Забрать своё

Глава 1РУСЛАН

Я не хороший. Никогда им не был.

Если на меня взглянуть изнутри, то отторжение самое малое, что можно испытать.

Я бунтарь, нарушитель и заядлый хулиган.

Я в немилости у взрослых. Олицетворение плохиша.

Всегда таким был.

Я не люблю правила, для меня превыше скорость перемен. Двойной обгон. Без тормозов.

Я не загадывал будущее. Куда кривая вывезет, там своё удовольствие и вытяну.

На полную катушку. Так говорят.

Но мало кто пойдёт на ту сторону, за предел мечтаний.

А я перепрыгиваю. Не оглядываясь.

Всегда считал, что в этом заключается вся соль жизни.

Вот он Я.

Вот мои желания.

Вот их исполнение.

И плевать, насколько они запрещённые.

Хочу. И получу.

Хорошие девочки таких обходят стороной.

Всегда было пофиг.

Пока одна из них не оказалась в моих руках.

Девчонка, что в конечном итоге стала для меня целым миром… Моей Мирой.

Мой огонь, что сожгла равнодушие в сердце и обратила в пепел всё остальное.

Только она.

Сколько лет уже прошло, а пламя в груди не угасает ни на секунду.

Память не стирает её лицо. До сих пор слышу её голос, а заливистый смех преследует в самые неподходящие моменты. Помню наощупь её рыжие волосы и запах киви на девичьих руках.

Так не должно быть.

Она заполнила собой всю мою жизнь.

Стала исключительной во всех смыслах.

Быть рядом с ней стало мечтой.

И чёрт возьми… как же зверски её не хватает.

Тот день был солнечным, как и сегодня. Как сейчас помню, стояли с другом у фонтана, и обсуждали планы на вечер. Я склонялся зависнуть у какого-нибудь кента на хате, чтобы избежать очередной лекции от предков, излюбленной темой которых было моё инфантильное поведение. У меня было не самое лучшее настроение и на окружающих я не обращал никакого внимания. И без того хватало поводов для раздражения. Например, то, что отец пригрозил не давать мне деньги, если я не возьмусь за ум и не закрою успешно сессию, а я, как назло, завалил важный экзамен и меня направили на пересдачу.

И эта неудача сулила мне крупные ссоры в семье.

Снова скажут, что я оболтус и природа на мне отдохнула, а вот мой образцовый братец должен служить мне примером для подражания, ведь он такой молодец, всё, за что берётся, превращается в золото.

Как же я ненавидел, когда нас сравнивали.

Умник и дебил. Серьёзный и ветреный. Одна из маминых подруг даже обмолвилась, что Федечку абсолютно точно ждёт блестящее будущее, а я проведу остаток жизни в тюрьме.

Так сильно, как тогда, я ни разу в жизни не угорал.

Вздорная баба.

А всё потому, что Фёдор зубрил учебники, а я шлялся по улицам.

В тот день я тоже не отступил от обычного порядка и околачивался на бульваре, где чаще всего собиралась молодёжь.

Зависнув в телефоне, перекидываясь сообщениями с пацанами, совсем не ожидал, что в моё личное пространство бесцеремонно вторгнутся, да ещё и изрядно собьют с толку.

Не сразу осознал, что угодил в чьи-то объятия. Запутавшись в происходящем, застыл, как вкопанный. Взгляд опустился на рыжую макушку, что прильнула к моей груди, а в нос ударил яркий цитрусовый аромат. Он показался мне таким вкусным, что я неосознанно вдохнул его поглубже.

Переведя глаза на улыбающегося друга, смутно сообразил, что поведение незнакомки было слегка безрассудным. Объятия длились от силы несколько секунд, но для меня время будто растянулось. Это определённо было странным, но я спиной чувствовал мягкое прикосновение женских пальчиков и это доставляло мне неведомое удовольствие.

Никогда не уделял этому внимания, но тогда произошло переключение моих ощущений и возникла чрезмерная чувствительность.

Пока офигевал над своей реакцией, девушка внезапно отстранилась и собиралась уйти, но я сугубо на рефлексах притянул её назад:

— Нет-нет, куда ты?

Мне не хотелось лишаться необъяснимого волнения, так что я всеми способами пытался это продлить.

— Розыгрыш что ли какой? — прошептал незнакомке на ухо.

— Нет, подругам проспорила… — раздался тихий робкий голос где-то в области моей груди.

— От тебя пахнет киви, — позабыв о рамках приличия, провёл носом по её растрепавшимся волосам.

— Я их обожаю, — активно завертелась в моих руках девушка и отступила назад.

И вот тогда я увидел её лицо.

Один взгляд в её зелёные глаза и я полностью в них растворился. А эти веснушки на носу… мой лютый кайф.

И губы… пухлые, чувственные… меня до сих пор бросает в дрожь, насколько же они оказались нежными и сладкими…

— Извините, — покраснела она от смущения и потупила взгляд.

— Что ты! Мне даже понравилось! — расплылся я в улыбке, изумлённо изучая хрупкую фигуру девушки.

Такая маленькая… а какая прозрачная у неё кожа. Все венки видно.

Взгляд прикипел к её румяным щёчкам, так ярко выделяющимся на фоне молочной белизны.

Впервые видел подобную красоту.

— Мира!! — донёсся чей-то голос и девушка резко обернулась.

Беззвучно прошептав это странное имя, проследил за её взглядом и обнаружил неподалёку от нас кучку смеющихся девчонок. Все до одной не сводили с нас глаз и снимали свою растерянную подругу на телефон.

— А меня Руслан зовут, — зачем-то ляпнул я, желая вернуть её внимание.

Она не ответила. Только мило улыбнулась, в извинительном жесте чуть-чуть склонила голову и разорвав наш зрительный контакт, побежала скорее к подружкам.

А я лишь стоял столбом и смотрел, как разлетался на ветру подол её цветастого платьица.

— Руслан, ты тормоз? — отвлёк вкрадчивый голос друга.

— А? — моргнул я и вопросительно на него воззрился.

— Чего ты встал, как дуб? — сдержал смешок Олег. — Она сама к тебе в руки пришла!

— Да… — застрял я в круговороте мыслей.

— Ой дура-ак… — протянул парень и ощутимо хлопнул меня по спине. — Беги за ней, пока она не… а всё, — порывисто развёл он руками и мотнул головой в ту сторону, куда убежала девушка.

Ни её, ни остальных девчонок уже не было.

От удивления мои брови поползли вверх.

— Куда делись? — взволновано осмотрелся.

— Надо было сразу номер брать, а ты… — уставился на меня Олег, как на безнадёжно-тупого.

Оставив эту реплику без ответа, я едва справился с собой и подавил вспышку раздражения.

— Ищи их! — рявкнул я, метаясь по всему бульвару.

Уже несмотря на то, что выглядел, как чудак, я начал приставать к прохожим:

— Вы не видели здесь компанию девчонок, среди них ещё такая красивая рыжая была… в ярком платье…

— Опоздал ты, парень! — усмехнулся один мужчина. — Вот только что они в автобус запрыгнули, — и пальцем указал на остановку, что была через дорогу.

— Ну чего? Нашёл? — подбежал мой запыхавшийся друг.

— Нет… — разочарованно вздохнул я. — Но обязательно найду.

Поблагодарив внимательного мужика, красноречиво взглянул на Олега и побрёл домой.

Гулять резко расхотелось.

Единственное, что на уме — она… Мира.Глава 2РУСЛАН

Я искал её почти два месяца.

Долго. Суматошно.

Те дни мне казались всерьёз утомительными.

Я перерыл все соцсети. Перелопатил весь наш город, не переставая вводить в поиск лишь одно единственное имя. Но даже близко схожих девушек не нашёл. На вид Мире было около семнадцати.

Маленькая. Рыжая.

Никого подобного.

Ни одной.

Как сквозь землю провалилась.

Я думал о ней без передышки. Найти девчонку стало навязчивой идеей. Но всё безрезультатно.

Ходить и голосить о том, что я ищу некую Миру ни коим образом не собирался. Наоборот.

Это само собой превратилось в тайну.

Мне не нужны были вопросы, насмешки или чьё-то сочувствие.

Сама мысль, что моя неодолимая тяга к девушке станет всеобщим достоянием, мне до невозможности претила.

Я не понимал откуда взялись эти эмоции, такого никогда со мной не происходило и совершенно точно было несовместимо с тем парнем, кем я был.

Я чувствовал, что внутри меня произошёл ощутимый сбой. Необратимые изменения. То трепетное волнение, что вызвала своим появлением Мира, я счёл за слабость.

Размяк.

А это мне не свойственно.

Со стороны это могло выглядеть подростковым бредом, мне же важно было быть убедительным во всём.

Поэтому для внешнего мира я скрыл любые проявления таких ванильных глупостей.

Никаких заморочек. Никаких отвлечений.

Меня должна была волновать только предстоящая мотогонка.

Даже от лучшего друга я спрятал мысли.

Трудно, но преодолимо.

Это как раздвоение личности.

На людях я был реальным пацаном, не страшащимся столкнуться с опасностью, а за запертой дверью я сходил с ума от желания почувствовать вкус киви на своих губах.

И даже не получилось определить на что я больше повёлся… на внешность, на запах, на голос…

Я испытывал эйфорию снова и снова.

Просто какая-то цепная реакция, и в результате я начал страдать от белой горячки.

Везде она.

Любой ход мыслей, любые внутренние диалоги приводили к Мире.

Как дожил до сегодняшнего дня и не свихнулся окончательно — неразрешимая для меня загадка.

В то время я думал, что уже дошёл до предела самоличных истязаний.

А сейчас, устало присев на край того самого фонтана, что был свидетелем переворота моей жизни, я грустно осознавал, что тогда мои переживания были ещё цветочками.

Ягодки ждали меня впереди.

Прикрыв ненадолго глаза и подставив лицо утренним лучам солнца, воспроизвёл в памяти тот день, когда наступило начало конца.

Тот момент, когда судьба мне улыбнулась и я обрёл ту, что уже отчаялся найти.

У моего братца был двадцатый день рождения и мне, как и положено старшему брату, следовало присутствовать на торжестве, уделяя внимание имениннику больше, чем обычно.

Почти так и вышло. Я немного опоздал в кафе, куда должен был приехать раньше всех чудаковатых друзей Федьки и столкнулся с частью из них уже за столом.

Про себя отметил, что с годами они становились нуднее, а юмор их ещё бредовее.

Им же, зубрилам-программистам, я казался угрюмым грубияном, что нелюдимо сидел в конце стола и от скуки пожирал всё, на что падал взгляд.

Хулиганам закон не писан.

Я лишь снисходительно хмыкал, когда остальные осуждающе буравили мои непозволительные выходки.

Вполуха слушая болтовню ботаников, о том, как трудно учиться на факультете компьютерных технологий, но они героически выдерживают, я иногда натыкался на недовольный взгляд братца.

Федька, открыто говоря, нервничал и посматривал на часы, видимо, ожидая прихода новых гостей.

Я, скажем так, к его напряжению был равнодушен.

Свою задницу притащил, на остальных мне было плевать с высокой колокольни.

Борясь с тем, чтобы не уснуть прямо в тарелке с каким-то салатом, залип в телефоне и не сразу расслышал, что вокруг вдруг резко оживились.

Пришлось посмотреть, когда меня уже сердито окликнул Фёдор:

— Ты можешь хотя бы в мой день рождения проявить интерес к моей жизни?

— Конечно, — пробормотал я, скучающе досматривая какой-то ролик в Инстаграме. — Ну и что у тебя там интересного в жизни? — прямо-таки пылая от братской любви, оторвал взгляд от мобильного и поднял на Федьку глаза.

Ничтожная доля секунды и меня оглушили удары собственного сердца.

Прямо здесь, прямо сейчас возле моего брата стояла она.

Моя Мира.Глава 3РУСЛАН

Мне стало нечем дышать.

Такое ощущение, что вокруг всё погасло и в этой густой темноте я различал только один силуэт.

Вся окружающая реальность сузилась в одном человеке и я, не веря своим глазам, оцепенел от шока.

Целое бесконечное мгновение я блуждал диким взглядом по миниатюрной фигурке и пытался собраться с мыслями.

Она меня не видела, улыбалась знакомым.

Я же не мог оторваться и щупал глазами каждый её миллиметр, получая безумное насыщение.

Когда мой взор остановился на том, как нежно её берёт за руку мой брат, меня словно ударили под дых.

В голове помутилось, и я резко подскочил на ноги, перетягивая интерес присутствующих на свою персону.

Мне лишь хотелось поймать взгляд Миры и увидеть в нём себя.

Меня накрыло волной вопросов и, наверное, я выглядел очень глупо.

Как она здесь оказалась? Помнит ли меня? Что мне делать? Тянуть время или пойти напролом, заявив о себе?

Ответы все были на поверхности, но я с тревогой осознавал одно — она появилась не из-за меня.

Мира здесь ради другого.

Ради Федьки.

Нужно быть тупым, чтобы не различить нежность в её глазах, когда он демонстративно переплёл их пальцы.

Давай же, Руслан! Сделай что-нибудь!

— Это и правда интересно! — до боли в щеках растянул сумасшедшую улыбку. — Что за рыжая веснушка рядом с тобой?

Силясь не сломать брату руку, что дотрагивалась до желанной девчонки, я импульсивно вышел из-за стола и пошёл в их сторону.

— Это Мирослава, — насторожился Федька, зная мою спонтанную натуру. — Моя девушка, Руслан, — предупреждающим тоном.

Чувство несправедливости подкатило к горлу и готово было вырваться нецензурной бранью.

Остановили широко распахнутые глаза девочки. Она с таким изумлением рассматривала моё лицо, что быдлом выглядеть резко расхотелось.

Хоть с братом мы в выражениях никогда не стеснялись.

С одной лишь разницей. Я всегда был честным и прямолинейным, говорил то, что думал. Фёдор скрытный, скользкий и часто лицемерный.

Я бы тоже верил в его святочную харю, но по семейным обстоятельствам жил с ним бок о бок и лицезрел то, что от других усиленно скрывают.

Он завистливый, вечно ноющий, трусливый.

И это я ещё любя.

Так уж получилось.

Мы разные. Во всём.

Судя по всему, одна схожесть в нас всё-таки есть… мы оба положили глаз на одну и ту же девушку.

Блин, да это же бредово.

Она ему вообще не пара.

Меня просто ослепляет её внутренняя энергия, волнами захлёстывает.

А глядя на него, я могу различить жужжание пролетающей мимо мухи.

Бесцветно. Постно.

Полная противоположность меня.

Неужели ей с ним хорошо? Да я бы помер со скуки.

— Ты и меня представь! — перекинулся с ним многозначительным взглядом. — Пары слов, что я лучше тебя будет достаточно!

Начало концерта Феде не понравилось и он выдохнул полной грудью.

— Мой непутёвый брат, — сообщил он Мире и скосив на меня осуждающий взгляд, с безнадёгой добавил. — Родственников не выбирают.

— Так-то я первенец, — приблизился к Мирославе и взяв её свободную руку, поднёс к своим губам. — Во всём.

— Ты не говорил, что у тебя есть брат… — растерянно произнесла девочка, следя за тем, как я погладил пальцем то местечко на коже, где только что оставил свой поцелуй.

— Вот поэтому и не говорил, — буркнул Федька, выставив мне диагноз душевнобольного.

— Нравлюсь тебе? — смутил девчонку ещё больше и улыбнулся.

— Ты никому не нравишься, — озвучил приговор Фёдор и бессовестно вырвал девичью руку из моей нежной хватки.

Мерзавец!

— Она будет исключением, — мотнул головой на недоумевающую Миру и игриво подмигнул. — Любишь споры, веснушка? — тонкий намёк на наше знакомство у фонтана и её щёки становятся такого же яркого цвета, как и волосы.

— Мне в них не везёт, — свела она брови на переносице и кивнула Федьке на стол, где ждали гости.

Ты посмотри-ка… кусается.

Ну ничего! След я уже взял и ничто не заставит меня повернуть назад.

Азарт погони только ещё больше возбуждает.

Подавив в себе волнение, я прошёл на своё место и взялся контролировать ситуацию уже оттуда. Мира старательно не отвечала на мои взгляды.

Как будто приковали к Фёдору.

Удивляясь, как до сих пор в моей руке не погнулась вилка, я забивал рот любой едой, лишь бы не выпустить наружу поганые вопросы про их неуместные отношения.

Один всё же вылетел.

— Мирослава, — вынудил её повернуть голову ко мне. — Сегодня ещё никто не тешил самолюбие именинника. Может, начнёшь?

Её глаза недобро сверкнули. В них отчётливо заострился затыкающий посыл.

— Кто ещё, если не подружка, сможет уверить его, что лучший здесь только он? — отсалютовал ей бокалом чужого вина и запрокинув голову, неприлично вылил содержимое в рот. — Давай, красавица! Просвети же нас. Что ты нашла в моём заурядном брате?

— Он не заурядный! — распустили языки его друзья. — Федя замечательный!

— Так, ботаны, а ну прикрыли все свои клювы! — зыркнул на них исподлобья. — Раскудахтались ещё! Пресмыкаться будете, когда дойдёт ваша очередь, а пока слово девчонке с убогим вкусом… — казнив взглядом некоторых смельчаков, что попытались мне возразить, я скрестил руки на груди и изогнув бровь, пристально посмотрел на Миру.

— Убогим он бы был, если б я предпочла тебя.

Воу! Вмазала, так вмазала!

— Отчего же? — хмыкнул я, поймав шпильку в свой адрес. — Лицом не вышел?

— Психикой, — втянулась она в перепалку.

За столом прошла волна насмешек и Мирослава, будто очнувшись и нарушив наш контакт, невинно улыбнулась.

Не любит внимание или пытается соответствовать собравшейся компании?

Да ну! Это же ужасно!

Сфокусировав на лакомой добыче взгляд, подпёр подбородок кулаком и с любопытством уточнил:

— А ты у нас подчиняешься только нормам морали, да, Мира? Идёшь на поводу у социума? — обвёл глазами всех таращащихся на меня нудил. — А как же быть в согласии с собой? Следовать велению сердца?

— А оно у тебя есть? — выпалила девчонка, пристально вглядевшись в мои глаза.

— Идём со мной и узнаешь! — на секунду представив, как она соглашается, и мы остаёмся одни, бесконтрольно облизнул губы, как маньяк.

— Руслан, — именинник начал сердиться.

— Жить по указке… — скривился я. — Это же так скучно.

— Это правильно, — снова вторгся в мою речь брат.

— Для кого? — ответил я. — Для них? — снова под раздачу попали гости. — Что за рабская психология? — вернувшись к раскрасневшейся веснушке, с видом мудреца произнёс. — Каждый сам кузнец своего счастья. Только ты решаешь, как использовать то время, что неумолимо истекает.

— Не нужно меня учить, — хмуро сдвинула брови Мирослава, отчего стала выглядеть, как огненная воительница.

Я аж бесконтрольно пришёл в восторг.

— Именно! — хоть она и далеко сидела, я наклонился всей грудью на стол и понизил голос так, что другие рефлекторно навострили уши. — И другим это не позволяй, — с намёком на прогнувшегося под общество Федю.

— Спасибо, — произнесла с сарказмом красавица. — Но я как-нибудь сама разберусь, — и выдохнув через ноздри, как свирепый дракон, в поисках помощи, отвернула голову к моему брату.

— Захочешь вкусить все радости жизни… Я весь твой.

— Ты ещё не по всем моим друзьям прошёлся? — наградил он меня тяжёлым взглядом. — Обязательно нужно прицепиться и выбесить?

— Таков мой удел, — пожал я плечами и изобразив прискорбие, проткнул вилкой помидорку Черри, что была в моём салате. — Давить слабых, — запустив её в рот, я, громко жуя, улыбнулся задротам «окровавленными» зубами. — Но ты, веснушка, здесь явно лишняя!

— Это не тебе решать, — стиснул челюсть братец. — И её зовут Мирослава.

— Конечно не мне! — чувствуя, что уже до отвала набил пузо, отложил столовые приборы и откинулся на спинку стула. — У веснушки, в отличие от вас, нытиков, виден потенциал! Крутой нрав! Мне нравится!

— Хоть сегодня избавь нас от своей демагогии! — закатил глаза Фёдор и все его дружки мгновенно поддержали.

— Дождусь ответа на свой вопрос и буду вынужден покинуть вас, друзья! — приложил руку к сердцу и почти искренне расстроился.

Просто сил больше нет на то, как она на него смотрит. Ещё чуть-чуть и я обрушу этот стол, лишив жизни каждого, кто к этому причастен.

— Что ты в нём нашла? — повторил я с отчётливым нажимом.

— Мир, я тебя прошу, ответь ему и мы спокойно продолжим, — настоятельно сжал её руку Федя.

Встретившись со мной глазами, она как-то уж обречённо выдохнула и голосом робота ответила:

— Стабильность.Глава 4РУСЛАН

Весь вечер после кафе для меня стал настоящим всплеском эмоций. Былая уверенность буквально ускользала из моих рук и я устроил себе сеанс психотерапии. До темноты я выжимал из своего мотоцикла бешеную скорость. Обгоняя ветер, заодно и рассеивал то гнетущее отчаяние, что поселилось в голове.

Я не собирался принимать поражение.

Да, я сильно отстал на старте и Мира выбрала ведущего. Но гонка только началась и к финишу я приду первым.

Девчонка достанется мне.

Она обворожительна и достойна быть с лучшим.

Брат выдохнется. Не осилит соперничество. Не сможет достигнуть тех же высот, что и я. Это неравная борьба. Я рождён быть лидером и это превосходство у меня в крови.

Не вытравить. Не избавиться.

Только победа и до конца.

Это моя стезя. Не его.

Но будет ли меня на финальном шаге ждать Мира?

«Стабильность…»

Что за фигня у неё на уме? Кто затолкал в юную голову такой бред? Меня в её возрасте рвало на части. Мне не сиделось на месте. Я хотел попробовать всё. Испытать на себе самые дикие искушения.

В принципе, я и сейчас такой…

Просто вкусы меняются и я научился справляться с беспорядком в мозгу.

Меня тошнит только от одной мысли, что Мире по душе тихони.

Я иной.

Мне грань нужна. Резкий подъём.

Бешеный пульс.

Как её к этому приучить и не испугать?

Чем зацепить в первую очередь?

Как доказать, что это круто?

На фоне своего флегматичного братца я кажусь бешеным чумовозом.

И этот контраст бросается в глаза и ей.

Что делать?

Выжидать? Медленно, но верно? Стерпится-слюбится?

Да ну нафиг!!

Я такой, какой есть и скрывать ничего не буду!

Начинать с тормозов и тупости не про меня.

Это уровень Феди, однозначно не мой.

Я беру сразу и всё.

Не успел зайти в свою комнату и захлопнуть дверь, как в проёме возник угрюмый Фёдор.

— Я уже видел маму. Очередные нотации про то, что я где-то пропадаю и не предупреждаю, оставь при себе, — свалившись на кровать, перекрестил ноги и закинул руки за голову.

— Не приближайся к ней, — потемнели глаза Феди.

— К маме? — уточнил я, хоть и прекрасно понимал причину его злости.

— К Мирославе, — остервенело произнёс парень и я ухмыльнулся, сравнивая его с образом светловолосого чёрта.

— А то что? — приподняв подбородок, кинул на него насмешливый взгляд.

— Я предупредил. Не приближайся к ней! — терял терпение брат и сделал ко мне, по его мнению, угрожающий шаг.

— Так не уверен в себе? — рассмеялся я.

— Я тебе сейчас врежу, — ууу, а это уже и правда страшно.

Мне стоит задуматься или…?

— Пора сбить с тебя спесь!

Или…

— Давай, — лениво кивнул я. — Только потом не плачь, когда я скручу тебя в бараний рог и подкину к порогу родительской спальни.

— Сейчас посмотрим! — прохрипел дурачок и кинулся на меня с кулаками.

Как пёрышком пощекотал. Придурок.

Свалив его на пол, прижал щекой к полу и наклонился к уху:

— Это тебе не джойстиком в игре управлять.

Только хотел добавить, что я всегда получаю то, что хочу, как дверь в комнату отворилась и с сердитым лицом зашёл отец.

— Что на этот раз?

— Всё тоже самое, — неохотно слез с кряхтящего Федьки. — Твой сын рохля.

— Ты про себя? — жёстко взглянул на меня мужчина и я, размяв шею, проследил, как раздражённо поднимается на ноги братец.

— Конечно про себя, — не остался я в долгу. — Не я же сейчас метнусь тебе руки целовать и говорить какой ты пример для подражания.

— Фёдор, иди загляни к маме перед сном, — распорядился папа и его любимый сын тут же исполнил волю старшего.

— Чего тебе в жизни не хватает, скажи мне?! — ледяным голосом произнёс он, закрывая за Федькой дверь. — Мы уже на все уступки пошли, тебе всё мало.

— Я хочу только то, что принадлежит мне. Чужого не надо, — навесил на себя бесстрастную маску.

— Прекрати уже завидовать брату. Прекрати ревновать! — громыхнул мужчина, даже стены затряслись.

— Мимо, отец, — фыркнул я.

— Ты старше. Ты за него в ответе, Руслан!

— В этом-то и вся проблема! — раскинул я руки. — Я отвечаю только за себя. Всю жизнь вы вешаете его на меня! Сколько можно??

— Это называется семья, — упрямо стоял на своём папа. — Был бы ты младше, мы бы те же самые слова говорили Феде.

— Это нужно только вам, — почесал я устало лоб.

— Ох, Руслан… Ты никак не поймёшь… — подошёл ко мне ближе. — Мы с мамой не вечные… и вы останетесь вдвоём. И только ваши братские узы помогут вам двигаться по жизни дальше.

— У нас разные жизни, пап. И двигаться мы будем в разном направлении.

— Да, разные, — согласился он, сжимая мне плечо. — Но это не мешает вам держаться вместе. Подумай об этом… и остановись. Ты совершаешь огромную ошибку, отталкивая его от себя. Выкинь ты это яблоко раздора… его видишь только ты.

— Уже нет, — выдохнул я, когда за спиной отца показался Фёдор. — Пойду поцелую маму на ночь, — задержав на грустных глазах папы пристальный взгляд, я вышел в коридор и на миг зажмурил глаза.

Ненавижу, когда пытаются ковыряться у меня в душе.Глава 5РУСЛАН

— Это последняя пара на сегодня? — оторвался от стены я, увидев, как из аудитории вышли студенты, а среди них и долгожданная рыжая макушка.

— Что ты здесь делаешь? — насторожилась Мира, кидая растерянный взгляд на подруг.

— Захотел тебя увидеть, — чего ходить вокруг, да около.

— Зачем? — последовал ключевой вопрос.

— Девушки, вы можете идти по своим делам, — взглянул на её подруг, нескромно посылая восвояси. — Мира задержится.

— Мира уходит, — возразила она моим же тоном и сделала попытку ретироваться.

— Второй раз повторять не буду, — придавил взглядом застывших в недоумении девчонок.

— Мир, ну мы это… завтра тогда встретимся… — среагировала одна из них. — Он на вид не опасный, — оправдалась она, встретившись с возмущением. — Будь у всех на виду и, если что, бей в пах.

— Ещё банальнее нельзя придумать? — воскликнул я с явным неодобрением и перевёл на Мирославу поучительный взгляд. — Всегда бей в кадык. Это обезоружит любого.

— Даже тебя? — приподняла она уголок губы.

— Я прям сразу хвост откину, — заверил маленькую вояку.

— Непременно испробую этот приём, — должно было звучать пугающе, но у меня лишь сильнее загорелось в груди желание.

— Тогда прощайся с друзьями и пойдём поболтаем, — резкий взгляд на девочек и они поспешили оставить Миру со мной наедине.

Скрипя зубами им вслед, она испепелила меня на месте и грозно произнесла:

— Они это сделали, потому что считают тебя симпатичным. Не более того.

— С этим нельзя не согласиться, — взъерошил ладонью волосы и включил всё своё мужское обаяние. — А ты меня считаешь симпатичным?

— Не очень, — сжала она губы.

— Поэтому не сводишь с меня глаз? — сказал я бархатным голосом и наклонился ближе к её лицу.

— Не обольщайся, — отпрянула назад, покрываясь румянцем. — Я просто тебе не доверяю.

— Я так и подумал, — поймав её за руку, нежно обхватил запястье и потянул за собой, пока не передумала.

— Где Федя? — опешила она, подстраиваясь под мой быстрый шаг.

— Не знаю и знать не хочу, — бросил ей через плечо и резко остановился.

Девчонка едва успела затормозить, чтобы не клюнуть носом мне в спину.

— Разговор будет не о нём, — медленно повернулся и захватил её в плен своим выразительным взглядом.

— А о чём? — тихо пролепетала она.

— О нас, — громогласно объявил я и повёл заторможенную Миру на улицу.

— Давай договоримся, котёнок, я спрашиваю — ты отвечаешь, — схватив её за плечи, посадил на ближайшую скамейку, что попалась по пути, стоило нам отдалиться от универа. — Так от меня быстрее отвяжешься.

— Если я посчитаю нужным, то отвечу, — ворчливо скинула с себя мои руки.

— Мороженое хочешь? — присел перед ней на корточки.

— Нет, — насупилась она.

— Шоколад? — изогнул бровь.

— Нет.

— А плотно покушать? — прищурил глаза.

— Нет.

— Обнять? Поцеловать? — догадался я, накрыв ладонями её колени.

— Ты издеваешься? — подскочила она.

— Эй, я просто пытаюсь быть хорошим парнем и снять твоё напряжение, Мир, — в мирном жесте поднял руки вверх и взглядом указал девчонке вернуться на скамейку.

— Хорошие парни не преследуют и не допрашивают, — огрызнулась она, но всё же поддалась и с ложной скромностью сцепила свои руки в замок.

— Ну… я старался, — плюхнулся рядом и прижался к девчачьему боку. — Плохим быть легче, ты знаешь…

— Отсядь, — хрипло изрекла она.

— Да ну, в самом деле?! — усмехнулся я, закидывая ей руку на плечо. — Что как не родная? Уж обнимались с тобой, забыла?

— Ты со всеми себя так ведёшь? — покраснела от злости Мира.

— Да, — повёл носом по её виску и словно наркоман, закатил глаза от желаемой дозы женского запаха.

Так смутил этим Мирославу, что дрожь её тела передалась и мне.

— Я тебя сейчас ударю, — выдавила она из себя, поворачивая голову и опуская взгляд на мой кадык.

— Не надо, — улыбнулся я, нехотя подыгрывая и испуганно отсаживаясь.

— Ты хотел поговорить? — сказала она холодным тоном, но я не сводил глаз с её часто вздымающейся груди. — Говори и поскорее разойдёмся.

— Я тебя волную? — медленно перевёл глаза на её приоткрытый рот.

— Следующий вопрос, — это было очень сурово сказано.

— Ответ в мою пользу, да? — прекрасно понимал, что заносит, но таил надежду, что удастся избежать всех догонялок и решить уже этот вопрос на берегу.

— Ответ очень грубый, а меня мама учила не материться.

Как же я восхищён её красотой. Эта румяность. Эта пылкость. Каждое слово пропитано остротой, а глаза переливаются мягкостью. Я в экстазе от такого сочетания.

— «Мама учила меня не материться. А жизнь меня научила не материться при маме.» — вспомнил я чьё-то высказывание и нажал на кончик носа закипающей злыдни. — Мотай на рыжий ус, красавица!

— Всё, Руслан, мне это надоело!

Я предугадал такой исход, поэтому не мешкая, поймал за руку:

— Какая ты несговорчивая! Я хотел разрядить обстановку, только и всего!

— Ты в этом полный профан! Не пытайся больше! — даже голос повысила.

Класс!

— Окей, но мы к этому ещё вернёмся, — резко дёрнув, снова усадил упрямицу. — Ладно, — вздохнул я. — Давай начнём допрос.

— Он у тебя первый парень?

— Ты обалдел? — вытаращилась на меня, как на преступника.

— На гулящую не похожа, — констатировал я. — Первый заход с треском провалился.

— Счастливо оставаться! — обиженным тоном выдала Мира и удрапала с такой скоростью, что мне на самом деле пришлось бежать вдогонку.

— Уходи от него, — словил прямо посередине улицы.

— Да ты сдурел? — кулачками-то нехило меня по груди ударила.

Откуда только столько силищи?

— Я не знаю что у вас там с Федей, но я разменной монетой не буду! — ещё и в живот мне впечатала.

Ух, огонь девка!

Ручонки хрупкие, а машет будь здоров!

— Да отпусти ты, блин! — пискнула мне в лицо, когда я её сграбастал в объятия и поднял над землёй. — Хватит меня лапать!

— И не пытался ещё даже! — засмеялся я и понёс брыкающую воительницу к ближайшему кафе.

Здесь рядом есть отменная кондитерская.

А у девчонки явно сахар в крови упал, вот и злится.

— Не буду я ничего! — скрестила на груди руки и демонстративно отвернулась от витрины.

— Шоколад или ваниль? — ткнул её в бок и взглядом попросил кассира подождать. — Быстро говори, а то и правда начну лапать! Уж больно булочки аппетитные!

— Нахал! — раскрыла она рот.

— Шоколад или ваниль? — повторил я, хмуря лоб.

— Ягодный пирог, — и подбородок ещё вздёрнула.

Умница! Оправдала надежды!

Абсолютный нестандарт!

Кивнув кассиру, добавил к заказу ещё всяких вкусностей.

Мирослава, громко фыркнув, гордой походкой пошла к свободному столику.

Неуклюже сбросив рюкзак, уселась на диван и гипнотизировала меня сокрушительным взглядом.

Прелесть же, ну!

Заняв место напротив неё, принялся рассматривать её прелестное личико.

— Сто лет на свидании не был.

— Это не свидание! — воспротивилась Мира. — Я всего лишь поем за твой счёт. В отместку за мои нервы.

— Мир, зачем он тебе? — сколько бы я не улыбался, то и дело возвращался к мыслям о брате.

— Что ты заладил, а? — она уже и правда начинала нервничать. — Тебя наши отношения с Федей вообще не касаются!

— Я тебя для себя хочу… — начал было я, но пришлось замолкнуть, когда к нам подошёл официант с целым подносом сладостей.

— Приятного аппетита, — улыбнулся он ошалелой Мире и исчез с горизонта.

— Ешь, — вложил ей в руку маленькую ложечку и указал на кусок пирога.

— Руслан, давай договоримся? — едва слышно просипела она, вызывая у меня скоп мурашек. — Как только мы выйдем из кафе, то разойдёмся в разные стороны и больше не будем видеться. Я не понимаю что происходит и мне не нравится это ощущение.

— Что именно во мне тебя отталкивает? — нацепив на свою вилку кусочек чизкейка, поднёс к губам Миры.

— Всё, — прозвучало на выдохе и девушка безумно возбуждающе втянула сладость в рот.

Или это только мне так показалось?

Так и застыл с протянутой рукой, что Мирослава восприняла, как угрозу и суетливо отодвинула её от своего лица.

— Как давно ты с ним? — проморгавшись, напомнил себе не уклоняться от темы.

— Пару месяцев, — пробубнила девчонка, входя во вкус и уплетая десерт за обе щёки. — Не отравлено хоть? — пуляя в меня подозрительный взгляд.

Цокнув губами на её опаску, бесцеремонно отломил половину пирога с её тарелки и с удовольствием слопал у неё на глазах.

— Чем Федька тебя зацепил?

— Он симпатичный, вежливый, умный, нежный… — загибала пальцы, вызывая у меня раздражение. — …серьёзный, успешный…

— Избито как-то… — скривился, как от горькой пилюли.

— Как и где вы познакомились? — старался сохранить самодовольное лицо, но так и хотелось вывалить всю правду о моём слизняке-братце.

Плюнуть и растереть.

— Зачем тебе всё это нужно? Это как-то может навредить Феде? — задумалась она, чувствуя западню.

— Конечно! Приду домой и сразу по щекам ему надаю за то, что опередил меня и умыкнул красавицу прямо под носом! — дотянувшись до молочного коктейля, перебил вкус горечи на языке сладкой ванилью. — Больше сведений, Мира, чтобы ему не удалось отмазаться!

— Он помог мне на пересдаче экзамена… пока препод не видел, Федя составил мне таблицу и решил все задачи, — поразмышляв, всё-таки ответила.

— О, блин! Как благородно! — поднял я глаза к потолку. — И ты, моё воздушное создание, поплыла ему прямо в руки…

— И давно ты ему завидуешь? — вдруг хихикнула плутовка, считая, что рассекретила все мои душевные тайны.

— Тебе честно ответить? — кинул на неё запутанный взгляд.

— Да.

— Один день.

— Один день? — удивлённо переспросила она.

— Один день, — многозначительно выдержал паузу. — Вчера, когда увидел тебя с ним… вот тогда впервые ему позавидовал.

— Руслан, ты меня совсем не знаешь, — сказала бесцветным голосом Мирослава, взглянув на меня с таким неприятным утешением, что мне захотелось умыться. — И мы определённо не сможем быть вместе.

— Потому что…

— Потому что ты не тот, кто мне нужен. Извини, — наспех вытерев липкие губы, девушка взяла свои вещи и пошла к выходу.

Стряхнув с себя тупое отчаяние, набрал в грудь побольше воздуха и побрёл за ней следом.

Ничего другого я, собственно, и не ждал.

Ну ничего, мне спешить некуда.

Ещё немного поломаем комедию, а потом и засучу рукава.

Как говорится, на ловца и зверь бежит.

— Стой, веснушка!Глава 6РУСЛАН

— Федь, а вы с Русланом вообще близки? — чуть не споткнулся, когда услышал в собственном доме голос Миры.

Прижавшись ухом к закрытой двери комнаты брата, перестал дышать и гонял в голове одну и ту же мысль:

Он привёл её в свою спальню…

Стараясь сдержать свою импульсивность вломиться туда и вызволить желанную девушку, я весь обратился в слух.

— Не особо. Мы, конечно, общаемся, но предпочитаем не лезть друг к другу, — прозвучал голос Фёдора. — А почему ты спрашиваешь?

— Да я… — замялась обманщица. — Просто ты был так расстроен после его ухода из кафе… я и подумала, была бы у меня сестра, я бы всеми-всеми своими секретами с ней делилась…

— Это только так кажется. Руслан привык быть в центре внимания и уступать другим не умеет. Я не такой… но иногда… знаешь… хочется почувствовать себя единственным. Хоть на один день. Ему это невдомёк.

— У вас всегда так? То есть, с детства собачитесь?

— Насколько помню — да. Но он частенько заступался за меня, когда я был маленьким. Я немного… отставал в развитии, плохо говорил и читал… и вообще был замкнутым, так что меня часто дразнили из-за этого. Руслан бил каждого, кто смел на меня не так взглянуть.

— Это мило! — восхитилась Мира.

— Это недопустимо, — возразил Федька. — Его сильно наказывали за это и он озлобился на меня…

Психолог недоделанный! Я просто прозрел, что ты олух.

— А сейчас?

— Сейчас я вырос, поумнел и во всём преуспевающий… а Руслан так и остался тем проблемным мальчишкой…

Вот зараза!!

— Он что… в жизни ничего не добился? Ну…у него же должны быть какие-то достоинства?

Сейчас подлец скажет, что нет…

— Вообще, он крутой гонщик! Дядя ему на семнадцатилетие подарил мотоцикл, Руслан тогда визжал от восторга!

Чё он врёт?? Не было такого! Я спокойно поблагодарил и всё!

— Серьёзно?? — мне показалось или в голосе Мирославы проскользнуло восхищение. — А ты тоже умеешь?

— Нет, ты что? Это очень опасно!!

— А ты хоть пробовал?

— Нет. И не собираюсь.

— А я бы хотела покататься…

Бинго!!!

— Не лучшая идея… давай продолжим заниматься, Мир? Мне бы не хотелось, чтобы тебя ругали родители. А пройденный материал у вас уже завтра будут спрашивать. Не отвлекайся, пожалуйста.

— Хорошо, Федь, давай заниматься…

Успокоившись тем, что знаю об их нынешнем времяпрепровождении, я тихо прошёл к себе в комнату и придумал, каким будет мой следующий шаг.

Дождавшись момента, когда Федька проводит Миру и вернётся к себе, я устремился за ним.

— Какие планы на выходные?

— Чего? — вылупился ещё.

— Родители свалят на дачу. Что будешь делать? — пояснил я.

— Не знаю ещё, а тебе какое дело??

— Есть идея! Я тут подумал над словами папы… — метнув взгляд на компьютерный стол, где лежали исписанные Мирославой листы, ещё больше удостоверился в своём желании. — Мы и правда с тобой отдалились друг от друга… давай попробуем склеить осколки…

Прищурился. Задумался.

— И что ты предлагаешь? — мои слова поставили под сомнение.

Не хочет рисковать. Хитрый.

— Предлагаю замутить тусу. Ты позовёшь своих друзей, я своих… хоть попытаемся найти точку соприкосновения…

— Её нет! — категорично воскликнул он.

— Зря так думаешь! — подошёл ближе и похлопал парня по груди. — Покопаемся, найдём! Закажем жратвы, выпивки побольше…

— Никакой выпивки!

— Ну хорошо! Компотик по кружкам разольём!

— И дальше что?

Почти дожал, ну!

— Обсудим… эмм… новинки в мире компьютерных игр…

— Ты меня за дурака что ли держишь?

— Да что мало развлечений вокруг? Включим музыку, посмотрим фильм… что там ещё можно? Настольные игры! — закипел мозг, но я не сдавался. — Устроим конкурсы… хоровод будем водить! Да блин! Я тебя умолять что ли должен??

Быстро развернувшись, уповал на то, что манипуляция сработает.

И опля!

— Ладно! Я не против! — мне в спину.

— Замётано! — бросил я и с победным настроением закрылся ото всех в своём логове.* * *

Тот уикенд я ожидал в немой тоске. Очередной день отсчитывал, представляя себя с ней… где-то там, далеко от всей этой неразберихи. Во снах любовался её улыбкой и с упоением прижимал к себе.

Так прекрасно. И так обманчиво.

Каждое утро видел брата с загадочным блеском в глазах. И, чёрт возьми, в этом была виновата Мира.

Девчонке с лёгкостью удавалось пробудить в любом мужчине внутреннюю энергию.

В жилах настолько возгорается жажда обладать вожделенным успокоением, что несёт в себе Мирослава, что начинаешь медленно сходить с ума.

Федьке легче.

Он её видит, прикасается к ней, чувствует прилив сил.

Я же, в то время, когда был не рядом с Мирой, истекал грустью и отчаянием.

Это утомляло.

Я словно завис в свободном падении.

Несколько обычных дней превратили меня в разбитое корыто.

Только субботним утром, открыв глаза, ощутил воодушевление.

— Олег, ты всех наших позвал? — сразу же набрал своего друга.

— Как ты и просил, шеф! — исполнителен, как и всегда. — Вечером подтянутся!

— Ты приезжай заранее, поделюсь планами, — натянув джинсы, уже было побежал к Федьке, как вспомнил о тёплом джемпере.

Пожалуй, и шапку возьму.

Затолкав всё в сумку, спрятал её в шкафу и ринулся будить братца.

— Вставай, придурок! — с порога кинул ему на лицо какую-то нелепую рубашку. — Пошли проводим предков и начнём готовиться к вечеринке!

— Что ты там к ней собрался готовить? Договорились же, что тихо посидим, — вяло приоткрыл он глаз.

— Причешем тебя, чтобы ещё умнее казался! — повертев в руках его телефон, бросил на кровать. — Чтобы Мира как увидела тебя, так и воспылала страстью!

Сделав вид, что уже забыл о чём говорил, сам замер в ожидании ответа.

Мне нужно убедиться, что веснушка сегодня придёт.

— Это не потребуется. Я уже завоевал её любовь другими качествами, а не смазливым личиком.

— Прямо-таки любовь? — от укола ревности прошибло насквозь.

— К этому всё идёт, — поняв, что слегка преувеличил и застигнут врасплох, Фёдор нацепил равнодушное выражение лица и поднялся с постели. — Тебя уже с утра слишком много, Руслан… напрягаешь…

— Самому тошно, — засунул два пальца в рот. — Как не крути, а гусь свинье не товарищ.

— За базаром следи, — набычился парень.

— Сразу себя распознал, да? — издал я смешок, довольствуясь его бешенством.

— Вы опять? — подкралась сзади мама. — Неужели так сложно проявить друг к другу уважение? От вежливых слов язык не отсохнет, Руслан.

— Я вежлив только с мамой. Остальные должны заслужить, — притянув её к себе, ласково поцеловал в лоб.

— Так нельзя, Руслан, — хоть смотрела и строго, но мягко погладила меня по спине.

— Можно всё. Но исходя из ситуации.

— Федя, следи за порядком и не спускай, пожалуйста, глаз с гостей, — пропустила мимо ушей мои высказывания мама и воззрилась с мольбой на младшего сына.

— Каких гостей?? — не поверил я в услышанное.

— Как каких? — перевела она на меня непонимающий взгляд. — Друзей ваших… у вас же гулянка на сегодня намечается…

У меня прямо челюсть выпала.

— Ты что… — вытаращил на придурка глаза. — …рассказал родителям??

— Конечно, — взаимно посчитал меня недалёким Федя. — Не могу же я созвать всех домой без разрешения.

Мааать… безнадёжен.

— Руслан? — вычислила мою позицию мама. — И часто в моём доме твои дегенераты тусят?

— Ни разу, — выжал из себя всё актёрское мастерство и взглядом зашил братцу рот.

Того прям перекорёжило от вранья, но смолчал… знает, что за предательство все органы выпотрошу.

Проходил. Боль помнит.

— Федя, следи за ними, — ограничилась предупреждением мама.

— А насчёт его сектантов не беспокоишься? — взыграла обида за моих ребят. — Все серебряные ложки пересчитала? Эти невротики же всё разберут и на антивирусы обменяют.

— Ты со своими торчками не путай! — лязгнул зубами Федька.

— Так, угомонились оба! — появился отец. — Маму целуйте, вещи в машину несите и проваливайте с глаз моих, надоели уже!

— Сам тут шатаешься, когда не просят, — выпустив маму из объятий, выхватил из рук мужчины тяжёлую ношу и, более не прислушиваясь к лебезениям их сыночка Феденьки, понёс её в машину.

Как ему это удаётся? Даже на разгул добро получил.

Как же бесит.Глава 7РУСЛАН

— Я же сказал, никакой выпивки, — сердито прохрипел Федька, стоило только в квартире появиться моему другу с ящиками пива.

— Олег, — навёл на него свирепый взгляд.

Держись, идиот, не вздумай ржать!

— Так ты это серьёзно тогда сказал? — дрожащими от смеха губами произнёс он.

— Конечно! Я же обещал брату!

Где мой Оскар?

— Это нужно унести, — начал тянуть руки к ящикам Фёдор, но Олег заградил их собой.

— Вашим ни капли не дадим! Всё честно! Никто никого не спаивает!

— Я не за своих переживаю! — поджал губу братец и собирался нудить ещё, но раздался дверной звонок и на пороге возникли мои парни в компании со своими избранницами.

— Милости просим! — растянул я улыбку и поприветствовал каждого из друзей. — Разбредайтесь! — махнул им рукой вглубь квартиры и покосился на Федю. — Не нервничай! Места всем хватит! Пять комнат, как никак! — и пытаясь скрыть возбуждённое состояние, небрежно прокашлялся. — Твоя подружка не даст тебе скучать! Кстати, где она? Испугалась?

— Ей нечего бояться, — посмотрел он на настенные часы. — Я буду всегда рядом.

Кивнув в качестве согласия, я переглянулся с Олегом и получил в ответ зловещую ухмылку.

Как можно быть таким легковерным простачком?

— Пропусти, — отодвинул меня Фёдор, когда послышался робкий стук в дверь.

Также тихо дёрнулось и моё сердце.

Мира.

— Я не опоздала? — вошла она в мой дом лёгкой поступью.

— Нет, любимая, ты раньше всех и я очень рад! — наклонился к ней для поцелуя мой брат и я подавился желчью.

Видимо, я неосознанно шагнул к ним, так как меня чувствительно ударил в спину Олег.

— Рано, — шепнул он и я неохотно дал заднюю.

Не сейчас. Но я обязательно её заберу.

— Веснушка! — подойдя вплотную, подставил ей щёку, но вместо желанных губ ощутил на коже лёгкий шлепок маленьких пальцев.

— И тебе привет, Руслан, — застеснялась она, пока Федька встречал пришедших ботанов.

— Ты ведь ещё не была в моей комнате, да? — поймав её за руку, поднёс к губам и слегка прикусил костяшку.

— Мне там делать нечего, — хрипло отозвалась Мира, кинув панический взгляд на своего парня, не замечающего элементарные вещи.

— О нет, котёнок! — прошептал я, касаясь языком её мизинца. — Сегодня ты будешь там спать…

Девушка ошарашено выпучила глаза и намеренно резко выдернула руку.

Тихо расхохотавшись, не стал останавливать, когда она отскочила от меня, как от огня и примкнула к знакомым, изредка бросая на меня осуждающие взгляды.

— Сегодня ты моя… — беззвучно проговорил ей губами и испытал настоящий кайф, когда раскрасневшаяся воительница незаметно для всех показала мне средний палец.

Неравнодушна.

Уже что-то.

— Пошли! — позвал за собой веселящийся над нами Олег. — Наиграетесь ещё!

— Пока меня не будет, головой за Федьку отвечаешь! — притормозил его за плечо.

— Не дрейфь! — успокоил он меня. — Всё пройдёт гладко, но сначала вольёмся в доверие! Они опасаются нас… — ироничный взгляд на святош, сторонящихся моих шумных ребят. — Не хотят играть с огнём!

— Заставим! — безжалостно хмыкнул я. — Пора показать этим чудикам, как нужно веселиться! — и хлопнув в ладоши, вошёл в гостиную, где уже собрались все жертвы продуманного плана.* * *

Прошло два часа.

— Прячешься? — проследовав за незаметно скрывающейся Мирой, поймал её на балконе.

— Проветриваю мозг, — она даже не удивилась моему появлению за спиной. — Там уже дышать нечем… я не привыкла к таким шумным компаниям… — и повернув ко мне голову, опередила мой уточняющий вопрос. — Родители не отпускают.

— А сейчас отпустили? — почуял подвох.

— Федя договорился с папой, что привезёт меня утром…

— Я бы никуда не отпустил свою несовершеннолетнюю дочь, даже с таким образцовым парнем, как мой брат, — сомкнул я недовольно губы.

Минус сто очков достаётся отцу года.

— Он и не хотел… — встала на его защиту дочь. — Я должна каждые полчаса отправлять папе селфи, чтобы показать, что со мной всё в порядке.

— Может, тебя заставляют улыбаться? — выгнул я насмешливо бровь.

— Он сразу это поймёт, — горделиво задрала подбородок девчонка. — Я подам секретный знак!

А это уже интересно!

— Какой? — задумался я. — Округлишь глаза? Какой-то палец согнёшь? Ноздри раздуешь?

— Почти, — со смехом произнесла она. — Кстати, уже пора… — закатив к небу глаза, Мирослава навела на себя камеру телефона и сделала утиные губы.

Я даже зрение напряг, чтобы запечатлеть это в памяти.

Как же я хочу накрыть эти губы своими…

— Готово! — воскликнула она, получив согласованное сообщение отца. — Время пошло! У меня есть полчаса, чтобы уйти в отрыв и вернуться!

— Мне достаточно секунды, чтобы оторвать тебя от земли… — сделав к ней шаг, уже хотел прикоснуться к её пальцам, чтобы увести туда, где бы мы остались только одни, как дверь на балкон отворилась и перед нами возник Олег.

— Кхм… Руслан, можно тебя на минуточку? — неуверенно потоптался на месте друг.

— Я пойду, — промолвила Мира и выскочила за дверь прежде, чем я озвучил отказ.

— Если ты пришёл с каким-то пустяком, я тебя убью! — прошипел я от злости, провожая хрупкую спину несчастным взглядом.

— Сам убейся! — проворчал парень, захлопывая дверь и отрезая нас от звуков вечеринки. — Он ни в какую не хочет пить, Руслан!

— Ты предложил ту спиртную игру? Он точно на все вопросы не сможет ответить! Я парням дал такие сложные темы, в которых Федька нифига не шарит!

— Уже играют!! Он за штрафной вместо стопки пьёт сок! — возмущённо всплеснул руками Олег.

— Капец, какой ханжа! — цокнул я языком, поражаясь своему братцу.

— Он ещё и сам себе наливает! — взвинчено оглянулся на снующих у комнаты гостей.

— Тогда план Б.

— Ты же не собираешься ему что-то подмешивать? — с опаской взглянул на меня друг.

— Конечно, нет! Ты чё? — с изрядной долей иронии ответил я. — Он сразу кони двинет! Такой тошнотик по жизни, что его от каждого лекарства воротит! Действуем по намеченной инструкции, льём водку со льдом и сахаром!

— Как? — остановил на мне вопрошающий взгляд Олег. — Он даже не моргает, чтобы нас в поле зрения держать!

— Зови девчонок и Санька!

— Зачем?

— Затем! — удручающе провёл рукой по волосам. — Пусть купят такой же сок и делают коктейль! Пока Санёк будет бить мне морду, девчонки пусть отвлекают остальных, а ты меняй бутылёк с соком!

— А морду-то зачем бить? — нелепо выпятил губу парень.

— Федька, хоть и придурок, но за меня впряжётся! Дело чести! — заверил я его.

— Какой чести? — прыснул со смеху друг. — Он ноготь сломает и рыдать начнёт!

— Это уже потом, а в момент моего избиения, на адреналине подскочет! — размяв шейные косточки, зашёл в тепло и тихо добавил. — И смотри, чтобы девушек не зацепило!

— Само собой! — передал в голосе всю серьёзность ситуации Олег и с деланным расстройством толкнул меня в спину. — Жаль не я тебя буду бить!

— Нельзя! Ты запросто череп сломаешь, а мне нужно быть с головой на плечах! У меня впереди ночь с Мирой!Глава 8РУСЛАН

— Я сказала, что не хочу! Убери руки! — раздалось в комнате брата и я ринулся скорее туда.

Как знал, что его понесёт и караулил у двери.

Распахнув её, застал уже вдрызг опьяневшего Федьку, тянущего руки к напуганной Мирославе.

— Назад! — схватив его за шкирку, швырнул на кровать.

Парень уже так наклюкался, что просто рухнул бревном.

Отлично! План возымел успех и теперь можно спокойно провести остаток вечера с Мирой наедине.

— Ты как? — оглянулся на неё с изучающим взглядом. — Лапать начал?

— Нет, — буркнула она, отводя смущённо взгляд. — Ещё десять минут назад он был нормальный… посмотри на него… — брезгливо поморщилась. — Это сколько же нужно выпить, чтобы так отрубиться?

— Он не умеет пить, — объяснил я, снимая с брата обувь и укладывая его всего окосевшего, как можно поудобнее. — Ты не подумай, он обычно не пьёт.

— Он не начнёт драться? — с опаской присмотрелась к его лицу девушка.

— А тебе мало было за вечер? — насмешливо покосился на себя в зеркало.

Спасибо парням. Всё лицо теперь в фонарях.

Одним ударом не отделался. Ботаны, оказываются, те ещё резвые бойцы. Как налетели всей сворой, еле растолкал.

Мамину картину, блин, со стены сорвали. Она, на самом деле, полная безвкусица, но маме нравилась. Теперь моя голова слетит с плеч быстрее, чем я успею сказать, что это не я.

Хотя какая разница?

Я привык отдуваться за чужие косяки.

— Психдом, — мазнула жалеющим взглядом по моей разбитой скуле Мира.

— Тебе понравилось, как я дрался? — заплетающимся языком спросил лежащий Фёдор.

— Лежи уже, — гаркнул я, вспоминая, как закрывал собой этого придурка.

Полное отсутствие боевых навыков. Девчонки лучше дерутся, чем он. Если бы не прикрывал его, то абсолютно точно меньше отхватил бы по лицу. Хорошо, что смогли разрулить и продолжить вечеринку. Хоть и разукрашенными от ударов, но веселья даже прибавилось.

— У тебя губа распухла… — начала тянуть ко мне пальцы Мира, но спохватившись, резко убрала руку за спину.

— Поцелуй, чтобы не болело, — не смог упустить момент и снова заставил её краснеть.

— Займись лучше Федей, — скуксилась она.

— А чего им заниматься? Он сейчас вырубится и проспит до следующего вечера, — кинув взгляд на почти заснувшего братца, у меня в душе аж всё заликовало от победы.

— Замечательно, — разочарованно проговорила девушка и вытащила из кармана мобильный.

О нет, только не отцу!

— Не звони ему, — обхватив её запястье, убедительно заглянул в глаза.

— Зачем мне здесь оставаться? Какой смысл? — непонимающе моргнув, мотнула подбородком на своего храпящего парня.

— Останься со мной, — сжав нежную кожу её руки, медленно потянул на себя.

Девчонка вынужденно сделала шаг и её дыхание сбилось.

— Используй шанс и почувствуй себя свободной… — не перегибая палку, опалил её губы настойчивыми словами. — Я открою тебе секрет и покажу, как люблю расслабляться… что такое здесь и сейчас… я остановлю все твои мысли и ты узнаешь что значит обогнать время…

— Я не хочу пробовать наркотики, — всё неправильно расценила Мира и судорожно вздохнула.

— Я не принимаю наркотики, веснушка, и тебе не позволю, — втянул в себя её сомнения и довольно улыбнулся, когда она оцепенела от моих действий.

— Ты заставляешь сделать что-то запретное, Руслан? — прошептала она, словно это наказуемо.

— Я не заставляю тебя, Мира, — выразил я несогласие. — Только ты решаешь что тебе делать.

— Ты удерживаешь меня, — опустила глаза на свою захваченную мной руку. — Это смахивает на принуждение…

— Мира… — произнёс я с непередаваемой нежностью. — Выбор только за тобой, — захватив её взгляд в плен, я медленно поднёс девичью руку к груди, в которой, уверен, сейчас бешено колотилось женское сердце и мягко прижал, накрывая своей ладонью. — Я перечислю и ты сама поймёшь, что ты действительно хочешь.

Её пальцы под моими дрогнули и я смог почувствовать, как через них пробивается волнение.

— Ты можешь остаться с ним, — не разрывая наш зрительный контакт, я наклонил голову к Федьке и замер, ожидая ответа её сердца.

Тишина.

— Ты можешь позвонить отцу и уехать домой.

Тишина.

— А можешь провести время со мной и убедиться в том, что правильнее ничего быть не может…

Удар. Ещё один.

Моё дыхание прерывается, а сердце… клянусь, готово вырваться из груди, лишь бы завоевать её… покорить, переполнить собой.

— Ты знаешь ответ? — проникнул в самую глубину её глаз.

— Да, — тихо промолвила она.

— Я сделаю так, как ты скажешь, — дал честное слово, самому себе в первую очередь.

Оставив позади схватку с разумом, Мира заметно набралась смелости и решительно сказала:

— Забери меня отсюда.* * *

— Я себя ужасно чувствую… — проныла Мира, когда я, взяв её за руку, спешно вывел на улицу.

— Из-за чего именно? — вгляделся в ночную темноту и почувствовал, что всё делаю правильно.

Темнота всегда была моим другом. И сейчас внутри меня так стремительно разгорался бушующий пожар, что без проблем освещал всё вокруг.

— Из-за тебя, — поёжилась девчонка, крепко держась за мои пальцы.

Кое-кто немного трусиха.

— Мне пришлось всем соврать… — то и дело крутила она головой, видимо ожидая какой-то опасности. — Что если правда всплывёт? Знакомые узнают, что я поехала не домой? А папа догадается, что все мои следующие селфи сделаны заранее?

— На знакомых наплевать, а перед твоим папой буду я отвечать, — резко остановившись, решил, что незачем тянуть и достал из сумки свой пуловер. — Надевай. Ветер холодный.

Веснушка даже не колебалась, сразу обрадовалась и натянула его на голову.

— И это, — поправив её волосы, подал заодно и шапку.

— А носки шерстяные? — усмехнулась она, выполнив просьбу.

— Твои и так тёплые! — натянул ей шапку на глаза и пока она возмущённо кряхтела, быстро чмокнул её в маленький нос.

— Ещё раз так сделаешь и я тебя… Вау!!! Это твой? — ошеломлённо замерла перед моим мотоциклом.

— И ты меня…? — захотел услышать угрозу до конца, но Мирослава возбуждённо перебила:

— Уже неважно!! Давай! Сажай! — вцепилась мне в грудь и запрыгала на месте. — Куда ноги ставить?

Ахах! Мой человек!

— Погоди, торопыга! — удержал за плечи, любуясь повеселевшей красавицей. — Сначала договоримся! Ты делаешь всё, как я говорю! Никаких лишних движений! Это не игрушка, Мира, и при неправильной эксплуатации он может покалечить!

— Хорошо! Показывай, что нужно делать! — интенсивно закивала она.

— Для начала — шлем, — натянув его на девичью голову, аккуратно закрепил на нежном подбородке.

— Как я выгляжу? — разулыбалась веснушка, демонстрируя свой новый образ.

— Сногсшибательно! — едва совладел с собой, чтобы не повалить её на байк, зацеловывая до смерти.

Моя рок-звезда!

— Если что-то захочешь, то просто сожми руки у меня на животе, хорошо? — надев свой шлем и перчатки, я быстро уселся на мотоцикл и подал руку девушке. — Держись крепко! — убедившись, что Мира удобно расположилась, я показал ей куда поставить ноги и накрыл её руками свой торс.

— А куда мы поедем? — спохватилась она.

— А это имеет значение? — повернул к ней голову.

— Руслан… — в её голосе проскользнула обеспокоенность.

— Доверься мне! — сжал её пальцы и дал последнюю возможность принять решение.

Ей понадобилось несколько секунд.

Прильнув к моей спине плотнее, Мира дала понять, что теперь она в моих руках.

Мысленно взлетев до небес, я в последний раз поднял голову к окнам своей квартиры, где за нами, как и было обещано, наблюдал Олег.

Махнув мне рукой, друг дал сигнал, что всё в порядке и он держит вечеринку под контролем.

— Готова? — заведя байк, я дал Мире время привыкнуть к его лёгкой вибрации и приготовился к малой скорости.

— Гони! — прозвучало над ухом и моё сердце сделало кульбит.

У меня получилось! Сейчас два моих мира соединятся в одно!

Раньше я всегда думал, что двигатель в моей жизни один. Это байк. И только на скорости я чувствовал себя свободным. Как же я ошибался.

Хрупкая девчонка, что крепко за меня держится и периодически восторженно повизгивает мне на ухо!

Вот, кто мной движет!

Никогда я ещё не испытывал столько эмоций! Мира вытянула из меня всё разом! Одна, хлеще другой! Вспышка за вспышкой! Выстрелы в сердце, разгон мыслей, бесчисленные импульсы!

Это неописуемо.

Я просто утонул в раскате чувств.

Так охмелел, что закричал сам.

С ней в один голос. На высокой скорости. Одной дорогой. В непроглядную даль.

Я словно заново родился!

Я испытал то, что мне казалось несбыточным сном.

Нашёл своё.

То, что до краёв наполняет.

Моё утоление голода.

Моё полное выражение себя.

Моё подлинное счастье.

— Ну как? — спрыгнув с байка, расстегнул шлем Миры и внимательно присмотрелся к её лицу.

— Ноги онемели… — простонала она, пытаясь их разогнуть.

— Это с непривычки! — присев на корточки, начал мягко массировать женские икры. — Перенапрягла! Попа болит? — улыбнулся я, когда девчонка, смешно поморщившись, погладила себя по копчику.

— И руки замёрзли… — уже не сопротивляясь, сама мне их протянула.

Бедолага! Завтра вообще не разогнётся…

— Где это мы? — вдруг очнулась она. — Куда ты меня привёз?

— Про это место никто не знает, — намеренно пугающим голосом сказал я, выдыхая горячий воздух на её ледяные пальцы.

— Руслан, только не говори, что поведёшь меня вон туда…

Даже смотреть не стал, куда она показывала. И так понятно, что её пугала противоположная сторона от виднеющегося освещаемого посёлка.

— Да, котёнок. Мы пойдём именно туда. Там у склона холма есть отпадный ручей, ночью он…

И вот тут она, в прямом смысле слова, задрожала. Нет, прямо-таки затряслась.

— Веснушка? — едва сдерживаясь, чтобы в голос не заржать.

— Я передумала, — сдавленно прошептала она, смотря на меня выпученными глазами.

— Поздно, Мирослава, поздно… — замогильным голосом произнёс я.

— Можно позвонить другу? — пискнула она, обмякая всем телом и через секунду нервно рявкнула. — Хватит ржать, Градов!! Я боюсь, блин!!

— Что тебя не найдут? — расхохотался в голос. — Всплывёшь утром, чего ты так переживаешь? — и не успев увернуться, получил ладонью по плечу.

— Вообще не смешно! — огрызнулась девушка, отталкивая от себя мои руки.

— Мир, я просто покажу тебе красивое место.

— Там темно, Руслан! Я споткнусь, сломаю себе шею, ты убежишь и меня за ночь сожрут комары!

Вдоволь полюбовавшись тем, как девчонка резво слезла с байка и упёрла кулаки в бока, я закатил глаза и притянул её к себе. Трепетно переплетя пальцы с неисправимой ворчуньей, принудительно повёл за собой:

— Пойдём, романтичная моя…

— Руслан, — прилетело в спину.

— Да не трону я тебя, — обречённо выдохнул я и не удержавшись, в последний раз подколол. — Просто искупаемся голышом!

Удивительно, что мне камень в затылок не прилетел.

Моя боевая подруга просто тихо чертыхнулась и сильнее сжимая мою ладонь, ступала по моим следам. Включив на телефоне фонарь, осветил нам путь и бережно помогая Мире, увлёк её за собой.

Туда, где я всегда оставался сам с собой, и смотря на звёзды, грезил о том, что моя жизнь обретёт смысл.* * *

— Откуда это? — заторможенно спросила Мира, наблюдая за тем, как я, сдвигая камни, показывал, что хранится в глубокой яме под густой охапкой веток.

— Я здесь часто бываю… — потянув на себя, вызволил на свет спальный мешок и сумки с вещами первой необходимости. — И ночую… — нащупав походный фонарь и проверив зарядку, я щёлкнул кнопкой и вокруг нас появился светлый круг.

Мира инстинктивно подошла ближе и наклонилась, чтобы рассмотреть мой туристический набор.

— Ты когда-нибудь спала на природе? — достав тёплый плед, накинул его на хрупкие, подрагивающие от холода плечи.

— Никогда, — с любопытством покрутила в руках продуктовый набор, что я заранее для нас приготовил. — Это тушёнка? — улыбнулась она, подбрасывая консервную банку.

— Там ещё печеньки для тебя есть, — стараясь не пялиться на девичью улыбку, разложил все приспособления и поставил для Мирославы раскладной стульчик.

— Ты это заранее спланировал? — устало она на него приземлилась.

— Нет, — и даже не стыдно за враньё. — Это моя пачка. От сердца отрываю.

— Тогда мне будет ещё приятнее их съесть, — закутавшись в плед поудобнее, она уверенно открыла упаковку и закинула в рот несколько штучек, но взглянув на мой голодный вид, выдохнула и вынужденно поднесла угощение и к моим губам тоже.

Да ты ж моя щедрая душа!

Схрумкав печенье, поймал её за руку и собрал с маленьких пальчиков остатки крошек.

От её возмущений отвлёк будильник.

Пора посылать селфи отцу.

— Мир, отправляй последнее фото. То, с девчонками, — приказным тоном подсказал я. — У тебя всё хорошо и ты ложишься спать.

Колебание было заметным.

Вот сейчас, в её голове все решения смыкаются воедино. Осталось последнее и наши дальнейшие отношения будут определены.

Либо доверяет, либо нет.

— Я не хочу сожалеть об этом… — завис её палец над экраном мобильного. — Мне самой себе трудно обьяснить что я здесь делаю, другим, тем более, не смогу…

— И не надо объяснять, — с комом в горле прохрипел я. — Просто живи моментом. Не оставляй эмоции на завтра… их может уже не быть…

— Эмоции не всегда идут на пользу… — замялась она, пытаясь скрыть внутреннюю борьбу, но мне было этого достаточно, чтобы отложить её телефон и прижать нежные ладони к своей груди.

— Чувствуешь?

Конкретика не нужна. Она прекрасно понимает о чём я говорю.

— Да… — её глаза распахнулись и начали растерянно бегать по моему лицу.

— А здесь? — теперь переложил наши руки на её грудь.

Ответ тарабанил настолько сильно, что отдавал мне в ладонь.

— Что может быть важнее? — прервав её смущённое молчание, я просто уже больше не смог сдерживаться и прижался к её лбу своим. — Не уходи.

— Завтра этого уже не будет, Руслан, — с грустью на выдохе произнесла Мира и закрыла глаза.

— Завтра я придумаю что-нибудь другое, — пообещал я, чувствительно сжимая её пальцы. — Но здесь и сейчас… останься.

Приоткрыв глаза, она не стала отводить взгляд и озвучила ту правду, что видел и понимал каждый из нас:

— Это предательство.

— Да, — согласился я. — Но либо ты предашь его… — прерывисто вздохнув от мысли о брате, я медленно и запретно просунул наши руки в вырез толстовки, под которой девичья кожа покрылась крупными мурашками. — Либо себя… — коснувшись обнажённого участка её груди, ещё сильнее ощутил, как бьётся взволнованное сердце. — Что для тебя больнее?

Я не услышал вслух ответа. Но у меня просто полыхало всё внутри, когда Мира взяла в руки телефон и нажала «отправить».

Наша ночь началась.Глава 9РУСЛАН

— Руслан! — дёрнулась в моих объятиях веснушка.

— Я не пристаю, — протянул расслабленно я, утыкаясь носом в её затылок и теснее прижимаясь к спине.

— А что ты делаешь? — голос суровый, но уже не брыкается, как в начале, когда предложил лечь в спальный мешок вдвоём.

— Просто волосы твои нюхаю… — прибалдело закрыл глаза.

— Ты так спокойно об этом говоришь! — затряслись от смеха её плечи. — Вытащи ноздрю из моего уха! — заголосила она, когда я приник губами к её мочке уха. — Градов! — уже хохоча во всё горло, когда я начал пересчитывать её худые рёбрышки пальцами.

— Ты смеёшься, как гусыня! — завладев её шеей, начал покрывать быстрыми поцелуями.

— Ну спасибо! — ещё не успев понять, что я перехожу грань дозволенного, девушка легонько ущипнула кожу на моей руке, что нежно гладила её живот.

— Мир?

— Мм? — уже без прежнего напряжения откликнулась она.

Всё-таки смех творит чудеса.

— Тебе нравится, как я пахну? — как только произнёс это вслух, понял, что звучит это глупее, чем в моей голове.

У девчонки начался новый приступ смеха и я мысленно написал у себя на лбу «шут».

— Смотрю, тебе весело, маленькая негодница! — перевернув её на спину, навалился сверху.

Забава резко прекратилась.

— Руслан… — посмотрела на меня вприщур.

— Чем я пахну для тебя, Мир? — не отставал от волнующего вопроса.

— Нормальные люди такие вопросы не задают… — хоть и пробурчала, но от любопытства немного втянула носом воздух.

— Я убеждён, что по запаху мы можем определить особенного для нас человека, — пояснил я, убирая с её лица рыжие волосы. — Когда голова кружится, словно перепил, когда не можешь насытиться и перед глазами плывут разноцветные круги…

— Хмм… — вдумавшись в мои слова, начала плавно покрываться румянцем.

— Что ты чувствуешь, когда я рядом? — в миллиметре от её губ, застилая туманом женский разум. — Скажи честно…

— У меня не плывёт перед глазами, Руслан… — внезапно в её глазах мелькнула небывалая уверенность и я заворожённо наблюдал, как на мгновение исчезает былая зажатость. — Всё происходит в точности наоборот… — прошептала она слегка осипшим голосом и вдруг, наклонив мою голову, глубоко вдохнула запах с моей шеи.

Ох, мать, зря я это всё затеял…

Потеряв дар речи, я замер, ощущая, какими чувствительными стали нервные окончания. От близости Миры у меня плавилась кожа.

Затаив дыхание, я ловил каждое её слово.

— Ты меня словно наэлектризовываешь… — её дрожащие пальцы зарылись у меня в волосах, нервно сжимая и разжимая их. — Мне становится жарко… — кончик её носа коснулся границы, где начиналась моя щетина. — Хочется сорваться с места и бежать, не останавливаясь… — глубокий вдох и мои руки возле её лица свело до боли, так сильно я хотел сжать её в своих объятиях. — От тебя пахнет порохом и машинным маслом… — и дотронувшись губами до моего подбородка, Мира грустно усмехнулась. — Опасно…

Больше не справляясь с безудержным желанием, я поймал её губы своими и прерывисто выдохнул:

— Искра уже пролетела и взрыв не миновать… — и наплевав на всё, поцеловал так, как мечтал всё это время.* * *

— Мир, прекрати загоняться, — свернув за угол её дома, подальше от чужих глаз, я прижал поникшую девчонку к стене. — Скажешь отцу, что Федя привёз и сразу уехал по делам.

— Да? А самому Феде что сказать? — тряхнула она головой. — Он не заслужил быть обманутым…

— Скажи правду и уходи от него.

— Руслан… — провела она ладонью по моей щеке. Снова смотрит, как на особо одарённого. — Такой непослушный, переменчивый… и такой симпатичный…

— Но? — аж костью в горле застряло.

— Но у нас ничего не получится.

Если сейчас на меня сверху рухнет дом, буду только рад.

— Я тебе уже говорила. Я встречаюсь с Федей и…

— Про любовь и чувства мне не заливай, Мир! — сцепил зубы, чтобы не закричать на неё. — У тебя губы опухли от моих поцелуев! Так какого чёрта ты возвращаешься к нему??

— А ты почему за спиной родного брата такое творишь?? — а вот и защита, нападать решила. — Мы оба лжецы, если уж на то пошло! — девичий крик резанул слух. — Не нужно во всём винить меня!

— Тебя никто не винит! — в моём тоне прозвучала сталь. — Но водить за нос обоих, Мир… хоть одному из нас объясни почему!

Загнал в угол. Ртом воздух начала хватать, но никаких оправданий не следовало.

— Сама-то знаешь? — взбесился я, желая знать, что ею руководит.

— Мне нужно идти, Руслан! — откинув от себя мою руку, девушка стала продвигаться ближе к подъезду.

— И ты вот так просто уйдёшь? — не поверил я глазам и схватил её за предплечье.

— Да! — от её напускного безразличия у меня пробежал мороз по коже. — Ночью ты не задавал вопросы и обещал не давить, а сам требуешь того, о чём я сразу предупредила, что этого не будет!!

— Надеялся, что эта ночь изменит твоё мнение! — осознание обратного скрутило виски.

Замечательно. Моя ночная нежная девочка превратилась в утреннюю стерву.

— Мы развлеклись, Руслан, не более…

Жёстко. Её слова обдали зверским холодом, но в глазах полыхало бессилие.

Первой реакцией хотелось взорваться и вытрясти из неё душу, но этим я только запущу такой же ответ.

Веснушка, как огонь. Спалит дотла. Маленькая. Кипучая. Хлёсткая.

Обуздав свой вспыльчивый темперамент, я шагнул к ней вплотную и со злорадным торжеством ей разжевал:

— Значит, будем так развлекаться до тех пор, пока не определишься!

— Это вряд ли, — в глубине её зрачков застыл благоговейный ужас и я скривил губы в усмешке.

— Вот увидишь, Мирослава! Ещё сама прибежишь мне в любви признаваться!

— Только в мечтах, Градов!

Чьих?

Какая же упрямая, но такая красивая. Только за это можно простить.

— Аккуратнее на мотоцикле! — бросила она и ненадолго задержав на мне прощальный взгляд, с тяжёлым выдохом скрылась за подъездной дверью.

Ну не любит она его! И не хочет быть с ним! Что её тогда держит? Целовала его на вечеринке уверенно… но и со мной не шутила…

Почему мечется от него ко мне? На двуличную не похожа. Но с кем-то из нас явно ведёт игру.

Офф. Не был бы братом, давно б с дороги убрал. Только это сдерживает.

Приходится их самих подводить к расставанию.

Дыши, Руслан. Недолго осталось. Не сегодня, так завтра ей поперёк встанет это притворство.

А пока и я не буду высовываться. Залягу на дно и узнаю, на кой фиг ей сдался Фёдор.

Кстати, он там жив вообще? Наверняка, проспался, будь здоров.* * *

— Блин, Олег, чё вы с квартирой сделали? — чуть не шлёпнулся на пол из-за какой-то пустой банки. — Где Федя?

— Спит ещё, — сонно буркнул друг, протирая глаза. — Как всё прошло?

— Не меняй тему, — обвёл глазами полнейший срач и впал в ступор. — Как это вычищать теперь?

— Руками, Руслан, — хрипло отозвался парень, пиная ногой пачку недоеденных чипсов. — Ты просил проследить, чтоб не помер брат и уже по возможности за хатой. Федька дышит, хата не сгорела. Чего тебе ещё от меня надо? — зевнув в кулак, он выпучил свои краснющие глаза.

— Вызывай уборщиков и ложись у меня в комнате, — пожалел своего кореша и устало почесал затылок. — А я пойду братца подниму.

— Спасибо, чувак! — медленно потопал к кровати Олег, уже несдержанно клюя носом. — Ты у меня такой красивый! — обронил напоследок комплимент.

Метнув взгляд на своё отражение в зеркале, в красках представил мамин ужас и отцовские плотно сжатые губы.

«…и такой симпатичный…» — вспомнились слова Миры.

Что есть, то есть.

Достав из сумки свою кофту, от которой исходил опьяняющий аромат моей девушки, я, недолго думая, надел её на себя, пока запах киви не выветрился.

— Фёдор, ну это уже вообще некрасиво!! — прогремел я, растормошив придурка. — Мало того, что нажрался, как свинья, так ещё и погром мне решил оставить??

— А…? — с большим трудом разлепил он глаза.

— Ёлки, как от тебя несёт, брат! — зажал я нос, как только парень открыл рот. — Вставай давай!

— Не могу… — проскулил пьянчуга.

— Не может он… — ворчливо толкнув его в плечо, пошёл на кухню за стаканом воды.

Пока наливал, кое-как остановил себя, чтобы не позвонить веснушке.

Как она там? Отец ни в чём не заподозрил?

Ответит ли воообще на звонок?

Вернувшись в спальню брата, уже хотел предложить сделать ему глоток, как снова застал храпящую морду с вывалившимся языком.

И запашок стоит, как в вытрезвителе.

Вот и доказывай потом, что он вообще не любитель, а просто не повезло.

«Завтра я вернусь к Феде, Руслан…»

Голос Миры так и стоял в ушах. Я, хоть и согласился ночью, но совершенно точно не допущу этого.

Что-то бесит, аж стакан трясётся в руке.

На, тебе, Федя! Утреннее купание!

— Ааээаа… — завопил он, как испуганная лошадь.

— Зенки продирай и иди в душ, если не хочешь упасть в глазах родителей.

— Куда? — уставился на меня мутным взором.

— Туда! — подняв его под локти, потащил в ванную. — Смердишь, как раздавленный клоп.

— Спасибо… — поблагодарил он, то ли за сравнение, то ли за помощь.

— Не вздумай уснуть тут в ванне! — пригрозил я, отряхивая кофту с запахом Миры.

На всякий случай, я включил холодную воду и направил лейку Феде в лицо.

— Оооййй… — поморщился он, причмокивая капли воды.

— Вот придурок! — вздохнул я, оставляя его лежать враскорячку. — У тебя десять минут, потом таким добрым не буду!

Заглянув в свою комнату и убедившись, что Олег уже слюнявит во сне мою подушку, не выдержал и отправил Мире сообщение:

— «Всё хорошо?»

Завис в ожидании.

— «Да.»

Надеюсь, я не с её папой сейчас общался и Миру там не держат на мушке.

Отогнав бредовые мысли, закрыл глаза и привалился лбом к стене.

Как же я хочу снова ощутить её тонкие пальцы на себе. Как она шкрябала ногтями мою щетину. Как водила губами по щеке.

— О Боже!!!! Мира!!! — вырвал меня из нирваны срывающийся голос Федьки.

Быстро протрезвел.

И тут же вспомнил о ней.

Ну-ну.

— Чё ты орёшь? — зашёл к нему в ванную.

— Руслан! Где Мирослава?? — прямо в сырой одежде начал вылезать из ванны брат. — Что я наделал? Где она?

— Спокойно! — поймал его падающее тело. — Мирослава дома. Я отвёз её к положенному времени! Мы сделали так, будто это ты её привёз, но спешил по делам и не зашёл к ним, — раздражённо посмотрев на мокрое пятно на своей кофте, сжал челюсть и брезгливо выдал. — Не благодари.

— Она что-нибудь сказала? Сильно обиделась? Блин, я вообще ничего не помню!! Её никто не трогал? Она не пила? Ничего не употребляла?

— Ты ещё тупее что ли стал? — застыл я от такого словесного поноса.

— Мне надо к ней! — решительно заявила опухшая рожа.

— Да прям! — толкнул его назад. — С Мирой всё нормально! Пока ты дрых, мы классно погуляли! Она отменно целуется!

— Фух, хорошо, что она была с тобой… — доверительно пролепетал придурок и подставил лицо под струю воды. — К ней никто не приставал?

За ночь мозг из ушей вытек.

Капец. То ли ржать, то ли рыдать над этим.

— Нет. Всё по согласию, — ухмыльнулся я, облокотившись на раковину.

— Вы на такси ездили? — продолжал питать ко мне доверие Федька.

— Конечно! Куда я несовершеннолетнюю-то повезу? — вскинул я руки, будто удивился такой нелепости. — Да и опасно это! Отвлекусь на её стройные ножки и всё! Даже опыт в гонках не спасёт!

— Да-да-да… — закивал недоумок. — Правильно, что на такси.

— Поторапливайся, — поднял я глаза к потолку. — И иди убирай после себя весь свинарник! Твои дебилы хуже дикарей себя ведут! Мои друзья просто в тихом шоке ушли! В жизни больше не поверю вашим высокопарным словечкам! Нелюди! Тьфу!

Швырнув в ошалелого брата мочалкой, вышел из ванной и проверил время.

У нас несколько часов, чтобы вернуть всё, как было.

Чёрт, что делать с маминой картиной?Глава 10РУСЛАН

— Ай! — взвизгнула от неожиданности Мира, когда я выловил её из потока студентов и силком затащил в один из пустых кабинетов. — Отпусти!

— Не отпущу! — прижал ладонь к женскому рту, глуша нарастающий вопль. — Надоела ты мне!! Ай, блин! — отдёрнул руку, когда эта юла цапнула меня за кожу. — Так бы и дал по губам!! — разозлился я, метая гром и молнии.

— Чего тебе от меня надо, Градов?? — аж на носочки привстала.

Гроза района, блин.

— Ты издеваться намерена!? — схватив рыжую бестию за талию, посадил на преподавательский стол и нос к носу зашипел. — Мира, я всё понимаю!! Ты испугалась чувств, не осмелилась признаться и спряталась за спиной Феди! Замечательно! Другого от тебя, в принципе, и не ждал! Но моё терпение на исходе!! Пять дней ты гасишься! Пять дней! — растопырил пальцы перед её лицом. — Я честно терпел и давал тебе время остыть! Но в игноре я сидеть не буду!! Ты чего добиваешься-то?

— Ты обкурился что ли, Руслан?? — девичьи глаза запылали боевым огнём. — Память отшибло? Так я повторю. Между нами ничего нет и не будет!

— Даже тааак? — сжав кулаки, громко вбил их в стол по бокам от девчонки. — А может это тебе стоит вспомнить, что было перед твоим побегом, а?

— Даже вспоминать не хочу! — вызывающе выпалила она и у меня напрочь снесло крышу.

— Придётся! — резко схватив Мирославу за скулы, жёстко смял её губы своими.

Допекла. За эти дни столько эмоций накопилось, что трясёт по любому поводу.

А тут она… вся такая непокорная, глаза в глаза, дерзкий взгляд.

И курок был спущен.

Сжав её дерущиеся руки в своих, я повалил девушку на спину и придавил её к столу всем своим телом.

Сопротивление возросло и в ход пошли колени.

Не давая малейшего шанса от меня избавиться, я обвёл губы Миры языком и на её изумлённом вздохе, беспощадно проник им в рот.

Неприступная крепость рухнула и её попытки меня столкнуть ослабли.

Вбирая в себя прерывистое женское дыхание, я показательно закинул её тоненькие руки себе на шею.

Свои же переместил на манящие изгибы и ничуть не останавливал себя в желании изучить, завладеть и утолить свою жажду перейти с Мирой на новый уровень.

С её губ сорвался стон, настолько сильно я сжал стройное бедро.

— Я соскучился… — твердил я, оставляя на нежной коже следы. — Озверел без твоего запаха… — оттягивая, прикусывая, облизывая пухлые губы. — С огнём играешь, дурочка…

Острые коготки впились мне в затылок и я едва сдержался, чтобы не провести зубами по атласной коже её шеи.

— Чего ты от меня хочешь, а? — сбилось дыхание от поцелуев. — Ну не могу я вдали быть…

— А я с тобой не могу быть… — рвано ответила девчонка, позволяя моим ладоням приближаться к её упругой груди.

— Да почему?! — так взбесился, что невольно резко сдавил полушария пальцами.

— Потому что ты не подходишь!!! — закричала Мира и что есть мочи оттолкнула от себя. — Даже, если я хочу!!! Ничего не выйдет!!

Опешив от таких слов, я замер возле стола и сканировал веснушку, как какой-то робот.

Столько психоза в её голосе. И столько борьбы в глазах.

Сорвалась маска.

— Это ты так решила? — неожиданно яростно спросил я. — Или надоумил кто? — вывод напросился сам. — Федя??

— Нет, не Федя, — холодно отозвалась она, пытаясь быть убедительной. — Я в состоянии думать сама.

— В итоге ничего умного ты не придумала, — не мешая Мире спрыгнуть со стола и поправлять помявшуюся одежду, я судорожно искал повод удержать её. — А мне что прикажешь делать?? Каждый день рассматривать рога брата и ждать, когда он меня ими проткнёт?

— Не лезь в наши отношения. Я сама разберусь, — грозно выпятила она грудь.

— Он тебя заставляет? — спросил напрямую.

— Нет, — ответ звучал глухо, но уверенно.

— Я так плох? — бросил на неё испытывающий взгляд.

— Ты просто не тот… — надрывисто ответила она, силясь удержать слёзы.

— Мир? — попытался приблизиться, но она отпрянула к двери и выставила перед собой обе руки.

— Просто не трогай меня!! Я буду с Федей, хочешь ты того или нет! — и шмыгнув носом, рванула на выход.

— Мира! — уже было кинулся за ней, но неведомый внутренний голос приказал остановиться.

Даже, если догоню, ничего не добьюсь.

Она на взводе. Упряма. И с навязчивой идеей быть с другим.

Надо искать иной путь. Дать ей время и самому использовать его с пользой.

Надо копаться в Феде. Причина кроется в нём.* * *

— Да-да, на двадцать четвёртое… я заеду на неделе составить меню… чтобы не сильно дорого… оплата будет картой… спасибо.

Ничего не поняв из того, что только что сказал кому-то по телефону Фёдор, я бесцеремонно вошёл в его комнату и облокотился на дверь.

С некоторых пор я использую любой шанс узнать мысли брата.

— А что у нас двадцать четвёртого?

— Стучаться надо, — вспыльчиво проворчал он, кидая мобильный на край кровати. — Тебе какое дело?

Вообще никакого. Плевать я на тебя хотел, но…

— Помочь хотел… — принял ангельский вид. — Ты в последнее время злой какой-то… случилось чего?

— Тебя не касается.

И правда, прямо сам на себя не похож.

— Окей, — быстро смирился я и уже поворачивал дверную ручку, как Федька попался в ловушку.

— У Мирославы двадцать четвёртого день рождения… восемнадцатилетие… — сделал напряжённый выдох. — Хочу сделать ей сюрприз и организовать это торжество в кафе.

Твою ж мать! Почему я об этом не знаю?? Через неделю у моей веснушки праздник, а я ни сном, ни духом.

— По правде говоря, она стала такой… загруженной, — негодовал придурок. — Меня не покидает ощущение, что я всё делаю не так…

Пфф, не тебя одного.

— Ты про что? — состроил такого же, как и он, дурака.

— Она раздражается по любому поводу… — сжав пальцами своё одеяло, психованно отшвырнул его на пол. — А потом извиняется и молчит. Что это за фигня такая?

— Она женщина, Федя. Вот, что за фигня, — проявил я участие в братских терзаниях. — Может, у неё стычки с родителями? Вспомни себя в восемнадцать лет… — потом очухался и переправил. — Точнее, вспомни меня, ты у нас всегда идеален был. Свет в родительском оконце…

— На что ты намекаешь? — сосредоточил на мне внимательный взгляд.

— На запреты, Федя, — тактично пояснил я. — Наверняка, ей что-то не разрешают. С мамой тёрки и…

— У неё нет мамы, — перебил меня брат.

— В смысле? — переспросил тупо я, хоть фразу и прекрасно расслышал.

— Мирославу воспитывает отец. Их мама скоропостижно скончалась, когда Мире было всего четыре года.

Сказать, что у меня почернело всё в груди, ничего не сказать. На языке проступил вкус горечи, а в ушах зашумело.

— Ты не знал? — приподнял бровь Федя.

— Нет… — сдавленно прошептал я. — Откуда мне это знать?

— Ну вы, я смотрю, довольно тесно общаетесь… Вас несколько раз видели разговаривающими возле универа… — посмотрел он на меня горящим взором, но мне было настолько не до этого, что я только вяло покачал головой.

Блин, она даже не заикнулась… а я и не спрашивал. Вообще ничего не спрашивал.

Я убеждаю её в будущем, но совсем не имею представления о её прошлом.

Как-то теперь погано на душе.

Совсем ведь малышка. Теперь понятно, почему такая ершистая. Привыкла защищаться.

— А её отец? — захотелось всё про него узнать.

— Уже в возрасте. Мира, я так понимаю, у них поздний ребёнок… трясётся над ней, но старается не усердствовать, — с грустью сообщил парень. — Он не против, если я приглашу для Мирославы гостей и мы весело отметим её день рождения.

Представляю, насколько весело. У нас разные понятия на этот счёт.

— Чем помочь? — перешёл я сразу к делу.

— Позови тех девушек с вечеринки, Мирослава вроде с ними продолжила общаться…

— Без проблем, — охотно принял задание. — Что ещё? Деньги? Выпивка?

— Нет. Больше никакой выпивки, Руслан, — поморщился от воспоминаний Федя.

— Ей восемнадцать! Остальные ещё старше! — возмутился я.

— Нет, — повторил зануда. — Всё цивилизованно.

Ох, ёмаё. Неисправим. Ходячая плесень.

— Мне решать, Руслан, — нахмурил он брови. — Я — её парень!

— Хорошо, как скажешь! — развёл я руками и уже собрался уйти, чтобы не наговорить лишнего, как столкнулся с мамой.

— Что делаете, мальчики? — заинтересованно оглядела нас.

Конечно, в одной комнате и не дерёмся. Достижение же.

— Готовим Мирославе сюрприз, мам.

Вот слюнтяй. Всё выложит.

— Ой, как здо́рово! — так обрадовалась, что сложила ладони в молитвенном жесте. — И что придумали? Поделитесь? Может быть и я посодействую!

— Цветы, мам, — осенило меня. — Ты же девочка… — приобнял свою красавицу. — Должна знать, что поразит наповал!

— Конечно! — заалели её щёки. — От любимого мужчины приятно получить розы, — посмотрела она на Федьку. — Это всегда было знаком страсти, — улыбнулась своему младшенькому и вспомнила про меня. — А в остальном можно подобрать что-то яркое! Мира — экстравагантная девушка! Думаю, что её восхитят необычные цветочные сочетания!

Кстати, классный совет.

— Спасибо, мам! — воодушевился придурок. — Ты всегда так помогаешь!

Ой, блин, началось…

— Ну я пошёл! — поскорее оставил их вдвоём.

У меня есть дела поважнее! Например, приготовить моей веснушке такой подарок, от которого у неё перехватит дыхание.

И я уже знаю, что это будет.Глава 11РУСЛАН

Я ждал её день рождения, как свой. Даже больше. Перебирал в мыслях её образ. Точно будет сверкать, как огонёк. И сильно удивится. Прям вижу, как прикроет рот от удивления, а потом обведёт всех блестящими глазами.

И Боже! Как бы мне хотелось, чтобы первым она обняла меня. Чтобы мне на ухо шептала дрожащим голосом «Спасибо»… чтобы мне мне улыбалась от счастья.

Но всё вышло в точности, да наоборот.

Федя.

Брат вышел вперёд, когда подруги завели Миру в кафе и раздался звук хлопушки, а затем и аплодисменты. Брат затянул её растерявшуюся в свои объятия. И ему выпала честь вытирать ей слёзы удивления.

Я же стоял в стороне, среди многочисленных гостей, и заламывал за спиной пальцы.

Пока веснушку зацеловывали и дарили цветы, я любовался её эмоциями, впитывал их в себя, будто энергию.

Даже был не против, что затерялся в толпе и стал не заметен.

Просто смотрел сам.

Маленькая, но такая взрослая. Кожаную мини-юбку нацепила. Моя красивая безобразница! Так и хочется сорвать эти чёрные колготки… взглянуть в её ярко-накрашенные глаза, почувствовать, как она царапает мне кожу своими чёрными ногтями…

Ох-фух…

Мотнув головой, отгоняя непрошеные мысли, с трудом наблюдал, как Федька что-то щебечет Мире на ухо, а она…

А она бегает глазами по гостям. Резко перепрыгивает взглядом с одного на другого.

И клянусь, у меня прервалось дыхание, когда любимые глаза остановились на мне и больше никого вокруг не замечали.

Находясь в руках другого, она смотрела только на меня.

И так манила к себе. Молча призывала подойти и я поддался. Медленным шагом. Ускоряя ритм сердца. Забывая обо всём. Только к ней.

Фёдор мгновенно напрягся. Взглянув на Мирославу и увидев на её лице согласие, он стянул губы в одну линию и неохотно отодвинулся.

Девчонка же, по мере моего приближения, никак не могла справиться с собой и прикусывала дрожащие губы, чтобы скрыть заметную для всех особенно-лучистую улыбку.

Раскрыв руки для объятий и первым улыбнувшись, дал ей зелёный свет.

Моя Мира сделала шаг и непроизвольно спрятала лицо у меня на груди.

Короткий миг, но такой важный. Она ждала меня и я пришёл. Это настолько огромное чувство, когда понимаешь, что твоя любимая девушка в свой знаменательный день хочет тебя увидеть рядом. Я переполнен им, ещё немного и произойдёт взрыв.

Сомкнув руки и прижав свою взрослую веснушку ближе, наклонился к её уху и едва слышно прошептал:

— Теперь можно всё… Сделаешь со мной то, что ни с кем другим?

От того, как сильно Мира опалила горячим выдохом мне кожу, я догадался о чём она подумала.

— Мне нравится ход твоих непристойных мыслей, но я не об этом… — в области груди завибрировало и я понял, что именинница смеётся, приглушая смех об мою одежду.

— Подарок будет послезавтра, это сюрприз… и для него нужно подходящее время, — промолвил ей на ухо и очень быстро коснулся губами мягкой девичьей мочки. — Поздравляю, моя маленькая… я на всю жизнь запомню тебя такой…

— Ну всё, Руслан, другие тоже хотят поздравить Мирославу! — втиснулся между нами Фёдор, отодвигая её за руку.

Резко стало холодно и накатила злость. Прямо волной нахлынула. Но я наткнулся на взгляд Миры и отступил.

Ей не хотелось скандалов в такой день и я это понимал.

— Спасибо, Руслан… — очень мягким тоном сказала она, благодаря меня ещё и глазами.

— Веселись, веснушка! — привычно подмигнув, я пропустил к ней суетящихся вокруг подруг и встретившись с братом тяжёлыми взглядами, ушёл к барной стойке.

Хоть там и пустовало, я отделился от гостей и ждал, когда всех рассадят за подготовленные столики. Зная Федьку, я буду сидеть в самом дальнем углу помещения, лишь бы не пересекался с Мирой.

Подождав некоторое время, пока суета не сбавит обороты, я убедился в своём предположении.

Мне выделили место в противоположном конце от столика именинницы. Ещё и мне выделили девиц, целую кучу. Ни одного парня поблизости. Одни бабы и смотрят мне в рот.

Вечер обещает быть весёлым.

Первый час праздника сильно странные соседки просто мусолили меня взглядом. Но аппетит растёт во время еды и оголодавшие девки пошли в наступление.

— А ты сюда один пришёл? — облизала губы блондинка.

Точно подружка Миры. На вид и восемнадцати нет.

— Нет, — глянул на неё с безразличием.

— А у тебя татуировка на плече настоящая? — прильнула она ближе и дотронулась пальцем до моей руки, вызывая раздражение.

— Фломастер. Ещё вопросы будут? — спровадил её жёстким взглядом и предупредительно зацепил остальных четырёх.

Спасибо, Федя, удружил. Мне только этих малолеток не хватало. С одной-то управиться не могу, так ещё подсунул.

— А ты кем приходишься Мире? — подключилась другая, брюнетка с перемазанным в тональнике лицом.

— Мужчиной мечты, — уже хотел опрокинуть залпом бокал отвратного вина, как вспомнил, что сегодня нельзя.

И не из-за дешёвого пойла, что заказал жмотский брат, а потому что нужно быть трезвым, как стекло.

— Что ж ты тогда не рядом с ней? — съязвила блондинка, заставляя подруг глупо хихикать.

Господи, дай мне терпения.

Повернув голову к центральному столу, где рядом с моей красавицей торжественно восседал Фёдор, мысленно долбанул его лбом об стол.

Немного отпустило.

— Ты не замёрз? У тебя мурашки бегут… — вдруг почувствовал, как под рукав поло заползают инородные когти.

Бить блондинок нельзя, поэтому, склонив к ней голову, я ледяным тоном приказал:

— Руки от меня убрала или заставлю плакать.

— А ты злой… — снова провела языком по нижней губе и с вызовом посмотрев мне в глаза, чувствительнее царапнула по моему тату.

Ох, мать вашу, это тяжёлый случай.

Ну, девочка, ты сама захотела…

— Быстро свои грабли убр…

— Алёна! — раздался за спиной металлический голос Миры и у меня прошлось по венам возбуждение. — Будь другом, закажи у диджея нашу любимую песню! Мне кажется, что все уже засиделись…

Блондинка вздрогнула и подняла на именинницу обвиняющий взгляд.

Вот, Мира, а! Нарушила такую идиллию!

— Пожалуйста, — мне показалось или веснушка произнесла это издевательским тоном.

Не став сдерживаться, насмешливо улыбнулся.

— Конечно… — проведя когтями по моей коже в последний раз и, типа, мне на что-то намекнув, эта Алёна поднялась со стула и блеснула изобретательностью. Демонстративно поправила платье, медленно обводя фигуру ладонями.

Было б на что смотреть.

Другие девицы оказались поскромнее и шутить с Мирой не рискнули. Прибито опустив глаза, молча последовали за виляющей задницей блонды.

— Ты везде себе развлечения найдёшь, да, Руслан? — хорошо, хоть по макушке мне не двинула.

Отодвинув для своей ревнивицы стул, попросил взглядом сесть.

Медленно опустилась и направила на меня рассерженный взгляд. Воистину, королева.

— У тебя веснушки горят, — рискуя быть убитым, прохрипел я и приблизился к её лицу. — Жгучая ревность.

— Значит, я чему-то помешала? — вскинула она гневно бровь.

— А если да? — ну не мог промолчать.

Сгорю заживо, но выведу её на эмоции.

— Тогда я уйду и ты можешь продолжать, — даже привстала.

Гордость — наше всё.

— С кем продолжать-то? Ты всех прекрасных незнакомок разогнала…

Вот точно сейчас у неё зубы треснут, нельзя так челюсть сжимать.

Ну? Где плевок в лицо или любая обидная фраза? Чего молчим?

Так резко встала, что я едва успел схватить её за юбку.

— А ну иди сюда, глупышка! — вернув её на стул, я пододвинул свой и зажал её ноги своими. — Мир, ты серьёзно что ли? Я здесь торчу только из-за тебя. Тупоголовых куриц этих терплю только из-за тебя. Жру эту отраву и не лезу в бутылку только из-за тебя.

Выслушала. Посмотрела вдаль. Деланно вздохнула, так уж и быть простила. И делая одолжение, снова заговорила:

— Сейчас моя любимая песня будет играть…

Удивлённо на неё посмотрев, перевёл взгляд к их столику с Федей. При нём что ли собралась со мной танцевать?

А где он?

— Феде кто-то позвонил и он вышел поговорить на улицу, — ответила на мой немой вопрос Мира.

— А другие тебя не волнуют? — положив ладонь на её коленку, нежно погладил.

— Слишком много вопросов, Руслан. Время идёт, — напрямую и без отвода глаз.

Ухмыльнувшись, поднялся на ноги и подал девушке руку.

— Вот и до медляка дошли, — протянул я, заводя спокойную веснушку на середину танцпола.

Ликуя внутри, обнял Миру одной рукой за талию, а второй прижал её ладонь к своему сердцу.

Музыка подходящая. Мы в неоновом в свете. Вокруг всё исчезло.

— Я хочу быть с тобой в каждый твой день рождения, — тихий шёпот между нами.

Рваный выдох и женские пальцы цепляются за моё плечо, будто пытаются удержаться от падения.

Слова не нужны. Все её ответы в прикосновениях, во взглядах, что навсегда останутся в душе, в сердцебиении, что ещё ни разу не было спокойным, когда я рядом.

Так далеко и близко. И хоть мне непонятны причины, хоть и не сплю по ночам, но за такие мгновения, когда девушка, в которую я влюбился с первого взгляда, сама прижимает меня к себе, как единственного и любимого… я готов гореть в огне и ждать благодатного дождя.

С её объятий началась наша история и лишь ими она закончится.

А я сделаю всё, чтобы она продолжалась, как можно дольше.Глава 12РУСЛАН

Очарование момента рассеялось слишком быстро. Музыка прекратилась. В наше единение ворвались чужие голоса и мне пришлось разомкнуть объятия, с тихим стоном выпуская Миру во внешний мир.

— Тебя там в холле сюрприз ждёт! — обратилась к ней какая-то девушка с намерением увести за собой.

— Какой? — оторопела веснушка, ещё не полностью отойдя от нашего душевного танца.

— Сейчас всё увидишь!! Давай-давай! Федя зовёт! — торопила её девчонка.

— Иди, — кивнул я, когда Мира устремила на меня потерянный взгляд.

На секунду прикрыв глаза и набрав в грудь побольше воздуха, она вернула контроль над мыслями и выглядела уже намного смелее, чем ещё пару секунд назад.

Разрешив девушке потянуть себя за руку к сюрпризу, она бросила на меня напоследок извиняющийся взгляд и сжала губы в подобии улыбки.

От этого не уйти.

Сегодня будет ещё много подарков. И она достойна их всех.

Приведя в порядок свои эмоции, я неспешно последовал за Мирой, желая посмотреть, что же ещё приготовил для неё Федька.

Я застал самый неожиданный момент. Выцепив глазами брата, стоящего возле гардероба, я присмотрелся получше, ожидая увидеть в его руках какой-либо подарок, но вздрогнул, когда на весь холл раздался возглас Миры:

— Папа???

Взгляд упал на совершенно непримечательного мужчину, которого я даже никак для себя не выделил, полагая, что это не более, чем персонал кафе.

— Папочка!! — вдруг сорвалась с места веснушка, с бешеной скоростью преодолевая расстояние до этого мужчины.

То, как трепетно они друг к другу прильнули, потрясло меня до самой коры мозга.

Почему-то всё это время отец Миры мне представлялся совсем другим. Огромным, грозным, влиятельным, с тяжёлым характером.

Тот образ исчез без следа.

Глаза видели невысокого, щупленького, рыжебородого мужчину с сильной горбинкой на носу.

И в каждом его движении ощущалась нежность и забота. Никакой строгости. Никакого давления. Только бережность.

Мира расплакалась и у меня защемило сердце.

Она весь вечер держалась стойко, не желая быть плаксивой, а тут ограничители слетели.

Я лишь краем уха слышал, что её отец не сможет приехать, потому что у него другие срочные дела, но не думал, что Мира так сильно заметит его отсутствие.

— Неужели ты думала, что я оставлю тебя в твой праздник одну? — ласково улыбался он, стирая слёзы с её нижних ресничек.

— Ты знал про это? — всхлипнула веснушка, так по-детски заглядывая ему в глаза.

— Конечно! — накрыл её румяные щёки ладонями. — Федя рассказал сразу, как только задумал это! Я очень торопился! Боялся опоздать!

— Спасибо… — хриплым грудным голосом ответила Мира и я ощутил, как у меня на кончиках пальцев скопилась нетерпеливая дрожь, так хотелось к ней прикоснуться.

— Какой это день рождения без самых близких? — сделал к ним шаг Федя и в моей груди всё похолодело. — Я, как мог, время тянул…

Тот взгляд, которым она на него посмотрела, я хотел бы навсегда стереть из памяти.

До боли пронзило сердце.

Сколько смысла, сколько благодарности, сколько надежды она в него вложила…

Через силу заставив себя продолжить смотреть, я корил все свои завистливые мысли, пытаясь образумиться.

Причём здесь я или Федька?

Главное то, что она счастлива в этот момент. Независимо от того, кто этому поспособствовал.

Она счастлива.

И это единственное, что должно меня волновать.

— Найдётся лишний стул? — мягко ущипнул за щёчку свою дочь мужчина.

— Конечно, папа!! — с придыханием прижалась она к его руке и я судорожно сглотнул, не зная, как себя повести.

Подойти знакомиться или же остаться в стороне.

Но всё уже решили за меня. Заметив мой шаг, Мира на миг стушевалась, но всё же не отступила.

— Пап, познакомься! — немного нервно улыбнувшись, обратила его внимание на меня. — Это…

— Мой старший брат, — опередил её Федя, выступая на ролях главного. — Руслан, — и послал мне короткий, но весьма многозначительный взгляд.

— Здравствуйте, — выпрямил я спину и протянул руку.

— А, здравствуй, — легко пожал её мужчина. — Да, Мира упоминала, что вас в семье двое ребят, — и мне на секунду показалось, что его взгляд потемнел, когда он увидел в моём ухе серьгу, а на плече татуировку.

Ну да. Не чист я и уж точно не образец достоинства.

— Чем занимаешься, Руслан? — поступил очевидный вопрос.

Но мне даже не дали раскрыть рта. Мирослава и Фёдор, как по команде, одинаково начали отвлекать мужчину и предлагать ему пройти в банкетный зал.

Гадкое чувство.

Неужто быть таким, как я, постыдно?

Одна встреча и меня автоматически записали для Миры неровней. И если позиция брата мне ясна и привычна, то почему меня скрывает от своего папы она? Он настолько приверженец внешних приличий? На мне, что, можно ставить крест?

Даже толком рассказать о себе ничего не позволили.

Хотя, как на это посмотреть.

Что бы я ему рассказал? Про гонки? Про вечеринки? Про то, что я до сих пор не определился кем мне быть и к чему стремиться?

Только одно я бы точно сказал с уверенностью.

Моё будущее связано с Мирославой.

Но к чему бы привело моё признание, если рядом стоит её официальный парень…

И снова здравствуй, этот «йоперный» театр.

— Сергей Иванович, присаживайтесь сюда! — окучивал его со всех сторон Федька.

Лишь бы угодить.

Подхалим.

По жизни такой.

Когда надо, ужом будет вертеться.

Встретившись с Мирой глазами, поддержал её улыбкой. Пусть делает, что хочет. Лишь бы больше не плакала.

Увидев, что именинница вернулась на своё место, к их столику снова начали подтягиваться гости, поздравляя и желая всего хорошего. Кто-то знакомился с её отцом, а кому-то просто хотелось похвалить Федю за идею этого вечера.

Веснушка успокоилась, снова вникла в атмосферу веселья и на её губах заиграла моя любимая улыбка.

Вернувшись за свой бабский стол, никого там не обнаружил и с облегчением перекусил.

Нервы натянулись, как пружина.

На один день пришлось немало впечатлений. И ещё столько же предстоит.

Только об этом подумав, мой мобильный в кармане внезапно завибрировал.

А вот и оно.

Заветное сообщение.

О том, что именно сегодня будет гонка, я узнал пару дней назад.

Участникам даётся время подготовиться, проверить мотоциклы, уладить все неполадки и привести в порядок нервы.

Но время и координаты всегда остаются в секрете. Нас оповещают в самый последний момент.

И вот, я уже знаю, что через два часа я должен буду находиться в другом месте.

Как совпало.

Я хочу быть и тут, и там.

И желание это совместить разрывает меня изнутри.

Два моих мира равносильно важны для меня, но сейчас придётся решить, где мне лучше быть.

Здесь — рядом с веснушкой в её день рождения.

Или на гонке — когда происходит моё собственное перерождение.

— Прошу минуточку внимания! — вдруг отвлёк от раздумий голос брата.

Держа в руках микрофон, он обводил глазами гостей и ждал, когда в зале наступит тишина.

Что-то тревожное зашевелилось у меня в груди. Я не припомню, чтобы Фёдор хоть раз обмолвился о своём выходе на сцену.

— Мирослава, подойди сюда, пожалуйста! — поманил он её рукой и гости дружно зааплодировали, поддерживая его призыв.

Мира от неожиданности не сразу сообразила, что от неё хотят. Медленно встала и краснея, как помидор, подошла к моему братцу.

Его глубокий вздох слышали все.

— Я не просто так позвал тебя, — сжал он до белых костяшек микрофон. — Весь вечер ждал момента подарить тебе подарок…

Подруги Миры громко захлопали, смущая её ещё сильнее.

И что же ты приготовил, придурок? Зачем дарить при всех?

— Я подумал, что сегодня идеальный день для того, чтобы сделать его самым счастливым… — судорожно сглотнув, Федя полез в карман и достал из него красную бархатную коробочку.

О нет! Только не это!! Умоляю, только не ЭТО!!

— Мирослава… — выдохнул он и встал на одно колено.

В зале повисла тишина, а моё сердце, наоборот, стало стучать ещё громче.

— Я тебя очень люблю… — пристально смотря Мире в глаза. — Ты выйдешь за меня замуж?

Боже, мне даже представить трудно, что сейчас творится у неё в голове.

Но такого смертельно-бледного лица я у неё никогда не видел. Жутко белое полотно.

Она не дышала. Не моргала. Просто вытаращила глаза и зависла.

Мне, на удивление, стало жаль своего брата. Молчание затягивалось и по девушке было видно, что ответ ему не понравится.

После жалости я почувствовал злость. Меня обуяло желание подойти и врезать этому кретину, что поставил Миру в такое неловкое положение.

Народ ждёт и это неслабо давит на психику.

Мира впадала в панику и это видел каждый.

Ну же, котёнок, пошли его к чёрту и я выведу тебя отсюда!

Тишина длилась уже неприлично долго и с задних столиков кто-то озвучил очевидный провал характерным свистом.

Фёдор мигом превратился в бледного призрака.

Поняв, что веснушка там застряла, не в силах пошевелиться, я встал со стула и направился к ней.

И тут она отмерла.

Заторможенно повернув голову к людям, она нашла шокированным взглядом меня и на миг прикрыла глаза.

Клянусь, в этот момент мне сдавило грудную клетку и стало нечем дышать.

Твою мать, Мира, просто уйди оттуда и нечего не говори!!!

Только не говори!

Открыв глаза, она тут же отвернулась и мне не удалось увидеть её эмоции.

Зато она показала их своему отцу.

Мимолётный взгляд на него и она во всеуслышание сказала отчётливое «да».

Толпа разразилась аплодисментами и криками, а я почувствовал резкую боль от душевного надлома.* * *

— Подожди!! — услышал я за спиной, но останавливаться не собирался. — Руслан!! — быстро приближалась Мира, вынуждая меня ускоряться, лишь бы ничего не видеть и не слышать.

Мой рассудок то подкидывало вверх, то резко опускало вниз. Я уже не принадлежал себе и единственное, что удавалось разобрать в хаосе мыслей, это то, что я хочу убраться отсюда. И как можно скорее.

Ещё пять минут назад я был за пределами своих чувств, держал в руках любимую и грезил о нашем возможном будущем.

А потом всё.

Разом и об землю.

Она произнесла это вслух. Она согласилась быть с другим, перечеркнув все мои мечты.

Зачем?

Мне это не понять. Да и не хочу.

Просто забыться. Любым способом избавиться от боли. В груди печёт и это мучает.

Я чувствовал, что сегодня важный день, но никак не предполагал, что настолько.

Все надежды обрушились.

Нет сил выяснять причины.

Хочу захлопнуть двери и никого не впускать.

Но та, от которой я желал убежать, стремительно догоняла.

— Руслан!

— Возвращайся к жениху!! — вырвалась из меня раскалённая ярость.

— Куда ты собрался? — задыхаясь от бега и эмоций, Мирослава попыталась за меня ухватиться, чтобы задержать, но я выдернув руку, бешено прорычал:

— У меня гонка!

— Ты с ума сошёл?! — не отставала она, быстро цокая каблуками по асфальту. — Да тебя трясёт всего!! — чуть не споткнувшись, вцепилась в кисть моей руки и насильно повернула к себе. — Нет, никуда ты не поедешь!!

— Попробуй остановить меня! — не помня себя, оттолкнул девчонку подальше, но не рассчитал с силой и она не удержав равновесие, рухнула на землю.

Твою мать!!!

Метнулся к ней и обхватив ошарашенную за талию, снова поставил на ноги.

— Вернись к нему, — воя внутри от своей слабости, посмотрел в родные глаза. — Тебя там ждут, Мир…

— Я не оставлю тебя одного в таком состоянии! — я видел, как трудно ей было говорить.

От нехватки воздуха она делала рваные судорожные вздохи и силилась не расплакаться.

— Ты уже это сделала, — вонзившись в неё безумным взглядом, я нежно пригладил её растрепавшиеся волосы и заправил их за уши. — Красивая моя, ненаглядная… ты только что сама довела меня до этого состояния…

— Руслан… — еле слышно прошептала она.

— А теперь иди к Феде. Ты должна быть там, а не здесь… — на секунду сдавив ей виски, я, сбитый с толку от возникшего искушения растерзать её дрожащие губы жёстким поцелуем, резко отнял свои руки и ушёл, не оборачиваясь.

— Я… я не могу… — отчаянно всхлипнула девушка, продолжая идти за мной. — Но не уходи так…

— Мира, — не вытерпев этих жалостливых слёз, я положил ладонь на заднюю часть её шеи и кое-как заставил себя говорить спокойно. — Заканчивай этот спектакль. Ты свой выбор сделала, поэтому перестань строить из себя ту, что обо мне волнуется! — ощутив под своими пальцами девичью дрожь, я сжал зубы и принудительно повернул веснушку лицом к кафе. — Иди и развлекайся дальше! — толкнул её ко входу.

— Тебе нельзя на гонку! — упрямо повторяла она, обнимая себя за голые плечи, чтобы унять мандраж. — Ты на взводе… — из её глаз капля за каплей падали слёзы. — …и можешь разбиться!

Даже ненавидеть её не получается. Вся боль, все обиды и обвинения меркнут, когда вижу её такой.

Маленькой, хрупкой, дрожащей, умоляющей не уходить.

Чёртово сердце к ней тянется, продавливая грудную клетку.

— Я уже разбился… — ласково коснувшись мокрой щеки Миры, я взял её руку и приложил к своей груди. — Вдребезги.

— Ты не поймёшь меня, Руслан… — глухо промолвила она. — Но я сделала то, что мне нужно…

Контрольный выстрел и я обессилено улыбаюсь:

— А мне нужно на гонку.

— Отмени! — расширились её зрачки, когда я начал уходить.

— Нет, — кинул я через плечо.

Мне просто нужно на волю. Сдуть ветром все невзгоды. Угнать от реальности. Вновь почувствовать себя живым. Мне нужна скорость, чтобы не сойти с ума.

— Я… — запнулась Мирослава, сделав за мной нетвёрдый шаг. — Я поеду с тобой!

— Нет, — продолжал я путь к своему мотоциклу.

Странно, что парковка была совершенно пуста. Да и за невестой никто не гонится.

— А я поеду! — уже прозвучало решительно.

— Нет. Твоё место рядом с женихом, — я всё равно был неприступен.

— Где моё место решать только мне! — обогнав меня прямо перед байком, упёрлась рукой мне в грудь и грозно зыркнула.

— О да! Это у тебя хорошо получается! — терпения становилось всё меньше и я навис над девчонкой настоящей угрозой. — Вот только хотелки лживой лицемерки меня больше не парят!

Мира дёрнулась, как от пощёчины, но глаза не отвела.

На душе стало ещё поганее.

— Называй меня, как хочешь… — сухим механическим голосом ответила она, поджимая посиневшие губы. — Но на гонку я тебя одного не отпущу.

Если бы я не видел, что она сейчас безумна также, как я, то ничуть не медлил.

Но мне знаком этот огонь в её глазах. Он неизбежно вырвется… и пусть лучше она сожжёт меня, чем сама не сможет выбраться из огня.

— Как хочешь, — собрал всю свою невозмутимость и отодвинул девчонку в сторону. — Кстати, — нагнувшись к мотоциклу, отстегнул сумку и достал то, что хотел преподнести имениннице, когда останемся одни. — Первая часть подарка… — и сунул ей в руки красивую круглую коробку.

Неловкость зашкаливала, недоумения ещё больше. Но лучше уж оставить это всё позади, чтобы не терзать себе нутро от безысходности.

Судорожно сглотнув, Мира трясущимися руками медленно открыла крышку.

Зря я не отвернулся. Не надо было мне на это смотреть.

На её широко распахнувшиеся глаза. На вздох удивления, который резко оборвался, потому что она перестала дышать. На взгляд, в котором смешались все чувства.

Мира так сильно растерялась, что не могла решиться притронуться к подарку.

Снова заглянув в коробку, в которую накануне смотрел больше часа, безмолвно выдохнул.

По всему дну были выложены витиеватой композицией необычные жёлто-оранжевые цветы. А посередине было углубление, в котором лежал и сам подарок. Кулон ручной работы, что я заказал специально для своей веснушки.

— Это Жар-птица, — протянув руку, я подцепил пальцами цепочку и поднёс ближе к глазам Миры. — Огненная птица, — встретившись с ней взглядом, я зачаровано застыл. — Её глаза сверкают, как кристаллы… — аккуратно обнажив девичью шею, я оплёл её цепочкой и еле-еле застегнул непослушными пальцами замочек. — Считается, что Жар-птицу невозможно взять голыми руками… — поправив кулон, я своим прикосновением вызвал россыпь мурашек на её гладкой коже. — Но тому, кто сумеет ею завладеть будет даровано вечное счастье…

Позволив себе на секунду забыться, я наклонился к лицу веснушки и оставил почти невесомый поцелуй в уголке её губ.

— Ты — моя Жар-птица…

Её заплаканные глаза вмиг потускнели от грусти и это неслабо отрезвило.

— На, — стянув с себя куртку, я накинул ей на плечи. — В гардероб ты вряд ли вернёшься, — и опустив взгляд на стройные ножки в совсем тоненьких колготках, в последний раз повторил. — Вернись к жениху.

— Нет, — хрипло, но воинственно ответила Мира, прижимая к груди коробку с цветами.

— Разгребать всё будешь сама. Я больше не на твоей стороне, — предупредил я, намекая на всех ждущих её в кафе людей.

Вытерев потёкшую тушь, девчонка шмыгнула носом и быстро вскарабкалась на мотоцикл.

— Ноги так не раздвигай! — воскликнул я, поправляя её задравшуюся юбку. — Если не хочешь удивить мужа в первую брачную ночь!

Пока Мира боролась с собой, чтобы не облить меня оскорблениями, я забрал из её рук цветы и закрепил на её голове шлем.

— Последнее слово? — прежде, чем сорваться с места, повернул к ней голову.

— Отмени! — сдавила мне живот руками.

— Нет! — дав окончательный ответ, нажал на газ и переключился на режим «до конца».Глава 13РУСЛАН

На гонках я всегда придерживался одного классического правила.

Смотри, куда едешь.

Я не знаю, почему именно тот день стал так богат на поворотные моменты, но под конец у меня закрадывались мысли, что перемены не закончились и вполне возможно, что пришло время проиграть.

Я смотрел на Миросоаву и не понимал только одного — за что?

Почему всё пошло наперекосяк?

Было бы проще обвинить во всём Федю, но глубинная причина была связана со мной.

Преломление заключалось во мне, раз вся эта чушь сбивала с ног именно меня.

— Приди в себя, Руслан! — удар по моему шлему и я, оторвав взгляд от волнующейся Миры, перевёл его на Олега. — Что бы у вас там не произошло, удали из памяти!

Друг прав, меня заносило.

— Трасса сложная! Дорога скользкая! — безустанно повторял он уже последние пятнадцать минут. — Следи за передачей! Без фокусов, Руслан! Не растеряй запчасти, как в прошлый раз!

Машинально кивнув на заученные до зубов инструкции, снова прикипел взглядом к толпе, где для меня яркой вспышкой выделялась только одна фигура.

Бездонные глаза веснушки были наполнены страхом и неверием, но определённо её бы сейчас не сдвинула с места даже лавина.

Мира чересчур сильно сжимала пальцами кулон на шее и неподвижно следила за тем, как готовятся к старту участники гонки.

Изучала моих соперников. Сканировала их на опасность. Пыталась сжечь их ещё до заезда.

— На третьем отрезке следи за передним колесом, — продолжались напутствия Олега, заранее изучающего все возможные дороги для гонок, чтобы всегда подсказать мне о поджидающих проблемных зонах. — Потеряешь сцепление и игра закончена.

— Понял, — дал знать, что слушаю, но все мысли были только о ней.

Что она чувствовала, когда соглашалась на свадьбу? Почему она не осталась с Федей? Зачем она мучает меня, находясь сейчас здесь, со мной? Даёт надежду или хочет очистить совесть, чтобы я на эмоциях не убился?

— …да мать твою, ты будешь меня слушать или нет??? — взорвался оглушительным выкриком друг. — На кой хрен ты её сюда привёз?

— Она замуж выходит… — зачем-то сообщил я.

— За кого? — на секунду замолк Олег. — За тебя???

— Нет, бро. За Федьку, — от горькой комичности полыхнуло в груди, отдаваясь судорогой в пальцах.

— Гонишь! — раскрыл рот парень, въедаясь в мои глаза проницательным взглядом. — Не время, Руслан, слышишь? Не время думать об этом!

— Я в норме, — сказал и понял, насколько это не правда. — Справлюсь.

— Не иди на риск! — хлопнув меня по спине, Олег принялся проверять на мне экипировку, будто всё дело в ней и это она пережимает мне лёгкие. — Забудь об этом, перекинь через себя и смотри только вперёд!

Сжав в перчатке свои беруши, я закрыл глаза и сделал несколько коротких вдохов.

В венах неумолимо вскипал адреналин. Вокруг уже нарастало жёсткое рычание байков. Пилоты ожидали выхода контролёра стартовой линии и будоражили своей жаждой скорости. В воздухе повис плотный запах резины и металла. Кожа от напряжения ощутимо начинала гореть, будто в меня воткнули множество крошечных игл.

Всё это чертовски знакомо и правильно.

Кроме одного.

Я был потерян. Узел, который связывал нас с Мирой ослаб и это топило меня в трясине ужаса. Меня магнитом тянуло к ней.

Снова укрепить. Перетянуть. Почувствовать тот натяг, что заставлял держать спину прямо и стремиться к комфорту.

Сейчас же я смотрел вперёд и видел лишь нечёткость. Дорога исказилась, я запутался в панике, а это однозначно вело только в пропасть.

Неминуемое падение.

— Ты лучший, Градов! — сжал моё плечо Олег. — Этот трек ты победишь также, как и предыдущие! Думай о финише! Что тебя будет ждать там?

Она.

Я хочу, чтобы меня там ждала она. Мира.

Хочу пересечь эту полосу, где будет другой мир, другая жизнь и это по праву будет принадлежать мне.

— Куда ты?? Сейчас уже будет сигнал!!! — остолбенел друг, когда я соскочил с байка и рванул в самую гущу толпы.

Перепрыгнув через ограду, я снял шлем и твёрдым шагом направился к Мирославе.

На её лице мелькнуло изумление, а затем и вера в то, что мои планы изменились.

Подойдя к ней вплотную, я приблизился к приоткрытым губам и жадно втянул в себя её живительное дыхание, восполняя свой недостаток внутри и насыщая кровь кислородом.

— Я собираюсь вернуться, Мира, — посмотрев в её широко распахнутые глаза, я выразил в своих абсолютную неуклонность.

— Вернись… — пролепетала она, дрожа, как испуганная птичка. — Только вернись…

— Ты будешь меня ждать?

— Буду!

Хотелось рассмеяться. Девчонка сейчас скажет что угодно, лишь бы меня снова увидеть. Такая маленькая врушка. Не может повлиять на меня и это до чёртиков страшит её. Энергетика гонок вселяет в неё мысль, что сейчас будет мясорубка.

Это правда. Как игра в рулетку. Неизвестно, кто сегодня полетит вниз головой. И я не хочу быть тем трусом, который не понимает всей опасности.

Я знаю. Принимаю это. Но не чувствуя стержень, я боюсь.

Мне нужна сила, которая удержит в седле и ускорит до предела.

— Что? — пролегла непонимающая морщинка у неё на лбу, когда я молча дотронулся до выреза на её груди.

— Одолжишь? — подцепил пальцем Жар-птицу.

Не задумываясь, сняла с себя кулон и окрутила цепочку вокруг моей шеи.

— Руслан!!! — долетел голос Олега. — БЫСТРО НА СТАРТ!

Мирослава мгновенно задеревенела и стянула ногтями мою кожаную куртку.

— Гонка за мечтой… — спрятал оберег под одежду и ощутил, как ко мне возвращается смелость. — И на финише ты.

— Руслан, может не…

— Засекай время, веснушка! — перебив её мольбу, натянул шлем обратно. — Ровно столько тебе отведено быть чужой невестой, — и перестав чувствовать свою уязвимость, побежал обратно.

Всё, что сейчас мной управляло — это безумие, толкающее на гоночную трассу и языки пламени, исходящие от Жар-птицы и проникающие в самую глубину сердца.

Я чудом вырвался вперёд и остался невредимым. Олег был прав. Дорога сильно скользила и меня несколько раз заносило на поворотах, чуть не доходя до аварийной ситуации.

За секунду до потери управления и в миллиметре от удара.

Но мой железный конь не подкачал. Мы с ним сплелись в одно и снова действовали слаженно, как единый организм. На обгон я пошёл не сразу, терпеливо расчищая себе путь допущенными ошибками первой половины гонщиков. Висевшие на хвосте остались позади. Предельная скорость началась под конец, когда объявился истинный соперник. Сильнее других. Мой уровень.

Вот тогда и началась игра на выживание.

Я зверел. Помеха справа не пропускала меня вперёд и я чувствовал, что на следующем повороте не смогу совершить манёвр для ускорения.

Эмоции зашкаливали и в этом таилась самая настоящая опасность. Нельзя поддаваться жару и выключать голову.

Только хладнокровие. Нужно вести себя в точности, как компьютер.

Малейшая путаница внутри и тебя отбросит назад или выкинет за пределы.

Я вдруг понял, что именно сегодня я превышу лимит своего безумия. На кону победа в глазах Миры, а значит все установленные мной режимы поведения в гонке пойдут прахом.

Напролом. Чего бы это не стоило.

Так и вышло. На последнем повороте я начал лишаться управления, теряя сцепление с асфальтом и накреняясь сильно набок, раздирая в кровь плечо.

Доля секунды и я, вместо экстренного торможения самонадеянно прибавил газу, резко меняя направление. Мой байк с немыслимой скоростью повело вправо, прямо под колёса соперника. Столкновение было неизбежно, но второй пилот быстро спасовал и ударил по тормозам, с визгом шин отрываясь от земли и вихрем слетая с дистанции.

Он смазанным пятном пронёсся мимо меня и остался позади. Меня же изрядно потрепало, корёжа металл и вращая из стороны в сторону. Ещё до финишной прямой я понял, что моё ведущее колесо загорелось и меня начал окутывать шлейф дыма.

Твою мать, только бы дотянуть.

Последний рывок дался тяжело, мой байк превратился в груду металлолома и просто пересечь финишную линию не получилось.

Меня на полной скорости занесло прямо в ограждение и я благополучно вылетел из седла, кувыркаясь вместе с байком.

Удары сердца пробивали грудную клетку, пульс острой болью отдавал в голове, рука адски горела, я задыхался, но несмотря на всё это я искал глазами её.

— Мира… — выдавил из себя хрип, когда ко мне подоспела бригада скорой помощи.

— Тише, не шевелись! — прозвучал чей-то жёсткий приказ.

— Мира… — запротестовал я, начиная вставать.

— Он жив?? — приближался голос Олега. — Жив?

— Сюда нельзя! — послышался ответ. — Я сказал, нельзя!

— Отойди! — взревел ором друг. — Руки убери!

— Я тебе что сказал!? Сюда нель… Эй, девушка, стойте!!!

— Мира… — вздохнул я и поморщился, ощутив укол в вену.

— Я здесь!! — упала она на колени возле меня. — Здесь! Всё хорошо!!

— Хорошо… — откинув голову на землю, я поднял на неё глаза и слабо улыбнулся, увидев, как смешно размазался весь её макияж от обильных слёз.

— Говорите с ним, — обратился к Мире врач, параллельно отдавая распоряжения насчёт носилок.

— Я выиграл? — спросил, чтобы просто похвастаться и произвести впечатление. — Ты видела?

Мира закрыла руками рот и громко всхлипнула.

Мне безумно захотелось прижаться к ней, поцеловать, успокоить, но на мне всё ещё был шлем и мне становилось трудно дышать. Голова начала тяжелеть и я не понимал от чего… от травмы или мне что-то вкололи?

— Мира… — прошептал я, боясь потерять связь с реальностью.

— Я тебя ненавижу, Градов!! — горько рыдала она, держа дрожащие пальцы над моей головой, желая прикоснуться, но извне вмешался чужой голос, запрещающий меня трогать. — Слышишь? Ненавижу тебя, Руслан!! — безутешно всматривалась в мои глаза.

Её лицо вдруг стало расплываться, а звуки ослабели, будто доносились через толщу воды. Слова слишком медленно оседали внутри, не давая мне сразу понять их смысл, но достигнув глубины, заставили меня самодовольно усмехнуться:

— А я тебя очень люблю…

И увидев, как в любимых глазах, за слёзной пеленой вспыхнуло разноцветными бликами пламя, я позволил себе расслабиться и провалиться в то небытие, в которое меня погрузили.Глава 14РУСЛАН

Очнулся я уже на больничной койке. И рядом была не Мира. А Фёдор.

— Ты специально это сделал? — первое, что спросил он, продолжая сидеть в кресле и сверлить меня взглядом.

— Нет, — всё ещё приходя в себя, осмотрел свою перебинтованную руку.

— Царапины, — хмуро произнёс брат, отрезав ненужные вопросы о моём состоянии.

Я и сам чувствовал, что со мной всё было в норме. Руки и ноги шевелились, голова поворачивалась, сильно чесалась задница.

Всё, как прежде.

— Тебе принципиально было испортить самый важный день в моей жизни? — парень пришёл, чтобы вытрясти из меня остатки души, и без этого он не уйдёт.

— Моя жизнь не пересекается с твоей. Гонки были, есть и будут, — ощущая противный сушняк в горле, хрипло откашлялся и провёл глазами по палате в поисках воды.

— Не пересекалась… — повторил Федька. — Пока не появилась Мирослава… которая бросила всё и посчитала своим долгом спасти брата жениха.

Ой, Господи, от смеха в боку закололо.

— Где она? — лишь для того, чтобы знать, что её не прибили за побег.

— На учёбе, — сквозь зубы сказал парень и устало хрустнул шеей.

— Давно ты тут? — получше присмотревшись, заметил тёмные круги под глазами.

— Олег позвонил. Я тут же примчался в больницу. Мира была уже здесь с тобой, — лаконично изрёк он.

Значит, Олег позвонил? Про жениха она забыла или специально не захотела вспоминать?

— Она не виновата, — встал я на защиту Миры. — Я сам вынудил со мной поехать.

Фёдор внимательно изучал моё лицо и я принял сидячее положение, чтобы придвинуться к нему ближе.

Пусть смотрит. Я не скрываюсь.

— Про вас я не думал, — честно признался в своём эгоизме. — Хотел развлечься. Она попалась под руку.

— Развлечься? — голосом брата прозвучало эхо. — С той, что на коленях просил стать моей женой? В тебе есть что-то от человека, Руслан?

— Нет, — хмыкнул я. — И никогда не было, — и представив, какой разбор полётов он мог устроить веснушке, настойчиво добавил. — Она не при чём.

— Ты осознаёшь что ты натворил? — он говорил спокойным тоном, но взгляд его был очень тяжёлым.

— Не совсем, — попробовав дотронуться до бинтов, резко поморщился и оставил затею определить степень повреждений.

— Вы просто исчезли, Руслан. Никто ничего не знал, — делая короткие паузы, Федя силился, чтобы не выкинуть меня в окно. — «Сбежавшая невеста» — прошёл слух среди гостей… ты можешь себе представить каково мне было??

— Не очень.

Где мой телефон?? Хочу дать о себе знать. Мира наверняка волнуется.

— Я чуть с ума не сошёл!!! — рявкнул брат и подскочив на ноги, подлетел к моей койке. — Зачем тебе это понадобилось?? Что тебе от неё было нужно?

— Ничего, — глаза в глаза. — Только она сама, — мои губы скривились в горькой усмешке. Чужая невеста… единственная, кто подумала обо мне… а не о тебе.

— Я не виноват, что родился и твоя жизнь изменилась!! — стянул он одеяло на моих ногах. — Но будь мужиком! Своди счёты не с помощью женщины!! Оставь её в покое! От тебя одни неприятности!!

— У Миры? — помрачнел я от этой мысли.

— Отец посадил её под замок на целый месяц! — ошарашил брат. — Я не знаю, что она написала ему в смс, но мужчина сильно разозлился!

— Твою мать… — в голове всплыли те кадры, где они так трепетно прижимались друг к другу, и мне моментально стало паршиво.

— Какому родителю понравится это? Дочь присылает сообщение, что она уехала на гонки с другим и…

— Она спасла мне жизнь! — гневно перебил я и протерев лицо ладонями, взглянул на Федьку с ожиданием. — Свадьба отменена?

— Нет, — сжал он губы. — Тебе не удалось встать между нами.

— Жаль, — поникли мои плечи. — Почти получилось…

— Теперь из-за тебя куча проблем! — потряхивало всегда сдержанного придурка. — Меня прозвали рогатым оленем! — загибал он пальцы. — Мирослава с отцом поругались! Потом с ней поругался я! И про это всё… — взмахнул над моим телом рукой. — …узнают родители! Что ты скажешь маме, а?

— Как и всегда, — подытожил я. — Это моя жизнь и только мне ею распоряжаться.* * *

— Кошелёк или жизнь? — шепнул я на ухо Мире, подкараулив её за углом универа, где она в гордом одиночестве восседала на скамейке.

Девушка испуганно дёрнулась и обернулась.

Увидев меня, она изумлённо округлила глаза, а потом обмякнув от усталости, уныло произнесла:

— Жизнь…

— Что, всё так плохо? — присел рядом и пригляделся к её потускневшим глазам.

— Почему не в больнице? — хмуро свела она брови.

— Почему не на паре? — в тон ей скорчил недовольную мину.

— Надоело.

— Аналогично, — признался я. — Как живётся в заточении?

— Пришёл поиздеваться? — навела на меня печальный взгляд.

— Нет. Соскучился… — взяв её за руку, удивился насколько они холодные. — Давно тут сидишь?

— Третью пару… — не стала скрывать веснушка.

— Пошли внутрь, — уже потянул в универ, но она замотала головой.

— Не хочу.

Понимая, что сдвинуть гору не получится, снял с себя куртку и накинул на девичьи плечи.

— Порхаешь от счастья просто, — сказал я с сарказмом. — Очаровательная невеста.

— Перестань, — протяжно выдохнула она. — Всё у меня нормально, просто не выспалась.

— Поехали спать? — приподнял краешек губ.

— Куда?

Ошарашено на неё уставился:

— Что? Неужели не будет никаких «Ты сдурел? Что за похабное предложение? За кого ты меня принимаешь?»

— Пофиг уже. Я хочу просто отключиться, — приложив ко лбу ладонь, будто болит голова, Мира приглушённо простонала.

— Котёнок, меня не было всего несколько дней, а ты уже раскисла! — негодующе произнёс я, и поднеся её пальчики к своим губам, ласково поцеловал.

— Думаешь, дело в тебе? — апатично мазнула по моему лицу взглядом.

— Да. Я очень красивый. Меня трудно забыть.

— Дурак, — фыркнула она.

— Дурочка, — припал губами к её виску. — Не боишься, что нас кто-нибудь застукает?

— Его окна на другую сторону выходят. На остальных наплевать.

— На учёбу сегодня пойдёшь? — вдохнул с её волос любимый запах киви и почувствовал, как расслабляются мышцы.

— Не хочу, — вновь утомлённо повторила Мирослава.

— Значит, тебя можно украсть? — в надежде сжал её ладонь.

— До последней пары Феди, потом он должен сопроводить меня домой.

— Дурдом, — закатил я глаза. — Может, мне уже наведаться к тебе домой и поговорить с отцом начистоту?

— Тогда это будет последний раз, когда мы видимся! — в её голосе прозвучали металлические нотки.

— Запретит?

— Я не захочу.

Немного прифигев от такого расклада, попытался прочесть в её глазах объяснение, но девчонка специально отвернула голову.

— А сейчас хочешь? — обхватив пальцами её подбородок, заставил смотреть напрямую.

На её лице отразилась нежность и ответ был очевиден:

— Сейчас хочу.

Не выдержав, приблизил к ней своё лицо и томно выдохнул:

— Пойдём займёмся сексом?

— Да иди ты, Градов! — тут же отпихнула от себя и раздражённо запыхтела, когда я громко рассмеялся.

Хоть какие-то эмоции начала проявлять, а то уж совсем лицо серым стало.

— Я пошутил, котёнок! — попытался снова обнять, но рыжая злюка оттолкнула.

— Угу, — буркнула она.

— Ненавидишь меня? — притворно ахнул.

— Да! — звонкий ответ.

— Сильно? — медленно придвинулся ближе.

— Очень! — говорил её рот, но в глазах была пробита брешь.

— Меня возбуждает твоя ненависть! — снова брякнул я и девчонка, громко цокнув, треснула меня по плечу.

— Ай! — схватился за травму.

— О Боже! — ужаснулась Мира, поняв, что натворила. — Боже, Руслан, прости, пожалуйста! — прильнула ко мне, нежно поглаживая ушибленное место. — Больно, да??

— Рука немеет… — издал жалобный стон и для пущего эффекта скривился от боли.

— О, нет-нет-нет!! — разволновалась веснушка, прыгая вокруг меня. — Что мне сделать? — даже дуть мне на руку начала.

— Исполни моё желание!

— Какое? — заподозрила неладное и прищурила глаза.

— Перепишем тот день, — поднялся на ноги и обхватил её лицо своими ладонями. — Никакого кафе. Никакого предложения. Никого другого… только ты и я.

— Отпразднуем заново? — хрипло спросила она.

— Да! — сняв со своей шеи кулон Жар-птицы, перевесил на неё. — Обнулим память и оторвёмся от земли.

— Это как? — терялась Мира в догадках.

— Просто доверься мне и держись изо всех сил!

Девчонка впилась в меня скептическим взглядом:

— За больную руку?

Расплывшись в улыбке, привычно приложил её ладонь к своей груди:

— За горящее сердце!* * *

Через некоторое время.

— Ты шутишь, Руслан!? — в панике вскрикнула Мирослава, когда я подвёл её к трубе высотой в шестьдесят метров. — Ни за что!!!

— Я обещал подарок! — поймал её за талию и направил к лестнице.

— В твоём духе, Градов! Убить меня решил? — запротестовала трусиха, тормозя наше движение.

— Умирать, так вместе! — расхохотался я, щипая её за попу.

— Нет, ты не заставишь меня! — девичий голос начал срываться. — Как тебе в голову вообще такое пришло??

— С тобой всегда на грани! — оправдался я. — Эй, посмотри на меня! Я уже делал это и не раз… Это, как заново родиться! И это то, что тебе сейчас нужно!

— Не угадал!

— Мир, ты задыхаешься! — сжав её плечи, ощутимо встряхнул. — Не знаю почему, но ты лишаешь себя воздуха!! Я больше не могу на это смотреть! Я задыхаюсь вместе с тобой, понимаешь?

— И ты считаешь, что прыжок с верёвкой мне поможет? — продолжала трястись Мира.

— Это нужно нам обоим, — кивнул я. — Я буду рядом! Буду держать тебя! Прыгнем вместе!

— Какой «прыгнем», Градов? — насупилась она. — Ты хочешь продлить больничный? Руки мало? Нужно заодно и ноги переломать?

— Хочу обнять любимую девушку и перешагнуть черту! — нервы натянулись до предела.

Когда же она начнёт верить мне?

— Трос оборвётся… — неуверенно пролепетала она, запрокинув голову и посмотрев на вышку. — Или сердце остановится… конечности оторвёт… разобьёмся в лепёшку…

— Там профессиональный инструктор, специальное снаряжение, качественное оборудование! Тебе нечего бояться, Мира!

— А сердце? — последняя попытка меня образумить.

— Ты здоровая девушка! — возразил я. — Максимум, описаешься! — и увидев на её щеке появившуюся от улыбки ямочку, быстро приник к ней губами.

— Руслан, — грозно произнесла она.

— Поверь мне! — осторожно начал тянуть её за собой к башне. — Роуп-джампинг дарит непередаваемые впечатления! Это как вспышка! Один миг и ты ощущаешь полное обновление! Приземляешься другим человеком!

Сделав от безысходности долгий выдох, Мира наконец-таки сдалась:

— Ты меня не отпустишь?

— Никогда! — и подведя её к вышке, повёл на самый верх.

Мои ребята отнеслись к Мирославе со всей ответственностью и инструктаж провели на высшем уровне. Чётко, грамотно и вселяя уверенность.

Веснушка реагировала уже более спокойно и под руководством инструктора исполняла все его требования с особой серьёзностью.

— Не бойся! Трос надёжный! — заверили её и отступили назад, оставляя нас на краю.

— Боже… — надорванно выдохнула она, посмотрев вниз.

— На меня смотри! — потребовал я, стягивая кожу на её бёдрах.

Мира сильнее обвила ногами мой торс и от страха закрыла глаза.

— Насчёт три! — крикнули нам и я напряг все мышцы, чтобы держать веснушку всеми силами.

— Раз!

— С днём рождения, котёнок! — промолвил я ей на ухо дрожащим голосом.

— Два!

— Я тебя люблю!

— Три!

— И я… — вдруг прошептала Мира и это стало решающим шагом.

Позабыв всё на свете, я просто стиснул любимую в объятиях и одним прыжком унёс нас в спасительную запредельность.Глава 15РУСЛАН

После нашего прыжка прошло две недели.

Это отрезвило. Закалило.

Сблизило.

Но решения остаться с Федей Мира так и не изменила. Все мои вопросы сводились к её несчастному взгляду, удручённому настроению, а затем и к лёгкой агрессии.

Я оставил попытки докопаться и просто поставил всё на то, что проводя со мной больше времени, веснушка образумится и сама придёт к правильному выбору.

Кое-как, но всё же мне удалось её уговорить создать в соцсетях фейковые аккаунты и общаться без страха, что её заподозрят в чувствах ко мне.

Это странно. И глупо.

И уж совсем по-детски. Куда мне, взрослому парню, подобные игры?

Мне бы взять девчонку в охапку и увезти от всех этих интриг, а я ведусь, как сопляк и не понимаю почему.

— Руслан, отвлекись от телефона, пожалуйста, и проведи время с семьёй, — резанул слух жёсткий голос отца.

Быстро дописав Мире сообщение, засунул мобильный в карман и вернул всё своё внимание за стол, где все в сборе поедали ужин.

— Спасибо, — с едкой ноткой произнёс папа и переглянулся с мамой.

Родители до сих пор злились на меня за гонку и я их понимаю. Новость о том, что сын в больнице повергла их в шок. Особенно досталось Олегу. Допрос с пытками устроили именно ему.

Друг выдержал испытание и как обычно, свалил всё на меня и мою больную голову. Мол, а как я мог остановить его? Если он чего-то хочет — он сделает.

Подействовало.

И мозгоклюйство перенаправили на меня. За Миру в частности.

Смягчило лишь то, что Федя перетянул одеяло на себя, сообщив о предстоящей свадьбе.

Вот тут родители пришли в восторг. Мама к полу больше не прикасается, парит над землёй. Отец горд, как никогда. Один я смотрю на всю эту муру и думаю, может, мне всё кажется… шибануло голову всё-таки и началась игра воображения.

Но нет. Реальность такова, что самые родные люди даже на грамм не представляют, что творится в моей жизни.

У меня нет возможности подойти к ним и сообщить прекрасную новость, что сын нашёл своё счастье и собирается строить светлое будущее.

Я не могу предоставить маме тот самый материнский покой за своего ребёнка, а отцу гордость, что сын вырос и сделал в жизни правильный выбор.

Всё это дано Федьке.

Все эмоции, поздравления и объятия достались ему.

Все пожелания и обещания быть рядом — ему.

Папино рукопожатие — ему.

Мамины слёзы счастья — ему.

А мне лишь расстроенные взгляды и вздохи разочарования.

Потому что не такой. Потому что не вписываюсь в их представление о сыне. Потому что не оправдал надежды.

И даже не смог найти достойным способом женщину.

Скажут, что украл, предал, унизил.

А я всего лишь полюбил…

Теперь позорно скрываюсь и пытаюсь сохранить те крохи общения, что мне перепадают после Федьки.

— Как рука? — всё же беспокоилась мама.

— Прошла, — послал ей лёгкую улыбку.

— Что с учёбой? — подхватил отец.

— Идёт, — отделался от подробностей я.

— Придумал, чем займёшься после окончания? — снова этот долбанный вопрос.

— В процессе, — и такой же дурацкий ответ.

Протяжный выдох мужчины говорил, что его это не устраивало, но мамина ладонь на плече сдерживала накат яростных волн.

— Федь, ты какой-то грустный в последние дни? Не ешь ничего… — перевела внимание отца на любимчика.

— Всё замечательно, мам, — прогундосил в тарелку придурок. — Устал немного.

— Мира выбрала платье? — излюбленная тема.

— Э-э… — замешкался брат. — Да, вроде да…

— Я знаешь что подумала… — задумчиво отправила еду в рот мама. — Предложить ей вместе съездить в салон красоты на прикидку причёски и пробный макияж? А то совсем не дело, что девочка без помощи обходится… без мамы…

Так-то она права, но не думаю, что это уместно для самой Миры. Чем ближе к свадьбе, тем больше моя веснушка замыкается в себе.

Судя по тому, как замялся Фёдор, это не укрылось и от него. Жениха.

Тьфу.

— Мам… — занервничал он. — Мирослава сама предпочитает этим заниматься, не подпускает к себе…

— Почему? — хором спросили родители.

— Возможно, волнуется… к тому же, привыкла справляться одна…

— Бедная… — горестно вздохнула мама. — Ну ничего! Присмотрится к нам, поймёт, что мы не злые и желаем только добра! Всё хорошо будет, Федь, не переживай! — и дотянувшись до щеки ненаглядного, шумно его поцеловала.

Перекинувшись с ним тяжёлыми взглядами, я смочил горло глотком воды. Так хотелось плюнуть ядом.

— А там уже и малыш появится! — мечтательно произнесла мама и у меня перекрыло дыхание. Поперхнувшись водой, закашлялся, как заядлый курильщик.

Кошмар, просто Санта-Барбара какая-то!

Будет тебе малыш, мама, но от старшего сына…

Ой, Господи! Дай мне сил не сойти с ума.

— Так пугают дети, Руслан? — покосился на меня отец.

— Его — да! — кинул на придурка высмеивающий взгляд. — Ещё таких дебилов в семье я больше не выдержу!

— Слабоумие здесь только у тебя! — огрызнулся он.

— Прекратили оба! — громыхнул об стол отцовский кулак.

— Почему у всех дружные семьи, а мои дети, как собаки грызутся? — сетовала мама.

— Неправильное воспитание, — подсказал я.

— Спасибо, сынок, — поджала губы женщина. — О том же самом думаю, смотря на тебя.

На удивление на лице Федьки не проявилась ухмылка, какая бывает, когда меня ругают. И правда пригорюнился идиот.

Ведь любимая девушка не любит в ответ. Должно быть и впрямь хреново.

Меня удерживает на поверхности именно то, что Мира меня любит. Она больше этого не говорила, но я вижу это осознание в её глазах, и даже, сентиментальный дурак, чувствую через экран телефона, когда читаю её сообщения.

Осталось немного. Мира не сможет сидеть на двух стульях сразу. Придётся выбирать.

Либо я. Либо он.* * *

— Это последний пропуск из-за тебя, Градов! — первое, что сказала мне Мира, выпорхнув из универа и забравшись под мою куртку, которую я подготовил для неё, чтобы спасти от дождя. — Меня скоро отчислят!

— Наверстаешь, как и в прошлый раз! — прижался губами к её скуле и прикусил нежную кожу. — Ты бываешь умной, когда нужно!

В глазах девчонки полыхнул угрожающий огонь и я довольно улыбнулся.

— Не здесь, — предостерегающе выпалила она, когда я потянулся к ней с поцелуем.

— Пошли скорей в машину, пока ты не промокла! — направил её к стоянке.

— Чья это? — нахмурилась, изучая незнакомое авто.

— Друга, — открыл ей пассажирскую дверь.

— Угнал? — расширились её глаза.

— Да, а друга убил и скинул его труп по дороге, — пробормотал я и оббежав машину, сел за руль. — По-твоему, я способен только на плохое?

— Да, — дразняще заявила негодница, стирая капли дождя с моего лица.

— Спасибо, котёнок! Приятно быть таким в твоих глазах! — промолвил я с оттенком иронии.

— А куда мы едем? — встрепенулась веснушка, бросив облегчённый взгляд на остающийся позади универ.

— В отель.

— Куда?? — аж высокую ноту взяла.

— В отель, — терпеливо донёс до неё запланированный сценарий.

— Руслан! — с откровенным смятением разинула рот.

— Да не буду я приставать! — издал короткий смешок. — Хочу просто закрыться ото всех и расслабиться! — прибавил газу, желая быстрее добраться до места.

Не услышав ответа, пришлось повернуть голову и встретиться с испытующим женским взором.

Меня так и подмывало сделать выпад, и впиться в её пухлые губы, вбирая в себя всё стеснение. Но Мирослава слишком напряглась и точно расценила бы это, как нападение.

— Каждый раз теперь просить тебя поверить мне?

Эта фраза заставила её залиться краской и сделать глубокий вдох.

Устремив сосредоточенный взгляд на дорогу, мысленно вернулся в те мгновения, когда веснушка давала понять, что мы с ней сообща.

— Я верю тебе, — почувствовав робкое прикосновение к своей шее, чуть не закатил глаза от удовольствия.

Подушечки пальцев нежно прочертили дорожку до моего почти зажившего плеча и у меня по всему телу пробежались мурашки.

— Тебе хорошо со мной? — жаждал услышать ответ.

— Да, — без заминки сказала Мира и у меня отлегло от сердца.

— Так будет всегда, — без лишних слов дал обещание и решительно набрал скорость.

В отель мы вбежали, держась за руки и перекидываясь поистине неравнодушными взглядами. В лифте уже перехватило дыхание. Я смотрел на свою девочку, как на лакомый кусочек, а она смущённо прятала лицо у меня на груди.

— Иди сюда! — наконец, притянул к себе, стоило нам закрыться в номере. — Мне нужны твои губы!

Кусал неистово. Сминал так, что услышал девичий писк. Сойдя с ума от страсти, я сжал Миру в объятиях и придавил к стене. Ладони непроизвольно обхватили её упругую грудь. Девушка задрожала и я начал покрывать поцелуями её тонкую шею. Я чувствовал, как под моими губами бешено колотился её пульс. Это лишь больше усилило моё возбуждение и я, буквально помутившись рассудком, остервенело задрал кофту Миры, набрасываясь на её обнажённую грудь.

Вскрикнув от неожиданности, она вцепилась мне в волосы и выгнула спину. Словно безумец, я терзал губами нежные соски и впитывал в себя каждый несдерживаемый девичий стон.

Не контролируя эмоции, повёл языком влажную дорожку вниз. Сначала по плоскому животику, затем к выпирающим по бокам косточкам, а потом, встав на колени, начал стягивать с Миры джинсы, чтобы продолжить путь к самому желанному. Ещё только увидев резинку от трусиков, почувствовал, как мне больно впиваются в голову острые ногти.

— Руслан! — расслышал сбивчивый голос Мирославы. — Руслан!! — свела ноги вместе, не подпуская меня к самому интимному.

Перестав дышать, просто наклонился и прижался губами к трусикам.

— Руслан!!! — нервно завопила девчонка и оттянув меня за волосы, оттолкнула на пол.

Повалившись на спину, распластался от тупого отчаяния и специально сильно приложился затылком, чтобы вернуть потерянное самообладание.

— Твою мать!!! — прорычал от злости на самого себя. — Прости, Мир! — закрыл глаза и выдохнул. — Прости… знаю, что обещал… больше не буду…

— Чокнутый! — услышал рядом беззлобную насмешку. — Маньяк, самый натуральный!

— Согласен… — промычал я, ощутив давление на живот.

Распахнув глаза, увидел, как веснушка, едва сдерживаясь от смеха, уселась на меня сверху и легла мне на грудь.

— Держи себя в руках! — заботливо убрала чёлку с моего лба.

— Ты издеваешься что ли? — ведясь на провокацию, обхватил руками её аппетитные ягодицы.

— Проверяю! — улыбнулась искусительница, водя носом по моей щетине.

— А если я сорвусь? — не понимая её мотивов.

— Тогда перестану тебе верить! — лукаво взглянув, прикоснулась губами к мочке моего уха.

— А ну слезай нафиг! — как ударенный током, спихнул нахалку на пол и под её хохот, поправил свои штаны. — Ещё дразнит, а! Зачем тогда остановила??

— Потому что не готова… — покраснела, но взгляд не отвела.

Была-не была! Задам тот вопрос, что съедает изнутри.

— Он к тебе притрагивался?

Застыл, внимательно смотря ей в глаза.

Последний натянутый нерв сейчас лопнет.

— Так, как ты сейчас?

Медленно кивнул.

— Нет.

— Почему нет? — такого я не ожидал.

Ночами не спал, гоня прочь мысли, что она спит с ним.

— Он обещал, что до свадьбы не притронется… сам это предложил… — и после недолгой паузы добавила. — Так он хочет доказать, что любит и настроен серьёзно…

— Замечательно! — вспылил я.

Этот придурок даже тут всё продумал.

Умно, гадёныш, ничего не скажешь!

Как легко завладеть наивной девственницей! Несколько месяцев воздержания и доверчивая девчонка станет женой!

— И ты решила сравнить? — догадался я. — И что получается? Я провалился?? Доверие подорвано?

— Руслан, успокойся! — начала подниматься с пола Мира. — Никаких сравнений! Я о нём даже не вспомнила! Здесь сейчас только ты и я…

— И ты думаешь, что я несерьёзен?

Ярость на собственную несдержанность достигла высшей отметки.

Идиот! Надо было держать руки по швам!

— Думаешь, мои слова ничего не стоят?

— У тебя истерика что ли, Градов? — сведя на переносице брови, девчонка недоумённо рассматривала моё лицо.

— Я чуть не… — метнул взгляд на стену, где я и не собирался останавливаться. — И что было бы, а?

Сердце просто барабанило в груди, страх подобрался слишком близко.

Я столько сил приложил, чтобы Мирослава поверила мне. Чтобы была уверена, я надёжен. Что я ценю её и уважаю.

Маленькой девчонке не объяснишь, что я нормальный парень, со своими потребностями, что сгораю от возбуждения от мыслей о ней.

А тут одни, взаперти… и она в моих руках.

Чёрт возьми, нечем дышать.

— Руслан, я не такая глупая, чтобы не понимать… — всё же запнулась. — Но при этом не сомневалась… ты не станешь принуждать.

— Мир, что с нами будет дальше, а? — подошёл к ней вплотную. — Мне что прикажешь делать? Ждать эти сраные полторы недели и вести тебя под венец?? Вручить ему? На, брат, забирай! Трахай мою женщину, будьте семьёй, рожайте детей…

— Руслан… — перегорел её взгляд.

— Как мне быть, скажи! Чего ты хочешь? — с трудом проглотил ком в горле.

Переживания рвались наружу, меня начинало трясти.

Мирослава вдруг заплакала. Сгорбилась. Над ней будто нависла тень.

— Я хочу поступить правильно… — хрипло прошептала она, задыхаясь от слёз.

Душу скрутило жгутом. Я не знал, что Мире причиняло такую боль и от бессилия испытывал тоже самое, только вдвойне, до содрогания.

Дёрнув её на себя, прижал как можно ближе.

— Тебя заставляют?

— Нет…

— Расскажи мне. Всё расскажи!! — накрыв ладонью её затылок, беспорядочными движениями стал спутывать волосы.

— Ты сделаешь только хуже… — надорванно всхлипнула Мира.

— Почему?

— Потому что не остановишься… — замотала головой. — Не поймёшь и будешь бороться…

— Да, буду! — воскликнул я.

— А мне это не нужно!! — сипло проревела она. — Слышишь? Я делаю то, что чувствую…

— Выйти замуж за нелюбимого? — резко отодвинувшись, схватил её за плечи и неосознанно сковал тисками. — ЭТО ты чувствуешь? Перечеркнуть то, что между нами… ЭТО ты чувствуешь? Жить порознь… ЭТО ты чувствуешь?

Я так сильно кричал и тряс её, что только ухудшил ситуацию. Мира смотрела на меня с нарастающим ужасом. И непонятно, что напугало её больше. Моё состояние или смысл слов.

— Я хочу уйти… — она попыталась сделать шаг назад и меня словно ударили под дых.

— Никуда… — рывком вернул в свои объятия. — Поняла!? Никуда ты не пойдёшь… — горло сдавило хрипом.

Пальцы скрутило от напряжения, но я продолжал сжимать девичью кожу, лишь бы её чувствовать.

— Я тебя люблю, Мир… — мой свитер насквозь промок от её слёз. — Дай руку! — уже по обычаю поднеся её дрожащую руку к своей груди, трепетно прижал к сердцу. — Вот ЭТО ты должна чувствовать… Вот, где правильно… — сбиваясь от волнения, говорил то, что уже давно сжигало разум. — Можно говорить, что угодно… а можно вообще молчать! Но ЭТО не обманешь!!! Подумай о себе! Сможешь жить без ЭТОГО чувства?

Мира молчала. Просто не получалось говорить. Я затронул самое глубокое и это нарушило все её установки.

Только дрожь, слёзы и болезненно колотящееся сердце.

— Ладно, хватит… — подняв её на руки, опустил на кровать и лёг рядом. — Я не хотел этого. Не так… — лёгкими поцелуями стал собирать капельки на мокрой щеке. — Просто не выдержал. Я не хочу тебя потерять. Вот и всё.

— И я не хочу… — смогла произнести Мира, как замёрзший щенок, греясь у моей груди.

— Только нам решать, как дальше жить, веснушка, — укрыл нас одеялом. — Ещё есть время… ты справишься, — выдохнув всё напряжение, втянул носом запах киви. — А теперь давай поспим. Осталось несколько часов. Я ещё должен тебя вернуть в универ.

Маленькие пальчики тут же пробрались под мой свитер и замерли там, где хранились все чувства разом.

Её это успокаивало. Это странный способ и возможно такое только у нас. Но именно таким образом мы с Мирой делились энергией и всем тем, что скрыто от других и доступно только нам двоим.

— Люблю… — прикоснулся к её закрытым глазам.

Вот бы все наши мечты стали явью и между нами не было никаких преград.

Позже, когда мы, заспанные и весьма потрёпанные, вернулись в универ, я едва смог заставить себя отпустить веснушку. Распрощавшись с ней у входа, я пошёл встретиться с Олегом и по пути случайно кинул взгляд в конец коридора.

Каково же было моё удивление, когда я увидел там брата, о чём-то эмоционально разговаривающего с незнакомой мне женщиной. Впервые видел, чтобы Федька так краснел на людях.

Просто пунцовый. И явно злой.

Внутри зародилось тревожное чувство. Лишь бы он не выпустил пар на Миру.

Дождавшись, когда эти двое договорят, я уже собирался догнать брата и всё выяснить, как увидел одну из Мириных подружек, вроде бы даже её одногруппница. Она перекинулась с этой женщиной парой фраз и направилась в мою сторону.

Поймав девчонку за локоть, быстро спросил:

— Кто эта женщина?

Выпучив на меня глаза, растерянно промямлила:

— Наш куратор.

— С Мирославой учишься?

— Да…

— Всё, спасибо, можешь идти.

Проводив её пришибленным взглядом, прислушался к внутреннему голосу и понял одно.

Феде доложили о прогулах.

И он далеко не тупой. Сложив два плюс два, он проест ей плешь до свадьбы или после?

И что делать мне? Вмешиваться и заступиться или дать им повод поссориться?

Ещё постояв так несколько минут, решил, что с одним делом я точно должен разобраться.

Почесав затылок и включив всё своё обаяние, пошёл догонять эту женщину. Предстоит убедить куратора не создавать Мире проблем. Глава 16РУСЛАН

В тот злополучный день ничего не предвещало беды. Проснувшись утром, первым делом полетел к Мире. До свадьбы оставалось три дня и я использовал каждую минуту, чтобы побыть рядом с любимой. Эмоциональный фон стал настолько нестабильным, что меня шатало из стороны в сторону. Я сам не знал, что могу выдать в следующий момент. Нервы перекрутились настолько, что это почувствовала даже мама.

Поймав меня на выходе из дома, она молча прильнула к моей груди и тяжко выдохнула.

— Мам, ты чего? — немного подержав в объятиях, заглянул в её бледное лицо.

— Сама не знаю… — долгий выдох. — Сердце не на месте… пальцы почему-то дрожат, не могу успокоиться…

— Так, женщина, не пугайте меня! — попытался свести всё в шутку, но мамины глаза наполнились слезами и я уже всерьёз разволновался. — Воу, мам, только не это! Ну-ка, посмотри на меня! — ласково погладив её щёки, примкнул к её лбу своим. — Всё же хорошо, чего ты? Все счастливы, здоровы!

— Ты счастлив? — посмотрела на меня, как перепуганная девочка.

— Счастлив, — как мог, погасил в глазах ложь.

— Ты ведь ничего не скрываешь? — не поверила.

Маму не проведёшь.

— Если и скрываю, то только потому, что не хочу, чтобы тебя это коснулось, — постарался донести вежливо.

— Руслан… — дрожащим голосом начала она. — Ты всегда был скрытным и любую проблему тащил на себе… — вдруг бросившись мне на шею, разразилась рыданиями. — Но если вдруг у тебя что-то случится… Приди ко мне!!

— Мам, — сжал глупышку, как можно сильнее и вдохнул с её волос несравненный ни с чем аромат.

Запах родимой матери.

— Я серьёзно, Руслан! — сердце разрывалось от мольбы в её голосе. — Не считай это слабостью! Я всегда буду за тебя! Пообещай, что, если случись то, с чем ты не сможешь справиться сам, то ты придёшь ко мне!!

Тяжелее момента просто не придумаешь!

Моя всегда улыбчивая, сияющая, как солнце мама так сильно прогнулась под грузом возникшей тревоги, что действительно нуждалась в моём утешении.

— Родная моя, — ощущая упрёки совести, будучи никудышным сыном, обхватил её маленькие ручки своими и несколько раз их нежно поцеловал. — Давай будем надеяться, что я никогда к тебе с этим не приду.

— Пообещай, Руслан! — уже проскальзывали истерические нотки. — Ты придёшь и мы вместе придумаем выход!! Я найду способ тебе помочь… Ты… — хлюпнула носом. — Ты даже можешь мне ничего не рассказывать, ничего не объяснять!! Просто скажи «Мама, мне нужна помощь!», и я всё сделаю, сынок!! Только не садись на мотоцикл!! Не лезь в драку! Не принимай наркотики! Не ходи к опасным людям!

— Да я и не…

— ПООБЕЩАЙ!

Стремительное осмысление. Вынужденное внутреннее согласие. Тяжёлый вздох и…

— Обещаю.

Молчаливый кивок и её озарило нескрываемое облегчение.

Прикоснувшись щекой к моей груди, постепенно начала успокаиваться.

Что не скажешь обо мне. Сердце колотилось, как безумное, а лёгкие требовали кислорода.

Что это было вообще? Скоро всей семье пропишут таблетки и поездку в санаторий.

Медленно сходим с ума.

— Больше не будешь плакать? — прикоснулся губами к женскому виску.

— Больше не буду, — мне послышалось и прозвучало с раскаянием.

— Ну, ты, конечно, мастер до инфаркта доводить, мам, — небольшой укор ей не помешает.

— У меня просто дурное предчувствие… вот и всё. Будут свои дети — поймёшь! — отстранившись, похлопала себя по щекам и кинула взгляд в зеркало. — Ой, Господи, как я на работу-то в таком виде пойду?

— Также, как и я в универ, — приобнял её со спины и уставился на наше отражение. — Ух ё! — деланно ужаснулся. — Весь в мать!

— Я, между прочим, по словам твоего отца, очень привлекательная! — так по-женски вспыхнула в возмущении.

— И я про тоже! — улыбнулся и ещё больше распушил её растрепавшиеся волосы.

— Сейчас получишь! — заверещала она, спасая остатки своей причёски.

— Оп, а вот это уже угроза! — и едва успел отскочить от разгневанной женщины.

— Посмотри, что наделал! — захныкала она, опуская руки.

— Мам, ты самая красивая женщина, которую я только видел! И ничто, никогда, не сможет этого изменить! — на страх и риск подошёл снова и взяв с комода расчёску, начал сам аккуратно зачёсывать выбившиеся прядки.

— Правда? — тихо спросила она, смущённо хлопая ресницами и пряча улыбку.

— Разумеется, — закончив наводить красоту и почувствовав, что мама окончательно пришла в себя, я сжал её плечи и быстро чмокнул в щёку.

Оценив её внешность, пришёл к выводу, что ничуть не соврал.

Для меня мама самая красивая женщина, а Мира самая красивая девушка.

И обе мои.

От гордости и помереть можно, если бы не одно но.

— Мам, я должен бежать, — вовремя вспомнил, что перед первой парой у меня будет ровно десять минут, чтобы увидеть веснушку.

Федя пасёт её, как умалишённый. Догадывается, наверное.

— Мы с тобой договорились, да, Руслан? — задержала меня перед дверью мама.

— Да. Договорились, — моргнул в знак согласия, а про себя понадеялся, что не должен никогда наступить тот момент, когда я приду подыхать в ноги матери.* * *

— Люблю тебя до невозможности… — зажав Миру в проёме между стеной и шкафом в какой-то пустой аудитории, не мог контролировать себя. — Ты в кожу проникла… — стянув волосы в кулак, запрокинул её голову и услышав слабый вскрик, присосался губами к хрупкой ключице.

— Боже, Руслан, какая муха тебя укусила? — простонала девчонка, пытаясь остановить мои руки, проскользнувшие в её трусы. — Полегче!

— Не могу больше! — накрыв пальцами девичье лоно, поймал губами шумный вздох. — Осточертело всё! Сделаю тебя своей и никуда ты не денешься! — покружив вокруг возбуждённого бугорка подушечкой пальца, затянул язык Миры в свой рот и с настоящей одержимостью проглотил её хриплый выкрик.

— Да… вот так… — заворожённо смотрел, как Мира, испытывая новые ощущения, откинула голову на стену и закатила глаза. — Сейчас будет ещё лучше, котёнок…

— Ах, Руслан… — задышала громко она, вонзая ногти мне в руку.

Пропитавшись влагой, мои пальцы заскользили ещё быстрее.

— Я уже никогда не смогу быть прежним… и ты тоже… — лизнув её нижнюю губу и чувствуя, как Мира обмякает, поддержал её за талию. — Выбери ты меня, хватит уже мучать нас обоих…

— Ах… — изогнулась она.

— Я тебя люблю, как сумасшедший, Мир! Будь моей и я сделаю всё, чтобы ты не пожалела об этом!

Изнемогая от желания, отнял от неё свою руку и услышав жалобный стон, придавил её промежность своим пахом.

— Что…? — ахнула веснушка, раскрыв широко глаза, но я зажал ей рот ладонью и начал интенсивно-поступательные движения.

— Расслабься, входить не буду… — зажмурившись от болезненного возбуждения, сконцентрировался на тех словах, что лились из меня потоком. — Мы всё равно друг без друга не сможем. Ты не протянешь, дурочка… я тебе нужен, у тебя в груди горит, как и у меня… — продолжая держать её рот закрытым, я тёрся об Миру так, словно между нами не было никакой одежды.

Я видел, как она изнывала, чувствовал, как сильно обжигала мою ладонь сбившимся дыханием.

— Я не отпущу тебя! Украду, увезу… насильно заберу! — моя спина уже покрылась потом, а шея девчонки стала влажной от моих поцелуев. — Решайся сама! Только представь… — ускорившись, я уже, как безумный вколачивал её в стену.

— Ах! — вырвался у Миры громкий стон и я на время перекрыл ей воздух жёстким поцелуем.

— Тшш… — теряясь вместе с ней в ощущениях.

В глазах уже темнело. Как давно у меня не было секса. Как давно я жаждал только Мирославу. Слишком сложно контролировать себя, когда я чувствую её податливое тело.

Такое горячее. Невинное. Моё…

Резким толчком вжавшись бёдрами в её чувствительное местечко, я не выдержав и сам издал вымученный стон.

— Мы снимем квартиру… — в прямом смысле вдалбливал в неё каждое слово. — Поженимся… хоть сразу, хоть через время, как созреешь… — девичьи ноги напряглись, а её руки на моих плечах натянули футболку. — Построим такое будущее, что будем сами себе завидовать!

Ох, твою мать, больше не могу.

— Я всегда буду рядом! Всегда!!

Мира выкрикнула моё имя и я, достигнув уже бешеного темпа, сделал последний мощный толчок.

— Ну же, давай!! — зарычал я, прикусывая мочку её уха.

Нас одновременно охватило судорогой. Небывалое наслаждение.

От нахлынувшей дрожи, веснушка в моих руках сжалась в комок, а потом обмякла, как тряпичная кукла.

Чуть ослабив хватку, сам навалился на неё без сил.

— Руслан…?

— Мм? — восстанавливая дыхание.

— Это так всегда? — ощутил лёгкое касание губ к своей шее.

Подняв голову и посмотрев в глаза Миры, рассмеялся в голос.

— Моя довольная кошечка! — если сейчас замурлычет, вообще не удивлюсь. — Будет ещё лучше, обещаю!

— Я ещё хочу… — краснеть больше некуда, но мы всё равно стараемся.

Пробежавшись по румяному лицу любующимся взглядом, тихо прошептал:

— Я тоже, — а потом ощутив все прелести нашего развлечения, смешливо добавил. — Влажные салфетки есть?

— Да, это очень смешно, котёнок! — буркнул я, отпуская хохотушку. — Я даже подростком такое не вытворял… — и опустив взгляд на ярко-выраженное пятно на своих джинсах, тихо взвыл. — Что теперь делать, а? Всё из-за тебя… — растопырил недовольно руки и бросил на виновницу упрекающий взгляд. — Чего ты улыбаешься? Кайфуешь, да?

— Руслан?

— Что? — пробасил я, настороженно следя за тем, как медленно она обвивает рукой мою шею.

— Я от тебя без ума! — чувственно прикоснулась губами к моим.

— О, всё, растеклась девка… — поцеловал в ответ, а потом снова вспомнил о своих мокрых трусах. — Бесстыдница!

— Ну всё-всё! Не ворчи! — царапнула меня по затылку. — Есть у меня влажные салфетки!

Подойдя к столу, где лежала её сумка, принялась искать моё спасение.

А я не мог оторвать от неё глаз и перестать завидовать самому себе. Если она так бурно кончает всего лишь от обычного трения, что же будет, когда заполню её до конца?

— На, — протянула мне упаковку.

— Вытрешь? — указал на пятно.

— Ещё чего! — подалась назад.

— Эх, ещё столько всего нам предстоит… — расплылся в улыбке. — Моя ты девочка!

Только начал молнию расстёгивать, как она ещё и отвернулась, вызывая у меня приступ хохота.

— Хватит ржать, Градов! — фыркнула Мира. — И давай быстрее, мне больше нельзя опаздывать!

Пришлось всё делать самому и быстро. Прям так приятно, не нарадуюсь.

— Руслан? — пока мерила шагами аудиторию.

— Мм?

— А ты всё это серьёзно говорил? Про то, что будешь рядом всегда… и что жить вместе будем…

— Нет, соврал, чтобы ты кончила! — усмехнулся я и девчонка в шоке обернулась, прям в самый подходящий момент.

— ОЙ! — прикрыла лицо руками. — Ты совсем дурак, да??

— Зато с большим достоинством! — натянув джинсы, подошёл к скромнице и поцеловал в плечо. — Оценила?

— Оценила! — передразнила меня, а у самой даже волосы ещё краснее стали. — Пошли! Федя на мой этаж в любой момент может спуститься…

Ущипнув её за попу, выглянул в коридор.

Никого.

— Бегом! — выпустил её вперёд и махнул рукой, чтобы бежала на пару. — Люблю! — крикнул шёпотом ей вслед.

Мира быстро показала мне средний палец, рассмеялась, когда в ответ я показал ей кулак и спешно рванула учиться.

Ой, вот такая неугомонная…

За это и люблю.

Проверив состояние штанов и убедившись, что не выглядит так, как есть на самом деле, неторопливо зашагал к лифту, чтобы появиться и на своей лекции. Но только двери кабины передо мной распахнулись, как я упёрся в грудь декана.

— О, Градов, как раз о тебе думал! С Федей всё хорошо?

— А что? — непонимающе уставился на мужчину.

— Ну, его вчера не было и сегодня тоже. Заболел что ли? А то он у меня за компьютерную программу на конференции отвечает, я ж без него не справлюсь.

— Да, извините, он неважно себя чувствует, — солгал я, ощущая, как по спине пробежал холодок. — Попробуйте найти замену.

— Ну, раз такое дело, то придётся, — цокнул губами декан, а потом сузив глаза, грозно спросил. — А ты чего тут прохлаждаешься? У вас пара уже вовсю идёт!

— Как раз туда шёл! В туалете застрял, запор был…

— О Господи… — сочувствующе вздохнул мужчина и наградив меня снисходительным взглядом, пошёл дальше по своим делам.

А вот мои дела резко изменились.

Где носит этого придурка? Сроду не отлынивал от учёбы. Ещё и перед деканом ответственен.

Нет. Он бы в жизни не стал отмазываться болезнью. Этот человек вообще не болеет. Не помню, чтобы Федька хоть раз на больничный уходил.

Так. Я его вчера видел??

Видел. Он поздно вернулся и сразу пошёл спать. Утром его уже не было. Мама бы первая подняла панику, что сы́ночка ненаглядный сбился с пути праведного.

Так где же его черти носят?

Только этого мне не хватало.* * *

— Эй, ты… не знаю как тебя зовут… видел моего брата?

— Нет.

— А ты? Ты с ним часто водишься… видела?

— Нет.

— А вон те задроты могут знать?

— Не знаем мы… руки убери!

— Что вы за друзья такие, что нихрена ничего не знаете???

Сердито сжал зубы, хоть и хотелось сжать им всем шеи. Отцепившись от какого-то друга Федьки, судорожно начал придумывать, куда этот придурок ещё мог податься.

Целый час потратил, чтобы оббежать весь универ. Без толку.

Телефон недоступен. Никто ничего не слышал.

Судя по сообщению Миры, она с ним сегодня ещё не общалась. Осторожно поинтересовался, делился ли он с ней своими планами. Тоже нет.

Да что ж такое-то?

Хоть и старался сохранять спокойствие, но заметил, что в сердце стали сползаться все страхи, какие только можно было придумать.

Вот, кто так поступает? Что за имбецил??

Мало мне проблем, так ещё и с ним возиться.

Если рассуждать трезво, то что могло произойти?

Парень струхнул перед свадьбой.

Оно? Нет, точно нет.

Он Мирой дышит в той же степени, что и я…

Его убили, сбила машина, сожрали собаки?

Такое же может быть?

Что в таких случаях делают? Куда звонить сначала? В полицию? В больницы? В морги?

Что, мать вашу, делать??

— Ты меня искал? — дёрнулся, когда рядом возник Олег.

— У меня проблема, — как на духу. — Федька пропал!

— Давно? — мгновенно вник в суть друг.

— Два дня пропускает пары, последний раз видел его вчера вечером, утром уже след простыл, никто ничего не знает…

— Кхм… — впал он в раздумье. — Ну, может он… с Мирой… ты не думал об этом?

— Отпадает. Она на учёбе и ничего не знает.

— Родители? — перешёл к следующей подсказке.

— Я невзначай уточнил какие планы у них и у Федьки на сегодня… типа, чтобы вовремя приехать на ужин, — нервно почесал затылок. — Они тоже не в курсе.

— Может, он к свадьбе готовится? Ну не знаю, в ресторан поехал или с организатором что-то обсудить?

Один мат на уме. Если всё так, то я не знаю, что с ним сделаю.

— Это на него не похоже, Олег, — растрепав на голове волосы, протёр пальцами глаза. — Мы о Федьке говорим. Сам знаешь, у него гипертрофированное чувство ответственности. В каждой дырке затычка, а тут просто исчез…

Волнение нарастало. Чем больше вспоминал о качествах брата, тем больше убеждался, что произошло что-то непредвиденное.

Фёдор всегда был дисциплинирован. До тошноты правильный. И тут подставил декана?

Ну точно случилось что-то вон выходящее.

— Может, нервничает перед свадьбой и пошёл снять напряжение? — предположил Олег.

— Да не пьёт он… — внутри всё перевернулось.

Совесть уже не просто вещала на ухо, что со всем этим напрямую связан я, она уже обгладывала мне внутренности.

Нервы на пределе. Я реально, всем нутром чувствовал, что мой младший брат в беде.

Что-то дышать стало трудно…

— Да расслабься ты! — с удивлением смотрел Олег. — Побухает пару дней и вернётся!

— Ты не понимаешь… — постучал кулаком себе по груди, пытаясь расслабить давку. — Федька, когда не владеет ситуацией, он вообще беспомощным становится… он с детства такой…

— Ну это у всех так… — пожал плечами друг.

— Да нет же!! — вспылил я, ощущая, как приближаюсь к взрыву. — Когда у тебя земля из-под ног уходит, что ты делаешь???

— Как и все… — недоумённо пробубнил парень. — Пытаюсь расслабиться…

— А он не умеет расслабляться!!! — схватив его за футболку, со всей силы придавил к стене, привлекая внимание проходящих мимо студентов. — Не умеет! Поэтому и держит всю жизнь под контролем, чтобы не довести себя до срыва!

— Окей, хорошо… — выдержанно промолвил Олег, даже не пытаясь сбросить с себя мои дрожащие руки. — Если дойдёт до срыва, то что?

— Не знаю что… не знаю я!! — у меня начиналась истерика.

Откуда это и как с ней справляться я не имел понятия! Просто колбасило. Просто шло изнутри.

Точь-в-точь, как мама сегодня утром.

— Руслан, отдышись! — обхватив мои запястья, Олег аккуратно, но настойчиво отодвинул мои руки. — У любого человека есть свой способ расслабления! Или человек, с которым можно развеяться, или место, где можно спрятаться, или…

— Погоди, — прервал его на полуслове. — Место, говоришь…

— Ну да. У него есть такое?

— Не уверен, — растерянно взглянул в окно, вспоминая детство. — Когда он был маленьким и его обижали, он убегал на пустырь возле нашего старого дома и сидел там, пока я его, козла, искал по всей школе… потом он уже просто там тупо сидел и ждал, когда я за ним приду… но это сколько лет уж прошло, Олег… — вскинул на него глаза. — За десять лет-то, как бы, мозг уже должен вырасти!

— Когда, как ты говоришь, земля уходит из-под ног, последнее, что работает, это мозг, — подождав, пока я сделаю ещё пару звонков, а затем угнетённо буду бить себя в лоб, друг сожалеюще спросил. — Думаешь, он всё понял?

— Что она со мной?

— Да…

— Он бы пришёл ко мне, — надавив себе на виски, понадеялся, что это поможет избавиться от эмоций. — Я давно жду, но никаких проявлений. Федька же, когда злится, как бычок бьётся об мою дверь…

— И что бы ты сделал, если бы он пришёл?

Не сразу найдя ответ, сделал глубокий вдох.

— Лишился бы семьи, — как бы ни было больно, правда такова.

Свадьбе не быть в любом случае. И уже неважно кто её остановит. В конце нам с Мирой всё равно придётся выйти в свет и признаться в наших чувствах. Федька вынужден будет столкнуться с явью. Кто-то из нас троих так и так станет жертвой.

Точно не Мира.

Сам не смогу.

Остаётся только мой бедный младший брат.

Который всегда был для меня мелким придурком, что нуждался в моей опеке.

Я… тот самый человек, что стоял за него горой и уберегал от боли… превратился в того, кто нанесёт самый болезненный удар.

Злой рок.

Вместо того, чтобы помочь ему подняться на ноги, я сделаю ему подсечку.

И ничего уже не смогу сделать. Буду вынужден смотреть на лежачего, а затем развернусь и уйду, чтобы не добивать ещё сильнее.

Надежда на то, что он справится сам рушилась на глазах.

Я ещё не успел забрать Миру, а разлом уже начался. Всё завертелось, закружилось, а теперь на скорости летит вниз.

— Держи в курсе! — хлопнул меня по спине Олег, когда я сообщил, что поехал искать брата.

Запрыгнув в такси, помчался на старый адрес, где мы жили много лет назад.

«Дурное предчувствие…»

Раздирали всю душу мамины слова.

Господи, мама, если бы ты знала, насколько почвенны они. Если бы ты только могла предположить, что в голове у твоего младшего сына и сколько дерьма я хлебнул с ним в детстве, то истерика была бы колоссальной.

Только бы не опоздать.

Пусть сидит и ждёт, как прежде. Пусть думает, что не сможет справиться, я вобью ему силой противоположное. Только пусть сидит.

Не жалея ног, на память выискивая дорогу, ринулся через весь гаражный массив.

Ничего не изменилось за столько лет.

Ни злачная пустошь, наводящая жути. Ни куча мусора под ногами. Ни тот самый чахлый куст, за которым виднеется спина моего брата.

— Федя! — крикнул я изо всех сил, второпях приближаясь. — Федя! — протянул к нему руку, но тут же застыл, чувствуя, как пронзило насквозь сердце. — Ты что натворил, придурок???

— Дай сюда!!! — кинулся к нему, выбивая из рук вскрытый бутылёк с какими-то белыми таблетками. — Открой рот! — начал тормошить его за куртку. — Сколько ты уже принял? СКОЛЬКО??

— Ни одной… — бесцветным голосом прошептал брат.

— Язык высунь! — пальцами разжал ему челюсть и заглянул внутрь. — Сколько успел проглотить, отвечай!!

— Нисколько! — прохрипел он. — Ещё не успел!

— Вот ты скотина проклятая, а!! — рухнул рядом с ним и схватился за голову. — Какого чёрта ты тут устроил!!!

Сердцебиение было настолько сильное, что меня мутило и двоилось в глазах.

— Ты же не настолько слабый, Федя! — мне казалось, что я кричу, но на деле это больше походило на вой. — Как ты вообще до этого додумался?? Всегда можно найти выход! Всегда!

— Уже не имеет значения… — безжизненно произнёс рядом Фёдор, и я, отняв от своего лица руки, со всей дури влепил ему пощёчину.

— Мама для тебя не имеет значения, да?? А отец? А друзья? А я, чёрт возьми? — впился в него яростным взглядом. — Ты херов эгоист!! Молча подохнуть решил?! А я тебе не позволю, понял!! Из-за твоей поганой бесхребетности не пострадает никто из нас!! Я не собираюсь смотреть до конца жизни, как несёт по тебе траур мама! Понял?? Не умеешь жить? Учись, мать твою!! Как хочешь борись с собой, но чтобы такого больше не было!!

Самое страшное, что Федя никак не реагировал. Я прокричал всё в пустоту. Он даже глазом не моргнул. Продолжал смотреть перед собой.

Однажды, он уже проделал это со мной в детстве. И не раз.

Когда его избили пацаны за школой, он трусливо сбежал сюда, считая, что жизнь кончилась и ему не место среди обычных детей.

Да, худой. Да, замкнутый. Да, не такой, как все. Да, никто не понимает и не хочет дружить.

Всё это я долго вбивал ему в башку.

Как раз перед тем, как отомстить каждому, кто его тронул и быть позорно исключённым из школы.

В следующий раз история повторилась.

Загнобили, а потом подкараулили. Только уже старшеклассники. Просто потому, что нужно было найти слабого. Им оказался мой братец.

Тогда я загремел в детскую комнату милиции. Отец откупился, так и не поняв, почему его старшего сына прозвали зверёнышем.

А младший молчал. Боялся осуждения за свою проявленную трусость. Не хотел быть в глазах родителей слабым.

А я просто не из тех, кто жалуется. Сделанного не воротишь. Так чего выяснять?

Так и сошлись мы. Два брата.

Совершенно разные, но вместе.

С тех давних пор, Федька вырос, повзрослел. Его жизнь изменилась. Стремления стали ещё больше и он всегда шёл к цели, обходя неудачи стороной.

Я бесился, но втайне был спокоен. Придурок научился жить без меня и это не могло не радовать.

И вот, сейчас, глядя в его пустые глаза, понял, насколько сильно заблуждался.

Он просто приспособился, но так и не смог закалиться.

Всегда был слабым… таким и останется.

— Она меня не любит… — через какое-то время, наконец, озвучил причину.

— С чего ты это взял? — вытер вспотевшие ладони об штаны.

— У неё кто-то есть… — на свой лад продолжал бубнить Федька.

— Ты это видел? — метнул взгляд на рассыпанные по земле таблетки и у меня всё похолодело от ужаса.

До чего я его довёл? Мой маленький братишка… почти…

— Она меня не любит… — бездумно продолжал он. — Не любит…

— Хватит! Очнись уже! — сжал его плечо и хорошенько встряхнул. — Посмотри на меня!

Добившись своего, приблизился к его лицу.

— Это не стоит того.

— Она равноценна всей моей жизни… — ответил он безликим голосом. — Я не смогу без неё жить…

Не передать словами, что со мной творилось. Это просто какая-то кара. Схватка сердца с разумом. Моя жизнь против чужой.

Невыносимо. Беспросветно.

— Она тебе что-то сказала? С чего ты решил, что она тебя не любит?

— С чего решил? — от его скорбной усмешки у меня по всему телу пробежался скоп мурашек. — Она избегает меня… дрожит, когда я к ней прикасаюсь… не смотрит в глаза, обманывает, что у нас всё хорошо, а сама прогуливает учёбу, её видели… она садилась в чью-то машину… её лицо белеет, как мел, когда я говорю о нашем будущем… вся подготовка к свадьбе выглядит так, будто её собираются казнить… она пытается скрыть, но я не слепой… она просто жалеет меня и не может сознаться, что встретила другого… что разлюбила…

Боже! У меня так скрутило желудок, что сейчас стошнит. От внутренней борьбы такая мешанина, что организм пытается снять напряжение естественным путём.

— Даже, если так… это не повод…

— Для меня повод! — вдруг проревел Фёдор, размахивая перед моим лицом руками. — Она всё для меня, Руслан! ВСЁ! С ней вся жизнь преобразилась! Я не могу ни о чём думать, кроме о ней! Просыпаюсь с мыслями о ней… тебе не понять… она, как воздух…

Как раз-таки, я тебя прекрасно понимаю, брат. Слово в слово, что испытываю я. Я знаю, что такое, когда её нет рядом. Это душит.

— Когда нет смысла, что ещё делать?? — его лицо было совсем бледным, губы нервно дрожали, а в глазах скопилась холодная тьма.

— Искать новый, Федя! — хотел его образумить, схватив за плечи, но он внезапно отшвырнул мои руки и, громко рыдая, повалился на спину.

— Уходи отсюда!

— Пошёл ты, Федя!!! — завопил я и со всего размаху впечатал кулак ему в живот. — Я не дам тебе убить родителей! Ты, сраный ублюдок, подумай не только о себе!!

Резко поднявшись на ноги, я пнул кроссовком жухлую траву и начал бешено топтать склянку из-под лекарства. Выплеснув часть эмоций, остановился, чтобы посмотреть, как корчится на земле парень.

— Вокруг полно девчонок, что ты к ней-то прицепился??

— Люблю я её… — раскашлялся слабак.

Грудь обожгло огнём и я, не выдержав боли, снова налетел на Федьку с кулаками:

— НАЙДИ СЕБЕ ДРУГУЮ!!!

— Не могу!! — даже не сопротивлялся, просто скрючился в позе эмбриона и прикрылся руками. — Жить без неё не могу!!!

— Она замуж за тебя собралась, падла, а ты тут валяешься и скулишь, как щенок!! Вставай и будь мужиком! Не любит?! Значит, смирись, и найди другую!

— Мне только она нужна…

— И что дальше, а? — жёстко обхватив его подбородок, сдавил кретину челюсть и заставил смотреть на меня. — Ты о ней подумал, ссыкло?? Ты сломаешь ей психику, идиот!

— Ей всё равно…

— Ей не всё равно, раз свадьбу не отменила! Придурок отмороженный! Легче всего тут наглотаться дерьма и уснуть, как последняя крыса!! А нам с этим жить!!!

— Я её люблю…

— Да ты за*бал!! — заорал я, вмазав тупице ещё раз. — Любишь?! Тогда отпусти её! Пусть счастлива будет, жизнь нормальную проживёт!

— Со мной была бы счастлива…

Не владея собой, отбросил от себя брата и во все глаза смотрел, как из его носа течёт струйка крови.

— Собирайся и поехали! — приказал я ледяным голосом, впиваясь ногтями в ладонь, чтобы успокоиться.

— Нет, — шмыгнул носом Федя.

— Собирайся, — процедил я сквозь зубы.

Уже был близок к тому, чтобы самому его прикончить.

— Либо жизнь с Мирославой, либо никак! — взглянув на меня в упор, дал понять, что не шутит.

И столько боли было в его глазах.

Бог мой, он её действительно любит… с ума сходит.

— Она мой ангел-хранитель… — вытер рукавом кровь. — Её не будет и никто меня уже не спасёт!

От осознания происходящего, я пошатнулся на месте.

Это сон. Это всё страшный сон.

Я не понимал что мне делать.

Кричать? Умолять? Рыдать? Бить? Бежать?

Что из этого поможет? Как спасти брата и не потерять Миру?

Дыхание сбилось и я отвернулся от брата, чтобы попытаться унять чувства.

Спокойно, Руслан. Дыши медленно. Ты что-нибудь придумаешь. Выход есть всегда. Ты сам это сказал. Тебе просто нужно успокоиться.

— БЛ**Ь!! — прокричал я, когда обернувшись, увидел, как этот идиот собирает с земли таблетки.

Со скоростью ветра налетел на него и перевернул на живот, заламывая руки.

— ХВАТИТ!!

Удар в спину.

— ТРУС!

Ещё один удар. И ещё один.

Пока это не подействовало и Федя не промычал, что остановился.

И тут плотину прорвало. Я сдался.

Трясущимися руками я прижал брата к себе и беспомощно расплакался.

— Всё наладится… Вот увидишь, всё наладится… — повторял я снова и снова. Только кого из нас я пытался убедить?

— Мы справимся… мы переживём это… мы вернёмся домой и всё образуется…

— Как? — выдавил из себя Федька.

— Мы что-нибудь придумаем… — задыхаясь от страха. — Я всё улажу… — нашёптывал я и гладил его по голове, как тогда, маленького.

— Обещаешь? — руки брата мёртвой хваткой вцепились в мои и мне не оставалось ничего другого, как сказать:

— Да.* * *

Это был самый ужасный день в моей жизни. Я потерял всё.

Любовь. Жизнь. Самого себя.

Кошмары не закончились. После того, как я отвёз Федю домой, приложил к его физиономии лёд и удостоверился, что он уснул после маминых успокоительных, на мой телефон пришло сообщение от Миры.

«Мне срочно нужно тебя увидеть. Есть разговор. Давай встретимся в нашем отеле?»

Это окончательно вышибло мне дух.

Только не сейчас, только не сегодня.

Больше не могу быть сильным. Мне просто хочется сойти на нет.

Без вопросов. Без ответов.

Без признаний. Без обещаний.

Просто тишина.

Сердце дрожало от омерзения происходящего. Я не знал, как заглушить боль. Просто волочил ноги до места встречи.

С горьким отчаянием внутри.

Непонятно какими силами заставил себя снять наш номер и зайти туда в ожидании Миры.

Меня каждый раз охватывал ужас, когда слышались шаги за дверью. Загнался так, что колени ходили ходуном. Просто смотрел и офигевал, что никак не получается контролировать собственное тело. Я едва сдерживал рвущийся крик. Хотелось орать, как резаный… и крушить, крушить, крушить…

Но вместо этого я тихо сидел на кровати, где совсем недавно обнимал любимую девушку, и каменел, как статуя.

Ни жив ни мёртв.

Внутри огонь, снаружи лёд.

Это не самообладание. Это полная его потеря. Защитная реакция.

Когда раздался стук в дверь, у меня сдавило горло.

Словно сам в петле.

Ноги не держали, но я всё же сделал эти несколько шагов и отворил ту дверь, что была последней защитой от неизбежного.

— Привет! — обожгло меня родным взглядом. — Прости, что задержалась, бежала, как могла! — холодные пальчики коснулись моего лица и нежно погладили по щетине.

Я смотрел на неё стеклянным взором и думал только о том, какая она неземная.

Я просто пылал от любви к ней.

Моя славная девчонка, что стала родственной душой и воплощением моей мечты.

Не отрывая от неё глаз, осознавал весь ужас.

Я собирался предать свою мечту.

Разбиться в пух и прах.

— Я хотела поговорить, — вмиг приняла серьёзный вид Мира и сложив перед собой пальцы, отошла к окну.

Я молча глядел ей в спину и молил о том, чтобы она ушла.

— Я долго думала… — судорожно вздохнула и обернулась. — И никак не могла решиться… — начала кусать губы. — Всё это время уверяла себя, что справлюсь, но становится только хуже… то есть, ты ближе и я… больше не могу врать самой себе…

В моей голове раздался душераздирающий вопль, но наяву на моём лице всё ещё держалась непроницаемая маска.

— Я… — признание ей давалось с трудом, было видно, как часто вздымается её грудь. — Ты… не оставил мне выбора, Руслан. Ты стал единственным вариантом на счастье… ты свёл меня с ума! — всплеснув руками, она ненадолго спрятала лицо в ладонях. — Ты был прав, когда говорил, что я приду признаваться тебе в любви… я честно не хотела этого, сопротивлялась до последнего… — раскрыв глаза, передала в них все накопленные чувства. — Но мне без тебя плохо… — её подбородок задрожал и она, поддаваясь порыву, сделала ко мне резкий шаг. — Я не чувствую ничего, кроме тебя… — дотянувшись до моей руки, положила её к себе на грудь. — …вот здесь, — пристально заглянула мне в глаза. — Помнишь, ты говорил, что поймёшь, что человек особенный, по запаху? Мне везде мерещится твой… я задыхаюсь, когда ты далеко… я устала убегать… — не знаю, что отразилось в моём взгляде, но Мира настоятельно добавила. — Я люблю тебя, Руслан, и хочу быть только с тобой! Я сейчас же отменю свадьбу и расстанусь с Федей… я… — мягко обхватив мою шею, подтянула к себе и горячо прошептала. — …я хочу быть счастлива! С тобой! Слышишь? Только с тобой!! Хочу прожить всю свою жизнь с тобой!

Её поцелуи были такими искренними, прикосновения такими желанными, а слова такими долгожданными… это могло быть апогеем и моего счастья тоже…

Но судьба, если она существует, распорядилась иначе.

— О какой жизни ты говоришь? — не узнал свой голос. Это точно чужой. Кто-то другой говорит, не я.

— О нашей жизни! Ты и я! — делая глубокие вдохи от волнения, Мира прикоснулась губами к моим глазам и начала быстро-быстро оставлять нежные поцелуи.

Пусть меня громом поразит, лишь бы это не чувствовать.

— Нет никаких «ты и я». — отвернул лицо и скинул с себя её руки. — Заигралась ты, девочка, чушь начала нести.

Она не поняла. Совсем не поняла. Улыбнулась как-то шутливо. Подумала, что я прикалываюсь.

Усмехнувшись, снова потянулась ко мне, но я отступил. Демонстративно подальше.

— Руслан? — проскользнула тень в её взгляде.

— Ты же не настолько тупа, Мир, чтобы поверить.

Больно.

Нестерпимо больно, но я терпел. Умирал, но терпел.

— Поверить во что? — от напряжения на её шее запульсировала жилка.

Медленно, но верно, до неё стала доходить суть.

— Что я правда в тебя влюбился, — произнёс я сухо через сжатые до боли зубы. — Ты серьёзно думала, что мы станем парой?

Чтоб я сдох и никогда не вспоминал этот момент. Жизнь разлеталась на куски. Я видел это в её глазах. Огонь, что грел меня всё это время, затухал от накапливающихся слёз.

Мой маленький воин. Она даже сейчас держалась и не давала себе пасть духом.

Цеплялась за надежды. Не верила.

— Да, серьёзно думала… — через неровное дыхание.

— Значит, ты дура, — осмотрел её с ног до головы. — Как можно было поверить, что ты для меня что-то значишь?

Моя девочка. Как пойманная в клетку птичка, сжалась в комок и хватала ртом воздух. Хрупкая и такая испуганная.

— Я развлекался с тобой, Мира, — сердце сжалось ледяными тисками. — Поиграл с малолеткой. Захотел отомстить придурку брату… поиметь целку до него! Вот и всё! — её затрясло, по щекам покатились слёзы. — Что ты так смотришь? Хочешь сказать, не хотела, чтобы я раскатал тебя, а? Утром стонала, просила ещё!

Гореть мне в аду за это…

За оскорбление и очернение любимой женщины. Ниже этого ничего нет.

Мой ангел даже ответить мне ничего не могла, так была шокирована. Пришла сказать о своих чувствах, а её втоптали в грязь.

И кто? Я…

Я, чёрт возьми!!! Тот, кто готов носить её на руках просто за то, что она есть. Мою чистую, совсем юную малышку!

— Поиграли и хватит! Не думал, что у вас до свадьбы дойдёт… — сглотнув ком в горле, уставился на неё невидящим взглядом.

Не хочу запоминать её такой. Не хочу жить с образом разбитой веснушки.

— Всё-таки он мой брат… и ты в семью нашу войдёшь… не хочу проблем! Хотя, признаться честно, я был бы не против тройничка… заполучила бы двух братьев сразу… как тебе такое, а?

Ну же! Ударь меня! Облегчи страдания! Что ты стоишь и смотришь? Прекрати так бесшумно плакать! Взорвись! Вмажь мне! Не позволяй так с собой обращаться!

— Да не реви ты! Будет тебе счастье, чего ты, ну? — выдал я издевательским тоном.

— Я тебе не верю… — вдруг прошептала осипшим голосом Мира. — У тебя сердце билось… по-настоящему… рядом со мной…

— Да у меня во всех местах билось, дура! Трахнуть я тебя хотел, еле сдерживался…

— А когда с башни прыгали? Тоже всё ради этого, хочешь сказать?

Чтобы скрыть нервозность, я рассмеялся.

Громко и глумливо.

— Что только ни сделаешь ради того, чтобы засадить очередной сучке!

Она содрогнулась. На лице застыл неподдельный ужас. Попятившись назад, девчонка натолкнулась на подоконник и моё сердце остановилось.

Потерял. Навсегда потерял свою Миру.

Ради брата. Чтобы жил он, я убил себя.

А вместе с собой потащил на дно и чувства невинной девочки. Первые и самые сильные. Предназначенные мне…

— Не советую трепаться! — оставался я на месте, хоть и руки сводило, как хотелось обнять её. — Лицемерных тварей не прощают…

С беспокойством наблюдал, как Мира вдруг скривила губы и медленно закивала.

Ни одного слова. Только взгляд, пробирающий меня насквозь.

Не обида. Не злость. Даже не разочарование.

Она смотрела так, будто убедилась в правильности своих мыслей.

Будто этого от меня и ждала.

Бесчестность и низость.

Руслан Градов, каким все его знают.

Теперь ещё и она… моя Мира, что единственная узнала меня настоящим.

Пока моя душа внутри догорала, веснушка неожиданно вытерла слёзы и быстро подойдя ко мне, крепко обняла.

— Будь счастлив, Руслан! Тебе это нужнее! — и также спешно отстранившись, более на меня не взглянув, вышла из номера.

И из моей жизни.

Я даже не смог выпустить слезу. Ничего не выходило. Ни одной эмоции. Ни единой реакции. Внутри догорело и осталась только пустота.

Кто знает, сколько я так простоял в этом номере. Последнее, что помню, это как я вернулся домой и найдя маму на кухне, бесстрастно произнёс:

— Мама, мне нужна помощь.КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ