Повсюду и всегда найдётся друг,
Разделит он с тобой любой недуг,
Любую горесть, ожидание иль тьму,
Любой секрет доверишь ты ему.
Он — золотой рассвет, чей первый луч
Светлее прочих. Он — замок и ключ
Твоих желаний, правда и обман,
Бесшумен и привязчив — но обнять
Не сможешь, как бы ни старался ты!
Все самые безумные мечты
Исполнит друг, крылат и всемогущ.
Он проберется сквозь завесу туч,
В любую щель проникнет, украдёт
Сокровище — и сам его вернёт,
Лишь блеском поманив тебя к себе.
Спугнёшь его, — исчезнув без следа,
Отнимет он всё то, что даровал!
Одно тебя утешит: ото всех
Уходит он, близ гибели — верней…
Так назови же мне его скорей!
Есть в мире реки — их не сосчитать,
И каждая как звонкая струна —
Умеет петь, играть и призывать,
И мастера рука ей не нужна.
Вода огнём пылает без огня,
Но освещенья от неё не жди.
Её поят не тёплые дожди,
Не лютые холодные снега, —
Мелодией упругою всегда
Струится в ней железная руда.
Стенами плотными, во глубине
Река сокрыта. Отворишь ей путь —
Струна сорвётся, музыку забудь!
Въявь волею исток поёт Луне, —
Прервётся он, душою наградив
За пылкое явление любви.
В воде речной морская жжётся соль.
Померкнет мир и потускнеет взор,
Как охладеют волны той реки.
Названье вод ты словом изреки!
Обширна ли твоя семья, чужак,
Иль ты безвестный бедный сирота,
Но я скажу, не спрашивая, так:
У каждого отыщется сестра.
Тебе, и мне, и каждому — близнец,
Неотличимый бренный образец, —
Хоть и сравнить вовек никто не смог
Своё лицо с её живым лицом.
Её вскормила мать не молоком,
А словом добрым, светом и теплом.
Тебе загадка, — о твоей и речь.
Её с рожденья надобно беречь,
От колыбели до сырой земли:
Сестру легко нечаянно сгубить
Своей рукой и клятвой невпопад.
Людская злоба ей — смертельный яд.
Она прекрасна, коль её сберёг;
Утратил если — горестный урок.
Прозванье тех сестёр — одно на всех,
Оно белей, чем хрупкий первый снег.
Загадка трудная тебе дана:
Прочту — поверь, настанет тишина.
А смелости тебе не занимать…
Что ж, постарайся слово угадать.
Так слушай: и в загадке оно есть,
В вопросах скрыты многие из них,
Порой — в определённый только миг.
А для ребёнка их не перечесть, —
И чем взрослей, тем чаще просит он
О слове и богатствах, скрытых в нём…
Но вот настанет зрелость, и ему
Придётся отдавать их самому.
Правдивы, лживы, шатки иль тверды, —
Безмолвны даже! — их даёшь и ты.
Жалеют о богатстве этом те,
Кому язык свой — враг, болтливость — грех.
Всего лишь слово… Ты держи его
Как можно крепче, — иль сбежит оно!
А если ты уста сейчас замкнёшь,
Вовек ты это слово не найдёшь.