Зачарованная боссом

Возрастное ограничение строго 18+
Содержит нецензурную брань.
Все персонажи являются вымышленными, и любое совпадение с реально живущими или жившими людьми случайно.

От автора
Все герои написанной мной книги совершеннолетние, они старше 18 лет.
Спасибо!

Екатерина

Кирилл Кравцов бесил меня невероятно! Богатый избалованный козел, удобно устроившийся на должности генерального директора. Моей должности!

Конечно я мечтала о таком карьерном рывке. Кто в свои двадцать семь может похвастать, что занимает высокую должность в серьезном кибернетическом холдинге? Но для меня стало ударом, что владелец решил поставить во главе холдинга своего сыночка, а не меня.

Нет, понятно такое назначение, но менее болезненным оно для меня не стало.

Я скривилась, получив очередное напоминание, кто тут главный.

Открыла письмо.

"Генеральный директор КиберГруппКомпани,

Кирилл Кравцов.

Екатерина Викторовна, у вас готова аналитическая сводка по статистике за прошлый квартал?"

Козел! Но ответить то ему придется…

“Глубокоуважаемый Кирилл Эдуардович,

Очень приятно получать от вас письма с самого утра вместо бодрящей чашки кофе. Вы, как всегда, безупречны в части манер, но не в части сроков.

Сводка будет у вас ко вторнику следующей неделе, как вы и распорядились ранее на совещании. Если вам нужны отчеты сразу же, увеличьте мне штат сотрудников, чтобы я могла работать по вашему сверх загруженному рабочему графику.

Руководитель отдела аналитики КиберГруппКомпани,

Екатерина Орлова”.

Перечитав ответ раз пять, я отправила его навязанному директору. Пусть знает, что мы ему здесь не рады!

Вот только ответ пришел почти незамедлительно.

“Генеральный директор КиберГруппКомпани,

Кирилл Кравцов.

Екатерина Викторовна, я оценил ваш сарказм, но вы не уловили суть моего вопроса. Я не спрашивал про сроки сдачи, а поинтересовался, не готова ли сводка, зная, как вы исполнительны и оперативны в своей работе.

Не заставляйте меня повторять дважды”.

Ненавижу!

Грубо ударяя пальцами по клавиатуре, я напечатала ответ.

“Кирилл Эдуардович,

Сводка готова, как и я всегда готова, что вы все потребуете раньше назначенных вами же сроков.

Вам повезло, что на вас работает такой профессионал.

Сводку прилагаю к письму, но вот уделить вам время на расшифровку отчета в своем плотном графике смогу не раньше вторника.

Руководитель отдела аналитики КиберГруппКомпани,

Екатерина Орлова”.

Я осталась почти довольна тем, как припечатала директора.

Моя электронная почта снова подала звук, и я открыла ее.

“Генеральный директор КиберГруппКомпани,

Кирилл Кравцов.

Екатерина Викторовна, я справлюсь. В нашей компании, слава богу, достаточно профессионалов. Но вы себя берегите. Без вас мне точно не усидеть в этом кресле”.

Вот говнюк! Он знает, что занял мое место, и еще издевается! Никогда не прощу.

Не прошло и часа, как в дверь раздался стук.

— Войдите, — машинально произнесла я, не отвлекаясь от монитора и пробегающих по нему столбиков цифр.

— Екатерина Викторовна, я должен уточнить некоторые моменты вашей сводки.

Вот почему я не удивлена?

 — Добрый день, Кирилл Эдуардович. Как мило, что вы лично пришли навестить своих исполнительных сотрудников. Могли бы вызвать к себе, — насмешливо ответила я.

Босс сжал челюсть. Через год все зубы раскрошит не без моего участия, вот о чем злорадно подумала я.

Он закрыл за собой дверь и сел за мой стол. Я ждала, что он заговорит, но нет, мы молчали. О чем он думает, для меня загадка.

— Я помню, какой у вас плотный график, что вы не можете выделить личное время вплоть до вторника, — наконец проговорил босс, а я услужливо улыбнулась.

Память у него хорошая, а манеры вообще совершенные. Эх, вот если бы он не был моим боссом и сыном владельца, я дала бы ему шанс… А так, нет. Перебьется!

— Так что там с отчетом? — улыбнулась я. — Не будем терять время. Мы ведь профессионалы?

Он прищурился и неожиданно спросил:

— Екатерина Викторовна, вам нравится здесь работать? 

Я вздрогнула. Это уже не первый провокационный вопрос от папенькиного сыночка. Он сразу же стал пробивать меня на увольнение. С первого дня, как нас представили друг другу.

Не скажу, что наша встреча обошлась без нюансов. Я сама накосячила. Но черт, я надеялась, он спишет мне промашку на излишнее волнение. Хотя бы в рамках своего воспитания!

Но нет. Теперь он обходит меня стороной, когда я выхожу из кафе с чашкой кофе. А ведь я только однажды облила его! Случайно.

— Снова хотите предложить мне уволиться по собственному? — теперь моя улыбка выглядела натянутой, но мне все равно.

— Ну что вы, Екатерина Викторовна, — отрезал он. — Как я могу избавляться от профессионалов в собственной компании? Кто тогда будет работать?

Он тяжело вздохнул и заглянул в мой монитор.

— Но данные по сводке хотелось бы уточнить. Желательно до вторника.

— Кирилл Эдуардович…

— Кир, — поправил он. — Мы уже полгода тесно работаем вместе. Давай опустим официальность хотя бы наедине.

Предложение очень необычное. Настолько, что я глупо смотрела на босса и хлопала ресницами.

— Могу я звать тебя Катей? — добил меня босс, но тут же исправился: — Наедине, естественно.

О, это ни черта не естественно! Я с ним наедине — это вообще против правил!

— Не уверена, — прошептала я, не в состоянии совладать даже со своим голосом, не то что с бурлящими внутри эмоциями.

— Хм, сколько ты уже работаешь в моей компании?

В его! Как же! В компании его отца. Он тут вообще в наказание, надо полагать.

— Пять лет, — быстро ответила я, зная, что и его пересижу, чтобы все же сесть на вожделенное кресло генерального директора.

— За пять лет ты доросла до руководителя отдела аналитики и тебя рассматривали на должность генерального директора, — коротко резюмировал он мою пятилетнюю карьеру.

— Да, но потом появились вы, Кирилл Эдуардович…

— Кир, — снова поправил он меня.

— Это ничего не меняет, — раздраженно отмахнулась я. — Пока вы остаетесь моим боссом, я не собираюсь переступать официальные границы с вами. Хотите перейти на “ты”, можете уступить мне должность.

Так сладко, как сейчас, я еще никогда в жизни не улыбалась.

— В первый день ты была гораздо сговорчивее, — вздохнул он, вгоняя меня в краску.

Я все еще улыбалась, когда вспоминала, как вылила на него горячий кофе, а потом схватила салфетки со стола и решительно стала оттирать его ширинку. Я даже не сразу поняла, что стою перед Кириллом Эдуардовичем на коленях и натираю его увеличивающийся под моей старательной рукой член. Даже представлять не хочу, что он там в ширинке прячет, но тогда я замерла, когда под ладонью образовалось примерно двадцатисантиметровое удлинение.

Большой босс — большой размер! И ведь это еще не предел. Я это чувствовала!

— А я думала, что это было красноречивое предупреждение держаться от меня подальше.

Он выразительно посмотрел на меня. 

— Я сам разберусь со сводкой. Спасибо, Катя.

Я помахала ему кончиками пальцев. 

— Желаю удачи, мой самый профессиональный босс.

— Не выбешивай меня, — огрызнулся он и вышел.

Я вернулась к компьютеру. Что-то у меня возникли сомнения пересижу ли я папенькиного сыночка. Кажется ему нравится место генерального директора.

Как же он меня бесит! И слава богу, это у нас взаимно.

Еще увидим, кто кого.
Буду рада любой вашей поддержке! Берите в библиотеку, читайте в Литгороде, комментируйте и подписывайтесь на автора! 
Ваша Ася ♥

Кирилл

Я в очередной раз прогнал столбики цифр через сводные формулы KPI и SWOT-анализ. Графики получались бесовские, нечитаемые. Что я покажу собранию акционеров?

Отбросив сводку от Орловой, я вызвал брата.

— Петр, ты мне нужен. Срочно.

Уже через пять минут он заглянул в мой кабинет.

— Фею вызывали? — ухмыльнулся Петр, входя и закрывая за собой дверь.

— Все шутишь? — огрызнулся я. — Помоги мне пробить оборону Орловой. На нее ничего не действует! Она сразу становится ёжиком, стоит мне показаться в поле ее зрения. Бесит!

— Хм… Издай указ, царевич, чтобы Орлова Катерина носила толстую повязку на глазах. Так она тебя не увидит.

— Она меня унюхает! — отмахнулся я. — Я первое время думал, что у нее глаза на затылке, пока не понял, что нюх, как у собаки, а глаз как… у орла.

Хреновый каламбур, но с Катей парного танца не получалось, хоть я вытанцовывал с ней уже полгода.

— Ну, ты подкати к ней, как обычно подкатываешь к цыпочкам, — предложил брат. — Она обычная молодая девчонка. Обязательно купится на флирт.

Я устало вздохнул.

— Не сработало. Кажется, я не в ее вкусе.

— Должен быть какой-то способ. Что-то я не верю, что она не поддалась твоему обаянию, Кир, — развел руками Петр. — У нее должны быть слабые места. Надо просто найти их и надавить.

— Какие у нее могут быть слабости? — я крутанулся в кресле и посмотрел в большие панорамные окна офиса. — Она закончила университет и поступила на место стажера к нам. За пять лет выросла до руководителя отдела и претендовала на должность генерального директора… Она ненавидит меня как своего конкурента.

Петр ничего не ответил, и мне пришлось повернуться к нему.

— Кто тебе это сказал? — спросил брат совершенно серьезным голосом.

— Про ненависть? Да она не скрывает!

— Нет, про универ и всю эту фигню о ее росте?

Я нахмурился. Откуда я нарисовал себе идеальную биографию Кати Орловой?

— Это чисто логические выкладки, брат, — ответил я. — Она работает на нас пять лет. Ей двадцать семь. Очевидно же, что в двадцать два она только-только закончила учебное заведение. А раз так быстро пошла в гору, значит это был университет. Она умница, хоть и заноза в заднице!

— Ну, если только в твоей. Моя задница от нее не страдает, — вернулся к своей насмешливой манере Петр. — Но тебе лучше бы познакомится с ее личным делом. Особенно с резюме о приеме на работу.

Никогда не думал об этом. Да и что я могу найти в ее резюме? Слабые места? Вряд ли. У Екатерины Викторовны нет пробоин в защите. Иначе я давно бы проник внутрь и взял ее в плен.

Отпустив Петра, я запросил дело Екатерины в отделе кадров и переключился на монитор ноутбука. На заставке по-прежнему стояла невыкупленная мной, но уже анонсированная на аукционе картина таинственной художницы “Предназначение”.

Я рассматривал крупные уверенные мазки синего и желтого. Они хаотично сталкивались в середине холста, но странным образом не смешивались. Пронзая друг друга, линии даже в миллиметровой толщине оставались чистыми синими и желтыми линиями. Как? Как она смогла так переплести мазки и не дать краскам слиться, перемешаться?

Синий холст слева и желтый справа должен стать зеленым к моменту слияния… Но нет. Идеально чистые мазки синего и желтого. Пронзающие друг друга, но остающиеся собой. И так по всему полотну.

Я закрыл глаза, уставая от очередной загадки художницы.

Предназначение. Почему? Логично, что, если синий с желтым предназначены быть вместе, значит они образуют что-то новое. В нашем случае, зеленый цвет. А если цвета не смешиваются — предназначены ли они друг другу?

Я быстро закрыл крышку ноута, когда в дверь постучали. Потом разберусь с картиной, а сейчас время разобраться с личным делом Орловой. Не думаю, что найду ее слабости, но может быть пойму ее амбиции.

Каждым сотрудником, у которого есть цель, можно манипулировать. Что ж, посмотрим, какая цель у нашей Екатерины.

И первое, что я увидел, что Катя не заканчивала университет. Она вообще закончила образование заочно. Полгода назад. Примерно в день назначения меня на должность.

Перевернув папку, я открыл ее с обратной стороны, с самого первого листка в личном деле. Резюме.

В шестнадцать лет осталась сиротой на попечении старшей сестры. Школа и бесконечные подработки. Кафе, отели, детские лагеря. Любая неквалифицированная работа, которой Катя явно не стеснялась.

Дальше шли рекомендации. В том числе от фонда, учрежденного моей матерью. Там Катя проработала полтора года, зарекомендовала себя и перешла стажером в компанию отца. Я увидел здесь добрую заботу моей мамы. Она спец по добрым делам. Феем Петр стал определенно от нее.

Я хмыкнул и перелистнул еще пару страниц личного дела.

Дальше Катя работала без отпусков и выходных. Нереальная выдержка, если еще учесть, что параллельно она все же поступила на заочку, по вечерам и выходным училась.

Копия диплома впечатляла оценками. Даже в учебе Орлова не халтурила.

Тогда какого хрена ее цифры из сводки не встают в общий аналитический отчет?

Я почти покончил с ее личным делом, когда из середины выпал незакрепленный тетрадный лист с первого собеседования. Взгляд выхватил только одно слово “увлечения”.

Повернув лист к себе, я прочитал написанное ей собственноручно одно слово: рисование. Это развеселило. Как девочку, увлекающуюся рисованием, переключило на статистику и аналитику?

Предназначение?

Я закрыл папку с документами. Вот еще одна загадка — Катя Орлова. Почему она не пошла в гуманитарную профессию? Воспитательницей в детский сад, к примеру. Почему нет? Я могу представить ее в окружении обожающих детишек.

Или смотрителем зоопарка в окружении обожающих ее животных.

Но она совершенно не вписывалась в столбики цифр своего отчета! И я не мог смотреть на нее с обожанием, потому что она не вписывалась в мой мир логики и правил.

Я открыл экран ноутбука и снова уставился на картину. О чем думала художница, когда рисовала это? Что нужно до конца оставаться собой? Индивидуальностью? Не смешивать свои интересы и ценности? Владеть и разделять?

Нана Бишоп. Художница, которую я искал, чтобы задать ей вопросы, полученные от ее картин.

В мазках краски всегда есть какая-то загадка, глубокая эмоциональная связь, которую я чувствовал. То, что не мог объяснить. Вряд ли другой художник сможет мне ответить, что вкладывала в свои картины Нана, кроме нее самой…

Я представил себе уже немолодую женщину, прекрасную, пусть не физически, но духовно, равную мне по эмоциональности.

Я коллекционировал только уникальные произведения искусства и моя коллекция — одна из редких в мире. А работы Наны Бишоп — особенность коллекции. Я не пропускал ни одной ее работы, скупая за бешеные деньги. Потому что каждым полотном она задавала все больше и больше вопросов, на которые у меня не было ответов.

Почему “Предназначение”, если цвета не смешиваются?

Почему? Я не знал, но кажется я понял, что чертовы столбцы цифр из сводки Орловой нельзя забивать в аналитику подряд.

Снова открыл сводку и довольно ухмыльнулся. Ну конечно, она просто выделила верхний ряд цифр другим шрифтом, как итоговые. А нижние — расшифровка по месяцам. А предупреждать не стала… Ну бывает… Это же я! Никого другого бесить она бы не посмела.

Быстро обработав сводку, я с удовлетворением посмотрел на ровный график роста продаж за последний квартал. Что ж, за полгода моего руководства компанией, мы уверенно поднялись на двадцать процентов. Теперь мне есть, что показать на собрании акционеров.

Я закрыл крышку ноутбука и откинулся на спинку кресла.

Снова задержался. Пробежка перед сном отменяется. Может стоило спуститься в фитнес-клуб на втором этаже этого же здания? Очень удобно, что все услуги для офисных работников собраны под одной крышей. Это сильно оптимизирует время.

Я подхватил спортивную сумку и спустился вниз, конечно не ожидая, что окажусь не единственным задержавшимся в офисе.

Екатерина

Я сразу заметила Кирилла, когда он вошел в тренажерный зал и расположился напротив меня.

Он решил поиздеваться надо мной, рисуясь в таком слишком открытом наряде? Нет, к его спортивной футболке у меня претензий не было. Но вот слишком короткие шорты, открывающие вид на мощные ноги, покрытые курчавыми волосами, это откровение, без которого я вполне могла бы обойтись.

Черт! Теперь мне его волосатые ноги ночами будут сниться. Как я перебираю пальцами завитки, пробираясь от щиколоток до паховой области и…

Ой.

Я даже зажала рот, в ужасе от того, куда завели меня мои мысли! А все чертовы укороченные шорты.

И тут Кирилл спокойно лег на скамью, раздвигая ноги…

Нет, я туда больше смотреть не буду, но с администраторами фитнес-клуба поговорю.

Я отпустила ручки своего силового тренажера и поспешно встала, не в состоянии все же отвести взгляда от босса, отжимающего от груди штангу.

— Твой парень? — спросил тренер, кивая на Кирилла.

— Хуже, — проворчала я. — Босс.

— Отличное тело, — тут же профессионально оценил Кирилла тренер.

— Ну если выпячивать его на всеобщее обозрение, то трудно не отметить очевидное… — бросила я и отошла, забирая полотенце.

— Ой. Прости. Не подумал, что будет неудобно…

Между нами повисло неловкое молчание, и я заметила, как Кирилл явно прислушивается к нашему разговору и ему тоже не очень комфортно.

— Извини. Я, пожалуй, пойду в сауну… Это будет лучшим завершением дня.

Тренер кивнул, а я улыбнулась ему и вышла из тренажерки. Вот за что я люблю этот фитнес, что здесь можно сходить на разные занятия, а потом заварить себе чай, погреться в сауне, принять душ и по душам поболтать с девчонками, полностью снимая с себя стресс рабочего дня.

Но не сегодня… Не знала, что Кирилл Кравцов тоже посещает этот фитнес.

Я прислонилась к стене, чувствуя, как пот стекает по груди. Только из-за сауны я и спустилась в фитнес, точно зная, что смогу расслабиться после самого тяжелого дня в офисе. Я вздохнула и тут же напряглась, когда открылась дверь и вошел Кирилл Эдуардович с белым полотенцем на бедрах, которое не мешало бы подтянуть повыше, потому что мне вообще не нужно знать, какая сексуальная дорожка курчавых завитков спускается к низу его живота и скрывается за границей полотенца.

Вот черт!

Я быстро подняла взгляд и тут же пожалела, когда уставилась на его голый торс и загорелую кожу, слишком интимно обтягивающую мускулы.

За что мне столько откровений в один вечер?

Я с трудом сглотнула ком в горле и закрыла глаза. Меньше вижу — крепче сплю!

Я слышала, как Кирилл замедлился, когда увидел меня.

— Катя?

— Рада вас видеть, Кирилл Эду….

— Кир, — поправил он, а я открыла глаза.

Наши взгляды скрестились и задержались чуть дольше, чем следовало смотреть друг на друга в сауне.

Что опять происходит? Он не сводил с меня глаз, словно выворачивал все мои грязные мыслишки о нем наизнанку.

— Привет, Кир, — все же ответила я, вспоминая, что мы же наедине, а значит ни к чему нам условности.

Я смотрела прямо перед собой на дверь, повторяя про себя одно и то же: не смотри на него, не смотри на него, не смотри на него. Ни хрена не помогало…

— Не знал, что ты ходишь в этот фитнес-клуб, — заговорил он.

— Удобно, — ответила я, продолжая глядеть прямо перед собой. — Хотя признаюсь, что самое привлекательное в этом клубе сауна. Жаль, ее не поделили на мужскую и женскую. Или хотя бы ввели график посещения, — вздохнула я.

Главное удержаться, не сбежать и не пускать слюни на его мускулы. Он мне это долго будет припоминать.

— Как прошел день? —  он перешел на другое.

— Нормально. А у тебя?

— Сейчас стало лучше.

В смысле, стало? Кто ему улучшил самочувствие, я или спорт?

Очень захотелось поддаться соблазну и рассмотреть его проработанное тело, рельефные мускулы… Вот зачем они офисному боссу? Не понимаю.

— Ты всегда в сауне разглядываешь противоположную стену? — вдруг поймал меня Кир.

Я быстро осмотрела себя. Красный топ от бикини на месте, ниже полотенце, прикрывающее плавки, ничего не съехало, ничего не торчит. Значит действительно, босса беспокоило, что я не уделяю ему внимания, не облизываю взглядом его прекрасное тело.

— А на что мне смотреть?

Кир низко рассмеялся, запуская по мне волну мурашек. Я вздрогнула, понимая, что он меня раскусил. Он знает, что я стараюсь не смотреть на него.

— Не знаю, наверное, на того, с кем ты разговариваешь.

Эх, спроси он меня сейчас, как прошел мой день, я бы ответила, что сейчас стало намного хуже!

— Уже лучше, — улыбнулся он, но я бы поспорила.

Внизу живота уже запорхали предательские бабочки. Даже жар сауны их не придушит, а ведь должен был!

Больше не сопротивляясь искушению, я стала разглядывать его большое потное тело. Все как на картинке. Шикарная, широкая грудь с россыпью темных волос, накачанные плечи и рельефные мышцы живота. Кожа с красивым естественным и ровным загаром. Когда только успевает?

В идеальную картину Адониса не вписывалось только полотенце. Даже бесит, портя идеальную картину его тела.

Несколько минут сидели молча, потом он откинулся назад к стене, и мышцы его пресса сократились, заставляя меня пялится на его живот.

Ну здорово! Я пришла сюда, чтобы расслабиться, а вместо этого рассматриваю горячее и соблазнительное тело своего босса.

— Ты давно знаешь этого тренера? — вдруг заговорил Кир.

— Бориса? Нет, не очень. Он здесь недавно. Хочешь записаться к нему на тренировку?

Кир покачал головой.

— Нет, я обычно занимаюсь по своей программе. У меня дома есть свой спортзал и беговая дорожка, на случай плохой погоды. Просто мне показалось, что вы больше, чем друзья.

— Мы даже не друзья, — отрезала я.

— Как скажешь, — сухо ответил Кир, но я уже завелась.

— Раз уж мы перешли на личные вопросы, тоже хочу спросить…

Кир с интересом посмотрел на меня, оттолкнулся и облокотился на колени, став ко мне предельно близко. Настолько, что запах его тела, смешанный с древесным и мятным, заполнил и защекотал ноздри.

— С какими женщинами ты обычно встречаешься?

Он откинулся и захохотал, подставляя моему взгляду дергающийся и чертовски сексуальный кадык.

Ненавижу! Теперь я неделю не смогу спать спокойно, пока не избавлюсь от этих дразнящих образов босса!

— Каждый раз с разными, — отсмеявшись ответил он. — Мне все равно.

— До такой степени, что наплевать, с кем в очередной раз тебя скрестят журналы и желтая пресса?

— Нет, обычно я в ужасе от их сплетен, — отмахнулся Кир. — Но выход пока только один…

Я подалась вперед от любопытства.

— Какой?

Вообще у меня была версия, что он ищет одну единственную, с кем сможет прожить всю оставшуюся жизнь. Но Кир отпетый засранец, он даже в этом ответе меня разочаровал.

— Не читать эти порнушные газетенки.

И бросил на меня самый выразительный взгляд, от чего я просто расхохоталась.

Да уж, Катя, не в твоей жизни остепенится Кирилл Эдуардович.

Наши взгляды снова скрестились, смех застрял в горле, а время на мгновение остановилось.

Что это было?

Кажется, мне пора домой.

— Уже поздно, — вскочила я. — Мне пора.

Он тоже встал, и я впервые увидела его полностью, в теле Бога. Вот так. Адонис Киру в подметки не годился.

Просто невероятно. Сексуально и такая подстава!

Мне было бы легче пережить пухлого и непропорционального мажора. Но божественно сложенного и сексуально красивого босса пережить гораздо сложнее. Я буду страдать, мечтая дотронуться до его кожи, провести ладонями по его мышцам…

Кир может сколько угодно изображать из себя придурка, вот только теперь я знаю, как чертовски прекрасно он выглядит в полотенце.

Я опустила голову, пока мы выходили вместе из сауны. Вообще мне привычнее с ним ссориться, а не облизываться на него. Ну ничего, завтра решу, что с этим делать.

— Я могу тебя подвезти. Поздно уже...

— О, не знаю. Но спасибо.

— Где ты живешь? С сестрой? Я просто недавно узнал, что твои родители погибли.

Ну вот зачем он лезет в душу? Это уж совсем лишнее. Это показывает, что у Кирилла Эдуардовича кажется есть еще и сердце в придачу к мускулам и охренительному телу. Слишком много!

Я пожала плечами.

— Нет, мы не живем с сестрой. Аня уехала сразу, как закончила учебу. А я снимаю квартиру. Так до работы быстрее. Я недалеко отсюда живу.

Кир нахмурился, но отпустил переодеваться без дополнительных вопросов.

Я давно уже не пряталась за своим горем. Зачем? Я скучаю по родителям, я скучаю по их любви, но жизнь то это не отменяет. И я упорно иду, ползу вперед, выбивая право на достойное будущее.

Никогда не заведу детей, пока не буду уверена, что они ни в чем не будут ущемлены, даже в случае моей смерти.

Сердито стерев слезы, я вышла в фойе, где меня ждал Кравцов.

— Я подвезу, — он уже утверждал, а не спрашивал. Вот еще одна его бесящая черта.

Борис махнул мне рукой, а я изобразила улыбку, впервые за долгое время чувствуя, что кто-то обо мне заботится просто так, по личному порыву.

И это приятно, черт возьми.

Я накручивала на палец волосы и смотрела в окно автомобиля. В голове полный беспорядок, и все потому, что я не могла выкинуть из головы образ Кира Кравцова в провокационном полотенце.

Мне даже глаза закрывать не нужно, чтобы вспомнить строение каждой его мышцы. Кажется, теперь я буду думать о его теле постоянно. Когда просыпаюсь, когда иду на работу, когда ложусь спать. В душе, на фитнесе, в офисе, лежа одна в постели…

Мы быстро подъехали к моему дому, я поблагодарила Кира и вышла из машины, ловя свое отражение в стекле двери. А вот и жесткое похмелье… Я не так очаровательно выглядела, как хотела бы.

Это у меня во снах Кир проведет много времени между моих ног, а я проверю крепость его языка и почувствую раздражение от его щетины на внутренней стороне бедер.

Но вот он вряд ли будет фантазировать, как вызовет меня в свой кабинет, а я склонюсь над его столом, пока он будет вытворять со мной всякие грязные штучки.

А ведь еще неделю назад я презирала его!

Это все белое бесстыжее полотенце! Их надо запретить на законодательном уровне!

Екатерина

Утром еле сползла с постели.

Что еще за странное недомогание?

Потянулась, чувствуя приятную тянущую боль в мышцах после вчерашних занятий. Ну это точно не от нагрузки. И тут низ живота скрутило жестким спазмом. Я согнулась пополам и заскулила.

Месячные. Как не вовремя!

Быстро залезла в календарик в телефоне и смирилась с неизбежным. Цикл сбился на пару дней, поэтому уведомление запоздает, а боли вот они, получайте, распишитесь.

Поморщилась и посмотрела на дату. Середина недели. Отпроситься, чтобы отлежаться не получится. К тому же босс не отстанет, ему же, глупенькому, расшифровку сводки бы получить, самому ума не хватает выделить нужную строчку цифр.

Поскрежетала зубами, достала некрасивые, зато плотные рейтузы с резинкой где-то высоко над талией. Сейчас главное не сдавливать живот, надеть что-то темное и не давящие. Может переживу приступы боли.

После утренней гигиены, достала черное трикотажное платье, повертелась перед высоким трюмо в прихожей под бдительным контролем бабки Настасьи, у которой я снимала комнату.

Пока я рассматривала, не заметна ли резинка от рейтузов, бабуля сделала свои выводы.

— Куда это ты так наряжаешься?

— На работу.

— Вот в наше время так на работу не ходили! — изрекла она. — Там работать надо, а не задницей вилять, бесстыдница.

Будь мы на улице, а не в ее квартире, уверена, плюнула бы, чтоб припечатать. Но сейчас только скривилась, развернулась и поковыляла на кухню. Черт, останусь без завтрака. Лучше в офисе что-нибудь перекушу, чем дам новый повод для сплетен у подъезда.

Заколола светлые волосы наверх, поморщилась, когда одна прядь выбилась из загогульки и фривольно повисла легкой пружинкой, придавая прическе несерьезный вид, но я опаздывала, поправлять уже некогда.

 Быстро нанесла макияж, закинула в сумочку тампоны и сильные обезболивающие таблетки, единственные, которые выручали каждый месяц, и помчалась на поле боя, снова сражаться с Кириллом Эдуардовичем.

Похрен на боль и недомогания, но так просто я ему не сдамся! Еще посмотрим, усидит ли он на генеральском кресле.

Только в лифте офиса, мчащегося на мой этаж, я расслабилась и выдохнула. Не опоздала. Правда перекусить не успела, а пить обезболивающее на голодный желудок не самая удачная идея, но переживу. Сразу после встречи с боссом съем пончик, запью кружкой кофе и в расслабленном виде просижу положенные рабочие часы. Сегодня точно задерживаться не буду. Не с моим самочувствием.

Я судорожно выдохнула, когда в животе снова все свело от спазмов. Лифт стал замедляться, я критично осмотрела свое отражение в зеркальных стенах лифта и хмыкнула.

А ведь права была бабка Анастасия Семеновна, я действительно выгляжу слишком нарядно, совсем не офисно, как привыкла выглядеть. Это так глупо, но никому же не докажу, что надела облегающее платье исключительно для собственного комфорта, а не для привлечения внимания.

К черту. Пусть думают, что хотят. Уже дня через три я вернусь к своей обычной униформе, брюкам, блузкам и пиджакам. Платье — это не признак слабости, вот что думаю я!

Успела зайти в свой кабинет и поймать первый комплимент на подходе.

— Доброе утро, Екатерина Викторовна. Прекрасно выглядите сегодня.

— Спасибо, —  улыбнулась, отвернулась, толкнула дверь в кабинет и скривилась.

Начинается. Сейчас сплетни о моем изменении покатятся по всем этажам нашего офиса. А главное, как не вовремя! Буквально на следующий день после сауны с боссом и его бесячего полотенца.

Ненавижу.

После короткого стука в дверь ко мне заскочила помощница отдела. Я бы могла назвать ее своей помощницей, но отказалась от такой привилегии и прикрепила Дашу ко всему отделу, хотя мои задания всегда для нее были приоритетными.

— Ой, какая вы миленькая, Екатерина Викторовна. Вам так идет этот стиль! — запела она с порога.

Я снова улыбнулась, не скрывая фальши. Ну добейте меня, чего уж!

— Я бы как всегда предложила вам кофе, но не могу. Кирилл Эдуардович ждет вас у себя.

Спасибо, добила.

— Прямо сейчас? — удивилась я, отмечая на часах, что до начала рабочего дня еще пять минут. Как раз должно мне хватить на чашку кофе и таблетку!

— Уже пятнадцать минут как, — закатила глаза Даша. — И проверяет каждые три минуты, не подошли ли вы.

Молча, я достала блистер, щелкнула на ладонь таблетку и запила глотком воды.

Ничего, сейчас покончу с боссом и порадую себя завтраком. А работа подождет.

Надеюсь, Кирилл Эдуардович не станет цепляться к моей не слишком офисной одежде.

Я прошла мимо секретаря босса, кивнула ей и постучала в дверь кабинета босса.

— Входите.

Кир поднял взгляд на меня, как только я оказалась внутри, и осмотрел с макушки до пят и обратно два раза. Ну нет, неподобающе еще руководителям обсуждать мой наряд. К тому же это не коктейльное платье, не вечернее. Просто удобное, трикотажное. Ну немного облегающее. И что? У меня не нашлось к нему подходящего пиджака. А надо было об этом подумать и накинуть хотя бы неподходящий! Да хоть какой-нибудь!

Я сжала папку с документами сильнее и улыбнулась:

— Доброе утро. Вызывали?

— Да. Присаживайтесь, Екатерина Викторовна, — указывая на место за столом, отозвался босс.

Пока я занимала место и раскладывала перед собой отчеты, Кирилл Эдуардович снова изучал меня, что бесконечно раздражало. Ладно бабушки-сплетнице на лавочке перед домом, к такому я привыкла, шага не сделаешь мимо, чтобы они не пропесочили меня от и до, но генеральный директор крупной солидной компании? Это совсем низко.

Я приподняла бровь и прямо спросила:

— Что-то не так?

Он внезапно криво ухмыльнулся, прежде чем ответить:

— Что-то? По-моему, все не так. Ты сегодня по-особенному выглядишь. Есть повод?

— Эм… Нет. Я так выгляжу без повода. Не нравится?

— Наоборот. Выглядишь очень мило, — огорошил он меня комплиментом.

Я замолчала, не зная, как реагировать. Но вот стоит взять на заметку и никогда не надевать в офис других вещей, чем те, в которых меня привыкли видеть.

— Посмотрим отчет? — нашлась я, указывая на документы передо мной.

— Давай, — согласился босс, все еще не сводя с меня взгляда.

— Да, зачем откладывать до вторника, если можно сделать сегодня, — облегченно согласилась я и придвинула отчет ближе к себе, в то время как Кир сосредоточился на ноуте. — Начнем с первой колонки. Первая строка — итоговые суммы за пери…

— Новые духи?

На этом вопросе от босса я споткнулась, подняла на него взгляд и натолкнулась на прищуренные глаза Кира.

— Что, прости?

— У тебя новые духи? Ты необычно пахнешь.

Да он задрал! То ему отчет расшифруй, то теперь лучше поговорим на несущественные темы?

— Нет, — огрызнулась я. — Лак для волос, наверное.

Для наглядности не глядя подхватила пальцами выбившийся локоть, натянула и отпустила, чтобы он спружинил на место.

На мое удивление, Кир легко вскочил с кресла, приблизился ко мне и уткнулся носом в мою макушку!

Твою же срань! Что он делает? Боссы так не делают! Никогда!

— Нет. Точно нет. Запах идет отсюда.

И пока я пребывала в полном шоке от его действий, он наклонился ниже и уткнулся носом мне в шею.

Какого хрена?

Я нахмурилась, оглядываясь на него.

— Ну, не знаю, может, гель для душа?

— Отличный гель. Очень приятно пахнет на твой коже и идеально гармонирует с твоим запахом.

Я опустила голову в замешательстве. Моим запахом? Он что, флиртует со мной?

Все девушки в офисе с ума сходили из-за Кира Эдуардовича, отчаянно влюбляясь в него, но я никогда не понимала этого влечения. на работе нужно работать, а не терять последние мозги от гормонов. Лично я все полгода с ним воевала. У меня не было времени влюбляться или даже разглядеть, во что тут можно влюбиться. Хоть убей, я не понимала, что другие в нем видели.

Может только вчера… Немного… Но, черт побери, это было не в офисе! И даже не в рабочее время!

Я снова переключилась на отчет, надеясь, что Кир отойдет от меня, раз уж мы закончили принюхиваться и обсуждать мой запах.

Легкий выдох, чтобы собраться, и я снова заговорила серьезно, без какого-либо намека, как сильно босс выбил меня из колеи.

— Так… дальше. Тринадцатая колонка — прогнозируемый доход на конец года, если показатели динамики не изменятся.

Вторя своим словам, я показывала боссу ряд цифр, уверенная, что он, стоя за моей спиной, из-за плеча рассматривает мою распечатку отчета.

— Фактический доход я вывела на второй странице, разбила его по представительствам и филиалам. При этом сгруппировала итоги по структуре наших вложений и партнерских доходов.

Я подняла глаза, чтобы увидеть, слушает ли меня Кир.

Он смотрел на отчеты, но его взгляд был рассредоточенным, как будто он думал о своем и не обращал на мои слова никакого внимания.

— В программе итоговые суммы можно настроить по любой структуре, — вздохнула я, складывая документы обратно в папку. — Хоть вдоль, хоть поперек. В распечатанном я решила, что удобнее будет…

— Что ты делаешь? — вдруг спросил он.

Я посмотрела на собранную папку и высказала очевидное:

— Ухожу работать, Кирилл Эдуардович. Вы явно не готовы сейчас обсуждать отчет. Так повторим попытку во вторник.

— Я не об этом. О другом, — раздраженно прервал он.

— О чем? — растерялась я.

— Ты пытаешься меня соблазнить?

— Что?! — вскинулась я и даже подскочила со стула, случайно задев папку и рассыпая не скрепленные листы отчета по полу.

Босс отошел на шаг и засунул руки в карманы брюк, словно не знал, куда их еще пристроить. Не на мою же шею, чтобы придушить.

— Неужели ты так сильно ненавидишь меня, что готова пасть так низко?

— О чем ты? — повышая голос, удивилась я.

— Перестань, Катя. Я не вчера родился. Еще не разучился понимать, когда девушка предлагает себя на блюдечке с голубой каемочкой.

Я отшатнулась, не в состоянии сообразить, он так шутит или серьезно?! Мы просто возвращаемся к пикировкам, но теперь на личном поле? Вот это как раз низко!

— Кирилл Эдуардович, — прошипела я, — как вы смеете?

— Кир, — поправил он меня. — И вот что, Катя. Соблазнить меня, а потом обвинить в сексуальных домогательствах, не получится. Здесь все пишется.

Он кивнул куда-то вверх, жестким подбородком показывая на камеру наблюдения в углу кабинета.

Я раскрыла рот от надвигающегося ужаса. Что он мне предъявляет? С ума сошел?

— Сауна была отличным поводом, но начинать и завершать надо было там, если хотела добраться до моего члена. Тащить все это в офис крайне не советую.

Вот ведь говнюк! Только такой козел мог связать сауну и смену имиджа воедино.

— Может начнешь оправдываться прямо сейчас, Кать? Пора! — рявкнул он, а я отшатнулась.

Я закипела, понимая, что сейчас придется приоткрыть не самые приятные подробности своей интимной жизни. Но кажется этого засранца ничего другое не проймет.

Дважды козел! Да как другие могут в это говно влюбляться?

— Довожу до вашего сведения… Кирилл Эдуардович, — сдержанным тоном начала я, — что у каждой женщины есть биологический цикл с определенными выделениями.

С удовлетворением заметила, как расширились его глаза, когда я заговорила совсем не о том, чего он ждал.

— Это может случится неожиданно. Обычно в эти дни я брала отгулы. Сейчас не получилось. Но из-за резкой боли, я не смогла надеть брюки и затянуть живот ремнем. Надела удобное платье темного цвета, чтобы никак не привлекать внимание других и пережить этот цикл, совмещая с работой.

Босс застонал, отвернулся от меня и запрокинул лицо к потолку.

— Мне нужно извиниться за то, что я девушка и не сгораю от желания отсосать вам? — добила я Кира Эдуардовича, потом отвернулась и наклонилась, чтобы собрать рассыпавшиеся по полу документы.

Сзади раздался прерывистый стон и отвязное ругательство, которое директор точно не должен употреблять при подчиненных.

— Катя… — начал он, но я резко обернулась, прижимая к груди папку и рявкнула:

— Для вас Екатерина Викторовна!

На этих словах быстро пошла к двери и вышла, еле сдерживая слезы, но дрожащие губы явно выдали меня с головой.

Это не эмоции! Он облысеет раньше, чем выведет меня на эмоции. Просто гормоны. Пройдут месячные, схлынут и эмоции.

А сейчас не плачь… не плачь, не смей, дура, плакать.

Не из-за этого засранца! Он тебя не стоит!

Я торопилась добраться до своего кабинета и запереться изнутри. Сегодня никого видеть не хочу! А если смогу, то уйду с работы с обеда.

Но после неприятной встречи с боссом все не заладилось.

Я поняла это, когда вошла в отдел и наткнулась на знакомый взгляд босса, но из глаз его брата Петра Эдуардовича. Он не был таким уж козлом, но я старалась всегда держаться от него подальше.

Рядом стояла поникшая Даша, а я мысленно попрощалась с пончиком и кофе.

— Что случилось? — обреченно спросила я.

Петр и Даша переглянулись. Петр как истинный мужчина решил принять удар на себя.

— Сервак навернулся, Екатерина Викторовна. Полетели все базы данных.

— А резервы?

Губы Кравцова-младшего скривились. Кажется, это еще не все неприятности.

— Резервный… Тут такое дело… Его отключили от питания в целях экономии. Я не знал. Меня не поставили в известность. Но когда запустили, что-то пошло не так. Последние копии баз данных не сохранились.

Внутри тут же скрутил спазм, я согнулась и охнула, как будто получила удар в под дых. Как же все не вовремя! Хотелось выть и все пинать!

— От какого числа последний резерв? — простонала я, опираясь на стол Даши.

— Воды? Врача? — суетилась она рядом.

— Сядь! — рявкнула я, еле-еле выпрямилась и повторила, чувствуя, как от слабости и боли лоб покрывается испариной.

— От прошлой пятницы, — приписал мне приговор Петр Кравцов, тоже козел и засранец, как оказалось.

— А собрание акционеров во вторник, — процедила я. — Как я успею восстановить данные за неделю и перепроверить их ко вторнику?

Петр пожал плечами и как-то боком быстро ушел из отдела.

Я обвела взглядом своих подчиненных. Они сейчас бросят свою работу и начнут забивать цифры в таблицы. Но это операторская работа. Мне же придется подводить баланс, заново составлять сводки, проверять конечные итоги и искать ошибки, если итоги не сойдутся. А это адская работа, которую нужно провернуть до вторника!

Твою мать!

— За работу! Даша, распредели между ребятами распечатанные данные, начиная с субботы! Будьте внимательны, не допускайте ошибок!

Предупредить я обязана, но тут роль сыграет спешка и чисто человеческий фактор. Ошибки будут. Много. И все они мои! Потому что, если итоговая сводка на собрании акционеров не сойдется с отчетом, который я подала Кравцову-старшему, он меня забьет в пол по самую макушку. И будет прав.

Черт же!

О перекусе и кофе я забыла напрочь, зато закинула вторую обезболивающую таблетку в рот, чтобы не отвлекаться на мелочи. Мне сейчас не до боли. Подо мной место руководителя отдела горит! Вот что станет истинной проверкой профпригодности.

День превратился в сущий ад.

В шесть вечера я пила десятый стакан двойного кофе, а бодрости это никак не прибавляло.

— Даша, как ребята?

— Заканчивают, Екатерина Викторовна. Мне остаться?

Я подняла тяжелую голову на нее, посмотрела и покачала головой. Зачем она мне?

— Нет, Даша, заканчивайте и идите домой отдыхать. Только купи мне пару-тройку энергетиков. Сегодня надо выловить ошибки уже по восстановленным данным. А завтра продолжим.

Она кивнула и убежала.

То, что она возвращалась, я поняла по появившимся на столе банкам с энергетиком. Сразу же выпила один, взбодрилась, закинула очередную, не помню какую по счету, таблетку и нырнула в сводки.

Сегодня сделаем три дня. Завтра — три. И в пятницу я все сведу к итоговому отчету. Кир Засранович меня не поймает на этом!

После этого кошмарного дня в моей жизни, я готова всем надрать задницу. Кому угодно! Даже папенькиному сынку.

Дверь моего кабинета снова отворилась. Я слышала, но не поднимала от экрана голову, пока не раздался его голос:

— Катя!

Кирилл Эдуардович. Собственной персоной.

Ну, серьезно? Он в курсе катастрофы в серверной и с резервными копиями базы данных?! В этот момент я подумала, что день не может стать еще хуже, чем был.

— Привет. — Он вошел, настороженно изучая меня и мой заваленный папками стол. — Справляешься?

Господи, лишь бы не сорваться.

— Хотите помочь? — хмыкнула я, кивая на еще три большие коробки с неразобранными папками.

— Здесь я бессилен, — ну хоть в чем-то признался он.

— Тогда зачем пришли? Отрывать меня от работы?

Внутри все снова сжалось, готовясь к новому приступу боли, чтобы я не забыла, какой у меня сейчас неудачный период, и как утром я унизилась перед этой сволочью, чтобы отбиться от надуманных претензий.

Проклятье, что за день!

— Узнать твой прогноз. Как думаешь, как быстро сможем восстановить базу данных?

— К собранию акционеров успеем. А теперь выйдете, Кирилл Эдуардович, не отнимайте мое ценное время. Идите домой, отдыхайте, раз ничем помочь не можете.

На этом я отключилась от босса, снова сосредотачиваясь на компьютере и цифрах.

Он постоял еще с минуту, наверное, подыскивая слова. Но сейчас все было лишним. Хорошо, что ему хватило понимания.

И он вышел, а я вытащила еще одну таблетку и запила ее энергетиком.