед ним молодую девушку с толстой, пшеничного цвета косой. - Серьёзное дело.

- Так говори, не томи.

- На пороге не говорят о таком, - укорил он её в отсутствии гостеприимства.

Верея недовольно качнула головой. Одно дело путники, гости - боги обязывают привечать их. Но когда ты ведьма и порой просящие один за одним идут, тут уже не до гостеприимства. Рукой махнула в сторону лавки, стоящей под небольшим навесом недалеко от журчащего ручья.

- Говори, - Верея первой опустилась и теперь выжидательно смотрела на гостя.

Яровит, чуть помедлив, сел рядом. Движения его были не торопливые, но в каждом жесте казалось, сквозила уверенность и сила. Видно, и правду князь. На деревенских мужиков вообще не похож.

- Человек один, друг мой,  болен. Отравлен. Спасти его хочу, помощи ищу.

- Чем отравлен? - деловито поинтересовалась ведьма, тут же вспоминая все противоядия, что остались с того года.

- Чёрной Пылью, - сказал Яровит и замер, ожидая реакции девушки.

- Чем?! Черной Пылью? - Верея подскочила на лавке, ошарашено распахнув и без того большие глаза.

- Я знаю, способ есть.

- Черная Пыль это не обычный яд! Это скорее проклятие, чем отравление! Сколько ему жить оставил отравитель?

- До лета. Хотел, чтобы он мучился как можно дольше.

- За что же его так? - растерянно спросила девушка. - Это не простое заклятие. Сложное и опасное. Что же друг твой натворил, что его на такую смерть обрекли?

- Не всегда надо что-то натворить, чтобы недруги на подобное решились. Не простой человек он, правитель земель лужских.

- Не просто снять это заклятие, - задумчиво покачала головой Верея. - Очень непросто...

- Я дам тебе, все, что захочешь! - пообещал Яровит, видя её раздумья. - Только спаси его. После, я верну себе земли и вознагражу тебя.

- Почему ты пришёл ко мне? – недоверчиво покосилась на него девушка. - На севере нет ведьм?

- Мне нет доступа на север. Пока нет.

Верея молчала, раздумывая. Слишком сложное заклятие, много сил уйдет на изготовление противоядия. Да и поможет ли оно? Видать чем-то сильно этот друг насолил, что отравитель, собой рискуя, такой способ выбрал. Чуть ошибешься – и сам подвергнешься заклятию. Оттого, Черную Пыль использовали редко. Очень редко.

При проклятии называлась дата смерти – кто-то давал отмучиться недолго, а кто-то желал как можно дольше видеть страдания врага. И обреченный каждый миг терзался невыносимой болью, моля близких о смерти, да ничего его взять уж боле не может. Никакой яд не действует, никакой меч не возьмет – они просто отскакивают.  Такой смерти никому не пожелаешь. Верею передернуло.

Возможно, если покопаться в бабкиных книгах, она и найдет способ. Да и сил, возможно хватит. А если нет? Девушка, наморщив нос,  в сомнении качнула головой.

- Меня родной брат предал, - тяжело заговорил Яровит, отвернувшись от девушки и наблюдая,  как веселый ручей, искрясь, теряется меж старых елей.  -  В одной из схваток с велеранскими войсками я был тяжело ранен. В бреду две седмицы пробыл, все думали, не выкарабкаюсь. В это время младший брат Трислав одлость замыслил. Обманом заманил и перебил верных мне людей, захватив власть в Арконе. Когда я пришёл в себя, наш лекарь, что служил еще моему батюшке, помог мне бежать. После болезни я был еще слаб, не смог бы выстоять против брата.  Лишь у одного своего старого друга я мог просить помощи. У Азорота, правителя Лужского княжества. Но когда я добрался до него, оказалось, что кто-то уже успел наслать Чёрную Пыль. Все, что я мог узнать, что жить ему осталось до лета. Тогда я пообещал, что помогу.

- А ко мне как попал? До Лужского княжества далеко.

- После я отправился в Южные горы, к тайорцам. Пытался договориться с ними. Они сильны, летают на драконах и могли бы мне помочь.

Велеранский лес находился к западу от Южных гор, стоило выйти на опушку – как взгляд упирался в крутые холмы, почти сразу же переходившие в грубые каменные пики. Именно там жили тайорцы, единственное племя, что смогло приручить драконов. Деревенские не боялись драконов – их хозяева научили ящеров не трогать людей – но ужасно злились и костерили тайорцев на чем свет стоит. Ведь пропитание их питомцы искали среди скота, что принадлежали ближайшим деревням.

Верея порой ходила в горы, разыскивая целебные травы, и всегда с восторгом замирала, как только солнце закрывала тень от мощных крыльев.  В эти моменты она вскидывала голову, пытаясь разглядеть бесстрашных наездников - но летали они очень высоко, и тайорцев видно не было.

Они очень редко спускались в деревню. Лишь раз один из них, черноволосый стройный юноша пришел к ней, ища лекарства от хвори, что напала на их селение. Подбирая нужные   травы, девушка украдкой разглядывала парня - смуглая  кожа, светлые глаза -  он держался так уверенно и свободно, будто живет не среди гор, а в соседней деревне.

- И как бы драконы помогли тебе вылечить друга? - не поняла девушка.

- С их помощью я вернул бы свои земли. Но, а после, конечно, нашёл бы способ спасти Азорота, - торопливо добавил Яровит.

- Вот как. 

- Тайорцы наотрез отказали помогать, но посоветовали сильную ведьму, слава о которой по всей округе идёт.  Тебя. В мире все меньше ведьм становится, а тут меня, видно сами боги, направили к тебе. Видишь, я честен с тобой. И я хочу справедливости.

Справедливости, говоришь. Верея задержала на нем долгий задумчивый взгляд.

- Я помогу тебе.

Весна была ранней в этом году. Лёд на озере почти растаял, на чёрной мокрой земле проклюнулись первые желтые цветы. Верея, с утра выйдя за свежей водой, нарвала маленький букет и теперь бережно несла его избу.

 Бабушка не любила, когда она от прихоти  рвала растения.

- Все живое и все жить хочет. Нет нужды тебе, так не бери лишнего.

Но девушка все равно собирала первые цветы.  Они будто солнце привечают. И на душе сразу становилось светлее и не так одиноко. После смерти бабушки совсем одна осталась. А так маленькая радость.

Возвращаясь, увидела, как Яровит ловко орудует топором.
Девушка ухмыльнулась. Думала ли когда, что князь арконский ей дрова колоть станет?

Вчерашним вечером, уложив мужчину спать в сенях, она до ночи просидела на полу перед большим сундуком, бережно доставая колдовские книги, доставшиеся еще от бабушки. Огонек свечи потрескивал, гоняя тени по стенам. А девушка усердно вчитывалась в пожелтевшие страницы, ища способ справиться с Черной Пылью. 

Нашла.

И призадумалась.

- Не быстрое это дело, снять заклятие Чёрной Пыли. Три недели готовить зелье буду, - сжимая в руках букетик, Верея остановилась около Яровита.

Мужчина выпрямился, откладывая очередное полено и вытирая рукавом пот со лба.

- Помочь смогу чем?

- Только этим, - она обвела рукой дрова. – Если что потребуется, так скажу.

Яровит проводил взглядом девушку, вернувшуюся в избу. Молода совсем. Сможет ли? Да и выбора-то больше нет, мужчина в сердцах ударил по крупному полену. И друзей не осталось.

В Аркон нельзя сейчас соваться без войска. Князь Дора отказался помогать, сказав, что Велеран то и дело набеги совершает, самому люди нужны. И добавил, противно усмехнувшись, что ему не разницы, с каким князем дело вести, лишь бы разумный был, да дела велись. А о Триславе и плохого ничего сказать не может. «А власть, - ехидно добавил, - слабых не любит».

Только и остается, что здесь, в Велеранских землях искать помощи. Но, а с ведьмой дружить стоит. Пригодится.

Весь день Верея перебирала свои запасы, подбирая ингредиенты для противоядия. Большой список, много чего понадобится. Наморщив чистый лоб, она сосредоточенно перекладывала травы, переставляла пузырьки и склянки, не заметила, как и вечер наступил. Ахнула, вспомнив про князя и торопливо все убрав, поспешила вечерю приготовить. Сноровисто захлопотала у печи, и вскоре избу заполнил приятный аромат мясной похлебки.

Князя она нашла купающимся в ручье. Мужчина, по пояс оголившись, зачерпывал мощными пригоршнями ледяную воду. Мыщцы плавно перетекали под кожей, с мокрых волос стекали струйки на загорелую  грудь. Ох, красив. Яровит, заметив на себе  любопытный взгляд девушки, приосанился, разводя и без того широкие плечи. Верея лишь фыркнула, отворачиваясь.

- Иди вечерять, - позвала она князя, уходя.

Вскоре князь, пригнув голову, вошёл в избу, оглядывая не богатое убранство. Приятно пахло травами от развешенных вдоль стен пучков трав. Широкая лавка у печи, чуть поодаль ещё одна. Длинный стол у единственного окошка, несколько полок. Вчера и не рассмотрел толком жилье ведьмы, зато сейчас ни одна деталь от взгляда не схоронилась.

И девушка, что хозяйничала, накрывая на стол. Красивая, украдкой разглядывал ее мужчина. Ерничает порой, смущение свое перед ним скрывая.  А когда думает, что не видит, нежная улыбка на губах играет.

- У нас на севере говорят, что ведьмы чеснока опасаются, - Яровит кивнул на пучки чеснока, что свисали над окном.

- Чего еще мы должны бояться? – фыркнула девушка, ставя на стол свежий каравай.

- Вам виднее, - улыбнулся мужчина.

- Чушь все это.

В первую ночь, ночуя в логове ведьмы, Яровит собран был, ожидая если не чертей, скачущих по крыше, то хотя бы домового, что черным котом оборачивается. А сейчас перед ним сидела просто девушка, с виду можно сказать и обычная, даже не заприметишь, что она дружбу с духами водит.

Следующим днем Яровит  наблюдал, как сразу несколько человек пришли к ведьме. Они косились на него любопытно, но расспрашивать девушку, что же за мужчина у нее в гостях не решились. А Верея и не спешила просвещать никого. Внимательно выслушала деревенских, скоро нашла нужные сборы.

- Жена моя, рожать скоро будет, - невысокий мужичок, прижав рукой шапку к груди, молящее смотрел на ведьму.

- Я помню, Никонир. Приду, - кивнула девушка.

Роды не простые обещаются, оттого он и пришел просить. Долгожданный ребенок – как чудо. Беспокоится теперь, пылинки с жены беременной сдувает. Когда-нибудь и у нее будет малыш. Верея зачем-то бросила быстрый взгляд на князя, что находился неподалеку. И сама смутилась, отвернулась тут же.

Благодарствуя, оставили корзины, полные снеди и ушли торопливо. Ведьма она и есть ведьма, с ней не задружишь.

«И не надо мне ничьей дружбы», - подумала про себя девушка, пожимая плечами. К чему?

Яровит видел, как взгрустнувшая ведьма, подхватив корзины,  прошла в избу. Не дело это, нахмурился князь, направляясь вслед.  Может, помощь нужна ей, или просто утешить.

А девушка, поставив снедь на лавку,  первым делом направилась к небольшой корзинке, стоявшей в дальнем углу комнаты. Осторожно приподняла край тоненького полотенчика. Внутри сразу же недовольно зашевелилась большая жаба, потревожив  маленького  ящера с небольшими крыльями и петушиным клювом, что сидел у нее под боком. Он появился на свет совсем недавно, и девушка не решалась лишний раз тревожить малыша, лишь изредка подкармливала и его, и его непутевую мамашу, что все пыталась сбежать, жирными мухами. И сейчас, подвинув в сторону, заметно исхудавшую жабу, Верея радостно заметила, как ее новый питомец вполне осознанно смотрит на нее круглыми петушиными глазками.  Уже можно и на улицу вынести, солнышку показать.

Позади скрипнули половицы.

- Верея, -  тихонько позвал Яровит.

Но заметив, что девушка не оборачивается, подошел ближе, заглядывая через её плечо.

- Это... - брови мужчины ошарашено  поползли вверх. - Это же...  василиск!

- Да, - с улыбкой кивнула Верея, бережно беря в руки маленького василиска.

Детёныш пискнул и уткнулся коротким клювом в её тёплые пальцы.

- Он не опасен, мал ещё. Нет в нем яда.

- И куда ты его? - нахмурился Яровит. - Это сейчас он не опасен. А потом?

- Если василиску волю дать, он опасен для человека будет. А если обучить, то не тронет людей, будет охотиться только на того, кого ты ему укажешь, - девушка нежно поглаживала детёныша по чешуйчатой спине. - Недалеко, на западе есть множество озер, их зовут Русалочьими. Испокон веков там русалки жили. Но сейчас они полезли все дальше, на людей из ближайших деревень нападать стали. И не приструнишь ведь. Как подрастет, обучу василиска охотиться на русалок. На границе стоять будет, деревни защищать.

Яровит хмыкнул с улыбкой, с интересом на зверька поглядывая.

- Получится у тебя?

- Разумеется, - уверенно кивнула Верея. - И...

Девушка обернулась на мужчину и наткнулась на внимательный взгляд синих глаз. В горле сразу пересохло, а рука, поглаживающая детеныша, замерла.

- Как же тебе удалось его заполучить? - хриплым голосом, не отрывая взгляда от её лица, спросил Яровит.

- Он из яйца, высиженного жабой, - почему-то шепотом ответила девушка, будто утопая в синем омуте.

- Ой! - Верея поспешно посмотрела на василиска, потерла укушенный палец. Тот сердито помахивал своим коротким хвостиком и ещё раз укусил девушку. - Чего ты? Голодный? Ну, пойдём, покормлю тебя.

Князь наблюдал, как девушка ласково, по-матерински что-то приговаривая змеенышу, вышла с ним на улицу.

Верея, возвращалась из деревни – роды у жены Никонира начались рано. Но ведьма подоспела вовремя. Взяла роженицу за руку и, глядя в осоловевшие глаза, зашептала, позвала духов природы. Пришли, окружили, защитили. Предки там уже стояли, жизнь новую оберегая.

На многих родах она была, бабушку свою, старую ведьму, везде сопровождала. И сейчас справилась. Хорошо надо будет предков отблагодарить. Помогли, не дали жизни молодой мир наш покинуть.

С нежеланием попрощавшись с мыслями о теплом беззащитном комочке, что совсем недавно она держала в руках, девушка задумалась о снятии заклятия. 

Список ингредиентов для зелья от Черной Пыли хоть и был велик, но многое у ведьмы было припасено. Как и чешуя дракона, бережно хранимая в банке. Тайорец, что приходил за помощью к ней, расплатился. Для него пустяк чешую достать, а для нее богатство.

Основной момент заключался в проведении обряда – напитывании ведьминской силой этого зелья. Необходимо было отдать все силы полностью. Они, конечно, восстановятся, но будет плохо. Очень. И если вложенных сил будет достаточно, то человек излечится, а если нет, то, как бы и ведьму следом не утащило.

Вернувшись, девушка сразу же направилась к василиску. Он уже вовсю крутился вокруг жабы, играя и клюя ее крепким клювиком. Та сидела неподвижно, нахохлившись, терпеливо прикрывала уставшие глаза.

- Отпустить тебя можно, измучилась совсем, - Верея осторожно взяла корзинку и вышла с ней из избы.

Она высадила жабу на землю, и сидя на крыльце с ящером на руках наблюдала, как его мамаша торопливо, явно с большим облегчением ускакала в сторону ручья.

- Назову тебя Иск. Тебе нравится? – она опустила малыша в траву и с умилением наблюдала, как ящер неловко пытается клюнуть комара, кружившего над ним.

Яровит, закончив чинить крышу на маленькой баньке, сел на ступеньки рядом с девушкой. Не княжеское все-таки дело крыши латать, но лучше так, чем никак.

- Сегодня ночью пойдем за разрыв-травой, - сказала Верея, продолжая наблюдать за неуклюжей охотой василиска. – Готов будь, опасно там. Меч твой может понадобиться.

Яровит кивнул и, наклонившись, протянул руку ящеру, слегка задев при этом плечо девушки. Верея замерла, затаив дыхание.  Она по-прежнему не поднимала глаз на него. Почему-то при взгляде на Яровита сердце начинало колотиться как бешеное, а сама девушка краснела и терялась. Лицо мужчины в эти моменты украшала самодовольная улыбка, на которую Верея лишь фыркала и злилась на саму себя.

«Уйдет он. Скоро уйдет», -  уговаривала саму себя, но сердце не слушало, щемило тоской и нежностью.  А по ночам, слушая в сенях скрип лавки, на которой спал Яровит, на глаза отчего-то наворачивались слезы. «Глупости все. Уйдет он».

Разрыв-трава росла в единственном месте – на берегу подземного озера. Вход туда был совсем недалеко – через несколько сот шагов начиналась пещера. Для обычного человека она обрывалась тупиком, но для ведьмы не было преграды.

Она шла первой, чувствуя на себе пристальный взгляд Яровита. Вышли по сумеркам, чтобы в темноте не блуждать и вскоре уже стояли перед каменной кручей с чернеющим входом пещеры. Ведьма взмахнула рукой, и перед ней задрожал огонек, мягко освящая каменистые своды. Мужчина усмехнулся про себя. Огонь сотворить не всякая ведьма способна, а для Вереи, будто мелочь незначительная.

Девушка пошла вперед легко и уверенно, явно не раз здесь бывала. Ход был довольно узким, на одного человека и не очень длинным. Когда перед ними встала стена, проход обрубая, Яровит нахмурился, ища в полумраке продолжение пути. Но Верея, словно так и должно быть, что-то зашептала, провела рукой по острым камням.

Князь не поверил глазам своим, заморгал часто, пытаясь морок колдовской скинуть. Стена расступилась, развеялась, будто ее и не было. А девушка не оглядываясь, уверенно продолжила свой путь. Пещера вела вниз, иногда тропа была довольно крутой, а когда вдалеке послышались гулко капающие капли воды, Верея замедлила шаг, впервые обернувшись к мужчине.

- Скоро будет поворот, там и до озера недалече.

Яровит скептично наблюдал, как в ее руке показалась небольшая плеть. В темноте он его плохо разглядел, но на вид оружие было совсем не примечательным.

- Огонек придется потушить, чтобы не заметили, - взмах руки и пещеру заполнила темнота.

Но темнота, как пригляделся Яровит, была не полная – казалось, от самих камней исходит бледно-голубой свет. Присмотревшись, мужчина разглядел мелких светлячков, покрывавших стены пещеры.

- Как же ты раньше одна  ходила? – только и спросил он.

- Есть несколько ночей в году, когда можно пройти безбоязненно. Но время поджимает, ближайшая ночь только летом будет. А запасов разрыв-травы у меня не осталось,  - шепотом ответила девушка, продолжая идти вперед.

- Кто здесь может быть?

- Чудь живет. Чужих они не любят. Я пыталась договориться с ними, но они и слушать ничего не хотят.

- Дай я первым пойду, - отодвинул ее в сторону Яровит, проходя первым. – Мало ли.

Верея перечить не стала, лишь улыбнулась про себя. Она и сама бы справилась, но что говорить, такая забота была приятна.

Яровит обнажил меч,  медленно двигаясь и прислушиваясь к каждому звуку.  Позади тихонько ступала ведьма, порой в темноте легонько касаясь его спины, и тут же торопливо отступала назад.

Было тихо, лишь все также мерно капала вода. Ход свернул вправо и резко ушел вниз. Камни под ногами стали мокрыми, скользкими.

Сзади пискнула Верея, резко врезавшись в спину.

- Извини, - повинилась она, - скользко. Озеро скоро уже.

Ход действительно начал расширяться и неожиданно закончился, открывая вид на небольшое  круглое озеро. Высокий свод пещеры будто был весь усеян светлячками – от  него исходил ровный сильный свет. А сама вода казалось, была наполнена каким-то молочным сиянием.

Озираясь по сторонам, Верея вынырнула из-за Яровита и торопливо подбежала ближе к воде. Опустилась на колени и положила ладони на каменистую землю,  прося у духов разрешения. После открыла свою сумку, достала хлеб, оставляя подношение.  И принялась поспешно рвать мелкую неприметную траву.

Тишину подземного озера нарушала лишь гулко капающая вода, эхом отражаясь от каменного свода.

Яровит настороженно  повел головой, улавливая в темноте, на той стороне озера смутное движение.

- Они здесь, - сказал вполголоса, надеясь, что народ чуди их еще не заприметил.

Девушка вскинула голову и тут же опустила ее назад, лихорадочно дорывая траву. Еще немного!

На той стороне озера послышался удивленный вскрик. После раздался чей-то яростный возглас, и под ноги Яровиту приземлилась короткая стрела, воткнувшись в землю меж камней.

Мягкое сияние озера осветило людей, что ринулись к ним. Их было много, несколько десятков. И они все прибывали и прибывали, нарушая тишину гневными окриками.

- Быстрее, Верея! – уже не скрываясь, крикнул Яровит, прикидывая, как скоро чудь доберется до них.

- Верея!

- Иду! – ведьма вскочила, и на ходу застегивая сумку, бросилась к мужчине.

- Беги, я следом!

Девушка подобрала платье и юрко нырнула в проход. Поскользнулась, упала, больно раздирая коленку об острую каменную крошку. Мужская рука рывком подняла за локоть:

- Давай, надо поторопиться.

Она неслась вперед, боясь оглянуться, скользила, чувствуя, как сильные руки придерживают, не дают упасть. Топот  и крики за ними становились все ближе и громче.

Дыхание вырывалось с хрипами, в боку кололо. Верея, придерживая прыгающую по бедрам сумку, со страхом прислушивалась к чуди, вот-вот ожидая нападения.

Вжикнул топор, высекая искры в каменной стене. Девушка вскрикнула, вжимая голову в плечи и ускоряясь. Яровит замедлился, подбирая его, и со злобным криком метнул назад. Позади чавкнуло, раздался вопль боли и после еще более яростные крики догонявших.

Верея на ходу взмахнула рукой, запуская впереди себя несколько огней, ярко освещавших дорогу.

Позади раздалось радостное ликование, а перед ними неожиданно выросла каменная стена.   Яровит, остановился, разворачиваясь лицом к хозяевам этого места.

- Открывай, я задержу их, - в проходе было тесно и размахнуться, как следует, не удавалось.

Они были невысокие. На голову ниже Вереи, но шире раза в два. Белые волосы, взлохмаченные и переплетенные лентами, лежали на крепких плечах. Глаза были прозрачными, будто совсем белыми, не зря их называли белоглазой чудью. Яровиту прежде не приходилось сталкиваться с ними, доводилось лишь слышать рассказы о подземном народе.

Первого нападавшего Яровит сразил мечом, забрызгав кровью стены хода. Перепрыгнув через поверженного, следующий чудь замахнулся топор, но князь оказался быстрее.

Верея, не оборачиваясь, судорожно водила по камням рукой и  лихорадочно шептала заветные слова. Когда проход открылся, девушка развернулась к мужчине, доставая плеть.

Яровит краем глаза уловил, как девушка свистнула плетью, и вместо кожаных плетей взметнулось  яркое пламя. Она взмахнула еще раз, направляя оружие в сторону подземного народа. Огонь рассыпался ворохом искр прямо перед искаженными злостью лицами, ослепил,  заставил отпрянуть.

Этих мгновений хватило вдвоем выбежать из пещеры. Их встретила глубокая безлунная ночь, в нос ударил свежий воздух. Верея покачнулась, но тут же быстрым шагом пошла прочь от пещеры.

- Они могут выйти ночью наружу, идем.

- Не стоит бегать, на открытом воздухе я их одолею, - остановился Яровит, самоуверенно выставляя меч перед собой.

- Нет, не зачем. Уходим, - ведьма увлекла мужчину за руку.

За спиной раздавались не столь уверенные  крики, подземный народ  остановился, но вскоре направился вслед за ними.

Яровит спорить с ведьмой не стал, недовольно убрав меч в ножны.

Чудь белоглазая недолго преследовала беглецов, затихла, рассержено переговариваясь.

- Далеко не пойдут.

Верея перешла на шаг, восстанавливая сбитое дыхание. Рассмеялась от облегчения. Проверила траву – не только на зелье хватит, еще и останется. В следующий раз она на озеро сунется только, когда чудь своим богам поклоняться будет – в эти ночи они по домам своим сидят. Ухнула сова где-то, одиноко взвыл волк, затих тут же. В кустах шуршало - ежики, видно, хозяйничают.

- Интересная плеть у тебя, - заметил Яровит, шагающий рядом.

Дыхание его было ровным, размеренным, словно ничего и не случилось, и не было этой сумасшедшей гонки. Хотя, для него, неизвестно в какие переделки попадавшего, это и было пустяком.

- Ага, - буркнула ведьма, не желая признаваться, что плеть эта больше для устрашения, биться ею она не умеет.

Верея взглянула на темное небо. Скоро растущая луна, после полнолуние, тогда и напитает зелье силой.

Возле избы остановилась, собираясь потушить огоньки, что так и летели впереди. Но запнулась, заметив пристальный взгляд Яровита. В красноватых отблеска огня его лицо казалось суровым,  в глазах сверкала решительность. В этот момент он был похож на какого-то героя из бабушкиных сказаний.

- Пойдешь со мной?

Верея не поняла, удивленно разглядывая мужчину.

- В Аркон.

- Ты о чем, князь? – ответила с вызовом, пытаясь за дерзостью скрыть свое волнение. – Ведьму в дом свой зовешь?

Усмехнулась, пытаясь унять колотившееся сердце.

- Зову, - со спокойной улыбкой ответил Яровит. – Как верну свои земли, так приду за тобой.

- Верни сначала, потом и поговорим, - хмыкнула Верея, отворачиваясь.

- Не веришь мне? Думаешь, не справлюсь? – посерьезнел князь.

Расхотелось ей насмехаться.

- Справишься, - улыбнулась тепло и открыто, искренне. - Непременно справишься.

Сидя на берегу ручья, Яровит сосредоточенно водил точильным камнем по лезвию меча и прислушивался к негромкому мелодичному голосу девушки. Песня, простая, немного грустная тихо лилась из избы, наполняя поляну и лес, и заставляя щемить сердце.

В детстве, он всегда замирал, стоило услышать, как его мать, величавая княгиня Изяслава голосом выводит нежную мелодию. Пела она не часто, и в такие моменты, маленький Яровит прокрадывался поближе к светлице и затихал под дверью.

Мать не так давно покинула этот мир, а вскоре ушел и отец. Только он, да Трислав остались.

Когда и почему брат стал таким? Когда предать задумал?

Яровит сам не заметил, как рука остановилась, а взгляд, полный горечи замер на водах ручья.

Может, когда на очередной охоте, еще когда отец был жив, Яровит великодушно не убил загнанного зверя, а дал возможность менее меткому брату это сделать? Но тот лишь яростно вскипел, крикнув, что не нужны ему его подачки.

Или когда приглянувшаяся  Триславу девка, кажется, Любава, не на брата посмотрела, а к нему подошла? Так к нему всегда девки липли, но ее он не трогал, видя, что брат неравнодушен.

Или когда Любава весело хохоча, пообещала поцелуй тому, кто победит в играх молодецких, что ежегодно устраивали в Арконе? Так знала же, что всегда Яровит  побеждал, не тем, что сын княжий, а ловкостью и силой брал. Может и стоило тогда поддаться, когда Трислав с несвойственной ему мольбой взглянул на брата, молчаливо прося уступить ему?

И Яровит даже дрогнул в нерешительности, но потом не дал Триславу обойти себя, выиграл, не поддался.  Он никогда не проигрывал, всегда первым был и из-за какой-то девки слабость показывать? Поднялся тогда Трислав с земли, резко встряхнул ладонями, пыль с рубахи сгоняя и не глядя ни на кого, быстро удалился, грубо отпихнув того, кто на пути встал. Может, надо было остановить? Да все вокруг поздравляли, ликовали, будущим князем гордясь, а Любава ближе всех жалась.

А теперь Трислав княжует в Арконе, а он, словно пес бродячий, в Велеранском лесу застрял. И только ведьма, ничего взамен не требуя, согласилась помочь.

Но когда вернется – а он вернется – пощады ни Триславу, ни кому другому не будет.

- Почему помогаешь? – спросил тихо, не отрывая взгляда от воды,  когда Верея подошла и присела рядом.

- Бабушка говорила, если кто пришел с бедой - помочь обязана. Это Боги его к тебе послали. А я гневить Богов не хочу, - также негромко проговорила девушка, помогая забраться на колени Иску, что пришел следом.

- Тебе понравится в Арконе, - наморщив лоб, Яровит осмотрел темные ели, наклоненные вокруг ручья. – Подобной красоты нигде боле не встретишь, у нас леса богаты на ягоды, а с охоты никогда пустым не возвращались.

- Всякий кулик… - шутливо улыбнулась Верея.

- Плох тот князь, что землю свою не любит, - искоса взглянув на нее, усмехнулся Яровит.

- Я бы очень хотела увидеть твой дом.

Верея погладила по еще мягким чешуйкам Иска, что блаженно развалился на ее коленях.

- Почему наши воины напали на твою землю? – девушка не поднимала головы,  отчего-то ей было стыдно, будто это она лично отдала приказа напасть на земли соседнего княжества.

- Ты не знаешь? - Яровит поморщился.

- Нет. А что?

Он хмыкнул.

- Вам, уважаемая ведьма, следует чаще бывать на людях! – укорил он ее.

Верея пихнула его локтем в бок:

- Так почему?

- У вас же земель плодородных все меньше, Пустошь все занимает, вот князь и мечется, пытается кусок  отхватить. То к нам, то на Дорское княжество заглядывает. А ты совсем не похожа на обычных девиц, - проворчал Яровит, потирая бок.

- Это почему? – не поняла Верея, даже перестав поглаживать Иска, на что тот недовольно завозился и сердито клюнул ее.

- Другая. Свободная. Не задумываешься ни о правилах, ни о нормах.

«Это потому что я их не знаю», - невесело подумала ведьма, вспоминая сетования бабушки, что растет она дикой и не приученной к жизни с людьми.

- Смелая, - продолжил мужчина. – Не каждая бы сунулась в пещеру к чуди.

- Без тебя бы и не сунулась.

Вернее, она как-то попыталась, но ее заметили на подходе, и пришлось как можно быстрее с позором уносить ноги.

- И ты ведьма. Вас мало осталось.

Ведьма. Иной раз она и жалела, что уродилась ведьмой. Ей хотелось бы быть воительницей, странствовать, сражаться.

Как мама.

- Скоро вечерять будем, - произнесла Верея, поднимаясь и направляясь к избе.

Вечер красной пеленой заходящего солнца окутал лес. Стихали птицы, унялся ветер, что весь день заставлял стучать ветки сирени в окно. Иск тихонько сопел в своей корзинке, а Верея подкидывала дрова в костер, пока языки пламени свободно плясать не начали.  Пока месяц в своем начале стоит, травы нужные сжечь надо, а пепел после использовать.

Плотный дым от горящих трав туманом пополз по сторонам, выедая глаза. Ведьма бросала сухую траву в костер, шептала, ходя кругом и не мигая уставившись в костер. В глазах девушки неудержимый огонь горел, и Яровит украдкой встав в стороне не смог отвести взгляда от дикого выражения ее лица.

Но унялся дым, собран был пепел бережно в берестяную коробку, а ведьма все стояла лицом к еще дымившимся углям.

Яровит подошел сзади, его рука коснулась её плеча, легко соскользнула вниз. Синие глаза смотрели недвусмысленно.

Верея развернулась, нахмурилась, качнула головой. Негоже это.  Сделала шаг в сторону.

- Не обижу, - прошептал Яровит, вновь ловя руки девушки.

Наклонился, обжег дыханием, губами прильнул. Верея неловко зарылась пальцами в густые волосы, обняла. Прижатая к груди сильными руками, слышала гулкий стук его сердца.

- Я вернусь за тобой, - хрипло пообещал Яровит, целуя светлую макушку девушки.

Где-то завыли волки. Над лесом взошла полная луна. А они все стояли, наполняя глухую ночь вокруг бессвязным шепотом, нежностью и невинной лаской.

Следующие дни пролетели ветром. Днем Верея ловила горячий взгляд мужчины и смущенно отворачивалась, лишь украдкой позволяя себе любоваться им. А ночью девушка  с грустью поглядывала на темное  небо, смотря, как луна становится все полнее. Скоро. Совсем скоро.

- Сегодня ночью я обряд проведу – зелье силой напитаю. Недолго оно свойства свои сохранять будет, тебе придется поторопиться друга своего им напоить. Завтра с утра и отправляйся, - сказала, а у самой в груди, словно яма пустая разверзлась.

Яровит внимательно ее слушал, прожигая синими глазами.

- И Иска с собой возьми, - сказала, будто часть сердца отрывая.

Брови мужчины взметнулись вверх.

- Верея…

- Возьми, - перебила его. – Он поможет тебе.  Только не дай ему первому нападать на людей. Иск еще мал, учить его надо. Нападет первым на человека  – не отучить больше, убийцей станет. Пусть лишь защищает.

- Верея, это слишком щедрый дар…

- Тебе сейчас нужнее.  Иск скоро яд начнет вырабатывать, но тебя он не тронет. Ты семья для него, он никогда вреда не причинит.

Яровит привлек к себе девушку, обнимая и зарываясь лицом ей в волосы.

И спохватился, отстранился, снимая с руки массивный перстень, с крупным темно-зеленым камнем.

- Возьми. От отца мне досталось. Буду знать,  что мой перстень в твоих руках.  В Аркон невестой привезу.

- Яровит, - никогда ей ничего не дарили  -  Верея смущенно приняла, растерянно рассматривая тяжелое украшение. И пообещала горячо, - Беречь буду.

Кольцо даже с большого пальца легко соскальзывало. И девушка крепко зажала его в кулаке.

- Мне надо обряд провести, - Верея потянулась к мужчине и тут же мягко отстранилась, помня о времени. – Надо успеть до восхода.

Зелье было сварено еще днем, и теперь ведьма держала в руках склянку, наполненную темной, почти черной жидкостью.

Темная ночь казалась, лезла в душу, опустошая. Силы, будто жизнь сама, текла в склянку, зельем наполненную. Верея шептала и шептала слова заветные, раз за разом потоки силы направляя. Руки вскоре задрожали. Тошнота начала подкатывать. Но ведьма лишь слюну вязкую сглатывала и  продолжала зелье напитывать.

«Стоит ли оно того?», - мелькнула мысль на краю сознания. Ведьминская суть не желала с силой расставаться.

Стоит. Он пришел и за друга просит.

Последние капли силы утекли с первыми лучами солнца. Верея, глядя в одну точку, с дурнотой боролась. Перед глазами плыло. Покачнулась. Как непривычно быть слабой.

Медленно вышла из избы и, держась за косяк, глубоко вдохнула. Холодный утренний воздух очистил спутанные мысли,  сил придал. Скоро станет совсем плохо, надо прощаться с Яровитом. Он был уже со своей заплечной сумкой и, увидев ее, пошел на встречу. Верея, пытаясь не показать слабости, спустилась с крыльца. Остановилась, чуть не зажмурилась – ей сейчас и не ясные утренние лучи ярким заревом показались. Подбежал Иск, ласково о ноги потерся.

- Дашь другу своему это выпить, - ведьма протянула меленькую склянку. – Полностью.

Яровит принял зелье, бережно пряча его в карман.

- Береги Иска, - ослабевшей рукой девушка нежно погладила подросшего василиска.

- Конечно, не беспокойся. Ладушка моя…

- Тебе пора, - сказала Верея, борясь с тошнотой и слабостью.

- Как ты? – Яровит нахмурил брови, разглядев неестественную бледность её лица.

- Все нормально. Устала просто, - соврала девушка, отчаянно не желая, чтобы он видел ее в таком состоянии. – Иди.

- Верея, - прощаясь, Яровит крепко прижал ее к себе. – Дрожишь.

- Отдохнуть надо. Все пройдет.

Яровит засомневался, обеспокоенно глядя на девушку.

- Пора, Яровит, - мягко повторила Верея.

Мужчина  все же подхватил свою сумку, закинув ее на плечо, и взяв Иска на руки, поспешил к тому, кто и другом-то не был.

- Я вернусь за тобой. Скоро.

- Я буду ждать, - слабо улыбнулась Верея.

Яровит ушел по еле заметной тропинке ведущей в деревню. Перед тем как скрыться в лесной чаще, обернулся. Улыбнулся и махнул рукой на прощание.

Когда деревья поглотили рослую фигуру князя, Верея всхлипнула и опустилась на землю, тяжело дыша и пытаясь удержать сознание. Как добралась до избы и не помнит, из последних сил забралась на лавку, укрывшись одеялом с головой.  Ее знобило, перед глазами плыло. Домовой, что притих с появлением Яровита, легкой дымкой проявился рядом с ведьмой, с тревогой заглядывая в ее мутные глаза.

- Устала просто, - сама не зная зачем, повторила Верея, уплывая в небытие.

Следующие две седмицы она провела между сном и явью, не видя различий меж ними. Выныривая порой из черного зыбкого кошмара, осматривала мутным взором свою избу, ища Яровита. И сквозь зыбкий сон прислушивалась – не слышно ли голоса дорогого во дворе? Но нет, во дворе было тихо, лишь пичужки лесные посвистывали.

Знала же, что избавиться  от Черной Пыли будет не просто. Хорошо еще, что боги даровали ей много сил ведьминских – не то проклятие и ее следом утащить могло.

Постепенно мгла отступала, и впервые за это время, проснувшись,  девушка обвела избу более ясным взглядом. Сколько же она пролежала – все было покрыто слоем пыли и комната казалось заброшенной и опустевшей. Около нее тут же оказался домовой, укоризненно покачал головой.

- И ради кого это все? – прошуршал хранитель дома.

- Он просил, - голос Вереи был хриплым, каркающим.

Она с трудом села на кровати. Посмотрела на свои исхудавшие дрожащие руки. И легла обратно, тут же уснув.

Проснулась под вечер. Цепляясь за кровать, встала и медленно вышла из избы. В глаза ударило заходящее солнце. Девушка зажмурилась, направляясь к ручью. Сидя на берегу и протянув ноги в ледяную воду, безучастно глядела в бегущие потоки. Когда молодой растущий месяц вышел царствовать на небосклон, только тогда ведьма вернулась в избу.

С каждым днем сил становилось все больше. Верея дальше и дальше уходила в лес, собирая первые весенние травы. Но все делала привычно, машинально. Возвращаясь к избе, быстрым взглядом окидывала двор, ища его. Но встречала  только тишина.

В груди поселилась какая-то пустота, то, что раньше тревожило или радовало – сейчас нисколько не трогало. Она никак не могла понять, отчего это – так повлиял на нее обряд, или же дело в Яровите?

Я вернусь за тобой.

Когда же?

Она старалась приходить домой поздно, чтобы сразу  рухнуть на кровать и тут же уснуть. Но глухая тоска, которую днем гнала от себя трудом, в ночной темноте обрушивалась лавиной. И еще ярче чувствовалось одиночество, заставляя задыхаться  от неутихающих  слез.

А если не вернется?

Верея мотнула головой, отгоняя дурные мысли. Он обещал.

Трудно ему сейчас. Один со всем, врагами окружен.

День был теплый, погожий. Ведьма, переходя от сосны к сосне, набрала почти полный туесок почек. Будет на зиму детишкам деревенским  лекарство от кашля.

Высоко в небе раздался оглушающий рев. Девушка торопливо подняла голову, выходя из-под веток дерева и ища взглядом парящего дракона. В этот раз дракон пролетал не высоко – было видно его светлое чешуйчатое брюхо, ярко отражавшее солнце  и длинный шипастый хвост. Он взревел еще раз, широко взмахнув мощными крыльями, нырнул в облака и резко спикировал вниз, чтобы  тут же молниеносно взмыть еще выше.

Драконы знают, что такое свобода.

Перед ними весь мир как на ладони.

Проснувшись следующим утром, Верея уже знала, что ей делать.

- Я уйду, - прошептала она.

- Уйду, - повторила уже громче, откидывая одеяло и вставая с лавки.