Заложница огненного дракона

Несмотря на страх, я старалась держаться с достоинством. Только зря я так пыжилась, на прислугу здесь никто не обращал внимания.

Дрожащими от волнения руками я несла длинную накидку своей госпожи и проклинала правила, по которым Амауре Кэлэбрант полагалось иметь пелерину длиной в десять шагов. Но урождённая шанайра, да ещё знатного рода Кэлэбрант, не могла выходить в свет без этой длиннющей вуали, связанной умелыми феями.

Нет, ну это уже странно… почему я трясусь от волнения так, словно тоже участвую в церемонии, где свободные драконы выбирают себе невест? Мне-то какое до них дело?!

К сожалению, меня это тоже касалось. Ведь от того, какому дракону приглянется моя хозяйка, зависела и моя жизнь тоже. Но мне совсем не хотелось отправляться в какую-нибудь дыру. В края Ледяного Безмолвия, например, где круглый год лежал снег.

А что если она достанется дракону с Огнедышащей Гряды?! Слышала я, что говорили горожане об этих проклятых местах.

Лично я хотела бы жить на солнечном морском побережье. И плевать, что тамошних драконов называли морскими убийцами. Служанок, насколько я знаю, они не трогали. Во всех смыслах…

— Альтея, не натягивай так пелерину! Сколько раз тебе говорить, что она должна провисать?! — истеричный визг Амауры Кэлэбрант заставляет меня вздрогнуть.

Я осматриваюсь и понимаю, что моя госпожа всё ещё на входе в огромный Рыцарский зал Лимбардуса Третьего. Но меня радует хотя бы то, что наш с госпожой торжественный выход, кажется, подходит к концу.

Вдалеке уже виднеется высокое кресло, в котором восседает старая, жутковатого вида демонесса, а по совместительству ещё и главная здесь прорицательница. Это она с помощью артефакта выбирает из шанайр истинных. То есть тех, которые смогут родить драконам по-настоящему сильных и достойных наследников.

Вот только такое случалось нечасто. А в последние года артефакт упорно молчал, словно магии в нём было как в моём деревянном кулоне.

Никто не знал, почему так происходило. То ли шанайры в Астрофейрии перерождались, то ли ещё что, но истинную пару среди драконов сейчас днём с огнём было не сыскать. Поэтому даже знатные из знатных предпочитали просто выбирать из шанайр девушек покрасивее, чтобы хоть детишки от них получались миловидными. На этом всё таинство и заканчивалось. О душевной привязанности никто даже не вспоминал. Тем более, что драконы, даже огненные, рождались с ледышкой вместо сердца. Так что шанайры не ждали от своих мужей большой любви, они наслаждались лишь роскошью и своим высоким положением…

Треклятый Азраддон, какое же узкое платье! Госпожа как всегда пожадничала, и вместо того, чтобы купить мне для этой церемонии что-нибудь приличное, просто отдала мне своё старое платье. Я же теперь в нём дышу через раз. Оно то и смотри разойдётся у меня по швам!

Если бы не его чудесный изумрудно-зелёный цвет, я бы его ни за что не надела. А так оно хотя бы подчёркивает цвет моих глаз. И плевать, что служанок здесь не считают за дам.

Конечно, ни один из драконов не посмотрит на простолюдинку, зато здесь полным-полно камердинеров и прочих мужчин моего статуса. Присмотрю-ка я себе какого-нибудь симпатичного слугу, у которого хозяин морской дракон… И буду я жить тогда на острове, где каждое утро распускаются нежные фрезии и порхают цветочные феи…

— Тупая химера, теперь ты подошла ко мне слишком близко! — доносится до меня въедливый голос моей госпожи. — Возьми пелерину как полагается, я следующая! Прорицательница уже смотрит в свой кристалл!

Тоже мне, прорицательница. Всего навсего старая демонесса-суккуб, от латинского succuba, что значит наложница. Но для этой старухи её жаркие ночи остались далеко позади…

Я аж вздрогнула.

Треклятый Азраддон, это снова случилось! Опять эти странные мысли. Откуда я могу знать иноземный язык, ведь его даже шанайры не изучают?!

Я напряглась. Видимо, нервозность моей хозяйки передалась и мне.

В то же время моё предчувствие подсказывало мне, что моя госпожа и на этот раз останется без мужа. Ведь она уже дважды возвращалась ни с чем. Не думаю, что за год она стала вдруг истинной какого-нибудь дракона, это так не работало. Истинными рождались, а не становились.

Но Амаура Кэлэбрант это и без меня знала, поэтому она старательно улыбалась и строила драконам глазки. Те же сидели, развалившись в своих креслах, и смотрели на неё с полным равнодушием.

Наконец моя госпожа прошла мимо провидицы с артефактом и, как и следовало ожидать, ничего не случилось. Приглашения на бал она тоже не получила, а значит, шанайра Амаура Кэлэбрант снова вернётся в свой небольшой родовой замок ни с чем.

С некоторой тоской я обвожу взглядом величественные стены древнего замка Лимбардуса Третьего и понимаю, что вижу их в первый и последний раз. Вряд ли моя госпожа возьмёт меня с собой на эту церемонию ещё раз. Ведь я даже пелерину неспособна держать как следует.

— А-а-а-а-а!!!

Неожиданный крик старой демонессы заставляет многих драконов вскочить со своих мест…

Сначала я даже не понимаю, что случилось, поэтому озираюсь по сторонам. И только тогда я замечаю, что все присутствующие здесь смотрят почему-то на меня, а не на мою госпожу.

Азраддон на мою голову, что происходит?!

Ещё совсем недавно старуха сидела на почётном месте с невозмутимым видом, уткнувшись в свой артефакт. А сейчас она чуть ли не рвала на себе волосы от странного возбуждения. При этом она орала что-то на своём демоническом языке, который больше напоминал рычание, чем членораздельную речь.

Но самое жуткое во всём этом было то, что старуха корявым указательным пальцем тыкала прямо в меня!

— Истинная, истинная, истинная… — наконец-то забормотала она на понятном всем древнеруническом языке. Но легче мне от этого не стало.

Старая демонесса совсем выжила из ума? Почему она показывает на меня, а не на мою госпожу? Я же не шанайра, в конце-то концов! Такую как я, без капли магической крови, драконы даже в прислуги не берут. А тут вдруг истинная! Треклятый Азраддон… кто-то из них двоих точно свихнулся, или сама старуха или её дурацкий артефакт.

Но когда её невзрачный с виду кристалл в какой-то ржавой оправе вспыхнул вдруг ослепительным чародейским светом, и из него вырвались языки пламени, мне стало по-настоящему страшно.

Да какое там страшно, меня сейчас трясло от первомагического ужаса. Я не понимала, почему весь зал пребывал в шоке, и почему драконы, все как один, смотрели сейчас только на меня.

А когда из артефакта посыпались огненные брызги, которые упали на мозаичный пол и сами по себе сложились в картинку, я перестала дышать.

Мне стало вдруг предельно ясно, что моя жизнь уже никогда не станет прежней. Потому что даже я, выросшая в приюте для обычных девочек, поняла, что обозначал этот символ.

В Астрофейрии все его знали, ибо огненных драконов боялись всегда и везде. Ведь именно их герб — красный цветок с лепестками похожими на рваные языки пламени красовался сейчас на полу Рыцарского зала. Причём, прямо у моих ног!

К своему ужасу в клановом гербе огненных драконов я рассмотрела ещё один, фамильный. Тогда-то каменные стены Рыцарского зала и начали плавно уходить от меня в сторону. Перед глазами промелькнули витражные окна, расписной свод, который при других обстоятельствах я рассмотрела бы с превеликим удовольствием…

Упасть мне не дали. Чьи-то крепкие руки подхватили меня в самый нужный момент, благодаря чему я и осталась стоять. Правда, шатаясь от непривычного для меня головокружения.

Хм, а это уже странно, служанкам не особо-то бросаются помогать, тем более здесь…

Я оборачиваюсь, чтобы поблагодарить этого благороднейшего из слуг или одного из почётных стражников замка, который сжалился надо мной, и тут же напарываюсь на взгляд. Но нечеловеческий, а драконий, потому что только у них такие узкие зрачки. А у этого вдобавок ко всему в глазах будто бы полыхает огонь.

Азраддон на мою голову…

Дракон пристально смотрит на меня. Оценивающе. И что самое непонятное — с откровенным восхищением. Неудивительно, что слова благодарности так и застревают у меня в глотке. От замешательства я начинаю без остановки хлопать ресницами и лихорадочно поправлять на себе платье.

— Достопочтенный драк! Я извиняюсь, что едва на вас не упала. Но я… но мне… — бормочу я, почти ничего не соображая.

— Как вас зовут, прелестная дева?

— Альтеа… Альтеа Арро.

— Чудесное имя. Меня можете называть Эмметом. А для всех остальных я достопочтенный драк Эммет Ворн, правитель Железных Гор.

При упоминании одного из самых больших владений огненных драконов моё сердце ухает вниз.

Мой взгляд вновь возвращается к гербу на полу, и я поражённо наблюдаю, как он словно бы испаряется в воздухе. На моих глазах изображение огненного цветка тает, медленно подымаясь вверх и рассыпаясь на тысячу затухающих искр. Но я всё же успеваю рассмотреть в красном цветке тот фамильный герб, который так меня напугал.

Всё верно, мне не померещилось, это было изображение змеи, которая обвивала двуручный меч. Увы, я даже знала, какой дракон носил этот символ на отвороте воротника своего камзола. Именно поэтому мои колени сейчас тряслись от страха…

Своё детство я не помнила. Такое впечатление, что я появилась на свет уже пятнадцатилетней. Раз… и я уже стою в обшарпанной столовой нашего приюта. Вокруг меня снуют такие же, как и я девочки в старых залатанных платьях. А в ушах у меня звенит оглушающий голос воспитательницы мадам Тефании, дамы властной и беспощадной ко всем нарушителям порядка.

К сожалению, к ним я и относилась. Но я никогда не была злостной хулиганкой, просто я хотела найти ответы на очень неудобные для воспитательницы вопросы. Ведь мне с детства вдалбливали то, что меня подбросили к стенам приюта в младенческом возрасте. Но тогда почему я помню себя только взрослой?!

Но у мадам Тефании и на это оказался ответ, такой же неубедительный, как и все остальные. Якобы в раннем возрасте я сбежала из приюта и заблудилась в Туманном лесу, который среди жителей прослыл гиблым местом.

Там-то я и попалась в лапы какого-то лесного духа, или что там бывает у них вместо рук? А когда меня нашли, то выяснилось, что этот демон низшего порядка высосал из меня всю мою память. Видите ли, такие духи питались человеческими воспоминаниями.

Не ве-рю!

Не верила тогда, не верю и сейчас.

А когда мне исполнилось шестнадцать, в наш приют пожаловал огненный дракон…

— Альтея, поздоровайся с достопочтенным драком… — приторным голосом лопочет мадам Тефания, толкая меня в спину так, что я чуть ли не падаю к ногам высоченного дракона.

Нашу с ним первую встречу я запомнила настолько отчётливо, будто это случилось только вчера. Ведь я тогда очень испугалась. И неудивительно. Мало того, что я воочию увидела дракона, так ещё этот драк приехал в приют только из-за меня. К тому же, всегда невозмутимая и холодная мадам Тефания испугалась тогда Вернона Фарга не меньше меня…

После его визита моя жизнь в приюте круто изменилась.

Теперь я уже не носила чужие обноски как остальные воспитанницы приюта. Платья мне привозили из самого сердца Астрофейрии — Гревиллдейла, где жили самые искусные белошвейки. Питалась я тоже теперь отдельно от других девочек.

Иногда мне даже казалось, что мой стол гораздо изысканнее, чем у воспитателей, а одеваюсь я лучше, чем мадам Тефания.

Увы, радости от всех этих привилегий я не испытывала. Ведь после таких перемен меня ненавидел весь приют! Но я уже почти не волновалась по этому поводу, потому что у меня имелись проблемы посерьёзнее этого…

Теперь тот огненный дракон, у которого на лацкане камзола красовалась обвивающая меч серебристая змея, приезжал ко мне дважды в год. И это не могло меня не беспокоить.

Почему он проявлял ко мне такой интерес? Зачем ему какая-то девчонка без роду и племени?!

Но однажды я набралась смелости и спросила его об этом сама. На что он лишь рассмеялся, а его глаза вспыхнули тогда сильнее обычного.

Я никогда этого не забуду…

Первомагический ужас вмиг превратил меня в какую-то забитую эльфийку, которые боялись всех и вся. Но я-то ведь не такая!

Наверное, поэтому я тогда быстро пришла в себя. Гордо вскинув голову и смело посмотрев в глаза огненному дракону, я заявила:

— Вернон Фарг, даже не надейтесь на то, что я стану вашей лёгкой добычей. Как мужчина вы меня совершенно не волнуете. Но я всё же испытываю к вам одно сильное чувство — Ненависть.

— Значит, я в тебе не ошибся. Ты именно та, которую я искал… — процедил сквозь зубы драк, и его рука взметнулась к моему лицу.

Никогда этого не забуду.

От страха я тогда едва не потеряла сознание.

Для кого-то этот жест показался бы вполне безобидным, но только не для меня. Но когда дракон небрежно помял локон моих огненно-рыжих волос между двух пальцев, у меня чуть не остановилось сердце.

Я точно знаю, что дракон почувствовал мой страх. Наверное, поэтому он продолжил им наслаждаться… Ведь после того, как он оставил мои волосы в покое, он небрежно провёл тыльной стороной ладони по моей щеке…

Даже сейчас я содрогаюсь от ужаса при одном только воспоминании об этом. А тогда я стояла как заворожённая и смотрела дракону в глаза. В которых, как обычно, бушевал неукротимый огонь…

После этого он молча вышел из моей комнаты. Мне же потребовалось время, чтобы окончательно прийти в себя. И как только это случилось, я тут же последовала за ним.

Я догадалась, что он, как обычно, отравился к мадам Тефании, чтобы дать ей очередное распоряжение касательно меня. Поэтому, чуть ли не бегом я рванула к учительской комнате.

Подслушать мне удалось совсем немного, но и этого мне хватило для того, чтобы принять одно очень важное для себя решение.

— …Мадам Тефания, когда у вашей подопечной наступит совершеннолетие? — Голос дракона звучал как всегда холодно и властно.

— Совсем скоро, достопочтенный драк…

Этой же ночью я собрала в мешок самое необходимое и сбежала из приюта.

Сначала я задумала отправиться в Гревиллдейл, но потом мне пришлось отказаться от этой идеи. Я решила, что если Вернон Фарг захочет меня найти, то в главном городе Астрофейрии у него будет больше шансов это сделать.

Поэтому я остановилась в небольшом местечке под названием Горгулье Гнездо, где главной достопримечательностью был небольшой замок Амауры Кэлэбрант. Именно туда мне и удалось устроиться служанкой…

С тех пор прошло несколько астрофейрийских лет, и я почти забыла о том огненном драконе. И вот, спустя столько времени его герб вдруг появился около моих ног, а я, кажется, оказалась его Истинной…

— Альтея, не нужно меня бояться. Или вам не нравятся огненные драконы? — пошутил Эммет Ворн, не сводя с меня заинтересованного взгляда.

— Ну что вы… не только огненные, мне драконы вообще не нравятся, — брякнула я и ужаснулась, поэтому тут же поспешила добавить: — Достопочтенный драк Ворн. Но произошла какая-то ошибка. Я даже не шанайра! 

Надо признать, этот Эммет Ворн мог с лёгкостью заставить девушку волноваться. Высокий, широкоплечий, как большинство драконов, а его благородные черты лица сразу вызывали к нему доверие.

Я тут же дала себе воображаемую затрещину, чтобы не забывалась, с кем имею дело. Мало того, что он драк, так ещё и огненный. Не так же просто драконы с Огнедышащей Гряды не ладили с другими драконьими кланами. Они постоянно что-то между собой делили, то земли, то шанайр, то ещё что…

— Дорогая Альтея, уверяю вас, это не так. Я ещё ни разу не видел у артефакта такой сильной реакции. Наша провидица до сих пор не может от этого отойти.

Он посмотрел в сторону, и я невольно проследила за его взглядом.

Старая демонесса полулежала в своём кресле-троне. Её руки висели как плети, а голова провидицы всё ещё нервно подёргивалась. И вид у неё был такой, будто по ней пробежалось стадо единорогов.

Неожиданно старуха встрепенулась, подняла голову и посмотрела прямо на меня. Наши с ней взгляды встретились и… она в ужасе отшатнулась так, что ударилась своей полулысой башкой о спинку кресла.

Меня тоже слегка передёрнуло, потому что я не ожидала от неё такого… Треклятый Азраддон, меня уже демоны начали бояться!

— Достопочтенный Драк, вы хотите сказать, что такое произошло здесь впервые?

— Да, Альтея. Даже старейшины не помнят ничего подобного.

— Вот и я про то же, — с воодушевлением начала я. — Где гарантия, что это не ошибка? Артефакт ведь очень старый, да и с вашей провидицей, по-моему, не всё в порядке… И самое главное — я обычная служанка, во мне нет ничего магического!

Дракон внимательно посмотрел на меня, а потом улыбнулся мне так, что меня чуть не смыло волной его обаяния.

— Дорогая Альтея, вы ещё не поняли?

— О чём вы?

— О том, что в этом огромном зале нет шанайры достойнее вас.

— Что-о-о??

— Да, милая. В отношении вас была допущена страшная несправедливость. Но вы не волнуйтесь, этим займётся Высшее Собрание.

Я нервно сглотнула.

Вот уж обрадовал… Наверное, сбежать у меня уже не получится. Так же как у них не получится сделать из меня настоящую шанайру. Ведь тот, кто рождён химерой, никогда не станет благородным грифоном.

— А что со мной будет потом? Вы отдадите меня моему жениху?

Лицо дракона сразу же вытянулось. Он даже не стал притворяться. Не стал говорить, что меня ждёт прекрасное будущее, и что я предназначена для благородного дракона.

— Я же сказал, этим займётся Высшее Собрание, — сухо поясняет он и почему-то отводит свой взгляд…

Всё-таки этот Эммет Ворн неплох, и как дракон, и как мужчина… Мы бы с ним точно поладили. Но дурацкому артефакту вздумалось свести меня с тем, кого я ненавидела больше всего на свете!

— Я могу хотя бы узнать его имя? — настаиваю я на своём, всё ещё горячо надеясь на то, что Вернон Фарг не единственный свободный мужчина в семействе Фаргов, и я не его истинная. — Но… достопочтенный драк Ворн, почему я сейчас разговариваю с вами, а не с ним? Ему так нужна жена, что он даже не удосужился сюда приехать?!

В душе зарождается слабая надежда на спасение. Ведь Вернона Фарга тут нет, это факт. А драконы, которым позарез нужна истинная или же просто шанайра, находятся все здесь, на этом отборе невест.

— Иногда такое случается. Некоторые драконы настолько заняты архиважными делами, что не могут присутствовать здесь лично, — встревает в наш разговор распорядитель этой церемонии, который умудрялся следить за всем, что происходило в зале. — Госпожа, для вас уже приготовили новое, достойное вас одеяние, взамен этого…

Его «госпожа» резанула мне слух.

Хм, очень непривычно, но о-очень приятно. Боюсь, что мне понравится быть госпожой…

— Да как ты смеешь предлагать такое шанайре?! — возмущается вдруг Эммет Ворн, хотя я совсем не прочь поменять платье худосочной Амауры Кэлэбрант на другое, побольше.

— Но я всего лишь выполняю приказ Высшего Собрания! — оправдывается распорядитель с таким несчастным видом, что мне даже становится его жаль.

— Нет, нет, я согласна! Я мечтаю об этом с того момента, как влезла в это тесное платье. Ещё немного, и оно разойдётся у меня по швам, и все мои женские прелести выскочат наружу, — вдруг прорывает меня, но при виде удивлённых мужских лиц я понимаю, что для госпожи наговорила тут много лишнего. — Достопочтенный драк Ворн, вы же этого не хотите?

На что драконьи глаза вспыхивают, и мне становится ясно, что именно этого он больше всего и хочет.

Ох уж эти мужчины!

— Ваше желание для меня закон, дорогая Альтея…

Моё новое платье настолько прекрасно, что я замираю в восхищении. Но ещё больше меня поражает то, что какая-то девушка с готовностью начинает мне помогать надевать его на себя. Как будто я настолько неумелая, что не могу это сделать без посторонней помощи.

А когда я хочу выпроводить её из комнаты, эта милая девушка называет меня вдруг госпожой. Только тогда до меня доходит, что она моя служанка, которая всего навсего выполняет свою работу…

Ещё совсем недавно я была на её месте, и вот я уже в числе избранных. Кажется, я никогда к этому не привыкну. Но это самое безобидное из всех моих проблем. А вот как мне быть со своим женихом?

В памяти сразу же всплывает властное лицо Вернона Фарга. Его крепко сжатые губы, полыхающие странной заинтересованностью глаза и его большие ладони с длинными холёными пальцами.

«Я в тебе не ошибся. Ты именно та, которую я искал».

Меня до сих пор трясёт от одного только воспоминания об этом.

И это он сказал после того, как я ему призналась в том, что ненавижу его.

Да что с ним не так?! Пускай драконы не умеют любить, но даже им нравятся, когда их любят! А этот хочет, чтобы его ненавидели…

— Вы не против, если я на время стану вашим наставником и другом, милая Альтея? — предлагает мне Эммет, когда я выхожу к нему в непривычном для меня образе госпожи.

Бесспорно, я ему нравлюсь. Но я не могу забыть того, что ещё утром я для него словно бы не существовала.

Почему-то тогда его не волновали мои «чудесные глаза цвета моря», и он в упор не видел моих красивых волос. Хотя я-то его запомнила, когда проходила мимо него со своей госпожой Амаурой Кэлэбрант… Тьфу ты, никакая она мне не госпожа. Я теперь сама такая.

— И как долго вы собираетесь быть моим другом? — улыбаюсь я дракону.

— А это всё зависит от вас.

— Да неужели? По-моему, от меня сейчас ничего не зависит. Что толку от того, что я стала госпожой? Опять кто-то будет решать, как мне жить. Но раньше я хотя бы могла выбрать себе мужа…

— Это же великий дар! Да, быть Истинной огненного дракона непросто, но это честь для любой шанайры.

Вот счастье-то привалило… Ненавижу драконов! Без них в Астрофейрии дышалось бы намного легче. Но они тоже из крови и плоти, и у них тоже есть слабые места, которые, к счастью, я хорошо знаю…

От этой мысли я аж вздрагиваю.

Великая Эббет, помоги мне! Почему это происходит всё чаще и чаще? Откуда у меня такая ненависть к драконам, и почему я знаю то, чего не должна знать?!

— Достопочтенный Драк…

— Эммет. Я прошу вас называть меня по имени, дорогая Альтея, — улыбается дракон и целует мне руку.

— Хорошо, — смущаюсь почему-то я, и под предлогом плохого самочувствия сбегаю от него в апартаменты для шанайр.

Но не успеваю я дойти до своей новой комнаты, как в спину мне прилетает порция яда от своей прежней хозяйки:

— Думаешь, на тебя свалилась милость богов? Дурочка, мне тебя даже жаль…

— Это почему? Потому что я стала истинной, а вы даже со своими землями и замком никому не нужны?

— Но я хотя бы останусь живой и здоровой.

— И?? — усмехаюсь я на зло ей.

— Между прочим, у того дракона, с которым тебя соединил артефакт, уже есть жена! И он не променяет её ни на кого, даже на свою Истинную. А ещё у него очень дурная репутация. Поговаривают, что он занимается запрещённой зеркальной магией… Думаю, ты сгинешь ещё до того, как успеешь запачкать своё новое платье.

Теперь мне уже до смеха. Но, вопреки всему я смотрю на Кэлэбрант со снисходительной улыбочкой. Не хочу показывать ей свою слабость. Не хочу, чтобы она догадалась, как мне сейчас страшно. Но это состояние лишь подстёгивает мою злость…

Вот только ненависть такая коварная штука, её нельзя спрятать в карман и забыть о ней раз и навсегда. Она всё равно рано или поздно вырвется наружу.

Треклятый Азраддон, я же теперь шанайра, мне нельзя так поступать! Одно дело подстраивать своей госпоже мелкие пакости, и совсем другое выступить против шанайры в открытую. Но эта гидра столько надо мной издевалась, что я просто не имею права оставить её безнаказанной.

Недолго думая, я ловко сдёрнула с головы Амауры Кэлэбрант её накладные волосы… сверкнула лысина в обрамлении редких кудряшек и её перекошенное от ужаса лицо.

Её тайну знала только я и ещё одна служанка. Каждое утро одна из нас расчёсывала эту шикарную копну волос. После чего госпожа требовала делать ей высокую причёску и лепить этот шедевр одного очень известного цирюльника на свою голову.

Я точно знала, что эти накладные волосы имелись у Амауры Кэлэбрант в одном экземпляре. Она была не настолько богата чтобы позволить себе заказать ещё одни. Ведь достать человеческие волосы такой длины в Астрофейрии было почти невозможно. Женщина с короткой причёской считалась здесь непристойной, поэтому никто не хотел расставаться со своими волосами даже за хорошие деньги. Недаром хозяйка всегда порывалась заполучить мои, причём, почти задаром. Один раз она даже пыталась состричь их у меня тайком, когда я спала.

Поэтому я с огромным удовлетворением выбрасывала сейчас её накладные волосы в окно. Как раз туда, где за забором бегали злющие церберы, охраняющие замок Лимбардуса Третьего.

Думаю, эти милые псинки в момент разорвут в клочья то, чем незаслуженно гордилась шанайра Кэлэбрант. Благо у каждого из них имелось по три головы с мощными челюстями и огромными зубами…

Ну вот, справедливость наконец-то восторжествовала!

Мои губы сами по себе растянулись в улыбку. И в то время, когда Амаура с вытаращенными глазами помчалась в свою комнату, я направилась на поиски Эммета Ворна…

— Достопочтимый драк, то есть, Эммет, не могли бы вы уделить мне немного внимания? — произнесла я и опять смутилась.

Странно, его взгляд словно бы обволакивал меня с головы до пят. Такие красноречивые мужские глаза скользили по мне, заставляя меня волноваться.

Но сейчас это было совсем некстати. Вот если б тупая провидица со своим артефактом связала мне с Эмметом Ворном, а не с самым ужасным драконом на свете, я бы тогда отдалась своим чувствам. А так, не стоит даже и мечтать об этом…

В раскрытое окно дул прохладный даже для астрофейрийского жаркого лета ветерок. Мы стояли с драконом в каменном коридоре, и я невольно любовалась на то, как развивались на ветру его длинные чёрные волосы. Глаза у него были цвета дикого мёда, и смотрел дракон на меня так, что от восторга у меня замирало сердце…

— Но вы же хотели отдохнуть, дорогая Альтея.

— Знаете, когда в одном месте собираются шанайры со всей Астрофейрии, особо не поотдыхаешь.

— Согласен. От волнения некоторые девушки теряют всё своё воспитание.

— А некоторые ещё и волосы, — ворчу я себе под нос, после чего громко добавляю: — Это правда, что у моего истинного уже есть жена? Но тогда зачем ему я?!

Ноздри дракона напрягаются. Он недовольно поджимает губы и отворачивается.

— К сожалению, некоторые девушки являются шанайрами не по праву. Неудивительно, что они завидуют тем, кто является настоящей Истинной, — наконец чётко произносит Эммет и пристально смотрит мне в глаза. — Вам следовало сорвать с неё не только волосы, но и голову. 

— Вы за мной следили?!

— Скорее, присматривал. Я же беспокоюсь о вас…

— С чего бы это? — возражаю я, а у самой кровь стучит в висках так, будто кто колотит молотом по наковальне. — Эммет, я никогда не буду вашей, вы же это понимаете?

— Я отказываюсь что-либо понимать, когда дело касается вас, Альтея. И да, у вашего истинного уже есть женщина, которую он почему считает своей женой. Глупец!

— Назовите его имя, прошу вас… — в сердцах я беру его руки в свои. Но сейчас я сама не понимаю, что делаю.

— Увы, это небезызвестный всем Вернон Фарг, правитель Змеиных Скал и всех земель за Огнедышащей Грядой… Как видите, ваш будущий муж очень богат…

После того, как прозвучало ненавистное мне имя, я уже ничего не слышала. Я просто смотрела на губы дракона и думала о том, что боги сыграли со мной злую шутку.

Надо же, когда-то у меня получилось от него сбежать, и для приютской девчонки я смогла неплохо устроиться в жизни. Я даже умудрилась каким-то непостижимым для меня образом стать шанайрой. И после этого какой-то дурацкий артефакт отдаёт меня Вернону Фаргу со всеми потрохами! Где справедливость в этом мире?!

Я стояла ни жива, ни мертва, душевно раздавленная и опустошённая.

Треклятый Азраддон, наверное, я всё-таки слишком откровенно смотрела на губы Эммета. Но я просто хотела его лучше понять, потому что от шока почти не слышала его пламенную речь. А он, видно, не так меня понял…

Когда он неожиданно наклоняется ко мне, и его полураскрытый для поцелуя рот тянется к моему, у меня перехватывает дыхание. А моё сердце колотит по рёбрам словно копыта единорога по дворцовому камню.

Даже не сомневаюсь в том, что он, как и остальные мужчины попытается заполучить меня с первого раза. Но я ещё никому это не позволяла, и менять свои правила ради дракона я не собираюсь.

Но его страсть меня ошеломляет… а дальше происходит то, чего я от него совсем не ожидала. Только что твёрдые и требовательные губы дракона становятся вдруг невыносимо чувственными и нежными. Настолько, что на какое-то время я забываюсь… А когда прихожу в себя, то понимаю, что нечто влажное и холодное скользит по моей шее…

Я отстраняюсь от дракона и с ужасом наблюдаю за тем, как из его приоткрытых губ тянется блестящий змеиный язык с раздвоенным концом. Сейчас он извивается около мужского подбородка, а ещё недавно эта омерзительная штука ласкала мне шею и откровенно скользила вниз…

Великая Эббет, но он же в человеческом обличии! Как такое возможно?!

Это стало для меня настоящим потрясением. Но ещё больше меня возмутило то, что Эммет повёл себя по отношению ко мне непозволительно. Ведь он едва не облапал мне грудь своим драконьим языком!

Не успела я опомниться, как моя рука дёрнулась и… отвесила дракону звонкую пощёчину. Правда, я сразу же пожалела о содеянном, но было уже слишком поздно…

— О боги! Альтея, простите меня! Я повёл себя как неотёсанный сапожник! — воскликнул в сердцах Эммет, и на благородном лице дракона застыло такое раскаяние, что я просто не смогла его не простить. В конце концов он же раскаялся, а это самое главное.

— Эммет, что это было?! И часто с вами такое случается?

— Не поверите, но со мной такое впервые, — обескураженно замечает он. — Я всегда сдерживал своего Змея, всегда! Вы не должны были этого видеть.

Я застенчиво улыбнулась.

Вот и замечательно… влюблённого дракона убить проще простого.

Несмотря на всё его обаяние, он один из них. А хороший дракон — это мёртвый дракон.

Эта мысль вспыхнула и ужаснула меня сильнее, чем проступок Эммета. Я со страхом посмотрела на дракона и поняла, что впервые испугалась не за себя, а за кого-то другого.

Треклятый Азраддон, только не с ним, только не сейчас!!!

На следующий день замок Лимбардуса Третьего поразил меня звонкой тишиной и пустыми коридорами. Все шанайры, драконы и гости ежегодной церемонии, на которой выбиралась Истинная, разъехались по своим замкам и домам. Здесь остался лишь регент Рамиел II, который получил этот замок вместе с титулом, и драконы из Высшего Собрания. Эммет Ворн тоже почему-то не уехал. Может, он просто не захотел оставлять меня здесь одну?

Что-то мне подсказывало, что такой казус с Истинной случился у драконов впервые. По-моему, старейшины просто не знали, что со мной теперь делать. Не каждый год дракон-счастливчик, которому досталась Истинная, не приезжал за своей избранницей.

Конечно, драконом такой поворот очень не нравился, меня же распирало от радости. Я наслаждалась своей неожиданной свободой и затишьем перед бурей, приближение которой я ощущала всё сильнее и сильнее. Отчего я не просто так слонялась по полупустому замку. Я вынюхивала и впитывала в себя о драконах всё, что могло пригодится мне в будущем. А поскольку защищать меня было некому, то я готовилась к встрече с Верноном Фаргом так, как готовятся к схватке с заклятым врагом.

Всё-таки я не понимаю, зачем огненному дракону понадобилась девчонка из приюта? Тогда Вернон Фарг ясно дал мне понять, что искал именно меня. И какая ирония — спустя столько лет меня отдали именно ему!

Неожиданная мысль заставляет меня подскочить на месте.

Великая Эббет! Я же за это время сильно изменилась. Та нескладная девчонка исчезла, а вместо неё появилась хорошенькая девушка, которая уже успела разбить парочку мужских сердец. В конце концов, у меня же на лбу не написано, что я — Альтея Арро! К тому же, как шанайра я теперь могу взять себе любое имя, например, Дриана. Так звали одну торговку, которая приносила в наш приют излишки далеко не свежей рыбы.

Хм, Дриана… по-моему, звучит неплохо.

Но что мне делать со своими зелёными глазами? Вернон Фарг их точно запомнил, в этом я даже не сомневаюсь. Ведь это из-за них он называл меня дикой кошечкой. И говорил, что таких зелёных глаз как у меня нет больше ни у кого.

Наверняка он заполнил и мои огненно-рыжие волосы. Но с этой проблемой я разобралась сразу же, как только покинула приют. Благо в тот год уродилось много трав.

Для этого я купила у сильфид пыльцу призрачного папоротника и сделала точно так, как они мне сказали. А уже на следующий день я проснулась с волосами цвета тёмного пепла.

К сожалению, цвет глаз нельзя изменить с такой же лёгкостью, как цвет волос… Или всё-таки можно? Что если я найду для этого сильную потомственную ведьму? Но такие чары наверняка стоят недёшево, да и где я найду здесь такую ведьмачку?

На моё счастье мне не пришлось долго мучиться этими вопросами, потому что вскоре пришёл Эммет и сообщил мне, как он выразился, прескверное известие. Настолько, что я едва сдержалась, чтобы от радости не броситься ему на шею.

Оказывается, только что в замок прибыл почтовый грифон с письмом от Вернона Фарга. В котором, как я поняла, НЕуважаемый всеми правитель Змеиных Скал отказывался от своей истинной. То есть, от меня…

Великая Эббет, ты опять меня спасла!

— И что со мной теперь будет? — как можно печальнее интересуюсь я у дракона, а у самой сердце выпрыгивает из груди от радости.

— Не волнуйтесь, ничего плохого, это точно. Теперь вы Истинная нашего клана, и любой огненный дракон сочтёт за честь взять вас в жёны.

Не успел дракон закрыть рот, как моё настроение снова испортилось.

Ведь я ожидала совсем другого! Я горячо надеялась на то, что теперь драконы оставят меня в покое, что они просто забудут о моем существовании…

— Я понимаю, вы очень расстроены. Но дело вовсе не в вас, дорогая Альтея, а в этом глупце Верноне Фарге! Он нанёс оскорбление не только вам, но и всем драконам Огнедышащей Гряды!

— Не утешайте меня, — скорбным голосом возражаю я.

Треклятый Азраддон, мне уже не нравится быть истинной! К тому же, мне не хочется врать Эммету Ворну. Из всех драконов он единственный, который мне по-настоящему нравится. Ведь он добрый, благородный… за него бы я с удовольствием пошла замуж.

— Дорогая моя Альтея, если вы не против, то я предложу старейшинам вместо этого мерзавца себя. У меня есть связи в Высшем Собрании, надеюсь, мне не откажут… Вы бы тогда согласились стать моей женой?

Сначала я не поверила своим ушам.

«Что-то это слишком хорошо, чтобы быть правдой… Да к Азраддону все их правила приличия!» — подумала я и бросилась дракону на шею. И, судя по всему, такой ответ понравился Эммету больше, чем простое «да».

Он подхватил меня на руки с такой лёгкостью, что мне стало предельно ясно, насколько дракон сильнее меня. Я даже немного испугалась.

Ого! Неожиданно… я для него как пёрышко!

Я не привыкла, чтобы мужская власть надо мной была настолько очевидной. Меня это одновременно и пугало и злило. Скорее, даже приводило в бешенство.

Но когда Эммет начал меня целовать, причём, без змеиного языка и прочих драконьих уловок, я будто окунулась в море нежности… Неудивительно, что от блаженства у меня закружилась голова, и я вмиг почувствовала себя слабой и хрупкой. Но что самое странное, мне это ощущение безумно понравилось!

— Прошу вас, прекратите, — шепчу я из последних сил.

— Вы действительно хотите, чтобы я остановился? — откликается Эммет и пристально смотрит на меня…

В его глазах бушует такой огонь, такая страсть, что мне снова становится страшно. Я уже понимаю, что наши с ним желания не приведут ни к чему хорошему.

— Достопочтенный дракон! Сначала на мне женитесь, а уже потом делайте со мной всё, что хотите!

— Ловлю вас на слове, дорогая моя Альтея…

Только тогда до меня доходит, что я произнесла вслух то, что дракону знать не следовало.

Я ведь теперь госпожа, а они так не поступают. Ох, чувствую, не получится из меня настоящей шанайры, ох не получится…

И, как всегда, моё предчувствие меня не обмануло. Это я поняла уже на следующий день, когда меня зачем-то вызвали к Высшему Собранию драконов, которое расположилось в уже знакомом мне Рыцарском зале. Мало того, они послали за мной двух стражников!

Наверное, поэтому я чувствую себя какой-то преступницей, а не шанайрой. Я ступаю по каменному полу и будто бы ощущаю его холод. Но трясёт меня вовсе не от этого, просто мне очень страшно.

Что-то изменилось, я это точно знаю.

Едва я вошла в огромный Рыцарский зал, как мой страх сменился на первомагический ужас. Ведь кроме драконов я увидела там ту самую демонессу, которая несколько дней назад своим крючковатым пальцем указала на меня.

Рядом с ней сидела ещё одна дама, по сравнению с которой эта демонесса казалась чуть ли не прекрасной феей. Древняя и мрачная как эти стены и, судя по всему, такая же неприступная. Она сидела здесь с таким высокомерным видом, словно её окружали не самые влиятельные драконы Астрофейрии, а какой-то сброд.

Её волосы, серебристые как снег на вершинах неприступных гор — единственное, на что можно было смотреть без содрогания. Они странным образом гармонировали с её чёрным балахоном, придавая старухе особо зловещий вид.

Ведьма.

Я в этом даже не сомневалась.

Но зачем она понадобилась драконам?

— Приветствуем тебя, шанайра!.. — торжественно произнёс один из драконов. А дальше последовали слова, которые мне о-очень понравились, потому что они восхваляли лучшую из лучших… то есть меня, Альтею Арро.

От таких хвалебных речей я стразу же расслабилась, но когда меня начали расспрашивать о моей жизни в приюте, я вновь почувствовала неладное.

Итак, их заинтересовало моё происхождение, о котором я и сама ничего не знала. Поэтому мне пришлось рассказать им ту же историю, которую мне поведала когда-то мадам Тефания. Но моя сказочка о лесном духе, высосавшем у меня память, показалась драконам неправдоподобной. Впрочем, как и мне когда-то.

Но, на то она и сказка в конце-то концов!..

Не успела я закончить, как ведьма вдруг меня прервала и жестом подозвала к себе.

На негнущихся от страха ногах я подошла к сидящей в кресле старухе и наклонилась к ней.

— Хе, хе, я вижу, у огненных драконов серьёзные проблемы, коли их артефакт вместо достойной шанайры выбрал тебя! — пробормотала ведьма мне на ухо.

От слов ведьмы по моей коже пробежал первомагический холод и своей ледяной костлявой рукой сжал мне горло. Я перестала дышать и невольно уставилась на её огромные перстни, которые и украшениями язык не повернулся бы назвать, настолько они показались мне жуткими. Особенно один из них, самый крупный, со змеиным глазом вместо камня.

Мне даже померещилось, что его узкий зрачок посмотрел сейчас прямо на меня, отчего я отшатнулась от старухи как от огня.

— Магии в ней даже больше, чем нужно, — вслух заявила ведьма.

Она ухмыльнулась, и между её сморщенных старческих губ показались отвратно жёлтые зубы.

— Как это понимать? — переспросил её тот самый дракон, который разговаривал со мной от имени Высшего Собрания, и который, судя по всему, был здесь главным. — Больше для чего?

— Для шанайры, конечно же! Ведь для того, чтобы ложиться под дракона, а потом рожать ему детей, много магии не нужно.

Ведьма снова мерзко захихикала. Я же из всего сказанного поняла лишь одно — я не такая как все шанайры. А может, я вообще НЕ шанайра, Азраддон на мою голову?!

— Значит, она всё-таки Истинная?

— Смотря для кого… Вам всем нужно кое-что увидеть, а потом вы сами будете решать, истинная она или нет. Но магии в ней предостаточно, иначе она просто бы не выжила после прохождения через Врата.

Ведьма подняла руку и щёлкнула пальцами.

Откуда не возьмись около неё появляется высокий юноша в таком же чёрном балахоне, как и у неё. Он застывает перед ведьмой, не сводя с неё преданного взгляда.

— Лэвиассан, мальчик мой, приведи сюда снежного чахрейна. Только не забудь огненный хлыст…

Мне это всё очень не нравится. Невольно я оглядываюсь на Эммета Ворна, который находится здесь только ради меня, и с надеждой смотрю на него. В ответ идеально очерченные губы дракона растягиваются в очень сдержанную улыбку.

Хм, и на том спасибо. Но мог бы меня хотя бы предупредить о том, что драконы собираются устроить мне какую-то проверку.

Когда раздаётся гулкий стук копыт, который благодаря каменным плитам слышится за несколько залов отсюда, моё нутро сжимается в тугой напряжённый узел. Я даже не догадываюсь о том, что мне сейчас предстоит. Но я уже заранее знаю, что мне это не понравится.

Что за дурацкая идея привести сюда чахрейна, да к тому же ещё снежного? Этого почти неприручаемого коня-убийцу?! А вдруг он вырвется и начнёт носиться здесь, кусая и колошматя всех подряд?!

Хотя, на взрослых драконов он вряд ли осмелится напасть, а вот девушку, то есть меня, он размажет по полу как мошку. И никто не успеет меня защитить.

К своему ужасу я вскоре понимаю, что спасать меня здесь никто и не собирается. Потому что все драконы тут же встают со своих кресел и отходят от меня как можно дальше. А ведьма тем временем одним движением руки рисует вокруг меня огромный магический круг. Защитный. Из которого уже никто не сумеет выйти. В моём случае этот «никто», судя по всему, я и… неужели вон тот огромный чахрейн?!

Не веря своим глазам, я наблюдаю за тем, как помощник ведьмы ведёт ко мне снежного чахрейна. Тот упирается, но огненный магический хлыст, петлёй завязанный на его шее, заставляет коня подчиняться.

Когда-то мне эти зверюги безумно нравились за их белоснежную гриву и хвост, за необычные для чахрейнов перепончатые крылья, и за независимый свободолюбивый характер… Меня даже не смущали их клыки, которыми они могли разрывать свою жертву на части.

Но так было раньше. Сейчас я предпочитала бы любоваться их красотой за пределами магического круга.

— Перестаньте, так же нельзя! — слышится вдруг возмущённый голос Эммета. — А что если она обычная шанайра?! Я не желаю просто стоять и смотреть на то, как чахрейн будет убивать мою невесту!

— Невесту? Хе, хе, хе… — рассмеялась ведьма, издавая горлом какое-то бульканье. — Красавчик, а как ты собираешься с ней спать? Станешь прятать под подушку клинок? Или на всякий случай будешь на ночь связывать свою жену?

— Ещё ничего не известно. В Астрофейрии не только она носит фамилию Арро, а мы уже сажаем её в магический круг с чахрейном!

Неожиданно в ведьминской руке появляется огненный магический кнут, и не успеваю я и глазом моргнуть, как этот пылающий смертоносный хлыст уже рассекает воздух…

Не знаю, как у меня это получилось. Но когда я увидела, что старуха взмахнула кнутом, то сразу же сдёрнула со своего платья пояс и вмиг обмотала им ладонь. Ловким движением, так, будто мне каждый день приходилось оттачивать это мастерство, я перехватила светящийся кнут прямо у себя над головой.

Один рывок, и вот уже извивающийся магический хлыст в моей руке…

— Ты всё ещё за неё переживаешь? — проскрипела старуха, глядя на Эммета Ворна. — Думаешь, она не сумеет за себя постоять?!

Дракон даже не успел ей ответить, как ведьма щёлкнула пальцами, и кнут в моей руке исчез. Одновременно с этим помощник запустил в магический круг чахрейна. Я же застыла в нескольких шагах от коня-убийцы, который зачем-то резко сложил свои перепончатые крылья.

На раздумья нет времени. Откуда-то я точно знаю, что чахрейн собирается на меня напасть, и сложенные крылья прямое тому доказательство.

Я смотрю зверюге в глаза и вижу в них только ненависть…

Он рождён, чтобы убивать. И я точно знаю, что в этом мы с ним очень похожи.

Ну что ж, подходи ко мне ближе, дружок. Я как раз подыскиваю себе боевого коня с крыльями. Будем охотиться на драконов вместе…

Не успела я и глазом моргнуть, как очутилась на спине этого великолепного монстра.

Со всей силы я обхватила ногами его бока, а мои пальцы намертво вцепились в его белоснежную гриву…

Он носился подо мной как бешенная химера. Чахрейн то взмывал на самый вверх к узорчатому своду Рыцарского зала, то камнем падал вниз. Он очень старался сбросить меня со спины, но каким-то чудом мне удавалось держаться на нём верхом.

Не знаю, сколько прошло времени с того момента, как началась эта гонка. Но через какое-то время конь всё же выдохся, и мне удалось заломить ему крылья так, что он вмиг стал послушным как котёнок.

Но не успела я насладиться своей победой, как магический круг исчез, и драконы начали возвращаться на свои места. Но перед этим ко мне подошёл молодой помощник ведьмы и накинул на шею чахрейна огненную петлю.

Я смотрела, как уводят поверженного мною коня, и в душе у меня разливалось странное сожаление. Почему-то мне было перед ним стыдно. Ведь он такой же, как и я, этот чахрейн ни в чём не виноват. Нас с ним просто использовали.

Прости, друг. Когда-нибудь я отомщу драконам и за тебя, и за себя. А ты ещё будешь рассекать крыльями облака, поверь мне…

Неожиданно чахрейн обернулся и посмотрел мне прямо в глаза. И, треклятый Азраддон, если мне это показалось! Но только что этот конь прочитал мои мысли!

Для меня это стало последней каплей.

Не помня себя от волнения, я бросилась к Эммету Ворну, мне захотелось найти у него защиту от всего этого сумасшествия. В конце концов, он сам назвал меня своей невестой. При всех…

Но когда я подбежала к дракону и протянула к нему руки, он от меня почему-то отшатнулся. Поэтому я тут же сделала шаг назад и поклонилась ему так, как делала это раньше, когда была служанкой.

Наверное, я всё-таки поторопилась. Не стоило выставлять напоказ наши с ним доверительные отношения.

— Извини. Но ты мне сейчас нужен как никогда! — выдохнула я в надежде на то, что в этот раз он меня не отвергнет.

Но я опять ошиблась, потому что не успела я закрыть рот, как глаза Эммета округлились и… дракон отскочил от меня с таким видом, будто ему под нос сунули дохлую химеру.

Великая Эббет, помоги мне… Я ожидала от него чего угодно, но только не этого.

— Эммет, что происходит?! — Я произношу это едва слышно, потому что от потрясения у меня перехватывает горло, и каждое слово даётся мне с большим трудом.

На самом деле мне хочется сейчас орать во всю глотку, я жажду для себя справедливости. И, как грозовые тучи над морем во мне растёт ненависть.

Неужели для него так важно, настоящая я шанайра или нет? Ведь я же ему нравилась, я это точно знаю!

— Не подходи ко мне, Альтея. Я в тебе сильно ошибался, — хрипит взволнованно дракон, делая от меня шаг назад. — Мне стыдно за то, что я оказался таким глупцом. Мне этот позор долго ещё не смыть…

— Позор?!

— Конечно! Ведь ты мне понравилась как раз за то, что ты не такая как все! В тебе я нашёл то, что не увидел ни в одной шанайре. Твоя прямота, искренность, смелость… я должен был догадаться.

— О Великая Эббет, догадаться о чём?!

— Откуда ты только взялась на мою голову, ведь вас всех перебили несколько астрофейрийских веков назад! — Он словно бы не слышал меня и продолжал возмущаться.

Я же ничего не понимала. Совершенно ничего.

Сейчас я казалась себе беспомощным детёнышем гаргулей, добрая половина которых не доживала и до года. Из них вырастали и становились сильными лишь те, кого не бросили родители, о ком заботились…

— Вас? Кого ты имеешь в виду?! Эммет, хватит говорить загадками! Ты здесь единственный, на кого я могу…

— Даже не произноси моё имя! Забудь меня, слышишь? — с неожиданной для меня злостью откликнулся тот. Он даже не дал мне закончить, подлый драк.

Забыть тебя? Ещё чего! Придёт время, и я отомщу тебе, Эммет Ворн, «благороднейший» из драконов…

На этот раз я даже не стала отчитывать себя за непозволительные мысли, потому что я, Альтея Арро, их полностью поддерживала. Но кроме всего прочего, в моей душе разливалось странное удовлетворение.

Да, я сейчас откровенно ненавидела того, кто мне ещё совсем недавно безумно нравился. Но кроме этого меня прямо-таки раздирало от гордости за то, что Эммет Ворн сейчас меня откровенно боялся. Я видела страх в его драконьих глазах, и мне это безмерно нравилось.

— Уведите её, — приказал стражникам тот самый дракон, который говорил со мной от имени Высшего Собрания.

— Что вы со мной сделаете? Накинете мне на шею магическую удавку, как тому несчастному чахрейну? — спокойно поинтересовалась я у него.

— Надеюсь, до этого не дойдёт дело. Какая б вы не были, но артефакт указал на вас, а он никогда не ошибается. Так что всё-таки вы шанайра. Очень необычная, опасная, но всё же шанайра. Поэтому… — старый дракон ненадолго задумался и продолжил уже уверенным голосом. — Высшее Собрание решит, что с вами делать. Но одно я знаю точно, любая шанайра должна выполнять своё предназначение.

Когда меня привели в отведённую для меня комнату, я уже почти успокоилась.

Я обвела глазами свои новые покои, увидела на окнах кованые решётки и усмехнулась.

В приюте нам всегда внушали, что дракон — это благородная душа, заключённая в идеальную форму. Но я начинаю прозревать. Я уже понимаю, что это далеко не так.

Всего навсего они самые могущественные в Астрофейрии. Но сила и благородство — далеко не одно и тоже…

С этого дня время для меня потянулось мучительно медленно, совсем как повозка городского старьевщика. И только лишь через несколько дней эти мерзавцы наконец-то придумали, что им со мной делать: они решили отдать меня тому, для кого я изначально предназначалась… Вернону Фаргу!

Я никогда не забуду, как драконы выпроваживали меня из замка. Они это делали совсем как сборщики мёда, которые прежде чем забраться в гнездо к диким пчёлам, начинали их оттуда выкуривать.

Для меня это, конечно, было возмутительно. Но, несмотря на весь этот беспредел, драконы меня почему-то боялись, и мне это очень нравилось.

— Ваше Высшее Собрание состоит из одних глупцов! — орала я на их главного старейшину, который пожаловал ко мне сегодня в окружении нескольких стражников. — Неужели непонятно, ему не нужна Истинная! Он никогда не согласится стать моим мужем, а значит, и детей у нас тоже никогда не будет!

— Рано или поздно он подчинится и возьмёт вас в жёны.

— Но вы же понимаете, что для этого ваш Вернон Фарг должен избавиться от той, которую он считает своей настоящей женой!?

— Ему уже направлено письмо, — произносит дракон и сразу отводит взгляд. Затем он прокашливается и только после этого добавляет: — В нём Высшее Собрание повелевает ему принять Истинную как полагается. А также напоминает о том, что ему непозволительно иметь двух жён…

— Да плевать он хотел на ваше письмо! Разве не Вернон Фарг поклялся больше не приезжать в Гревиллдейл? А кто отказался подчиняться регенту Рамиелу II?

Об этом знала вся Астрофейрия, такое не могли скрыть даже драконы. Но меня никогда не волновали их дела, если это не касалось, конечно, ненавистного мне Вернона Фарга. О нём я старалась знать всё и в мельчайших подробностях.

Правда, сидя безвылазно в родовом замке Амауры Кэлебрант многого не узнаешь. Именно поэтому мне приходилось подпаивать городских торговцев так, чтобы у них хорошенько развязывались языки…

— Ваш жених очень богат, поэтому наряды и всё необходимое для шанайры он купит вам сам.

Я усмехнулась.

Глупый старик, он пропустил мимо ушей всё, что я ему сказала! Должно быть я затронула больную тему не только для него, но и для всего Высшего Собрания. Но я и так уже поняла, что для них независимый Вернон Фарг как кость в горле.

— Думаете, что я сверну шею его даме как крылья тому несчастному чахрейну? Вы же этого от меня ждёте? Так вот, даже и не надейтесь, — с улыбочкой заявляю ему я. — Огненным драконом долго придётся ждать потомства от Истинной. Во всяком случае, от меня они его точно не дождутся.

На следующий день прислуга сложила все мои скромные пожитки в корзину и отнесла их в карету, поджидающую меня около центральных ворот замка. Но я не пошла вслед за служанкой как послушный детёныш единорога. Вместо этого я отправилась на поиски той ведьмы, которая придумала для меня испытание со снежным чахрейном. И вовсе не для того, чтобы ей отомстить. Просто я решила провернуть одно дельце, которое я задумала ещё несколько дней назад, и которое могла исполнить только сильная потомственная ведьма. А узнать, где живёт эта старуха, оказалось для меня проще простого, пройти незамеченной мимо стражников — тоже.

Как я и думала, ведьма жила не в городе, а там, куда обычные жители не захаживали.

С некоторой опаской я ступала по мокрому мху, по прелым прошлогодним веткам, которые почти полностью скрывали от меня тропу и надеялась на то, что не заблужусь в этой глуши.

Я внимательно смотрела себе под ноги, потому что мне бы очень не хотелось наступить на какого-нибудь ползучего гада. Да, чахрейнов я уже не боялась, драконов тоже, а вот змеи до сих пор вызывали у меня жуткий страх.

Этот каменный дом, полностью заросший мхом и лесной повиликой, я заметила сразу. Он стоял у самой кромки леса, и внешне очень напоминал свою хозяйку. Такой же старый, обветшалый и… зловещий.

— Я знала, что ты ко мне пожалуешь, — с порога заявила мне старуха, едва я отрыла покосившуюся дверь её дома и вошла внутрь под противный скрип железных петель.

— Сразу предупреждаю, я пришла с миром.

Вопреки себе я улыбаюсь ведьме. Мимоходом я окидываю взглядом дом, и моя улыбка моментально слетает.

Внутри её жилище выглядит даже хуже, чем снаружи, такое же ветхое и жутковатое. Но больше всего меня пугают прозрачные склянки на полках, в которых закупорена какая-то мерзость.

— Ещё бы… — хихикает ведьма, буравя меня хитрым взглядом. — Я тебя тоже предупреждаю, со всеми вопросами о том, кто ты и что ты — к драконам.

— Даже не намекнёте?

— Я больше века на них работаю и не собираюсь ничего менять. Дальше продолжать?

Я тяжело вздыхаю.

Вообще-то я шла сюда не для этого. Но я всё же надеялась на то, что старуха будет ко мне более благосклонной.

— Мне нужно прямо сейчас изменить цвет моих глаз, — выкладываю я ей без утайки и всяких там вступлений.

— И что у тебя тогда останется? — усмехается старуха, усаживаясь на грязную лавку. — Ведь от настоящего цвета волос ты уже избавилась, а всё остальное у тебя так себе…

— Мне сейчас не до красоты!

— Понятно… я бы на твоём месте лучше б спрятала от дракона своё сердечко, чем всё остальное. Я слышала, твой Фарг редкостный красавчик и знает, как обращаться с девушками… — проскрипела ведьма и противно захихикала.

К сожалению, я прекрасно знала, как выглядит Вернон Фарг. Мне до сих пор снились его чёрные как сама бездна глаза, в которых полыхал огонь. Но восторга по поводу его красоты я не испытывала. Да, умом я понимала, что он хорош собой, но сердце кричало мне об обратном.

После того, как я сбежала с приюта, я ещё долгое время шарахалась от всех красавчиков, встречающихся на моём пути. Оттого что все они напоминали мне Вернона Фарга, моего ненавистного преследователя, моего врага. Так что мне не грозило воспылать к нему страстью, поскольку нельзя полюбить того, кого ты боишься…

К тому же торговцы, которым приходилось бывать на его Змеиных Скалах, рассказывали о нём страшные вещи. До меня даже доходили слухи, что Вернон Фарг занимался не только запрещённой в Астрофейрии зеркальной магией, но и кое-чем похуже…

Честно говоря, мне в это не очень-то верилось. Зачем ему идти на такой риск? У него и так денег полным-полно. Земли, которыми он владел, приносили ему столько, сколько другим драконам и не снилось. Недаром Фарга недолюбливали даже огненные драконы, а о других кланах и говорить нечего. А если ещё вспомнить его неповиновение Рамиелу II…

— О чём вы, какое ещё сердечко?! Это дурацкое Высшее Собрание меня ему просто навязывает! Нам обоим это не нужно, и вряд ли после этого у нас ним сложатся нормальные отношения…

— Зачем тогда хочешь спрятать от него свою красоту?

— Может, тогда он меня просто отпустит и всё, — на ходу придумываю я, чтобы у старухи не закралось насчёт меня подозрение.

— Хе, хе… зря ты на это надеешься, драконы от своего никогда не откажутся.

— Даже если им это не нужно?

— Шанайра да не нужна? Плохо же ты знаешь драконов…

— Вы мне поможете или нет? — Я уже начинаю терять терпение.

Похоже, мне прямо сейчас придётся искать другую ведьму, посговорчивее, чем эта.

— Отказаться от такой красоты? Давненько мне не попадались зелёные, словно змеевик, глазки. Я, может, и старая, но из ума ещё не выжила.

Неожиданно ведьма растопырила свои крючковатые пальцы и поднесла их прямо к моему носу. От неожиданности я даже невольно отшатнулась.

— Вы что делаете?!

— Ты же хотела от меня новые глаза? Ну… выбирай любые!

Я ошарашенно смотрю на её старческие узловатые пальцы и первым делом замечаю грязные ногти. Они у неё очень длинные, кривые и жёлтые, то ли от старости, то ли от вонючего зелья, которое курят многие астрофейрийские ведьмы. И только потом я обращаю внимание на её странные огромные перстни, которые выглядят как откровенные дешёвки…

Треклятый Азраддон, да это же глаза!

При первой нашей с ней встрече в замке Лимбардуса Третьего я заметила у ведьмы перстень со змеиным глазом. Я ещё подумала тогда, что недопустимо так поступать даже с ползучими гадами…

С ужасом я рассматриваю её украшения, в оправе которых вместо дорогих камней красуются чьи-то глаза. Причём, человеческие и живые! Великая Эббет, дикость какая! Ведь они смотрят на меня вполне осмысленно, некоторые даже умудряются каким-то образом вращаться!

— Что я должна выбирать? — бормочу я растерянно. — Хотите сказать, что вы не собираетесь просто поменять цвет моих глаз? Вместо этого вы намереваетесь вытащить у меня мои глаза и вместо них вставить другие?!

— Ну конечно же! А по-другому никак. Есть ещё один способ — смочить глаза соком бледного мертвяка, что растёт на болотах. Но его хватит ровно на день, да и слепой после него можно остаться.

Мой взгляд так и липнет к жутким перстням на ведьминских пальцах…

Другого выхода у меня нет. Или я позволяю ведьме сделать с собой это, или дракон сотворит со мной такое, что мне точно не понравится. Не спроста же Вернон Фарг искал меня по приютам, а потом ждал моего совершеннолетия.

— Это очень больно? — спрашиваю я ведьму, трясясь от страха.

— Не очень. Зато я с тебя не возьму ни лимбарда! Это будет чистый обмен.

После некоторых сомнений я выбираю себе красивые глаза такого же цвета, как у одного дракона, который ещё недавно мне безумно нравился… Глаза цвета дикого мёда. Вернее, глаз, потому что в перстне он всего один. А пару для него ведьма выуживает из деревянной шкатулки, стоящей на одной из тех ужасных полок. Для этого старуха деловито выбирает из множества глаз нужный, катая их по дну шкатулки пальцем как будто это бусины…

Как и следовало ожидать, ведьма меня обманула. Её «не очень» сильная боль оказалась настолько мучительной, что почти сразу после колдовского ритуала я потеряла сознание. А когда я пришла в себя и с опаской приоткрыла веки, то увидела, как старуха уже любуется своим новым украшением.

В её перстне красуется на редкость блестящий и зелёный… нет, я не могу на это смотреть. Треклятый Азраддон, я всё-таки сделала это!

Я мигом вскакиваю с отвратно грязного пола, на котором провалялась неизвестно сколько времени.

— Можешь даже не искать у меня зеркало, — словно читая мои мысли, заявляет мне ведьма. — Чародеям запрещено у себя иметь даже осколок от него. Наш Рамиел II как огня боится зеркальной магии.

— А вдруг ты мне подсунула что-то другое? Хотя… мне уже без разницы, какого цвета будут у меня глаза.

«Лишь бы не зелёные», — добавила я про себя и пошла к двери.

— Хе, хе… выдавила в ответ старуха и одарила меня самой омерзительной улыбкой на свете…

В замок я вернулась как раз вовремя.

Судя по всему, о моём исчезновении драконам уже было известно. Весь замок кишел перепуганными насмерть стражниками, которые носились по всему замку, разыскивая беглую шанайру.

Назло всем я не таясь вошла в замок также, как из него и вышла — через кухню. Я просто открыла тяжёлую кованую дверь и с невозмутимым видом проплыла мимо удивлённой челяди. Оттуда я тут же направилась к центральным воротам и всё ещё стоящей около них карете, запряжённой парочкой мускулистых единорогов. Но не успела я присесть на мягкое сидение, как увидела на нём свежесрезанные розы. Нежно-розовые, восхитительные и благоухающие так, что мне сразу же захотелось зарыться в них лицом.

Но я сдержалась, тем более, что я заметила среди цветов записку на дорогой бумаге с гербом огненных драконов…

Смотрите-ка, у «благородного» Эммета Ворна проснулась совесть! И словно в подтверждение своих мыслей я ощутила на себе его взгляд.

Непроизвольно я посмотрела в окно кареты и тут же заметила одинокую мужскую фигуру, стоящую на одной из башен замка. Его руки были скрещены на груди, а смотрел он сейчас только на меня… Я с нетерпением раскрыла записку, но уже в следующее мгновение со злостью отбросила от себя послание огненного дракона.

Серьёзно, фейрируанский язык?! Неужели драконы не знают, что в бедных приютах его не изучают?! Конечно, нет! Разве им есть дело до обыкновенных людишек?

Сама не знаю откуда, но я знала несколько иноземных языков. И, конечно же, древнерунический, на котором общались простые жители Астрофейрии. В то время как драконы, шанайры и другие высокородные особы нашего мира предпочитали фейрируанский.

Всё же интересно, что написал мне Эммет Ворн? Наверняка это слова сожаления.

Да за кого он меня принимает? Думает, я сейчас расплачусь от умиления и побегу с ним прощаться?! Ненавижу драконов! Особенно Вернона Фарга и Эммета Ворна. Когда-нибудь они сполна мне за всё ответят…

Я открываю окно кареты и с показным пренебрежением выбрасываю в него розы.

Их сразу же втаптывают в грязь стражники, охраняющие центральные ворота замка, отчего в моей душе разливается странное удовлетворение…

Три дня пути дались мне с трудом. Я так устала от вынужденного сидения и безделья, что когда вдалеке появились устрашающие на вид Змеиные Скалы, я с облегчением выдохнула. Но когда за холмом показался огромный замок и к карете во весь опор понёсся всадник на золотом чахрейне, от страха у меня онемели ноги.

Я с ужасом смотрю на него. Лица пока не рассмотреть, но по его горделивой осанке и роскошному камзолу на нём мне и так уже ясно, что это дракон.

Как в тумане я гляжу на то, как всадник молниеносно приближается к карете…

— Рад вас видеть, моя прекрасная госпожа. — Дракон сам открывает дверь кареты и подаёт мне руку.

— И я вас, — недоумённо выдыхаю я, принимая его помощь.

Бесспорно, это лицо мне знакомо: запоминающийся волевой подбородок с небольшой ямочкой, высокие скулы и такой взгляд, что мне вмиг становится жарко.

— Вернон Фарг к вашим услугам, — представляется мне огненный дракон, откровенно пожирая меня глазами.

Я перестаю дышать.

Кто?? Треклятый Азраддон, что здесь происходит?! К счастью, с головой у меня всё в порядке, с памятью тоже. Но этот дракон кто угодно, только не Вернон Фарг!!!