Загадка для Кощея

Утро по дороге на работу было испорчено мерзким скрежетом металла.

Слева бок моего авто нагло притирал какой-то лихач, выскочивший буквально из ниоткуда.

Вскрикнув, я вцепилась в руль и на автомате вильнула вправо. Скрежет повторился — теперь диски терлись о бордюр. Надеюсь, только диски, а не весь низ…

Припарковавшись в небольшом кармане, я включила аварийку, стараясь не нервничать. Только недавно купила машину. Да, старенькую, подержанную, но свою! Сократив путь от дома до работы и сделав его комфортным в одиночестве салона под любимую музыку.

Новенький серебристый «Мерседес» хищной акулой остановился позади меня. Я оценила дорогущую машину в зеркальце заднего вида.

«Владелец такой сожрет — и не подавится», — подумалось с испугом.

Хотя чего я боюсь? Я ехала в своем ряду, ничего не нарушала. Это «Мерседес» опасно маневрировал между рядами и доманеврировался.

Я решительно вылезла из машины, едва не застонав — по всему левому боку тянулись глубокие царапины! И это я еще правый бок не видела, страшно узнать: там все-таки только диски пострадали или низ кузова тоже? Бордюр-то вдоль дороги тянулся высокий.

Дверь «Мерседеса» плавно отворилась, и я уже рот открыла, чтобы отстаивать свои права, но слова застряли в горле, а челюсть упала еще ниже.

Из машины вышел молодой мужчина, чуть старше меня, лет двадцать пять-тридцать на вид. Высокий, длинноногий и круто одетый пепельный блондин. Но главное не это: у него на голове была корона! Не золотая, правда, а какая-то светлая, но самая настоящая, с ободом и зубцами, она немного поблескивала на солнце.

Ничего себе аксессуар!

— Почему ты не уступила дорогу? — без предисловий начал мужчина.

Ни тебе «здрасьте», ни «извините». Еще и тыкает.

Я покосилась на свой покоцанный «Шевроле Спарк». И этот тип в короне мне еще претензии предъявляет?

— А должна была?

— Вообще-то да, — заявил наглец. — Даже странно, что не отвернула с моей дороги.

— Слушай, тебе, наверное, корона жмет! — не удержалась я. — Поэтому мозг плохо работает. Ты бы ее за рулем снимал, во избежание, так сказать.

— Корона? — удивился молодой человек, его рука дернулась вверх, но тут же опустилась, словно он успел опомнится. — Какая корона?

— Та, которая у тебя на голове! Короче, у меня повреждения серьезные, давай ставить знак и вызывать инспектора, — я решила начать действовать.

К началу рабочего дня уже не успею, но, может, не сильно опоздаю? Нужно предупредить руководство.

Я потянулась к двери, чтобы достать телефон, как наглец в короне оказался буквально вплотную.

— Кто ты такая и почему я тебя не знаю?

А потом бесцеремонно взял мой подбородок и приподнял лицо, желая разглядеть получше.

— Руки убрал! — я шарахнулась в сторону, едва не угодив под ехавший автомобиль.

Но мужчина успел схватить меня и дернуть обратно. Правда, почти сразу отпустил.

— Осторожнее. Так кто ты?

— Милана Смирнова, если тебе очень интересно, — отозвалась я, выдыхая.

Так и умереть недолго.

«Надо все-таки выставить знак аварийной остановки и надеть светоотражающий жилет», — мелькнула запоздалая здравая мысль.

— Так ты из наших или пришлая? — продолжал сбивать с толку незнакомец.

— Из каких таких ваших? — я настороженно посмотрела на мужчину.

Псих какой-то. Нужно побыстрее взять телефон, на всякий случай диктофон включу. И сумочку вытащить, там как раз перцовый баллончик завалялся. Исключительно для собственного спокойствия.

— Что ты делаешь? — нахмурился незнакомец, видя, что я достаю вещи и включаю телефон.

— Пишу руководству об опоздании и надо инспектора вызвать для составления протокола…

— Не надо никого вызывать, — наглец выхватил телефон у меня из рук.

— Отдай немедленно!

Вместо этого он щелкнул пальцами и все повреждения исчезли буквально на глазах, будто их стерли невидимым ластиком. Даже старые мелкие коцки пропали!

— К-как? — только и выдавила я.

И, дабы убедиться, что глаза не обманывают, провела рукой по двери — гладкая краска, никаких шероховатостей! Что за чертовщина?

— Так. Поехали, будем разбираться.

И пока я не успела очухаться и вернуть напрочь утраченное самообладание, мужчина подхватил меня под руку и потащил к своему «Мерседесу».

Тут сразу сработал мой инстинкт самосохранения и вспомнились строгие наказы родителей не садиться в машину с незнакомцами. А с такими странными и подавно не связываться.

— Пусти! — закричала я, пытаясь вырваться.

Но хватка у наглеца оказалась железной. А стоило начать пинаться, как он и вовсе скрутил меня, лишая подвижности, и без того ограниченной узкой юбкой-карандаш.

— Помогите! — я решила сменить тактику.

Но люди вокруг нас будто не замечали, никто даже не повернулся на крик! Машины огибали, перестраиваясь в другие ряды. Неужели совсем никому нет дела до девушки в беде?

Открыв дверь своей машины, мужчина усадил меня внутрь и каким-то неведомым образом сразу накинул ремень, проскользнувший черной гадюкой и самостоятельно нырнувший в крепление.

Да что вообще происходит?!

Ремень втянулся, намертво вдавив меня в спинку пассажирского кресла — не дернуться. Еще и обе руки оказались под ним. Хорошо, что я сумочку так и не выпустила — там лежал баллончик. Только как до него добраться? И главное — где? Не в машине же перцовку распылять!

Пока что нужно было узнать хоть что-то. Вот угораздило же!

Как ни странно, особого страха не чувствовалось, только холодная злость.

— Кто ты такой? Может, пора познакомиться?

— Егор, — не поворачиваясь, бросил он.

А я посмотрела вперед и ужаснулась от его манеры езды. Мало того что мы летели на совершенно недопустимой скорости, так еще и виляли между рядами. Один раз проскользнули совсем близко к другой машине.

Я вскрикнула и зажмурилась.

— Осторожнее! Тебе мало одной аварии? — я приоткрыла глаза и снова вскрикнула — мы опять пронеслись мимо кого-то, едва не задев.

— Авария произошла, потому что ты меня не пропустила, — мужчина уверенно повторил несусветную глупость.

— Да я не должна была тебя пропускать! Я ехала прямо в своем ряду со скоростью потока! Ты вообще правила дорожного движения знаешь?

Говорят, с психами не стоит спорить, но я не могла сдержаться. Не пропустила его, видите ли!

— Дело не в ПДД, люди всегда меня пропускают, — псих в короне упорно гнул свою линию, и я решила, что тут совсем клиника.

А жаль.

Вблизи он оказался еще круче: светлые пепельные волосы, темно-серые брови, ярко-голубые, почти неестественного цвета глаза. Правильные черты лица с острыми скулами и четкой линией гладко выбритого подбородка.

Я скользнула взглядом ниже по шее, на которой выпирал кадык, по крепким плечам, скрытым под пиджаком, и по рукам вниз. Длинные тонкие пальцы с парой серебристых колец уверенно держали руль. Мужчина вообще был довольно худощавым и поджарым, но я помнила, какой он сильный.

Был бы еще нормальным…

А еще корона эта, глаза то и дело возвращались к ней. Все-таки ну очень странное украшение.

— Ты так пристально на меня смотришь, — заметил водитель, отрываясь от дороги.

— Запоминаю тебя получше. Надеюсь, ты не невесту похищаешь? — сострила в ответ.

— Ты в себе вообще? — спросил этот псих и, кажется, еще поднажал на газ.

— Кто бы говорил, — я не сдержала смешок.

Будто в отместку, машина резко затормозила у офисного здания и нырнула на подземную парковку.

— Приехали, — объявил похититель.

Я вцепилась в сумку, от которой без преувеличения зависела моя жизнь. Мой телефон у него — помощь не вызвать, вся надежда на баллончик.

Парковка оказалась совершенно безлюдной, видимо, офисный планктон уже приехал на работу. Мы подошли к лифтовой шахте, длинные пальцы держали мое предплечье, как тиски.

Надо достать баллончик, только незаметно, чтобы не спровоцировать агрессию.

Лифт раскрыл для нас свое металлическое нутро и быстро понес вверх. Я невольно посмотрела в зеркало на дальней стене и скривилась: от прически с этим похищением ничего не осталось! Мои буйные черные волосы вообще плохо укладывались, полчаса, отобранных у сладкого утреннего сна, коту под хвост! Еще и помаду «съела», пока ехали, правда, искусанные от волнения губы и без того выглядели ярко на светлой коже. И карие глаза лихорадочно блестели.

Похититель стоял у меня за спиной и тоже внимательно изучал мое отражение.

— Кто же ты такая, Милана Смирнова? — произнес он.

Оказывается, запомнил мое между делом названное имя.

— Ответ кроется в вопросе, — ехидно подсказала я.

— Если бы, — отозвался мужчина и отвернулся.

Его вроде Егор зовут. Голова шла кругом от происходящего.

Лифт, наконец, остановился, двери плавно раздвинулись, и меня потащили дальше по коридору.

Периодически кто-то пытался поздороваться, но чаще от нас шарахались в стороны или заходили в ближайшие двери, в спину летели испуганные шепотки. На все похититель реагировал полным игнором и пер вперед с упорством заправского бульдозера.

Наконец, мы дошли до нужной двери, разумеется, в самом конце!

— Муромский у себя? — без предисловий спросил мужчина у секретарши, кивая на следующую дверь.

Видимо, он в принципе страдал отсутствием манер. Точнее, он-то как раз не страдал, исключительно окружающие.

— Нет, он на совещании в министерстве, а что? — симпатичная блондинка очаровательно захлопала наращенными ресницами и натянула дежурную улыбку, пусть и немного нервную.

— А Яга?

— Анастасия Павловна не любит, когда ее так называют, — оглядевшись, шепотом произнесла девушка, сделав большие глаза.

И я понимала Анастасию Павловну! Мне бы тоже не понравилось быть Бабой Ягой!

— Короче, она здесь?

— Да, у себя. А ты по какому вопросу, Егор? — спохватилась девушка. — Может, я помогу?

— Это вряд ли, — бросил на прощание Егор и потащил меня из кабинета вон.

Из плюсов — во время разговора я успела открыть сумочку и пошарить в ней.

Из минусов — баллончик не нащупала, зато нашла духи, которые считала потерянными.

Вывод: надо чаще разбираться в сумочке.

На следующей двери, к которой подвел меня похититель, висела табличка «Анастасия Павловна Ягая». Понятно, откуда такое прозвище, наверное, все детство дразнили.

У Анастасии Павловны секретарей не водилось. Она вальяжно развалилась в крутящемся кресле и вращалась туда-сюда.

— Кто там? — встрепенулась женщина и села ровно, положив руки на стол.

Лет сорока, очень ухоженная, в костюме приятного розового цвета. Красный современный ободок-кокошник в тон костюму на огненно-рыжей шевелюре портил серьезный образ, который она приняла, стоило нам оказаться в кабинете.

— А, Егорушка! — расплылась в улыбке Анастасия Павловна, снова откидываясь в кресле. — С чем пожаловал? Или, скорее, с кем? — она перевела взгляд на меня, очень внимательный и цепкий, препарирующий такой взгляд.

«А еще у нее нос длинный», — мелькнула совершенно неуместная мысль.

— Никак жениться надумал? — женщина с хитрецой посмотрела на моего похитителя.

— Сплюньте! А то накаркаете ведь! — Егор от испуга даже отпустил меня, наконец. — Я привел неучтенку.

— Правда, что ли? — Анастасия Павловна посмотрела на меня с удвоенным интересом, и я невольно сглотнула.

По ощущениям, будто в душу заглядывали.

Женщина медленно поднялась и подошла к нам.

— И кто же ты, наша неучтенушка? — ласково спросила она.

— Меня зовут Милана, Милана Смирнова. А этот, — я кивнула на похитителя, — мало того, что мою машину сегодня подрихтовал, так еще и силой привез сюда.

— Силой? Егор! — Анастасия Павловна с укором посмотрела на молодого человека. — Так ты точно никогда не женишься!

— Да что вы заладили! — вспылил Егор. — Я вам неучтенку привез, а дальше сами с ней разбирайтесь!

— Эх, Егорка, вечно ты так! Нет чтобы довести дело до конца, — усмехнулась женщина, оглядывая меня и так и этак.

— Подождите, вы меня не отпустите? — я поняла, что эти двое в сговоре.

И, вообще, здесь целый огромный офис странных людей, которых не смущает, что девушку явно против ее воли тащили по коридору.

И корона Егора тоже ни у кого вопросов не вызывала.

А вдруг они чем-то вроде работорговли занимаются?

И вот теперь мне стало по-настоящему страшно. Если до этого я воспринимала похищение как игру, к тому же похититель был не в меру привлекателен, то теперь стало совсем не до смеха.

Я кинулась к двери, подергала ручку — заперта.

— Дверь заговоренная, поэтому не пытайся, — «успокоила» хозяйка кабинета.

— Я пошел, и так все утро потратил, — заявил похититель и потянулся к двери, намереваясь выйти.

А в моей сумке, где я уже не стесняясь копалась, как раз баллончик нашелся!

На Егора таинственный заговор — а скорее всего, какой-то скрытый замок — не действовал, он легко повернул ручку и открыл створку.

Дальше медлить было нельзя, зажмурившись и задержав дыхание, я схватила баллончик и направила струю ему в глаза. Мужчина заорал и заметался, закрыв лицо ладонями, что-то закричала Ягая, я уже не слушала, а поймала закрывающуюся дверь и выскочила в коридор. На бегу распрощалась с сумочкой, очень уж она мешала, так что я здраво рассудила, что лучше прощаться с сумочкой, чем с жизнью. Документы восстановлю, а духи новые куплю. Если выберусь из передряги.

Я бежала по не слишком оживленному коридору. Мне вслед что-то кричала Ягая, кажется, просила вернуться. Ага, как же, уже остановилась и вернулась.

А вот и лифты!

Я судорожно принялась нажимать на кнопку вызова. Ну же!

Как раз из кабинета, остервенело растирая глаза, вывалился Егор.

— Стой, мерзавка!

И побежал ко мне. Быстро побежал.

На мое счастье пришел лифт. Я нырнула в кабину, нажала на цифру один и зажала кнопку закрывания дверей. Давай, давай, пожалуйста!

Двери закрылись, лифт тронулся.

— Фух! — я облегченно привалилась к прохладной металлической стене.

Но радовалась рано. На первом этаже, стоило выйти, мне наперерез направились охранники. Два шкафоподобных здоровяка!

Наверное, я никогда так быстро не бегала. А ведь была на каблуках! Вот она, великая сила мотивации!

Правда, шансов убежать от двух подготовленных мужиков у меня почти не имелось. Но перцовый баллончик по-прежнему со мной. Выберусь — расцелую брата в обе щеки за подарок!

— Девушка, остановитесь, пожалуйста, — попросил первый «шкаф», вставая у меня на пути.

Отработанным приемом я, задержав дыхание, брызнула в него и во второго. Мужчины взвыли, хватаясь за глаза, все немногочисленные присутствующие разом обернулись. Стоявшие рядом кашляли и спешно отходили подальше. Я ринулась вперед, но тут здание затопил сигнал тревоги, а из второго лифта выскочил разъяренный Егор.

Пробежав через крутящиеся двери, заметалась перед входом.

Куда бежать? Как спасаться?! Прохожие шли мимо, словно слепые.

Глаза выхватили высокого, под стать охранникам, русоволосого мужчину в военной форме. Он-то должен мне помочь! К тому же мужчина меня заметил, замедлил шаг и нахмурился.

— Помогите! — я кинулась к нему и, подбежав, схватила за лацканы пиджака. — Пожалуйста! Меня похитили!

— Похитили? — светлые брови военного взметнулись вверх. — Кто? Когда?

— Только что! Какой-то…

Договорить не успела. На мраморных ступенях появился Егор.

— Ах ты мавка недоделанная! — подлетел ко мне похититель. — Как тебе только в голову пришло?! Решил раз в жизни сделать доброе дело!

— Доброе дело?! — я задохнулась от возмущения.

— Егор, что случилось? — военный строго смотрел на похитителя.

Ой, мамочки, они тоже знакомы и в сговоре…

Я разжала пальцы и сделала шаг назад. Кажется, я обратилась за помощью не к тому человеку…

Тут из дверей буквально вывалилась Анастасия Павловна с моей сумкой в руках, сгибаясь от смеха и вытирая выступившие слезы.

— Алеша, а вот и ты! — обрадовалась Ягая. — У нас тут такое!

И заливисто расхохоталась.

— Очень смешно, — буркнул Егор.

— Так, — военный потер коротко стриженные виски. — Пойдемте куда-нибудь, вы мне сейчас все обстоятельно расскажете.

— Я не…

— Милашка, пойдем, — Ягая, все еще хихикая, подошла ко мне и мягко взяла под руку, поведя обратно в здание.

И почему-то ноги, только что уносившие меня подальше, послушно пошагали в нужную сторону. Мне вернули сумочку, и я почувствовала себя увереннее. Духи-то по-прежнему лежали в ней.

Но перед входом я затормозила, одумавшись. Не для того же с таким трудом сбегала, чтобы сразу вернуться обратно?

— Давайте в кафе, не будем пугать девушку, — решил военный, видя мою заминку.

И мы всей компанией завернули от главных дверей налево, в какую-то кафешку.

Дорогие друзья! Представляю вам новую историю "Загадка для Кощея", не забудьте добавить книгу в библиотеку и нажать на 🧡
И пожелайте удачи нашим героям, она им очень пригодится!

Милана Смирнова - самая обычная (нет) девушка, которой не повезло (или повезло, тут как посмотреть).

Егор Кощеев. Он же Кощей. Вообще, не совсем Бессмертный, но сильный, крутой и в короне. А еще с весьма непростым характером.

Анастасия Павловна Ягая. Она же Яга, но не Баба! Она не любит, когда ее так называют :)

Алексей Михайлович Муромский - настоящий богатырь и полковник, и просто хороший человек. Он у них там главный.

— Наверное, мы начали не с того, — решил мужчина в форме, когда все сели за свободный столик у окна и заказали официантке четыре кофе и фирменную выпечку. — Позвольте представиться: Алексей Михайлович Муромский, — он протянул огромную ладонь, в которой моя ладошка буквально утонула.

Пожал очень осторожно и бережно, надо отметить.

— Анастасия Павловна Ягая, — схватила мою руку рыжая женщина.

В фамилии она странно отделила последнее «я». И хватка у нее оказалась железная. Еще почудилось, будто она втянула рядом со мной воздух, наверное, духами моими заинтересовалась.

— А это Егор Кощеев, — назвал моего похитителя Муромский. — Думаю, к нему можно без отчества.

— Можно-можно, — подтвердила Анастасия Павловна. — Правда ж, Егорушка? И не три глаза! Не три, кому говорят!

— Жжет до сих пор! — цыкнул Егор, грозно зыркнув на меня красными воспаленными глазами.

— Давай плюну — и все пройдет? — предложила Ягая.

— Нет! — Егор аж дернулся, будто женщина уже приготовилась к плевку. — Не настолько жжет.

— Но жжет же! — не сдавалась Ягая, подаваясь ближе и как бы примериваясь.

— Моя регенерация все за полчаса уберет, — заявил парень.

На фоне здорового и солидного Муромского он на мужчину как-то не тянул. И сейчас, существенно растеряв былой лоск после действия перцовки и забега за мной, казался моложе, ближе к двадцати пяти, чем к тридцати.

— Ренегера… тьфу ты! Слов-то каких ненашенских понабрался! — скривилась Анастасия Павловна. — Мой плевок за две минуты справится!

— Потерплю, — прошипел Кощеев, убирая руки под стол, чтобы ненароком не потереть.

И только теперь я поняла.

Муромский, Ягая и Кощеев!

— Да вы тут как из сказки все собрались! — заулыбалась я.

— Из нее самой, Милашка, — подтвердила Анастасия Павловна и покосилась на потянувшегося к лицу Егора.

Тот, заметив, что его засекли, тут же убрал руки и сел, как прилежный ученик.

Я усмехнулась. Действительно интересные персонажи.

Вроде такие разные, но что-то в них было неуловимо похожее. Будто одна семья, когда фамильные черты и привычки у всех проскакивают.

— Милана, хотелось бы узнать, что же произошло с вами сегодня утром и чем вас так напугал Егор? — по-деловому спросил Муромский.

А я невольно отметила, что он и впрямь настоящий былинный богатырь. Высокий, под два метра, коротко стриженный мужчина лет тридцати пяти, может, сорока, с модной сейчас бородой. Накачанный, пиджак на плечах едва ли не трещит, у него там точно косая сажень затесалась. Лицо приятное и располагающее, доброе, а взгляд — серьезный и твердый.

Надежный мужчина. Не то что некоторые…

— Сегодня утром я ехала на машине, никого не трогала, ничего не нарушала…

И я рассказала, как Егор сначала меня притер, а потом убрал повреждения с кузова. На этом Муромский посмотрел на него с укоризной, а Ягая и вовсе по-свойски отвесила щелбан.

— Бестолочь! Сколько раз тебе говорили, не использовать волшбу при людях! Да к тому же без веского повода!

— Я спешил! И неучтенка сбила меня с толку. Она сразу увидела мою корону, — Кощеев покосился на меня своим красным глазом.

Но глаза его действительно проходили на глазах, как бы это ни звучало. Краснота стремительно спадала, а ведь надписи на баллончике гарантировали сногсшибательный эффект! Наврали, видимо.

— Ее сложно не заметить! — усмехнулась я, кивнув на странное украшение. — Ты бы ее снимал в помещениях, как шляпу.

— Она не съемная, — огрызнулся парень.

— Ты и сейчас четко видишь на нем корону? — заинтересовался Муромский.

Я внимательно посмотрела на Егора. Он же показательно отвернулся в другую сторону.

— А как можно увидеть ее нечетко? Я на зрение не жалуюсь.

— Смотри-ка, какая силища! А ведь не инициированная! — зацокала языком Ягая и подалась ко мне. — Теперь и мне интересно, кто же ты такая?

— Я ведь представилась! Если не верите, могу паспорт показать, хотите?

И раскрыла стоявшую на коленях сумочку.

— Не надо, — спокойно ответил Муромский. — Мы тебе верим. Просто, понимаешь, Милана, судя по всему, ты не совсем человек, вернее — совсем не человек. Как и мы.

— Как и вы? — переспросила я и повернулась к Анастасии Павловне за разъяснениями.

Наверное, женская солидарность сыграла, но с ней мне было проще всего.

— Ну ты же уже поняла, кто я, — широко улыбнулась она. — Яга-я.

— Баба Яга? — я нервно захихикала.

Все-таки не каждый день люди представляются сказочными персонажами.

— У нас тут двадцать первый век вообще-то! — оскорбилась Анастасия Павловна. — Так что никакая я тебе не Баба! Я женщина в самом расцвете лет. Вот! Но Яга, да.

— И избушка у вас есть? На курьих ножках? — не унималась я.

— Есть избушка, — с готовностью подтвердила Ягая.

— Трехэтажная, на заливном фундаменте, — с улыбкой уточнил Муромский. — И ступа из Германии.

— Что ж поделаешь, если отечественный автопром ступами не радует? — развела руками женщина. — Приходится брать у фрицев.

— Ничего, — продолжал веселиться Муромский. — Скоро все на «китайцев» пересядем.

— Так есть ступа или нет? — не поняла я.

— Милашка, ну какая ступа в наш прогрессивный век? — возмутилась Ягая. — Уже бабка моя на «Волге» ездила! Прошли те времена, когда мётлы заговаривали и на них летали. Теперь можно с комфортом хоть летать, хоть ездить, а не трястись в ступе или отсиживать зад на палке!

Голова шла кругом от этих «нелюдей». Кружок психов какой-то…

— Ну вот смотри. Дорогуша, — обратилась Ягая к подошедшей официантке, — как вам прическа нашего молодого человека? — и кивнула на Егора. — Мы все советуем ему покороче стричься.

— Мне кажется, молодому человеку очень идет, — смущаясь, ответила девушка.

Егор цыкнул и опять отвернулся. Не нравилось ему быть объектом всеобщего внимания.

— А корона? — поинтересовалась я. — Тоже ему идет?

— Корона? — официантка непонимающе посмотрела на меня.

— У него на голове корона, — пояснила ей.

Почему-то сумасшедшей выглядела я.

— Это метафора, — любезно пояснила Анастасия Павловна. — Самомнение у Егора большое.

Девушка улыбнулась, поддержав шутку странных клиентов, и, то и дело оглядываясь, ушла.

— Милана, люди не видят корону Кощея, — объяснил Муромский. — Поэтому, раз ты ее заметила, значит — не человек.

— А кто же?

— Это мы и хотим узнать, — добродушно улыбнулась Яга.

То есть Ягая. Не собираюсь играть в эти их ролевые игры!

— Я не знаю, кто вы, но я точно человек.

— Нет, Милана, ты точно не человек, — возразил Муромский. — Я это вижу, но кто именно — не понимаю.

— Кикимора она болотная, — буркнул Егор и спешно убрал руки от лица, пока в него не плюнули.

— Да ну нет! Какая же она кикимора? Милашка у нас настоящая милашка! — не согласилась Ягая. — Вполне возможно, что из русалок.

— Ты хорошо плаваешь? — спросил Муромский.

— Вообще не умею, — честно призналась я.

Соседи по столику переглянулись.

— Странно, но, может, просто не было возможности проверить…

— Была, но я не люблю воду. И боюсь ее.

Вспомнилось, как братья как-то затащили меня в речку, а я так запаниковала, что потом еще час рыдала на берегу, а ночью боялась уснуть. Казалось, стоит мне закрыть глаза, как вода накроет с головой. Мама тогда их очень ругала.

— Русалка, боящаяся воды, — Егор пренебрежительно усмехнулся.

— Да, это странно, — согласился Муромский. — Значит, не русалка, хотя полностью такую версию не отметаем. Если Милана не знает о своем происхождении и росла среди людей, то могла и воды начать бояться.

— А кто твои родители, давай так? — Анастасия Павловна с интересом разглядывала меня, будто пытаясь найти подсказку.

— Мои родители — обычные люди, — отрезала я.

Разговор нравился мне все меньше и меньше, но отчего-то не получалось встать и уйти.

— Один точно нелюдь, — не согласилась Ягая. — Но он тоже может не знать. Такое редко, но случается.

— Скажи полные ФИО и дату рождения, я пробью по базе, — попросил Муромский, с готовностью достав телефон.

Я вздохнула и отвернулась. Говорить не хотелось, но не отстанут же!

— У меня приемные родители, — все-таки призналась в том, о чем не любила распространяться.

Многие косо смотрели на детдомовскую девочку.

— Даже так? — Ягая с сочувствием глянула на меня.

И сочувствие мне тоже было не нужно!

— У меня отличная семья! — с вызовом заявила я. — Мама, папа и два брата!

— А биологических родителей не знаешь? — продолжать гнуть свою линию Муромский.

— Нет. Я их даже не помню. Мне было три, когда меня удочерили, до этого воспоминаний нет. В детдоме я провела от силы месяц. А туда меня подкинули — это по словам сотрудников. Я стояла у ворот с запиской, в которой обо мне просили позаботиться.

И желания искать тех, кто фактически выкинул ребенка на улицу, у меня не имелось ни капли.

Сочувствия в глазах женщины еще прибавилось. Она погладила меня по плечу, и отчего-то не получилось увернуться от этой непрошеной и неуместной ласки постороннего человека.

Или не человека, если им так больше нравится.

— Может, Милана не из наших? Не из славянских? — предположил Муромский. — Волосы черные, глаза карие и раскосые. Кожа не слишком смуглая, но на востоке такие встречаются. Силы в ней явно много. Может, Зарка? Или из Джиннов? Ракшаси, как вариант.

— Ну-ка, посмотри на меня, — подалась ближе Ягая и принюхалась. — Наша она, точно говорю. У нас всегда черноволосые и чернобровые водились. И глаза у нее не темные, а светло-карие, как янтарь. А в них будто искорки. Возможно, из огненных, но зуб не дам! Импланты нынче дороги!

— Ифрит? — предположил Егор.

— Сам ты ифрит! — огрызнулась Ягая и опять принюхалась. — Русским духом от нее пахнет! Мой нос не ошибается.

Как ни странно, но этот аргумент никто оспаривать не стал.

— Так, все, извините, приятно было поболтать, но мне пора, — я встала из-за стола и достала кошелек — не хватало еще, чтобы за меня незнакомые люди-нелюди расплачивались.

— Куда ты? — удивилась Ягая. — Мы же главного о тебе не узнали!

— На работу. Ах да! Верни мой телефон!

Я выложила на стол купюру и протянула ладонь к Кощееву.

Он ничего возвращать не спешил.

— Милана, ты, наверное, нам не поверила, — Муромский понимающе смотрел на меня.

— Почему? Охотно верю. У нас сейчас можно быть кем угодно. Любого рода, вида, числа. Поэтому считайте себя хоть Ильей Муромцем, хоть Алешей Поповичем, мне не жалко.

— Смотри, Милаш, — Яга взяла мой недопитый кофе, что-то над ним прошептала и… плюнула!

Она плюнула в мой кофе! Там же еще полкружки было! И вообще! Такая приличная с виду женщина!

Но мое возмущение быстро пропало, сменившись изумлением. Кружка треснула, а обжигающе-горячий кофе мгновенно заледенел. Ягая же с довольной улыбкой вернула мне испорченную посуду с куском кофейного льда.

Я пару секунд осмысливала произошедшее. Потрогала лед — настоящий, твердый и холодный.

— Вы туда что-то подсыпали! Это химическая реакция! — догадалась я.

— Какие все нынче умные пошли! Химия, физика… никакой веры в чудеса, — проворчала Ягая. — Егорушка, давай лучше ты. У тебя силушка подходящая.

— А вот не буду. — Кощеев показательно сложил руки на груди. — При людях же нельзя волшбу применять.

— Егорчик, ну ты как дите малое! — всплеснула руками Ягая. — Не вредничай. На нас никто не смотрит, и сейчас как раз можно и нужно.

— Сами с ней договаривайтесь, а я пошел, — Егор встал из-за стола и небрежно бросил на него мой телефон.

Нет чтобы в руки отдать!

— Егор, сядь, пожалуйста, мы еще не закончили разговор, — спокойно попросил Муромский.

Кощеев вздохнул, но сел. Кажется, новый Илья Муромец у них здесь за главного.

— Ты же видела, как я убрал царапины на машине, чего еще не понятно? — раздраженно спросил Кощеев.

— А что мне должно быть понятно?

Егор страдальчески закатил глаза.

— Смотри внимательно, повторять не буду.

Он щелкнул длинными пальцами, и трещина на моей кофейной кружке исчезла. Я взяла ее в руки, покрутила и так и эдак — целая. А внутри лед.

— Ты все что угодно починишь можешь? — пораженно спросила я.

— Очень полезный в хозяйстве мужчина, — отозвалась за него Ягая. — Бери, не пожалеешь!

— Анастасия Павловна! — возмутился Егор.

Я смотрела на них, но поверить до конца не могла.

И при этом внутри словно кто-то нашептывал: «Это правда. Это правда»...

— А я с волшбой не очень дружу, но могу так.

Муромский, словно немного смущаясь, взял мою кружку, вытряхнул из нее кусок кофейного льда, а потом сжал его в руке. Когда раскрыл пальцы, на ладони осталось мелкое крошево, будто лед через блендер пропустили.

— Ух ты! А ложку согнете?

— Согну, — усмехнулся мужчина.

И, дабы не мелочиться, собрал все четыре ложки со стола и в одно движение их согнул, а затем так же легко разогнул. Еще и разгладил почти как было.

Я ради интереса взяла ложку и тоже попыталась согнуть — вообще безрезультатно.

— Алеша у нас и подковы гнет, и машину без домкрата поднимает, — похвалила его Ягая.

Алексей Михайлович скромно потупился. Само очарование, а не мужчина!

Вообще, они все мне нравились. Кроме Кощеева, разумеется.

— Ты непроизвольно испытываешь к нам симпатию, — верно заметил Муромский. — А с людьми тебе, наоборот, сложнее должно быть. Уверен, у тебя нет настоящих друзей. И в приемной семье, наверное, тяжеловато.

— Просто в семье, — поправила его. — Они для меня родные. И я их очень люблю.

— Но все-таки нелегко, так?

В глазах мужчины было столько понимания, что я не смогла отрицать.

— Я два года как на съемную квартиру переехала, — сказала честно. — Теперь видимся по выходным и то не каждым. Зато списываемся часто!

Хотелось оправдаться, будто в чем-то предосудительном признавалась. Ведь семья у меня замечательная! И родители меня любят, и братья. И приняли сразу как родную.

А я действительно от них съехала, как только возможность подвернулась. Мама очень переживала, думала, что это они не смогли мне достойные условия обеспечить.

Мне же вечно было тесно в их квартире, хотя у меня там собственная комната как была, так и осталась. Чтобы в любой момент могла вернуться.

Да только возвращаться не хотелось, одной мне оказалось намного комфортнее. И никакие бытовые сложности и затраты на съем жилья не пугали.

— Это нормально, Милаш, — Анастасия Павловна снова меня погладила по плечу, а потом и вовсе приобняла. — Нам всегда, испокон веков, было проще вместе. От людей мы предпочитаем держаться подальше. Потому что мы иные.

В ее глазах полыхнула зелень, настоящая, колдовская.

И словно сбросилось все наносное. Ни деловой костюм, ни стильные украшения, ни дорогой телефон, лежащий возле нее, не могли изменить главного.

Передо мной сидела ведьма, теперь в этом не осталось никаких сомнений.

Да и как сомневаться, если я сама, всю свою жизнь, чувствовала себя… иной. Просто объяснить этого не могла.

А в компании Яги, Муромца и Кощея оказалась как дома. Будто сто лет с ними знакома.

И теперь четко видела, что корона у Егора самая настоящая, костяная. И действительно несъемная. Сейчас я ее вообще по-другому видела и чувствовала исходящую от нее силу. Огромную, давящую, пытающуюся подчинить.

Неудивительно, что люди перед ним расступались и даже на машинах отруливали подальше.

— Кот-то у вас есть? — спросила у Яги.

— Целых семь! — похвасталась она. — Давай покажу.

И взяла телефон, на котором принялась листать фотки с котиками разных мастей и пушистостей. Все здоровые, холеные, откормленные.

— А это внучки мои, — она показала карапузов, тискающих котов.

— Внучки? — я удивленно посмотрела на женщину.

Как-то не вязались у меня с ней внуки. Она ж молодая еще, какие внуки? Или не молодая?

— А ты думала! У нас в этом плане все как у людей! Род Ёжек надо продолжать и укреплять.

Она с любовью посмотрела на девочек-двойняшек.

— А вы бессмертные? — я спросила у Анастасии Павловны, но смотрела больше на Егора.

Кощей же Бессмертный.

— Нет, хотя живем дольше людей. И Егор не бессмертный, — верно поняла мое любопытство женщина. — Правда, Кощеи часто дольше всех живут.

— И… сколько… вам всем?

О возрасте спрашивать вроде как не положено, но очень уж любопытно.

— Алеше тридцать семь скоро будет, Егорке недавно двадцать шесть исполнилось, зеленый совсем, — улыбнулась Ягая, а парень поморщился. — А я ягодка опять, — подмигнула она.

Значит, Егор меня всего-то на два года старше. Для Кощея как-то немного. А глаза у него совсем прошли. Точно регенерация.

Вопросов у меня имелась тьма, но, кажется, время для разговоров закончилось.

— Милана, давай поступим так, — Муромский махом допил свой кофе и достал телефон, — дай мне паспортные данные, я пробью их по своим каналам, может, выясню, кто твои родители. Тебе с ними встречаться необязательно, но нам надо точно знать, кто ты. Потому что пока сила в тебе спит, но проснуться может в любой момент. И тогда ты станешь опасной и для себя, и для окружающих.

— Представь, если обернешься русалкой посреди города! — добавила Ягая. — Хорошо, если фонтан поблизости будет или водоем. А так на хвосте, поди, не побегаешь.

Я невольно посмотрела на свои ноги и сглотнула. Не хочу никакого хвоста! Мне и без хвоста отлично живется!

— Не бойся, это просто один из вариантов, — успокоил меня Муромский.

Но аргумент был серьезный, так что я достала свой паспорт и позволила его сфотографировать.

Меня саму пугало безоговорочное доверие к этим нелюдям, возникшее за полчаса разговора. Но мне даже расставаться с ними не хотелось, хорошо хоть с Анастасией Павловной и Алексеем Михайловичем номерами обменялись.

Егор нетерпеливо смотрел на экран смартфона, крутя его в пальцах. Он точно мечтал как можно быстрее уйти, но не тут-то было.

— Егор, раз уж ты нашел Милану, то работа по ее инициации на тебе, — заявил Муромский.

— С чего бы вдруг? — ощерился Кощеев.

— С того, что нечего гонять на машине и нарушать правила дорожного движения, а еще применять силу при людях, — назидательно произнес современный богатырь. — И это не обсуждается.

— Нет, давайте обсудим! У меня нет желания возиться с неучтенкой! — встал в позу Егор.

— Считай, это твое наказание.

— Подождите-подождите! — остановила я их. — Вы кого из нас наказываете? Я-то ни при чем! Я езжу по правилам!

— Милана, рядом с Егором твоя сила быстрее проснется, — объяснил свое решение Муромский. — Как только узнаем, кто ты, можете разбежаться в разные стороны.

— А как инициация проходит? — забеспокоилась я.

— Егор просто поможет твоей силе раскрыться, побудет недолго твоим наставником.

— Но можно пойти и быстрым путем, — хитро заулыбалась Ягая. — Знаешь, во время близости…

— Вот уж нет! — я шарахнулась от Кощея подальше.

— Я и сам бы не стал, — фыркнул он.

— Сила Егора обязательно на тебя подействует, он один из сильнейших нелюдей, — вновь взял слово Муромский. — Плюс Егор знает, как разбудить силу быстрее. Надеюсь, он при этом не переусердствует, — и выразительно посмотрел на Кощеева.

— А что делать-то надо? Как это происходит?

К Егору у меня доверия не было, так что стоило сразу узнать подробности.

— Просто находиться рядом с ним. Не переживай.

— Егорка хороший парень, хоть и немного колючий, — поддержала Ягая и тут же обратилась к нему в противовес своим словам: — За Милашку мне головой отвечаешь, понял?

— Да не сделаю я ей ничего! — Кощеев в очередной раз поморщился.

— Удачи, Милаша! — пожелала Яга.

— Если что — я на связи, — на прощание сообщил Муромский.

Они обменялись с Егором рукопожатиями. Яга нас обоих и вовсе расцеловала в обе щеки.

— Пошли уже, неучтенка, будем силу твою раскрывать, — небрежно позвал Кощеев.

И мне ничего не оставалось, как поплестись за ним.