Закрытая академия. Сломанная Истинная для дракона

Айра

– Эй, приютская! – меня резко окликают, отчего я вздрагиваю.

Оглядевшись, замечаю, что ко мне приковано внимание всех адептов, гуляющих на территории закрытой академии. Взгляды, полные пренебрежения и брезгливости. Так, словно в элитный питомник забрела убогая дворняга.

– Ты, кажется, обронила, – кивает мне за спину блондин. – У нас в Альваросе не мусорят.

Светловолосый парень смотрит на меня с подозрением. Зрачки моментально вытягиваются в тонкую линию. 

«Рептилия», – одариваю мысленно.

Слишком много драконов на квадратный метр. Если узнают о том, кто я, меня задушат голыми руками. Я даже до ректората дойти не успею!

Я – Фантом. Я заимствую чужую силу, использую чужую магию, оставляя чужой след. И никто не сможет понять, мне принадлежит сила, которую я использую, или она украдена. За это нас ненавидят драконы, истребляют. Они уверены, что кое-кто из мне подобных подставил главу Дома Дарквуд. 

 Но они правы в одном: Фантом легко может подставить любого, просто взяв у него чуточку силы.

 Сердце замирает. Дыхание останавливается ровно на половине выдоха.

Давай же, Айра, улыбнись этому чешуйчатому.

Растягиваю губы в фальшивой улыбке.

– Спасибо, – выдавливаю из себя.

Взгляды кучки адептов боевого факультета скользят по моей фигуре, вниз-вверх. Ощупывают, будто раздевают визуально. Вдруг кто-то из них поймет, кто я? 

– Даниэль! – окликает парня какой-то шатен с безумным взглядом. – Слюни подбери. Потом на свежую кровь глаза потаращишь.

Блондин усмехается и теряет ко мне интерес.

Резерв магии на нуле. Я не забираю её ни у кого уже много лет. Доказываю себе, что я не паразит, коими таких, как я, считают.

Возвращаюсь на пару шагов, равняясь со стайкой намакияженных девушек с бытового. Но чья-то подножка не оставляет мне и шанса удержаться на ногах! 

И ещё этот унизительный толчок в спину. И довольный женский смех позади.

Глупый смех адепток Альвароса раздражает, но это фоном. Ведь я лечу прямо на колени и чуть ли не под чьи-то ноги.

Заледеневшими пальцами хватаю перчатку и нервно пихаю в карман. На всё уходит пара секунд, вот только, подняв голову, едва ли не упираюсь носом в чью-то ширинку!

И ремень из матовой кожи на черных брюках прямо на уровне моих глаз. 

Сердце тут же ускоряет темп, а к щекам приливает кровь от смеси возмущения и смущения. Скольжу взглядом выше...

Черная мантия с нашивкой боевого факультета четвертого курса открывает крепкое тело в черной рубашке. От моросящего дождя рубашка и мантия покрываются множеством крохотных капелек.

  – Какой любопытный способ решить проблему своей личной жизни, приютская, – высокомерный, сквозящий холодом низкий голос раздается сверху. 

Резко поднимаюсь и, вздернув подбородок, натыкаюсь на безжалостный взгляд синих глаз с вертикальным зрачком. Несколько секунд гляделок пробуждают мурашки по коже.

Черноволосый, слегка взъерошенный парень лишь оскаливается хищно, заметив мою реакцию. Правильные черты лица, острые скулы, слегка бледная кожа. Красивый...

 И злой. И, что ещё хуже, дракон. Взгляд исподлобья, мрачный и с надменностью... Драконы... Только они умеют так смотреть. Так, как будто ты виноват уже оттого, что появился на этот свет. 

Приятный аромат морозного парфюма драконорожденного заполняет нос. Щёки предательски вспыхивают, выдавая мое смущение. Он так откровенно разглядывает мое лицо!

 – Ничего другого от теневого дракона я и не ожидала, – произношу я с вызовом. – Здесь всех так встречают?

Сильная, подавляющая энергетика парня выдает в нем именно теневого дракона. Только они могут быть настолько отталкивающими и притягательными одновременно. Вспыхнувшая ненависть к драконам быстро гаснет. Потому что сейчас страх оказаться раскрытой сильнее. 

 – Только таких, как ты, – брюнет оскаливается, а в синих глазах настоящий лёд. – Будь я нищим кретином, повелся бы.

Смотрит так, словно уже всё обо мне знает. 

И эта его улыбка и голос чуть ли не заставляют ощутить себя какой-то грязной тряпкой под ногами бога. И так отчаянно хочется стереть эту ухмылку с его лица!

 – Ясно. Поздравляю, значит, ты богатый кретин, – вворачиваю тут же, понимающе улыбаясь.

Сердце грохочет в груди от страха.

В синих глазах незнакомца вспыхивает странная жажда, но быстро гаснет, возвращая взгляду лёд. Он кажется знакомым. Кажется, я его видела где-то...

 – И в чем твоё богатство, дракон? В скудном словарном запасе и предсказуемых издёвках над новенькими? 

– В великодушии. Я щедро не сверну твою маленькую шею прилюдно, – едва заметно наклоняет голову, и я тут же ощущаю его горячее дыхание на своих замёрзших губах. – А теперь в сторону, приютская.

Сердце падает вниз, а дыхание спирает.

Нет, он точно не мог догадаться о том, кто я такая. Никто не сможет понять, что у меня нулевой резерв. 

Шаг в сторону, Айра. И не дерзи ему! Просто молчи, стань незаметной, не привлекай внимания!

– А ты обойди, ящер! – поддаюсь злости на его снисходительный и насмешливый взгляд. Но тут же прикусываю язык. Только поздно...

В ответ лишь предвкушающая ухмылка. Брюнет бросает короткий взгляд на перчатку, торчащую из моего кармана.

– Кайн, ты идешь? – звучит приятный баритон где-то слева. – У нас тренировка через пятнадцать минут. Магистр Флейбих будет в ярости, если опять опоздаем. Мы больше не третий курс, поблажек не будет, сам знаешь.

К нам подходит пепельноволосый четверокурсник, судя по нашивке. Кладет руку на плечо Кайна и едва заметно сжимает.

– Да, идём. Едва не испачкался, – изрекает Кайн, удостаивая меня обжигающим взглядом.

Он демонстративно морщится и задевает не больно, но обидно мое плечо своим. И мне приходится отступить. Вспыхнувшая злость от бессилия и невозможности ему ответить просто душит!

Пара лет в приюте, а клеймо на всю жизнь.

Взгляд блондина задерживается на моем лице на несколько незначительных секунд. 

Бросаю короткий обречённый взгляд на внушительный магический барьер возле кованого забора. Я в западне... Закрытая академия, полная золотых и теневых драконов. 

Бездново пекло! Отсюда не сбежать...

Провожаю глазами уходящих парней. Все те, кто сейчас на территории, боятся поднять на них взгляд. Они до сих пор их боятся, признавая силу теневых драконов. И это несмотря на то, что теневые неожиданно проиграли в борьбе за власть.

Скинутые со своего пьедестала, бывшие короли своих академий, холеные богатенькие наследники вынуждены учиться теперь с теми, кто разрушил их жизнь.

Без труда нахожу ректорат и надеюсь, что хотя бы ректор будет в этой академии адекватным.

– Добро пожаловать в академию Альварос, – лучезарно и даже по-своему хищно улыбается ректор Норэл Грасс.

– Спасибо, – вежливо улыбаюсь, протягивая документы из приюта.

– Желаю успешной учебы, потому что неуспешных адептов мы отвозим в Тихий лес, где они бесчестно погибают, – с такой же улыбкой продолжает господин Грасс. – Помните об этом, адептка Айра Камс.

Всматриваюсь в глаза ректора, пытаясь определить, серьезно ли он? Не удивлюсь, что не шутит. И как относится он к драконорожденным? И на чьей он стороне?

– Вас мучает вопрос, Камс? – ослепительно улыбается мужчина. 

– Он неприличный, – качаю головой и опускаю взгляд.

– Я люблю неприличные вопросы. – Ректор обходит стол и, сложив руки на груди, присаживается на край стола, не сводя с меня карих глаз. – Задавайте смело. Другого шанса не будет.

– Вы драконорожденный?

– Я простой человек, Айра. – И в его улыбке я отчётливо вижу опровержение. Ректор Грасс точно не простой человек. – Как и ты, полагаю.

И что-то в его голосе мне не нравится.

– Что ж, не буду вас задерживать, идите, адептка, осваивайтесь. Советую изучить карту Альвароса прежде, чем наживать неприятности. Это поможет вам выстроить правильные пути отступления. – Он подмигивает и отдает мне папку "новичка".

– Спасибо за напутствие, – растерянно отзываюсь.

То есть он считает, что меня тут неприятности на каждом шагу ждут?

За спиной раздается звук приближающихся шагов, мягкий и неторопливый.

– Хорошо, что ты зашёл, Кайн. Проводи нашу новенькую к жилому корпусу, помоги ей освоиться, – оскаливается ректор, неотрывно смотря на меня. – Айра, адепт Дарквуд о тебе позаботится. Подожди его в приемной ректората.

Кайн Дарквуд?! Тот самый наследник теневых драконов, спонсирующих становление новой власти и истребление таких, как я...

Дарквуды не похожи на обычных теневых драконов или на порождение аристократизма. Они страшнее, опаснее и умнее.  

Я слышала, каким опасным, влиятельным и жестоким был господин Дарквуд. Был... Даже на смертном одре, трансляцию которого обеспечил Совет империи, господин Дарквуд сохранял лицо. Как и его сын Кайн. Слышала, что Кайн присутствовал, занимая место одного из безучастных свидетелей, и в его глазах не отражалось и капли жалости или боли. Вот в ком сидит бесчувственный монстр! А не в таких, как я!

Бездново пекло!

 Но теперь он не любимец судьбы и не элитный наследник одного из сильнейших кланов теневых ящеров. Теперь он не влиятельный аристократ, которому все привыкли облизывать ноги и пресмыкаться, а изгой.

 У Кайна больше ничего не осталось. Кроме запятнанного жуткими событиями прошлого его семьи. Семьи, убившей самого императора – золотого дракона.

Сломанный аристократ, сброшенный со своего пьедестала и лишенный всех благ богатой жизни. Лишенный дома, титула, власти, денег и... отца. 

И я отчётливо понимаю: Кайн Дарквуд вместе со всем вышеперечисленным лишён самого главного – тормозов.

 Я спиной ощущаю его приближение. Теперь я знаю, как выглядит этот именитый Кайн Дарквуд. Жаль, что узнала об этом от ректора, а не при первой встрече с ним утром. И очень жаль, что не смогла его узнать утром...

Чувствую, как он наклоняется ко мне и на ухо произносит убийственно ласково:

– С удовольствием провожу тебя в саму Бездну, маленькая дерзкая мышка. Ты меня только дождись.

Сглатываю, ощущая, как по спине проносятся мурашки от неизбежности. И я даже не знаю, что именно меня пугает: его обещание или то, что я привлекла внимание самого Кайна Дарквуда.

Конечно, я не стану дожидаться этого психопата! 

Рванув в сторону от ректората, я изучаю карту. Вначале получить ключи от комнаты, а затем, согласно расписанию, я успеваю даже на обед в столовую...

– Милочка, – смотрит на меня поверх очков тучная женщина, сидя в кабинете коменданта, – никаких ключей от комнат я таким, как ты, не выдаю. Ваше крыло в общежитии – северное. Найдешь свободную комнату – она твоя.

– А если не найду, прикажете жить в коридорах главного корпуса? – прямо смотрю ей в глаза. – Или драться за комнату с другими адептами?

Женщина усмехается, ставит печать на мой пропуск и отдает мне.

– Да победит сильнейший, добыв комнату в честном бою? – не сдаюсь я.

Но со стороны доносится знакомый звонкий смех.

– Северное крыло для изгоев, – весело произносит миловидная блондинка, подходя ко мне. В ней я узнаю свою единственную школьную подругу, с которой была потеряна связь из-за тех чудовищных событий. 

– Джени! – не верю своим глазам, а сердце радостно подскакивает.

Ну конечно, должно же быть хоть что-то хорошее даже в закрытой академии!

– А ты не меняешься, Айра. – Подруга крепко обнимает меня. – Вот уж не ожидала тебя встретить! Особенно в Альваросе.

Джени с грустной улыбкой подхватывает меня под локоть.

– Теперь мы будем держаться вместе, – произносит девушка.

– Я была уверена, что ты учишься в имперской академии.

Джени шумно выдыхает и поворачивает голову к окну.

– Видишь вон того блондина в окружении таких же качков? – Она кивает на окно, из которого виден внутренний двор. Там в центре стоит большая компания драконорожденных. – Это Данте Лонзо. Он золотой дракон. Новая элита, новый "король". А такие, как мы, теперь изгои. Я и мои друзья оказались в этой академии потому, что наших отцов казнили. 

Значит, она из семьи теневых драконов. Раздражение пробегает током. И хочется сбросить ее руку со своего локтя. Удивлена, как хорошо Джени скрывала это в школе чародейства.

– Когда-то мы учились в имперской престижной академии. Но нас сослали сюда как отбросов. Выдернули посреди нашего обучения. Все счета заморожены, хранилища опечатаны, родные казнены... Резиденции под печатью. Теперь Альварос – наш дом до конца учебы. А потом... Куда мы без денег, титула и семьи? Нам пока никто это не собирается возвращать. 

– Я бы сказала, что мне жаль, но я не люблю лгать, – напряжённо отвечаю, шагая рядом с Джени.

– Ненавидишь теневых? Это неудивительно. Я потому никому не рассказывала о своем происхождении в школе. Теневые драконы всегда были сильнее и умнее других. И невыносимые, – смеётся девушка. – Их всегда тянуло к власти. Там им самое и место. Но разве золотых и их огненных приспешников убедишь?

– Невыносимые – это точно. Я уже поцапалась с одним, – признаюсь нехотя.

– Надеюсь, это был не Кайн, – задумчиво отвечает блондинка. – Иначе я не завидую тебе. Ты пойми, нас не трогают. Нас избегают не потому, что мы... – девушка замолкает, подбирая слова. – ...Плохие. А потому, что боятся наших возможностей. Дарквуд, конечно, психопат редкостный, но у него на это есть все основания...

И вновь упоминание его фамилии вызывает злость. Один фантом предал их фамилию, а под истребление попали все! 

– Так защищаешь, будто вы друзья.

– Мы и есть друзья, – с удивлением в голосе отвечает Джени, толкая массивную дверь в гостиную северного крыла. 

Здесь мрачно и все в черно-серых тонах. Тускло освещают гостиную несколько торшеров, за столами сидят адепты и что-то читают и пишут. Третий курс, четвертый, пятый... Большинство из них в униформе боевого факультета.

Унылую картину разбавляет лишь веселое пламя в старом камине.

Меня удостаивают небрежным взглядом, мрачным и недоверчивым.

И у меня есть выбор: держаться подальше от теневых и прятаться, или бросить им вызов и держаться Джени. И я свой принимаю...

Любимые читатели!
Приветствую вас в закрытой академии, полной тайн и непримиримых врагов!
Будет много эмоций, много столкновений героев, жгучая ненависть и...страстная любовь! 
История для тех, кому нравятся плохие мальчики! ;) 
Знакомьтесь с героями:
Айра Камс, сирота. Факультет общемагический, четвертый курс

- дар: забирать чужую магию/силу. Для всех обладатели такого дара имеют "нулевой резерв".
- для всех она - человек без магии. 
- смелая, безрассудная
- слабая сторона: не умеет в нужный момент промолчать
- ненавидит теневых драконов и это взаимно.
А это наш главный антигерой))

Кайн Дарквуд, теневой дракон, четвертый курс боевого факультета 
- бывший король имперской академии и аристократ, лишенный своих привилегий, отца, Дома, денег, счетов и недвижимости 
- ненавидит "нулевых" магов 
- злой. Красивый. Плохой)

– Знаешь, я воспользуюсь твоим предложением держаться поближе, – отвечаю тут же, вспоминая угрозы Дарквуда.

И даже ощущаю странное предвкушение от нашей с ним встречи. Так, будто единственное развлечение в строгом Альваросе – действовать на нервы тому, кто, очевидно, готов меня придушить. К счастью, наши чувства с ним взаимны. И мне бы бояться всей душой, но злость на его фамилию побеждает здравомыслие.

– О, я рада, что не придется тебя уговаривать, Айра, – блондинка выдыхает облегчённо и улыбается. Так, словно только что выиграла в лотерею.

****

Кайн

– И что это было? – участливо интересуется лучший друг.

Зажмуриваюсь на секунду, пытаясь отогнать въевшуюся в память картинку, когда новенькая смотрела на меня снизу вверх своими бледно-оливковыми глазами.

Было даже приятно видеть ,как взгляд приютской переходит из дерзкого в растерянный. А особое извращённое удовольствие доставило то, что в них тогда скользнул страх.

Почти такой же, как если бы я поставил на колени Фантома.

Потому что именно Фантомы играли важную роль в расколе драконьей империи. Они забирали энергию, уничтожали противников их же оружием. Они путали следы, сталкивали лбами. Стоило одному из них вонзить нож в спину теневым драконам, как все Фантомы стали позорно прятаться. И весь мир наконец-то понял, что главное зло не мы, а эти твари, способные украсть чужую силу и подставить. Интересно, сколько их среди нас ещё ходит? 

Правда, одну я уже, кажется, учуял...

Определить ее сущность было непросто. Ее сдала перчатка... Из ткани, которая не пропускает магические плетения. Для чего обычной магичке использовать такую на руках? Ответ на поверхности. К ее счастью, но недолгому, об этом знаю только я. Другие внимательностью здесь не отличаются. Но она сама себя скоро выдаст. 

– Ты о чем, Чейз? – сухо уточняю, толкая дверь в мужскую раздевалку.

– Кто-то не в духе сегодня. – На лице Чейза тут же появляется раздражающая понимающая ухмылка.

Он всегда понимает мое настроение, понимает и вытаскивает из моих мыслей. Мы с ним оба застряли в этой дыре. В самой паршивой и закрытой академии Альварос. Паршивая она оттого, что здесь учатся золотые сынки и дочурки золотых, огненных и ледяных драконорожденных. И каждый день их унылые рожи видеть – хуже всякого наказания.

Здесь на третьем курсе и мой кузен – Шайн Блэквуд. Вот кому приходится даже хуже, чем мне. Его отца казнили прилюдно на главной площади столицы. Мой же горел в пламени проклятья всего лишь под прицелом моих собственных глаз. 

– Кайн, тебя так приютская завела? – играет бровями Чейз.

«Не говори ему», – угрожающе рычит дракон в моей голове. И его звериное желание утаить важную информацию от близкого друга передается и мне.

– Заткнись, Чейз, – лениво огрызаюсь, стягивая с себя рубашку. 

Больше всего я мечтаю найти того Фантома, который воткнул отцу нож в спину. Притворялся много лет другом семьи. А после... Украл его силу и использовал ее против моей фамилии. Подставил моих отца и мать.

 Как искать, если всё, что мне известно, – это его имя – Римел Орсан? И был он под зельем чужой личины. Как же ты на самом деле выглядишь, Римел?

 – Этот кусок дерьма когда-нибудь выдаст себя. Мечтаю о дне, когда сверну ему шею голыми руками, – охотно делюсь с другом, когда выходим на тренировочное поле.

Дракон внутри меня недовольно рычит. 

– Четвертый курс, боевики, на разминку марш! – грохочет голос магистра Флейбиха. – Опоздавшим – семь кругов! Всем остальным – пять. 

– Хорошо, что сегодня мы не из числа убогих, – хмыкает Чейз, пихая меня локтем.

Кайн

После учебного дня, вечером, удобнее устраиваюсь в гостиной. Закидываю ноги на журнальный столик, и шустро метнувшаяся тень дракона зажигает камин.

Привычная жизнь аристократа стала для меня чем-то далёким. Тем, что будто бы и не существовало вовсе никогда. Как же за два года можно забыть о том лоске, который сочился из каждого угла моей жизни? А теперь... Единственное, что лоснится, – мои начищенные ботинки. Выданные мне же академией.

– Сегодня пятница, а ты мрачнее обычного, – усмехается Чейз.

 Достает из тайного шкафчика сливовый эль и разливает в стаканы. 

– Виктор добыл контрабанду, – кивает на эль. – Хоть кого-то за хорошее поведение раз в триместр отпускают за периметр академии.

– Счастливчик этот ваш Виктор, – отзывается зло и с завистью мой кузен Шайн, проходя мимо к лестнице. 

Мягкий тычок в плечо стаканом, и Чейз лыбится во все тридцать два.

– Отличный сервис, детка, – ядовито отвечаю, забирая стакан. – Чем обязан?

– Считай, сегодня я твой личный ангел-споитель.

И что Чейз задумал?

Какое-то время мы с Чейзом молча сидим в гостиной северного крыла. Смотрим на горящее пламя под скрип пишущих перьев адептов, которые почему-то занимаются именно здесь. 

– А может, обернёмся драконами и все спалим к бездне? – предлагаю я, делая глоток и неотрывно смотря на камин.

– А не рано? Мы же ещё Римела не нашли или на крайний случай хотя бы Фантома, который поможет доказать невиновность наших фамилий и умереть за нас. А потом да. Потом можно и сжечь, как свое честное имя отвоюем, – поддерживает Чейз с абсолютно невозмутимым видом.

Тоже верно... Такую тварь я уже нашел. Но звериное чутье, вопреки моему желанию, вынуждает промолчать. 

 – А как же диплом? – усмехаюсь его податливости в таком вопросе. Чейз всегда был пацифистом от мозга костей до кончика драконьего хвоста.

– А толку от него? Мы очистим имя, можно и не париться насчёт денег будет, – ржёт Чейз и подмигивает.

Конечно, он шутит. Чтобы Чейз и вдруг решил, что имя и заполненные Хранилища обеспечат ему роскошную жизнь до конца... Это был бы не Чейз. Это было бы слишком скучно.

-- Действительно. Осталось найти того, кто умрёт за нас.

Наша встревоженная блондиночка торопливо спускается по лестнице, судя по стуку каблучков. Я даже научился отличать ее шаги от остальных.

– Чейз! – окликает друга Джени. 

И мы синхронно морщимся от ее звонкого голоса. Если она обратилась сначала к Чейзу, значит, ей что-то надо от меня.

«Просто иди мимо, Джен», – приказываю мысленно.

Я ещё не подумал, как мне относиться к этой пиявке приютской с даром Фантома.

Когда Джени подходит, мы с Чейзом так же синхронно прячем взгляды на дне стаканов.

– В общем, ребят. Знаю, как вы ненавидите чужаков и новеньких, но... Тут такое дело. Она моя подруга со школы чародейства! Она не такая, как все они. Она больше на нас похожа. А ещё учится теперь со мной на общемагическом, – Джени тараторит, боязливо косясь на меня.

Даже забавно, что сестра лучшего друга считает меня таким монстром. 

– Говори, – разрешает Чейз, усмехаясь и переводя внимательный взгляд на меня. – Кайн ещё не в курсе, но его я беру на себя.

– Отлично. А я всё думал, к чему твоя услужливость, – хрипло смеюсь, ощущая, как к горлу подкатывает раздражение оттого, что я не в курсе чего-то. – Что опять ты устроил за моей спиной?

– Ты же знаешь, как моя сестрёнка любит приводить в дом бродячих щенков, – пожимает плечами Чейз.

– Она из приюта святого Винсента! Пожалуйста, Кайн, я знаю, как... – Джени ещё что-то говорит.

А я отворачиваюсь от блондинки и с раздражением выдыхаю.

Они издеваются?! Здесь, в нашем северном крыле теневых драконов, не будет жить Фантом!

Именно об этой шатенке с красивыми, бездна ее сожри, глазами, идет речь. 

Ей место в южном крыле. Там ее быстро сожрет местная элита золотых ублюдков. Только жаль, что таких, как она, не селят возле золотых драконов.

Но, конечно, никто же ведь ещё не в курсе ее сущности. И не в моем стиле выдавать чужие секреты. При следующей проверке академии "псами империи" я просто сдам ее.

– Кайн, – почти хнычет Джени.

– Молчи, – хочется верить, что мой голос всё ещё звучит холодно. 

Чейз терпеливо ждёт, когда я перестану охреневать.

Джени шумно вздыхает, смотрит на меня оленьими глазами, а затем и вовсе просит помощи у своего брата:

– Ты ему не сказал? Почему? 

– Потому, Джен, – устало отзывается Чейз. – Агрессивная сцена, в которой Кайн психует и крушит всё вокруг, для меня была бы утомительна сегодня. С учётом того, что речь идёт о девчонке из приюта. 

– Я как бы ещё здесь, – цежу я, силясь не втащить другу за вольности. 

Но я бы и не смог. Он тот, кто последние два года не даёт съехать моей крыше. Тот, кто смог меня оттащить от края бездны, когда я был на грани. Тот, кто тормозит меня всегда.

– Может, ещё по одной? – хмыкает Чейз. – Завтра суббота, никаких пар нет. 

– Чейз, ты просто синоним милосердия, – язвлю я. – Так почему ты не против? Одно дело – какое-то время учиться в одной академии с такими, а другое – пустить их в наше крыло общаги.

Джен выдыхает гулко и поджимает губы. Ей явно есть что сказать, но она боится моей реакции.

– Я весь внимание, – и в собственном голосе сочится яд, способный заставить говорить любого.

Взгляд друга говорит лишь о том, что мне не понравится то, что я сейчас услышу от него. Но Чейз удивляет:

– А я пересмотрел свои взгляды, чего и тебе желаю.

Но я чую: Чейз лжёт. Скрывается за этим что-то ещё. Поэтому я первым нокаутирую друга.

– Она нулевая, Чейз, – почти беззвучно произношу я, не желая, чтобы кто-то услышал.

Чейз медленно переводит взгляд на меня и усмехается невесело:

– Ну раз ты уже знаешь, то проблем быть не должно. 

Какого хрена?!

Айра 

– Айра Камс, приют святого Винсента. Там и обучалась, – произношу напряжённо, ощущая на себе множество взглядов в общей гостиной.

Здесь, как я выяснила за день, все те, кто так или иначе связан с теневыми драконами, или же сами теневые ящеры. От первого до пятого курса... Все они – бывшая элита империи. Бывшие аристократы, лишенные титула, семьи, власти и денег. Примерно одного теперь со мной уровня...

Боги! Ну где логика ректора? Надо разделять и властвовать, а он поселил теневых драконов одной кучей. Так, словно вообще махнул рукой. Тут даже домовые бытовики убираться не ходят. Кто вообще селит девушек и парней в одном крыле? 

Наблюдаю, как по лестнице спускается Кайн Дарквуд. Его пронизывающий взгляд синих глаз передает мне раздражение и злость, направленные на меня. 

Чем я так не угодила? Тем, что сиротка посмела ступить на единственный островок в этой чудовищной академии, оставленный за теневыми драконами? Да мне и идти некуда, выбора мне никто не оставил. Разве что ночевать на лавочке во внутреннем дворе... 

– Мы не подбираем всякий сброд, – гордо цедит ящер, впиваясь в меня синими глазами. И сжимает челюсти так, что я почти слышу скрежет его зубов.

– Кайн, дружище, ты чего? – Чейз хмуро смотрит на Дарквуда.

Но я не могу сдержаться от укола.

 – Какое восхитительное малодушие, – одариваю нежной улыбкой этого психа.

– Остынь, Кайн, мы тут, знаешь ли, все теперь так называемый "сброд". – На плечо Кайну опускается рука какого-то парня с грустной улыбкой. На нашивке значится второй курс. Парень абсолютно беззаботно подмигивает мне.

Кайн одаривает этого смельчака убийственным взглядом:

– Виктор, не лезь.

 И тот спешно убирает руку и делает два шага в сторону.

Длинноногая брюнетка фыркает, глядя на меня, и демонстративно отворачивается. Девушка сидит в форме стихийного факультета возле окна. 

– А у вас тут весело, – иронично произношу, не прекращая нашего с Дарквудом сражения взглядами. – Бешеный теневой ящер, гордые стихийницы и..

– И приютская мышь, которая думает, что здесь выживет, – договаривает за мной Кайн.

 Вокруг него начинает клубиться черная дымка, а тень, которую он отбрасывает, вовсе принимает форму дракона и угрожающе растет за его спиной.

– Действительно, хорошая компания подобралась, – озорно и по-мальчишечьи улыбается Виктор, стараясь разрядить обстановку смехом.

– Ты очень гостеприимный, с учётом того, что это территория академии, а не твой особняк. – Немного становится не по себе. Не перейти бы ту черту, когда он решит действительно меня испепелить. – Но я тоже не выбирала, где мне учиться! Представь себе, ты не единственный страдалец, сосланный в эту дыру. Так что усмири свое "радушие".

 После моих слов в глазах Кайна вспыхивает странный азарт. Нечто похожее на тот блеск, когда охотник наконец находит жертву.

– Хочешь поближе познакомиться с моим радушием? – как-то подозрительно ласково говорит Кайн, делая шаг ко мне.

– Сомневаюсь, что вообще найдутся желающие. – Мельком оглядываю притихших и явно нервничающих адептов.

 – Мне больше нравилось, когда ты молча стояла на уровне моей ширинки.

Да что он о себе возомнил, мерзавец?! Хам! Одним словом - ящер!

– О, если бы я не уронила свою вещь, ты бы даже не испытал и мельком то, что нормальные парни в этом возрасте испытывают в полной мере, – моментально завожусь я, вспыхивая злостью. Но тут же понимаю: перегнула. 

Мне бы сидеть и помалкивать. Фантом в гостиной, полной теневых драконов, – это самоубийство...

– Нормальные не опустятся до связи с нулевой, – в повисшей в факультетской гостиной тишине его слова звучат оглушительно громко и... больно.

Перед глазами на секунду темнеет от того ужаса, который накатывает на меня волной. Беспомощно хлопаю глазами.

Он знает... Он всё знает! Бездново пекло!

И теперь я почти осязаю их изумление вкупе с возросшей ненавистью.

Как он понял? Когда? Как я себя и чем выдала?! Похолодевшими пальцами вцепляюсь крепче в ремень холщевой сумки. В ней сейчас лежит столько учебников, что плечо уже ноет от тяжести. Но как же глупо будет умереть в первой день в новой академии...

Где-то фоном звучат слова того парня, которого Кайн назвал Чейзом.

– Мы своих не сдаём, да? – с явным предупреждением задает вопрос тот блондин.

И этот его вопрос, адресованный своим же сокурсникам, вдруг встречается мной с недоумением.

В каком смысле своих? 

Но я смотрю только на медленно приближающегося ко мне Кайна. Он шаг за шагом сокращает между нами расстояние. Мое же сердце с его приближением всё больше ускоряется.

Вот... Бездново пекло! 

Чейз вклинивается между мной и Кайном, закрывая меня своей спиной.

– Рад, что вы поладили. Может, достаточно обмена любезностями на сегодня, брат? – устало произносит Чейз и обращается к кому-то: – Шайн, разберёшься? 

– Разумеется, – отзывается темноволосый парень с безумным взглядом. Его я сегодня утром также видела у ворот академии. – Кайн сжигает башни, я их строю. Все как всегда, – усмехается иронично Шайн и встаёт с кресла.

Он разминает пальцы, а его вертикальные зрачки наливаются алым светом. Адепты, собравшиеся уйти, вдруг замирают. Застывают, словно куклы.

Значит, дракон – Менталист... Жуткая смесь. По коже ползут мурашки, но я храбро выглядываю из-за спины Чейза и смотрю в глаза Кайну. Он даже не моргает, смотрит так, словно готов броситься.

«Просто молчи, Айра, не скандаль», – уговариваю себя. 

Но контроль эмоций мне всегда сложно давался. Я вспыльчивая, и это меня однажды погубит. Поэтому я просто сжимаю ладони в кулак, впиваясь ногтями в мягкую плоть.

– Идём, Айра, – мягко просит Джени, подошедшая к нам. – Шайн разберётся с памятью остальных. А тебе лучше не мозолить глаза Кайну. 

Но я чувствую одно: Кайн со мной только начал...

– А теперь сделайте пометку в своих учебниках, адепты, что вам необходимо прочитать параграф семнадцать о становлении новых витков истории нашей империи, – грохочет зычный голос магистра Берфорда на всю аудиторию.

Пожилой мужчина в потертой мантии прохаживается мимо рядов. Его взгляд блуждает по студентам, старательно записывающим задание. 

А я остро ощущаю, как же мне не хватает вновь ощутить тот глоток магии, который есть в чужих резервах... Воздух словно наполнен этой искрящейся вкусной магией. И я изо всех сил сдерживаюсь, чтобы не потянуться рукой к открытому участку кожи Джени, что сидит рядом.

Амулет на шее обжигает холодом, сигнализируя о том, что моему желанию надо остыть. Это тормозит меня. Амулет помогает не искушаться чужой силой.

Воздух словно искрится от перенасыщения магии в нем.

Но больше, чем теневых драконов, я ненавижу это стойкое чувство жажды магии. И я ему противлюсь вот уже несколько лет. Чтобы и себя не выдать, и доказать самой себе, что я не "паразит", коим считают Фантомов драконорожденные и сильные маги...

День вторника вполне проходит сносно, не считая презрительных взглядов в мою сторону. Я стараюсь сливаться с одногруппникам на нашем общемагическом. Джени от меня не отходит, словно задалась целью опекать меня.

– У меня факультатив по Прорицаниям, – щебечет Джени, когда мы выходим в коридор после окончания пары по дипломатическим аспектам новой истории. – Пойдешь со мной?

– Джен, не надо меня опекать, – стараюсь говорить мягко. – Я хочу поплавать. В академии ведь есть бассейн?

– Да, есть, но... Там обычно драконорожденные. В основном это территория золотых, – обеспокоенно говорит девушка.

– Это академия. Здесь не может быть чьей-то личной территории, – хмурюсь я и бросаю взгляд на коридор. Там стоят два парня с пятого курса и что-то весело обсуждают, поглядывая на меня.

– Это Альварос, Айра, – с нажимом говорит блондинка. – Здесь всё поделено на территории. Кстати, а ты...

Она собирается явно задать очень личный вопрос. Но затем отмахивается:

– Лучше потом, в комнате. 

Я лишь киваю и уточняю:

– Здесь вообще никуда нельзя ходить? 

Джени пожимает плечами:

– Лично мы никуда и не ходим. Нас не выпускают за территорию академии. Только учеба и общежитие. Так уже два года.

– С ума сойти... Как в тюрьме, – замолкаю, опешив. Даже в приюте не было настолько строгих порядков. 

Джени слабо улыбается.

– Я пойду, Айра. Будь осторожна. Хотя тут на каждом шагу золотые. Нас боятся трогать, но ты... В общем, не давай им повода, ладно?

– Конечно, – ободряюще улыбаюсь подруге и, развернувшись, направляюсь в сторону бассейна. 

Попутно изучаю расписание боевого факультета. Чтобы уж точно одной оказаться в бассейне... К счастью, у факультета, где учатся драконы, сейчас плотное расписание.

Переодевшись в раздевалке в купальник, закрываю металлический шкафчик. Из замутненного зеркала на дверце на меня смотрит встревоженная молодая девушка с оливковыми глазами миндалевидной формы. Длинные, до поясницы, волосы цвета молочного шоколада со множеством светлых прядей я убираю в высокий хвост.

 Две девушки, явно с бытового факультета, бросают на меня презрительные взгляды и шепчутся.

– Если есть что сказать, с удовольствием выслушаю, – оборачиваюсь к ним и заставляю себя смотреть на них прямо.

Девушки фыркают и отворачиваются. Замолкают и, подхватив вещи, покидают раздевалку. А я выхожу к бассейну...

Только и здесь меня находят заинтересованные взгляды украдкой тех двух парней, которые откровенно пялились на меня в коридоре. Судя по всему – золотые драконы. Их я не видела в крыле с теневыми. 

Еле теплая вода бассейна приятно остужает горящие щёки. Погружаюсь и немного проплываю под водой.

Только сильный всплеск рядом вынуждает вынырнуть и схватиться рукой за бортик.

– А ты красивая, – ухмыляется сильно один из тех двух парней. Они оба нырнули со мной в бассейн.

Бросаю быстрый взгляд в сторону двери. Успею ли?..

– Заперто, девочка. Даже не думай, – ржёт второй – рыжеволосый.

Он тянется ко мне своими руками, и моментально чужие пальцы сдавливают талию.

– Пусти! – цежу я, пытаюсь оттолкнуть. Но вода замедляет реакцию и действия.

Зрачки обоих вытягиваются в тонкую вертикальную линию.

  В нос заползает резкий запах чужого парфюма.

Один из драконорожденных подтягивается и вылезает из бассейна. Но тут же его руки хватают меня за подмышки и силой вытаскивают на сушу.

 Я успеваю пяткой заехать по лицу другого.

– Ах ты маленькая приютская дрянь, – рычит тот, держась за нос. Озлобленно смотрит и следом выбирается из воды.

Сердце лихорадочно отстукивает, а в голове появляется неприятное чувство понимания происходящего. Меня не выпустят отсюда...

– С каких пор драконы не брезгуют касаться сироток? – отчаянно тяну время. 

Если я проявлю слабость, стану жертвой. Инцидент замнут, потому что золотым драконам все прощается. А я слишком малозначима, чтобы беспокоиться о моей судьбе.

Меня тут же хватают сзади руки, зажимая мои руки по бокам. Теперь я даже воспользоваться своим даром похитителя чужой магии не могу!

 – Пусти, придурок! – надрывно, а оттого слишком отчаянно кричу я, надеясь, что кто-то услышит.

Глазами выискиваю возможность отпора, побега, чего угодно... Но, кажется, на помещении с бассейном полог тишины.

– Не трать силы, убогая, – хмыкает рыжий. – Сид, флёр, – командует он своему другу. – А ты, приютская мышь, не бойся. Ни я, ни Сид тебя не тронем. А вот ты... Чего только люди не творят под флёром. Какую только дичь не творят, – ухмыляется он предвкушающе. 

Он подмигивает мне. Сально и неприятно.

– Вдохнешь волшебную пыльцу, и мы тебя отпустим. Будет весело наблюдать за тобой, – хмыкает блондин. 

Пожалуйста, кто-нибудь, зайдите сюда! Магистры! Кто-нибудь!

Но мои руки тут же перехватывают цепкой хваткой и прижимают к неровной каменной стене. Отчего острые выступы больно врезаются в кожу. 

– Что, приютская драная кошка, выпутаться не получается, да? Вы настолько жалкие и никчемные простолюдинки, – кривит губы в презрительной усмешке, – так хоть поржать над вами можно. 

 – Помогите! – в отчаянии кричу я, силясь вырваться. Конечности холодеют от ужаса происходящего.

Проклинаю свой амулет на шее, который бездействует. Он обязан в экстренной ситуации дать мне воспользоваться своим даром. В такой ситуации я могла бы просто потянуть чужую магию невербально. Это требует значительно большего количества сил и энергии, а отдача будет после... Но сейчас амулет висит бесполезной побрякушкой.

– Помогите! – срываюсь на крик.

– Обязательно тебе поможем. Поможем понять твое настоящее место – на коленях перед драконами.

Светловолосый наваливается весом своего тела, придавливая к холодному шероховатому камню стены.

Руки безрезультатно пытаются оттолкнуть чужие плечи, что кажутся под сжатыми кулаками слишком крепкими. Паника накрывает с головой от бессилия и невозможности высвободиться.

– Убери руки, прид...

На гневном выдохе на губы опускается чужая шероховатая ладонь с грубой кожей, не давая мне договорить. Мне просто закрыли рот.

– Дыши носом, дрянь, – советует рыжий и торопливо магией левитирует прозрачный пакетик с мерцающей розовой пыльцой.

Флёр – запрещённая пыльца во всей империи. Она лишает воли, подавляет. Делает вдохнувшего ее сумасшедшим. Рвет крышу и тормоза... И человек под флёром может творить действительно что угодно. 

Глаза застилает пелена от собственной унизительной беспомощности. А оттолкнуть мерзавцев не получается. 

И в момент, когда амулет наполняется светом и теплом, у меня есть шанс забрать магию обоих и дать им отпор. Но это означает раскрыть свое происхождение, свой дар. Показать им, что я Фантом. Достойный истребления и казни... И тогда меня ждёт смерть.
Что же мне делать?!

Кайн

– А мне она кажется вполне очаровательной, – пожимает плечами Чейз.

– Хватит меня обрабатывать. С каких пор ты снизошёл до милости к Фантомам? – раздражаюсь я, шагая по широкому коридору главного холла второго корпуса.

Внутри вдруг вспыхивает, где-то на уровне груди, едкое чувство того, что я должен быть сейчас в другом месте. Отделаться от этого чувства не получается, и я торможу.Я мог бы и дальше продолжать игнорировать, но делаю выбор в пользу чутья моего дракона. И иду у него на поводу.

– Меня потянуло на философию из-за прогуливания пары по Обезвреживанию боевых артефактов, – хмыкает Чейз. – К слову, напомни, почему мы на нее не пошли?

– Потому что, – отзываюсь резко. 

Сам не понимаю, почему я резко сменил направление от аудитории артефакторики в сторону второго корпуса и крыла с бассейном.

Чутье дракона вёдет меня сюда. Зверь отчего-то в ярости и рвется именно туда. 

«Объясни хоть, брат, что мы делаем?» – в очередной раз обращаюсь к дракону.

Тот глухо рычит в ответ, и его ярость передается мне.

– Кстати, а ведь девчонки до сих пор готовы стелиться у твоих ног, – хмыкает Чейз, напоминая утренний инцидент. Он явно издевается. – Даже несмотря на отсутствие у тебя даже полусотни тарлингов. 

Вот так, одной фразой, он напомнил мне об одном неприятном факте моей новой жизни. Именно поэтому я веду дела теперь с теми, кого презирал всю жизнь. Там, за территорией академии, у меня есть своя шестерка – нулевой, которому я каждый раз отсыпаю отменные зелья, приготовленные Виктором. Личный предатель среди предателей. Он помогает мне находить и сдавать местонахождение нулевых магов.

– Ещё и живёшь в одном крыле с нулевой. 

О двух фактах.

Но Чейзу всё простительно. Он единственный и преданный друг. Если раньше меня окружал столп лицемерия и грандиозные интрижки префектов великих Домов, то сейчас – только Чейз. Он настоящий – за это я ценю его и уважаю. 

Не в его стиле распространять сплетни и слухи и пресмыкаться перед величием аристократизма. Ему всегда было и остаётся плевать на это. Именно поэтому он никогда никого не жалеет ложью.

– К бассейну пошли, – говорю я, звериным чутьем улавливая, что здесь золотые драконы где-то поблизости. 

Но удивительно, что не слышно плеска воды и разговоров. Напрягаю слух: странная тишина. Словно завес тишины... 

– Занятно, – вслух проговариваю, сворачивая к дверям, ведущим к раздевалкам и выходу в бассейн. 

– Проверю раздевалки, – моментально понимает меня Чейз, сворачивая влево.

Опираюсь ладонью о дверь. Заперто магическим замком с пологом тишины, как я и думал.

Надавливаю, и тени моментально собираются в одну, охватывая дверь. Они ее просто сжирают, не оставляя и пепла. Вместе с пологом...

И теперь слышен женский крик.

Двое охреневших пятикурсников зажимают какую-то девицу.

И мне бы пройти мимо. Какое мне дело до брачных игр недоумков?

Но зверь внутри меня взбешённо рычит.

На руках проступает черная матовая чешуя. От оборота меня отделяют только концентрация и контроль над драконом.

Стоит девушке повернуть голову и бросить на меня отчаянный взгляд светло-оливковых глаз, как внутри зверь словно срывается с цепи.

И это "моя" нулевая... Что же ты не используешь свой паршивый дар?

– Ну охренеть... – выдаю на выдохе, не отрывая взгляда от этой картины.

«Защити ее, – рычит зверь в моей голове. – Защитить! Убить их! Сжечь! Сожрать!»

«Тише, тише, Ашхарс, – торможу дракона. – Ты чего завелся?»

«Она наша, я чую», – рычит зверь. И в его тоне отчётливо чувствуется ярость.

«В каком смысле наша?» – теперь торможу я сам, так и не сделав шаг.

Прислоняюсь плечом к холодному камню стены, и губы расплываются в язвительной усмешке. Руки в карманах брюк незаметно для окружающих, но ощутимо для меня сжимаются в крепкие кулаки совершенно непроизвольно.

А сейчас предлагаю познакомится с тем, кто умеет притормозить Кайна) 
Чейз Фолвуд, четвертый курс, теневой дракон. Лучший и единственный друг Кайна.

Зверь рычит в ответ.

– Не самое удачное место, чтобы уединяться с девчонкой, – растягиваю слова, упиваясь ее беззащитностью и тем, что сейчас просто сотру этих двоих уродов с территории академии.

Это передо мной эта недомагичка с нулевым резервом и паршивым даром вора чужой магии должна выглядеть такой беззащитной. Не перед ними.

Какое же это приятное чувство, когда ты знаешь, что можешь любого лёгко уничтожить за пару секунд, просто забрав его тень.

 – Ого, сам Кайн Дарквуд пожаловал, – настороженно отзывается рыжий. Но, чтобы сохранить лицо, добавляет: – А тебе какое дело?

Только в его взгляде мелькают лёгкий страх и опасение. Которые он глушит, скрывая за напускной смелостью.

– Продемонстрировать? – лениво отвечаю и оскаливаюсь, предвкушая. 

Вряд ли ректору понравятся трупы золотых на территории академии, но у меня есть то, из-за чего ректор стиснув зубы готов на всё закрывать глаза.Я заключил сделку с гвардейцам, что работают на нового Его Величество. На золотых драконов. Выторговал себе жизнь два года назад после казни отца. Меня отправили бы в бездну следом...

И с чего я тогда решил, что жить в ошейнике от гвардейцев лучше, чем гнить в земле?Каждый новый Фантом, которого я сдаю гвардейцам с помощью предателя, приближает меня к открытию моих счетов и хранилища. Потому что мать находится в глубоком стазисе, и только деньги решают жить ей или умереть. 

  – А чего не продемонстрировал и не откупился от расследования? Или денег у великого Дома теневых не хватило? – совсем теряет страх ублюдок. 

Молодец, храбриться. Но его страх я чую за версту. От него несёт этим страхом так, что любая первогодка перед первой практикой нервно курит.

– А тебе перестали добровольно давать? – На собственных губах размазывается издевательская усмешка. Рыжий поджимает губы. 

-- Да ладно, Кайн, просто скажи, что хотел оставить эту девку для себя. -- Теперь голос этого урода звучит на удивление примирительно.

О да. Сейчас повеселимся. 

Какой бездны они трогают мою нулевую? Ее только я имею право раздражать, обижать и ненавидеть. 

Всё, чего я сейчас желаю, – выбить весь воздух из этих кретинов.

Мне хватает секунды перенестись тенью к ним.

Рывок в сторону рыжего. Сильный удар ему в челюсть и резкий хруст. И вот уже тонкая струя теплой алой крови стекает из разбитого носа и губы золотого дракона. Второй удар уже тенью, и он отлетает к другой стене, впечатываясь затылком в камень.

 – Давно хотел это сделать, – с упоительным, каким-то извращённым удовольствием наблюдаю, как пятикурсник обмякает.

Блондин, ошарашенно следя за происходящим, резко отлипает от девчонки. Поднимает вверх руки и выдавливает:

– Ты псих... Тебя ж ректор за нас сдаст гвардейцам имперским. Нельзя трогать золотых драконов. Ты же труп, Дарквуд. – Он сглатывает, побледнев. Смотрит на меня неотрывно и с горящей паникой в глазах.

Я лишь пожимаю плечами. 

Не успеет. Ректор ничего не успеет, потому что Шайн, скорее всего, уже в курсе произошедшего. У нас с Блэквудом своя особая связь теней. Его дракон чует, что я творю. Мой – чует его промахи. И мы друг друга прикрываем. Молча, без вопросов и нравоучений после.

А ещё у меня есть Чейз... Который почему-то не притормозил меня, как делает это обычно.

Айра стоит у стены и, кажется, даже не дышит. И в ее глазах отражается странная эмоция, которую не могу распознать. 

– Ну, главное, что мы не зря прогуляли пару, – напряжённый голос Чейза звучит за спиной. – Кайн, я думал, ты их с одного удара размажешь.

– Разочарован? – вежливо уточняю у друга, рассматривая бессознательного пятикурсника. 

Чейз наклоняется к тому и, взвалив себе на плечи, укоризненно смотрит:

– Спасибо, что хоть не обоих сразу. Отнесу в целительское крыло. Сам к ректору пойдешь?

– Обязательно, – отзываюсь тут же.

Даже Чейз не знает о том, что мы с Шайном творим... И никто не должен знать.

Айра отмирает. Гулко выдыхает и прикрывает ладонью глаза.

– Бездново пекло, – бормочет девушка, – это самое дикое место. Это не академия... Это зверинец. Злобные чешуйчатые гады...

Подавляю порыв коснуться пальцами ее подбородка и задрать ее голову, чтобы нулевая смотрела на меня. Чтобы вновь увидеть в ней ее дерзкий прямой взгляд, а не бессилие и откат от произошедшего. Замечаю, как мокрую кожу покрывают мурашки от холода, а длинные темные волосы липнут к обнаженным плечам.

Скольжу взглядом по изгибам ее тела, отмечаю поверхностно, как сексуально на ней сидит купальник...

Только сейчас обращаю внимание на свои саднящие костяшки пальцев, разбитые до крови. Ссадины моментально затягиваются. Драконья регенерация работает отменно.

– Почему не на паре? – вполне вежливо и как-то буднично интересуюсь я, но голос звучит вкрадчиво и зловеще. 

Нулевая отнимает ладонь от лица, и в ее глазах мелькает снова страх.

Бездна!

Мой дракон в полном штиле. Доволен спасением этой приютской мышки. А я какого-то хрена вдруг интересуюсь ее делами...

Я спятил?

Взгляд останавливается на ее шее. Там, на уровне женских ключиц, висит до боли знакомый камень...

Оскаливаюсь ожесточенно, распознавая в нем камень контроля. Таким пользовались некоторые фантомы, чтобы невербально тянуть энергию. Об этом почти никто не знает... 

Маленькая лживая дрянь, которая прячется за артефактом контроля!

Делаю резкий шаг к Айре, заставляя ту вжаться спиной в стену.

«Не тр-р-ронь», – угрожающе рычит зверь в голове.

«Какой бездны с тобой творится, Ашхарс?» – уже и сам рычу в ответ. И его тяга к этой красивой и смелой недомагичке мне охренеть как не нравится...

Перебарываю желание сорвать этот амулет с ее изящной тонкой шеи. Пускай пока носит.

Да, я точно спятил...

Айра

– Бездново пекло! – Сон как рукой снимает, когда я не нащупываю амулет контроля на шее.

Сердце гулко стучит в груди, и я подскакиваю тут же в кровати. Битый час ищу амулет Контроля в комнате. 

Пульс учащается с каждым моим шагом к пониманию, что я осталась без страховки!

Хорошо, что сегодня суббота. Иначе я бы просто не пошла на пары: велик соблазн выдать себя. Особенно в первые сутки после снятия артефакта.

Растираю ладонями лицо и пытаюсь воспроизвести в памяти события: я возвращаюсь в комнату после ужина, запираю дверь, дальше ванная и кровать...

Где мой амулет? Куда он мог деться? Кто мог его забрать?

Голод, к моему сожалению, побеждает меня уже в обед. И я, горестно вздохнув, отправляюсь в столовую.

– Привет, Айра. – Виктор стоит возле моего стола в столовой и мягко улыбается. – Не занято? – кивает на другой стул.

Качаю головой и убираю со стула свою сумку.

Виктор садится, ставит поднос, и его карие глаза с вертикальным зрачком пытливо всматриваются в мои.

Я вновь прокручиваю произошедшее вчера в бассейне. Я не пошла к ректору... А надо было! Ещё и исчезновение моего амулета... Это чревато потерей контроля над жаждой чужой магии.

Его глаза, наполненной яростью тьмы, вдруг светлеют, когда он смотрит на меня. Вертикальный зрачок становится человеческим, а он ласково вдруг после всего месива уточняет, почему я не на паре.

Дарквуд псих... Настоящий псих! Творить такое в академии. Собственно, как и те двое явные психи, решившие воспользоваться запрещёнкой...

Я выскочила вчера из бассейна, так и не ответив Кайну. Придурок! Мерзавец, спасший меня от позора... От других мерзавцев. От жестокости. С чего вдруг?

– Чем обязана такому дружелюбию? – напрягаюсь я, не ожидав, что кто-то из теневых драконов станет сидеть со мной за одним столом.

– Мама учила относиться одинаково доброжелательно ко всем, – широко улыбается второкурсник. – Будь то драконорожденный, человек или маг. 

Немного помолчав, он добавляет тихо:

– Жаль, что она больше ничему меня не научит.

Я застываю с вилкой в руке, так и не донеся ту до рта.

Впервые с момента гибели родителей я испытываю щемящее душу чувство сострадания и боли.

– Мне жаль, – впервые совершенно искренне произношу эту фразу.

Впервые я сочувствую теневому дракону.

– Она была хорошим человеком. Считала, что золотые драконы, теневые и люди... Все равны. Неважно, беден ты или богат. Каждый богат по-своему: кто-то деньгами, кто-то душой. Бедняки зачастую богаче аристократов. У них есть настоящее счастье искренне любить и быть любимыми. Драконы этого лишены. Если у тебя нет истинной пары, ты обречён размениваться на тех, кому важны твои происхождение, титул и кошелёк.

– О чем болтаете? – звучит звонкий голос Джени. Подруга двигает к нашему столику свободный стул.

Оглянувшись, я замечаю, как на нас смотрит множество пар глаз адептов Альвароса. В основном золотые драконы. Теневым, как оказывается, нет никакого дела до того, что один из них обедает со студенткой из приюта.

– Краткий ликбез о тяжёлой жизни драконов, – шутливо отмахиваюсь я. У самой ком встаёт в горле.

– О любви и Истинности, – смеётся Виктор.

– И? – вдруг напрягается Джени, с ожиданием смотря почему-то на меня.

– Меня это не касается, к счастью, – бормочу я. 

Вот уж Истинность драконью я точно обсуждать не собираюсь. Мне жаль тех несчастных девушек, кто удостаивается участи стать Истинной этих самовлюблённых ящеров, не способных на любовь