Забыть нельзя, влюбиться невозможно

 Утро настало неожиданно быстро. Даже, скорей, настигло. Я открыла глаза и осознала, в чьих объятиях нежилась всю ночь. Чьи руки так бережно и так крепко обнимали, абсолютно собственнически прижимая меня к себе.

Алекс.

Мы-таки переступили ту тонкую грань, по которой ходили все это время. В теле было ощущение невероятной легкости и приятной усталости.

Мне было очень хорошо в его объятиях. Сейчас, когда он спит, а его грудь мерно вздымается под моей ладонью, он кажется таким ранимым и нежным. Но в действительности же этот мужчина – скала. Сильный, уверенный в себе, для которого не существует такого чувства, как любовь. Ему были не нужны отношения, но я, даже зная это, уже не могла себя остановить. Я полюбила его. После нашего потрясающего вечера и невероятной ночи, я поняла, что больше без него уже не смогу.

День за днем, видя его отношение к детям, к друзьям, ко мне… я влюблялась. Шаг за шагом, миллиметр за миллиметром позволяла ему завоевывать мое сердце. А вчера пропала окончательно в этом омуте черных глаз.

Тысячи мыслей бились в голове и казались сейчас такими громкими, что в какой-то момент я начала переживать, не услышит ли их Алекс.

Я попыталась потихоньку отодвинуться и встать, но Алекс повернулся на бок и еще крепче прижал меня к себе. Будто чувствовал, что если я сейчас встану, то просто трусливо сбегу.

За окном стоял туман и шумел сильнейший проливной дождь. Внезапно раздался громкий раскат грома, на улице сработала сигнализация у машины Алекса. Я вздрогнула, а брелок сигнализации где-то тихо начал пиликать.

- Тихо, ты чего? Это всего лишь сигнализация сработала, – хриплым со сна голосом прошептал мужчина, обнимая еще крепче и легонько целуя меня в макушку. А я боялась даже пошевелиться, настолько мне было стыдно и ровно настолько же хорошо в его сильных руках, которые обнимали, даря невероятное тепло и такое давно забытое ощущение защищенности.

Сигнализация все еще надрывно орала, а Алекс даже не собирался вставать. Сонно блуждал руками по моей спине, нежно вырисовывая какие-то незамысловатые узоры, медленно спускаясь к бедрам.

- Ты не отключишь ее? – я подняла голову, пытаясь заглянуть ему в глаза. Они были закрыты, а на губах блуждала ленивая полуулыбка. Щеки покрывала легкая щетина.

- Нет. Не хочу от тебя отходить, – он открыл глаза и посмотрел на меня. Ураган чувств бушевал в этом взгляде, но столько нежности и восхищения я не видела еще никогда. И все это было направлено на меня. В этот момент нестерпимо, до боли захотелось прикоснуться к нему, к этим горячим страстным губам, которые сводили меня с ума этой ночью. Но в место этого я выдала абсолютно нелепый вопрос:

- Почему?

- Что почему? – удивился мужчина, легонько проводя подушечкой большого пальца по моим губам. Провел легко, едва касаясь, но столько трепетной заботы было в этом простом движении! Я нервно сглотнула.

- Почему отходить от меня не хочешь…

- Потому что до сих пор не верю, что это не сон, банально боюсь, что ты исчезнешь, как мираж, – улыбнулся он и медленно потянулся к моим губам. Еще мгновение, и я оказалась крепко прижата сильным мужским телом, а уснувшее было возбуждение и дикая страсть затопили с головой.

Поздно уже отступать, да и совсем не хочется. Пропадать так вместе.

Сейчас есть только мы.

Я и он.

И наша ночь, с рассветом перетекающая в утро.

 4 месяца назад…

 - Ты спрашивала про подработку, у меня есть неплохой вариант, – сказала Светка радостно.

- Какой вариант? – я одной рукой пыталась достать из шкафа тяжеленный разнос, а второй прижимала телефон к уху.

- У моего знакомого есть знакомый…

- Так, стоп. Я на работе, давай короче.

- В общем, нужен кто-то вроде няньки.

- Ты издеваешься? Какая из меня нянька?

Я наконец выцепила разнос, и дверки шкафа с грохотом закрылись, чуть не ударив меня по макушке, хорошо, я успела присесть.

- Да нет, там дети взрослые.

- Тогда вообще не понимаю, зачем взрослым детям нянька?

- Ну, Александр, он очень занят, дома бывает редко, а его сорванцы остаются на самоконтроле, и нужен кто-то, чтобы за ними присмотреть.

- Нет, Свет, это не вариант.

- Он готов очень хорошо заплатить, а тебе нужны деньги! А еще ему срочно нужно найти помощницу, назовем это так.

- Мне нужна такая подработка, чтобы я могла совмещать ее с работой в ресторане, а…

- Это все уже решено.

- Не поняла… - начинала я злиться, подозревая, что Светка уже сунула в это дело свой маленький вздернутый носик. Мимо пронеслась повариха, зло зыркнув в мою сторону. А я что? Я ничего. Просто показала ей в спину язык.

- Сегодня же ты до пяти?

- Угу, - пробубнила я, чуя неладное.

- Вот и отлично. В шесть тебя жду, адрес скину СМС-кой.

- Светлана!

Но мои возмущения улетели в пустоту, мои предприимчивая подруга сбросила вызов и оперативно скинула СМС с адресом, и не только…

Сумма, которую этот Александр готов был платить, была действительно внушительной, оплата понедельная. Если взять в сумме, за месяц тут в ресторане я не получала и половины того, что он обещал, и это с учетом того, что «Ривьера» – ресторан, в котором я работаю, – хостес, один из самых презентабельных и дорогих в нашем городе. А если человек готов платить такие деньги за простую работу няней, значит, там определённо все не так просто.

Но выбора у меня не было: я хоть и жутко злая от выходки подруги, но подставить ее не могу. Поэтому в пять выйдя из ресторана, покорно сажусь в такси и еду в один из самых дорогих жилых районов нашего города, в жилой комплекс «Поднебесье». Пафосно, правда? И дико дорого.

Дом, в котором живет Александр Дмитриевич, один из новых элитных высоток. Дорогой холл, полы и стены отделаны под мрамор, все сверкает чистотой, а дороговизна так и режет глаза. Хрустальные люстры, декоративные деревья, кожаные диваны. В общем, не дом, а мечта.

В какой-то момент я поймала себя на мысли, что, наверное, кажусь здесь чужой, и мое простое черное платье-футляр, и накинутая сверху кожаная куртка в сочетании с белыми кроссовками слишком выделяются на фоне всего великолепия и выглядят слишком дешево для такой обстановки.

В холле за стойкой регистрации одетая с иголочки девушка-администратор мило улыбнулась мне и спросила, к кому я пришла. Так как фамилии, возможно, будущего работодателя я не знала, то просто назвала его имя и отчество. По-видимому, в обязанности администратора входило еще и знание всех жильцов поименно, потому что она тут же сориентировалась и сказала, что меня уже ждут.

Ровно в шесть часов я оказалась у квартиры номер 1328 на – боже, страшно подумать! – двадцать седьмом этаже.

Я позвонила в дверь, и почти моментально она распахнулась, словно хозяин уже стоял и ждал моего прихода. Собственно, чего я удивляюсь, уровень сервиса и обслуживания в таких дорогих комплексах наверняка на высоте. Вот ты только чихнула, а тебе уже из всех динамиков кричат: «Будь здорова!»

На пороге у открывшейся двери стоял мужчина, надо полагать, Александр Дмитриевич собственной персоной.

Высокий, статный, с мощным разворотом плеч и сильными руками, которые было видно из-под закатанных рукавов белой рубашки. Такой типичный мужчина-мечта. Его взгляд и поза излучали абсолютную уверенность в себе.

- Дарья Андреевна? – спросила эта скала, а у меня стройными рядами побежали мурашки от этого сексуального, слегка с хрипотцой голоса, который словно обволакивал, укутывал своим бархатом.

- Александр Дмитриевич? Надеюсь, я по адресу, – улыбнулась я. Все, Энди, хватит растекаться лужицей.

- Да, проходите, – мужчина отступил, пропуская меня в квартиру.

Ну как, в квартиру? Скорей, в дом в доме.

Огромная… Нет! Гигантская гостиная в светлых тонах, которая заканчивалась высокими, во всю высоту этажа, панорамными окнами. Минимум мебели, максимум света. По левую руку стоял большой белый кожаный диван, нет, диванище, камин (в квартире? серьезно?) и на стене висела огромная плазма. По правую руку барная стойка, за которой сверкала серебром новая кухня, обставленная исключительно дорогой и брендовой техникой.

Квартира была двухэтажная. Мужчина бросил короткое: «Прошу за мной» и отправился на второй этаж, я засеменила следом. Мы вошли в рабочий кабинет хозяина квартиры. Кабинет, как и все здесь, обставлен просто, дорого и со вкусом.

- Присаживайтесь, Дарья, – сказал Александр и указал на стул напротив себя. Сам он сел за рабочий стол.

- В общем, как вы уже знаете, меня зовут Александр, я живу в этой квартире со своими двумя детьми, сейчас они на дополнительных занятиях. Моему сыну Данилу четырнадцать, а дочери Елизавете летом будет шесть.

Я молча кивала и мысленно убивала свою подругу, извращенно так и со вкусом. Взрослые дети? Как бы не так. Шесть лет еще куда ни шло, девчушка не взрослая, но и не совсем лялька, но четырнадцать! Какой из меня воспитатель для подростка? Когда мне самой едва двадцать пять стукнуло.

Хорошо так стукнуло. Спасибо хоть не по голове.

- Александр Дмитриевич… – перебила я мужчину. Нужно сразу расставить точки над и.

- Можно просто Александр.

- Хорошо, Александр. Дело в том, что моя подруга, которая, по-видимому, с вами об этом собеседовании и договаривалась, случайно забыла спросить, нужна ли мне такая работа, – начала я корректно объяснять ошибку во всем происходящем. Мужчина сразу изменился в лице. – Я боюсь, что я не та, кто Вам нужен. Понимаете, работа с детьми  – это немного не мое…

Александр облокотился о стол. Только сейчас, разглядывая лицо этого сурового мужчины, я увидела, что под у него глазами залегли тени, а взгляд настолько замученный и уставший, что, пожалуй, даже я такой не была, когда начались все финансовые трудности в моей жизни. Хоть я порой работала на двух, а то и на трех работах. В глазах Александра я видела полное опустошение. Будто он уже очень долго не видит или не замечает ничего светлого в этой жизни.

- Дарья, можно на ты?

- Да, конечно.

- Дело в том, что завтра утром мне срочно нужно уехать за границу, бизнес-вопрос, который я не могу откладывать и, к сожалению, не знаю, насколько он затянется. Вернее, решение данного вопроса. Домоправительница, которая до недавнего времени помогала мне в таких случаях, в больнице, и я в абсолютном тупике.

- А жена? Она не может остаться с детьми?

- Нет жены, - безапелляционно заявил мужчина.

Но наверняка же есть подруга, девушка, невеста? Но это спрашивать я не стала. Хотя, как потом выяснилось, подруга-то есть… та еще мадам.

- Родственники?

- Нет их.

- А взять детей с собой?

- Я не представляю, насколько по времени затянется эта командировка, а у Дани сейчас время контрольных и экзаменов, у Лизы в садике готовится выпускной из младшей группы, в следующем году она уже будет учиться в подготовительной группе, и, как понимаете, я не могу взять и оторвать детей от их режима. Я оказался в совершенно безвыходной ситуации.

- Но вы же меня даже не знаете, – моему удивлению не было предела: оставить детей с человеком, которого видишь впервые в жизни – это, по меньшей мере странно, – вдруг я маньяк, убийца какая-нибудь, а вы детей своих мне доверяете?

Александр коротко усмехнулся, отчего на мгновение, но все же, в глазах заплясали бесенята, словно у маленького мальчишки. А вот интересно, сколько ему лет?

- Вы маньяк? – спросил он.

- Нет.

- Убийца?

- Нет, конечно же! Какой нормальный человек вообще в таком добровольно признается? – «топила» я себя дальше.

- Ну, нормальных среди психов и аморальных типов, как правило, не водится, – усмехнулся мужчина, – ну вот мы с тобой это  и выяснили.

- Ладно, даже чисто теоретически, если я соглашаюсь на эту работу, все равно я не могу круглосуточно быть с детьми, у меня есть основная работа. Да и они не могут жить одни, самостоятельно, а я к себе их забрать не могу.

- Естественно, поэтому вы переедете к нам, – и опять безапелляционный тон, ни намека на шутку. Должно быть, в своей фирме он тот еще директор, с таким не то что спорить, лишний раз даже в глаза смотреть страшно, когда он так пристально изучает тебя.

- Подождите… бред какой-то!

Информация не укладывалась в моей голове, чисто рефлекторно я встала и стала медленно прохаживаться вдоль кабинета, загибая пальцы и размышляя вслух.

- Вы уезжаете завтра и хотите, чтобы я переехала жить в ваш дом, следить за детьми, несмотря на то, что видите меня первый раз в жизни, да еще и согласны платить за это баснословные деньги? Вы вроде должны быть далеко не дурак, раз добрились такого, – я развела руками, указывая на окружающую нас вычурную обстановку и усмехнулась, – но при этом ваше решение кажется абсолютно и непроходимо глупым.

Александр лишь слегка улыбался, не сводя с меня глаз.

- Ну, во-первых, хочется действительно верить, что я далеко не дурак, и предложение мое должно выглядеть достаточно заманчиво, по крайней мере, многие особы пытаются добиться от меня денег и проживания в моей квартире в максимально сжатые сроки. У Вас это получилось менее чем за сутки со звонка вашей подруги.

А вот это уже грубо, за кого он меня принимает?

- Послушайте! Если у вас очередь из таких особ, то я-то зачем! - внутри тихо, но верно начинал закипать гнев. Его явный намек на постельных грелок, которые пытаются добиться таким способом расположения богатых мужиков, очень меня обидел.

- Не заводись, я не имел ничего личного, – примирительно поднял руки мужчина, поняв свою оплошность, – ты здесь затем, что разительно отличаешься от таких девушек. Скажем так, у меня есть достаточно хорошие рекомендации о тебе, как о прекрасном человеке, милой девушке и трудолюбивом работнике. Опережая вопрос, скажу, что получил я их от близкого мне друга, которому склонен доверять.

- И кто…

- Имя не назову, просто еще не видя и не зная тебя, я был на сто процентов уверен, что ты мне подходишь.

Какой-то двойной смысл? Не правда ли? Ты мне подходишь. Как будто ключ к замку подобрал, честное слово.

- И во-вторых, если тебя не устраивает оплата, я могу ее повысить. Только скажи, сколько?

Интересно получается. Интерпретирую: за сколько я могу тебя купить, милая. Нет, определённо, работать с таким человеком я не намерена.

- Нисколько, я не продаюсь.

Все с вами понятно, господин большой начальник. Такой же, как и все. Зарвавшийся, зазнавшийся, беспринципный хам, который думает, что все в этом мире решают деньги.

Я схватила сумочку и куртку и, гордо задрав голову, рванула в сторону выхода.

- Даша, стой! – услышала я, быстро спускаясь по лестнице. Только бы не запнуться, это будет такое фиаско!

Уже у входной двери Александр поймал меня за руку, легко потянув на себя. Крепко держа, не отпуская, но при этом боясь мне сделать больно, он развернул меня к себе лицом.

- Даша, я прошу твоей помощи хотя бы на время этой командировки. Если ты не передумаешь, то по возвращении я буду искать новую помощницу.  Я правда не хотел тебя обидеть.

Надо же, но я действительно увидела в глазах сожаление. Он говорил искренне, я даже почувствовала себя непроходимой тупицей: этот прочно засевший в моей голове стереотип порой не давал мне жить спокойно.

- Я правда беспокоюсь за детей, меня и так постоянно не бывает дома, а найти хорошего человека, которому я мог бы их доверить, очень сложно. И я просто хотел сказать, что буду готов заплатить любую цену, чтобы эти дни мои дети были рядом с человеком, которому я доверяю.

- Как Вы можете мне доверять? Вы не знаете меня!

- Просто скажи да, пожалуйста.

- Господи, нет!

В этот момент дверь за моей спиной открылась, и в квартиру, шумно переругиваясь, вошли те самые дети: Даня и Лиза.

Мальчишка держал сестренку за руку и что-то ей пытался объяснить, она же в свою очередь скорчила милую рожицу и показала ему язык. Маленький капризный ангелочек.

Заметив нас на пороге, они остановились и перестали ссориться. Девчушка посмотрела на меня своими большими зелеными глазами в обрамлении густых ресниц, а Даня глядел на отца, с каким-то непонятным мне выражением на лице, то ли злости, то ли ненависти.

Александр убрал свою руку с моего локтя и улыбнулся детям:

- Даня, Лиза, знакомьтесь, это Дарья Андреевна, она побудет с вами, пока я буду в командировке.

Глаза Лизы, честное слово, засияли. В этот момент она мне Светкину дочурку Нику напомнила, когда та видит заветную игрушку.

- Просто Даша, и это еще не точно, – укоризненно взглянула я на своего «недобосса». Даня только махнул головой и убежал на второй этаж. Видимо, там находятся спальни и детские.  Лиза тихонько подошла ко мне, от чего ее буйные каштановые кудряшки задорно запрыгали, и глянула так прямо и открыто в глаза, как умеют только чистые и не испорченные ложью и враньем детки. Аккуратно взяла меня за руку, будто боялась, что я приведение, и совершенно восхищенно сказала:

- Ты такая красивая.

Я растерялась, не зная, как себя вести. Это было настолько неожиданно и так приятно, что все комплименты, которые я слышала до этого, были просто «пшик». Вообще, по правде говоря, красавицей я себя никогда не считала и всегда думала, что недостатков в моей внешности гораздо больше, я не любила свои длинные и пышные волосы, вечно прямые и не поддающиеся завивке, большие (как я считала, вечно удивленные) глаза, к тому же с легкой гетерохромией. Нет, не пугайтесь, это не болезнь, просто такая некоторая особенность, когда один глаза отличается по цвету от другого. В моем случае это было не явно заметно, правый был карий, а левый под определённым светом почти черный. Я всегда комплексовала по этому поводу и поэтому носила линзы. Многие бы подумали, что за ерунда, но в нашем мире, где общество не приемлет ничего отличного от стандартов и считает особенности уродством, это выливалось в комплексы. Да и мой невеликий рост, всего жалких 165 сантиметров от пола, явно до моделей я не дотягивала. Со своим непомерным эго (еще один недостаток, от которого я стараюсь избавиться), мой рост казался мне слишком маленьким, а все взгляды казались слишком высокомерными. Вот и сейчас, стоя рядом с Александром, я ощущала себя маленькой, низенькой девчонкой, по сравнению со мной мужчина был гигант. Любопытно, рядом с таким человеком, наверное, чувствуешь себя как за каменной стеной и ничего не страшно?

- Спасибо малышка, ты тоже очень красивая! – сказала я, присаживаясь на корточки, чтобы быть с девчушкой на одном уровне и легонько щелкнув ее по маленькому курносому носику. Лизка захохотала.

- Папа, она мне нравится, – казала Лиза, посмотрев на отца и, засмущавшись, убежала. Я засмеялась тихо и по-доброму. Какие они в детстве все еще наивные и чистые, добрые! Взрослым стоило бы многому у детей поучиться.

Александр Дмитриевич задумчиво смотрел на меня, внимательно изучая, будто первый раз увидел. Словно искал подтверждения сказанному дочерью. В какой-то момент мне стало очень неловко от этого взгляда, поэтому я вспомнила, что собиралась уходить и снова засобиралась: накинула на плечи куртку и взялась за дверную ручку.

- Спасибо Вам огромное за доверие, Александр, но боюсь, мой ответ по-прежнему нет, - искренне попыталась я извиниться за то, что не оправдала его ожиданий.

- Ну что же, я не могу насильно заставить Вас, - он снова вернулся к обращению на вы, так странно.

– Но, пожалуйста, - Александр протянул мне визитку, - у Вас еще есть время, прошу подумать о моем предложении. Вы можете спокойно жить в этой квартире, здесь достаточно места и комнат для всех. И Вас никто не побеспокоит, и мне будет спокойно.

Я взяла карточку.

- Хорошо, я подумаю.

- Если что, звоните в любое время дня и ночи.

- Спасибо. Еще раз прошу прощения!

Я переступила порог квартиры, думая, что больше вряд ли мне представится возможность побывать в таких роскошных апартаментах. Ох и не знала же я, как в тот момент заблуждалась!

Домой я вернулась в половине восьмого, собрав большинство пробок в центре.

Я закрыла дверь своей простенькой съемной квартиры-студии и устало прислонилась спиной к холодной дверной стали. Эту квартиру почти на окраине города я сняла еще в феврале, когда только переехала. Да, возможно я и не живу в такой роскоши, но никогда не чувствовала себя несчастной. Я работаю и честным трудом зарабатываю деньги, чтобы обеспечить себе комфортную жизнь, насколько это возможно, но кто бы знал, как тяжело это все порой дается! А ведь не так давно моя жизнь была абсолютно другой, все изменилось, когда бывший нарисовался на пороге моего дома чуть больше четырех месяцев назад, заявивший, что жизни мне спокойной не даст, если я к нему не вернусь, урод моральный. И знал ведь, на что давить! Мы хоть и не были бедной семьей, но влияние его отца в нашем городе было гораздо существенней, и он знал, что я испугаюсь. Сейчас, оглядываясь назад, я даже не понимаю, как я могла связаться с такой чудовищной семейкой. Об их фирме ходили разные слухи в нашем маленьком городке, одни страшней других. Только вот меня, как он рассчитывал, он не получил. В один прекрасный день я просто собралась и убежала в другой город, никому ничего не сказав, предупредила родителей, что я все решу и со всем разберусь, а им пока что знать, где я остановилась, не стоит, чтобы не переживали. Только вот решения своей проблемы я пока не видела, жила, постоянно оглядываясь и боясь, что однажды бывший и здесь меня найдет. Да еще и в придачу ко всему цены на жилье в этом городе были непомерно высокие, и вообще жизнь недешевая, скажу я вам. Поэтому и приходилось крутиться. Спасибо Марусе, она мне очень хорошо помогала все это время.

- Ладно, Андреевна, прорвемся! – подмигнула я своему отражению в зеркале и устало побрела на кухню. Не успела я и чашку чая себе налить, как в дверь постучали. В первый момент я напряглась. Кто может стучать? У Маруси есть ключи, а больше никто не знает, где я живу. Тихо, на носочках, я подошла к двери и заглянула в глазок. На лестничной площадке топталась Серафима Викторовна, хозяйка квартиры.

Я выдохнула и поспешила впустить старушку в квартиру.

- Здравствуйте, тетя Фима.

- Здравствуй, Дашенька! – женщина прошла в прихожую и как-то виновато улыбнулась, что совсем мне не понравилось.

Мы обе замолчали, повисла тишина.

- Хотите чаю?

- Нет, я… Дашенька, прости, что я с такой нехорошей новостью, но тебе придется освободить квартиру.

Вам когда-нибудь падало небо на голову? Нет? А на мою, кажется, сейчас оно рухнуло, со всей своей беспощадностью подавляя во мне все надежды на светлое будущее.

- П-почему? Я же всегда плачу вовремя, с соседями не конфликтуем и…

- Дашенька, мой сын непутевый объявился и заявил права на свою квартиру.

- Но когда мы с вами подписывали договор аренды, вы уверяли меня, что такого не произойдет, Серафима Викторовна!

- Я понимаю, что тут есть и моя вина, и мне очень неудобно, и нехорошо я с тобой поступаю, но пойми меня, девочка, я ничего не могу поделать.

- Как же так…

Я села на стоящий в прихожей маленький пуфик и закрыла лицо руками. Кажется, я сейчас банально скачусь в истерику.

- Прости меня, пожалуйста, но квартиру нужно освободить до послезавтра.

Еще удар. Как можно найти приличное жилье по приемлемой цене за сутки?!

- Ох, непутевый мой сын! Пыталась его переубедить, но он мне все одно… - Серафима что-то причитала и изливала мне все свое негодование, но я не слушала, все мысли были о том, что же делать дальше.

- Ладно, я Вас поняла, я что-нибудь придумаю, – глухо сказала я, перебивая старушку.

- Дашенька, я верну тебе деньги за этот месяц, которые ты заплатила.

- Да, хорошо.

Тетя Фима вышла в подъезд, все еще продолжая бормотать что-то вроде: я бы на время пустила тебя к себе, но у меня муж, коты, кактусы и все в том же духе. Я немного грубо перебила старушку и, пообещав освободить квартиру, захлопнула дверь.

Какие еще сюрпризы сегодня будут?

 Я позвонила Марусе и попросила приехать ко мне, мне срочно нужно было кому-то выговориться. Подруга приехала уже через 15 минут, с горящими глазами влетела в квартиру и громко крикнула: «Рассказывай!» Ну, я и расписала ей в красках сегодняшний день.

- … вот так. Я сегодня осталась без жилья и не представляю, что делать дальше, - пожала я плечами, вздыхая.

Мы сидели на кухни, была половина одиннадцатого. Машка медленно потягивала красное вино из бокала, а я крутила в руках кружку с горячим чаем и безрезультатно пыталась хоть что-то заставить себя съесть.

- Да уж, теть Фима… не ожидала я такого.

- И я, – кивнула я, хлюпнув носом.

- Так, слушай, только не реви!

- Не реву, ты же знаешь, у меня с этим проблемы, – усмехнулась я.

Когда я плакала в последний раз, даже припомнить не могу. То ли слезные железы у меня отсутствовали, то ли нервы были настолько натренированы за два года совместной жизни с бывшим, что слезы – это была роскошь, которую я себе позволить не могла. А иногда очень хотелось!

- Мы что-нибудь найдем, может, не в такой короткий срок, но найдем.

- Хорошо, но надо-то уже завтра съехать! А куда? На вокзал?

- Ко мне. К нам.

- Нет! Исключено! – твердо сказала я. У самой личная жизнь стремительно летела в бездну, а портить еще и жизнь подруги я не хотела. – Вы с Лешей только съехались и начали жить вместе, и как ты себе это представляешь? «Привет, дорогой, я тут к нам сожительницу привела, будем жить одной большой шведской семьей»? – засмеялась я, представляя, как вытянется лицо Машкиного парня от удивления. – Нет, Марусь, спасибо, но я так не могу.

- Хорошо, у тебя есть другие варианты?

- Эм…

- Вот и эм…

В прихожей завибрировал мобильный, после вечернего потрясения я про него совершенно забыла. Нехотя поднявшись, я пошла за гаджетом. На экране высветилась СМС, отправленное с незнакомого номера:

«Дарья Андреевна, я все еще надеюсь, что вы передумаете. Александр»

Точно, как я могла забыть про это странное предложение!

- Марусь… - шепотом позвала я подругу. – Я не все рассказала тебе.

И дальше Машка только охала и ахала, когда я рассказывала ей о предложении, которое озвучил мне сегодня один невероятно сногсшибательный тип. Выслушав до конца, она зависла, видимо, взвешивая все за и против. А я, сама не поняла, в какой момент решилась, и уже печатала ответ на сообщение:

«Я согласна».

С этого момента, как потом оказалось, моя жизнь круто перевернулась.

 На следующий день мне пришлось взять выходной в ресторане. Вещей хоть и было немного, но все же их необходимо было собрать и перевезти.

Утром, в половине девятого в дверь позвонил курьер. Мне доставили конверт, к которому прилагались ключи от «нового дома» и записка от Александра Дмитриевича. В письме говорилось, что по любому вопросу я могу звонить ему либо, если он не на связи, то на указанные в письме номера. Один из номеров был помечен как «экстренный, звонить в самых крайних случаях». Надеюсь, он мне не понадобится.

Сам Александр написал сообщение, что уже уехал в аэропорт, и обещал вечером позвонить.

Смирившись с вынужденным переездом, я взялась за дело. Как говорит моя мама, «счастье существует вне зоны комфорта, поэтому нужно почаще туда «выходить».

В конце концов, все, что ни делается, все к лучшему.

***

В роскошные апартаменты я зашла уже где-то около двух часов дня, волоча за собой два чемодана и рюкзак. Бросив сумки в прихожей, я прошла в шикарную гостиную.

Сейчас, находясь здесь без хозяина дома, я чувствовала себя крайне неловко. Без детей и Александра квартира казалась холодной, даже несмотря на обилие теплого, майского солнечного света, проникающего в высокие окна. Огромное пространство словно давило гнетущей тишиной. Дому не хватало уюта, создавалось ощущение, будто к обустройству не прикасалась женская рука.

Странно, что именно я оказалось в этом доме своеобразной «и. о. хозяйки».

- Ну что же, будем осваивать территорию.

Скинув куртку и ботинки, я потащила наверх свои скромные пожитки. В планах было разобрать их до прихода детей.

Спальные комнаты находилась, как я и предполагала, на втором этаже. Мне выделили одну из гостевых спален с примыкающими ванной и гардеробом. По соседству с моей была комната Лизы и еще чуть дальше комната Дани. Спальня хозяина квартиры, как я поняла, находилась в противоположном конце коридора, и занимала почти треть всего второго этажа.

Примерно через час, когда я увлеченно расставляла всевозможные баночки в ванной комнате, внизу хлопнула входная дверь.

Я поспешила спуститься. Это пришел Даня.

- Привет! – улыбнулась я.

Волосы мальчика растрепались, от сильного ветра. Галстук набок, рубашка торчит во все стороны, хмурый как туча, Даня проигнорировал меня и пошел на кухню. Я пожала плечами, возможно, у него был просто плохой день.

- Даня, я Даша, вчера папа нас познакомил, – сказала я, проходя за ним на кухню. - Он уехал, и я какое-то время…

- Я прекрасно знаю, кто ты, – грубо ответил он, обернувшись ко мне. И тут я заметила огромный наливающийся синяк на правой скуле.

- Что это? – спросила я, хватая его за подбородок и поворачивая к себе. Даня дернулся и махнул рукой:

- Не твое дело.

Внешне Даня очень похож на своего отца. Те же точеные черты лица: нос, четко очерченные скулы, выразительные брови. Высокий, уже сейчас парень был почти моего роста. Он смотрела на меня внимательно, его не по-детски взрослый взгляд горел неподдельной ненавистью. Даня определённо был очень симпатичным молодым человеком, и в будущем вполне мог вырасти таким же потрясающим мужчиной, как и его отец. Только сейчас эту «красивую картинку» портил уродливый синяк почти в пол-лица.

- Отец в очередной раз нашел, на кого нас скинуть, – пробубнил парень себе под нос.

- Ты с кем-то подрался?

- Я же сказал, тебя это не касается.

Мальчишке однозначно не нравилось мое присутствие в доме, я его раздражала. Скорей даже не я, а сам факт присутствия на его территории постороннего человека и отсутствие отца.

- Ты же прекрасно знаешь, что Александру Дмитриевичу нужно было уехать по работе, у него не было других вариантов.

- У него никогда их нет. Он даже не пытается их найти.

Даня открыл холодильник и, достав оттуда банку колы, громко хлопнул дверцей.

- Ты голодный? Давай я что-нибудь быстро приготовлю? Что ты хочешь?

- Чтобы тебя не было в этом доме, я и сам о нас с Лизкой могу позаботиться, не впервой.

Даня развернулся, подхватил валявшийся рюкзак и ушел к себе.

Я присела на барный стул, запустив руки в волосы. Да уж, неплохое начало. Синяк, скандал… даже представить боюсь, что будет дальше.

Вечером Даня вызвался сам забрать сестру из сада. Я же поехала в магазин. Необходимо было закупить продукты. Рискнув предложить Дане поехать вместе после того, как заберем Лизку, я получила только в очередной раз хмурый взгляд и хлопок дверью. Подростки. Вечно не знаешь, с какой стороны к ним подступиться.

На своих детей Александр денег не жалел. Утром я получила крупную сумму переводом на карту с пометкой «На ежедневные нужды, на эту неделю». Мне с трудом удалось представить, каким должен быть размер этих самых «нужд», чтобы потратить такую сумму за семь дней.

Из магазина я вернулась раньше детей. Продуктов накупила столько, что холодильник забила под завязку. Принявшись готовить ужин, я подумала, что нужно будет составить меню на эту неделю. Готовить я всегда любила, но для одной много не надо, а сейчас нас стало трое. Появился простор для кулинарной фантазии. Может хоть, так удастся найти подход к Данилу, как к настоящему мужчине – через желудок.

Вернувшись с сестрой из садика, Даня опять поспешил закрыться в комнате, а Лизка маленьким ужиком вилась вокруг меня. Девчушка была любознательной и шустрой.

Вечером стало понятно: мои старания задобрить старшего пошли прахом. Даня так и не пришел ужинать, оставив нас с Лизкой вдвоем. Предполагаю, что это еще одна его форма протеста. Все мы были когда-то такими глупыми и импульсивными. Ничего, есть захочет, холодильник знает где. Я бегать за ним по пятам не собираюсь.

В десятом часу, когда на кухне был идеальный порядок, а дети были по своим комнатам (полчаса назад положила Лизку в кровать, укутав одеялом), я устроилась в гостиной с книжкой.

Только я успела погрузиться в мир фэнтези, как мой мобильный зазвонил.

- Слушаю.

- Даша, привет. Это Александр.

- Здравствуйте, Александр.

- Как прошёл ваш первый день на новом месте?

- Неплохо. Не так, конечно, идеально, как хотелось бы, но мы с детьми еще только ищем подход друг к другу.

- Даня? – Александр устало вздохнул. Похоже, мужчине не нужно было объяснять, что его сын слегка недоволен реальным положением дел.

- Да. Он немного…

- Он тебе грубит? – в тоне послышались стальные нотки.

- Нет, конечно, нет, – поспешила я успокоить нового работодателя, – просто он немного не в восторге от того, что я здесь, вот и все.

- С ним такое постоянно. Уж не знаю почему, но он считает, что мне до них с Лизкой нет дела. Словом, он думает, будто я специально мотаюсь по командировкам.

- Это, конечно, не мое дело, но парню явно не хватает вашего присутствия рядом, – я замолчала, решая, стоит ли рассказать ему о синяке? Александр тоже молчал, размышляя над сказанным.

- Даня сегодня пришел из школы с синяком, – выпалила я прежде, чем успела сообразить.

- Что?

- Я не знаю, мне он ничего рассказывать не захотел. Я боюсь, что у него проблемы.

- Я поговорю с ним. Что вообще происходит в его голове! Я попытаюсь уладить свои дела здесь как можно раньше, надеюсь, что через пару недель уже буду с вами…

На последних словах Александр «запнулся», осмысливая сказанное. Меня же это «с вами» больно резануло по сердцу. С вами… словно и я причастна к этой семье, словно не просто работница для них. Для него. Я уже успела забыть, каково это – быть кому-то нужной, ждать кого-то и знать, что ждут тебя. Родители были далеко, а нормальных отношений у меня не было с самого переезда в этот город.

Не знаю почему, но весь день мои мысли так или иначе крутились вокруг этого потрясающего мужчины. Я толком не знала его и могла только додумывать да гадать. Мне очень хотелось узнать его ближе, узнать, что он за человек. Странным, необъяснимым образом меня тянуло к нему.

- Даша, ты... – начал Александр, когда я заметила тихонько кравшуюся по лестнице Лизку.

- Я думала, ты спишь уже, малышка, - сказала я, откидывая плед. Девчушка забралась ко мне. Краем сознания я отметила, что в трубке тишина. В какой-то момент даже подумала, что связь оборвалась. Но фото на экране говорило об обратном.

- Не могу уснуть, - пролепетала Лизка, – а с кем ты разговариваешь?

- С папой. Хочешь с ним поговорить?

Девчонка растянула губы в улыбке и махнула головкой. Я протянула ребенку телефон.

- Папуля, привет!

Знаете это детскую особенность брать информацию из ниоткуда? Ведь как для нас, взрослых? Вроде обычный день, ничего примечательного. Малыши же гораздо впечатлительней и могут часами лепетать о том, как прошел их «обычный» день в садике: как Светка ударила Костика, а Катя потеряла свою игрушку.

Я наблюдала за Лизкой. Что говорил ей Александр, я не слышала, но она то заливисто хохотала, то строила забавные гримасы. Наговорившись с отцом, Лизка передала мне телефон:

- Даша?

- Да, я здесь.

- Я завтра поговорю с сыном по поводу того, что вы мне рассказали.

- Хорошо. Только вы сильно его не ругайте, пожалуйста.

- По ходу разберёмся, – усмехнулся мужчина. – Ладно, у вас уже много времени. Спокойной ночи.

- Приятных снов, до свидания.

Я сбросила вызов. Лизка крутила в руках мою книжку. Новенький фэнтези-роман.

- А что ты читаешь?

- Сказку, – улыбнулась я.

- Про принца и принцессу? – ее глазки загорелись любопытством.

- Ну, можно и так сказать, - засмеялась я.

Лиза замолчала.

- Давай пойдем… - начала я, но малышка перебила:

- Расскажи мне сказку.

Я замерла. Сказочница из меня была так себе. Заметив мое замешательство, девочка затараторила:

- Мне никто никогда не рассказывал сказки. Мама ушла от нас, когда я была совсем маленькая, я ее не помню.

Значит, мать бросила их с Даней на отца?

Что же, мое уважение к этому мужчине вмиг возросло. Одному воспитывать детей, одна из которых еще совсем малышка, и при этом держать солидный бизнес, это тяжело.

– Надя, наша домработница всегда говорила, что у нее нет времени сочинять мне небицы.

- Небылицы, малышка.

Сердце жалось в тиски. Теперь мне понятен гнев Дани. Озлобленность на весь мир. Мало того, что отец в основном работает, так еще и женской заботы дети не знали. Отец отцом – это хорошо. Женщина же всегда в семью привносит теплоту, уют и дарит ласку.

- Тетя Несса, - продолжила Лизка, – это папина подруга. Я как-то попросила ее рассказать мне сказку на ночь. Она сказала, что я уже слишком взрослая, чтобы верить в эту чепуху.

Тетя Несса. Интересно. Еще не будучи знакомой с этой особой, я уже хотела сказать ей пару ласковых слов.

Я наклонилась к Лизке, забирая свою книгу и заглядывая в полные надежды глаза:

- Запомни навсегда, малыш! Человек никогда не бывает взрослым для сказок. Вот посмотри на меня. Я уже большая, но до сих пор их очень люблю, – я улыбнулась, потянув Лизку за руку, и мягко щелкнула ее по носику, – сказки – это чудесно! 

- Я запомню.

- Давай мы сделаем так: сейчас пойдем в твою комнату, ты ляжешь в кроватку, и я расскажу тебе одну очень интересную историю.

Лиза крепко сжала мою руку и махнула головой в знак согласия, от чего ее светлые кудряшки задорно запрыгали.

Уже позже, засыпая и крепко прижавшись ко мне, сонным голосом Лиза сказала:

- Ты хорошая, а Инесса плохая, она Даню обижает всегда.

Кто же эта загадочная Инесса? Я еще не догадывалась, что мне очень скоро предстояло встретиться с этой дамой.

А пока я сделаю все возможное, чтобы наладить отношения с Даней и показать детям, что в этом мире все еще существует волшебство. Волшебство любви и доброты, тепла и ласки.

 В среду у меня была дневная смена в ресторане. Утром, проснувшись пораньше, не спеша приняла душ, мысленно намечая планы на день. В начале восьмого я уже на кухне готовила завтрак.

Поднять Лизу оказалось едва ли непосильной задачей. Она слишком поздно легла спать, поэтому за завтраком клевала носом в тарелку. Даня утром снова игнорировал меня. Завтракать отказался, щелкнул сестренку по носу, обулся и ушел. Я для него словно не существовала.

Частный садик «Лисичка», в которых ходила девочка, находился в соседнем районе, неподалеку. После завтрака я быстро привела себя в порядок, навела легкий неброский макияж и оделась в униформу ресторана: неизменное черное платье-футляр. Помогла Лизке собраться, приготовила ребенку рюкзачок со сменной одеждой, и уже в начале девятого мы вышли из дома. Я, крепко прижимая сумку, а Лизка своего любимого Флафи – игрушечного плюшевого медвежонка.

В садике Лизы воспитатели были предупреждены, что приводить и забирать девочку буду я. Территория садика была огромной, и все под камерами. Должно быть, это очень дорогой частный сад. На территории был свой бассейн, своя спортивная площадка и веранды индивидуально для каждой группы. Все было чисто, ярко и максимально безопасно для детей. Воспитатели в группе приветливо улыбались.

Я даже поймала себя на мысли, что, когда у меня будет ребенок, я бы хотела, чтобы он ходил именно в такой детский сад. Пожалуй, здесь я могла бы оставить свое чадо и абсолютно спокойно весь день заниматься своими делами.

Свое «временное» чадо я завела в группу и, помахав на прощание, убежала на работу.

День пролетел незаметно. Смена сегодня была как никогда суматошная. Ресторан готовился закрыться на спецобслуживание вечером. Поэтому повара бились в истерике, ничего не успевая, а официанты летали со скоростью света по залу, стремясь угодить желанию каждого.

Вечером дома Даня снова старательно делал вид, что я мебель. Не более.

На следующий день повторилась та же история. И через день…

Я пыталась разговорить его, пошутить. Все без толку. Он не желал идти на контакт. Даже неоднократные просьбы Лизы (с которой мы очень сдружились) поиграть с нами, его не трогали.

Так повторялось изо дня в день. Целых полторы недели. За это время мы сказали друг другу не больше пары слов.

В пору уже было отчаяться и бросить попытки, но, к счастью, это не про меня.

***

 В субботу мне нужно было выйти в вечернюю смену в ресторане. Я зашла к Дане в комнату, чтобы сообщить это и попросить присмотреть за сестрой. На что мне ответили:

- Можешь идти и не возвращаться, – грубо, даже не отрываясь от экрана ноутбука.

- Да что же это такое! – взорвалось мое хваленое терпение. Неизменно при каждой встрече мне не забывали намекнуть, что я здесь просто лишняя. Нет, конечно, я понимала, что я им никто, просто тетя с улицы, но элементарную вежливость никто не отменял! Я поняла, что, если сейчас не обозначу границы дозволенного, потом уже будет поздно. Так и останусь в его глазах игрушкой для битья.

Подойдя к Дане, я просто захлопнула ноутбук, чуть не прищемив ему его вредный нос, а зря. От этого поступка ребенок пришел в бешенство и подскочил со стула, сжимая руки в кулаки. Синяк уже почти сошел и напоминал едва заметное желтое пятно.

- Да что ты себе…

- Значит так, Данил Александрович! - перебила я его, Даня буквально пыхтел от недовольства, – я все понимаю. Даже, черт побери, то, что ты не в восторге от меня и от моего присутствия здесь. Я терпела твои выходки целую неделю.

- Ты ничего… - зашипел он на меня.

- Я не договорила!!! – прорычала я, это сюрприз для него, но я тоже умела злиться и упирать руки в бока, грозно топая ногами. – Я понимаю, что ты считаешь себя невероятно взрослым и самостоятельным, но не забывай, что у тебя есть младшая сестренка. Будь добр проявлять хотя бы элементарную вежливость по отношению ко мне и уж соизволь терпеть мое присутствие в твоем доме хотя бы ради Лизки.

- Я и сам мог бы присмотреть за сестрой. Не нужны нам няньки! Зачем отец притащил тебя в наш дом? Ему своей противной Инессы мало?! – Даня сложил руки на груди. Типичная защитная поза. Желание отгородиться от неприятного тебе человека или разговора.

- Я понятия не имею, о какой Инессе вы все время мне говорите. В ваш дом твой отец, как ты выразился, «притащил» меня потому, что, несмотря на кучу работы и обязанностей, он беспокоится о вас. Когда он уезжал, то очень переживал! Можешь считать меня нянькой, кухаркой или просто мусором под ногами, но тебе придется смириться с моим присутствием, хотя бы до приезда Александра Дмитриевича! Потому что я ему пообещала присмотреть за вами. А я свое обещание держу. В отличие от тебя.

- Я тоже всегда держу свое обещание! – крикнул во весь голос Даня.

- Неправда! – возразила я, - ты пообещал отцу, что поможешь мне освоиться. Он оставил тебя за старшего, за мужчину в этом доме! Но пока что ты, как маленький мальчишка, дуешься и грубишь.

- Сама ты мальчишка, – пробурчал он себе под нос.

- Я девчонка, маленькая и хрупкая, а вот ты будущий мужчина, который пока что ведет себя, как дите малое.

- Все вы одинаковые, что ты, что эта его баба! – Даня со всей силы пнул валявшийся на полу мяч. Тот отскочил и с грохотов ударился в стену. – Деньги вам всем нужны от моего отца, а на нас с Лизкой вам плевать! Спите и видите, как бы побыстрей сплавить нас в интернат. Знаешь, сколько я таких нянь и отцовых подруг уже видел? У всех все заканчивалось одинаково.

От таких взрослых слов, сказанных ребенком, я опешила. Я, конечно, понимаю, что многие подростки любят раздувать из мухи слона и слишком преувеличивать, а то и фантазировать какие-нибудь небылицы, но что-то подобное я слышала и от Лизки. Честно говоря, это начинает пугать.

Я устало выдохнула, на мгновение прикрыв глаза, пытаясь сбросить неожиданно накативший гнев.

- Так, Даня, давай присядем.

- Не хочу я сидеть.

- Слушай, я правда просто хочу вам помочь. За эти дни я очень прикипела к Лизке. Да и к тебе, несмотря на всю колючесть, я же знаю, что хороший человек.

- Откуда ты можешь это знать. Ты вообще нас не знаешь.

- Вижу. По твоему отношению к сестре. А ближе узнать тебя ты сам не позволяешь.

- И что ты хочешь?

- Перемирие? – я протянула ему руку, надеясь на примирительное рукопожатие, – давай заключим мир до приезда твоего отца.

- А потом?

- А потом, если я тебе так неприятна, я уйду. Честное слово.

Даня замолчал, разглядывая мою протянутую ладонь.

- Хотя бы давай попытаемся это время прожить спокойно. Идет?

- Идет. Но ты обещаешь, что потом уберешься из нашего дома?

- Обещаю. Уберусь.

- Идет.

Мы скрепили обещание данное друг другу крепким рукопожатием.

С тех пор, хотелось надеяться, между нами установилось шаткое, но все же перемирие.

Я убежала на работу, а Даня остался сидеть с Лизкой.

Следующие дни после заключенного перемирия, как я и предполагала, прошли у нас спокойно.

Дома мы с Даней, наконец-то, уживались тихо и мирно. Друзьями, конечно, не стали, но он старался быть терпеливым и больше не кидал злых фраз в мой адрес. Я, в свою очередь, старалась сильно на него не наседать и не докапываться. Синяк у парня сошел совсем, и, слава богу, новых больше не появлялось.

Лизка неизменно вертелось около меня каждый вечер. Постепенно я начала замечать, что ребенка действительно интересует готовка. Каждый раз она самозабвенно бросалась мне помогать. Почти каждый вечер мы с ней готовили что-то новое. Уже успели сделать торт, печенье и даже пирожки с клубникой напечь. Даня наблюдал за этим со стороны и ухмылялся.

Пока дети были в школе и в садике, я занималась домашними делами. Так, потихоньку квартира начала «обрастать» уютными мелочами, вроде цветов и картин в рамках. А однажды я решила совсем «разгуляться» и купила белый пушистый ковер в гостиную.

- Что это? – удивленно спросил Даня, вернувшись домой после занятий.

- Ковер, – улыбнулась я, с наслаждением переступая босыми ногами по мягкому плюшу.

- Зачем нам ковер? – скептически выгнул бровь мальчишка.

- Поверь, это незаменимая вещь!

Даня ухмыльнулся и умчался на второй этаж. Тогда он меня не понял, но спустя какое-то время этот ковер стал нашим любимым   местом времяпрепровождения. Разваливавшись на нем около дивана, мы с Лизкой делали задания из сада, играли и смотрели мультики.

Каждый вечер перед сном она просила читать ей сказку и каждый раз крепко засыпала, прижавшись ко мне.

Сколько нерастраченной любви и доброты было в этом ребенке, столько же обиды было в старшем.

Как-то я попыталась поговорить с Александром на эту тему, но вовремя одернула себя. Кто я такая чтобы лезть в их личную жизнь (его и загадочной Инессы). Поэтому я перевела разговор на другую тему. Он, кстати, звонил детям каждый вечер, чаще всего по видеосвязи. Лизка с Даней очень скучали по отцу, хоть и старались этого не показывать.

С момента отъезда Александра прошло уже две недели, и он будет отсутствовать, скорей всего, еще столько же.

Шла середина мая, и лето было все ближе и ближе.

Последнее время я старалась брать только дневные смены в ресторане, чтобы вечерами быть с детьми дома. Мне было не по себе оставлять их одних, когда уходила в вечернюю смену. Синдром «мамочки» не давал мне ни на чем сосредоточиться, пока я была в ресторане.

***

 Был вечер понедельника. Сегодня мне в ресторан нужно было выйти к девяти, чтобы подменить коллегу. Мы с детьми поужинали в семь часов и, убрав со стола (Даня, кстати, вызвался мне помочь), я собиралась подняться в комнату. Нужно было собираться на работу, когда в дверь начали звонить, требовательно и долго.

Мы с Даней переглянулись, гадая, кто это мог заявиться так поздно. Лизка, увлеченная новой книжкой сказок в гостиной, испугалась и прибежала к нам. Нежданный посетитель теперь не просто звонил, но и усердно долбил в дверь.

В какой-то момент ниточки страха потянулись по спине. Я испугалась, что, возможно, бывший меня нашел. Это было мимолетное помешательство. Поразмыслив логически, я пришла к выводу, что это бред. Он бы сюда не сунулся. Жилой комплекс слишком дорогой и презентабельный даже для его всемогущего папаши.

- Открывай дверь, стерва! – услышали мы противный женский визг. Даня ухмыльнулся, сразу узнав гостью по голосу.

- А вот и Инесса.

Я еще с ней знакома не была, но она уже тогда начала мне казаться неуравновешенной истеричкой.

- Так, я открою дверь, а ты забери Лизку и идите наверх, – сказала я Дане. Удивительно, но он не стал спорить. Подхватил сестренку на руки и ушел.

Я открыла дверь.

На пороге стояла высокая, надо признать, достаточно симпатичная брюнетка. По виду типичная богатая избалованная девушка. Отманикюренная, отштукатуренная и, судя по груди, нормально так отредактированная мамзель. В общем, стандартная подруга для богатого человека. И взирало это чудо стилиста/хирурга на меня со жгучей ненавистью и отвращением. Будто я пробежавшая мимо крыса, гигантская такая и знатно потоптавшаяся по ее дорогим туфлям. По возрасту Инесса, думаю, была примерно лет на пять старше меня.

- Чем могу помочь? – спокойно спросила я. Во мне все еще теплилась надежда, что не придется с ней ругаться.

- Значит, это ты Даша? – спросила гостья, бесцеремонно отодвигая меня и проходя в гостиную. Уж не знаю, зачем она пришла, но настроена явно была воинственно.

- Дарья Андреевна. Да, это я.

- Так вот Дарья Андреевна, я пришла сказать, что тебе пора собирать свои вещички, - голос убийственно спокойный, словно это не она пару минут назад чуть не вынесла дверь в квартиру. – Этот дом мой и здесь тебе не рады, – и звериный оскал в придачу.

Я дурой не была и сразу поняла, к чему она клонит. Конечно, какой нормальной женщине понравилось бы, что в доме ее мужчины живёт молодая няня. По-видимому, она решила, что я сплю с ее мужиком. Или, может, Александр ей ничего не объяснил? Тогда это странно. Как я поняла из сказанного детьми, они были достаточно давно вместе, и вроде как Инесса наделась на скорую свадьбу. Только вот Александр Дмитриевич, похоже, не торопился окольцевать ее.

Я бросила взгляд на наручные часы, а потом посмотрела на гостью:

- Да, пожалуй, вы правы, эм… простите как вас там?

- Инесса Викторовна.

- Так вот, Инесса Викторовна, мне действительно пора, иначе я могу опоздать на работу. А вам же в свою очередь пора покинуть квартиру, прошу на выход, - я улыбнулась, вежливо указав на дверь.

Не собиралась я ругаться, да еще и при детях. Вот вернется ее мужик, пусть с ним и разбирается.

Инесса усмехнулась, и подошла ко мне, на своих двадцатисантиметровых каблуках нависая, как скала.

- А ты смешная, девочка. Сколько тебе лет? Восемнадцать-то хоть есть?

Она серьезно начала меня раздражать.

- Есть, и даже больше. Просто я потрясающе хорошо выгляжу.

Я старалась не повышать голос и быть предельно спокойной. Уверена, перефразируя известное выражение, что «вежливость города берет».

- Да, и с самооценкой все неплохо, я смотрю. Лексу всегда нравились такие наивные, самоуверенные дурочки. Положить под себя, повеселиться и выбросить, как надоевшую игрушку.

Видимо, между этими двумя кошка пробежала. Потому что иначе я не могу объяснить себе эту вспышку злости к моей скромной персоне. Его пассия прекрасно знает же, что его нет в городе.

- Это поэтому он Вас выбрал? – каюсь, не сдержалась. – А сейчас Вы здесь распыляетесь потому, что,  видимо,  игрушка надоела?

- Что ты о себе возомнила, пигалица! – прямо завизжала эта истеричная курица. Я кое-как подавила желание заткнуть уши. Никогда не понимала, что мужиков притягивает в таких куклах? Нет, я, конечно, святой простотой не была и вполне осознаю, что, видимо, постельные таланты скрашивают все ее недостатки, типа глупости и истеричности, но не до такой же степени?!

- Так, давайте коротко и по делу, – я бы, конечно, и дальше наслаждалась игрой «Выбеси подругу босса», но время действительно поджимало. Мне никак нельзя было опаздывать на работу, - зачем вы пришли?

- Пришла посмотреть, что за шлюху он притащил в свой дом, да еще и оставил с детьми.

Честное слово, руки зачесались хорошенько ее ударить, так чтобы выбить всю дурь из ее пустой головы.

Я, может, и была далеко не идеальной, но никогда в жизни я не стелилась под кого-то ради денег или прочей ерунды. Я всегда жила, живу и буду жить, имея определённые жизненные принципы. Презираю девушек, которые готовы «торговать» своим телом ради «лучшей жизни». Спасибо бывшему, он в свое время, когда я застала его в нашей посели с любовницей, доходчиво объяснил мне разницу между такими, как она, и такими, как я.

- Попрошу быть аккуратней в выражениях. Шлюху я вижу здесь только одну.

- Это ты сейчас думаешь, что ты ему нужна.

- Понятия не имею, что вы там в своей голове придумали, ваши больные фантазии - это ваше дело, попрошу удалиться из квартиры.

- Просто хочу предупредить, что…

Инесса замолчала, вперив взгляд мне за спину. Я обернулась, к нам спускался Даня, а за ним маленькими шажками семенила Лизка, крепко прижимая к себе любимого плюшевого медведя. Господи, неужели они слышал всю ту грязь, что она тут «вываливала».

- Даня? – спросила я, глаза у него горели неприкрытой ненавистью. – Лизка? Почему вы спустились?

- Что тебе здесь надо? – обратился Даня к Инессе, спина натянута как по струнке, а руки сжаты в кулаки. – Уходи отсюда.

- Тебя я забыла спросить, щенок.

- Не смей, – процедила я сквозь зубы. Я ненавидела, когда кто-то таким тоном разговаривает с ребенком, с тем, кто заведомо слабее и не сможет ответить. Да еще и выбирая такие грязные выражения. Инесса же абсолютно не чувствовала грани. И предпочла меня проигнорировать. Зря.

- Однажды из тебя вырастет такая же зазнавшаяся мразь, как и твой отец…

Она не успела договорить, а я даже не заметила, когда замахнулась.

Мы обе замолчали в тот момент, когда моя ладонь с оглушительным звоном прилетела по наштукатуренной щеке фигуристой модельки. Инесса схватилась ладонью за щеку, на которой четко было виден красный отпечаток. Надеюсь, ей было до невозможности больно. Она вперилась в меня своими огромными глазами и, стараясь сдержать слезы, начала усиленно моргать, махая своими искусственными ресницами. По ее взгляду было видно, что такого унижения в ее жизни еще не было. Изнеженный тепличный цветочек.

- Слушай меня, Барби, – четко проговаривая каждое слово, сказала я, – сейчас ты соберешь остатки своей гордости и отправишься вон отсюда. – Я махнула рукой в сторону двери, – и чтобы ноги здесь твоей не было до приезда хозяина квартиры!

Инесса бросила на меня уничтожающий взгляд, взгляд, полный презрения:

- Он наиграется с тобой и бросит. Он всегда возвращается ко мне, – сквозь зубы процедила Инесса, – таким, как он, плевать на всех, а таким наивным простушкам, как ты, будет больно, поэтому лучше тысячу раз подумай, прежде чем прыгать к нему в постель.

Я замахнулась, чтобы сделать ей симметричный отпечаток на второй щеке, но эта истеричка уже рванула на выход.

- Ты пожалеешь, - последнее, что я услышала, обращенное в свой адрес; после этого входная дверь громко стукнула, сообщая нам, что эта неприятная особа удалилась.

В квартире повисло тягостное молчание, пока Даня его не прервал.

- Спасибо, – сказал он тихо и искренне. После чего ушел в свою комнату и Лизка за ним, как маленький хвостик.

А я так и осталась стоять одна посреди огромной тихой гостиной, казалось, в этот момент даже стены давили. Ладонь нещадно жгло, а злость стала отступать, принося осознание того, что я, кажется, нажила себе врага. Думаю, если у Александра с этой Инессой все еще есть отношения, то вылечу я отсюда очень скоро. Вот и как теперь прикажете идти на работу?

Стычка с Инессой даром не прошла. Как потом оказалось, она стала одним маленьким, но очень важным шагом к нашему с Даней сближению. Постепенно мы все больше и больше проникались симпатией друг к другу. Данил начал понимать, что я здесь нахожусь исключительно в их с Лизкой интересах. Что я не подружка его отца и ни разу не Инесса.

Первые дни после ссоры с Инессой я боялась, что Александр позвонит и попросит собрать вещи. Я не сомневалась, что его девушка все ему в красках расписала. Скорей всего, с удобной для нее стороны. Но мужчина эту тему не поднимал. Лишь однажды вскользь упомянул, что по приезде «нас ждет серьезный разговор».

Мы стали чаще проводить время все вместе: Я, Даня и Лизка. Весна потихоньку отступала, уступая свои права приближающемуся лету. Походы в кино, прогулки в парке или просто совместные посиделки дома – нам никогда не было скучно. День за днем стали пролетать с сумасшедшей скоростью.

Больше узнавая детей, я поняла, что Даня ярый фанат «Звездных войн». К моему стыду, я не смотрела ни один фильм и никогда не понимала «поклонения» этой франшизе. В один из вечеров у нас даже вышел горячий спор, какие фильмы круче «Звездные войны» или «Звездный путь». Нас рассудила Лизка. Невинно похлопав ресничками, заявила:

- Оба фильма неинтересные, мне больше нравится «Холодное сердце».

Это, кстати, был любимый мульт девчушки, и она могла смотреть его подряд весь день.

Совмещение с работой в ресторане тоже нисколько меня не напрягало. Если мне нужно было выйти в вечернюю смену, Даня оставался за главного. Пару раз к ним приходила Маруся, которая была ярая фанатка плейстейшен. На этой почве они быстро нашли общий язык с Даней. Мне оставалось только шутить над ними и нехотя плестись на работу.

В общем, жизнь текла своим чередом.

Как-то днем я была дома, наводила порядок на кухне, когда Даня пришел из школы. У них сегодня был последний учебный день и классный час.

Я как раз убирала посуду по местам, когда входная дверь хлопнула.

- Даша? – спросил мальчик.

- Да, Даня, я на кухне. Привет!

- Привет, – Даня прошел на кухню, бросил на пол рюкзак и сел за барную стойку, – Даша, мне нужна твоя помощь, – вид у мальчишки был крайне расстроенный.

Накануне он весь день ходи кругами и пытался о чем-то со мной поговорить. Но, так и не решившись, ушел спать. Видимо, сегодня ребенок набрался-таки смелости, чтобы начать важный для него разговор.

Я замерла с занесенной над головой кружкой, так и не успев поставить ее на полку.

- Что случилось? Проблемы в школе?

- Да нет, то есть. Ух… - Даня выдохнул, взглядом блуждая по кухне, избегая смотреть мне в глаза. – Не знаю, с чего начать.

- Давай сначала.

Я оставила свое занятия и прошла к подростку. Села напротив и приготовилась внимательно слушать.

- Помнишь, в начале месяца я пришел домой с синяком?

- Ах да, огромным таким, в пол-лица синячищем.

- Ничего он не был огромным.

- Был-был.

Мальчишка зло посмотрел на меня, нахмурив брови.

- В общем, это не так важно. Так вот, мы с другом тогда заступились за одну девчонку.

- Благородное дело, – я улыбнулась. Да, определённо из него вырастет хороший мужчина.

- Ну да, какие-то придурки гадости ей говорили, ну мы с ними и подрались.

- Поняла. – кивнула я, - и…?

- В понедельник на собрании у нас в классе появилась новая ученица – Камилла. Это та самая девочка, за которую мы с другом заступились.

- Так, пока я не вижу здесь проблемы, - с сомнением сказала я.

- Даша, я, кажется, влюбился.

Даня смотрел на меня щенячьим взглядом.

- Что теперь делать? – тихо спросил он с абсолютно потерянным видом. Вся спесь в этот момент с ребенка слетели. Передо мной сидел маленький растерянный мужчина. Ребенок, впервые испытавший отнюдь недетское чувство.

Честное слово, губы сами собой растянулись в улыбке. Ведь первая любовь - это прекрасно. Так трепетно. Так волнительно и так….

Так!

Даша, вернись на землю! Подростки, гормоны, первый секс… боже-боже.

- Только не натвори глупостей! – воскликнула я, взмахнув полотенцем, которое все время держала в зажатой руке.

- Что?!

- Ну, в смысле хорошо подумай, взвесь все, прежде чем что-то сделать, – я попыталась как-то деликатно намекнуть, что торопиться нельзя.

Хотя, о чем я думаю, ему еще всего четырнадцать лет.

– Нужно повести себя правильно, найти подход к девочке, заинтересовать ее.

- Поэтому я у тебя и спрашиваю, потому что не знаю, как правильно.

Даня закусил губу, поднимая на меня взгляд.

Я вздохнула. Ребенок, с которым буквально в начале месяца мы не могли найти общий язык и просто рычали друг на друга, пришел ко мне за советом. Сам. Думаю, уровень доверия друг к другу у нас подскочил до максимума. Конечно, в такой деликатной ситуации, когда ребенок просит совета и поддержки, я постараюсь помочь мальчишке всем, чем смогу.

- Ну, ты же девчонка, - сказал Даня, пожав плечами. – Ты же должна знать, что вам, девчонкам, нравится.

- Девчонка вроде, - улыбнулась я, – мне бы понравилось, если бы кто-то заступился за меня. Даня, а почему ты решил, что влюбился? То есть, как ты можешь так думать, вы же виделись всего пару раз и…

- Просто знаю и все, – отрезал ребенок дальнейшие расспросы. – Чувствую.

- Хорошо.

Я могла бы воспринять это как детский самообман, если бы не уверенный тон парня и злой взгляд в мою сторону, когда я посмела в этом усомниться.

- Думаю, она будет моей женой.

- Даня, вам же четырнадцать, как ты можешь утверждать? У вас вся жизнь впереди. Поверь, у тебя на пути будет еще много красивых девочек и девушек.

- Нет, мне нравится Камилла.

- Ладно, просто не загадывай так далеко и не дави своими планами на девочку. Мы, женщины, такого не любим, – подмигнула я.

- Хорошо.

- Знаешь, для начала, позови ее погулять.

- Погулять? Думаешь? – неуверенно сморщился мальчишка.

- Точно тебе говорю. Сходите в парк, в кино. Покажи себя с лучшей стороны, вежливым, заботливым, добрым парнем.

- Понял, - Даня кивнул, – а может, в кафе?

- Можно и в кафе. Поинтересуйся, что она любит: пиццу, мороженое. А лучше предложи девушке решить самой, куда сходить.

- Хорошо, я понял, Даша. Пойду позвоню Камилле.

Даня подхватил рюкзак и помчался в свою комнату.

- Спасибо Даша! – крикнул он, скрываясь на втором этаже.

Я улыбнулась и облокотилась на стол.

Перед глазами пронеслась история моего любовного «фронта». Иначе это не назовешь. Последние полгода, так точно. Любовь-война.

Стас – мой нынешний бывший, он же и был моей первой «любовью». Тогда, в девятом классе, я верила, что полюбила раз и на всю жизнь. Мелкая была, наивная с розовыми очками на глазах. В старших классах об меня вытерли ноги. Измена, которую не могла простить и не простила бы, если бы не встреча спустя пару лет на курорте. Как-то неожиданно отношения закрутились, завертелись, и курортный роман перерос в совместный быт. Первое время Стас буквально готов был носить на руках, а я мучилась совестью, понимая, что чувства уже не те. Я не любила его так, как это было в школе. Мне было с ним хорошо, комфортно, удобно… но не более. А такое определение отношениям – верная дорога к расставанию. И когда наконец я дошла до точки невозврата и решилась разорвать «удобные» отношения, Стас моего решения не принял. Сначала были скандалы и истерики, потом начались угрозы использовать свое влияния и обрушить бизнес родителей. Сначала я не воспринимала это всерьез, но, когда раз за разом получала отказы в работе и устала оббивать пороги в попытках куда-то устроиться, я сбежала. Собрала вещи и переехала в этот город.

Так вот, первая любовь, говорят, самая запоминающаяся. Первые чувства самые сильные.

Да, моя любовь определённо мне запомнилась. Только в качестве тирана и слабовольного мужчины, который не смог принять решение любимой девушки и повел себя как последний скот.

Сейчас, спустя время, я уже даже не уверена, что действительно когда-либо любила этого человека.

Ситуация же с Даней, показала, что не перевелись еще настоящие мужчины на этой земле. Девушку увидел, заступился, влюбился и уже в загс готов вести. И это все в четырнадцать лет.

Я засмеялась, представляя себе эту картину и лицо его отца. Александр явно будет слегка шокирован.

Даня определённо умел брать на себя ответственность. За себя, за сестру. Я видела это каждый день. Хоть сейчас и рано об этом говорить, но мне кажется, неспроста он сегодня про свадьбу сказал. Ох, неспроста. Однажды он еще удивит. Думаю, если действительно эта Камилла окажется его большой и чистой любовью, Даня точно добьется своего.

Вечером того же дня, после разговора с Даней, мне предстояла смена в ресторане.

Как всегда, в неизменном черном платье, с идеально уложенными волосами и неброским макияжем я заняла свое место у стойки хостес. В очередной раз встречала и провожала клиентов.

- Добрый вечер, у вас заказан столик…

Или:

- Добрый вечер! Рады видеть Вас в нашем ресторане!

И так по кругу, как попугай.

С фальшивой улыбкой и невинным хлопаньем ресничек. Клиент всегда прав, клиент всегда молодец, и вообще клиент всегда человек, а ты так… обслуживающий персонал.

Если бы не нужда в деньгах, я бы давно нашла себе работу поприятней. Никогда не любила лицемерить, а иначе как лицемерием это не назовешь. Но, если уж работать в ресторанной сфере, «Ривьера» была идеальным вариантом. Здесь хорошо платили, руководство ресторана было справедливым и адекватным, плюс ко всему я могла выбрать удобный мне график. Директор ресторана очень хорошая женщина – Валентина Михайловна. Именно она помогла мне найти квартиру у Серафимы Викторовны на первое время. Валентина была приветливой и улыбчивой женщиной в возрасте. Я никогда не слышала от нее грубого или резкого слова в адрес кого-либо, будь это персонал или клиенты. Она была утонченной Леди с большой буквы. От своих работников всего-то требовала быть честными, вежливыми и открытыми с клиентами. Склочных или стервозных людей она не любила, поэтому коллектив в ресторане был подобран замечательно. Мы были здесь одной большой семьей.

Помню, когда первый раз переступила порог ресторана, и меня привели к ней на собеседование на должность официанта, Валентина посмотрела поверх своих дорогих очков и сказала:

- Девочка, с твоей внешностью надо работать хостес. Эти девушки лицо нашего ресторана. И оно должно быть непременно таким красивым как твое.

Эти слова мне тогда очень польстили. Как оказалось, Валентина не прогадала. Я действительно часто слышала комплименты в свой адрес от мужчин-клиентов. Иногда даже «прилетали» непристойные намеки и предложения. Я, как всегда, с каменным лицом и вежливой улыбкой сообщала, что меня такие предложения не интересуют.

Сегодняшний вечер не стал исключением.

Посетителей сегодня было много. Преимущественно мужские компании или семейные пары. Каждый второй неизменно оглядывал меня с ног до головы и улыбался, кто по-доброму, кто не очень. Я к этому уже привыкла. Ни один из посетителей ни разу не переходил рамки дозволенного. Наш ресторан посещали в основной массе только обеспеченные, высокопоставленные люди, которые, конечно же, знали себе цену.

Сегодня в зале играла ненавязчивая музыка. Мимо сновали официанты и официантки с разносами. За стойкой бара работал новый бармен Женя. Симпатичный парень, чуть старше меня. Начал работу в баре он только на этой неделе. Еще в первый день, когда он появился в нашем ресторане, между нами завязался легкий и непринужденный флирт. А так как стойка хостес была хорошо видна с бара, мы весь вечер играли в «гляделки». Вот и сейчас Женька повернулся в мою сторону и, улыбнувшись, нагловато подмигнул, махнув головой, мол: «Устала?». Я помахала в ответ рукой, что-то вроде «так себе» и засмеялась, когда увидела в ответ два поднятых вверх пальца.

Я часто думала о том, что пора двигаться дальше. Мне уже физически не хватало душевного тепла, и родного человека рядом. Женька на эту роль подходил как никто идеально. Он был милым, добрым, высоким, симпатичным парнем с отличным чувством юмора. Предложи он мне сходить куда-нибудь, я бы без раздумий согласилась. Пока же мы плаваем в состоянии неопределённости.

Свободных столиков в зале не было, поэтому, когда дверь в ресторан открылась в очередной раз, я приготовилась извиниться перед вошедшими. На улице совсем некстати начался ливень.

В зал зашли мужчина и женщина. Оба дорого, с иголочки одеты. Дама в коротком красном платье, сильно обтягивающем и максимально оголяющем все ее пышные формы, на плечи накинута кожаная куртка. Ее спутник – мужчина в сером клетчатом костюме и небрежно завязанном галстуке. Уже в первое мгновение я поняла, что мужчина – весьма неприятный тип. Из той категории мужчин, которые смотрят всегда исключительно свысока, считают себя центром вселенной и позволяют себе грубо общаться с малознакомыми людьми, как будто они ему чем-то обязаны. На лице обоих посетителей выражение невероятной скуки.

- Нам столик, - сказал мужчина, швыряя на стойку визитку.

Это была своего рода фишка нашего ресторана, помогающая «отсеивать» людей. При первом посещении на входе клиенты оставляли свою визитку, и мы вносили их в базу постоянных клиентов.

Вот так, с места и в карьер. Ни здрасте вам, ни до свидания. Приказным тоном. Ну что же, мы не гордые.

Улыбку нацепила, ресничками хлоп-хлоп:

- Добрый вечер! Я вынуждена перед Вами извиниться, но все столики в нашем ресторане на данный момент заняты.

Обязательно приложить руку на сердце, будто я очень опечалена тем, что таким «важным» гостям ничем не могу помочь.

Наконец-то сальный взгляд мужчины, блуждающий где-то в районе моего декольте, сфокусировался на моем лице.

- Ты, наверное, меня не поняла, – четко, проговаривая каждое слово, будто я действительно дура тупая тут стою, – нам нужен столик. Немедленно.

Проходящая мимо Ксюша, официантка, выразительно посмотрела на меня, прошептав одними губами: «Все хорошо?». Я слегка кивнула, собрала все свое терпение в кулак и посмотрела на этого хама:

- Я прекрасно Вас поняла, но вынуждена повторить. На данный момент в зале свободных столиков нет, – я махнула рукой, показывая на зал, – единственное, что могу вам предложить, это два места у бара.

- Как ты себе представляешь меня у бара? – это уже голос подала его блондинистая спутница. Та самая, у которой грудь из платья вываливалась. Окатив меня полным презрения взглядом, дамочка продолжила:

 - Ты, наверное, не понимаешь, с кем разговариваешь.

Так, держи себя в руках, Даша. Тыкать своим «влиянием» и «возможностями» – это самый любимый прием таких вот ребят. Знаем уже. Плавали.

- Я все прекрасно понимаю, но мест нет, – отчетливо повторила я, – вы могли бы присесть у бара, а потом, как только освободится столик, мы вас пересадим.

Паршивый день.

Мужчина подошел к стойке, нависая надо мной грозной тучей. Его жирная от геля для волос челка соскользнула на лоб. От него пахло дорогим табаком и коньяком. «Фон» стоял такой, что мне кажется, даже я вмиг опьянела.

Очень паршивый день.

- Если ты сейчас же не найдешь нам в своих записульках, –  мужчина выхватил из моих рук планшет, помахал им и швырнул на пол, – свободный столик, то уже сегодня вечером вылетишь отсюда.

Я встала на ноги. Конечно, с моим невеликим ростом я едва доставала ему до подбородка и он по-прежнему смотрел на меня свысока, но злость во мне уже просто закипала.

Клиенты за ближайшими столиками начали поворачиваться в нашу сторону, пара мужчин уже были готовы вмешаться.

- Во-первых, на ты мы не переходили, – кажется, я даже скрипеть зубами начала, собирая остатки вежливости. – Во-вторых, я не позволю Вам разговаривать со мной в таком тоне и, в-третьих, столиков по-прежнему НЕТ.

Глаза этого урода буквально налились яростью. Он схватил меня за руку и сильно дернул на себя. Плечо прострелила резкая боль. Кажется, будет вывих. Его «блонди» быстро сориентировалась и повисла на другой руке спутника. Похоже, до нее начал доходить масштаб всей катастрофы.

- Идем, Игорь, - щебетала она, пытаясь оттащить от меня своего мужика. – Пойдем в другое место.

– Ты совсем тупая? – уже не говорил, а орал тот самый Игорь, едва ли не брызгая слюной. – Я сказал, значит, ты взяла и сделала!

– Ты кто такой, чтобы указывать мне?

Когда тебя разносят направо и налево, тут уже не до вежливости. Я попыталась выдернуть руку, но этот гад вцепился крепко. За его спиной появился Женя. В ресторане начался «кипиш». С соседних столиков поднялись пару мужчин, направляясь в нашу сторону. Официантки побежали за охраной.

- Эй, мужик, девушку отпусти. Тебе же сказали, мест нет, – сказал Женя и положил руку на плечо нахала. –  Прости, ты вообще кто такой?

Мужик обернулся, глянул на руку Женьки, потом на самого парня и отпустил мое запястье.

- Успокойся, давай выйдем и поговорим.

Я бросила на Женьку предостерегающий взгляд. От таких типов, как этот Игорь, можно было ожидать чего угодно.

- Иди в свой бар, тебя сюда не звали, кухарка.

- Иди проспись, урод.

Женька схватил его за «грудки». Я даже не успела сообразить, как грубиян замахнулся на Женьку, но удар не достиг цели. Парень перехватил его руку и дал ему под дых. Это «животное» согнулось пополам, хватая ртом воздух и проклиная всех на чем свет стоит. В этот момент прибежала охрана и под руки вывела скандалиста из ресторана. Его подруга, причитая, посеменила следом.

Клиенты – пара молодых мужчин, которые подошли на помощь, – похлопали Женьку по спине и поспешили вернуться к своим столикам.

- Девушка, вы в порядке? – спросил один из наших постоянных посетителей, молодой человек. Один из тех, кто всегда с интересом поглядывал в мою сторону.

Я молча кивнула и улыбнулась ему.

- Все хорошо. Спасибо.

Парень кивнул и ушел.

- Даш, ты как? – спросил Женька, обхватывая ладонями мое лицо, – испугалась?

Женя обнял меня за плечи, легко поглаживая по голове. Я пригладила ладонью выбившуюся прядь из прически и вздохнула.

Хоть я и была безумно зла, но изнутри била мелкая дрожь. Прилив адреналина пошел на спад, уступая место страху и стыду. Никогда в жизни на меня не поднимали руку. Даже бывший, каким бы он не был скотиной, но никогда не занимался рукоприкладством. Сегодня же, если бы Женька не вмешался, боюсь представить, чем мог закончиться этот скандал.

- Спасибо, Жень.

- Да что ты, не за что тут благодарить. Таким уродам здесь не место.

В зал вошла администратор Лика, дочка Валентины. Увидев меня, бледную как смерть, с трясущимися руками, девушка отправила меня домой.

- Давай, Даш, сегодня мы справимся без тебя, не переживай. Тебе надо успокоиться.

- Лик, все в порядке, правда.

- Давай, давай. Жень, посади Дашу в такси, пожалуйста.

- Да, конечно.

Я отправилась на трясущихся ногах в подсобное помещение. Быстро закинув в сумку вещи и телефон, я вышла на улицу. Женька уже был там, стоял у машины такси, вежливо открыв дверь:

- Доедешь, позвони мне. Обязательно.

- Хорошо. Конечно. Еще раз спасибо, Жень, что заступился, – я едва коснулась губами щеки парня в благодарственном поцелуе и быстро залезла в салон.

Машина такси тронулась, а Женя стоял у входа в ресторан и провожал нас взглядом, пока мы не скрылись за поворотом.

Уже через двадцать минут я зашла домой, аккуратно прикрыв за собой дверь, чтобы не разбудить детей.

Прислонившись лбом к холодной стали, я прикрыла глаза.

***

Весь следующий день мы с детьми планировали провести вместе.

Май стремительно пронесся в работе и заботах.

Сегодня уже было первое июня – день защиты детей. Несмотря на праздник, погода была ужасная: холодно и сыро. За окном со вчерашнего вечера не прекращался ливень с грозой. Поэтому мы были вынуждены остаться дома. Вместо похода в парк запаслись настольными играми и всякой вредной съедобной всячиной и завалились перед телевизором.

Воспоминания о неприятном вечере в ресторане слегка притупились. Я немного успокоилась. Да еще и Женька все утро закидывал забавными сообщениями, отвлекая от ненужных мыслей.

Даня тоже все время поглядывал на телефон и улыбался. Краем глаза мне удалось заметить, что он с кем-то переписывается. Возможно, с той самой девочкой Камиллой.

Примерно после обеда позвонила воспитатель из Лизкиного садика. Попросила родителей прийти на следующей неделе на собрание. В следующую пятницу у них в группе был намечен выпускной из младшего звена. Дети учили песни, стихи и активно готовились к своему празднику. От взрослых же требовалось подумать о внешнем виде своих чад.

Лиза очень переживала, что отец не успеет вовремя вернуться, но он ее успокоил. Александр звонил утром и обещал вернуться как раз к выпускному. Вроде как дома он должен быть уже со дня на день. Командировка подходила к завершению, что несказанно радовало детей.

Мы досматривали уже вторую серию мультфильма «Ледниковый период», когда Лизка неожиданно подскочила:

- Даша, а мы будем печь пирог? А то я бабушке похвасталась вчера и пообещала скинуть ей вечером фотографию.

Я замерла. Вот это поворот.

- Бабушке? – переспросила я, посмотрев на Данила.

- Да, ба заходила. Вчера после того, как ты ушла на работу. Тебе привет передавала.

То есть как бабушка?! Александр же на собеседовании абсолютно четко выразился по поводу родственников.

- Подожди, Даня. Папа сказал, что у вас нет родственников в городе.

Мальчик посмотрел на меня как на сумасшедшую, честное слово.

- Куда же им деться? – мальчишка усмехнулся, – ба есть, и папина сестра недавно приехала в город.

- Почему тогда он не оставил вас с бабушкой и тетей на время командировки?

- Ты у меня спрашиваешь?

Даня удивленно смотрел на меня, а Лизке не было абсолютно никакого дела до нашего разговор. Она уже умчалась на кухню искать свой новенький фартук.

- Ладно. Поняла.

Я встала с дивана, откидывая плед.

- Слушай, а как часто бабушка в гости заходит?

- Ну, за то время, что ты здесь, наверное, раз пять была. Звонит каждый день и мне, и Лизе, – мальчик пожал плечами, – обычно так получается, что ты на работе в этот момент.

- Ясно.

Я поплелась на кухню.

В голове крутился ответ Александра – уверенное «нет», когда я спросила про родственников. Зачем он мне соврал? Если родственники не могли посидеть с детьми, то он мог просто сказать мне об этом. Или, может, у него с семьей плохие отношения? Тогда, наверное, я не должна давать возможность общаться с ними детям.

Это все и крайне непонятно.

Я решила, что как только подвернется возможность, обязательно спрошу у него.