Замуж против воли

Рабочий день  давно закончился, сразу идти домой не было совершенно никакого желания, поэтому я зашла в книжный магазин. Не то чтобы хотела приобрести какую-нибудь книгу, отнюдь, просто с некоторых пор пришлось приобрести привычку гулять в людных местах. А интересную историю дешевле и легче найти на какой-нибудь электронной литературной площадке. Не понравится роман – всегда можно бросить и взять новый. Хотя обычно я всегда дочитывала до конца, давая тому или иному автору шанс «исправиться». В конце концов, нередко встречались первые «пробы пера», вернее, клавиатуры, и несмотря на порой корявое начало, постепенно слог становился более чётким, сюжет закрученным, а герои начинали импонировать или, наоборот, вызывать ненависть. Тогда у автора появлялся шанс, что пойду изучать и другие его произведения. Жаль, не всегда ожидания оправдывались, но рынок самиздата был огромен, и всегда можно найти историю по душе или под настроение.

Прослонявшись немного между рядами, я свернула к полкам с фэнтези. Забавно было читать этот жанр. Особенно мне. Этакие «сказки для взрослых», несмотря на возрастные ограничения. Просто в одних романтические сцены граничили с лёгкими эротическими, а в других уже с порно, хотя встречались время от времени достойные экземпляры: без пошлости и низости, настолько чувственные, что текст поглощал от первого знака до последнего, а когда я отрывала глаза от телефона, то с ужасом понимала, что ещё каких-то два часа и зазвенит будильник, чтобы напомнить об очередном рабочем дне.

Да, именно «дне». Смена руководства фирмы не пошла на пользу никому, превратив каждый день в настоящее «дно». Сотрудники увольнялись целыми отделами, директор орал и топал ногами, брызжа слюной во все стороны, что немалая вина в этом лежала на мне. Конечно, кто же ещё, как не штатный кадровик виноват в урезании премиальной части, увеличения должностных обязанностей и невозможности взять даже пару дней за свой счёт в случае необходимости? Свадьба? Похороны? Операция у родственника, требующая обеспечения дополнительного ухода в больнице? Докажи! Доказал? Молодец, а теперь, Золушка, новый этап отбора: будем мерить лифчик! Ну, то есть ждать подтверждения от руководства уважительности причины отсутствия на рабочем месте. Надо ли говорить о том, что в восьмидесяти девяти процентах работник получал отказ? Вначале самые находчивые брали больничные, некоторые даже умудрялись их покупать, точнее, подкупать врачей, чтобы получить заветный регистрационный номер. Но экономное руководство не было бы таким, если бы не ввело новое положение о премировании: больше десяти дней за год пробыл на больничном? Тогда о какой годовой премии может идти речь? Не заслужил. Даже если пахал без выходных и перерыва на обед. И если на годовую премию работники ещё готовы были махнуть рукой, то вот вместо квартальной предпочитали распрощаться с рабочим местом. Даже я «потеряла» уже трёх коллег, оставшись в отделе вдвоём с начальником. Чего греха таить, если сама втихаря начала шерстить сайты вакансий, подыскивая уже подходящую для себя. А пока поиски не увенчались успехом, приходилось довольствоваться той работой, которую имела. Хотя в последнее время у меня появилось стойкое ощущение, что это не я её, а она меня имела. Причём в таких позах, что «Камасутра для продвинутых» казалась книжкой для детей ясельного возраста с банальными и даже несколько наивными картинками.

Листая шедевр очередного модного автора, я поймала себя на мысли, что в магазине становится подозрительно тихо, вопреки тому, что начало учебного года, и в это время куча обезумевших родителей вместе со своими чадами носится между стеллажей со списками в руках, докупая необходимое. Даже парнишка, придирчиво разглядывавший ещё минуту назад разноцветные корешки с модной нынче «бояркой», быстро поставил книгу, которую держал в руках и совершенно точно собирался купить, обратно на полку и быстро ушёл.

– Морион Леттер?
***
Приветствую всех в новой истории. Бывает так, что внезапно возникшая в голове мысль не просто начинает в ней окапываться, ища удобное местечко, а нагло требовать уделить ей внимание, распинывая конкурентов. И пока ты её не прикончишь, не уймётся. Ой, закончишь с ней. Собственно, вот так и произошло с этой книгой. За 4,5 дня эта зараза выжала из меня все причитающиеся ей символы и, напоследок помахав ручкой, улетела в архивы. Поэтому выкладка будет короткой, всего неделю. Продолжение ежедневно по 2-3 главы. Те, кто читают "Куратора" и "Двуличных", могут не беспокоиться, они продолжаются и ближайшие главы будут опубликованы сегодня, но чуть позднее. С уважением, ваша Екатерина Стрелецкая

Вашу ж Машу... А ведь день так неплохо начинался, да и завершиться должен был также, если не ещё лучше. Старательно делая вид, что увлечена абзацем, в котором томную девицу главный герой со всех сил очаровывал, банально зажав в тёмном углу и шепча банальные до пошлости слова, я попыталась просчитать пути отхода. Полученные результаты не воодушевляли– отсюда мне не выбраться никак. Звать на помощь бесполезно: в радиусе десяти метров не наблюдалось ни одной живой души, кроме тех, что стояли сейчас позади меня. Впрочем, будь они мёртвыми, меня бы порадовало это ещё меньше. Нет, но какие самоуверенные наглецы! Использовать свою магию в немагическом мире, чтобы своей ужасающей аурой расчистить территорию от посторонних. Если они пошли на такие крайние меры, значит, ни перед чем не остановятся, и даже если сейчас врежу по их физиономиям книгами, до которых смогу дотянуться, а затем устрою забег по магазину, то всё равно проиграю. Только силы зря потрачу и ещё сильнее разозлю пришедших по мою душу. Хотя... Какая душа? Их же в первую очередь интересует моё тело, как ни прискорбно. Я понимаю, что рано или поздно это бы произошло, но ведь всегда остаётся робкая надежда на «поздно».

– Морион Леттер? – повторил свой вопрос всё тот же голос.

Да Морион-Морион, двадцать четыре года как Морион. Будь моя воля, сменила бы давным-давно и имя, и фамилию, несмотря на то что они мне нравились, вот только нельзя было. Было бы расценено, как препятствие в поисках и могло усугубить мою судьбу. А так... Переехали и переехали. Промахнулись с координатами, переместившись в немагический мир. С кем не бывает? Внутренний голос, прорезавшийся так некстати, ехидно заметил, что с такими, как я, точно не бывает. А с опытными колдунами вроде моего отца – и подавно. Особенно женатыми на ведьмах уровня моей матери. Такие пары действительно составляли единое целое, не только дополняя друг друга в обычной жизни, но и поддерживая магически настолько, что становились могущественными и практически неуязвимыми. Но только в родном мире, а не тут, на Земле. Остались бы в Вигардарне, были бы живы. А так... Нелепая автокатастрофа унесла их жизни, едва мне исполнилось восемь. Спустя два года умерла от сердечного приступа бабушка, а я попала в детский дом, так как иных родственников не имела. Ни на Земле, ни в Вигардарне. Вот так вместо любящей семьи оказалась в закрытом сиротском мирке, в котором право на существование приходилось выгрызать зубами и выцарапывать ногтями. Это только внешне всё благопристойно: спонсорские подарки, экскурсии, праздники... Но дети жестоки. А лишённые родительского тепла – втройне. Никому не пожелаю пройти такую школу жизни: чревато изломанной психикой, не говоря уже о покалеченном теле и загубленном здоровье. Мне повезло, что за те немногие годы, прожитые с родителями, смогла кое-чему научиться и выжить. Обладая достаточно симпатичным личиком и копной тёмно-русых волос, я имела высокие шансы на удочерение, но столкнувшись с моим пронзительным серо-голубым взглядом потенциальные усыновители испарялись с горизонта быстрее воды в пустыне.  Что поделать, менять имя было нельзя, гарантий на его сохранение было никаких. Приходилось каждый раз пользоваться крохами ведьмовской силы, доступной в немагическом мире, вызывая к себе отторжение. Поначалу дети видели во мне конкурентку, препятствие на их пути к сытому счастливому будущему, но под конец моего пребывания в детском доме даже начали делать ставки, сколько пар и даже одиночек от меня откажутся. Потом я сдала вступительные экзамены в институт и навсегда покинула негостеприимные стены. Простите, а можно вернуть всё назад? Я даже согласна на гораздо худший приют, чем тот, в котором выросла. Жаль, что Вселенная не слышит.

– Морион...

Я медленно обернулась.

– Что простите? Я мешаю вам выбрать книгу? Ещё раз простите, я сейчас отойду в сторону... – рассеянно улыбнувшись, мило похлопала ресничками и сделала шаг в сторону. Как и предполагала, незнакомцев было трое. Тот, что постарше покачал своей темноволосой головой, как бы говоря, что не стоит делать лишних телодвижений. Я хотя бы попробовала. Несмотря на то, что троица была одета по-современному: в расстёгнутые чёрные пальто, из-под которых виднелись вполне обычные свитера и брюки, трости, украшенные белыми кристаллами возле рукоятей мне категорически не понравились.

– Настала пора проводить Вас домой...

Я продолжила косить под дурочку, не забывая наблюдать за пришлыми:

– Ой, спасибо, не надо. На улице ещё светло, а я живу недалеко, тут рядом, на Магнитогорской...

Темноволосый устало выдохнул:

– Морион...

Не успела я и глазом моргнуть, как стоявший от него слева коротковолосый блондин, оказался позади меня и, схватив за шею, приложил пропитанную чем-то тряпку к моему лицу.

Вот черти чешуйчатые! Даже не дали возможности договориться! Последнее, что помню – это падающую из рук книгу, исчезающую в световой вспышке. А затем наступила темнота.

Возвращаясь из забытья, я искренне надеялась, что свою последнюю фразу не произнесла вслух, иначе по головке меня точно не погладят. А ей сейчас и так было сильно бо-бо. Не знаю, какой усыпляющей дрянью была пропитана та самая тряпка, но мою несчастную голову хотелось просто оторвать и, словно футбольный мяч, пинком запулить в форточку. В данный момент времени эта часть тела была явно лишней и очень мешающей нормальному существованию. Малейший звук отдавался такой болью, что тошнота подкатывала к горлу, а уши закладывало.

– Ой, она, кажется, приходит в себя! Надо срочно позвать господина!

Громкий топот, а затем раздавшийся грохот стукнувшей об стену двери, возвестил о том, что неизвестная женщина унеслась прочь из комнаты. Чтоб когда эта тётка маялась от жесточайшего похмелья, так при ней грохотали! Авось прочувствует, как сейчас была неправа. Очень медленно, цепляясь дрожащей рукой за спинку козетки, я села. Ещё одно титаническое усилие, и ноги коснулись пола. Мутило жутко. Совершив открытие века, попыталась открыть второе. Удалось. Мысленно поаплодировав самой себе за выдержку и отвагу в столь нелёгком деле, прислушалась к себе. Вроде ничего так в целом, если не брать в расчёт верхнюю часть тела. Однако шея категорически отказывалась держать ставшую внезапно неподъёмной голову. Ноги сквозь носки неприятно холодили мраморные плиты. Так, значит, любимые кроссовки с меня сняли, а оставить не захотели. Думали, что сбегу? Правильно подумали. Вот только в таком состоянии я способна сбежать разве что к праматери. Согнув руки в локтях, я упёрлась ими в колени, примостив в ладони, словно в чашу, свою раскалывающуюся черепушку. Глаза двигались с трудом и с такой резью, как если бы в них песка из пустыни Сахара насыпали. Так паршиво мне не было даже после банкета по случаю вручения диплома о высшем образовании, хотя намешали мы тогда с сокурсниками алкоголя...ух! В принципе, с тех пор ничего крепче кефира не пила.

Мой взгляд упал на запястья, а точнее, на широкие металлические браслеты, их украшавшие. О, вот и первый подарочек от родины. Носите, уважаемая Морион, не снимая. Ибо снять их может только тот, кто надел. Теперь понятно, почему чувствую себя как после катка. Оказавшись в Вигардарне, мой организм начал поглощать магию из пространства, дорвавшись в буквальном смысле до халявы. Вот только антимагические браслеты блокировали её, в результате чего полуживую тушку «колбасило» знатно. Собрав всю волю в кулак, я пригляделась к замкам. Хмм... А если попробовать пошуровать в них шпильками и невидимкой? Как вариант, можно держать эту идею про запас. Пока что стоит повременить и узнать о своей дальнейшей судьбе.

Нет, я и так была в курсе, зачем меня сюда приволокли, да ещё и столь наглым способом. Замуж выдать. Причём, моё мнение по этому вопросу не учитывалось. Единственное, чего я могла добиться – это попробовать договориться с будущим мужем о взаимоуважении в браке, либо как-то продержаться год, не консумируя брак, если супруг окажется «непробиваемым». Почему сразу не приложить свои ручки к разводу? Да элементарно: после расторжения брака мне придётся выйти замуж за другого и история, к сожалению, повторится. И так ровно до тех пор, пока не рожу мужу наследника. После этого появится шанс отправиться на все четыре стороны восвояси. Если, конечно, супруга устроит такой расклад. К сожалению, не все на такое соглашались. Вот только бросать собственное дитя я и сама не собиралась. Мысль о подобном была недопустимой, хотя многие из нас так и поступали, предпочитая свободу и возможность завести нормальную семью, и даже родить ещё одного ребёнка. Ведьмы, к коим я относилась с рождения, очень свободолюбивы. Ограничить нас – всё равно, что птице обрезать крылья. И можете поверить, я не о пингвинах или киви со страусами говорю. Чахнем мы в неволе, погибаем в прямом смысле этого слова. А всё чёртов договор!

На кой ляд ведьмы вообще полезли в такие кабальные отношения? Всё просто, как появление гибддшника на перекрёстке в предпраздничный день: выгода. Однажды в Вигардарне появились сущности, начавшие уничтожать население со скоростью правительственного кортежа, летящего мимо красных сигналов светофора, как на зелёный. Ведьмы и колдуны не справлялись: магия, поглощённая сущностями, не рассеивалась в пространстве, как обычно бывало после смерти одарённых, а исчезала. Восполнить собственные силы становилось просто неоткуда.

Мало нам было одной напасти, как пожаловала другая – драконы. Их мир погиб, а те немногие чешуйчатые, кто сумел спастись, переместились в Вигардарн, который находился ближе всех других миров и был способен выдержать их мощь. Вот так явились однажды и остались навсегда. Что послужило причиной исчезновения целого мира, сами пришлые не знали. Просто в какой-то момент он внезапно стал рушиться, убивая живущих в нём. Внезапно выяснилось, что сущности не могут противостоять драконьему пламени. Расчистив от них облюбованную часть Вигардарна, главный дракон предложил верховной ведьме сделку: они уничтожают сущностей, а взамен, когда приходит время, одна из ведьм становится женой молодому дракону. Так вышло, что женщин-драконов в их мире не существовало, и только магически одарённая способна не только зачать, выносить, но и родить дракончика. Слишком много сил отнимал весь процесс «от» и «до», убивая простых девушек ещё на первых месяцах беременности. Выбора, по сути, не было, и верховная согласилась, подписав договор, по которому избранная при помощи специального артефакта молодая ведьма обязана была выйти замуж за предназначенного ей дракона. Жёны особо пришлых не интересовали. Как говорится, «отсыпать секса» им могли где угодно и когда угодно без лишних слов. А что? Красивы, богаты – мечта, а не любовники. Жёны же были нужны только для получения законных наследников. На этот счёт у драконов был особый «пунктик». Девочек у них по-прежнему не рождалось, при этом редко у кого было более одного сына. Вначале это связывали с тем, что даже у ведьмы дракончик забирал слишком много сил и выносить второго уже редко кому удавалось, а потом всё чаще отношения в браке складывались так, что матери оставляли детей своим мужьям, оформляли развод и более с драконами не связывались. Вступить в повторный брак с ведьмой имеющие наследника уже не имели права.

К сожалению, после рождения дракончика не всякая ведьма становилась матерью повторно. То ли в организме происходили какие-то нарушения, то ли отданные силы были слишком велики... Но получилось так, что ведьм рождалось с каждым годом всё меньше и меньше. Одно время был способ обойти договор: выйти замуж за колдуна и забеременеть. Однако, смекнув, что подходящих ведьм становится меньше, драконы стали убирать «конкурентов». Дуэли, несчастные случаи, якобы разбойные нападения с целью наживы, после которых удивительным образом оказывались отбиты определённые органы, отвечающие за размножение. И даже верховная ведьма вместе с высшими оказывались бессильны в лечении таких бедолаг. Мальчиков-колдунов прятали и берегли, как зеницу ока. Поэтому моим родителям несказанно повезло не только встретиться, но и обрести друг друга. Зная, что мне от договора не уйти, они приняли решение покинуть Вигардарн, чтобы дать возможность хоть как-то противостоять будущему мужу. Драконы не только помешаны на наследниках, они ещё и очень жестоки в достижении своей цели. Точную цифру «шагнувших с высокой башни» после первой брачной ночи знает лишь верховная. Остальные могут лишь догадываться. К сожалению, силы настолько неравны, что разорвать договор невозможно. Любая попытка приведёт к ещё большим жертвам, а ведьмы окажутся в ещё более невыгодных условиях,чем сейчас.

Да, миров много. Можно было бы сбежать, но... Драконы умеют перемещаться между мирами, а аура каждого уроженца Вигардарна настолько уникальна, что найти где бы то ни было не составит проблем. Драконы просто придут и заберут «своё». А что, всё законно. Видимо, треклятый артефакт дошёл и до меня, раз я очнулась уже здесь. Удивительно только, что мне удалось погулять на воле аж до двадцати четырёх лет, а не до восемнадцати, как другим. Надо будет родителей помянуть: наверняка они неспроста выбрали Землю для проживания, да и бабулю с собой прихватили.

Скрипнула дверь, заставляя меня насторожиться. Так как я продолжала сидеть в той же позе, разглядеть вошедшего не представлялось возможным. Отодвинув тяжёлое кресло, мужчина уселся за стол, расположенный прямо напротив козетки. Вот и всё, Мори, настало время узнать твою судьбу...

– Вообще-то, воспитанные девушки встают, приветствуя старших по возрасту, – раздался немного раздражённый голос с едва заметной хрипотцой.

Не знаю, кто там в писательской среде решил, что такой тембр звучит эротично, для меня он ассоциировался со старой ржавой пилой, елозящей по струнам моей свободы. Пока не узнаю, что к чему, лучше спрячу свою дерзость и борзость подальше. Выкопать собственную могилу собственным же языком всегда успею. А господин-то недоволен, что его встретили не так,как подобает. Хочет, чтобы я встала? Легко! Сам напросился. Надо было о последствиях самому думать.

Я резко вскочила, но тут же начала падать обратно, снова теряя сознание. Вполне себе закономерный итог: прохождение между мирами, плюс общая слабость после усыпляющей дряни, помноженная на раздрай организма, попавшего из немагического мира в магический. Чуть не забыла браслеты, блокирующие магию. В общем, идеальное комбо для надевания белых тапочек и савана на одну только что прибывшую ведьмочку. Зато я успела поймать момент и уйти в ристриз: особое состояние, когда для всех находишься вроде как без сознания, а на самом деле слышишь всё, что происходит вокруг. При желании можно даже отделиться от тела и парить над ним, но имея на своих запястьях пару замысловатых украшений, попросту не рискнула. А то ещё затолкаться обратно не смогу, так и останусь неупокоенным духом. Так по-дурацки закончить свой земной путь в самом начале жизни как-то не хотелось, поэтому пришлось довольствоваться лишь звуками.

– Áрган! Дэнэл! Живо сюда!

Ба, господин явно перепугался. Подскочил к моему телу, проверять стал, не померла ли. Ещё и подручных своих позвал. Тут лекарь нужен, между прочим, а ещё лучше – целитель. Одними травками, зельями и эликсирами не обойтись, здесь ещё потоки править нужно.

Всё-таки мои родители были гениями! Утащить меня в немагический мир, зная, что всё равно рано или поздно попаду к драконам – лучшего и придумать было нельзя. Где ещё я смогла бы привыкнуть распоряжаться минимальным количеством магии? Немагические миры так называются не потому, что в них абсолютно отсутствует магия, отнюдь. Магия присутствует везде, вопрос только в её количестве и доступности. В немагических мирах её настолько мало, что для среднестатистического колдуна или ведьмы считай, что нет. Так ведь и антимагические браслеты не блокируют магию полностью, оставляя немного, чтобы ведьма не умерла от истощения. Именно поэтому я так легко смогла уйти в ристриз.

Но больше всего меня интересовало, какое количество магии должны оставить браслеты: несмотря на плохое самочувствие, я ощущала, что сил во мне прибавляется. Свободных сил. Судя по всему, артефакты ориентировались на объём внутреннего магического источника. Вот только господа драконы просчитались, забыв учесть, что он у меня очень долгое время был буквально на голодном пайке и привык работать на минимальных оборотах. Так или иначе, постепенно внутренний магический источник заполнится до своего объёма, браслеты заблокируют большую часть, а оставшаяся всё равно превысит ту, которой я привыкла обходиться. Похоже, что в моих рукавах появилось не только место для козырей, но и сами козыри. Храните праматерь и праотец души моих родителей! Не хотелось бы доводить дело до крайности, но, если что, повоюем.

В кабинет, а я была более чем уверена, что помещение, в котором оказалась, было именно им, вбежали двое. Видимо, те самые Áрган и Дэнэл. Жаль, не посмотреть, кто из них кто и как выглядит. Пригодилось бы.

– Áрган, ты сколько раствора сейтелиса плеснул, чтобы её усыпить?

– Две меры, дядя... – явно не понимая суть претензии, ответил тот самый Áрган. – Ты сам сказал, что ведьма сильная, иначе её бы не выбрал артефакт для Дэнэла в качестве жены.

– Идиот! Ты же убить её мог! Сильная-то она сильная, вот только почти всю жизнь прожила в немагическом мире! Надо же было думать!

Я усмехнулась про себя: думать – это всегда хорошо, только не все умеют. Впрочем, мне это только на руку. А вот обращение «дядя» меня заинтересовало. Хотелось бы знать, родные «дядя» с «племянником» или сколько-то там «юродные»? Если родные, то, кажется, я капитально влипла, так как не так уж и много семей, в которых рождалось сразу двое наследников. И это были не самые «простые» драконы в их иерархии.

– Из-за тебя, дурень, я чуть не остался без наследника, – прошипел Дэнэл. – И как, позволь узнать, мне место в Совете занять? Без подтверждения статуса это невозможно, а время идёт. Где мы ещё одну подходящую ведьму найдём?

А вот и женишок нарисовался. Что-то мне он уже не нравится. Так, он что, пнул моё тело?